Сладкая попка: Пробуждение

Лира спит, ей снится сон о блинчиках, но внезапно он становится слаще, когда Бон-Бон начинает ласкать её во сне. Сможет ли Лира устоять перед искушением?

Лира Бон-Бон

Пони в поисках правды

Принцессу Селестию похищают. Все думают что она просто в отпуске. Но только три пони думают по другому. Узнав кто вор. Главный вопрос почему? Это то и предстоит им узнать...

Рэйнбоу Дэш Твайлайт Спаркл Эплджек Принцесса Селестия Принцесса Луна

Немного о многом

Конфеты, фантики и прочие прочести.

Принцесса Селестия Принцесса Луна ОС - пони

Лунная гонка

Мужество и личностные качества Рэйнбоу Дэш проходят серьёзную проверку на прочность, когда она принимает брошенный Спитфаер вызов и вступает в гонку через серию смертельно опасных препятствий, преодолеть которые под силу только опытнейшим пегасам.

Рэйнбоу Дэш Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Скуталу Спитфайр

Парадокс неизбежен.

Агенту министерства обороны полковнику Майклу Свифту было дано задание следить за учёным Эйденом Кроном. Это задание заставило его одеть толком недоделанный костюм для путешествий во времени, носиться за Кроном по полуразрушенному Лондону, снежным дорогам, секретным заводам и по воздуху. В процессе побегушек за опальным учёным он скачивает всю информацию с сервера Магистрата, освобождает плененных повстанцев, уничтожает фабрику по производству оружия, брони, танков, летательных аппаратов и хроно-солдат, перегружает центральный реактор и приводит к разрушению обширного горного комплекса Магистрата, сражается с гигантским механическим тараканом, и всё это ради того, чтобы вызвать временной парадокс?

Принцесса Селестия Принцесса Луна Человеки

Бонни и Клайд

"Leurs noms Bonnie Parker et Clyde Barrow." (Serge Gainsbourg)

Твайлайт Спаркл Спайк

И целого мира мало...

История детства и взросления Сансет Шиммер - разумеется, как вижу ее я.

Принцесса Селестия ОС - пони Сансет Шиммер

Мое сердце

Когда останавливается сердце.

Другие пони

Fallout: Equestria. Типичная Пустошь

Пустошь. Такая типичная Пустошь. Мертвый мир, царство хаоса, в котором вы будете вынуждены выживать день ото дня...как в принципе и наши герои. "День среди хаоса" - сборник из нескольких историй, описывающих обыденную жизнь вокруг небольшого поселения - Эмититауна. Это будни в Пустоши.

Другие пони

Триада Лун: Сбор обломков

Над иной Эквестрией стоит ночь, вечная ночь, но виной тому не жестокая Найтмэр. Жизнь бурлит, пони радуются и печалятся, создают прекрасные вещи, творят изощрённые чары под проницательными взглядами Триады Лун. Трое Вестников — тех, что выбрали путь живых проводников Лунных аспектов — услышат голос одной из Лун и сойдутся вместе в надежде исправить ошибку далёкого прошлого. Но Та, чьим словам они вняли, указывает не столько путь, сколько направление. И голос Её, сколь бы внятно он ни звучал, всегда таил непознанное. История трёх Вестников не станет исключением. Если в процессе истории вы ощутите некоторую нарастающую растерянность, загляните сюда.

ОС - пони

Автор рисунка: BonesWolbach
Глава V Глава VII

Глава VI

Я был один, бежал сквозь удушающую тьму, вопреки всему не теряя веры в то, что смогу добраться до цели. Я обязательно должен добраться до цели. Но, видимо, этому уже не суждено случиться: шаги позади становились всё громче и громче. Я знал, до того, как меня поймают и убьют, оставалось всего несколько секунд.

Неожиданно топот прекратился, его сменило знакомое жужжание. Я ускорился, побежал на пределе сил, надеясь, что смогу оторваться от… Них.

Понятия не имею, как Их следует называть. Они следовали за мной из одного сна в другой, заставили меня бояться так сильно, что это чувство давно переросло обычный страх, став чем-то новым, куда более глубоким.

