Надувательство

Cферический дарк в вакууме, укатившийся из парижской палаты мер и весов. При этом без существенных примесей клопоты, кишок или всякой фалаутовщины. Хотя то, что можно назвать своеобразной эротикой имеется, но это второстепенно. Идея не слишком оригинальна, сам встречал похожие твисты когда-то в прошлом и при других обстоятельствах, но не идея здесь главное. Вязкое чувство безнадёги на фоне солнечного дня и беззаботного щебетания птиц, когда вобщем-то понимаешь, что произойдёт дальше, но надеешься, что каким-то чудесным образом обойдётся.

ОС - пони

Жажда

Сраженная горем после смерти дочери, Берри Панч пытается побороть свою страсть к алкоголю.

Октавия Бэрри Пунш Колгейт

Страшный лес или как Эйнджел сошел с ума

Эйнджел заболевает и сбегает от Флаттершай.Ей придется пойти в Вечнодикий Лес чтобы отыскать и вылечить его.....Но это только начало!

Флаттершай Твайлайт Спаркл Энджел

Que Sera, Sera

Принцесса Селестия всегда знала, что Твайлайт Спаркл предназначено совершить великие дела, но она никогда и никому - даже самым близким ей пони - не говорила, отчего так в этом уверена. И когда настанет судьбоносный для Твайлайт день, сможет ли она выполнить одно данное ею давным-давно обещание, чтобы спасти прошлое, будущее и настоящее всей Эквестрии, даже если после этого она никогда больше не увидит свою любимую ученицу? Ведь как она может не исполнить последнюю волю своей матери?

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Спайк Принцесса Селестия Принцесса Луна

Опасности телепортации в состоянии алкогольного опьянения

У Принцессы Селестии проблема. Или, возможно, это у Твайлайт Спаркл проблема. Каждые несколько недель, пьяная Твайлайт Спаркл неосознанно телепортируется в замок Селестии в поисках закуски или места, чтобы переночевать. Так что со всем этим будет делать Селестия?

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия

Две чашки чая

Флаттершай ищет совета Рарити в том, что ей делать со своей безответной любовью... но у Рарити имеются свои собственные секреты, из-за которых она не лучшая кобылка у которой стоит спрашивать совета по этому поводу.

Флаттершай Рэрити Биг Макинтош Черили

В тесноте, да не в обиде

Каково это быть папой не только для одного маленького создания? Хитчу предстоит узнать ответ на этот вопрос ночью после праздника в Меритайм Бэй.

Другие пони

Меняя октавы

Музыка - язык души, и как же разительно она меняет пони!

Октавия

Один среди них 2

Дима. Единственный представитель человеческой расы во всей Эквестрии. У него новая семья, друзья и первая любовь. Он - последний. Но что, если это не так? Что будет, если беды его родителей перекинуться на него?

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Эплблум Скуталу Свити Белл Спайк Принцесса Селестия Принцесса Луна Диамонд Тиара Сильвер Спун Черили Лира Бон-Бон Человеки

Любим, но не помним / Loved, but Not Remembered

Что такое память? Почему кажется, что важные вещи ускользают, а другие преследуют, разрушают и не хотят покидать нашу голову? Её звали Лира Хартстрингс, но никто не вспомнит о ней.

Скуталу Снипс Снейлз Лира

Автор рисунка: Noben

Принцесса Луна ничего не боится

Ничего?

Тела. Везде тела, на сколько глаз хватает. Где гвардия? Мертва? Не может быть, скорее уж, отстала. Сестра, а где сестра? Погибла? Нет, на небе солнце, знать, жива.

Контроль… начало битвы помню, а дальше как туман, я вся в крови, она моя? Закрыв глаза, я зажигаю рог, доспех промят, оторваны пластины. Синяк, другой, смешно, погибло столько пони, а мне… дышать всё тяжелей, а это что, металл… во мне?!

Открыв глаза и шею повернув, я чувствую — на миг мне стало худо, копьё в боку торчит, и сразу боль, на землю оседаю, убить меня не так легко.

Контроль, не может быть, что б снова потеряла. К лицу копыто подношу, и на глазах волной синеет шерсть, оттенки тьмы темнейшей изгоняя.

Цена… заваливаюсь вбок, в ушах звенит, но слышу хрип, предсмертный хрип, тот пони не жилец, но может, мне его спасти под силу… в глазах плывёт, собрав остатки жалкие всех сил, встаю, смотрю, клокочет в горле кровь, и хрип… мой хрип.

Цена. Я заплачу. Князь тьмы падёт, его войска… пленённые им пони, в глазах рабов ни разума ни воли. Их кровь на мне, но битвы я не помню.

Сестра… я снова падаю, темно, глаза открыты, но темно, и боль, качает сердце боль. Сестра, ты где? Сестра…


— Сестра! Луна! Ты так опоздаешь! — чьё-то белое копыто отдёргивает балдахин, и прямо на лицо тёмно-синего аликорна падает луч солнца. — Лулу, вставай! Надо что-то делать с твоим режи…

ПЧХИ!

Слова высокой и царственной кобылы оказываются перебиты не менее царственным чихом развалившейся на кровати засони. Она морщится от заливающего комнату света, потягивается, медленно садится, свешивая копыта вниз, и непонимающим взглядом смотрит на сестру.

— Тия? Рано же ещё, я… — но что бы ни хотела сказать младшая принцесса, сон всё никак не отпускает её, поэтому, прикрыв копытом рот и широко и заразительно зевнув, она потянулась ещё сильнее, поднялась с кровати и завитком магии открыла окно, впустив поток свежего воздуха в комнату.

