Маленькая история маленькой пони

Пролог

В один прекрасный солнечный день по омываемой тёплыми ветрами пустыни, шли в сторону города две ничем не примечательные единорожки — белоснежная и цвета ночного неба. На их боках висели громоздкие перемётные сумки, из-под которых торчали внушительные крылья, напрочь отказавшиеся полностью спрятаться. Роскошные переливающиеся гривы неуклюже прятались под косынками, а хвосты, даже частично собранные в пучок, продолжали развеваться, порой против ветра. Кьютимаркой белой было Солнце, а её спутницы — месяц на ночном небе.

– Это не сработает, Тиа, — Луна приподняла солнцезащитные очки телекинезом и посмотрела на нелепую маскировку сестры.

– Сработает, вот увидишь, — лучезарно улыбнулась Селестия, поправляя очки. — Просто больше уверенности в поведении, моя маленькая сестра. Если ты сама поверишь, что мы просто единорожки-путешественницы, то и все поверят. И никто не догадается, что мы…

– Принцессы! — удивлённо и восхищённо воскликнул земнопони-торговец на границе города, едва заметив приближающихся аликорнов.

Через секунду тихий и мирный городок стоял на ушах. Поняшки носились между лавок и домов, приводя всё в праздничный вид. Сёстры смотрели на мельтешащих горожан с отсутствующим видом.

– Как уверенность? — саркастично поинтересовалась Луна.

– Возможно нужно ещё потренироваться, — задумчиво протянула Селестия.

Только через час, вежливо отказываясь от подарков и услуг, принцессы смогли запереть двери гостиничной комнаты — лучшей в городке, доставшейся им совершенно бесплатно. Луна устало повалилась на кровать. Селестия же сняла сумки, косынку, очки, распустила хвост и, заметив улыбающегося пегаса, зависшего под окном с фотокамерой, задёрнула шторы.

– Наверное, стоит перекрасить гривы, — задумчиво протянула Селестия, опускаясь на кровать.

– Наверное нам стоит стать ниже самого крупного жеребца в любом городе! — отчаянно произнесла Луна.

– Да-а-а, — тяжело вздохнула сестра. — Вот и по-путешествовали инкогнито по Эквестрии…

Принцессы буквально слышали, как за дверью выстраивается очередь. Всё повторялось из города в город. День первый — праздник и подарки, фотографии и интервью. День второй — стараясь не раздражать принцесс, пони тихо ходят где-то рядом, перешёптываясь и заглядываясь, порой подходя, чтобы задать одни и те же вопросы или просто сфотографироваться. День третий — приезжают репортёры из соседних городов и повторяется первый день. И так по кругу.

Раньше сёстры думали, что пони это быстро надоест, а ещё раньше, что коронация Твайлайт снимит с них статус знаменитостей мгновенно. Но они сильно недооценили, насколько редко в небольших городках происходят хоть сколько-нибудь значимые события. Так что, куда бы они ни пришли, город оживал как от внезапного концерта Серенады. И так каждый день с тех пор, как они покинули Кантерлот.

– Ладно, сегодня сбегаем по плану “Н”, — заключает Селестия, доставая из сумки книгу.

– Думаешь, пегасы не разгонят облака, поскольку мы в городе? — с сомнением спросила Луна. — Как это было в Мэйнхеттене…

– Уверена, — радостно произнесла солнечная принцесса, вытягиваясь на кровати. — Я попросила мэра, чтобы она не переносила погодные решения в связи с нашим прибытием. Засухи в этом пустынном регионе чередуются с грозами из-за малого количества погодных пегасов, так что им и самим было бы тяжело вновь накопить достаточное количество облаков.

– М-м-м-м, хорошо, — Луна опустила голову на подушку, закрывая глаза. — Тиа, не засиживайся за чтением. Мы вылетаем поздним вечером, так что нужно выспаться.

– Не волнуйся, сестрёнка, я как следует отдохну, — уверила Селестия, не отрываясь от чтения.

Поздним вечером обе аликорна стояли на крыше гостиницы и смотрели на грозовые тучи. Селестия — заспанно, а Луна — бодро. Их телепортация прямо из номера прошла совершенно незамеченной.

– А-а-а-ам, — зевнула Селестия. — Похоже, что пегасы закончили. Полетели?

– Ага, — кивнула Луна, расправляя крылья. — Только тихо…

Они бесшумно взмыли в воздух выше облаков. Но уже через минуту полёта Луна испуганно оглянулась на раскат грома — её клевавшая носом сестра врезалась в грозовую тучу! Показав копытом “тссс”, Луна продолжила лавировать по небу, пока второй разряд не заставил её замереть.

– Тиа! — Луна опустилась на ближайшую тучу. — Ты… Ты что, совсем не поспала днём?

– Мхм, — Селестия опустилась рядом. — Мне совсем не спалось и я… А-а-а-а-а-ам-м… Решила немного почитать. М-м-м-мням-м-м… Это оказалось увлекательно. Ты знала, что яйца можно взбить так сильно, что бисквитный крем будет…

– ТЫ ПРОМЕНЯЛА СОН НА ТОРТИКИ!? — рог Луны светился от негодования.

Принцесса ночи в сердцах топнула по тучи, отчего магический заряд ушёл в грозу, вызвав предвещающий молнию раскат.

– НЕ ПОВЫШАЙ НА МЕНЯ СВОЙ КАНТЕРЛОТСКИЙ ГОЛОС, СЕСТРА! — рог Селестии тоже слабо засветился и искры от него ушли в тучу.

– Ты хоть понимаешь, что из-за этого мы не улетим далеко!? — всё ещё на повышенных тонах продолжила Луна. — Знаешь, как я устала от этой бесконечной шумихи вокруг нас? — принцесса гневно стучала копытом по туче, невольно пуская в неё новые заряды магии.

– Ты устала? — Селестия стучит копытом по туче, которая уже начала светиться и потрескивать. — А кто всё время ведёт с поданными диалоги, успокаивая их и снимая напряжение?

– Да если бы ты не болтала с каждым пони по пол-часа, может мы бы и не задерживались так сильно! И они уже не твои подданные!

Туча светилась сине-золотым, издавая угрожающий гул. Но сёстры этого явно не замечали, продолжая громкий спор.

– То, что Твайлайт теперь правит Эквестрией, не отменяет того, что все жители — это мои маленькие пони! И они заслуживают того, чтобы быть услышанными!

– НУ ТАК РАДУЙСЯ, СЕСТРА! Я УВЕРЕНА, ЧТО НАС СЛЫШАТ ДАЖЕ В ЭППЛЛУЗЕ!!

– НЕ ПОВЫШАЙ НА МЕНЯ ГОЛОС!!!

Обе принцессы гневно топнули копытом по туче и… Яркая вспышка! Мощнейший заряд магической молнии пронзает обеих от передних копыт до кончиков рогов! Громовой раскат проносится над пустыней и сёстры камнем летят вниз, вместе с каплями дождя. Не самую мягкую посадку им обеспечил мокрый песок у подножия небольшой горы. Было больно. Неприятное потрескивание гудело в роге, словно молния застряла там. Угасающим сознанием, сквозь дождь и помутневший взор, Селестия замечает фигуру пони в дождевике, смотрящую на них холодным взглядом оранжевых глаз.

Глава 1

Принцессы пришли в сознание почти одновременно от громкого шума. Всё тело болело и, словно было стянуто верёвками. Хотя даже без них сил едва хватало, чтобы двигаться. Судя по ощущениям — они лежали на тюках сена, покрытых грубой тканью. С трудом разлепив глаза, они огляделись — помещение напоминало сарай с одной закрытой дверью на вход и выход, и с одним спуском в подвал. Ветер завывал снаружи и стены скрипели под его напором. Пахло подпаленной шёрсткой, сыростью и какими-то странными веществами, словно на уроках алхимии. С первым всё ясно — запах шёл от них самих. Второе объяснилось так же быстро — крыша сарая протекала в десятке мест, барабаня каплями по подставленной под ручейки посуде в такт с бушующей снаружи грозой. А вот источник последнего запаха сильно настораживал — монструозного вида алхимическая машина, гудя, потрескивая и выпуская пар, варила какое-то зелье. На деревянном столе рядом с ней были разбросаны жуткие приборы из латуни и меди, а ещё травы и коренья. Принцессы поёжились — уж слишком это походило на лабораторию безумного пони-алхимика. Селестия вспомнила взгляд холодных оранжевых глаз.

Опасливо сглотнув, сёстры попробовали зажечь рога магией, но не тут-то было. Магическая молния полностью лишила их возможности применять даже простейшие заклинания. Грохот повторился и сёстры заметили её: земнопони в накидке с оранжевыми глазами и чем-то продолговатым и блестящим в зубах. Вспышка молнии высветила её серую шёрстку и гриву, цвета ржавчины. Жуткий шрам от ожога глубокими бороздами покрывал левую половину её мордочки. Вместо правого копыта блестел металлический протез.

Принцессы рефлекторно подняли магический щит и… Не подняли! Магии нет! Не смотря на слабость во всём теле они подались назад, прижимаясь друг к дружке, испуганно вскрикнув! Ощущение беспомощности и неизвестной опасности захватило их с головой!

Услышав крик, земнопони прижала ушки и удивлëнно посмотрела на принцесс. Видимо, поняв в чëм дело, она вставила-таки сжимаемый зубами кристалл в отверстие в стене, озарив сарай слабым, но приятным золотистым светом.

