Марсиане
Сол 45
Запись в журнале – Сол 45
Ещё один долгий день, полный физического труда, и ещё на день ближе к высадке нашего будущего урожая. Сегодня надо было разрыхлить почву, и все мы занимались именно этим, кроме Старлайт. Она сделала эту очень хитрую штуку с кристаллами на потолке – срезала с некоторых наиболее крупных верхушки, нарезала их в этакие аккуратные цветочки и зачаровала на передачу фотонов. Спитфайр вынесла их наверх и выложила прямо над пещерой, так что теперь тут гораздо больше света, чем я ожидал. Старлайт попыталась объяснить – что-то там о дополнительной площади кристаллов, вырезанных в форме цветка – но пегаска отправила её обратно в ровер, прежде чем единорожка успела закончить.
Пони справились с рыхлением грунта куда лучше, чем я ожидал. Конечно, заклинание Старлайт дало хорошую фору, обеспечив множество микроскопических пустот, которые уменьшили плотность слежавшихся пыли и песка так, что наша самодельная борона (больше напоминающая волокушу) неплохо в них зарывалась. Нам с Файрболом это тоже помогло с рытьём канавок для реализации замечательной идеи пони по отоплению пещеры.
На Земле, когда вы погружаетесь на определённую глубину, всё вокруг начинает нагреваться. У нашей планеты тонкая кора и много внутреннего тепла. Если на Марсе и осталось какое-то внутреннее тепло, то он очень хорошо его скрывает. В пещере на самом деле даже немного холоднее, чем снаружи. А поскольку она, в основном, погребена под камнями, песком и слоем вечной мерзлоты, то попытка согреть внутреннее пространство означает борьбу с одним из самых эффективных термостатов за все времена.
Решение пони? Водяное отопление.
Позвольте мне объяснить их логику. Корабль пони для обогрева внутренних отсеков в основном полагался на свою систему жизнеобеспечения. На корабле было всего несколько аварийных обогревателей, и, когда я их проверил, оказалось, что они жрут электричество как не в себя. Такое ощущение, будто они просто взяли первые попавшиеся обогреватели на блошином рынке и воткнули их в свой корабль. Каждый из них потребляет почти по 200 Ватт. Но мы их всё равно тоже используем, потому что нам нужно всё тепло, какое сможем получить.
Я мог бы вытащить более крупные обогреватели из роверов, но они нужны нам, чтобы не замёрзнуть по дороге в пещеру и обратно. Кроме того, даже для небольших понячьих обогревателей потребуется аж восемь солнечных панелей из Дома плюс водородный топливный элемент, чтобы они работали и ночью. Больше обогревателей ставить нельзя, иначе запас мощности Дома опустится ниже безопасного уровня, а на это я пока пойти не готов.
Система подачи воздуха с понячьего корабля снова работает, и я даже воспользовался ею в Доме, чтобы отключить все свои воздушные системы и провести полную диагностику. (Кстати, всё в пределах нормы). Это означает, что мы можем установить коробку жизнеобеспечения в пещере и использовать её, чтобы наполнить там всё тёплым понячьим воздухом. Проблема решена, верно?
Ну, не совсем. За этой первой камерой находятся сотни метров пещер из слившихся жеод, которые смогут служить источником еды Файрбола в течение следующих четырёх лет. Кроме того, высота пещеры превышает несколько метров в самой высокой точке. Тёплый воздух будет попадать в пещеру, подниматься к потолку, охлаждаться под сводом, опускаться вниз, замораживая посевы, и мы нихрена не сможем с этим сделать.
Энтропия – суровая хозяйка, парни, и даже если вам предлагают бесплатный ланч, помните: ланчей даром не бывает. Всё, что мы можем сделать, это собрать самодельный занавес из теплоизоляции понячьего корабля, повесить его поперёк входа в следующий зал и надеяться на лучшее.
Но, помимо воздуха, система жизнеобеспечения снабжает пони ещё и водой, как холодной, так и горячей, потому что пони используют именно горячую воду для приготовления и разогрева пищи в полёте. Пони держали канал горячей воды отключенным, потому что до сих пор нам нужна была только холодная вода, да и объём горячей составляет хорошо если пятую часть от холодной.
Вы спросите, почему так? Потому что, хотя на корабле и было только несколько аварийных обогревателей, на нём было множество трубопроводов охлаждения. В космосе у вас нет воздуха или воды для выравнивания разницы температур. Одна сторона вашего корабля жарится на солнце (если вам повезло оказаться поблизости от солнца), в то время как другая сторона замерзает в тени. Этот перепад температуры вреден для оборудования и может даже быть опасен для экипажа, поэтому с ним давно научились бороться разными методами. Теплоизоляцией, например, или даже старым добрым вращением корабля, которое применяли ещё на "Аполлонах". Но в данном случае пони решили сделать систему теплообмена, спрятанную между внешним корпусом и герметичными отсеками, и всё это хозяйство снабжалось жидкостью из корабельной системы холодной воды.
