СанЛайт: Солнечный свет
Глава 3: Жажда
Глава 3: Жажда
Будильник Сансет зазвонил, и она хлопала по нему, пока звук не прекратился. Она поднялась с кровати и потянулась, громко зевнув. Помимо странного привкуса во рту, она чувствовала себя прекрасно! Она протерла глаза ото сна и поднялась на ноги. После целого дня сна она думала, что ее мышцы будут слабыми и затекшими, но она чувствовала себя невероятно гибкой.
— Я знала, что это ничего серьезного, — усмехнулась Сансет. Она распахнула жалюзи и отпрянула от нечестивого света утреннего солнца. Непроизвольное шипение вырвалось из ее губ, и она захлопнула жалюзи. — Ладно, все еще чувствительна к свету. Принято к сведению.
После того как пятна исчезли из ее глаз, Сансет побрела в ванную. Возможно, это было ее воображение, но, глядя в зеркало, ее лицо казалось немного бледнее. Конечно, она дрожала под одеялом последние двадцать четыре часа. Ее волосы тоже были спутаны, но это легко исправит горячий душ.
Кстати о горячем душе, Сансет отметила, что ей все еще особенно холодно. Не так сильно, как вчера, но достаточно, чтобы по коже пробежали мурашки. Душ, и, может быть, тарелка супа на завтрак. Однако при мысли о еде ее желудок скрутило. Ладно, тогда только душ.
Сансет сняла свою пропахшую пижаму и шагнула в струящуюся завесу воды. Хотя вода и прогнала мурашки, она все еще чувствовала холод глубоко внутри. Она глотнула немного горячей воды, чтобы прогнать его, но это лишь на несколько секунд смягчило холод. Сансет проигнорировала это и принялась мыть волосы, распутывая колтуны.
Вода была такой успокаивающей, что, если бы не начинающиеся через полчаса занятия, Сансет могла бы простоять под душем все утро. Она вышла, вытерлась и приготовилась к дню. Закончив приводить себя в порядок и одеваться, она подошла к окну и осторожно отдернула занавеску.
Большая группа облаков закрыла солнце, делая свет терпимым. Сансет все равно поморщилась. Возможно, она просто слишком долго находилась в помещении и ей нужно было медленно приспособиться. В любом случае, она надеялась, что облака еще некоторое время будут скрывать солнце.
Она собрала свои школьные принадлежности и закинула сумку на плечо. Прежде чем войти на кухню, она заглянула под кровать в поисках летучей мыши.
Ничего.
Сансет почесала затылок, гадая, как та могла выбраться. Коробка из-под обуви — это одно. Как она выбралась из квартиры? Сансет пожала плечами. Теперь это была не ее проблема. Она остановилась на кухне, пытаясь определить, голодна ли она. Ее желудок снова неприятно сжался при мысли о еде, поэтому Сансет пошла своей дорогой.
Приглушенный свет все равно заставлял Сансет прикрывать глаза. Она подождала минуту, чтобы посмотреть, привыкнут ли ее глаза. Если уж на то пошло, чем дольше она стояла на улице, тем сильнее они, казалось, горели. Она забежала обратно и схватила солнцезащитные очки, которые хранила в ящике. Это был небольшой подарок от Флэша Сентри, когда они ходили на пляж, хотя Сансет надела их только один раз. Она не знала почему; они были довольно стильными.
Сансет надела их, и свет снова стал терпимым. Проверив свой телефон, она обнаружила, что до первого звонка осталось двадцать минут, и поспешила к своему мотоциклу. Возможно, это был выброс адреналина от осознания того, что она может опоздать, но Сансет почувствовала, что практически скользнула по лестнице и через тротуар к своему парковочному месту. Это заняло у нее не более пяти секунд.
Как бы то ни было. Она завела свой мотоцикл и помчалась по дороге. Десять минут спустя она прибыла на школьную парковку, ей повезло со светофорами.
С приближением первого звонка ученики начали стекаться в здание. Сансет последовала за толпой и свернула к своему шкафчику, чтобы убрать сумку. Шкафчик рядом с ее принадлежал Октавии Мелоди, которая в данный момент рылась в нем с угрюмым выражением лица.
— Привет, Октавия, — сказала Сансет, дружелюбно помахав. — Ты выглядишь расстроенной. Что-то случилось?
Октавия выдавила слабую улыбку, затем потерла свои опухшие красные глаза.
— Доброе утро, Сансет. У меня просто была долгая ночь. Моего отца вчера отправили в больницу.
