Триумфатор

Глава 4. Триумф воли

Изучая магию на протяжении своей жизни, Стар Свирл узнал, что на свете было куда больше стихий, чем всегда казалось остальным. Не только вода и огонь, не только земля и воздух, но и растения, и пони, и сделанные в их копытах предметы, и даже само пространство — всё имело свой дух, свою жизнь. Свою стихию. И к каждой из этих стихий возможно было воззвать. Главным было только найти правильный подход к каждой из них. Но далеко не со всеми стихиями пони это удавалось. И среди всех них, так никем и не познанных, существовала одна могущественная стихия, с которой пони никогда даже и не осмеливались попытаться связаться.

Звёзды.

— Ещё чуть-чуть… Ещё немного… — жеребец вскарабивался на холм, стараясь удержаться среди часто проступающего льда. Если он сейчас взберётся, если у него всё получится… Это будет стоить того!

На вершине холма было пусто. Здесь не было деревьев, как не было и травы. И никаких пони, кроме него, здесь тоже не было. Ничего удивительно, ведь поверхность холма была полностью покрыта льдом. Стараясь не упасть, Стар Свирл перебирал копытами по направлению к центру холма, к самой высокой его точке.

— Ну, что же. — сказал он. — Вот я и здесь.

Жеребец упёрся всеми копытами в лёд, пробив его и тем самым надёжно закрепившись на месте. Поднял голову к небу. Известные ему с того самого момента в детстве созвездия отчётливо мерцали там же, где и всегда. Стар Свирл закрыл глаза, глубоко вдохнул. Сосредоточился на созвездиях всем своим существом. Волшебная сила словно лозой вытянулась вверх, устремившись в звёздную темноту. Вот она уже над облаками, вот и они остались совсем далеко. Вот воздух словно стал плотнее, непослушнее. Но Стар Свирл обязан был прорваться сквозь него, несмотря ни на что. Вот и воздух закончился, открыв за собой… ничто. Настоящее, абсолютное ничто, простиравшееся на бессчётное количество шагов, разделяющее собой звёзды. Устремившись всем своим духом вперёд, Стар Свирл задышал от напряжения, едва в силах удержаться на месте. Только сейчас он понял, как далеко находились видимые в небе звёзды от него самого. Но сдаваться было нельзя.

«Я обязан суметь! Коли уж начал — должен довести до конца!»

Копыта его начали прогибаться под чудовищным напряжением. Сколько ещё ему придётся лететь сквозь пустоту? Он недостаточно быстр? Нужно ещё быстрее. Нет, даже ещё быстрее. Только бы удержаться! Только бы успеть долететь прежде, чем он не выдержит!

Тело было уже на пределе. Несмотря на ночной холод, жеребец источал вокруг себя настоящий жар. Пот струился по его телу, вены проступили наружу. Зубы были стиснуты так, что, казалось, вот-вот треснут от напряжения. И тогда он решился. Из самых последних сил. Вложить в связь всю свою силу воли без остатка.

«Если тебе что-то нужно — всем сердцем пожелай этого! Пусть твоей силой будешь ты сам, целиком!»

Слова отца эхом прозвучали в голове. Воля срезонировала, пуще прежнего неся просьбу Стар Свирла в небеса.

С каждым днём холода неумолимо становились всё жёстче. Редкое солнце почти всегда было сокрыто тучами. Земля не родила, не в силах вынести таких условий даже с поддержкой единорожьих магов. Пони ютились рядом друг с другом, создавая так необходимое им тепло. Каждый делал что мог, борясь с агрессивной стихией. Но всё это мало чем помогало.

Но на этот раз произошло что-то странное. Всё началось с того, что патрулирующий окрестности Хуффингтона пегас заметил вдали краем глаза какое-то свечение. Из-за ужасного холода он не мог просто взлететь в небо и посмотреть поближе. Прищурившись как следует, он увидел уходящий в небо столб света. Не прошло и пары секунд, как тот стал заметно шире, покрыв почти всю вершину холма. Затем начало твориться что-то совсем уж неописуемое.

Пегас привык смотреть на небо редкими ночами, когда не было туч. Не было их и сейчас, и он мог видеть небо так же отчётливо как и всегда. Оно было таким же красивым как и всегда, и пегас бы с удовольствием любовался им… Если бы не одно «но».

Созвездия двигались.

Да не просто какие-нибудь созвездия, а те самые, в которых чётко угадывались фигуры Принцесс, подаривших миру Учение о Гармонии. Они становились всё ярче, спускаясь всё быстрее навстречу сияющему столбу… А затем случилась лавина. Она приближалась всё быстрее и быстрее, галопом мчась в направлении города. Уже можно было различить мощные, сияющие фигуры, освещающие всё на своём пути: рослый, статный жеребец, чьи глаза сияли словно само Солнце, бежал по земле, не обращая внимания ни на ветер, ни на холод, ни на лёд. И прямо вместе с ним по воздуху мчались пять гигантских фигур пони. Розовая, лиловая, бело-золотая, бархатно-синяя и сахарно-голубая. И всюду, где они мчались, лёд стремительно разрушался и таял, растворялись и уплывали тучи, и вырастала сочная, зелёная трава.