Можешь отпустить?
Соната
А вот и глава про мою любимую девочку
Офис был привычно полон работы.
Клацанье клавиш, шелест бумаги, перекидывание дежурными фразами или вопросами по выполнению поставленных задач.
Отчёты, графики, диаграммы, сплошные цифры.
Может для кого-то такая ежедневная рабочая рутина будет казаться кошмарной, однако же, найдутся и те, кто будет дорожить ей.
Девушка выпрямилась и зажмурившись, потянулась, позволяя чему-то невнятному вырваться из груди.
Сейчас эта синеволосая, юная красавица больше всего напоминала довольную кошку, купающуюся в лучах солнца.
Вот девушка поднялась с кресла и собиралась уже отправиться на обед, как её окликнули.
— Сонат-Сонат-Соната, погоди!
Девочка обернулась на голос и улыбнулась.
Недалеко от неё, откинувшись на спинку стула сидел Давен.
Тёмные волосы убраны назад в гладкий хвост, худощавое, но улыбчивое лицо и зелёные глаза.
— У нас к тебе деловое предложение!
Соната ухмыльнулась и шутливо приподняла бровь.
— У вас?
В этот момент из-за спины Давенпорта выглянул Понет — блондин с весёлым нравом и кучей увлечений.
Эти двое обалдуев стали хорошими друзьями Сонаты, впрочем, как и весь коллектив.
Люди здесь в большинстве своём были добрые, да были и те, кто не общался или же был постоянно вредным, но Сонату это не пугало.
— Ты же всё равно идëшь на обед? — продолжал первый, — Может, захватишь и нам чего-нибудь?
Даск скрестила руки на на груди и подперла кулачком подбородок, постукивая по нему пальчиком, делая несерьёзный, задумчивый вид.
— И что же получу я? — хитро наклонившись вперёд, поинтересовалась девушка.
Парни переглянулись.
— А мы…
— А мы пока за тебя выполним часть работы, — подхватил друга Понет.
Девушку это искренне позабавило.
— С вашими задержками отчётов? Да я уж сама быстрее выполню всë!
— Сона-ат, — в один голос возвали к доброте соратницы по работе парни.
На что девушка только отмахнулась и с улыбкой кивнула.
— Прихвачу я вам чего-нибудь.
И уже в след Даск понеслась одновременная благодарность.
Соната сидела за столиком, помешивая горячий шоколад пластиковой ложечкой, ожидая когда он наконец чуть подостынет и станет возможно заняться круасаном с розовой глазурью.
Рядом стоял бумажный пакет с выпечкой для товарищей.
В кой-то мере, это можно было бы даже называть частью работы.
Ведь именно она отвественна за то, чтобы в офисе было чисто, присутствовали бумага, скрепки, да ручки, а холодильник был полон.
Девушка делает глоток, задумчиво разглядывая посетителей этой небольшой кофейни, находящейся в том же здании, что и её место работы, но только несколькими этажами ниже.
Кого-то она знала, с кем-то дружила, а кто-то был простым прохожим, как например эта девушка в зелёной толстовке и нервной, фиолетово-черной чёлкой.
Соната нахмурилась.
Почему эта посетительница выглядит такой знакомой? Она уже приходила к ним? Нет, точно нет, тогда откуда?
Но эти пурпурные глаза…
— Хэй, Соната! Не возражаешь, если мы подсядем?
Внимание Даск было перехвачено двумя подошедшими девушками.
— Ой, Лира, Бон Бон, извините, я задумалась. Садитесь конечно!
Девушка с короткими цвета мяты волосами, но длинной и растрёпанной чёлкой, скрывающей половину лица, галантно отодвинула стул для подруги, предпочитающей сочетание розового и тëмно-синего в своём стиле.
И только после того как Бон Бон устроилась за столиком, уселась и сама.
И Соната двадцатку готова была поставить на то, что эти две девушки уже переплели пальцы под столом.
Все в их здании уже очень давно поняли, что происходит между этими двумя.
И только сами девушки думали, что успешно скрывают свои отношения.
Но как бы не так…
Лира занимала пост бариста в чудном кафе с названием «Понивиль», где продавались стаканчики с мультяшными лошадками, а на пенке кофе рисовали забавные значки (это явно было местом мечты для девушки, с её тягой к лошадкам)
И Соната неоднократно видела как Лира, после окончания своей смены, оставалась здесь, ожидая пока закончит с работой милая подруга.