Сердце Сансет пропустило удар.
— О нет, он в порядке?
— Сказали, что с ним все должно быть хорошо, к счастью, — Октавия сунула книгу в свою сумку и закрыла шкафчик. — Просто они не уверены, что с ним случилось. Прошлой ночью он пошел выносить мусор. Когда он слишком долго не возвращался, моя мама пошла проверить его и нашла лежащим в переулке нашего дома, без сознания. Сказали, у него просто резко упал уровень крови, но они не могут понять, что это вызвало.
Сансет закончила выбирать книги для следующего урока.
— Это странно.
Октавия кивнула. Она наклонилась и понизила голос до шепота.
— А вот, что ещё более странно. Пока мы были в больнице, туда доставили еще троих человек с похожими симптомами. У всех обнаружили крайне низкий уровень крови.
Закрыв свой шкафчик, Сансет уставилась на шею Октавии.
— Определенно жутко. — Она почти видела, как кровь приливает по яремной вене Октавии, текущая с повышенной скоростью. Она все еще нервничала, беспокоясь о благополучии отца. Вена дергалась каждое третье слово; Сансет, однако, перестала слушать.
Б положительная. В хорошей форме. Отличное кровообращение. У Сансет немного потекли слюнки. Возможно, пропуск завтрака был плохой идеей. Теперь она была голодна.
Прозвенел звонок; его пронзительный крик вернул Сансет в настоящее. Октавия уходила, прощаясь. Сансет подняла руку, неопределенно улыбнувшись. Ее разум казался немного затуманенным. Что говорила Октавия несколько секунд назад? Сансет потерла лоб. Она, казалось, выпала из реальности на целую минуту.
Может, мне стоило взять еще один выходной. Что ж, она здесь, так что стоит продержаться. Она остановилась, чтобы попить из фонтанчика. Это не особо утолило ее пересохшее горло.
— Классные очки, Сансет.
Сансет поставила свой поднос с едой рядом с подносом Рэйнбоу Дэш.
— Что ты?.. — Сансет потянулась и сняла свои солнцезащитные очки, щурясь от резкого контраста. Она снова надела их и вздохнула. — Точно. Мои глаза, кажется, все еще очень чувствительны к свету.
Твайлайт Спаркл села рядом с Сансет, ее волосы снова были собраны в пучок.
— Что ж, я рада, что ты чувствуешь себя лучше. То, что ты встала и пришла в школу, — это большой прогресс по сравнению со вчерашним днем.
— Да, помимо света и постоянной жажды, я чувствую себя прекрасно. — Сансет посмотрела на свою еду, и ее желудок скрутило в узел. — У меня также, кажется, нет аппетита. — Она отодвинула свою тарелку.
Рэрити хихикнула и отложила вилку.
— Я знаю, каково это, быть на исходе болезни, дорогая, но ты должна что-нибудь съесть.
Сансет придвинула миску с салатом к себе и наколола немного салата на вилку. Ее желудок скрутило, когда она поднесла его ко рту. Прикоснувшись языком к зеленым листьям, ее желудок подскочил, и Сансет сильно подавилась.
— Не могу, — сказала она, прикрывая рот.
Пинки Пай схватила тарелку.
— Ура, значит, это всё для меня!
Рэрити прищурилась.
— Ты могла бы проявить немного больше сочувствия, Пинки.
— Это не вернет ей аппетит, — сказала Пинки, ее рот был набит салатом.
Сансет сделала большой глоток из своей бутылки с водой и вздохнула.
— Что ж, хорошая новость в том, что мне становится лучше. К завтрашнему дню я, уверена, буду голодной. Я же говорила вам, что не о чем беспокоиться.
Твайлайт Спаркл держала яблоко в руке.
— Я все еще думаю, что тебе следует быть осторожнее в будущем. А что, если в следующий раз это будет что-то действительно серьезное?
— Я разберусь с этим, когда придет время, — беспечно сказала Сансет. Посмотрев поверх очков, она увидела, как Твайлайт Спаркл выпятила нижнюю губу. Это была такая очаровательная надутая губка, что Сансет не могла не рассмеяться. — Обещаю, Твай, я обращусь к врачу в следующий раз, когда случится что-то серьезное, хорошо?
