Эквестрийские Сестры: Начало новой эры

Глава 1. Под опекой

"Как должна начинаться сказка? Давным-давно, в волшебной стране Эквестрии..."

Обычный был тогда вечер, помню, как будто вчера. Хотя уже прошло несколько тысяч лет… Жеребец по имени Старсвирл, который мечтал о жизни великого мага, сидел за письменным столом. Он рассчитывал формулы для заклинания растягивания времени. Если бы он нашел нужную формулу, облегчил бы труд стольких пегасов…

 Он уже привык, что живет в Эквестрийском Союзе. Конечно, еще пару лет назад, была Эра Раздора. Виндиго спустились с самых небес и царил полный мрак и холод. Од таких мыслей он передернулся. Надо было сконцентрироваться. И тут он заметил, что у него кончился пергамент.

 – Каждые три дня приходится бегать в эту лавку… – ворчал себе под нос Старсвирл, накидывая синюю мантию.

Жеребец несся галопом по улицам городка, который был центром государства. Поннивиль. Недалеко виднелся черный силуэт Вечнодикого Леса. Свернув на нужную ему улицу, он зашел в магазин перьев. Взял пятнадцать свитков пергамента и кинул на стойку пару драгоценных камней. И вышел на улицу.

Поспеша домой, Старсвирл решил срезать через Вечнодикий Лес. Несмотря на то, что там жутко, сыро, холодно и там может быть все что можно себе представить. И даже больше. Он шел к своему дому, размышляя про новое заклинание. Вдруг он услышал свирепый рев мантикоры. И чей-то крик…

Несясь к источнику шума, Старсвирл на бегу сотворял заклинание молнии. Выбежав на поляну, он увидел душераздирающее зрелище. В луже собственной крови лежал синий пегас. Судя по всему, его смерть пришла быстро и относительно безболезненно. А вот его спутнице, которая спряталась под фургоном, пришлось куда тяжелее.

Над белой единорожкой нависла большая жирная мантикора. Старсвирл быстро сотворил заклинание молнии и монстра шибануло высоковольтным разрядом магии. Эта тварь повалилась и перестала дышать. Но не раньше, чем смогла ударить когтями несчастную пони…

Единорожка отлетела от такого сильного удара и влетела лицом в землю. Жеребец в ужасе подбежал к ней. И сразу увидел, что ей сломали позвоночник, а с такими ранами она протянет не более получаса. Когда тот попытался поднять ее, она очнулась и хриплым дрожащим голосом заговорила:

– Оставь меня. Я знаю, что не доживу до рассвета. Лучше ведь позаботься о них…

У этого пони на глаза навернулись слезы. Эта милая единорожка была на пороге в иной мир и все равно не думала о себе. Такой силы духа и самоотверженности ему не приходилось видеть никогда. Ради кого единорожка и пегас так пожертвовали собой? Стоило того их смерть? И почему он не может это изменить?

Та единорожка печально улыбнулась. Ее и без того багровые волосы были покрыты кровью. Она как будто прочитала мысли Старсвирла.

– Эй… Любые жертвы ради вышней цели оправданны, так? Я знаю, кто ты. Старсвирл. Во имя гармонии, позаботься о них…

С тихим стоном она упала.

Старсвирл быстро и отчаянно заговорил:

– Я смогу вам помочь! Я знаю заклинание восстановления здоровья, только продержитесь, пока я…

– Не надо. Я прожила счастливую, пусть и короткую жизнь. Я не хочу умирать с той травмой, что принес мне сегодняшний день. Там, в фургоне… Возьми их, пожалуйста. Селестия и Луна…Мои девочки…

Она затихла. Жеребец уже не смог сдерживаться и заплакал. Почему великие пони не могут плакать? Могут, ибо даже самые сильные сердца могут дать трещину. И настал час Старсвирла.

Он не мог позволить не сбыться последней воле той пони. Но, не хотел этой пони дать умереть в мучениях. Его рог засветился, и травяные глаза пони закрылись в последний раз.

С болью в душе он пошел в фургон. Там лежали посреди разбросанной груды вещей две маленькие единорожки. Он сразу догадался, которая из них Луна. Младшая, она была синего цвета и с более синей короткой гривой. А старшая (хотя она была старше ненамного) была с белой шерсткой и светло-розовой длинной гривой. Как ее мать.

С тихим вздохом Старсвирл взял этих двух пони в телекенитеческий кокон и телепортировался к себе в дом. Положив этих двух малышек на постель, он вернулся обратно в Вечнодикий Лес. У него было незаконченное дело.

Он зажег факел, чтобы кремировать тело пегаса. И почувствовал щемящую сердце вину перед покойным. Он попрощался с пегасом и сжег его тело. Лишь горстка пепла осталась от пегаса. Вздохнув, он повернулся к единорожке.