И также, когда сама Даск задерживалась, они с Бон Бон уходили вместе.
Соратница по работе ей рассказывала о каких-то случаях из жизни, из своей повседневности, что зачастую были связаны с девушкой с бело-зелеными волосами.
И когда она рассказывала об этих случаях, её губы невольно растягивались в лёгкой, мягкой улыбке.
А Соната тому и не завидовала, ведь у неё тоже есть человек, который дарит Даск столь же нежную улыбку.
Также именно из этих рассказов синеволосая узнала о том, что Лира просто обожает теории заговора, особенно ту, что гласит, будто до людей в мире жили только магические пони.
Бон Бон не осуждала это увлечение, пусть до конца его и не понимала.
И внизу, около лифта, либо же за одним из столиков непременно сидела и ждала Хартстрингс.
— И так, как там у тебя дела с Давенпортом? — уложив голову на ладони и хитро прищурившись, поинтересовалась Лира, на что рядом сидящяя девушка шутливо толкнула её в бок, тихо и с упрёком прошептав имя подруги.
Щëки Сонаты же залила горячая краска: ей всё ещё было нелегко обсуждать свои отношения.
Особенно раскрывать такую тайну, как свидание, проведённое вчера вечером в парке.
Давенпорт оказался очень милым и разносторонним парнем и Даск действительно хорошо провела время с ним.
А ещё Давен сказал, что хочет позвать её в кино на этих выходных и девушка не могла дождаться этого дня.
— Можешь не рассказывать, если не хочешь, Соната, мы не хотим ставить тебя в неудобное положение, — поддерживающе улыбнулась Бон Бон.
— Ага, но только знай, что все болели за Давена. Понет даже ставку сделал… — и вновь шутливый толчок под рёбра мятной девушки.
Так, за беззаботным разговором и периодическими подколами со стороны Лиры, девушки просидели какое-то время, пока Хартстрингс не позвали обратно за стойку, тогда своё рабочее место поспешили занять и Бон Бон с Сонатой.
Однако Даск сделать этого было не суждено.
Уже в лифте зазвонил её телефон, по которому взволнованный Давенпорт сообщил девушке о том, что директор компании вызывает ту к себе.
— Не знаю, что там случилось, но мы всей «конторой» за тебя. Позвони как отпустят, я подбегу.
— Спасибо, Давен, я… Я не знаю что я такого сделала. Надеюсь это просто какой-нибудь разговор. Ладно, я побегу к ней, нельзя же заставлять ждать…
— Удачи. И помни, мы всё держим за тебя кулаки.
Соната сбросила телефон и нервно поëжилась.
— Что-то случилось? — мгновенно нахмурилась Бон Бон, славящаяся своей проницательностью.
На что Даск только жалобно подняла голову.
Казалось, ещё чуть-чуть и она просто разревëтся прямо здесь и сейчас.
— Босс вызывает… — упавшим голосом протянула девушка, но затем она выпрямилась и похлопала себя по щекам, — Нет-нет, не волнуйся, всё в порядке.
Обращалась ли девушка к себе или же отвечала Бон Бон — неизвестно.
— Ты точно в порядке? — подруга сочувственно коснулась плеча синеволосой, на что Даск закивала.
— Конечно, ты же знаешь, что я умею вертеться.
Бон лишь поддерживающе погладила подругу по плечу.
Девушка прикусила губу, прежде чем пару раз стукнуть по двери.
Слушать громкие, очень строгие упрёки мисс Шиммер не было никакого желания, только страх того, что её могут выкинуть с любимой работы.
Да, их босс была строгой, но справедливой, но вместе с тем она очень отвественно подходила к работе, как своей, так и своих сотрудников.
Взглотнув, девушка наконец пересилила себя.
Два удара, а затем потянула за ручку двери.
— Вы хотели видеть меня? — неуверенно протянула девочка.
— Да, проходи.— голос был удивительно спокоен, что вовсе не походило на привычное поведение босса.
Вернее, девушка всегда была спокойна, но сейчас голос, казалось, даже живым не был.
