Марсиане

Сол 290

Запись в журнале – Сол 290

Сегодня НАСА всё-таки настояло на своей чёртовой инвентаризации, так что мы провели весь день, подсчитывая практически всё, как внутри, так и снаружи.

Новая заплатка на правой руке… ноге… правой передней ноге Старлайт намного лучше, чем та, сделанная аварийно, которая отвалилась после почти двухсот солов. Позавчера Драгонфлай выплюнула аж три совершенно разных слоя материала на разных этапах работы по обновлению скафандра, в результате чего новая заплата стала как более долговечной, так и более гибкой. Хотя она всё равно не идеальна. Мы обсуждали, не добавить ли полотно Дома в качестве дополнительного защитного слоя поверх заплатки, но Драгонфлай в конце концов сказала, что он будет только мешать, если, а точнее когда, потребуется сделать новую.

В частности, НАСА особенно беспокоилось об одноразовых фильтрах CO₂. Они хотели удостовериться, что после всех этих наружных работ, на которые я выходил, у меня хоть что-то осталось. Что ж, хорошая новость в том, что, когда жизнеобеспечение скафандра не работает, поток воздуха к фильтрам отключается, так что поглощающая способность фильтра не расходуется при езде в ровере или в Доме – там, где об этом могут позаботиться другие системы. Кроме того, каждый раз, когда уровень в воздушных баках Дома становится слишком низким, пони просто выпускают свой домашний воздух в Дом, и атмосферный регулятор всасывает избыточный газ, разделяет его на компоненты и откладывает про запас.

Таким образом, я мог позволить себе роскошь, оставлять фильтры в моем скафандре до тех пор, пока они не будут насыщены, а затем, если сработает сигнал тревоги, просто выпускать воздух, насыщенный CO₂, и позволять после этого скафандру наполниться хорошим воздухом на оставшуюся часть выхода. И, конечно же, я очень редко бываю в ровере (который также использует эти фильтры) без по крайней мере одной пони, чтобы обеспечить с помощью их системы жизнеобеспечения подходящие условия. Кажется, я менял фильтры в ровере 2 всего только пять раз, начиная с 6 сола.

В результате у меня на сегодняшний день осталось ровно 200 фильтров, не считая тех, которые в данный момент находятся в скафандрах и роверах. Это 1600 часов наружных работ без стравливания воздуха. Если я использую один фильтр на сол для выхода наружу, то это даёт мне запас в двести солов наружных работ… а, как ни крути, нам осталось находиться на этой планете всего двести шестьдесят один сол. Таким образом, если исключить совсем уж смертельно опасные обстоятельства, у меня более чем достаточно фильтров на оставшуюся часть миссии.

Большинство других новостей по инвентаризации хорошие. Мы лишь немного ошиблись в подсчётах пакетов с едой, так что я могу вернуться к полноценной диете (ну, на две трети полноценной) около 430 сола. И поверьте, я уже считаю дни. Я даже выбрал праздничное меню для 430 сола – последнюю упаковку завтрака с беконом и один из четырёх оставшихся обедов из спагетти с мясным соусом.

А сегодня, во время гораздо менее приятного обеда, чем спагетти, мы закончили читать "Братство Кольца". Обсуждение прочитанного было… интересным. Драгонфлай утверждала и умело доказывала, что Боромир делал то, что считал правильным, когда пытался заставить Фродо отнести Кольцо в Гондор. Пони, конечно, сразу же стали утверждать, что Боромир был неправ, что он находился под влиянием Кольца. И тогда Драгонфлай выиграла спор, указав, что чувство долга Боромира перед Гондором – его гордость и любовь к родной стране – как раз и являлось тем, что позволило Кольцу им овладеть. В конце концов, именно этого боялись Гэндальф и Галадриэль – что Кольцо извратит самое лучшее, что в них есть, и использует его, чтобы их же предать.

И она закончила одним мудрым высказыванием, которое, как я думаю, пони раньше не слышали: "Каждый сам является героем своей истории, в своём собственном уме". Разговор ненадолго перешёл на язык пони, пока они обсуждали злодеев из своего мира, но Драгонфлай смогла отстоять свою позицию довольно успешно. Пони не были рады этому, но это явно заставило их задуматься. В конце только Старлайт Глиммер решила возразить, что всё-таки существует одна пони, которая не считает себя героем своей истории. Она сама.

После этого тема обсуждения быстро сменилась на то, что делал Фродо на Амон Хен, что, как все согласились, было чертовски глупо.

В любом случае, мы должны закончить инвентаризацию сегодня вечером, после чего Старлайт поможет Драгонфлай накидать оригинального персонажа для новой кампании. Нам нужен воин; я отыгрываю барда, Файрбол – монаха, Спитфайр – эльфийского клирика, а Черри Берри – друида. Это компания, которая просто отчаянно нуждается в танке. Но мы посмотрим, кого захочет сделать Драгонфлай…

– Паладин? – ахнула Старлайт.

– Паладин, – подтвердила Драгонфлай. – Добрый и справедливый. Наказывает зло. Наказывает недостаточно добрых. Наказывает равнодушных. Наказывает по закону.

Старлайт Глиммер закрыла лицо копытом.

– Мы что, действительно так для тебя выглядим? – спросила она.

– Ты имеешь в виду вас, пони? Пфф! Конечно нет! – сказала Драгонфлай. – Вы, пони, были бы клириками с обетами ненасилия, разве что кроме принцесс и друзей Твайлайт Спаркл! Нет, – продолжила она, ухмыляясь, – я просто хочу оправдание, чтобы лупить по всему, что попадётся на глаза.

– Ты когда-нибудь играла в "Огры и темницы"? Или в эти "Подземелья и Драконы"? – спросила Старлайт. – Поверь мне, тебе не понадобится оправдание.

– Лупи всё и всех, – сказала Драгонфлай. – Но законным путем. Во славу "Вставьте имя своего божества".

Старлайт вздохнула, мысленно отправляя рассказ о сложном уравновешивании оттенков политического серого в Forgotten_Realms в мусор.

– Побоище? Я могу это устроить, жук. Ну, держись.

И в этот день родилась Старлайт Глиммер, марсианский мастер игры.