– Да помогут тебе в мире после. Мы всегда будем помнить тебя, и чтить твой дух. Если бы мы были как ты, лучшего мира желать было незачем. И… Не беспокойся о своих дочках. Они будут под моей опекой.

Снимая с нее плащ, он заметил ее кьютимарку. Перо Феникса и золотая чернильница. Вот в чем ирония. Рог Старсвирла зажегся и магия обволокла тело покойной. Зеленым светом засияло тело пони, и превратилось в сгусток магии. Эта магия должна была взлететь к звездам и раствориться, но она следовала за ним. Пока он не пришел к дому. Влетев в его комнату, она слилась с его книгой. Он слышал про слияние души с предметом (зебринская магия), но такое видел впервые. Подбежав к столу, он распахнул ее. На втором форзаце была надпись каллиграфическим почерком:

«Спасибо за все. Просто спасибо.»
На следующее утро...
Было утро. Селестия вытянула свои копыта. Она лежала в какой-то странной кровати. Вдруг она поняла, что лежит в 1. Незнакомом доме. 2. Луны не было поблизости. 3. У нее какие-то провалы в памяти. Этого было достаточно, чтобы запаниковать, но она взяла себя в копыта. Поднявшись с кровати, она огляделась.

Комната была, ну… Неопрятной, но уютной. Везде лежали большие книги, стояли пробирки, драгоценные камни. В одном из шкафов Селестия увидела красивый изумруд, который буквально был мокрым от росы. Она протянула его к себе магией, но вдруг ее аура сменила цвет с золотой на зеленую. Конечно же, она сразу отпустила загадочный артефакт. Встав с кровати, она поцокала к двери и вышла в кухню.

 За столом сидела ее сестра. Селестия испустила вздох облегчения и подошла к ней.

– Луна! Слава рассветам, ты здесь! – Селестия обняла свою сестру. Та непонимающе на нее взглянула.

– В чем дело, Тия? Я проснулась посередине ночи. Ко мне подошел один пони и сказал, что мы будем у него жить. Я спросила у него, где наши родители. Он сказал, что они уехали, и будут очень скучать. А он наш наставник.

Селестия вздрогнула. Ее родители…уехали? Но это все очень странно…

– А где сейчас этот пони? Я даже не знаю своего наставника, просто смешно. – фыркнула Селестия.

Глаза Луны округлились.

– Нет, Тия, ты его по-любому знаешь. Это Старсвирл, учитель Клевер Кловер! Это та самая пони единорог, одна из основателей Эквестрийского Союза!

Но Селестия все еще сомневалась. Как может быть, что она стала ученицей мага? Да еще и без предупреждения.

– И какие доказательства? Я не стала бы верить этому пони, Луна.

– А вот какие!

Луна открыла книгу, в которой был портрет салатовой единорожки с желто-белой гривой и кьютимаркой в виде искры. Клевер Кловер.

Сказать, что Тия была удивленна – ничего не сказать. Как, ее, единорога из простой семьи, да еще без кьютимарки, берет в ученицы один из лучших магов Эквестрии? Просто неописуемая гамма чувств от «омойбогомойбогомойбог» до «Какого.Блин.Сена?!». Она просто молчала.

– И где же сейчас Старсвирл?

– Он ушел два часа назад поднимать солнце. У него есть команда сильных магов, которые помогают ему делать это.

– Занятное это зрелище. Но он должен был вернуться еще час назад.

– Ну не знаю. – Луна зевнула. – Перекусить может куда пошел, он же чудак из чудаков.

А в это время…

– Он не мог так поступить! – воскликнула голубая земнопони.–Это просто уму непостижимо! Как он мог не спасти ту пони?!

– Медоубрук, у него не было иного выбора. –вздохнула единорожка с переливающейся (!!!) гривой. – Значит, ты принял двух молодых пони к себе домой. Вполне благородный поступок.

– Но зачем тогда, по-твоему, Мистмейн, ему стирать этим пони память? Это просто…У меня слов нет! – проговорил огромный голубой земнопони.

– Я вам не мешаю?

Столпы резко развернулись и поняли, что их все это время слышал Старсвирл.

– Что касается тех малышек, Рокхуф… Я постараюсь им дать все, чтобы они выросли достойными пони.

– Но почему? – спросил пегас бежевого цвета. – Это просто одни из сотен пони, почему?

Старсвирл вздохнул и развернулся.

– Потому что помогать каждой пони – наша главная цель, ведь так, Флеш Магнус?

Его друзья затихли. Он удовлетворенно кивнул и сказал:

– Я рад, что вы меня поняли. А теперь, мне нужно их проведать. До встречи.

Столпы замолчали. Это длилось до тех пор, пока Сомнамбула не сказала:

– Мне кажется, мы многое упустили…