А это уж точно странно…
Девушка закусила губу и аккуратно проскользнула в кабинет, всегда пахнущий чернилами и нарциссом.
Много оттенков красного, резного дерева.
Сама директор компании сидела в дорогом кресле за столом ровно держа спину и смотря куда-то вперёд.
Красно-жëлтые волосы привычно собраны в строгий пучок.
Идеально выглаженные пиджак и белая рубашка лишь усиливали впечатление «большого человека».
Вроде, все как обычно, если не считать зеленоватый дымки, тонким, едва заметным слоем заволокшей бирюзовую радужку женщины за столом.
Пред боссом же, на стуле с широкой спинкой явно кто-то сидел, но разглядеть кто именно было невозможно.
Неужели кто-то подал на неё жалобу?! Но за что?
— Здравствуйте? — неуверенно протянула девушка, судорожно поправляя форму.
— Ты хорошо устроилась, Соната.
От этого бархатного голоса по лунной коже побежали холодные мурашки, заставившие Даск вздрогнуть.
Воспоминания шестилетней давности вновь ожили в памяти яркими красками алой боли, фиолетового отчаяния и рыжего страха, сжигающего всё пожаром.
— А-адажио? — казалось, даже голос её стал прежним, тонким, совсем юным.
Рыжеволосая сирена поднялась со стула и сделала пару небрежных шагов к младшей сестре.
Дазл не изменилась с их последней встречи.
Тот же ядовитый взгляд за прекрасными, словно у куклы, глазами, те же пышные, вьющиеся волосы, собранные в хвост, та же одежда фиолетовых и розовых тонов.
И та же властная манера движений.
Казалось, всё происходящее было сном, вовсе не реальностью.
Как?
Почему она решила вернуться?
— Не волнуйся, я уже договорилась с твоим директором об увольнении. Ты снова можешь присоедениться к нам и вместе мы наконец отомстим этим «Rainbooms», поглотим их силу и вернёмся домой.
Об увольнении? Но зачем? Ей нравится работать здесь, ей нравится общаться и помогать, она не хочет уходить!
И зачем мстить, ведь прошло столько лет, да и как?
У сирен не осталось ни кристаллов, ни сил!
— Я вижу, у тебя есть вопросы, — Дазл усмехнулась и небрежно продемонстрировала запястье с золотым браслетом, посреди которого мерцал совершён целый, кроваво-красный камень, — Я восстановила их.
Этот ликующий, не предвещающий ничего хорошего шёпот, больше напоминающий шипение змеи вновь запустил яд паники в тело, от чего сердце, напитавшись им, сбило ритм и сжалось.
Соната опустила голову, пытаясь выровнить дыхание.
— Я даю тебе шанс всë исправить. Вновь получить силу, а не быть жалким человеком. Обрести силу… — заговорщически продолжала сирена — вернуть всё так, как было раньше, на круги своя. Идём же…
В руках Адажио блеснул ещë один наруч, который сирена протянула бывшей сестре, словно подавая руку, дабы помочь подняться.
— Ты нужна нам, Соната.
«Манипуляция»
— Нет. — ответ был тихий, но твёрдый и решительный.
Рука Дазл медленно опустилась.
— Что? — в голосе сестры явно прозвучал сплав из холодной стали и удивления.
И тогда девушка резко подняла голову.
Её лиловые глаза мерцали решимой твёрдостью и непривычным упорством.
Где та Соната, которую знала и воспитывала Адажио?
— Я сказала нет. — с пару секунд Даск смотрит прямо в бордовые глаза Дазл, впервые выдерживая взгляд оной.
— Я не собираюсь возвращаться. Я живу здесь, я работаю, у меня есть друзья, которые помогают мне, а я могу помогать им. Мне не нужна никакая магия! — выпалила она всё на одном дыхании, но после, чуть успокоившись, продолжила более ровно и непривычно спокойно.
— Ты прекрасно умеешь манипулировать, Адажио, — сколь странно было слышать собственное имя из уст младшей сестры, но теперь без единой капли детского нытья или неуверенности, — Но я не хочу возвращать всё на «круги своя». Меня устроивает моя жизнь. Я выросла, Адажио. И я не жалкая, я человек.
Синеволосая девушка развернулась и прошла к двери, но прежде чем выйти, Соната остановилась и обернулась.
