Триада Лун: Резервные зеркала

Хранители

Мы летим на драконах. В нашем случае, на драконице, но «на драконах» звучит эпичнее. Их спины широки, летят они плавно, но я всё же вспоминаю «ветряной щит» и предлагаю Искателям прятаться за мной. Кварц вроде бы не творит никакой магии, и всё же, просто оттого что она рядом, я чувствую себя надёжнее, как будто мои копыта просто не могут соскользнуть с гладких, слегка изогнутых, зелёных чешуек.

Темпест смотрит на нас. У неё собственная защита от ветра: бледно-голубое яйцо окружает её, сверкая в Лунной ночи.

Вскоре мы вылетаем из анклава Ночи на полуденное солнце. Оно здесь не кажется вырезанным из бумаги: оно такое, каким и должно быть: горячий, яркий источник всей жизни.

Я чувствую укол глубокой печали: я помню, что оно умирает и мы ничем не можем ему помочь. Я отворачиваюсь от лучей — от их яркости мне по-прежнему больно; защита Стилуса не распространяется на зрение, и если бы мне захотелось взглянув на солнце прямо, это была бы большая глупость.

Вместо этого я смотрю вниз, на столпотворения на улицах Кантерлота, щурясь от солнечных бликов, слишком ярких для моих глаз, особенно без защиты толстого иллюминаторного стекла. Я не буду просить у них очки, решаю я, и спустя несколько ударов и короткую вспышку головной боли, мне становится легче.

Город проплывает под нами, город на тонкой опоре, высеченной из горы Кантерхорн. Со всех сторон гору обступает дикий лес, а дальше на юг за деревнями, лежат открытые равнины, по которым мы бежали вчера. Безмятежная Эквестрия наслаждается тишиной и покоем. Тот вид тишины, какой бывает после первых порывов ветра перед настоящей бурей. Прошлая беда, война с чейнджлингами, ещё свежа в памяти но уже быстро забывается. А впереди, о чем ещё почти никто не знает, Восход Лун: перед самым началом осени. До него чуть больше, чем свет, чуть меньше, чем месяц.

Дружная компания других-меня, нематериальная, но очень даже настоящая, собирается в кружок, обсуждая Кантерлот: многие из них летали над ним, но никто из них не был здесь при свете дня и тем более никто на драконьей спине. Если на то пошло, никто из других-меня не знает эту столицу как Кантерлот — они называют её многими иными именами, которые не существуют в этой реальности, но верны в других. Но они, эти пони и я — одно и то же. Так же и с Кантерлотами, как бы они не назывались.

Мне интересно, что Скуталу думает об этом — там, внизу, в девятку раз больше пони, чем в её Кантерлоте. Я пытаюсь у неё спросить.

И не могу её найти: ничего, кроме воспоминания что я была Скуталу.

Я ищу упорней. И всё равно, не нахожу ничего кроме истории, как жила-была я по имени Скуталу.

Это уже достаточно странно, но мгновение спустя я с ужасом обнаруживаю что также не чувствую Биттеркап. Так же тяжело описать кому-то другому разницу между ними-я и другими-я, как и мне — не чувствовать её. Это ощущение, как когда вспоминаешь пони… но есть разница, вспоминать ли живых, или тех, кто недавно умер. Отсутствие Скуталу и Биттеркап леденяще похоже на второе.

Я быстро пробегаю по цепочке воспоминаний с дальнего конца,  проверяя, всех ли себя я чувствую: Тандер Риппл, Нимбл Кайт, все остальные — ещё со мной. Не хватает только Скуталу и Биттеркап.

Я хочу поделиться опасением с подругами, сказать что что-то со мной не так, и что рана не внешняя — внутренняя. Но не знаю, как это сделать чтобы не вогнать их в панику. Если уж я не могу их найти, то какие шансы у подруг? Я решаю подождать более  спокойной обстановки, может найдется более простое объяснение, чем бесчисленные жуткие варианты, проносящиеся в моём мозгу. Стилус глядит на меня, затем делает осторожный шаг ближе и открывает рот. Я быстро прерываю его, прежде чем он заговорит, — Всё хорошо! — и он останавливается, коротко кивнув. Но я слышу как спереди недовольно фыркает Кварц.