Мгновение — и всё изменилось. Теперь я лежал на холодном металле операционного стола, надо мной вилось множество сложных манипуляторов. Каждый из них удерживал какой-то инструмент, лезвие или иглу. Передо мной появилось чьё-то лицо, я попытался его отогнать и только тогда понял, что у меня больше нет рук. Попытался пнуть и понял, что Они лишили меня и моих ног. Я слышал голоса, но смысл Их разговора был вне моего понимания.

Одна моя часть вопила от ужаса и твердила, что я должен сбежать, другая давно смирилась с тем, что отсюда нет выхода. Мне оставалось только наблюдать за тем, как одно из лезвий медленно приближается ко мне, всё ближе и ближе к моему парализованному глазу. Внезапно оно спикировало вниз, разрезая мою роговицу холодной острой кромкой.

Стоило закричать от боли, как я почувствовал, что мир вокруг меня снова претерпел изменения. Теперь я находился в каком-то резервуаре с вязкой жидкостью, к моему носу и рту прилегало что-то металлическое. И снова здесь были Они, наблюдали за мной, делали заметки в своих устройствах. Позади Них я видел другие сосуды, похожие на тот, в котором плавал я. В одних находились люди, в других — монстры, а в некоторых плавало что-то среднее между ними. Я стал колотить стенки резервуара, умоляя Их проявить милосердие и отпустить меня.

Когда один из Них подошёл поближе, мир изменился снова. Я остался один посреди неподвижной тьмы. Или, по крайней мере, я считал, что был тут один. Шорох позади заставил меня резко обернуться. Я столкнулся со своим кошмаром.

Он напоминал то, во что Они превратили меня, но был крупнее и куда более жутким. Мой гротеск. С его когтей капал омерзительный гной, а пасть была открыта так широко, словно он хотел проглотить меня целиком. Я побежал, отчётливо ощущая шаги позади себя. Он приближался.

— Пожалуйста! Кто-нибудь! Кто угодно! — закричал я, оказавшись в его хватке. Я слышал смех. Чудовищный, безумный. Он легко развернул меня, теперь мы находились лицом к лицу.

— Почему ты так поступаешь со мной? — прокричал я ему в лицо, надеясь отсрочить неизбежное ещё на пару секунд.

Он окинул меня взглядом и рассмеялся ещё раз:

— Это произошло не по моей вине, монстр.

Мир вокруг снова изменился. Я огляделся, пытаясь понять, куда я попал. Где-то рядом раздавался голос, но то, что он говорил, было за гранью моего понимания. Мой взгляд упал вниз, на изуродованный труп, лежащий прямо у моих ног. Я поднял руки, но они уже не выглядели как прежде. Теперь это были две когтистые лапы знакомого мне чудовища.

И когти были в крови.

— Почему вы заставляете меня делать это? Я не монстр! — в ужасе я сделал несколько шагов назад.

— Теперь — монстр, — прошептала тварь прямо у моего уха.

Не веря, я покачал головой и упал на колени. Вокруг меня стала смыкаться тьма. Меня охватило отчаяние. Вдруг повсюду стали раздаваться голоса, те, которые я знал, и другие, незнакомые. Они повторяли одно и то же.

— Монстр.

— Монстр.

— Монстр.

— Достаточно.

— Убийца.

— Опасная тварь.

— Чудовище.

— Довольно.

— Ты же знаешь, это только начало.

— Теперь ты будешь снова и снова убивать всех вокруг.

— С этого момента ты наша игрушка.

— Слушай, почему бы нам не повеселиться? Может, заставить тебя убить всех, кого ты знаешь и любишь?

— ХВАТИТ!!!

Яркий свет пронзил темноту позади меня, заглушая окружающие меня голоса. Я повернулся к нему, с ужасом ожидая увидеть новый уготованный мне кошмар.

Но позади меня была одна лишь луна. Она была гораздо крупнее и красивее, чем любая, виденная мной раньше. Луна стала приближаться. Её свет заставил меня испытывать чувство, которому, казалось, во всём мире не найдётся подходящего названия, однако я уверен, что уже испытывал его. Когда луна приблизилась достаточно, я, наконец, смог понять, что это за чувство.