Твайлайт Спаркл откусила яблоко и уставилась прямо перед собой, вместо того чтобы смотреть на Сансет, розовое пятно на ее щеках. Сансет не знала, что это, но Твайлайт Спаркл сегодня казалась красивее, чем обычно… даже сексуальной. Шелковистость ее волос, очертания скул, форма ее умных глаз, скрытых за очками. Сансет опустила взгляд к основанию шеи Твайлайт Спаркл.
Ее пульс был немного быстрее обычного, и немного крови все еще приливало к ее щекам. О отрицательная; очень насыщенная. Удивительно здоровая, учитывая, как мало она занимается спортом. Но она довольно хорошо питается. Сансет посмотрела дальше, облизывая губы. Их было трудно разглядеть, но Сансет знала, что у Твайлайт Спаркл были легкие изгибы тела. О, как бы ей хотелось впиться зубами в Твайлайт Спаркл… и не только в шею.
— Ты точно не голодна, Сансет? — насмешливый голос Рэйнбоу Дэш донесся до ее уха.
Сансет резко выпрямилась.
— Что такое? — Все за столом смотрели на нее с разной степенью веселья, а Твайлайт Спаркл теперь смотрела в совершенно противоположную от Сансет сторону.
Рэйнбоу Дэш перестала хихикать достаточно долго, чтобы сказать:
— Ну, я почти уверена, что ты мысленно раздевала Твайлайт Спаркл…
— Я этого не делала! — Щеки Сансет горели.
— Ты пускала слюни.
Сансет провела рукой по рту, с ужасом обнаружив полоску слюны.
— Я просто отключилась; я даже не думала о Твайлайт Спаркл. — По правде говоря, она ничего не помнила между своим обещанием Твайлайт Спаркл и этим моментом.
Несмотря ни на что, из-за пристального взгляда Сансет между ней и Твайлайт Спаркл возникла неловкая стена. Она держала спину повернутой и продолжала крошечные кусочки отгрызать от своего яблока.
Тишина тянулась, делая стену все труднее преодолимой с каждой секундой. Болтовня в столовой растворилась в шуме, пока Сансет ломала голову, пытаясь найти слова, чтобы спасти эту ситуацию. Она сжала кулак под столом.
Глупая Дэш, делаешь все только хуже! Сансет никак не могла сохранить лицо сейчас. Что ж, тогда прими это, — прошептал ее внутренний голос. Нет ничего плохого в том, чтобы нравиться Твайлайт Спаркл. Кого волнует, что они думают? Сансет кивнула себе. Да, ну и что, если я уставилась? На Твайлайт Спаркл стоит смотреть.
Сансет пододвинулась ближе к Твайлайт Спаркл.
— Ладно, я смотрела на нее, но ничего не могла поделать. — Она наклонилась. — Я думаю, ты очень красивая.
Твайлайт Спаркл медленно повернулась, ее глаза были полны удивления.
— П-правда?
— Да, правда. — Сансет испытала буйный восторг от этой вновь обретенной уверенности.
Твайлайт Спаркл посмотрела на свое яблоко.
— Я… я тоже думаю, что ты красивая.
Сансет не могла не усмехнуться. Если бы она знала, что все так обернется, она бы давно сказала Твайлайт Спаркл, что она красивая.
Рэйнбоу Дэш испортила момент, громко откусив морковку пополам.
— Ну что, вы двое поцелуетесь или нет?
Все за столом застонали.
— Что, я просто спрашиваю?
Как бы ни было заманчиво для Сансет просто схватить Твайлайт Спаркл и начать с ней целоваться прямо здесь и сейчас, что-то в глубине ее сознания подсказывало, что сейчас не время. Звонок, прозвеневший мгновение спустя, подтвердил ее чувства.
Рэйнбумс разошлись из столовой и направились в свои классы. Твайлайт Спаркл помахала Сансет немного дольше, когда уходила. Сансет облизнула губы, наблюдая за удаляющейся фигурой Твайлайт Спаркл.
Она покачала головой, когда ее разум начал затуманиваться.
— Ух ты, мне действительно нужно что-нибудь перекусить.
К сожалению, ее любимая закуска отправилась на урок…
После окончания школьного дня Рэйнбумс сидели вместе на каменной стене, которая разделяла парковку от школьного газона. У каждой из них была бутылка сидра из «Яблочной Аллеи» в руках, пока они наблюдали за облаками, проплывающими над головой. Сансет испытывала раздражающий зуд каждый раз, когда солнце показывалось.
Твайлайт Спаркл сидела рядом с ней, и Сансет потребовалось вся ее сила воли, чтобы не повалить ее на землю. Как бы ей ни нравился этот новый прилив уверенности, она не была уверена, что ей нужны… желания, которые с ним приходили.
