Ход королевы
Глава шестая, в которой королева приходит в гости и ловит приход
В себя Кризалис приходилось медленно и печально — мир весёлых фиолетовых в крапинку пингвинов покидать не хотелось. Они робко прятали сало жирное в утёсах и гордо реяли над пустыней вокруг горы-Кризалис тихой ночью с воплями: "Буря! Пусть сильнее грянет буря!" Кризалис попыталась было вспомнить заплутавшим в её пещерах бризом, почему это слово имеет такой вишнёвый вкус...
Но тут один из пингвинов, копошившийся в гнезде, устроенном в её каменном ухе, заорал особенно громко — и Кризалис, мотнув непривычно тяжёлой головой, с натугой села. Попыталась продрать хотя бы один глаз, второй... наконец, четвёртый всё же открылся и королева увидела медленно сползающую по косяку двери зебру с закатившимися глазами.
Пару секунд Кризалис хлопала на неё глазами, машинально почёсывая хватальцем нюхальце и расправляя мембранные хентакулы... потом случайно увидела нечто чёрно-бело-полосатое, шевельнувшееся в настенном зеркале. Нечто, злобно лупающее зрявнями на хлибких шнобельках, было до того кошмарным, что зашипевшая Кризалис вмиг запрыснула на стену, встопырив шпильчастый грябень и растопорщив мембраны с хентакулами... и тут до неё дошло.
Оцепеневшая королева медленно осмотрела себя, пребывая в неком ступоре. Не будь она привычной к разного рода трансформациям, кукуха бы поехала сразу и наверняка, философски-критично отметила Кризалис, служжая со стены и задумчиво изучая новый облик. Валяющаяся крупом к ней с откинутым вбок хвостом зебра случайно подвернулась под один из взглядов, и реакция последовала незамедлительно... пусть и сильно удивившая королеву.
"Так вот ты какой, квадратный трёхчлен..." — смутно припомнились какие-то обрывки уроков. Кризалис нервно хихикнула. Или хихикнул? Получившееся сиплое кваканье королеву даже не удивило, её тихой благостной истерики не прервал ни тот факт, что кроме кваканья ничего выговорить не получилось, ни даже знакомый ужасающий голос, выкликавший снаружи Зекору. Наоборот, королева пришла в бурный восторг.
О да, самое время, Спайки-вайки, ты никогда ещё не появлялся так удачно... Все три пасти перекосило злорадным оскалом. Продолжая сдавленно булькать, королева схватила зебру щупальцами и затолкала её обмякшее тело в шкаф, после чего подпругнула и расплыщилась на потолке полосатой кляксой, сливаясь с его текстурой.
— Зери?.. — Спайк, сунувшийся было в дверь, выпучил глаза на творящийся кавардак, потом захрипел, от души хапнув полной грудью удушливую смесь непередаваемых ароматов, а потом... Кризалис едва с потолка не сверзилась, когда после гулкого хлопка из фиолетового, аки давешние пингвины, с кашлем выпал... выпало... выпала симпатичная фигуристая драконочка.
"Тем лучше!" — возликовала королева и одним махом сграбастала добычу, сосквознула вниз и напрочь игнорируя вопли и трепыхания, развернула её низом к себе, задрав хвост.
— Зери, ты со своей алхимией и опытами совсем рехнулась?!.. Пу... М-м-м! — шум надоел королеве и она мстительно заткнула драконочке рот одним из новообретённых приобретений, благо длина и гибкость позволяли. Ощущения были... необычные, но однозначно восхитительные, и Кризалис использовала оба оставшихся органа в надлежащих областях применения, вызвав судорожный взбрык ящерки, у которой глаза полезли на лоб.
"Вот так, наконец-то!" — достигнув всех глубин и пределов мечтаний, королева сладко зажмурилась... и начала мстить.
С размаху, вдумчиво, на полной скорости, каковую регулировала щупалками, мотающими жертву взад-вперед на весу. Спайки мычала, махала той частью хвоста, которая не угодила в захват хентаклей, но поделать ничего не могла, что Кризалис несказанно радовало. К тому же наличие трёх причин для удовольствия позволило его продлить, разряжая орудия поочередно. Так что Спайки попала надолго, ибо легко отпускать обидчика... обидчицу королева не собиралась.
Впрочем, после нескольких приходов она пришла в довольно благодушное настроение, да и пускающая пузыри из всех плотно забитых мест драконочка поплыла всерьёз, начав окутывать королеву всполохами уже собственных оргазмов... и общая эйфория понесла парочку в неведомые дали, из которых они Луна-весть когда бы выбрались, если бы не тяжёлый половник, обрушившийся Кризалис на темечко, или на то место, что выполняло его функции. Во всех слухательных мембранах вспыхнул гулкий звон — и мир вновь померк.