Вечное пламя
Глава 6. Назад пути нет, часть 1
Хоть я и затаилась в голове у Селестии, одна вещь продолжала меня беспокоить в глубине души.
«Зачем же Селестия так поступает?»
Именно этот вопрос мучал меня с момента нашего последнего разговора. Что-то как будто не сходится. Будто Селестии удобнее поссориться со мной, чем выслушать меня.
«Что-то здесь не так…» — подумала я.
Попытки понять, зачем же она это делает, натолкнули меня на мысль, что я была слишком импульсивна по отношению к Селли. Мне было очень жалко Луну, и я хотела, чтобы всё стало, как прежде. Поэтому и сорвалась на неё, не видя всей картины. Селли этого не выдержала и поссорилась со мной.
«Однако, такую проблему словами не решишь…»
…Словами, которыми я аргументировала свою позицию, прежде всего. Ясное дело, что она не станет меня слушать. Я бы, наверное, тоже не послушала, если бы мне очень громко высказывали, в чем я не права. Тем более разговаривать с ней под конец дня было плохой идеей. Я не хотела её нагружать, разговаривая с ней под конец дня. Однако произошло ровно наоборот, и вместо дружеской беседы получилась очень большая ссора. Всё-таки, нужно было использовать мягкую силу. Я не должна была так наседать на Селли; надо было спокойно ей объяснить, в чём она не права, а не рубить с плеча в надежде, что она меня послушает. Теперь она отдалилась ещё сильнее, а я очень обиделась на неё.
«Прям как маленькие жеребята, ей богу…» — осознала происходящее я.
Так, нужно перестать заниматься самокопанием.
«Итак, зачем же это Селестии?»
Я решила полезть в наши общие воспоминания. До этого момента я и не знала, что так могу. Видимо, Селестия тоже может, если захочет. Значит, я могу научиться править Эквестрией; также наоборот, Селли может научиться боевым искусствам из моих воспоминаний. Очень удобно, что можно таким образом помогать друг другу. Путешествуя по осколкам воспоминаний Селли, я увидела любопытную деталь. Всё, чем она занималась последние годы, было выполнение королевских обязанностей и введение проекта государственной реформы, которая могла разделить нашу жизнь на до и после.
У проекта было название «Феодализм». Этот проект подразумевал глобальное изменение всего государственного строя нашей страны. Если сейчас власть сосредоточена у правителя и королевского аппарата, где аристократия занимала скорее ассистирующие места, а именно — государственные чины, то со вступлением в силу данной реформы всё кардинально меняется. У каждого аристократа появляется своя земля, так называемый «Феод», над которым у него практически безграничная власть, — вмешиваться в дела феода может только королевская семья. Власть имущий обязан собирать налоги с земли и предоставлять часть этих налогов королевской семье. Этот проект начала продвигать аристократия, ещё когда Селли училась управлять государством. Сначала она без колебаний отказывалась от него из-за многих недостатков, но со временем, когда дел стало выше крыши, такой законопроект показался Селли не таким уж плохим. И можно обязанности немного разделить, чтобы дел поубавилось. Селестия хотела таким образом создать свободное время, чтобы проводить его с Луной… и со мной.
Однако разве это не означает потерю абсолютной силы королевской семьи? Очевидно, что со временем аристократия будет требовать всё больше и больше. Наша Эквестрия, как и власть двух сестер, может стать пережитком прошлого; вместо неё будут десятки, — если не сотни, — квазигосударств, со своими законами и правителями. Уже внутри этих государств пони будут думать, что государство, в котором они живут, самое правильное и лучшее. В будущем это может перерасти в полномасштабную войну всех пони-государств, за определение самого сильного. После этого снова вернется монархия, и все будет ровно как сейчас, но с сотнями тысяч жертв и разбитых судеб. Разве Селли об этом не догадывается? Она думает, что сможет таким образом обуздать аристократию, но это, скорее всего, выйдет ей боком. Приструнить их может только демонстрация силы и нерушимости королевской власти. Я бы им показала, что такое дисциплина в нашей армии, но Селли этого не одобрит.
Мне стало немного тошно от того, что я натворила. Я вела себя, как какой-то подросток в пубертатном периоде.
«Но в чём же я не права?» — внезапно подумала я.
Спустя некоторое время я осознала, что мы с Селли были правы каждая по-своему. Я говорю о важности семьи, тогда как Селли говорит об управлении нашей страной, используя сухой рационализм правителя, взвешивая все «за» и «против». Просто наговорили друг другу лишнего, теперь даже не знаем, как помириться. Но прощения просить пока рано. Она, наверное, не послушает, или послушает и сделает вывод, что всё сделала тогда правильно. Будет и дальше следовать своей логике королевы. Чтобы научиться на своих ошибках и стать лучше, нам нужно время. Или другой пони, способный показать, в чем мы неправы, — такая пони, как Луна. Осталось только подождать, когда она наберётся смелости и решится на важный разговор. От этого разговора решится судьба Эквестрии.
Прошло совсем немного времени, и Луна ворвалась в кабинет Селестии практически с боем, собрав всю свою волю и решимость.