Покой.

На лунном диске медленно проступила тень, силуэт, напоминавший лошадиный. Он отделился от луны и стал приближаться ко мне. По мере того, как силуэт становился всё ближе и ближе, тени, покрывающие его, рассеивались, открывая что-то знакомое. Знакомое, но чуждое.

Это была пони, однако гораздо более величественная и грациозная, чем все те, которых мне доводилось увидеть раньше. С учётом рога она была почти такого же роста, как и я, почти метр семьдесят. Её шерсть цвета полуночного неба и огромные крылья, казалось, светились неземным светом. Грива же и хвост, словно сплетённые из эфира и космоса, развевались на несуществующем ветру. На её боку можно было разглядеть похожее на ночное небо тёмное пятно и висящий в его центре полумесяц. Её копыта были подкованы серебром, а на шее висело какое-то чёрное украшение с серебряной луной, идентичной изображённой на боку. Её голову венчала чёрная диадема, а на лице было выражение глубокой скорби.

— Кто ты? — спросил я, неожиданно совершенно не испытывая страха.

Она не ответила. Вместо этого она просто посмотрела на меня, давая мне разглядеть её голубые глаза, полные сострадания и печали. Мир вокруг нас снова изменился.

На этот раз я оказался дома, в своей постели, укутанный в тёплое одеяло. Я чувствовал себя в безопасности.

— Шшшш… — услышал я женский голос совсем рядом с собой, — Придёт время и ты узнаешь ответ на свой вопрос. А пока спи. Забудься сном и отдохни ото всех земных забот. Пусть тебя греет мысль о том, что теперь ты в полной безопасности.

В её голосе было что-то странное, музыкальное. А ещё я точно мог сказать, что она говорила на незнакомом мне языке, но каким-то образом я мог понять смысл её слов. Как, чёрт возьми? В одночасье мои веки стали тяжелее, сосредоточиться на мысли стало совершенно невозможно.

Пони всё ещё была неподалёку, я слышал, как она что-то тихо напевала. Стоило прислушаться к пению, как сознание стало стремительно ускользать. Не успел я опомниться, как провалился в глубокий сон. Сон без сновидений.


— Оно сильно переохладилось, но мы успели поймать его вовремя, так что смерть ему больше не угрожает, — доложил сержант Фейер Уэзер, ловко отдавая честь.

— Он.

— Простите?

— Существо — это он, а не оно. Он живой, думающий, разумный. — поправила Луна стражника, и, не в силах сдержать эмоций, добавила чуть тише, — И пережил слишком много ужасов для такого молодого возраста…

— Да, ваше высочество, — опустил голову сержант Фейер Уэзер.

— Ваше Высочество, Вы узнали, как его следует называть? — спросил капитан Си́кер.

— Пока нет. Он прошёл через слишком многое, пусть сегодня он просто поспит.

— Вам удалось узнать что-то важное? Кто он? Или почему он предпочёл рисковать своей жизнью, чтобы избежать поимки? — спросил капитан Си́кер, примостившись рядом с дрожащим двуногим.

— Да, на оба вопроса. Некоторые моменты мне не совсем понятны. — ответила принцесса Луна, взяв на заметку обсудить увиденное с сестрой, — Но что я могу сказать точно, так это то, что это тело не принадлежит ему. Он был превращён в эту форму другими, крайне жестокими существами, и совершил немало ужасного, следуя их приказам. На самом деле он не монстр, пусть сам и смирился, признал себя таковым. Он пытался сбежать от нас лишь потому, что был уверен, окажись он в нашей власти, его ждёт та же судьба, что любого другого монстра — скорая смерть. Поэтому он взял себе за правило избегать любых контактов с пони.

Капитан Си́кер понимающе кивнул, казалось, он тоже проникнулся историей существа.

— Как долго он оставался один?

— Полгода.

Капитан побледнел.

— Я удивлён, как он до сих пор не лишился рассудка!

— У него невероятно сильная воля, это правда, — сказала принцесса Луна, присаживаясь на прохладную траву возле берега реки.