– В-всë хорошо, — негромко произнесла она. — У меня громоотвод молнии собирает. Вас больше не ударит, не бойтесь.

Мягкий заботливый тон поняшки заставил сестëр сперва замереть от удивления, а затем расслабиться. Говорить о том, что они испугались её, а не грозы, принцессы не стали. Луна задумчиво осмотрела себя и сестру — лечебные повязки покрывали их тела — особенно переднюю часть, по которой прошëлся удар. Селестия же почти мгновенно переключилась в режим “добрая наставница” и, заняв более удобную позу, обратилась к земнопони:

– Могу я поинтересоваться, как зовут нашу спасительницу?

– Расти, — ответила та, подходя к двери и снимая изрядно подсохший плащ. — Расти Мэйн.

Без накидки принцессы наконец смогли лучше разглядеть земнопони. И имя “Ржавая Грива” ей подходило как нельзя лучше! Действительно, у неë были не уложенные и взлохмаченные рыжие грива и хвост, слегка отдающие металлическим блеском. Часть гривы спадала на левую сторону, скрывая шрам, который вне яркого и резкого света молнии был почти незаметен. Серая шëрстка хоть и чистая, но совсем не ухоженная. Кьютимаркой Расти были две ржавые шестерни разного размера, сцепленные вместе. Правого копыта и впрямь не было, но бронзовый протез (отлично сочетающийся с цветом гривы, стоит сказать) был выполнен изящно и совсем не бросался в глаза. Ростом она была немного ниже средней земнопони, так что первым вопросом, возникшим в головах принцесс был “как она ухитрилась поднять меня и сестру?”. В целом, пони не была особо красивой, но уж точно не была страшной. Скорее просто милой.

– К-как вы себя чувствуете? — робко спросила Расти, прежде чем взять в зубы бутылëк с каким-то салатовым зельем. Еë голос слегка хрипловатый, словно столь же ржавый, как еë грива, а слова даются ей не просто, будто она редко говорит.

– Твоими заботами — гораздо лучше, чем были бы, — дипломатично отмечает Селестия.

– Мхм, — нейтрально отвечает Расти и бесцеремонно скидывает с принцесс одеяло.

Селестия и Луна, слегка опешив, с любопытством следят за поняшей, поочерëдно нюхающей каждую целебную повязку на их телах и через дозатор капающую лекарство, если запах ей не нравится. Расти делала это так увлечëнно, что не замечала вообще ничего. А у принцесс появилось время подумать. Видимо, понька наткнулась на них сразу после падения, притащила в свой сарай и занялась лечением, не оставляя времени даже на то, чтобы скинуть плащ. Она кажется доброй и милой, но что это тогда был за взгляд, который заметила Селестия? Не показалось же?

Принцесса солнца внимательно вгляделась в мордашку Расти. И правда, рыжеватая радужка слегка светятся. В темноте это было бы куда заметнее. Земнопони, в этот момент как раз обрабатывающая её шею, подняла мордочку и едва не коснулась носа аликорна своим, испуганно отпрянув и прижав ушки.

– Ф-фто-то флуфилось? — спросила она тихо, не выпуская бутылëк из зубов.

– Твои глаза, — отметила Селестия.

– Аа, — Расти привычным движением отвернула от собеседницы сторону со шрамом и поставила бутылëк на стог. — Я задержалась в Эппллузе. И чтобы не завязнуть где-нибудь в песках, по пути домой, приняла зелье ночного зрения. С-скоро пройдëт, не обращайте внимания.

Принцессы понимающе кивнули. Теперь было ясно и как она заметила сестëр, и почему не зажгла свет сразу.

Чтобы уйти от неловкой тишины, Расти буквально уходит… К своей алхимической машине. Она тянет зубами за рычаг и наполняет два флакона зеленоватой жидкостью. Принцессы без труда опознают в нëм целебное зелье.

– Примите, — коротко просит Расти, поставив лекарство перед ними. — И ложитесь спать. Вам нужно отдохнуть, чтобы зелье действовало эффективнее.

Дважды просить не приходится. Правда и поднять бутыльëчки магией сёстры не могу, вынужденные брать их зубами. Принцессы с благодарностью смотрят на Расти и, выпив лекарство чувствуют резкое облегчение, от чего почти сразу засыпают.

Луна впервые не может контролировать свой сон. Это… Приятно. И необычно. Будто пришла на работу во время отпуска, только для того, чтобы сидеть и ничего не делать. Наслаждаясь безделицей, принцесса ночи не замечает (да и не может заметить) кошмар своей сестры.

Селестия выходит на балкончик своей башни в Кантерлоте. Она прекрасно чувствует время — уже почти пора поднимать солнце. Но в этот раз её рог не зажигается, как обычно. Она пробует снова — ничего! Глаза принцессы расширяются от ужаса — её бедные маленькие пони! Она обрекает их на вечную ночь и холод!

Селестия в ужасе открывает глаза. Болезненное ощущение в роге заставляет поморщиться, но очертание сарая вызывает облегчение. Это был просто плохой сон и она не подвела своих маленьких пони. Теперь за восходы отвечает Твайлайт и, судя по первым лучам, справляется она с невероятной пунктуальностью.

Восход озарил помещение через небольшие щели и неплотную дверь, высветив небольшую серо-рыжую фигурку на полу. Расти? Разве она не должна была пойти спать в дом? Почему она спит в сарае? Неужели она живёт прямо тут?

Сама же земнопони тоже проснулась с первыми лучами солнца. Зевнув и поднявшись, она направилась к алхимической машине. Левый бок, на котором она лежала, был весь мокрый от дождевой воды, скопившейся за ночь. Лягнув красные кристаллы в основании агрегата и отметив, что столбик термометра пополз вверх, Расти пошла к выходу.

Селестия глубоко вздохнула, чтобы окликнуть поньку, но вместо этого по сараю разнеслось гулкое урчание её желудка, заставив принцессу покраснеть. Луна, скорчив недовольную мордашку, заспанными глазами смотрит на сестру, прервавшую такой хороший сон. Расти дёргает ушами в их сторону и выходит на улицу, не сказав ни слова. Впрочем уже через минуту она возвращается, неся на спине бочку воды, несколько мешков с травами и большой пучок моркови в зубах. После этой картины вопрос о том, как эта коротышка утащила принцесс отпал сам собой. Расти — не слабее любой другой земнопони.

– Доброе утро, Расти, — в своей обычной манере произносит Селестия. — Ты что, спала на полу?

– Мхм, — безразлично отвечает пони, скатывая бочку и мешки по крупу к алхимической машине.

– То есть ты живешь прямо здесь? — осторожно, стараясь, чтобы вопрос не прозвучал как оскорбление, уточняет принцесса.

– Мхм, — кивает Расти, беря со стола какое-то подобие тарелки и, уложив на неё морковь, ставит скромный завтрак перед принцессами.

Десять морковок.Помытых и почищенных. С хвостиками. Аккуратно лежащие на латунном диске, совершенно не похожем на тарелку, десять морковок. Скромный, максимально далекий от королевского завтрак. Просто морковь. Сёстры задумчиво смотрели на “блюдо”.

В это время Расти уже заливала воду в разные отсеки машины прямо из бочки, ловко балансируя ею на голове, лишь слегка направляя тяжёлую тару металлическим копытом. Отвлекать её совсем не хотелось и принцессы решили попробовать этот скромный завтрак. Однако морковки не поддались гипнозу и сами не полетели им рот. Точно, даже телекинез не работает! Что ж, пора вспоминать “копытно-зубной” метод.

Копытный работает так себе. Цилиндрический корнеплод всё время норовит выскользнуть из хватки, перекатиться по копыту и упасть на настил.

Странный звук заставляет принцесс отвлечься от попытки позавтракать. Сперва они подумали, что Расти кашлянула… Но, нет. Земнопони пыталась подавить смешок, заметив неловкие попытки принцесс. Да, судя по слабой улыбке, она смеялась. Нет, не так. Она смеялась НАД НИМИ! Не вежливое “ха-ха” над фразой принцессы, не натянутая улыбка, не дружеский смех над общей шуткой. Эта пони, первая за несколько сотен лет, кто смеялась над самими принцессами и их неловкостью.

Поняв, что сёстры ошеломлённо смотрят на неё, Расти подошла к отложенным для себя морковкам и одними зубами взяла её за кончик, оставаясь для удобства к принцессам в профиль. Она откусила кончик, протолкнула губами морковь дальше, зацепила зубами, перехватила губами, откусила и повторила — протолкнуть, зацепить, перехватить, откусить. При этом её копыта были полностью свободны и она продолжала с невероятной отточенностью и сноровкой загружать в машину травы и коренья — каждый в свой отсек.

Селестия первой уловила идею и, схватив зубами корнеплод, приступила к завтраку по методу земных пони. Протолкнуть, зацепить, перехватить, откусить! Раз-два-три-четыре, раз-два-три четыре, раз-два… Ой! Откусила до того, как перехватила и недоеденная морковь упала на настил. Луна с победным видом посмотрела на сестру, доедая уже третью морковь. Нет, не просто с победным — с триумфальным видом! Будто она только что победила во всех соревнованиях Эквестрийских игр, оставив Селестию где-то далеко, глотать пыль из-под её копыт. Невероятное ощущение собственного превосходства и величия! В деле поедания моркови…

Солнечная принцесса скорчила притворно-обиженную мордашку и отвернулась. Как раз в этот момент Расти, почти доев свой корнеплод, подбросила остаток вверх на высоту пони и, поймав его ртом, заглотила вместе с зеленью. Селестия хищно улыбнулась, поворачиваясь к Луне. Но та и не думала повторять трюк, а просто дожевала морковку с самодовольным видом. Упускать такую возможность было нельзя! Подобрав остаток своего завтрака, селестия подбросила его и… Где он?

