Фикральские драбблы (2024)

25. Ученица (student)

Сансет была выдающейся ученицей.

Собственно, она была первой моей по-настоящему личной ученицей.

Не скрою, с того момента, как я основала школу для одарённых единорогов, там бывало немало моих любимчиков. Но я не заходила с ними дальше специальных факультативных занятий или чего-то такого. Посоветовать книжку для самостоятельной работы, лично поприсутствовать на защите выпускного проекта, помочь советом или ответить на какой-нибудь особо сложный вопрос — такое бывало. Но Сансет была другой.

Я достаточно быстро заметила, что она уже с первого года обучения заметно опережает своих сверстников. В то время, как они лишь изучали специальные приложения телепортации и рассчитывали затраты магических сил для разных предметов и живых существ, Сансет уже давно поняла это чуть ли не интуитивно и овладела не только теорией, но и практикой. В то время как другие в лучшем случае спрашивали меня о том, в какой книге им найти ответ на очередной вставший перед ними нетривиальный вопрос, Сансет уже давно разобралась в каталоге библиотеки школы и безошибочно выбирала нужные материалы сама. Более того, она положила глаз даже на Кантерлотскую библиотеку и попросила меня оформить ей читательский билет… Я видела, насколько ей тесно в стенах моей школы, и поэтому однажды пригласила её к себе и предложила изучать магию по личной углублённой программе.

Конечно же, Сансет тут же приняла моё предложение — и с огромным энтузиазмом погрузилась в изучение ранее ей недоступного.

Эх, жаль, что я не знала тогда, к чему это приведёт…

Я приблизила её к себе — теперь я была для неё не могущественной директрисой школы, каждое слово которой на моих парах ловили все студенты потока, а проводницей, с которой мы шли по одному пути изучения продвинутой магии. Бывшие сокурсники Сансет штудировали труды по начальной трансмутации и едва превращали ложки в чашки и обратно — в то время как мы с Сансет изучали сложнейшие заклинания могущественных единорогов прошлого, и не на каждый вопрос моей ученицы у меня находился ответ.

Всё чаще она рассматривала меня не как мудрую недоступную наставницу, а как старшую подругу. Этому способствовала и я — не раз мы вместе с ней развлекались вместе в наши выходные, не раз встречали вместе праздники — даже такие, как день Очага: после трагедии с её семьей мне пришлось стать для неё в том числе и кем-то сродни приёмной матери… Да что там, не раз уставая в процессе изучения какой-нибудь сложной книги, она засыпала прямо рядом со мной — и я лишь устраивалась с ней рядом, укрывая её своим крылом, и почему-то чувствовала себя такой счастливой…

Пожалуй, она стала первой пони за последние столетия, которую я могла бы — или лишь хотела бы? — считать своей подругой.

И почему я так обманывала себя? Глупая, глупая Селестия…

В то время мне казалось, что за Сансет большое будущее. Завершив обучение, она могла бы достичь почти что моего уровня — и наверняка бы заработала крылья аликорна в процессе. Она могла бы оказать мне неоценимую помощь в возвращении моей сестры, до которого оставалось лишь немногим больше десятилетия, а в конце концов ей вполне могла бы подойти роль моей наследницы на троне Эквестрии — когда я бы поняла, что более не справляюсь со своими обязанностями правительницы.

Но мне не следовало быть столь близкой к ней.

Увы, то, что произошло с Сансет, было моим личным провалом, и именно потому со своей следующей ученицей я всегда старалась держать дистанцию — не делясь с ней своими переживаниями, раздумьями, мотивами, оставаясь для неё вечно непогрешимой и недоступной принцессой Селестией, вплоть до того момента, когда она сама получила крылья аликорна, доказав тем, что теперь она достойна. С Сансет же я надеялась, что максимальное взаимопонимание и доверие будет ключом к успеху — но невозможно одновременно стараться быть равной своей ученице и при этом требовать от неё послушания. Моё слово для неё достаточно скоро перестало стоить хоть что-то, а запреты — иметь хоть какой-то вес. Любопытная единорожка не раз пыталась залезть в отделы Кантерлотской библиотеки с секретными и запрещёнными к изучению материалами — а когда я говорила ей, что она пока ещё не готова к этому, она полностью меня игнорировала. Когда я давала ей задания — она не выполняла их, а если выполняла — то обязательно по-своему, и часто не соглашалась со мной, когда я ей говорила, что иначе было бы лучше. Она беззастенчиво спорила со мной и ругалась на меня — даже не думая о том, что ещё за пару сотен лет до неё любого пони ждала бы казнь даже за попытку такого.

Впрочем, я сама была виновата в том, что позволила ей так к себе относиться. И чего я ожидала, когда в попытках помочь ей изучить магию дружбы, как основную форму Гармонии, дала ей задание найти друзей — а она, после ряда неудач и моего недовольства её действиями в ответ лишь бросила мне в лицо горькую правду — что у меня самой нет друзей и я ничего не понимаю в дружбе?

Не очень-то и удивительно, что это стало последней каплей — в том числе и для неё. И потому с тех пор я её больше не видела…

…До сегодняшнего дня.

И вот, спустя почти два десятилетия разлуки, она вновь стоит передо мной и просит дать ей второй шанс. Ну да, разумеется, рядом с Твайлайт, глупо улыбающейся и пытающейся объяснить, зачем Сансет здесь, но сейчас я даже малейшего внимания на мою вторую ученицу не обращаю. Мои мысли заняты совсем другим.

Должна ли я дать Сансет этот второй шанс?

Нет, не так.

Должна ли я дать себе второй шанс?..