Погасшая свечка
3. Вместе "весело" шагать
Последняя часть, которую я отношу к завязке. С каждой новой главой мы будем всё больше и больше узнавать о нашей маленькой злодейке)
Я всегда подозревала, что ночной лес тоже кишит жизнью, но лишь теперь, с новым телом, я смогла понять насколько! Ушки с кисточками сами собой вращались туда-сюда, донося до меня то кваканье лягушки, то треск цикад, то уханье совы. О, а вот и сама птица! Далеко впереди промелькнул стремительно пикирующий силует. С удивлением осматривала совершенно незнакомых насекомых — каких-то ночных жучков и бабочек. Многие из них светились ровным синим или жёлтым цветом, создавая в темноте настоящий калейдоскоп красок. Во мне вновь проснулось любопытство — та сила, что когда-то двигала мной... покуда всё не перевернулось.
Правда, спокойно осматривать окрестности мне не дали. Спутница оказалась любительницей поговорить, и постоянно приходилось быть начеку, осторожно отвечая на её многочисленные вопросы.
— Я живу со своей семьёй не в самом Орхид-Бэй, а в доме на отрогах окружающих бухту гор. Ты же не была в Орхиде?
— Не довелось.
— Здорово! Мой город очень красивый! Я тебе обязательно его весь покажу. Погоди, на чём я остановилась?
— Что вы живёте в особняке?
— Точно! Мы вчетвером живём среди замечательного букового леса. У меня есть папа, мама и младший брат — Стеади Хувз, Тендер Эмеральд и Руби Спирит соответственно. Это семейная традиция — называть всех в честь драгоценных камней.
— Так вы, должно быть, занимаетесь их огранкой?
— Да, несложно догадаться, — улыбнулась Даймонд. — Это искусство в семье Хэйз передаётся из поколения в поколение. У нас даже метки соответствующие. Кстати, что означает твоя?
— Я хорошо умею играть в шахматы.
Не могла же я сказать, что получила её за умение манипулировать другими пони! Благо, искусству этой древней игры я тоже научена.
— Круто! Может, с Руби поиграешь... Так, камни. Мы держим ювелирный салон в Орхиде и исполняем заказы из разных городов, в первую очередь, Лас-Пегасуса, на этом и живём. Отец, правда, ещё выращивает ягоды и фрукты для нас и на продажу, сад у него просто потрясный! Тебе, наверное, интересно, почему я сейчас не в Орхиде? В смысле, куда я ездила?
"Нет".
— И куда же?
— На семейный съезд Хэйзов.
Говорила фестралка самозабвенно и безостановочно. Очень не завидую её многочисленным родственникам.
— Каждый год члены нашей большой семьи собираются вместе. Я снова смогла увидеться с кузиной, — единорожка зажмурилась от приятных воспоминаний. — А ещё я забрала камни от троюродного дяди, главы семейства и владельца шахты, мы их дома обработаем и выручим хорошие деньги.
Так вот почему левая сумка кобылки так странно топорщится! У меня сразу же пронеслась мысль своровать сумку и продать её, получив приличную сумму на первое время. Но тогда Даймонд сообщит о краже драгоценностей, продавца найдут, узнают мою внешность, а если ещё и до Твайки дойдёт… Ну уж нет! Буду придерживаться первоначального плана.
Разговор этот затянулся до пяти утра. Даймонд так утомила меня своей болтовнёй про семейный съезд, что хотелось сбежать на край света. Пойми, меня совершенно не интересуют ваши отношения! Пусть там Джаспер и Хризолит хоть до хрипа ссорятся, мне-то зачем рассказывать!? И жалко, что замены этой болтунье у меня нет, вот угораздило. В общем, я была рада, когда фестралка, увидев небольшой городок, объявила привал около речушки.
— Спать хочется? — спросила она, доставая спальный мешок.
Я кивнула. Глаза смыкались.
— Плохо, правда, что лечь тебе негде. Забирайся в мой, а я так полежу!
— Спасибо, — упрашивать дважды не приходится. Кто бы что ни говорил, дружба – это сила.