Вода, определенно, не тот хладагент, который выбрало бы НАСА. Есть много химикатов, которые имеют более широкий диапазон температур, в котором остаются жидкими, и куда большую эффективность теплообмена. Но у пони есть столько воды, сколько они захотят, у них есть возможность практически без усилий пополнять её в полёте, если возникнет утечка, и, очевидно, с другими вариантами подобное провернуть не получится. (К тому же, я не могу избавиться от чувства, что Драгонфлай или Файрбол могли бы испытать соблазн хлебнуть теплоносителя из магистрали).
Как результат, у нас есть несколько десятков метров труб с фитингами, предназначенными для подключения к раздаточному патрубку холодной воды системы жизнеобеспечения. И сегодня Драгонфлай собрала из них длинные трубы, а мы с Файрболом закопали их больше чем на полметра в землю. С одного конца из земли торчит штуцер для подключения ящика системы жизнеобеспечения, а с противоположной стороны поставили кран – он будет постоянно приоткрыт, позволяя воде циркулировать через систему, а излишки будут использоваться для полива сельскохозяйственных культур или просто стекать вниз по склону в заднюю часть пещеры.
Самое хитрое – и пони уже договорились об этом со своим домом – заключается в том, что холодную воду и горячую можно поменять местами. Всё, что для этого нужно, это дома поменять между собой два кристалла. Таким образом, вместо холодной воды, подходящей для перераспределения тепла под обшивкой космического корабля, трубы будут заполнены буквально кипящей водой на одном конце и сливать почти замерзающую с другого. Если, конечно, это всё заработает.
Итог: тропической жары в пещере, конечно, никогда не будет, и мы, вероятно, будем носить здесь скафандры просто для удобства (не часто услышишь такую фразу от астронавта), но сама почва, где и будут укореняться растения, должна быть достаточно тёплой, чтобы они могли выжить. И часть этого подповерхностного тепла будет распространяться и над почвой, дополняя то, что обеспечивают нагреватели и магическая система солнечного освещения Старлайт, чего, в итоге, должно хватить и для защиты надземной части растений.
Основная проблема этой системы в том, что она серьёзно ограничивает площадь, которую мы можем обрабатывать. Пещера имеет ширину двадцать один метр в самой широкой части и около ста десяти метров от внутренних дверей шлюза до сужения в глубине. На первый взгляд, это около двух тысяч квадратных метров. Но площадь, покрытая импровизированной водяной системой обогрева, намного меньше – около шестнадцати метров в ширину и сорок в длину, или шестьсот сорок квадратных метров.
Конечно, это огромный шаг вперёд по сравнению с Домом. Мои расчёты показывают, что, если на поле будет одна четверть картофеля, а остальное люцерна, пещеры будет достаточно для почти бесконечно устойчивого снабжения нас всех продовольствием. Но, конечно, есть и проблемы, самая большая из которых заключается в том, что почти три четверти земли в пещере будут вытягивать тепло из оставшейся четверти. По иронии судьбы, эта пещера слишком уж большая.
Но что есть, то есть. В следующем зале целый лес кристаллов – тут вероятно, некоторое время был минеральный источник, прежде чем он слился с остальными. Протащить через него оборудование было бы жуткой морокой, не говоря уже о том, чтобы таскать обратно урожай. Тем более, что когда в пещере что-то идёт не так, лучше быть как можно ближе к выходу.
Завтра мы подключаем электричество, систему жизнеобеспечения, включаем всё и уходим. Когда начнет поступать воздух, поднимется сильный ветер, в который никому из нас не хочется соваться. После этого у нас будет несколько выходных, чтобы позволить нашей изумительной системе сделать то, для чего она и предназначена, а затем – при условии, что не стрясётся какой-нибудь новой пакости – мы возьмём излишки плодородной почвы, смешаем её со вспаханным верхним слоем грунта и начнём сажать семена.
Провести два дня в Доме я совершенно не против. Мой запас фильтров СО2 изрядно уменьшился – проклинаю вас, идиоты из господрядных организаций, экономящие на всём! Оставаться внутри Дома означает, что я не буду пользоваться фильтрами. Кроме того, мой картофель уже проклюнулся и я хотел бы потратить немного времени на то, чтобы дать моей будущей пище немного заботы.
И, может быть, мы сможем устроить марафон телепередач на весь день и отправить уже наконец "Семью Партриджей" обратно в адские глубины 1970-х годов, откуда они пришли, чтобы они больше никогда оттуда не возвращались. Одна вещь, которая мне искренне нравится в "Придурках из Хаззарда", то что там нет никаких детей. Серьёзно, если я захочу ещё больше ошеломляющей милоты, я…
…ай, да кого я обманываю? Командирша пришельцев вся розовая, и глаза у неё размером с пол-головы. Даже у насекомоподобного ужаса щенячьи глазки (хоть и без зрачков). Кажется, я стану первым человеком, заболевшим диабетом на Марсе.
Примечания:
Это было вполне очевидно. Сочетание магии и сляпанных на коленке решений позволило сделать пещеру пригодной для жизни. Хотя и с трудом.
Со временем Марк узнает, что самой популярной формой отопления у пони были и остаются дровяные камины.