— И, да. Я хочу сказать спасибо тебе, за то, что бросила меня, ведь иначе я не стала той, кто я есть сейчас. И можешь передать спасибо Арии? Она помогла мне с оплатой квартиры, присылая деньги, пока я не нашла работу. Скажи ей, что в скором времени я верну ей всё до цента.
Её молочная рука легла на ручку, открывая дверь и напоследок девушка произнесла.
— Прощай, Адажио.
Как только дверь захлопнулась, Соната громко выдохнула и прижалась спиной к охлаждающей стене, медленно сползая по ней вниз.
Её коленки тряслись, сердце бешенно билось в груди, от чего кровь шумела в ушах.
Она не ожидала от себя такой речи, не ожидала такого поведения.
Сонате казалось, что она свалится в страхе на пол почти после каждого сказанного слова, однако девушка продолжала держаться.
Это было страшно, но она должна была это сказать.
Эта полная правда, как и то, что сила ей не нужна.
Девочка похлопала себя по щекам и пригладила руспушившийся хвост.
Адажио сжала зубы.
Чёртова Соната…
Куда пропала та глупая девчонка, всегда готовая идти по пятам даже огонь.
Глупая, но верная.
«Сгорела в огне, который ты разожгла» — мимолётно кольнула мысль, но Дазл лишь скрипнула зубами, наплевав на неё.
— "Отлично, пускай живёт как хочет, потом сама же прибежит. Плевать, сама виновата."
Сирена поправила косуху и подняла руку с браслетом, осовобождая от гипноза женщину в кресле.
Плевать, пусть остаётся на этой никчёмной работе, Адажио плевать.
Она справятся только с Арией и неудачница им не нужна.
Остаток дня Сонате было сложно сосредоточиться на работе.
И каждый в их офисе это прекрасно заметил.
Друзья и знакомые переодически подходили, спрашивали о том, что случилось, не выгнал ли её босс.
Но девушка только качала головой.
Единственный, кто узнал о том, что к Сонате наведалась сестра был Давенпорт, но он не спешил делиться этим знанием с другими.
Парень почти всё время проводил с Даск, помогая с работой.
И Соната была ему благодарна просто за то, что он рядом с ней, не задавая лишних вопросов.
Чуть позже она ему обязательно всё расскажет, но не сейчас.
Что-то пошло не так ближе к шести вечера.
Тёмные тучи, хоть того прогноз и не предвещал, заволокли небо и разражались… Зелёными вспышками?
Разве такое бывает с погодой в этом мире?
— Что творится с небом? — в очередной раз остановившись у окна, задала вопрос девушка.
Однако ответа она не получила.
Соната обернулась и застыла в испуге.
Давен стоял в нескольких шагах от неё совершенно не двигаясь, только лишь зелёный туман клубился в его глазах.
И застыл не только он один.
Никто, ни один человек не двигался, зачарованный этим туманом.
— Давен! — Даск подбежала к парню, попыталась потрясти его за плечи, похлопала по щекам, но ничего не произошло.
Ничего не действовало, сколько бы девушка ни кричала, сколько бы ни пыталась привести друга в чувства.
Он не выходил из страного транса.
Впрочем, никто не пробуждался.
И даже внизу люди замерли, даже Лира за своей стойкой баристы была «затуманена».
И Соната, кажеться, уже поняла что произошло…
Девушка выскочила из здания на спящую мертвым сном улицу, оглянулась.
И здесь никого…
Значит она легко сможет найти сестёр.
Пусть она человек, но в ней остались некоторые особенности анатомии и физиологии сирен, от чего она прекрасно чувствовала цветной всплеск магии в мире, что никогда не блистал этой краской.
Магия здесь была подобна ярко-алому пятну на фоне серого холста.
И девушка даже чувствовала примерное расположение этого пятна.
Но пешком так быстро не добраться, от чего…
Взгляд девушки упёрся в синий байк Давенпорта.
Что ж, он простит!
Быстро запрыгнув на средство передвижения и надев свой шлем, отложив в сторону привычку рассматривать морские узоры на средстве защиты.
Ориентируясь только на чувства и легко уворачиваясь от замерших автомобилей, девушка неслась вперёд, когда небо внезапно озарилось новой вспышкой, но теперь уже это были всё цвета радуги.