— Просыпайся, — нежно сказали над моим ухом.
— Уже утро?
— Утро!? Вечер, соня, — послышался смех. — Вставать пора, и я хочу кое о чём спросить.
Ну надо же, так подставиться с самого начала! Хорошо, что она приняла мой вопрос за шутку.
Я поднялась на ноги, встряхнула крылья и осторожно (наученная горьким вчерашним опытом) открыла глаза. Видно было лучше, чем вчера – я могла разглядеть крону деревьев и даже берег реки, около которой мы остановились. Но ведь рядом нет никаких домов, откуда взяться такой плотной тени?
Сузив глаза до щёлочек, я задрала голову и попыталась найти назойливый яркий жёлтый кружок, ослепляющий сквозь даже туман света. Его нигде не было… А! Видимо, солнце заслонили тучи. Потому-то и видно хорошо, и глаза щиплет лишь слегка. Буду надеяться, что на небе облака повсюду, и меня не ослепит в самый неподходящий момент.
— Что такое? – широко зевая, спрашиваю Даймонд.
— Я сейчас в город пойду за едой, хотела тебя кое о чём спросить. Вот только сначала стоит привести тебя в порядок. Взгляни на себя!
Шайнинг телекинезом достала зеркальце из сумки и дала мне на себя посмотреть. Нет, так плохо, как вчера, я не выгляжу, но здесь определённо есть над чем поработать. После водных процедур спутница приготовилась орудовать расчёской:
— Как тебя причесать?
— Так же, как и тебя, — брякнула я наугад. Что угодно, лишь бы не прежняя причёска. — Мне очень понравилось.
Даймонд довольно хмыкнула и принялась расчёсывать гриву и хвост.
Расчёска щекотно тянула волосы, заставляя меня ойкать и вздрагивать. Я могла только гадать, что Шайнинг делает с моей головой. Без ставших родными кудряшек с бантом чувствовала себя очень неуютно, будто бы всю шерсть сняли. Так же, как с перьями и крыльями, Селестия их побери.
Ещё один взмах, и ещё один нервный вздох… Позвольте, я же два года не причёсывалась! Каменный плен, лягать его копытом. От скольких самых обычных вещей я ещё успела отвыкнуть?
А вдруг Даймонд плохо меня причешет? Я не привереда, конечно, но совсем некрасивой тоже ходить не хочу! А если…
— Готово, можешь смотреть!
Улыбающаяся единорожка перенесла зеркальце прямо к моему носу.
Шайнинг зачесала мою гриву вправо, позволив волнистым волосам свободно извиваться. Торчащие, окружённые двумя локонами ушки замечательно смотрелись и дополняли общую картину. Даймонд даже попыталась хоть что-нибудь сделать с короткой задней частью гривы – она расчесала их влево, в противовес чёлке.
А вышло-то красиво. Видимо, в Шайнинг и впрямь есть чувство прекрасного… а учитывая, что сегодня её грива была уложена так же идеально, как и вчера, она явно этому чувству потакает.
Не отрываясь от зеркала, я открыла рот, чтобы поблагодарить фестралку за проделанную работу…
— А-А-А-а-а-а-а-а-а!
Я отшатнулась, испуганно прикрывая рот копытом.
Спаркл, подавись ты ромашкой… Они настолько большие? Видимо, тогда, в школе, просто не обратила на них должного внимания. Зато сейчас ещё и нижние клыки успела заметить. Те почти не отличаются по длине от прочих зубов, но всё же… М-да. Кто бы мог подумать, что мой собственный рот теперь будет сниться мне в худших кошмарах?
— Что-то не так? Всё настолько плохо? – испуганно произнесла единорожка, приводя расчёску в полную боевую готовность.
— Нет, — я быстро отдёрнула ногу ото рта, и начала встряхивать ей шёрстку на груди. – Мне показалось, что паук сидит, на… моей шее. И спасибо большое, ты меня действительно здорово причесала!
Я состроила самую искреннюю улыбку, благодарно смотря на Даймонд. Она расслабленно вздохнула и улыбнулась в ответ.