Луна разразилась хохотом. Стуча копытом по соломе, она поморщилась от тянущего ощущения под повязками, но смеяться не перестала. Поняв, что произошло, Селестия скосила взгляд на свой рог. Огрызок моркови, зацепившись зеленью, болтался прямо перед ней. И сбросить его, тряхнув головой, не вышло. Обречённо вздохнув, принцесса направила рог на всё ещё смеющуюся сестру и Луна, явно довольная собой, зубами стянула остаток морковки. Подбросив его вверх всего на пару сантиметров, ночная принцесса самодовольно проглотила и этот кусочек.

– Два-ноль, — усмехнулась Луна, облизываясь. — М-м-м, как сладко.

– Не то, что вам подавали в замке, я полагаю, — вмешалась в разговор Расти, неся на голове бутылочку с целебным зельем.

– Так значит, ты нас узнала, — смущённо отмечает Луна.

– Вас не узнают, только если вы в балахон завернётесь от ушек до копыт, — спокойно ответила Расти и принялась перечислять. — Аликорнов всего-ничего. Ростом вы выше даже Несчастной Подковы. А ваши кьютимарки чеканят на монетах.

Принцессы рефлекторно бросили взгляды на свои крупы и синхронно сделали фейсхуф. Так просто забыть о том, что всегда с тобой. Хотя, по словам Расти, их и так бы узнали. Слишком примечательная внешность.

– Так… — неловко продолжила Расти. — Как вы оказались в небе во время грозы?

– Мы просто хотели немного пожить как обычные пони, — честно ответила Селестия, решив умолчать о ссоре.

– Да, вдали от дворца и королевского раздолья, — подтверждает Луна, тоже не спеша рассказать о причине удара молнии.

– Ну, у меня вы сможете отдохнуть от всех удобств вообще, — немного виновато отвечает Расти, вновь подходя к принцессам вплотную и снимая повязки. — Душ и туалет на улице. Еда — простая. А вместо кровати у меня тюки с соломой.

– Так мы заняли твою кровать? — расстроенно уточняет Селестия, глядя на слежавшуюся серую шёрстку.

– Всё хорошо, — не прекращая снимать повязки, отвечает Расти. — На той неделе я опять поеду в Эппллузу и возьму на ферме Эпплов ещё пару стогов. Хм, у вас перья опалены…

Пока земнопони внимательно изучает крылья принцесс, периодически вытряхивая совсем уж плохие, Селестия и Луна осматривают саму Расти при свете дня. Взлохмаченная грива и непричёсанный хвост — это не следствие вчерашней бури, а, видимо, её привычная “мода”. В районе шеи и боков шёрстка сбита, то ли от плуга, то ли от телеги. А ещё от неё приятно пахнет травами. Кстати, целебное зелье, что она сварила тоже имел приятный яблочно-морковный привкус, в отличие от горького лекарства из больниц. Допив свою порцию, Селестия строго, но с явной добротой заявляет перевязывающей из Расти:

– Решено. Этой ночью мы спим все вместе.

– Чт… — Расти чуть не поперхнулась повязкой. — Н-но. Н-но мы не поместимся втроём.

Принцессы улыбнулись. Эта отговорка с ними не сработает. Расправив крылья, они накрыли земнопони, уложив её между собой. Расти покраснела и, судя по бегающим по сторонам глазам, она пыталась оперативно придумать объективную отговорку. Но тут же находила не менее объективный контраргумент, которым воспользуются принцессы.

– Видишь, — мягко улыбнулась Луна. — Вполне себе умещаемся втроём.

– Д-да, — сдалась Расти, поднимаясь и смотря куда-то на свои копыта. — Я… Я пока к работе вернусь. Заказов много.

И пони шустро поскакала к алхимической машине, всячески стараясь не смотреть в сторону принцесс. Аликорнам же без магии приходилось непросто остаток дня. Сил, чтобы вставать и ходить почти не было, а взять что-то почитать копытами… Ну, второй раз за день смешить Расти своей неуклюжестью хотелось не сильно. Хотя, признаться, её искренний смех выглядел очаровательно. Так что, как и рекомендовала их “доктор”, Селестия и Луна старались побольше спать, есть и пить, да и просто отдыхать, наблюдая за работой земнопони.

В скромном жилище Расти почти ничего не было, кроме “кровати” и алхимической машины. Так что сёстры молча наблюдали, как и какие зелья варит пони. Стоит отметить, что разнообразие было впечатляющим. Очень много целебных для больниц и аптек. На втором месте — зелья-удобрения для фермеров. И совсем немного парфюмерии и мыла, возможно, по спецзаказу. При этом машина была до неприличия автоматизирована! Расти просто засыпала в нужные отверстия травы и заливала воду, предварительно настроив устройство на определённый рецепт, а машина сама перемалывала, перетерала, смешивала, подогревала, разделяла и охлаждала их через сложную систему трубок и механизмов. В итоге то, что в копытную готовилось бы несколько часов и всего одной порцией, Расти готовила за несколько минут и в оптовом количестве. Готовые зелья она разливала по флаконам, маркировала, паковала в ящики и складывала в телегу. За день она заполнила примерно пятую часть. Видимо, поход в Эппллузу для продажи — еженедельное занятие.

Что приятно удивило принцесс, помимо интересной работы алхимической машины — Расти почти ничего им не говорила. Не расспрашивала о том, о чём пробуют расспросить почти все пони, едва завидев принцесс. Просто иногда спрашивала о самочувствии и смачивала повязки целебным настоем. Вот и сейчас, уже после ужина (опять морковного, стоит отметить), Расти просто тихо чистит и промывает машину. Хм, а просто ли? Селестия пригляделась — что-то ей казалось странным в действиях земнопони. После той прыти, что она показала во время работы, сейчас её движения были слишком медленными. А, вот оно что.

– Ждёшь, пока мы уснём, чтобы снова спать на полу? — мягко, но без капли сомнения спросила Селестия.

Луна хитро посмотрела на замершую и густо покрасневшую Расти. Нет, с ними этот трюк не сработает. Земнопони что-то невнятно промямлила с ёршиком в зубах и, поспешно закончив чистку, в которой аппарат не особо-то и нуждался, смущённо пошла к принцессам. Стараясь не смотреть им в глаза, Расти забирается на стоги и аккуратно ложится между аликорнами. Места на троих и правда достаточно, чтобы лечь вплотную. Расти зубами цепляет клипсу протеза и тот, негромко звякнув, падает на пол. Селестия и Луна заботливо смотрят на маленькую пони — последний раз, когда кто-то настолько доверялся им, а главное, когда они кому-то доверялись настолько, был уже очень давно.

– Как это случилось? — осторожно спрашивает Луна, указывая на отсутствующее копыто.

– Просто… Неудачный эксперимент, — уклончиво и с небольшой горечью отвечает Расти.

Поняв, что пони ещё не готова поделиться с ними чем-то настолько болезненным, принцессы решают, что этого ответа будет более чем достаточно на данный момен. И, укрыв Расти крыльями, укладываются спать. Расти не отстраняется, не ёрзает и не говорит ни слова, а тихо ложится, закрывая глаза. Как бы смущена она сейчас не была, этот нежный жест ей точно пришёлся по нутру. Так завершился второй день в гостях у Расти.

Глава 2

Как и всегда, Селестия проснулась незадолго до рассвета. Странное ощущение тепла пронизывало её бок. Приподняв крыло, она обнаружила серую земнопони, уткнувшуюся в неё носом в поисках комфорта. Принцесса улыбнулась от умиления. Впрочем, долго насладиться моментом ей не дали — земнопони проснулась с первыми лучами солнца.

Едва разлепив глаза, Расти ещё несколько секунд задумчиво пялилась на бок принцессы, пока осознание не накрыло её с головой. Округлив глаза и прижав ушки, она осторожно подняла взгляд на улыбающуюся Селестию. Та лишь нежно погладила поньку по голове.

– Доброе утро, Расти.

– Д-да. Т-то есть, доброе утро Сел… Прин… М-м-м… Мне надо запустить машину.

Расти совершенно бесшумно выскользнула из кровати, не потревожив Луну. Только тихий щелчок разнёсся по сараю, когда земнопони зафиксировала протез. Лёгкий цокот и скрип половиц сопроводил её до выхода. Селестия потянулась, разминая спину и ноги. Электрический гул в роге подтверждал, что магия ещё не вернулась, однако тело почти не болело. Хотя перемотанные крылья и то, сколько перьев она потеряла за ночь явно указывали на то, что летать ещё рано. Грустно вздохнув, Селестия спустилась на пол.

Скри-и-и-и-и-и-ип!! Хрусть! С жутким треском половица под копытом принцессы прогнулась и треснула. Проснувшаяся Луна, скорчив недовольную мордашку, подняла заспанный взгляд на сестру.

– Дежа-вю, — усмехнулась Селестия, вставая с кровати.

– Ой, а вам ещё не рано вставать? — Расти стояла в дверях, гружённая мешками и бочкой с водой.

– Всё хорошо, — Луна тоже спрыгнула с кровати, разминая затёкшие конечности. — Мы отлежались вчера, так что сегодня…

Принцессы синхронно посмотрели вниз, на дырку в полу, через которую виднелась тьма подвала.