А затем, от этого цветного облака, ударил мощный радужный луч.
И Соната ускорилась.
Ещё пару поворотов, совсем чуть-чуть!
Наконец байк завернул на небольшую площадь пред школой Кантерлота и резко затормозил.
Соната спрыгнула с мотоцикла, сорвала шлем и тут же поморщилась из-за черезмнрого количества света.
Пред местом, где когда-то был памятник, в нескольких метрах над асфальтом, парили шесть девушек, что были объяты цветным огнём магии.
Крылья из энергии за спиной, ушки, волосы, с горящими светом прядками у каждой своего цвета.
Но сейчас это было неважно, куда важнее был огромный, широкий луч, что шёл от них, продолжая бить в одну точку, заставлять воздух скрежетать от электричества и жара.
Когда же водопад магии иссяк, когда девушки опустились на земь, удивлённо рассматривая свои новые наряды, обнимаясь и радуясь победе, Соната подбежалла к выжжено-чëрному, ещё алеющему побокам из-за высокой температуры кратеру, на дне которого лежали две фигуры.
Не обращая на больно обжигающую землю, на ужасный запах гари и металла, девушка повалилась на черный пепел рядом с сёстрами.
— Ария! Дажи!
Руки бил нестерпимый тремор.
Впрочем, дрожь сотрясала и всё тело.
Лунные пальцы сколзили по телам, пытались ухватить горячие, липкие, безкожие пальцы, но мгновенно в испуге отдергивались, хватились за жженую одежду, гладили лица сестёр.
— Ария, Адажио, очнитесь! Пожалуйста! — но сирены не открывали глаз.
И их лица, в копоти, с обожëнными участками кожи и алеющими трещинами ран, мёртвые, безжизненные, она запомнит ещё очень надолго.
Силуэты мёртвых сестёр будут приходит ей в кошмарах.
А сейчас девушке было плевать на всё это.
Ей было плевать на то, что когда-то сделала Дажи, плевать на то, как изменилась Ария, отрезав свои хвостики и покрасив волосы в чёрный.
А когда сëстры не отозвались на её зов, Сонате стало плевать и на страх пред ранами и слезшей, выженной плотью.
Не сдерживая крупных слëз, раздираюших грудную клетку плачем, она продолжала гладить лицо Арии, продолжала сжимать трясущимися пальцами руки Адажио, продолжала судорожно умолять их очнуться.
Но вот за спиной послышались шаги, но Сонате было плевать и на них.
Плевать на то, что с ней сделают, она готова получить удар.
Но вместо этого она чувствует, как некто аккуратно коснулся её плеча.
И тогда внутри вспыхнула ярость.
Резким движением скинув тёплую руку, юная сирена обернулась, вперив багровый взор в лазурные глаза.
— Вы убили их! Вы просто… — слова застряли в горле, а слëзы вновь потекли по щекам.
Красноволосая девушка, слишком сильно похожая на босса Даск, и чье имя уже стёрлось из памяти, опустила голову и негромко произнесла в ответ.
— Да, мы сделали это и… Нам жаль. Это произошло не специально, мы не думали, что всё выйдет… — она прервалась, обернулась на подруг на миг, затем же закончила, — Что всей выйдет так… Нам… Мне правда жаль…
Соната было хотела оскалиться, ударить, хоть что-нибудь, но взгляд её упал на девушек позади говорившей с ней.
Они, несмотря на то, что до этого момента ликовали от победы, сейчас же также выглядели подавлеными.
Одна из них, самая высокая, розоволосая даже обхватила себя руками и мелко подрагивала, пряча лицо в волосах.
Радужная спортсменка же стояла рядом с ней, словно пытаясь найти поддерживающие слова.
И тогда девушка прикусила губы, чувствуя, как в груди растёт пустота.
Соната медленно поднялась, вновь взглянула на девушку, затем же, нетвёрдыми шагами, прошла вперёд.
Ей нечего было отвечать.
Впрочем, она и не могла бы сейчас ответить ничего.
Мир качался пред взором, покрылся белым шумом, из-за которого всё звуки казались приглушёнными.
Холод охватил пальцы невидимым слоем, источником которого была глыба льда, будто засевшая где-то в груди, впиваясь острыми углами в сердце и лёгкие.