Драконы несут нас прочь из города, быстро снижаясь вдоль крутого склона горы Кантерхорн. Наши драконы неожиданно пикируют, будто уворачиваясь от монстра. Мои уши закладывает и я трясу головой. Теперь то, что я подозревала, очевидно: держит нас нечто большее, чем обычное слабое притяжение копыт к поверхности — в этом падении мы совсем не соскальзываем.

Просто на всякий случай я оглядываюсь. К счастью ничего подобного, сверху только каменное дно нависающей над нами столицы, под которым прошлые поколения могли бы найти поселение бэтпони.

Мне кажется, мы летим ко входу в Кантерлотские пещеры. В этой истории, в отличие от всех остальных, чейнджлинги воспользовались пещерами чтобы проникнуть в королевскую семью. Но это дело прошлое. Они уже изгнаны, потерпев поражение в войне — на северные пустоши, откуда пришли. Пещеры стали теперь мрачным памятником, в них редко отваживаются заглянуть даже самые смелые туристы. Но, конечно, драконам не составило бы труда проложить пару тайных штолен и самим?

Вместо этого драконы поворачивают на юго-юго-запад, в сторону Понивилля. С их скоростью мы будем там меньше чем через девять доль, в три раза быстрее, чем на экспрессе.

Что-то это подозрительно. Зачем королевским драконам лететь в Понивилль?

Стилус именно так и спрашивает, бесцеремонно, как за ним водится.

Дракон отвечает низким голосом, с легким смешком:

— Нам нужно повидать Спайка, а вскоре после этого, надеюсь, мы отправимся в приключение с Физзлпоп Берритвист. — Он хихикает снова, отыскав взглядом упомянутую единорожку; которой неловко от его замечания, — Недолгое приключение, вынужден добавить, потому что после Восхода Лун будет поздно.

— Почему?! — спрашивает Кварц, Мы же летим прямо к Биттеркап, разве нет?

— Если настаиваешь, — сдаётся дракон после одного удара молчания. — Начиная с этого момента, Искатели, вами не командует никто. Никакая высшая сущность не направляет вас, не говорит вам, что делать. Но учтите, что от вас в самом прямом смысле зависит существование мира.

— Почему? Растерянно спрашиваю я. Его слова звучат искренне и как будто даже просяще. Конечно, я хотела предупредить Принцесс о Красной… но такого не ожидает никто из нас. И всё же в моих ушах продолжает звучать — мне было обещано приключение. И он говорит об Искателях, не только обо мне!

— Лур, ты никогда не чувствовала что твой мир, твоя история, твоя реальность – не совсем реальны? — загадочно улыбаясь, отвечает дракон вопросом на вопрос.

— Нет. — Отвечаю я.

— А вот и да. — Она выстроена из кучи допущений, изменений и исправлений. Как в тот раз, когда Принцеса Селестия пожелала понять Принцессу Луну, и тем самым избежать необходимости её изгонять. Воспользуйся подобными правками много-много раз, добавь влияние Красной Луны, и получишь очень хрупкую реальность. И сейчас, с нами, ты можешь, если хочешь, заверить и подтвердить, что она действительно существует.

Он замолкает и после неловкой паузы, Темпест спрашивает: — Разве не поэтому мы здесь? Разве не этим занимается наше Бюро?

— Нет, — отвечает он, быстрыми взмахами крыльев стремительно сокращая расстояние до Понивилля, — И да. Вам предстоит поучаствовать в подготовке Восхода.

Драконица с улыбкой поворачивает голову к нам. — Не бойтесь. Всё куда менее загадочно. Доберёмся до Понивилля, там всё поймёте. — Её взгляд на мгновение сосредотачивается на мне, зрачки расширяются

— Кстати, Лур, подумай: в какой бы временной линии ты ни оказалась, Спайк — всегда Спайк. Никогда не думала, как такое может быть?