Пинки Пай допила остаток и громко отрыгнула.
— Хи-хи, извините!
Рэрити отмахнулась.
— Действительно.
— Ну что, угадайте, что я сегодня слышала на математике! Это супер жутко!
Рэйнбоу Дэш сделала большой глоток газировки.
— Дай угадаю, несколько человек в больнице, потому что у них внезапно сильно упал уровень крови?
Пинки Пай ахнула.
— Дэши, ты экстрасенс и не сказала мне?
— Нет, я просто слышала это от Клауд Чейсер. Флиттер была одной из тех, кого вчера вечером госпитализировали.
Флаттершай чуть не выронила свою бутылку.
— О нет! С ней все будет в порядке?
— Надеюсь, да. Я никогда не видела Клауд Чейсер такой расстроенной.
Сансет наклонилась вперед, чтобы видеть Рэйнбоу Дэш на другом конце стены.
— Ну, то же самое случилось с отцом Октавии, и она сказала, что с ним все должно быть хорошо. — Она уставилась в свою пустую бутылку. — Все равно, это очень странно.
— Я говорю, это был вампир! — воскликнула Пинки Пай.
Сансет закатила глаза.
— Пинки, я же тебе говорила, вампиров не существует.
Рэйнбоу Дэш подняла руку.
— Да, и я тогда сказала, что это чушь, помнишь?
— Да-да, волшебная пони-девочка не может сказать, что что-то это просто миф. Я настаиваю на том, что в этом мире нет вампиров, и я почти уверена, что их нет и в Эквестрии. У нас много мифических существ, но не вампиров.
Пинки Пай уперла руки в бока, стараясь выглядеть серьезной.
— Ну, а что еще могло это сделать?
Сансет потерла шею, проведя по крошечному следу от зубов.
— Очень голодная летучая мышь?
Флаттершай наклонила голову.
— Ты имеешь в виду ту, про которую ты сказала, что она тебя укусила?
— Конечно. Я имею в виду, может, она просто странная и хочет человеческой крови.
Флаттершай постучала пальцами.
— Ну, я полагаю, это не выходит за рамки возможного. Но я все еще задаюсь вопросом, почему летучая мышь вообще здесь, в Кантерлоте.
Эпплджек отпила свой напиток, затем сказала:
— Чья-то идея экзотического питомца?
Все головы повернулись к Пинки Пай.
— Эй, это была не я! — Она подняла руки. — К тому же, вы знаете, я хорошо забочусь о Гамми. Он никогда не покидает меня. — Она засунула руку в волосы и вытащила маленького аллигатора. — Видите?
Челюсть Твайлайт Спаркл почти отвисла.
— У тебя… у тебя есть домашний аллигатор? Ты держишь его в волосах?
Сансет положила руку ей на плечо.
— Забей, Твай, дольше проживешь.
— Но-но-но…
Сансет приложила палец к губам Твайлайт Спаркл.
— Доверься мне. — Она задержала его там на мгновение, прежде чем медленно убрать.
— В любом случае, — перебила Эпплджек, — если здесь летает агрессивная летучая мышь и нападает на людей, стоит ли нам что-нибудь с этим делать?
Солнце снова выглянуло из-за облаков, и Сансет спрятала лицо за рукой.
— Если только она не высасывает души из людей, это проблема для службы контроля за животными, а не для нас.
— Что, мы теперь волшебная полиция? — спросила Рэйнбоу Дэш.
— О боже! — Пинки Пай вскочила и встала на стену. — Мы могли бы стать супергероями! Днем мы обычная школьная рок-группа, а ночью охотимся на волшебных существ и артефакты и спасаем мир от зла!
Эпплджек стянула ее вниз.
— Больше никакого сахара или Сейлор Мун.
Время продолжало ускользать, пока небо не окрасилось в оранжевый цвет заходящего солнца. Машина въехала на парковку, и Твайлайт Спаркл спрыгнула со стены.
— Это мой отец. Увидимся, девочки, завтра. — Она замерла и помахала Сансет еще раз, прежде чем сесть в машину.
Сансет помахала в ответ. Ее рука казалась вялой, как и все остальное тело. Ее кожа покраснела от постоянного зуда, и она хотела пить еще сильнее, чем до того, как выпила сидр. Она слезла со стены, споткнувшись при приземлении.
— Думаю, мне тоже пора. Все еще чувствую себя немного не в своей тарелке.