Соната старалась держаться на ватных ногах, медленно брела по улице, не обращая внимания на медленно ожидающих людей.
Кто-то всё ещё лежал на дороге, хватаясь за голову и постанывая, кто-то помогал держаться на ногах другим.
Но девушке не было дела до всего.
У неё не было места.
Однако вот, в кармане что-то завибрировало.
Скорее автоматически, нежели осознанно, Даса достала трубку, приложила её к уху и едва сумела выделить из себя короткое:
— Да?
— Соната! Ты... Ты в порядке? Что случилось? Как... Куда ты пропала, всё в порядке? Это небо... Я, похоже, выключился, где ты?
— Спасибо... Я.. Давай позже поговорими... — голос звучал глухо, неестественно.
Соната даже не узнавала его.
Но сейчас это было далеко не главной проблемой.
Далеко уйти Даск было не суждено.
Скрывшись, завернув в какой-то проулок, ноги не выдержали и девушка, чтобы не упасть, прижалась спиной к стене, но затем медленно сползла на холодный асфальт.
Она не верила в это.
Мозг отказываося воспринимать информацию о том, что их больше нет. Что сестëр Соната больше никогда не увидит.
Воображение пыталось представить все те моменты, когда они были вместе, вычеркнув из этих воспоминаний Арию и Дажи, но не выходило.
Пред памятью словно всплыла стена, не позволяющая этого сделать, не позволяющая даже представить какого это было бы, жить без сестёр.
Невозможно.
А что если они всё-таки не умерли?!
Нет… Это произошло.
Это правда.
— Кто-то находится в глубоком отчаянии, не так ли?
Мужской голос донёсся откуда из-за спины, заставив девушку вздрогнуть и поднять голову, пытаясь найти того, кто это говорил.
Человек стоял в дальний части прогулка укрытый мраком, от чего было невозможно разглядеть хоть какие-то черты лица или цвет одежды.
— Кажется, тебе нужна помощь? — поинтересовался он.
Этот человек был жутковат, свет обходил его почти полностью, лишь очерчивая неровные плечи, лохматые волосы и… Рога ли?
Казалось, будто одна рука тоньше другой, будто из-за того, что на ней не было рукава, который точно был на второй.
От него веяло холодом, что мгновенно сменялся на жар, а затем на сырость и снова на холод. Это было странно и… Страшно.
— Нет, спасибо, — удивительно спокойно отозвалась Даск, пряча эмоции за маской и поднимаясь с асфальта.
— Нет? — удивлëнно протянул голос, силуэт несколько неестественно склонился в сторону, а затем добавил, — Ты в этом так уверена?
Соната лишь кивнула.
Почему-то, ей небыло страшно, пускай сейчас и происходило что-то неправильное.
— Я могу вернуть тебе силу и более того, сделать её ещё более могущественной. Ты сможешь отомстить за сестёр! И доказать им,что ты не обуза. Ты станешь полезной! — его слова были полны какого-то заражающего вдохновения, зарождающего желание сражаться используя подаренную силу.
И девушка даже сделала шаг по направлению к протянутой руке, но остановилась.
— Нет, мне это не нужно.
— Ты в этом уверена? — над протянутой рукой силуэта засветился воздух, вернее, теперь в воздухе плавно кружился знак в ввиде розового сердца и голубой ноты.
Однако Даск была неприклонна.
— Я человек и мне не нужна эта сила. Мои сëстры, они… — девушка взглотнула, — Они погибли из-за того, что гнались за местью и силой. И я не хочу идти по их стопам. Нет, я не поведусь на это…
Соната развернулась и медленными, не твёрдыми шагами направилась к улице: ей ещё нужно вернуть мотоцикл Давенпорту.
— Что ж… — услышала она вслед и вздрогнула, ожидая, что сейчас получит удар магией в спину или что-нибудь хуже, однако вместо этого услышала лишь, — На нет и суда нет.
Когда же Даск обернулась, этого странного человека нигде не было, хотя в проулке, в который она зашла был только один выход — он же вход.
Куда мог пропасть незнакомец девушка даже думать не хотела.
Ей нужно вернуться на работу, а затем…
Затем похоронить трёх сирен: Арию и Адажио.
Тех, кто был для неё сестрами…