– Сегодня мы поможем тебе по дому! — в глазах Селестии блестел азарт первопроходца, решившего покорить самую высокую гору.

– Алхимическую машину не трогать! — первым делом заявила Расти, скидывая на пол мешки. — И в подвал тоже не спускаться, если не хотите лечить ещё и сломанные ноги.

Это была самая непривычная реакция, которую принцессы встречали за последнюю тысячу лет. Никаких тебе “нет-нет, что Вы, не утруждайтесь” или “конечно-конечно, мой дом — ваш дом”. Два прямых запрета прямо в лоб и никаких заискиваний. Впрочем, судя по задумчивой мордашке Расти, на этом она заканчивать не собиралась! Принцессы с нетерпением смотрели на хозяйку дома, переминаясь с копыта на копыто.

– Ммм, даже не знаю, что вам можно поручить, — задумчиво протянула Расти. — Вы без магии, как жеребята. Хотя, раз уж пора завтракать…

Расти вывела принцесс во двор. Это было очередное тёплое утро, недалеко от Эппллузы. Сам город виднелся на горизонте, где-то в часе смелой рыси пути. Единственную дорогу туда преграждали ворота с какими-то знаками, которых с этой стороны не было видно. Хозяйство Расти было скромным — водонапорная башня, водокачка, теплица и сам сарай. Всё это находилось на небольшом холме, с которого открывался вид на пустыню. Рядом с сараем была припаркована большая телега, уже частично нагруженная коробками с зельями. Делать тут и правда было особо нечего.

– Может нам полить огород? — с некоторым предвкушением спросила Селестия.

– Нет, тут это не требуется, — помотала головой Расти, дёргая рычаг.

Слабый гул раздался около башни и вся теплица слегка запотела от распылителя, равномерно орошающего огород.

– Автополив, — немного удивилась Луна, заглядывая в теплицу. — Так вот как ты справляешься и с огородом, и с алхимией.

– Улучшила своё первое изобретение, — смущённо ответила Расти и на её мордочке появилась тень гордости.

– Ты за неё получила кьютимарку? — осторожно любопытствует Селестия, тоже заглядывая в теплицу, где помимо целебных трав, росла и морковь. Много моркови.

– Да, — нерешительно отвечает земнопони. — Я…

Неловкая пауза возникает в воздухе. Принцессы озадаченно поворачиваются к Расти, задумчиво отводящей взгляд. Но прежде, чем они успевают перевести тему, та решает продолжить.

– Я родом из семьи морковных фермеров. У всего нашего семейства кьютимарки были связаны с морковью, — Расти проходит вдоль грядок, кивком предлагая принцессам набрать спелых корнеплодов. Её рыжая грива и правда напоминала морковь. — Помню, как приходилось вставать ранним утром, чтобы заниматься поливом бесконечных грядок моркови едва ли не до самого заката. Полила, вернулась к бочке, набрала воды, опять полила. И так весь день, — Расти подняла взгляд на металлические трубы в крыше теплицы. — Мне — пустобокой кобылке, это казалось скучной морокой. И вот однажды я взяла длинный шланг, ножницы и прокинула свой первый “автополив” через все грядки! То, что раньше занимало почти весь день, теперь занимало пять минут! Я даже не заметила, как вернулась домой с кьютимаркой.

Истории о кьютимарках — одни из любимых у пони. Всё-таки это самый счастливый день в жизни любой юной кобылки! Селестия и Луна с небольшой ностальгией вспомнили день, когда получили свои. Но от теплого настроя не осталось и следа, когда они увидели леденяще-печальную мордочку Расти, отрешённо смотрящую на свои копыта.

– Родители не оценили, что у меня на боку нет моркови, — печально продолжила земнопони. — Они долго обсуждали, что же делать. Думали даже обратиться к единорогам, чтобы стереть шестерни. Но кьютимарка — это знак на всю жизнь. Так что… — Расти тяжело вздохнула. — Меня выгнали из дома. И сказали, чтобы я больше не возвращалась. Никогда.

Сердца принцесс оборвались на этой фразе.Так быть не должно, чтобы самый желанный день вызывал грусть. Но Расти не плакала. Она выглядела лишь слегка расстроенной, набирая морковки на завтрак. А заметив, с какой печалью на неё смотрят принцессы, даже слегка улыбнулась.

– Всё хорошо, — с нескрываемой горечью произнесла земнопони. — Это далеко не самый ужасный день в моей жизни. Тогда я всего лишь навсего осталась одна.

От этого ответа принцессам лучше не стало. Озноб пробежал под их шёрстками, от роящихся в головах жутких мыслей. Но начинать расспросы не было ни малейшего желания. То, что Расти поделилась этой историей, ещё не означало, что она с ходу расскажет и всё остальное. Сам же земнопони, видимо решив, что тема этого разговора исчерпана, за скромным завтраком переводит стрелки на самих принцесс.

– Кстати о кьютимарках. Вы так и не придумали, как скрыть свои?

– Нет, это почти невозможно, — серьёзно отвечает Селестия. — Как ты и сказала — это знак на всю жизнь и даже магией от него не избавиться.

– Только прикрыть чем-нибудь или закрасить, — кивает Луна.

– Ммм, — Расти очень задумчиво пережёвывает морковь. — Я, наверное, смогу вам помочь. Если не с кьютимарками, то по крайней мере с размерами и крыльями. Если сжать вашу магическую силу до…

– Ты правда можешь это сделать? — с надеждой произносит Селестия. — Магия аликорнов очень велика. Лучшее, что мы могли — временно передать её другому.

– Это просто антимагия, — буднично поясняет Расти. — Для алхимии такое в пределах обычного. Нужно только рассчитать эффект полезной нагрузки, с учётом аликорнов.

– Ты очень хорошо разбираешься в магии для земнопони, — одобрительно произносит Луна. — Кто обучал тебя?

– Книги в моём подвале, — холодно отвечает Расти. — Ооо!

Она подскакивает и спускается вниз. Из подвала доносятся звуки хаотичного поиска и падений. Вскоре после этого, Расти возвращается, неся на спине странное устройство и небольшой ящик. Земнопони хитро улыбается, глядя на принцесс.

– Я нашла, чем вас занять на время выздоровления!

Устройство оказалось самодельной плитой, работающей на нагревательных кристаллах. А в ящике лежали самые обычные инструменты. И если при готовке методом земных пони принцессы всего лишь запачкали и немного подпалили гривы, то вот ремонт…

– Дерфы рофнее, — потребовала Селестия с молотком в зубах.

– Фа фыфафуф, — совсем неразборчиво ответила Луна, удерживая зубами гвоздь.

Они пытались прибить дощечку-заплатку к довольно крупной дыре в сарае. И если магией на это ушло бы пара секунд, то копытно-зубной метод работал едва ли не с риском для жизни. Удар молотка прошёл всего в паре сантиметрах от носика Луны, вышибив ещё одну досточку из стены. Теперь через неё можно было увидеть, Расти готовящую их зелье в копытную. Обернувшись на шум, земнопони вышла на улицу и оглядела свой дом, который больше не нуждался в проветривании.

Принцессы виновато опустили ушки, но Расти лишь тихонько усмехнулась. Взяв в зубы четыре гвоздя, она наживила их парой ударов копытом к лежащей на земле дощечке. А затем, прижимая доску ногой, взяла в зубы молоток и приколотила заплатку к стене. Ровно. И даже гвозди не погнула. Не сказав больше ни слова, пони ушла обратно в дом варить зелье, а принцессы, придя в себя, тут же встретились полными вызова взглядами. Соревнование началось!

К закату они уже смотрели на творение копыт своих. Сарай Расти, до этого казавшийся слегка обветшалым, теперь выглядел… Даже ещё более ляповатым. Доски прибиты под разными углами, гвозди — загнуты, а количество дыр уменьшилось в лучшем случае на треть. Сёстры задумчиво и со слегка отсутствующим видом прикидывали счёт.

– Ничья, я полагаю, — каменным тоном предложила Селестия.

– Ничья, — так же безэмоционально согласилась Луна.

– Я бы сказала, один-ноль в мою пользу, но это было бы совсем уж бесчестно, — усмехнулась Расти, выходя из дома. — Пойдёмте ужинать.

Вечер после ужина кобылки провели лёжа на стогах и обсуждая прошедший, насыщенный событиями день. Расти говорила мало, предпочитая слушать и посмеиваться над их неловкостью. Ночью земнопони засыпает, уткнувшись носом в бок принцессы ночи. Луна победоносно смотрит на сестру, укрывая изобретательницу крылом. Селестия решает сегодня не разбивать иллюзию превосходства — уж очень хороший день.

Столь же тепло проходит и следующий. И ещё один. И вот, наконец, тележка Расти полностью загружена ящиками с зельями. Пришло время идти в Эпллузу.

– Итак, — сразу после завтрака Расти подала принцессам флакончики с чёрно-зелёным эликсиром. — Это должно сжать ваши магические силы до уровня обычной единорожки. Если я ничего не напутала, а я почти уверена, что ничего не напутала, то вы уменьшитесь, у вас исчезнут крылья и… Ну, гривы больше развиваться сами собой не будут. Кьютимарки, увы, придётся спрятать под накидками. Готовы?