— Сестра, пора обсудить кое-что важное, — начала разговор Луна. Она медленно подошла к столу Селестии. Её лицо было нахмурено, можно было увидеть, что у неё вздыбилась шерстка.
— Принцесса Луна, почему вы врываетесь в кабинет, не назначив при этом встречу со мной? — начала свою тираду королева Селестия.
Она сверлила Луну презрительным взглядом, вставая из-за стола, на котором лежала кипа различных документов и указов.
— Вот как раз об этом нам и нужно поговорить. Почему ты перестала общаться со мной, как раньше? — решила зайти издалека Луна.
— Так как я являюсь королевой Эквестрии, мне нужно этому соответствовать и обращаться как подобает с каждым пони. Даже с тобой, — принялась объяснять Селли свою позицию.
— Зачем же такие формальности, когда мы с тобой наедине? — задала логичный вопрос Луна.
— Чтобы даже наедине с тобой помнить, кем я являюсь, — холодно произнесла королева Селестия.
Её глаза сузились, она презрительно задрала голову, явно выказывая пренебрежение.
— О чем ты? Ты, в первую очередь, моя сестра, а уже потом королева Эквестрии.
— Я, Селестия, — королева, а ты — принцесса. Ты должна уже наконец стать взрослой, перестать рыдать и начать выполнять свои обязанности, как и подобает принцессе, — сказала, как выплюнула, Селестия. — Ты должна перестать быть слабой и постоянно переживать, что скажут другие о твоей ночи. Восхищаются они или нет, — это вообще не важно!
Селестия подошла к сестре и расправила свои крылья, как истинная правительница Эквестрии. Луна же не отступила ни на шаг, её лицо помрачнело. Я никогда её такой не видела. Оттенок её лица стал как будто ещё темнее. Её глаза налились слезами, — казалось, ещё немного, и Луна выбежит из кабинета, рыдая в три ручья.
«Селли, прекращай, отступи, ты сейчас делаешь очень больно своей сестре!» — обратилась я к Селли в её голове.
«Не влезай в наш разговор, Дейбрейкер», — отрезала Селестия.
Я отчетливо видела, как Селестия начала колебаться перед своей сестрой. Уже не было той уверенности, что раньше, крылья чуть опустились. Видимо, Селли не ожидала такого напора от сестры.
«Я тебя предупредила!» — фыркнула я, после чего стала смотреть на Луну.
Луна же, напротив, воспылала решимостью, как никогда раньше. Она взяла себя в копыта ради оставшегося вопроса.
— Последний вопрос, королева Селестия, — начала финальную атаку Луна.
— Я слушаю, — сухо ответила Селли.
Казалось, что даже такой короткий диалог утомил её настолько, насколько не утомляет восемь часов работы над государственными делами.
— Куда ты дела Дейбрейкер? — задала роковой вопрос принцесса ночи, — Я перестала видеть её на тренировочном плацу, так где же она?
После этого вопроса Селли не решалась говорить. Какое-то время она просто смотрела на перо с бумагой, тщательно подбирая слова. Похоже, она поняла, что лучше сказать жестокую правду, чем красивую ложь. Она вновь обратила свой взор на Луну. Казалось, что она решилась на что-то.
— Мы с Дейбрейкер серьезно поссорились, после чего я забрала её свободное время, — сказала Селестия правду своей сестре, вздохнув и посмотрев под копыта Луны немного расстроенным взглядом.
Сильно. Такого я не ожидала, — сказать правду, как она есть, ничего не утаивая. За эту черту я её и уважаю. Значит, Селли винит себя тоже, следовательно, не всё в наших отношениях потеряно. Нужно позже поговорить с ней, только мягко, иначе опять будет ссора. Но это потом, сейчас важно другое.
— Поссорились из-за чего? — решилась спросить Луна.
Прежний взгляд, прежде выразительный, сменился искренним удивлением. Как будто Луна ожидала всевозможные ответы, но никак не этот. Словно случилось что-то невозможное.
— По поводу моего к тебе отношения. Она считает, что я плохо поступаю, обращаясь с тобой таким образом, — выдохнув, сказала Селли всё, что было грузом на душе.
— И поэтому ты считаешь, что вправе отбирать у неё ЕЁ свободное время? — посуровела Луна.
— Я ей предложила, и она согласилась. Так у меня появилось больше времени на дела и разговоры с тобой.
— Разговоры со мной... Раз зашла речь про разговоры, ты считаешь, что такое общение приемлемо между сёстрами?
После этой фразы Селестия снова ушла в глубокие размышления. Стараясь не обидеть свою сестру, она думала, как бы ей сказать то, что действительно можно сказать, не накалив ситуацию до предела.
«Похоже, сегодня у неё хорошее настроение, если она захотела выложить все карты», — ехидно отметила я.
Обычно Селли загорается как спичка, когда дело касается важных разговоров. Говорит, что думает, не особо разбираясь, насколько её слова могут ранить пони. А сейчас, похоже, включила голову, сняла, наконец, маску королевы Эквестрии, — видимо, устала отыгрывать эту роль.