— Отлично! Так, магазин. Я собираюсь купить овощей на суп – здесь его приготовим, позавтракаем и пойдём дальше. Но я подумала, может, ты хочешь что-нибудь ещё? Там, конфет, печенья, бутербродов, фру...
— Можешь, пожалуйста, взять газеты?
— Газеты? — единорожка запнулась.
— Да, газеты, за вчерашний день и сегодняшний, и побольше – самых разных. Я бы с удовольствием их почитала перед едой.
— Хорошо, — медленно кивнула Шайнинг. Моя просьба явно показалась ей достаточно странной, но и спрашивать она ничего не стала. Накинув походные сумки и зашагав в сторону городка, фестралка лишь напоследок повернулась и попросила:
— Насобирай пока хвороста для костра, но, пожалуйста, не отходи далеко.
Легко сказать, сложно сделать! Нет, в разведении костров, я, пожалуй, такой же спец, как и в теоретической магии (скаламбурила, ха-ха). То есть весьма хороший, Тирек дал пару полезных советов... и там, и там. Но вот только как мне собирать все эти веточки, если из-за солнечного света всё расплывается?
Тут ко мне в голову пришла одна мысль. Набрать топлива я всегда успею, так почему бы не потратить время на изучение новых возможностей? Как бы сильно я не желала вернуться в тело нормальной дневной пони, жить по-новому всё равно придётся.
Ещё вчера я поняла, что глаза днём — не друзья, и полагаться на них не стоит. Даже сегодня, в облачную погоду, видно не далее восьми шагов, а про вчерашнее и вспоминать не хочется. Но ведь Даймонд под солнцем как-то ходит, да и другим ночным пони, скорее всего, время от времени приходится выходить днём на улицу по неотложным делам.
Я просто крепко зажмурилась и начала слушать.
Где-то читала, что у слепых пони обостряются другие органы чувств, в первую очередь — уши. Не знаю, относится ли это ко мне, но я и впрямь слышала очень хорошо, намного лучше, чем раньше! Шелест листьев ясно подсказывал, где находятся деревья, а всплески воды очертили мне реку. В голове будто представилась — не вырисовалась, а именно представилась — картинка с расположением всех препятствий. Радостная, я решила пройтись... и кубарем упала на землю, споткнувшись о свёрнутый спальный мешок.
— Ой!
Поглядывать по сторонам всё-таки тоже стоит.
Следующими на очереди стояли крылья. Я задумчиво распахнула одно из них. Раздался лёгкий хлопок, и крыло послушно выпрямилось, готовое исполнить любую мою команду.
Да, они странно звучат, кошмарно выглядят и – быть может – отличаются в полёте от крыльев обычных пони. Но на вчерашней тренировке они ни разу серьёзно не подвели меня, а в сложенном состоянии и вовсе ощущаются как самые что ни на есть родные. Жаловаться не буду.
Уши, на верхушке которых появились забавные мохнатые кисточки, строго "улучшились", так что здесь вопросов никаких. Но зубы!.. Я с недовольством вновь ощупала языком клыки. Нужно будет осторожно поинтересоваться у Даймонд, чем фестралы питаются. А то накормит меня каким-нибудь зайчиком, и тогда я очень сильно расстроюсь.
Что ж, пора и делом заняться.
Топора мне, конечно, не оставили, так что пришлось искать сухие веточки. С горем пополам, вслушиваясь и вщуриваясь вдаль, я тыкалась то влево, то вправо, закидывая подходящие на спину, покуда не нашла иссохшееся дерево. Отлично! Без зазрения совести я положила груз на землю, взлетела и сорвала с него ветки, на которые хватило силёнок. Что ж, дело сделано, остаётся лишь выйти к стоянке и дождаться Шайнинг.
Упс.
Неужели я потерялась? Я же совсем недалеко отошла! А всё из-за ужасного зрения, совершенно не понятно, куда идти.
И в этот же самый момент откуда-то сверху обрушился заполоняющий всё на своём пути свет. Солнце. Давно не виделись!
