Заряд моих батарей на исходе, тьма сгущается

Интерлюдия - Перед рассветом

Члены Теневого патруля собрались на траве возле замка Твайлайт, несмотря на пронизывающий холодный ночной воздух, по двум причинам. Во-первых, из-за того, что сейчас происходило внутри этих стен, им всем казалось, что они вмешиваются в очень личное дело.

Во-вторых, Марс был здесь, молча бдя за своим другом через окно мастерской, поскольку он физически не мог войти в здание. Хотя никто не чувствовал необходимости говорить этого вслух, но все они уже считали, что Марс был одним из них, и они не собирались оставлять его в полном одиночестве.

– Полагаю, это всё, да? — спросил Гарбл.

Гильда повернулась к нему.

– Что такое?

– Всё это. Теневой патруль. Ведь наша миссия выполнена, не так ли, Кэп?

Фаринкс медленно кивнул, не сводя глаз с Марса. Именно так. Теневой патруль не обычный патрульный отряд. Лучшие из лучших призываются сформировать команду Теневого патруля, когда они нужны Улью. Патруль собирается, чтобы справиться с реальной угрозой. Но как только угроза исчезает, Теневой патруль самораспускается, а его участники возвращаются к своей прошлой жизни.

– Так мы уже расстаёмся? — с ужасом спросила Габби, глядя на Тибию.

Та грустно кивнула.

У грифона были слезы на глазах.

– Это так рано! Я чувствую, что мы только-только начали притираться друг к другу.

– Кажется, это звучит несколько разочаровывающе, после всего, через что мы прошли, — согласилась Гильда, хотя и с менее заметной грустью в голосе. – Неправильно позволить этому просто вот так закончиться и разбежаться в разные стороны.

Фаринкс повернулся к своей команде с легкой улыбкой.

– Знаете, ничто не мешает вам оставаться друзьями. Подробности нашей миссии, конечно, должны оставаться в секрете, но нет ничего, что могло бы разрушить дружбу, зародившуюся в бою.

Члены команды смотрели на него, а затем по очереди друг на друга, понимая, что глупо испытывать грусть. Несмотря на то, что теперь каждый снова будет идти своим путём, они в глубине души знали, что ничто не сможет отнять у них время, проведенное вместе.

– О, кстати, что я вспомнил, — сказал Фаринкс через мгновение. – Есть одна церемония. Церемония, которую проводят, когда распускается Теневой патруль. Правда, это традиция чейнджлингов, поэтому я не собираюсь приказывать вам принимать в ней участие. Но Тибия и я были бы рады, если бы вы решили присоединиться к нам.

– Я в деле! – Габби не нужно было спрашивать дважды.

Гильда просто пожала плечами.

– А, почему бы и нет?

Когда все взгляды упали на Гарбла, дракон выдохнул небольшой клуб дыма.

– Хорошо. Я не буду тем парнем, который разрушит это для всех остальных.

– Тибия, у тебя есть специальные свечи? — спросил Фаринкс.

Тибия ахнула.

– Так они для этого? Я хранила их вот здесь. Она вынула пять недогоревших свечей из своей сумки.

– А я помню их, — сказала Габби, — они были выставлены у входа в ту пещеру, где мы встретились. И я заметила, что Тибия выставляет их в каждом из наших лагерей, но она никогда их не зажигала.

Фаринкс кивнул.

– Сейчас вы поймёте почему. Каждый из вас возьмите по одной и вставайте по кругу. Это не займет много времени.

Сам капитан расположился в центре круга, в последний раз видя лица своих подчиненных. Вскоре они перестанут быть его командой, и он хотел вспоминать их такими, какими они были сейчас. Фаринкс точно знал, что он никогда не был так горд за те отряды, которыми он командовал в прошлом и сильно сомневался, что таковой найдётся в будущем.

Он зажег своей магией свечу, которую держал Гарбл.

– Моё имя, моё лицо, мой голос восстановились, — сказал Фаринкс в размеренном ритме, прежде чем повернуться к Габби и зажечь её свечу: – Я вернул себе своё прошлое. Теперь я вместе с друзьями возвращаюсь к своей семье.

Свеча Гильды зажглась под воздействием его магии.

– Теперь мои глаза, мои уши, мои копыта могут успокоиться, – Фаринкс повернулся к своей молодой протеже с улыбкой, которая была лишь только намёком на те улыбки, что он подарил остальным и зажёг её свечу. – Я выхожу из тени и возвращаюсь на свет, чтобы воссоединиться с моими братьями и сестрами в улье.

Стоя прямо в центре круга, он зажёг свою свечу и закончил:

– Но я никогда не забуду — In Silentio Vigilo, In Umbris Confido.

– In Silentio Vigilo, In Umbris Confido, — ответили остальные в унисон.

Церемония завершилась, Фаринкс взмахнул крыльями, осторожно отрываясь от земли так, чтобы случайно не погасить свечу порывом ветра, остальная часть команды без всяких усилий последовала за ним. Все они подлетели к Марсу, который наблюдал за ними, и зависли по обе стороны от последнего члена их команды.

Один за другим, каждый из них заглянул в глаза и кивнул Богу Войны, а затем повернулся к окну со свечой, зажатой перед собой и присоединился к своему товарищу в его безмолвном бдении – им не нужно было что-то говорить друг другу.

– Центр Управления, готово. Центр управления, готово.

– Ты сказал, готово?

– Закрой двери!

— Принял.

Где я?

Тут так темно.

Я не знаю, где я.

Где Старлайт?

Сестра, ты меня слышишь?

Ты должна сказать им.

Скажи им, чтобы отправили меня обратно, сестра.

Мне нужно знать, что со Старлайт всё в порядке.

Я дал ей обещание.

Сестра?