— Итак... Что нам с ним следует делать? Отвезти в Кантерлот? — неумело скрывая неловкость, спросил сержант Фейер Уэзер.

Принцесса Луна подумала об этом несколько секунд и покачала головой:

— Он нам не доверяет, и я не могу обвинять его в этом. Везти его в Кантерлот прямо сейчас неразумно, стоит отнести его обратно в пещеру. Позже мы с сестрой обязательно посетим его и попытаемся наладить контакт, но сейчас будет правильным предоставить его самому себе.

Казалось, несколько стражей помладше были обеспокоены этим решением, но они промолчали. Капитан Си́кер отдал честь и был готов уйти, но внезапно остановился:

— Принцесса, кажется, я понял. Вы говорили раньше, что попытки создать одежду связаны с выживанием. Должно быть, его кожа очень чувствительна к холоду, в таком случае он не протянет долго, если погода испортится. Было бы разумно оставить ему несколько тёплых вещей и записку о том, что мы вернёмся через несколько дней.

Луна кивнула в знак согласия и, поднимаясь с травы, сказала:

 — Он пережил трудные времена, давайте посмотрим, сможем ли мы немного облегчить его долю.


Я вздрогнул и проснулся, тут же почувствовав, как раскалывается голова и ноют ноги.

«Почему я всё ещё жив?», — подумал я, приподнимаясь с того места, где лежал.

И тут же замер в изумлении.

Вниз с меня соскользнуло добротное тёплое одеяло. В замешательстве я стал разглядывать его узор.

Что? Разве это не невозможно?!

Нюх, словно уставший ждать секретарь, ворвался в кабинет моего сознания и бросил отчёт прямо перед мозгом. Тот, в свою очередь, пристально рассмотрел его и в замешательстве передал мне.

Я почувствовал запах рыбного филе.

Нет, не просто филе. Это был лосось, натёртый солью и розмарином, а затем тщательно обжаренный на медленном огне. Я развернулся в сторону божественного аромата, но только для того, чтобы увидеть то, во что не в силах поверить.

Я подошёл к выходу из пещеры и выглянул, для того чтобы убедиться, что это всё ещё моя пещера. Да, вот знакомое дерево и… лестница? Да, это была пятиметровая лестница, прислонённая прямо к скале. Замешательство только усилилось, так что мысль о том, что теперь в пещеру станет проще попасть, промелькнула на краю сознания, как в полудрёме.

Оглянувшись, я снова увидел стоявший над выкопанной мной ямой для очага хороший мангал. Рядом с ним лежала разнообразная кухонная утварь: несколько кастрюль, сковородки, специи…

Однако сейчас наиболее важным казалось другое, а именно рыбное филе. Это всё ещё была достаточно простая пища, но когда я взял с лежавшего рядом коврика столовые приборы и подошёл к тарелке, эта рыба казалась прекраснейшим произведением искусства.

Стоило поднять тарелку, как оказалось, что под ней лежала записка. На ней были изображены в ряд солнце, луна, солнце, два крылатых единорога и моя грубая карикатура, пожимавшая копыта тому из пони, который казался крупнее.

На бумагу внезапно упала капля. Я поднял глаза, недоумевая, откуда она взялась. Так ничего и не найдя, снова посмотрел на страницу, затем осторожно отложил её в сторону.

«Подумаю об этом позже», — решил я, возвращая внимание на филе у себя на коленях. Я аккуратно разрезал его ножом, и, подхватив кусочек, поднёс его ко рту, стараясь не поцарапать металлическую вилку клыками.

Стоило ощутить вкус, как я не выдержал и расплакался.

Мне следует наградить то чёртово дерево медалью.

Иногда ты прав. Действительно, бывают времена, когда считаешь, что каждый вокруг только и ждёт удобного момента, чтобы вогнать нож тебе в спину. Случается, что весь мир может ополчиться против тебя. Думаешь, он хочет втоптать тебя в грязь, прилагает все усилия, чтобы уничтожить, сломить тебя. Иногда кажется, что ты и вовсе не достоин спасения.

Иногда ты ошибаешься.