Безуспешные попытки проморгаться ничего не дали. Помнится, я говорила, как страшно вслепую идти по оживлённой улице? Ну, беру свои слова обратно. Шагать в центре солнечного колодца посреди леса без никого куда страшнее.
Я, ускоряя шаг, двинулась в, как казалось, направлении костра, но ничего знакомого на пути не появлялось. Наоборот, показались какие-то жуткие деревья. Я развернулась и попыталась вернуться хотя бы к сухому дереву, но не смогла найти и его.
На мгновение паника овладела мной. Хотелось бросить хворост, кричать и бежать сломя голову. Но я ей не поддалась. Что я точно умею, так это сохранять хладнокровие в подобных тяжёлых ситуациях... разве что гнев меня окутает. К тому же очень не хотелось, чтобы эта пустобрёха Даймонд спасала меня из такой глупой ситуации.
На помощь пришли мои опыты. Глаза вновь закрылись, и я полностью погрузилась в мир звуков, не упуская ни одного стрёкота. Сначала до меня не доносилось ничего, кроме шума деревьев и треска сверчков. Однако вскоре я смогла различить чуть слышимые, но знакомые всплески. Не открывая век, высоко поднимая ноги и обходя далеко расположенные друг от друга деревья, я направилась на звук. "Бульков" становилось всё больше, и вскоре я смогла различить те, что слышала во время тренировки!
Что ж, паника оказалась совершенно напрасной. Мне без проблем удалось выйти к реке, а оттуда — до места привала, где я нос к носу столкнулась с так же, как и я, на слух идущей Шайнинг!
— Спасибо тебе большое. Вот твои газеты, — поблагодарила меня Даймонд, сбрасывая сумки с плащом со спины и доставая покупки. Моему взору открылся бок фестралки, и я наконец-то смогла увидеть её метку – три осколка синих драгоценных камней разного размера, вместе образующих силуэт сердца. Ничего удивительного, впрочем.
— Лет семь назад, когда я была младше, чем ты сейчас, Кристальная империя вернулась, — начала рассказывать Шайнинг, проследив за моим заинтересованным взглядом. – И мне тут же захотелось узнать о ней как можно больше! Я прочитала о ней все книги, какие только могла достать, и, наверное, все уши прожужжала своим родителям, потому что на следующих же каникулах вся наша семья с кузиной Джаспер туда съездила. Чего я там только не видела – и горы, и потрясающий город со сверкающими домами, и замок! Но, конечно же, больше всего меня впечатлило кристальное сердце. Настолько, что дома я… я попыталась воссоздать его копию.
Даймонд покраснела и хихикнула.
— Конечно же, у меня ничего не получилось. Но спустя два месяца напряжённых трудов я поняла, что работа с драгоценными камнями – это моё призвание. Я решила, что стану новым мастером семьи Хэйз. И ровно в этот же момент я и получила свою кьютимарку. Забавно, не правда ли? В детстве я чем только не занималась, пытаясь найти свою метку, а, оказалось, до неё всё это время было копытом подать.
— В детстве? – с ухмылкой переспросила я. – Ты же всё ещё не взрослая.
— Но и не маленькая! – с самой серьёзной миной возразила Даймонд. – Кстати, а как ты получила свою?
«Эта метка – лучшая из всех».
— Если честно, я почти этого не помню, — начала грустно и задумчиво рассказывать ещё одну из своих проверенных временем историй. – Сколько себя ни знаю, всегда ходила с ладьёй на крупе. Папа говорил… ну, пока был жив, что она появилась после одной из моих первых партий в шахматы. У меня и правда к ним есть талант, но, думаю, смысл метки мне ещё предстоит разгадать.
— Ммм. – Шайнинг согласно промычала и отвела взгляд в сторону, принявшись за разведение костра. Ну конечно же, я ведь так повернула разговор, что и такой болтунье, как моя единорожка, его не продолжить.
Схватив целую кипу листов в зубы, нашла дерево с самой плотной листвой. Наконец-то я спокойно смогу узнать, что там изменилось, пока я статуей красовалась в школе. О, вы, должно быть, могли подумать, что я за вчерашнее помогу Даймонд с готовкой? Ещё чего, обойдётся. Больно мне это надо.