«Поняла, что далеко так не уедет, что ли?» — анализировала Селестию я.
— Послушай… Всё, что я сейчас делаю, — это ради тебя и Дейбрейкер, — решила раскрыть свои истинные мотивы Селестия, нарушив тишину.
Но Луна не дрогнула. А лицо её стало ещё злее. Я почувствовала, как Луна начинает закипать. Хоть Луна и имела темную шерстку, было видно, как её лицо начало краснеть от злости. Весь её вид кричал, что ещё хоть слово из уст Селли, и Луна взорвется от гнева и ярости.
— ТЫ ДЕЛАЕШЬ ЭТО РАДИ СЕБЯ, КОРОЛЕВА СЕЛЕСТИЯ! — прокричала Луна на весь кабинет, не выдержав. Звук был такой силы, что я даже немного опешила.
— Тебе плевать на нас с Дейби, — отчеканила Луна. — Тебе нравится быть во всём первой и купаться в лучах славы, подлизываясь к аристократии. Что же и говорить, если ты даже свою вторую личность…
— ПРИНЦЕССА ЛУНА, ПРЕКРАТИТЕ СЕЙЧАС ЖЕ! — перебила Селестия, перейдя на Кантерлотский глас.
«Вот она, моя родная Селестия, а то я уже переживать стала».
Селли, не выдержав, взяла свежую стопку бумаг со стола телекинезом и швырнула её об стену. Ее тело тряслось, а глаза источали гнев и ярость. Было ясно, что вскипела она не на шутку. Теперь уже две пони источали сугубо злые чувства в этой комнате.
«Как две истерички... ядрёна копоть».
Ядрёна копоть... И с чего я вдруг вспомнила, как на плацу ругались наши офицеры? Похоже, у меня уже начинается период в жизни солдата, когда он руководствуется тем, чему научился в армии. Сплю и вижу, как буду петь Селли солдатские песни, которые сочинили наши гвардейцы, для группового марша:
«Я люблю служить тёте Селестии,
Она показывает мне, кто я есть!
Раз, два, три, четыре, корпус гвардейцов замка столицы!
Раз, два, три, четыре я люблю корпус гвардейцов замка столицы!
Мой корпус,
Твой корпус,
Корпус гвардейцов замка столицы...»
Хи-хи-хи, может спеть ей с утра такую песню во всю глотку, попутно начав маршировать у нее в голове. Интересно, какая же у нее будет реакция? Ладно, что-то я совсем уже повернутой стала на теме армии. Надо будет туда сходить обязательно, давно я там не была. И о чем я только думаю? Две мои дорогие подруги ссорятся, а я даже не знаю, как разрешить эту ситуацию.
«Ну вот, опять по новой, а как хорошо всё начиналось…» — подумала я с сожалением.
— …Знаешь, королева Селестия, порой я вообще не вижу в тебе прежней Тии. Быть может, всё это время настоящей сестрой была как раз Дейби? — сказала Луна, разочарованно хмыкнула и развернулась в сторону двери.
— О ЧЁМ ТЫ ГОВОРИШЬ?! — рассвирепела королева Селестия, но Луна уже не слушала, она развернулась и вышла из комнаты, с громким хлопком закрыв дверь.
«Это конец, Селли…» — подумала я.
Селестия так и сидела за своим столом, сверля неопределенным взглядом дверь, из которой только что вышла родная сестра. Так продолжалось несколько минут, чуть позже она очнулась и продолжила работать. Однако работала Селестия не так как раньше, — что-то будто сломалось в ней. При записи указов у неё появилась дрожь, и вся она выглядела очень подавленной. Казалось, цвет её шерсти был ещё белее, чем раньше.
Дело уже близилось к вечеру, когда Селестия не выдержала и разорвала гробовую тишину:
— Дейбрейкер, правильно ли я поступила? — спросила Селли с сожалением.
— Зачем спрашиваешь, если сама знаешь ответ? — упрекнула я её.
— Прежде всего, я хочу извиниться, Дейби. Я была очень груба с тобой. Ты ведь хотела, как лучше… — сказала Селестия, поникнув головой.
— Я тоже желаю извиниться, Селли. Тогда я выбрала не очень удачное время и наговорила лишнего, — согласилась я с Селли.
— Мы обе наговорили лишнего, — добавила моя подруга.
— Согласна.
— Я должна пересмотреть своё поведение и отношение к делам государства. Что же мне делать, Дейби? — спросила меня Селли с надеждой в голосе.
— В первую очередь, ты должна пойти и извиниться перед Луной. Она очень ранимая пони. Благодаря тому, что ты сказала, она теперь вообще в тебе сестры не видит, — начала я штурмовать аргументами оборону Селли.
— Я понимаю… — разочарованно сказала Селли, — Дейби, я такая дура…
— Мы обе были дурами, однако это не значит, что уже поздно и всё потеряно, — заключила я. — Давай сейчас пойдем к ней, и ты извинишься?
— Конечно пойдём, Дейби! — подскочила Селли из-за стола, и направилась в сторону части замка Луны.
Однако было уже поздно.