Пинки Пай наклонилась вперед, сузив глаза и сжав губы.
— Ты уверена, что ты просто больна, Санни?
Сансет хлопнула себя по лбу.
— Да, Пинки. То, что меня укусила летучая мышь, не означает, что я вампир. Ты слишком много смотришь телевизор.
— Нет, я смотрю ровно столько, сколько нужно. Вот почему я слежу за тобой. — Она указала на свои глаза, затем на Сансет, затем снова на свои.
— Спокойной ночи, девочки. — Сансет помахала остальным.
— Спокойной ночи, Сансет, — хором пропели они.
Сансет запрыгнула на свой байк и поехала по улице, морщась, когда солнце снова выглянуло.
Она просто доводит тебя до паранойи. То, что ты заболела после укуса летучей мыши и немного чувствительна к свету, не означает, что ты внезапно стала вампиром. Рациональная часть ее мозга знала, что она права. Однако та половина, что жила магией, все еще сомневалась.
Но магия или нет, летучая мышь не может превратить тебя в монстра. Даже если в этот мир просачивается какой-то магический остаток, это не значит, что каждое сказочное существо появится на свет. Сансет кивнула. Ей просто нужна еще одна ночь отдыха, и она вернется в норму.
Сладкий нектар.
Сансет провела языком по рту, собирая каждую отдельную каплю крови. Она стекала по ее горлу, наконец утоляя невыносимую жажду, с которой она боролась весь день. Она чувствовала себя оживленной, энергичной…
Она все еще хотела пить.
Мужчина, лежащий на земле перед ней, был восхитителен; постоянный бегун на ночной пробежке. Его глупость стала пищей для Сансет. Он не оказал особого сопротивления, когда Сансет вонзила в него зубы. Впрочем, никто из них не оказывал.
Она шла по открытому полю парка, наслаждаясь освежающим ночным воздухом. Столько запахов танцевало на ветру, они почти заглушали сочный аромат крови. Ее нос дернулся, находя новую цель. Люди в этом городе были либо очень храбрыми, либо очень глупыми, чтобы бродить по ночам.
Сансет набрала разгон, затем прыгнула в воздух, скользя по ветру над деревьями. Когда она потеряла прикрытие деревьев, она поднялась выше, силуэтом выделяясь на фоне прекрасной луны. Кантерлот расстилался перед ней, целый шведский стол свежей крови — тысячи порций, просто ожидающих, чтобы их съели.
Кстати о еде, Сансет заметила свои следующие цели. Две девушки расставались перед музыкальным магазином, одну из них Сансет узнала как Винил Скрэтч. Она надела наушники и пошла по улице, пританцовывая под свою музыку.
Сансет зарычала от волнения. Если она будет достаточно быстрой, возможно, ей удастся поймать обеих девушек. Она решила начать с Винил, следуя за ней по крышам. Остальная часть улицы была пуста, но Сансет подождала, пока Винил не приблизится к переулку, просто чтобы быть в безопасности.
Когда Винил покинула светящееся пятно уличного фонаря, Сансет бесшумно, как перышко, опустилась на тротуар. Она приблизилась к Винил, медленно открывая рот.
Винил резко обернулась, приняв стойку карате, прежде чем расслабиться. — О, это ты, Сансет. Напугала меня на секунду.
Сансет держала руки в карманах, выглядя как можно более непринужденно. — Извини за это.
Винил приподняла свои очки.
— Ты в порядке? Ты выглядишь как-то… странно.
— Думаю, я просто немного… хочу пить. — Она растянула губы в улыбке. — Хочешь пойти выпить со мной газировки?
— Немного поздно, не так ли? Я имею в виду, у нас же завтра школа.
Сансет сделала шаг вперед, ее терпение уже иссякало. Ее глаза ярко загорелись красным.
— Я настаиваю; один напиток.
Глаза Винил приняли тот же багровый оттенок, и все ее тело расслабилось.
— Д-да, конечно, — пробормотала она. Она позволила Сансет взять ее за руку и потянуть в переулок.
Держать Винил в трансе было сложнее, чем Сансет ожидала. Она чувствовала, как ее силы истощаются от усилий. Как только они достигли конца переулка, она не теряя времени развернулась и вонзила клыки в шею Винил, позволяя трансу прерваться.
Кровь хлынула в рот Сансет, ее богатый вкус и нежная текстура танцевали на языке, прежде чем скользнуть по горлу. Она сравнила бы это с изысканным вином, если бы когда-либо пробовала его раньше.