Поудобнее устроившись – точнее, развернувшись так, чтобы при взгляде на бумагу глаза не резало, я принялась за чтение первой же попавшейся газеты:
«Эквестрия Дэйли»
"11.07.1013"
Прошло всего лишь два года. Я облегчённо выдохнула, в глубине души этот вопрос меня очень волновал. Здорово, что я не пропустила в плену лет сто или двести – оказаться в совершенно незнакомом будущем мне не очень бы хотелось. Но, с другой стороны, воспоминания о моих преступлениях всё ещё свежи. Поблажек в случае поимки ждать точно не придётся.
"БОЛЬШАЯ КАНТЕРЛОТСКАЯ БИБЛИОТЕКА ВНОВЬ ОТКРЫТА
Амбициозный проект по перестройке Кантерлотской библиотеки, являющийся частью государственного плана о сохранении важнейших культурных памятников Эквестрии, завершился в срок. Спустя ровно год библиотека вновь открыла свои двери для посетителей. Здание претерпело значительные архитектурные изменения, был построен совершенно новый северный корпус, что позволит ему вмещать вдвое больше читателей. Церемонию открытия возглавила принцесса Твайлайт..."
— Твайлайт появилась на кантерлотской церемонии? — чуть недоумённо спросила я.
— О, наконец-то она начинает справляться с ролью правительницы! — радостно воскликнула фестралка. — Это уже её пятое появление за неделю.
Правительницы? Позвольте, то есть... Твайлайт Спаркл — принцесса Эквестрии?
Так-так-так... Но ведь Селестия с Луной живы-здоровы были, мы их даже не поранили... как!?
— А где старые принцессы? — тихо спросила я, забыв про осторожность.
— Там же, где и всегда, отдыхают в Сильвер Шорс. Курорт ненамного южнее Орхид-Бэй. Они это заслужили.
Я совершенно не могла понять, как и почему принцессы отправились на покой. Быть правителем такой страны — не мечта любого пони? Разве можно отказаться от такого могущества, такой власти?
Что-то здесь не так. Нужно будет обязательно покопаться в архивах за тот период. Жалко, нельзя просто спросить Даймонд, так как это точно вызовет подозрения.
Прошерстив всю "Эквестрия Дейли" от корки до корки, я не нашла ни слова о своём побеге. Похоже, что Твайка решила не поднимать панику среди населения. Вполне в её духе. Она и раньше постоянно под себя подкапывалась, находя свою вину там, где её не было. А теперь, когда она стала принцессой, это чувство наверняка только усилилось. Сижу и вижу, как фиолетовая заноза плачет и причитает, какая же она «никудышная правительница Эквестрии».
Вот только слёзы-слёзами, а побег без присмотра она тоже не оставит. Как пить дать, мои портреты с пометкой "Розыск" висят уже в половине полицейских участков страны. Ага, старайтесь, ищите. Вам меня ни за что не найти.
Ничего экстраординарного в газетах больше не было, хотя все статьи были прочитаны мной с особой жадностью: я истосковалась по новостям за время плена.
— Суп готов, можешь кушать, — Шайнинг разместила на пень тарелку с ложкой. Пахло от неё очень аппетитно.
Как же давно я не ела нормальной еды! Кажется, совсем забыла её вкус. Следует признать, что готовит единорожка просто бесподобно; даже у меня бы так хорошо не получилось.
— Нравится, да?
Не то слово, Даймонд. Не то слово.
Вспоминаю нечто почти забытое: совсем маленькие жеребята гоняют мяч, а я сижу на скамеечке и читаю книжку... по слогам. И книжка почему-то огромная. И тут из дома доносится: "Коузи! Обед готов, иди перекуси".
— Что-то не так?
— Напротив, Даймонд. Он восхитителен.
Вот же ж сено! Унесло в воспоминания ни с того ни с сего и из-за этого попала в идиотское положение. Становлюсь сентиментальной, старею.
После приёма пищи мы убрали все вещи в сумки, затушили и разобрали костёр и, дождавшись восхода луны, отправились в дальнейший путь.