Сёстры нетерпеливо кивнули. Взяв в зубы флакончики с зельем, они умело, как настоящие земнопони, осушили их в один присест. Вкус был мультифруктовым, с небольшой кислинкой, но всё ещё приятным. Мурашки пробежали под шёрсткой, а тело — покалывало, как нога, которую отлежали. Потолок начал стремительно отдаляться, а крылья втягиваться. Грива Селестии сменила цвет на нежно-розовый, а Луны — на мягко-голубой. Всего несколько секунд и вот в сарае уже стояли две обычные единорожки и смотрели на Расти… Снизу-вверх?

Принцессы переглянулись. Они превратились в совсем уж юных кобылок, будто только вчера получивших кьютимарки. Обе подняли недоумённый взгляд на Расти. Земнопони, всё это время сдерживавшая улыбку, не выдержала умилительного взгляда малышек и покатилась со смеху.

– Простите, — через смех выдавила она, катаясь по полу. — Я не учла, что магия у вас и так ослаблена! Хо-хо-хо.

Держась за животик, смеялась Расти. Очень заразительно. Даже принцессы, понимая всю нелепость ситуации, рассмеялись вместе с ней! Смеялись до тех пор, пока животики не разболелись. Пришлось выйти на улицу, чтобы подышать.

– И как долго продержится эффект? — осторожно спросила Луна, приходя в себя.

– До заката, но… — Расти задумалась, запрягаясь в телегу, на которую запрыгнули сёстры. — Теперь не уверена — может и дольше. Ведь я совершила МАЛЕНЬКУЮ оплошность.

Пони вновь покатились со смеху. И ещё раз, когда подготовленные Расти накидки оказались великоваты. Пришлось спешно укорачивать их прямо на ходу. Благо, время было, пока они ехали в Эппллузу. Но кое-что смутило принцесс, пока они спускались с горы. Знаки. Это был десяток знаков вдоль всего спуска, запрещающих всем проход. Так много, что могло вызвать у любой пони депрессию, при подъёме. Но Расти их успокоила:

– После того, как я первый раз привезла зелья в город, пони начали ходить ко мне домой за заказами. Сделать их, забрать или, что хуже всего — поторопить! — с раздражением произнесла земнопони. — Мало того, что у меня во дворе из-за этого стоял гвал, так ещё и торговцы навязывали мне кучу всего для дома, а порой и вовсе ходили, куда им не следовало. Всё это продолжалось до тех пор, пока один жеребец не повредил алхимическую машину и сам при этом обжёгся. Я отлягала гостей до самой Эппллузы и запретила вообще всем приближаться к моей лаборатории, — заметив задумчивые мордашки принцесс, Расти добавила. — Мои устройства — не место для игр юных кобылок.

Лёгкий смех прошёлся по пустыне, но беспокойство не покинуло принцесс полностью. Однако приближение к городу вынудило их отложить переживания на потом. Горожане радостно приветствовали Расти, едва заметив. И, к великому облегчению, не обращали внимания на юных кобылок в телеге. Город впервые встречал принцесс будничной суетой, за которой те с удовольствием наблюдали.

– Расти Мэйн! — шериф Сильверстар вышел встретить гостей, почтительно приподнимая шляпу. — Стабильность — твоя лучшая черта! Признаться, фермеры уж тебя заждались, да.

– Удобрения я занесу, — коротко ответила Расти.

– О, а кто это там с тобой? — заметил жеребец двух малышек.

Принцессы напряглись, опасаясь, что их узнали. Расти выглядела не менее напряжённой. Она явно не подумала, что ей будут задавать подобные вопросы. И то, что ей стоило бы продумать, как она будет врать…

– Э-это мои племянницы… Э-э-э, — совсем неумело начала Расти. – М-м-м... Сели и Луни.

Принцессы едва не поперхнулись от настолько очевидного вранья. Ну, всё. Можно прощаться с маскировкой! Сейчас пони во всём городе…

– О, не знал, шо у тебя родня есть! — восхитился Сильверстар. — Добро пожаловать в Эппллузу! Ведите себя хорошо и слушайте тётушку Расти.

Шериф пошёл дальше, а три кобылки облегчённо выдохнули. Сели и Луни соскочили с телеги и подошли к земнопони.

– Тётушка Расти, тётушка Расти, — по-жеребячьи и с лёгкой насмешкой произнесла Луна. — Можно мы с сестрёнкой Сели поиграем на качелях?

Селестия фыркнула и даже изобретательница усмехнулась. Слегка прочистив горло, земнопони приняла строгий вид и наставническим тоном произнесла:

– Конечно. А мне, как самой взрослой и мудрой предстоит заняться всякими взрослыми делами.

Принцессы рассмеялись, но Расти только начала.

– Можете взять немного сладостей, но только немного, чтобы ваши юные зубки не попортились! Не доставайте взрослых пони и не играйте на дороге для пробежек буйволов! А то тётушке Расти будет за вас стыдно.

Кобылки покатились со смеху, но, взяв себя в копыта, выдавили “да, тётушка!” и побежали играть. Земнопони же пошла развозить зелья по аптекам и фермам.

Первым делом сёстры пошли на рынок, который встретил их запахами выпечки, свежих фруктов и цветов. Большие пони их почти не замечали, иногда обгоняя медленно идущих жеребят. Принцессам даже пришлось перейти на быструю рысь, чтобы двигаться со скоростью потока, пусть и не самого оживлённого. А ведь забавно, что взрослым кажется, будто малыши бегают из-за избытка энергии, а не из-за того, что у них коротенькие ножки. Привыкшие к размеренному и не спешному шагу рослые принцессы теперь радовались, как юные кобылки, разгоняя кровь резвой пробежкой.

Стойки с товарами были слишком высоко и им приходилось опираться передними копытами, заглядывая на прилавки. Умилённая этим видом, пожилая продавщица угостила Сели и Луни засахаренными яблоками. Неспособные пока использовать магию, принцессы взяли угощения зубами.

– Благодарю за Вашу щедрость, — произнесла Селестия, беря угощение.

– О-хо, — усмехнулась старушка. — Ты прям как принцесса молвила. Я её даже видела однажды! Это было…

Сёстры поспешили оставить продавщицу наедине с её воспоминаниями. Пригнувшись ниже прилавков, они выбежали к городской площади.

– О-о, Сели, ты так похожа на принцессу! — с издёвкой произнесла Луни, проглатывая яблоко. — Как бы кто тебя за неё не принял!

– Немного забылась, с кем не бывает? — смутилась сестра. — Она ведь нас не узнала в итоге, верно?

– Если ты провалишь даже такую конспирацию, клянусь, я столкну тебя под копыта буйволам! — усмехнулась Луна, шутливо толкнув сестру крупом.

– Ха, да у тебя силёнок на такое не хватит, маленькая сестра, — Сели ответила толчком на толчок. — Куда раньше я столкну тебя…

– На луну? — ткнула сестру в бок принцесса ночи.

– О-о-о, как низко! Ну, держись! — Селестия, улыбаясь, пригнулась, словно хищник, готовясь к броску.

Луна ответила тем же и две единорожки, хохоча, сцепились в шуточной драке. Они смеялись, толкались, валялись в пыли и вставали, только для того, чтобы снова упасть. Когда ещё двум взрослым кобылам можно будет без зазрений совести пожеребячиться, как не после становления жеребятами? Однако веселье заканчивается, как только над ними нависает большая тень.

– Так, юные кобылки, — строго произносит шериф, разводя сестёр копытом. — Вам шо, не говорили не баловаться на площади? А если поранитесь, али под копыта кому попадёте? Где ваша тётушка?

– Простите, шериф Сильверстар, — скорчила умилительно-виноватую мордашку Луни.

– Мы больше так не будем, — повторила номер Сели. — Не рассказывайте тётушке Расти.

– К-хм… — шериф смутился, пытаясь скрыть улыбку умиления. — Ну, на первый раз, так и быть, прощаем. Но Расти стоит внимательнее следить за вами. А то…

– Что-то случилось? — негромко произнесла Расти, выходя на площадь.

Её телега была разгружена уже на две трети, а в мешочках лежали монеты. Много монет. Даже прикинув на глаз, Селестия сразу поняла, что с такими доходами земнопони могла бы купить или даже построить с нуля большой дом в черте города. Ну или как минимум купить кровать. Трёхместную.

– О, ничего такого, Расти, — решил сдержать слово шериф. — Бойкие у тебя племяшки, просто. Кхм. Кстати, через пару недель у нас очередное родео! Ждать ли тебя в этот раз? А то ты с нами уж больше года, а так и не была ни на одном!

– Я, ммм, подумаю, — вместо стандартного “нет” ответила пони. — Но приготовлю по-больше целебных мазей от растяжений и вывихов.

Шериф понимающе кивнул и удалился. Расти бросила на “племянниц” задумчивый взгляд. Те же сделали максимально невинный вид.

– Будете много привлекать внимания — вас узнают, — спокойно сказала земнопони, поправляя накидки сестёр, едва не открывшие кьютимарки. А затем, сменив тон на строгий добавила:

– Что бы сказала принцесса Селестия, увидев ваше поведение?

– Эй! — возмутилась Сели, когда Луни покатилась со смеху.

– Будете себя так вести, — продолжила Расти. — И вас забёрёт лунная пони!

Селестия фыркнула, а Луна притворно насупилась. Изобретательница потрепала малышек по гривам, мягко улыбнувшись.

– Тётушке Расти нужно закупиться, так что ведите себя хорошо, — подмигнула она принцессам.

– Хорошо! — в один голос ответили сёстры и побежали играть.