Винил застонала и обмякла в руках Сансет. Она иногда пыталась поднять руку, чтобы защититься, но чем больше жизненной силы Сансет высасывала, тем меньше Винил сопротивлялась.
Сансет подняла голову, чтобы глотнуть воздуха, кровь стекала по ее подбородку и на рубашку. Она не собиралась высасывать так много, но Винил была такой вкусной, на удивление лучше, чем бегун. Теперь она лежала, свернувшись калачиком на холодной земле, едва дыша.
Что-то зудело в глубине сознания Сансет. Что-то говорило ей, что это неправильно. Ее всепоглощающий голод быстро заглушил это, но она согласилась, что оставить Винил в темном переулке ночью было плохой идеей.
Широкая ухмылка обнажила клыки Сансет. Она оставит Винил у входа в больницу. А потом, если будет осторожна, возможно, сможет раздобыть закуски на дорогу.
Летучая мышь летела сквозь ночь, все еще голодная. До сих пор она подкормилась пятью крысами, белкой и кошкой, но после того, как целый день просидела в коробке и в шкафу, ей нужно было больше еды. Если бы та рыжеволосая тварь не вышла прошлой ночью, она, вероятно, все еще застряла бы, летая в ее крошечном жилом пространстве.
Вокруг было столько крови, но она не могла до нее добраться — вся она была заперта в этих больших зданиях. И всякий раз, когда эти странные, высокие существа видели ее летящей в воздухе, они кричали и махали на нее конечностями.
Она устала питаться крошечными животными. Ей хотелось, наконец, нормально поесть. И кровь, которая вытекла из рыжеволосой твари, была самым вкусным, что она когда-либо пробовала, пусть даже это был всего лишь глоток. Ей хотелось больше этого, больше крови этих странных, двуногих существ.
Она пролетела над черной грязной дорогой, проложенной между двумя серыми грязными дорогами, мимо десятков одинаковых зданий. Она один раз пронзительно закричала, скорее от разочарования, чем для ориентирования. Эхо вернулось, принеся тот же самый пейзаж…
Подождите! Что-то было немного не так. Она зависла в воздухе, вглядываясь в лунную ночь. Она снова пронзительно закричала, обрадованная тем, что одно из зданий имело дыру, как в фиолетовом остроконечном замке. Она полетела как можно быстрее, чувствуя запах крови с другой стороны.
Через дыру летучая мышь увидела существо с бледно-зеленой кожей, свернувшееся под охапкой мягких, странно окрашенных листьев. У нее были волосы, которые соответствовали ее цвету кожи, с белыми прожилками. Она перевернулась, показывая свою шею.
Летучая мышь спикировала и приземлилась ей на плечо. Она пошевелилась, но не проснулась.
Наконец-то она могла поесть!
Сансет зашипела, когда ее будильник снова зазвонил. Она ударила по нему, услышав громкий треск и крик сломанного статического шума. Она подняла голову с подушки, увидев будильник, сломанный пополам.
Черт, как я это сделала? Она поднялась, удивленно обнаружив себя все еще одетой во вчерашнюю одежду. Ее разум был затуманен, а во рту чувствовался медный привкус. Что я делала прошлой ночью?
Она встала с кровати и оглядела свою комнату. Шторы все еще были задернуты, погружая все во мрак. Она включила свет, морщась от яркой вспышки, но быстро приспособила глаза.
Что-то на ее столе привлекло ее внимание. Она подошла ближе, ее сердцебиение участилось, когда она разглядела, что это. Как… когда… что?
По столу были разложены пакеты с кровью, некоторые полные, некоторые пустые. Дрожащей рукой она взяла один, наблюдая, как красная жидкость плещется.
Сильный голод пронзил ее, и прежде чем она осознала, что делает, она разорвала пакет и выпила его содержимое. Она слизала излишки крови из пакета, затем отбросила его.
Сансет застыла, ее глаза медленно приходили в фокус. Она посмотрела на свои руки, покрытые каплями пролитой крови. Было желание слизать их — желание, которому Сансет почти поддалась. Она начала тяжело дышать, ее зрачки расширились, когда вся тяжесть ее действий обрушилась на нее. Она посмотрела в зеркало, увидев засохшую кровь на рубашке и свои клыки, втягивающиеся обратно в рот.
— Нет… нет, нет. Этого не может быть. Как? Их не существует! Я не могу быть… вампиром.