— Луна, карета уже ждёт, у тебя в час приём в поликлинике, ты что, забыла? Поспеши, завтрак уже на столе, — принцесса Ранних Подъёмов внимательно осмотрела помещение, заприметив четыре серебрянных накопытника, аккуратно расставленых в изножье кровати, пейтраль на прикроватной тумбочке и лежащий там же корешком к стене массивный том, заложенный синим пером. — Мне позвать служанок?

Тишина.

Взгляд старшей принцессы метнулся к сестре, и Селестия увидела, как два широко раскрытых глаза со зрачками не толще булавочных ушек смотрят в пустоту.

— Лулу, милая, что с тобой? — принцесса тут же обеспокоенно подбежала к сестре.

— Т-Тия, с-сегодня? М-может, перенести? Я не готова, я…

Перепуганная кобыла невольно попятилась, упёрлась крупом в кровать и на неё же и осела.

Любящее сердце старшей сестры дрогнуло.


Сотни лет для принцессы Селестии самым важным было благополучие её маленьких пони, но вид перепуганной сестры, этот загнанный взгляд…

Королевству придётся подождать. Отправив служанок к Луне, чтобы они помогли ей привести себя в порядок перед выходом в свет, принцесса вызвала своего верного секретаря.

Скрипнула дверь, и в помещение вошла белая земнопони с тёмной гривой. Слегка поклонившись, она вопросительно посмотрела на Селестию в ожидании распоряжений.

— Инквелл, отмени все встречи на сегодня, мне требуется провести время с сестрой. Отправь сообщение главному врачу, передай, что у Луны сегодня приём и первичная вакцинация, и я буду очень рада, если получится всё сделать без лишнего стресса для сестры.

Рэйвен Инквелл была опытным секретарём. Как хороший работник она должна была предупредить, что отменять все встречи по меньшей мере неразумно, ведь и без того напряжённым отношениям с Сатирами это явно на пользу не пойдёт, но как отличный работник она знала, когда спорить с принцессой бесполезно и в высшей мере неразумно.

— Да, ваше высочество, — кобыла склонила голову. — Разрешите идти?


Тем временем главный врач уже успел протоптать дорожку на ковре в кабинете, бормоча под нос:

— Кого же выбрать? Все боятся этого кровожадного монстра, а кто не боится, просто облягается от счастья…


По коридору поликлиники шла дневная принцесса, кивая и излучая тепло одним своим присутствием, позади же, не поднимая головы от пола, плелась, еле переставляя копыта, Принцесса Ночи.

Селестия, заверив всех, сидящих в очереди, что они по записи, открыла дверь для сестры и ободряюще улыбнулась. Луна подняла голову, кивнула и, прижав ушки к голове, переступила порог кабинета. Её сестра вошла следом, после чего золотистая аура окутала ручку и закрыла за ними дверь.

Внутри кабинета сидела молодая единорожка обсидианового окраса в медицинской шапочке, из под которой выбивалась прядь дымчато-белой гривы. Из-за непривычной для Кантерлота жары медицинский халат был расстёгнут, отчего значок с именем прочитать было невозможно.

Медсестра подняла голову и с улыбкой поднялась со стула.

 — Ой, а я ждала вас! Проходите, присаживайтесь, вот стульчик, я пока всё подготовлю, — кобыла достала из морозильной камеры ампулу и взяла упакованный шприц, после чего повернулась к сёстрам и на мгновение замерла. — Принцесса Селестия, вы с ней побыть хотите?

— Если вас не затруднит, — аликорн обеспокоенно посмотрела на сестру, и опытная единорожка сразу поняла что к чему.

Луна тем временем села на указанный стул и пристально уставилась на иглу, парящую в телекинезе медсестры. Рог ночной принцессы засиял, и Селестия почувствовала, как прохладная магия сестры сжимает её бабку передней ноги.

— Милая, да не бойся ты так, — заговорила единорожка. — Давай знаешь как сделаем? Сейчас, погоди…

Она начала копаться в ящике стола и достала жгут с солнышками, стилизованными под кьютимарку солнечной принцессы.

— Вот, смотри, это волшебная повязка для самых храбрых пациентов, вытягивай копытце, — Луна подчинилась, и медсестра уверенным движением затянула жгут. — Не смотри на иголку, сейчас, я быстро.

Аликорн зажмурилась, а её хвост заметался по полу.

— Главное, мышцы не напрягай, а то сведёт, хорошо?

Резкий кивок головой.

Медсестра откупорила ампулу, набрала вакцину в шприц, спустила воздух и направила иглу в вену ночной принцессы, та тихонько пискнула и отвернулась.

— Ну вот и всё! Открывай глазки, — единорожка тем временем уже снимала жгут. — Пациентам, которые себя хорошо вели, положена награда, выбирай, тебе пластырь с цветочками или с крабами?

Луна медленно приоткрыла сначала один глаз, затем другой, слегка вытянула голову и неуверенно улыбнулась.

— С к-крабами.

Медсестра распаковала пластырь с изображением задорных крабов и наклеила его на место укола.

— Ну, вот видишь? И не страшно вовсе!

Луна благодарно улыбнулась и кивнула.


Принцессы вышли из поликлиники, о чём-то весело беседуя, и в этот же миг где-то выдохнул главный врач.

Ни-че-го. Кроме уколов.