В этот раз они и правда стали сдержаннее. Пробежались по магазинам, примеряя наряды для жеребят. Осмотрели яблочные сады, о которых Брейбёрн не поленился рассказать вообще всё. Сделали себе копытакюр, слушая болтовню кобыл о жеребцах и предстоящем родео. Под вечер принцессы, уставшие, но очень довольные, сидели за городом, наблюдая, как их тени растут от заходящего солнца.

– Ммм, — Селестия потянула уставшие ноги. — Уже и не помню, когда последний раз так веселилась!

– Кажется, когда отбивали Понивилль от вечнодикого леса, пока Твайлайт изгоняла Сомбру из нашего замка, — с улыбкой ответила Луна.

Селестия ностальгически улыбнулась. Судя по заходящему солнцу и равномерно ползущим теням — её ученица легко справлялась с обязанностями правительницы. Стоило ей об этом подумать, как тени поползли быстрее и стали ещё и расширяться. Испуганно вскочив, сёстры с облегчением обнаружили, что это только их тени растут неправильно. И с ужасом поняли, что дело не в тенях. Взглянув друг на дружку, принцессы увидели прорезающиеся крылья!

Аликорны панически нырнули в переулок, как раз перед тем, как превращение завершилось окончательно. Осторожно выглянув на улицу, они обнаружили Расти, чью телегу загружали пустыми бутыльками и какими-то механизмами. Худшая часть в том, что между ними и спасительной телегой была центральная площадь и десяток пони, ещё не спешивших расходиться по домам.

Пригнувшись, насколько это было возможно, сёстры тихими перебежками начали передвигаться от переулка к переулку. Вечерний сумрак облегчал им задачу, но несколько раз всё-таки приходилось замереть и притвориться ветошью, чтобы особо любопытная пони, проходившая мимо, прошла всё-таки мимо. И вот, когда до телеги оставался последний рывок, к переулку подошёл бдительный шериф, заметивший странные шевеления.

Принцессы замерли, затаив дыхание. Шериф был всего в паре хвостов от их скромного укрытия из ящиков с яблоками. Гривы начали предательски развиваться, стремясь покинуть закрытую область. Шериф сделал ещё шаг…

Бах! Грохот раздался по всей площади и каждая пони, включая принцесс, выглянула на шум. Дёрпи влетела в вывеску почтового отделения. Шериф с встревоженным “ох ты ж” поспешил на помощь пегаске. Воспользовавшись моментом, аликорны нырнули в телегу под настил. Благо ничего, кроме ящиков с пустой тарой, припасов и каких-то деталей там не было. Расти удивлённо заглянула в телегу и, сразу поняв ситуацию, поспешила покинуть город, пока Дёрпи, не вставая с земли, протягивала шерифу конверт с печатью принцессы Дружбы.

Отойдя достаточно далеко от города, принцессы облегчённо выпрыгивают из повозки. Разминая вернувшиеся крылья, они радостно улыбаются.

– Похоже, день удался? — глядя на довольных принцесс, интересуется Расти.

– И не говори! — улыбается Селестия. — Я так не веселилась с тех пор, как Твайлайт подменяла нас, готовясь к коронации.

– Тогда мы тоже немного поссорились, — припомнила Луна. — Но это не самое главное.

– Спасибо за эту возможность, Расти, — Селестия нежно приобняла земнопони шеей и крылом.

– Ч-что? А-а, м-мне не сложно, — покраснела та, едва не споткнувшись о своё копыто. — М-м-м, у вас крылья, кажется, восстановились.

– Да, вернулись, как и положено, — кивнула Селестия.

– Нет, посмотри, сестра! — удивлённо воскликнула Луна, расправляя крыло. — Все перья на месте.

И правда, крылья не только вернулись, но и были полностью здоровыми. Взмахнув ими пару раз, принцессы даже взмыли в воздух, но тут же приземлились, чтобы не привлекать внимание. Подпалины от молнии тоже исчезли. Заметив это, сёстры синхронно попробовали зажечь рога, но электрический треск и болезненное ощущение в голове заставило их передумать.

– О-ох, — Селестия потирает копытом голову. — Прости, Расти. Ты не против, если мы ещё какое-то время поживём у тебя?

– Я? Я не против, — немного смущается земнопони. — Мне, ну… Приятно в вашей компании. Ой! — Расти встала как вкопанная. — Я не взяла стоги сена для кровати!

Земнопони начала разворачиваться, но принцессы, заняв посты по бокам от неё, направили изобретательницу обратно к дому.

– Ну, не взяла, так ничего страшного, — улыбнулась Луна. — Мы втроём и так неплохо умещаемся.

Расти не стала возражать или настаивать. К закату они добрались до ставшего родным сарая. Первым делом земнопони спустилась в подвал и, после непродолжительного грохота, вернулась со странным приборчиком в зубах. Бесцеремонно и не спрашивая разрешения, она встала на задние ноги и нацепила устройство на рог Селестии. Стрелка под стеклом упёрлась в дальнюю стенку устройства.

– Вот как. Так и думала, — протянула Расти, глядя на показатель. — Магия накапливалась в вас, пока вы были под зельем. А её избыток ушёл на изменение тела. Ну, на рост. Думаю, ещё одно применение вернёт вам возможность использовать рог.

– Значит мы с тобой ещё на неделю? — хитро улыбаясь, Селестия наклонилась к Расти так, чтобы их глаза были на одном уровне.

– Е-если только сами хотите, — промямлила та. — У-уверена, магия и так вернётся к вам рано или поздно.

Сёстры собирались ещё немного поддразнить милую поняшку, но внезапно в дверь раздался стук. Все три жительницы удивлённо уставились на вход и, не долго думая, принцессы взмыли под потолок.

– Д-да? — осторожно спросила Расти, приоткрывая дверь.

– Прости, что беспокою, Расти, — шериф поправил шляпу, виновато смотря на хозяйку участка. — Знаю, ты гостей не жалуешь, но шо поделать, я тут по работе.

Сильверстар достал с пояса свёрток и протянул его изобретательнице. На бумаге красовался портрет высокого жеребца в броне солдат короля Шторма. Стальные подковы украшали его ноги. А морду скрывала дыхательная маска с металлическими вставками, придававшая ему угрожающий оскал.

– Приказ принцессы, — продолжил шериф. — Некий Айрон Хуф — приспешник короля Шторма — скрывается в Эквестрии. Мой долг предупредить всех порядочных пони.

– Мм, угу, — кивнула Расти, кладя листовку на столик.

Шериф поправил шляпу и, пожелав доброй ночи, поспешил удалиться. Расти облегчённо вздохнула и подняла взгляд к принцессам. Те тоже выдохнули и спустились, когда цокот копыт шерифа отдалился достаточно. Листовка с жутким пони всё ещё лежала на столе.

– Кажется, у Твайлайт трудности, — Селестия задумчиво осмотрела бумагу “разыскивается”.

– Не переживай, сестра, — улыбнулась Луна, подходя к ней. — Она сталкивалась и с куда более серьёзными угрозами. Наша помощь ей не нужна.

– Просто всё ещё привыкаю, что моя самая талантливая ученица теперь правит Эквестрией, — с небольшой ностальгией и невероятной гордостью произнесла принцесса солнца.

Звяк. Сестры обернулись на звук. Расти, широко зевнув, отстегнула протез и уже лежала на кровати. Она выглядела очень измотанной. Пробубнив что-то про “слишком социальный день”, земнопони вытянулась и закрыла глаза. Умилённо улыбнувшись, сёстры погасили свет и легли по бокам от Расти. Впрочем, спать они не планировали ещё долго. День, полный впечатлений, заставил их обсуждать произошедшее до самого утра.

Глава 3

Утро для сестёр, уснувших к рассвету, наступило лишь когда солнце было уже в зените и его лучи нещадно пробивались в глаза через щели в крыше сарая. Гул алхимической машины и работа земнопони уже стала родным фоновым шумом. Потянувшись, и убедившись, что гул в роге никуда не делся, сёстры взялись за готовку. Продукты для этого Расти набрала в городке, вместе со своими штучками. Убрав гривы в компактные пучки, чтобы не подпалить их ещё раз, сёстры вернулись к плите. Но та не запускалась.

– Расти, нагревательные кристаллы разрядились, — сообщила Селестия, осматривая устройство. — Где лежат запасные?

– У меня нет запасных, — отвлекаясь от загрузки машины, ответила земнопони.

– Хочешь сказать, ты просто ждёшь, пока они разрядятся и везёшь их к единорогам в Эппллузу? — удивилась Луна.

– О, нет-нет-нет, — покачала головой понька, доставая зелье с одной из полок.

Сине-зелёная капля, упавшая на кристаллы, заставила их светиться и нагревать плиту.

– Зелье магического заряда, — пояснила Расти в ответ на недоумённые взгляды принцесс. — Я делаю их из сброшенных панцирей вольт-жуков.

– Невероятно! — восхитилась Селестия. — Это же новое слово в алхимии! Ты должна показать это на…

– Нет, — резко оборвала её изобретательница и поймав удивлённый взгляд, продолжила мягче. — Оно “не практично”. Кто станет покупать расходники для зарядки кристаллов, если можно заплатить единорогу? Смешно, да и только.

