Цвета Магии
Глава 7. Зекора
В которой наш герой встречает старую знакомую
Это было отличный ранний летний вечер, время, когда, казалось, сама природам зовёт всех и каждого на воздух, почувствовать на себе дыхание свежего ветра, тепло Солнца и радость живого Мира.
Тем более удивительным для Булата было отсутствие кого-либо на улицах и закрытые магазины. Это что, такой своеобразный праздник, или сейчас налетит сирокко? А может, это связано с тем, что в его седельных сумках было полно первоклассных гвоздей, выкованных им вчера на заказ?
Ходили слухи, что Солнечная Амештасп страдает фобией, но Шетаб говорила, что боится она петушиное племя, столь ежедневно безжалостно будившее её в древние дни, что и она по сей день боится быть жестокосердно закукареканной.
Неужто её подданные тоже массово страдают от разных фобий?
Наконец, проходя мимо бутика "Карусель", он увидел кого-то в плаще, и уже хотел его окликнуть, но тут знакомая магия сразу схватило его и мгновенно затащила в магазин.
— Чего ты ходишь по городу? — налетела на него Дэш, — там же она!
— Она кто? Большая Медведица? — не понял парн.
— Хуже! — выпалила пегаска, — Зекора!
— А, — согласился Булат, — она что, зебра? Похоже на их имя.
— Она ведьма! — вдруг выдала Рарити, — злая-презлая колдунья! Она проклинает всё, на что падает взгляд.
Булат от души рассмеялся, а затем сказал:
— Да, средь зебр такое бывает, и много кто это знает. Да, среди зебр действительно есть те, кто может заставить слова звучать, отравляя или благословляя саму реальность... но если бы это была настоящая злая ведьма, то Понивилль был бы... скажем так, я видел, что бывает после злых колдунов. То, что вы можете прятаться и не страдаете чесоткой, к примеру, означает, что кто бы гостья нашего города ни была, зла она никогда она не несла. — произнёс он и направился к двери, — Я поговорю с ней и исправлю ошибки скорей.
— Но ты не можешь! — возмутилась Радуга, зависнув перед ним.
— Также, как ты не можешь пугать и гонять свою подругу по городу?
— Ох, ты мне будешь про это каждый раз напоминать?! — воскликнула летунья.
— Конечно нет. Только тогда, когда ты делаешь глупости. Я буду ждать ответной любезности, ведь что может быть лучше и честнее, чем предупреждение друга об ошибке? — ответил Булат, а затем, обогнув Дэш и вышел. Идти далеко ему пришлось, зебра как раз проходила мимо бутика.
— Извините, уважаемая, как дела у вас? — спросил он, она резко обернулась... и оба застыли, будто громом поражённые.
Через почти минуту молчания Булат спросил:
— Кора?
Его собеседница тут же сорвалась с места, галопом поскакав к лесу. Булат последовал за ней. И не он один, шестёрка подружек следовала за ними след в след.
Они проскочил город и опушку, после чего подружки отстали, что, впрочем, парна никак не отвлекло, он продолжал своё преследование, аккуратно следуя за зеброй и огибая места, которые, как он подозревал, являются в той или иной степени гиблыми, успел оказаться прямо перед домиком из дерева, когда преследуемая захлопнула перед ним дверь.
— Кора, постой, я лишь хочу поговорить! — прокричал он, стуча в преграду.
— Я не желаю слышать вас, угроз я не боюсь сейчас!
— Угроз? — Булат сел на круп, — каких угроз? Что, Туран что-то там наплела?
— Она прямо выразила суть, в твой гарем один мне путь.
— В гарем?! — Булат чуть не упал. Туран... была радикалкой. Этим всё сказано, — Слушай, Эйзекора, я здесь один и только один, и я тоже сбежал от Туран!
— Что? Не какой-то ли это обман, чтобы нарушить покой, что мне дан?
— Я тебя когда-либо обманывал?
После минуты молчания из-за двери раздалось:
— Всегда честно ты держал ответ, поэтому должна сказать я "нет", — после чего дверь отворилась, и зебра пригласила его в дом.
Внутри пахло травами и дымом, висели маски духов.
— Ты в своём репертуаре, — подметил Булат, — кажется, ты добилась, чего желала.
— Ну, это как сказать, никто здесь меня не хочет знать.
— С чего-то все решили, что ты ведьма. Ты никого не проклянила часом?
— Я сварить могу я зелье в раз, но не наложить мне сглаз.
— Это хорошо. Думаю, я как смогу помочь тебе с компанией. Кстати, за мной скакало шестеро подружек, видимо, они сбились с пути.
— Вижу, твой шарм не убыл, коль популярен ты среди кобыл.
