Марсиане

Сол 70

Небольшой склад на территории лаборатории реактивного движения в Пасадене, штат Калифорния, был сплошь забит деревянными ящиками и консолями управления, завёрнутыми в пленку. В промежутках между ними рассыпалось семнадцать инженеров JPL: программисты, инженеры аппаратных средств, специалисты по тестированию и даже четверо мужчин, чей возраст перевалил за восемьдесят, которых вызвали с давно заслуженной пенсии, чтобы они поделились бесценным опытом, как последние оставшиеся в живых члены первоначальной команды "Патфайндера".

В центре всего этого стоял Брюс Энг рядом с только что доставленным из Смитсоновского Института и распакованным дубликатом зонда "Патфайндер". Это была полностью исправная и точная копия, использовавшаяся для тестирования патчей и проверки решения проблем, возникавших во время марсианского этапа миссии. Вплоть до сегодняшнего дня это был музейный экспонат, часть грандиозной выставки, посвященной проекту "Арес" и истории исследования Марса, пока его, как и стариков, не вернули с заслуженного отдыха.

– Итак, вот то, что мы знаем, – начал Брюс, выдавая факты со скоростью пулемёта. – Марк Уотни едет на юго-юго-запад от Дома. Это направление более или менее точно ведёт к "Патфайндеру". Существует только одна разумная причина отправиться туда – чтобы заполучить радио. И до момента возвращения Марка в Дом нам надо выяснить, как получить сообщение, которое он нам отправит, и как ответить так, чтобы он нас понял.

Брюс указал на зонд и продолжил:

– Будем исходить из предположения, что "Патфайндер" не был значительно повреждён за сорок лет на поверхности Марса, и что он без особых проблем возобновит работу, как только снова получит питание. Если "Патфайндер" не сможет загрузиться или передать сигнал, мы ничем не сможем помочь, так что этот сценарий мы даже не рассматриваем. Но все остальное – честно прорабатывается.

В ближайшие две недели вы получите всё, что вам нужно, чтобы эта машина заработала и снова вышла в эфир. Затем мы примемся изучать операционную систему и как её можно доработать. Мы будем моделировать сбои работы памяти, камер, системы перемещения антенн и "Соджорнера". Мы собираемся провести мозговой штурм и протестировать способы, как заставить "Патфайндера" сделать что-нибудь, что Уотни мог бы интерпретировать как сообщение. И всё это мы будем делать, зная, что две трети технологий, которые мы использовали сорок лет назад, были выброшены на свалку как устаревшие ещё в то время, когда большинство из нас в детский сад ходило.

Брюс вздохнул.

– Итак, народ, считайте, что это самый большой ретро-игровой проект в вашей жизни. Если уж вы смогли собрать аркадный автомат на MAME^[1], то сможете и это. Давайте начнём.

Ящики были открыты.

Пластик был снят.

Аппаратура была подключена к розеткам.

Одна из старых рук, некогда создавших "Патфайндер", замерла, когда зазвонил телефон. Мужчина извиняюще развёл руками в сторону Брюса, который бросил на него раздражённый взгляд, (впрочем, не особо отличавшийся от того, как он смотрел на людей обычно) и принял вызов. 

– Привет, милая, – сказал он. – Дедушка сейчас немного занят.

Динамик телефона загудел в ухо старика.

– Нет, мне придется пропустить твой праздник, – сказал он с сожалением. – Меня вызвали в НАСА и попросили поработать над кое-чем, чтобы помочь этому бедняге на Марсе.

Возбужденное гудение.

– Да, и его милым друзьям тоже.

Более возбужденное гудение.

– Ну, я ничего не знаю об этом, сладкая. Мы даже не знаем, говорит ли Оранжевый Лидер на нашем языке.

Гудение, гудение.

– Я не удивлён. Высокий Парень – самый большой, а Джимми всегда любил всё большое.

Гудение, гудение, гудение.

– Милая, здесь со мной много людей, и они сделают всё от них зависящее. Но они, вообще-то, меня ждут, так что…

Гудение, гудение!

– Ну, я правда не думал об этом. Я думаю, лучше подождать, пока мы не поговорим с астронавтом и, возможно, получим более чёткие снимки.

Гудение, гудение.

– Не слушай его. Насколько мы знаем, они могут быть инопланетными пёсиками. А может и инопланетными котиками. А что Джимми думает?

Гудение.

– Ну, такое тоже возможно. А почему он так считает?

Издевательское гудение.

– Котята вовсе не девчачьи. И пони вовсе не мальчишечьи. Ты можешь любить всё, что захочешь, и не позволяй Джимми говорить тебе иначе. А теперь скажи ему, чтобы он вёл себя хорошо, и как только я закончу здесь работать, мы все отправимся в горы, пока не закончился лыжный сезон.

Гудение, гудение!

– Я тоже тебя люблю. Пока-пока.

Старик убрал телефон. 

– Извините.

– Теперь мы можем начать? – сказал один из инженеров скучным тоном.

– Этим делу не поможешь, Тим, – произнес Брюс. – Роджер, мы всё понимаем, но, пожалуйста, выключи сейчас телефон, хорошо?

Работа над возрождением проекта "Патфайндер" шла полным ходом.

Примечания:

Ну, примерно такие домыслы ходят по Земле, прежде чем (я надеюсь) смениться фактами.