Эту фразу она словно повторила за кем-то, кто сказал это ей. В этом был смысл — только отшельники или поселения без единорогов нуждались бы в таком зелье. А в Эквестрии таких мест почти не осталось. Даже на каменной ферме Пай проще вырастить новый кристалл, чем заказывать доставку зелья, для зарядки старого. “Не практично”, если подумать, жестокое, но справедливое слово для этого зелья. И подвал Расти наверняка полон таких “непрактичных” изобретений. Впрочем, после завтрака (а вернее “обеда”) им предстояло это выяснить! Ведь переремонтировать сарай в четвёртый раз Расти им не позволит, к алхимической машине, без изучения огромной инструкции (за авторством самой изобретательницы) — не подпустит! Так что оставался лишь подвал.

Спуск туда был пологим и не очень удобным, особенно для длинноногих принцесс. Да и само помещение — низковато. Всё говорило о том, что оно только для низкорослой земнопони. Расти спустилась первой и зажгла кристаллом свет. Внизу пахло пылью и всюду валялись просто горы хлама. Самые разнообразные механизмы, устройства и приспособления, которых Эквестрия до этого не видела!

– Ого, — пригибаясь, Селестия внимательно осматривает агрегаты. — Ты всё это сделала сама?

– Мхм, — кивнула земнопони, останавливая принцесс у входа. — Но сегодня вам не к ним. Сможете восстановить книги?

Расти ткнула копытом на полки с книгами. Некоторые из них выглядели так, будто их утопили в море, а потом достали. Другие просто казались потрёпанными и старыми. И лишь немногие выглядели относительно целыми, лишь слегка покрытыми пылью. Восстановить без помощи магии можно было лишь небольшую часть. Твайлайт сочла бы это преступлением, против литературы.

– Я давно к ним не возвращалась, — с небольшой тоской произнесла изобретательница. — Так что берите любые, если вдруг захотите просто почитать. Ой, кроме этой!

Она выхватывает одну из книг в плотном переплёте — самую не пыльную, но тоже видавшую виды. Заголовка на корешке нет, а обложку украшала небольшая подковка. Её Расти бережно откладывает в сторону.

– Э-это мой личный дневник. Вы его не трогайте, хорошо?

Земнопони навострила ушки, но не потому, что хотела услышать ответ, а потому, что гул алхимической машины затих, так что пришлось поспешить наверх, разливать зелья по флаконам. Селестия, проводив её взглядом, хитро и озорно улыбнулась, тянясь зубами к дневнику. Однако не успевает коснуться его, как ловит угрюмый и осуждающий взгляд Луны, смотрящей на неё почти в упор. Виновато улыбнувшись, Селестия берёт с полки другую книгу.

Вытащив большую стопку потрёпанных книг, сёстры берутся за дело. Но, как это водится, когда разгребаешь старые завалы и натыкаешься на что-то интересное, напрочь забываешь о долге и увлечённо начинаешь читать. Так что, уже через двадцать минут после начала работы, принцессы с интересом читали книги по механике.

– Это по ним ты научилась создавать свои устройства? — полюбопытствовала Луна, когда Расти в очередной раз загружала агрегат.

– Мхм, — кивнула та, не отвлекаясь от работы.

– Невероятно, — с долей восхищения протянула Селестия. — Даже в кантерлотской библиотеке нет ничего подобного!

– Не знала об этом, — отвечает изобретательница. — Меня не пустили в неё без читательского билета. Так что я искала подходящие книги в магазинах и на ярмарках. Это всё, по большей части, малоизвестные и непопулярные научные труды, о том, как использовать магию, не будучи единорожкой. В Кантерлотской библиотеке такое не требуется.

– Но разве так сложно оформить читательский билет? — удивилась Селестия. — Его дают всем, кто проходит обучение в любой школе.

– А я, — Расти остановилась, когда машина вновь загудела. — Я ни в одной и не училась. Пробовала поступить в несколько, но без одобрения родителей, никто принимать меня не хотел. Ха, — земнопони грустно усмехнулась, словно вспомнив какой-то нелепый случай. — Самая первая школа, в которую я хотела поступить — это “Школа для одарённых единорогов принцессы Селестии”. Думала, что уж школа, носящее имя доброй принцессы мне не откажет. Но приёмная комиссия лишь посмеялась, популярно объяснив, что слово “единорожек” в названии — не просто так, и выперли меня за дверь.

Солнечная принцесса с ужасом смотрела на изобретательницу, не находя слов. Луна же просто печально прижала ушки, глядя то на сестру, но на хозяйку сарая. Обеим сложно было подобрать слова. Ситуация была нелепой, но от этого не менее неприятной. Когда Селестия наконец подобрала слова и набрала в грудь воздуха, Расти опередила её:

– Что за кислые мины? — печально отшутилась она. — Благодаря этому я стала внимательнее читать и смогла сделать много чего нового.

Земнопони вышла на улицу за новыми травами, а принцессы продолжили чинить книги. Теперь уже в полной и немного неловкой тишине. К теме образования в тот день они больше не возвращались. И вообще почти ничего не говорили, лишь немного разобрав инженерные основы алхимической машины. Однако Селестия плохо спала в ту ночь, представляя, как одинокую кобылку-земнопони, со смехом вышвыривают из лучшей школы Кантерлота. Школы, носившей её имя.

Утром следующего дня Расти ведёт себя как обычно. Почти. Ведь сразу после обеда она не идёт в привычной манере запускать алхимическую машину, а спускается в подвал к принцессам, уже заклеившим все старые книги.

– Думаю, пришло время разобрать и его, — предвкушая огромную работу, тяжко вздыхает Расти, осматривая подвал. — Я тут храню прототипы почти всего, что когда-то изобрела. Так что барахла у меня хватает.

– Не называй это барахлом, — мягко осаживает её Луна. — Я уверена, здесь полно полезных вещей! Вот это например, что?

Принцесса ночи берёт в зубы какую-то телескопическую палку с зубчиками на одном одном конце. Чихнув от попавшей в нос пыли, она вопросительно поворачивается к изобретательнице.

– Э-это чтобы подтираться удобнее…

Луна сплёвывает прибор и испуганно высунув язык, протирает его копытом. Расти усмехается, беря палочку за свободный от зубчиков конец.

– Шучу. Это — расчёска для хвоста, — земнопони несколькими ловкими движениями приводит свой хвост в порядок.

Луна притворно обиженно морщится, но тоже мягко смеётся над шуткой. Заметив, что чего-то не хватает, обе поняшки оборачиваются на Селестию. Принцесса солнца, похоже, ушла в свои мысли и стояла пригнувшись с грустной мордашкой. Вздохнув, Расти подошла к аликорну и ткнула её металлическим копытом в бок.

– Эй, — спокойно произнесла земнопони, глядя Селестии в глаза. — Проехали, ладно? Если бы меня приняли в твою школу, я бы вряд ли стала той, кто я есть.

Изобретательница пошла к своим завалам, а солнечная принцесса грустно посмотрела на её протез. На протекающий подвал. На испорченные книги. И на гору изобретений, которые теперь вряд ли увидят свет. “Вряд ли стала той, кто я есть”, — мысленно повторила Селестия слова, которые должны были её утешить или успокоить. И стало ещё хуже.

– А это что за громадина? — Луна внимательно осматривала огромный ящик, размером даже больше пони. — Я даже без рога чувствую, что от него веет сильной магией…

– Это не трогать! — Расти в два прыжка оказалась между принцессой и изобретением. — Ни в коем случае! Это очень опасный и совершенно сырой прототип. Проблему с перегревом в нём я так и не решила. Может взорваться, если активировать его неправильно, ну или слишком долго использовать…

Селестия отвела взгляд. Ей веселиться совсем не хотелось. Она наугад побрела по подвалу, как вдруг ей на глаза попалось что-то, чего она совсем не ожидала. Стерев пыль с коробки, она прочитала название:

– Селестия два, точка, ноль?

– А, да, — немного ностальгично улыбнулась Расти. — Я, знаешь ли, будучи юной кобылкой, довольно долго оставалась твоей фанаткой, как, наверное, любая другая пони. Вот и посвятила тебе одно из своих изобретений. Оно, кстати, всё ещё работает. Наверное, можно даже… — посмотрев на принцесс, изобретательница поймала на себе две пары хитрых и любопытных глаз, и поняла, что прокололась. — Я… Эм… Нужно запустить алхимическую машину!

Как обычно, неумело соврав, она припустила к лестнице, но Луна схватила её зубами за вычесанный хвост. Впрочем, пока к захвату не присоединилась сестра, аликорн лишь проехала по полу на сильной земнопонячей тяге.

– Расти, — ласково протянула Селестия, которую слегка оживило прошлое заявление поняшки. — Ты же не можешь заинтриговать нас этим и просто сбежать?

Земнопони замерла. Грустно опустив ушки, она тяжело вздохнула, потирая шрам на мордочке. Это зрелище заставило принцесс отпустить её и отшатнуться.

– Но, если это тяжело для тебя, — обеспокоенно начала было Луна.

– Нет, всë хорошо, — прерывает её Расти. — Я... Ну, мне всë равно стоило вам рассказать. Нет, не так. Вы имеете право знать об этом.

Она подходит к ящику с Селестией 2.0 и копытом открывает его, поднимая слой пыли. Внутри лежат матово-чёрные панели с кристаллами по краям. Изобретательница ностальгически улыбается.

– Хоть меня и не пустили в школу Селестии, я всë равно осталась фанаткой. И тоже хотела дарить пони свет...

Она закидывает панели на спину, попутно подбирая ещё какие-то приборы, не прекращая при этом монолог.

– Поэтому я и создала еë — Селестию 2.0. Днëм она впитывала солнечный свет, превращая в магическую энергию, а ночью заставляло кристаллы освещать улицы.