— Они хорошие подруги и ничего более. Они тебе понравятся весьма, главное мне убедить их, что ты не ведьма.
— Ты в рифму складно говоришь. Но почему ты здесь не говоришь?
— Я уступил трон брату. А вот ты последний член старой королевской династии Зебрии, и без тебя там всё встало. Никак не могут определиться, кто будет править.
— Там всё ещё генерал-губернатор?
— Уже просто генерал. Всё-таки процесс идёт, хотя с правительством всё ещё беда, вот.
— Увы, моя несчастная страна, злом и болью растерзана она! — протянула зебра, а затем добавила, — хоть я королю седьмая вода киселе, семья моя за это поплотилась вполне.
— Я не виню тебя, Кора. Моя карьера в политике закончена, теперь я простой кузнец, и буду лишь своим делом заниматься, наконец.
— Крутой жизнь сделала круг, но я рада, что ты теперь рядом, друг.
Так они и проговорили до вечера. Когда стало смеркаться, Булат хотел идти, но Зекора его удержала:
— Опасен Вечнодикий лес, останься, гостем будешь здесь.
— Я бы не хотел мешать...
— Коль тебя съедят, буду я страдать.
— Ох, ладно, у тебя я заночую, коль предоставишь постель какую.
— У меня есть мягих трав тюк, на нём хорошо выспишься, друг.
— Спасибо... так и порешим, — согласился парн.
Утром Булат и Зекора направились в город, и у самой опушки наткнулись на странную делегацию. Ну, как странную. Эпплджек размером с ноготок вещала с головы Спаркл о "ведьме Вечнодикого Леса", Дэш с крошечными крыльями и превратившаяся в заросший комок Рарити с ней согласились.
— Ох, это не к добру сбор, боюсь, он будет на расправу скор! Они пойдут на меня, от злости вереща, хотя винить им следует ядовитого плюща!
— Не волнуйся, успокоить сумею я... но вылечить должны их не медля!
— Не волнуйся друг мой об этом, здесь помогу я делом и советом!
Булат кивнул и вышел из зарослей.
— Эй, Эйджей, это такой новый способ собирать яблоки на вершинах яблонь? А меня научишь?
— Не смешно! Нас заколдовала ведьма! И вообще, где ты был?
— У моей старой подруги, и спешу вас у верить, что она не более ведьма, чем я. Дайте угадаю, вы не поспевали за мной и упали в какие-то заросли?
— Во, вак ты вувавала, вак, вак? — невнятно затараторила Пинки, язык которой распух донельзя.
— Так обычно всё и происходит. Итак, я уже нашёл вам специалиста, который вас вылечит, но вы должны дать слово, что будете уважать мастерство вашего спасителя!
— Да-да-да, дорогой Булат, хорошо! — согласилась Рарити, — только скорее!
Булат с улыбкой просто отошёл в сторону, дав дорогу Зекоре.
— ОНА?! — хором спросили все пони.
— Одна из лучших зельеваров, что я знаю, и моя дражайшая подруга Зекора, прошу любить и жаловать. Да, и если вы будете долго думать, то так и останетесь... в слегка странном положении, — добавил парн. Пони несколько мгновений боролись с непониманием... но затем смирились с необходимостью.
К вечеру с завесой отчуждения было покончено. Зекора мило болтала с Рарити, Твайлайт и сёстрами Спа.
— ... и тогда зелье моё взорвалось, и на вершине дерева я оказалась! — рассказывала зебра смешные случаи из жизни.
— А как вы познакомились с Булатом? — вдруг задала вопрос Рарити.
— Ох. Не так давно на моей Родине вершилась беда, и Булат спас меня тогда. Я думаю, что он вам говорил, что в армии парнской он одно время служил.
— Да... он ведь в корпусе Бессмертных служил, ведь так? — уточнила Твайлайт.
— Да, всегда на острие копья, таков он и вся его семья. Меня он спас и верным другом стал, но общий наш друг меня достал. Уехала я, как кончилось всё, не хотелось быть там, где творилося зло.
— А его семью ты хорошо знаешь? — спросила Рарити.
— Не очень, старший брат его умён, но в хитрости и изворотливости не силен. Младшего и сестёр не встречала я до сих пор.
— А ваш общий друг? — решила уточнить Спаркл.
— Которая, Шетаб или Туран? Одна мила, другая просто ураган. Шетаб навязчивой бывает, но в такте всё же понимает, с другой стороны Туран ужасна, верна, храбра, но и опасна. Не знает просто слова "нет", коль в ум взяла — тушите свет! — продекламировала зебра в ответ.
Больше этот вопрос не поднимался, но Спаркл вечером достала из глубин своего фонда книгу по парнской этике.
— Тушите свет... так... жаэдан... тушите свет... свет!