Все трое направились на улицу. Солнце было уже не высоко. Прикинув расположение земнопони принялась устанавливать панели на крыше сарая.

– Я тогда жила в Кантерлоте. Подрабатывала сантехником, ночевала в подвале сантехслужбы, и училась сама по книгам. Опыта у меня было не много, но я убедила жителей своего квартала дать моему изобретению шанс. Я установила десяток панелей и подключила их к уличным фонарям. Я... Я не хотела рисковать, оставляя пони без ночного освещения, если вдруг напутала в расчётах или самом механизме... И выбрала для демонстрации самую короткую ночь в году… А также следующий за ним очень символичный для названия устройства день...

Осознание приходит к Селестия первой. Еë ушки опускаются, а глаза расширяются от ужаса.

– Летний праздник Солнца? — дрожащим голосом спрашивает она.

Этот вопрос приводит в ужас Луну. Ночная принцесса чувствует, как обрывается её сердце, ожидая ответа:

– Нет... Ночь, когда вернулась Найтмер Мун?

Расти лишь грустно кивает, закончив прикручивать и протирать панели. Она начинает вешать лампы вдоль крыши сарая.

– Когда солнце зашло, фонари зажглись и пони были в восторге. Они впервые видели “магию земнопони”. Но... Когда солнце не взошло... Все стали искать виновницу. И пони "укравшая солнце своими изобретениями" отлично подходила на роль злодейки.

– Расти... Я... — начала была Луна, но земнопони не дала ей договорить.

– Все панели сожгли, а за мной с факелами гонялся весь город. Пони в панике пытались “спасти” ситуацию, ещё не зная, что всё это от них не зависит. Одна из горящих панелей, сброшенная с крыши, упала на меня, — Она вновь потрогала ожог на мордочке. Еë голос дрожал. — И я покинула Кантерлот, спрыгнув с водопада, чтобы меня не настигли.

Повисло леденящее душу молчание. Пони мелко дрожала, едва слышно всхлипывая, опустив голову. Капли влаги появлялись на песке одна за другой.

– Расти... Мне так жаль, — Луна осторожно подошла к изобретательнице, обнимая её крылом.

– Вы… Не виноваты, — через слëзы произнесла Расти. Произнесла с огромным трудом. Словно убеждая в этом саму себя, а не принцесс. — Никто... Не виноват...

Селестия обняла Расти с другой стороны, нежно прижимая дрожащую пони к себе. Солнце медленно опускалось за горизонт, но пони не спешили уходить. Все трое не двигались с места. Наконец на закате, питаемые Селестией 2.0 зажглись фонари, установленные у сарая. Изобретение работало прекрасно.

Измотанная морально, Расти уснула быстро, в отличие от принцесс. Ощущение у последних было не из приятных, хотя земнопони и не винила их, по крайней мере напрямую. Напротив, она старалась разрядить обстановку прошедшего дня, показывая всякие разные изобретения в своём подвале, хоть и не подпуская к ящику с “прототипом”. Так было и на следующий день. И на следующий. Напряжение спадало постепенно, несмотря на горький осадок. И вот, наконец…

– Готово! — объявила Расти, ставя перед принцессами флакончики с чёрно-зелёной жидкостью.

Телега была загружена зельями, а погода стояла приятной с раннего утра. Пора было выдвигаться в Эпллузу, но перед этим — убедиться, что зелье работает как надо. Аликорны нервно и нетерпеливо переминались с ноги на ногу, предвкушая новый “обычный” день. Осушив флакончики залпом, они вновь ощутили покалывание по всему телу. К счастью в этот раз ужались они до размеров обычных пони, не превратившись в жеребят.

– Еей! — сёстры стиснули земнопони в объятиях.

– Ну хватит-хватит, — засмущалась Расти. — Нужно в город идти, пока солнце ещё не слишком высоко.

– Могу приопустить его, если потребуется, — усмехнулась Селестия, зажигая рог, из которого исчез гул.

– Не в этой форме, — ехидно заметила Луна, магией помогая Расти запрячься в телегу.

– Ой, посмотрите, какими важными стали эти единорожки, обретя магию, — улыбнулась земнопони, выдвигаясь в город. — Ну прям принцессы!

Троица засмеялась. Сёстры решили в этот раз не нагружать Расти ещё и своими крупами, а просто шли рядом. Несмотря на то, что они были налегке, несмотря на то, что шаг земнопони был короче, двигалась она довольно шустро. В итоге принцессам всё-таки пришлось запрыгнуть в телегу, чтобы банально не отстать. А восстановив дыхание и наслаждаясь приятным ветерком, Селестия затянула лёгкую прогулочную песенку “милая пони”, которую сразу подхватила и Луна. К удивлению обеих, запела даже Расти, пусть и негромко. Они допевали “Милая пони! Давай скорей с тобой дружить!”, когда вход в город перегородил им шериф Сильверстар.

– Расти Мэйн! — обрадовался он. — Ого, кто это с тобой?

Земнопони замерла и сёстры с ужасом осознали, что не проработали новый обман. “Только не скажи какую-нибудь глупость!” — мысленно взмолились они.

– Э-это мои… Кузины, — всё так же неумело соврала понька. — Э-э-э… Лести и Уни.

Лести и Уни сделали синхронный фейсхуф. Впрочем, шериф этого и не заметил.

– Ха-ха, каждую неделю узнаю о тебе всё больше нового! — усмехнулся жеребец. — Что ж, добро пожаловать в Эппллузу!

– Развлекайтесь, — подмигнула принцессам Расти, когда шериф ушёл.

– Хорошо! — синхронно ответили сёстры, идя за изобретательницей.

– Э-эм… — задумчиво протянула та, когда они оказались у аптеки. — Вам разве нужны целебные зелья?

Кажется, она искренне не понимала, почему принцессы увязались за ней, а не побежали жеребячиться, как в прошлый раз. Озарение настигло только когда сёстры начали магией разгружать ящики для аптеки, сверяясь со списком заказов и, убрав оплату в перемётную сумку Расти, а затем сразу потянули её к следующему дому с заказами.

– Ч-что вы?.. — изобретательница недоумённо смотрела, как ящики левитируют в синем и золотистом поле к нужным домам. — В-вы же так весь день провозитесь! Зелье только до заката действует.

– Знаем, — кивнула Лести, выуживая из телеги список покупок. — поэтому хотим помочь тебе быстрее разобраться с рутиной.

– Чем раньше закончим, тем больше времени сможем повеселиться втроём! — подтвердила Уни, доставляя последний заказ.

– Н-но вы же и без меня могли бы…

– Нет, — синхронно ответили единорожки.

– О, ты планировала взять тортик, чтобы отпраздновать наш первый удачный выход в город? — улыбнулась Селестия, читая список. — Какая ты заботливая, моя маленькая пони.

– Говоришь, как принцесса, — пробурчала Расти, заливаясь краской. — Я и сама давно не ела сладкого, вот и подумала…

– Решено! — Луна резко притянула понях к себе в объятия. — Идём в кондитерскую!

Лести приняла идею с восторгом. Расти попыталась отмазаться телегой, но помеха была сброшена в стойло у шерифа. Как бы не пыталась земнопони отвертеться, вскоре она с восторгом уплетала “мармеладно-меренговое безумие” с самой счастливой мордашкой на свете.

Следующей остановкой троицы было спа, и сёстрам пришлось буквально силком волочить земнопони внутрь. Впрочем на первом же массажном столе Расти тарахтела от наслаждения от каждого удара копытом. Спа-пони потела от натуги, поскольку ещё никогда не видела настолько забитые мышцы, при том, что в городе полно Эпплов. От парилки и грязевой маски изобретательница уже не отказывалась. Принцессам же пришлось очень осторожно подходить ко всем процедурам, чтобы полотенце не слетело с их кьютимарок. Кстати, оказалось, что причёска изобретательницы в стиле “я упала с сеновала” — это художественный и бытовой выбор, а не природная особенность, поскольку после спа её грива и шёрстка блестели, как у истинной леди.

На предложение посмотреть платья и устроить импровизированный показ мод Расти ответила строгое и однозначное “нет”, которое сёстры строго и однозначно проигнорировали. Лести шло всё бело-золотое или воздушно-розовое, но она намеренно отметала эти варианты в сторону, в пользу готического или бунтарского. Впрочем, эта пони могла хорошо подать себя в любом наряде и очень наслаждалась новым стилем. Уни с безразличием примерила несколько особо вычурных платьев, но её взгляд буквально загорелся, когда она зашла в отдел “спецкостюмов”. За час она успела побывать сантехником, строителем, дезинсектором и примерить ещё где-то пятнадцать комплектов других рабочих специальностей. Расти же, словно превратившись в куклу, подверглась жесточайшему наряжанию в самые милые платья под восхищённые возгласы сестёр. И, к их удивлению, даже купила одно из них.

За весельем незаметно прошла большая часть дня. Троица весело бродила по городку, как самые обычные пони, а не принцессы и изобретательница-отшельница. Они не замечали ни подготовки к родео, ни листовок “разыскивается Айрон Хуф”, ни стражников, прибывших сюда из Кантерлота, ни того, что солнце уже опустилось к горизонту. Пора было возвращаться домой.

Уже в дороге зелье перестало действовать и сёстры вновь обернулись аликорнами. Увы, купленные ими наряды теперь были малыми на несколько размеров. Впрочем, они планировали надеть их на родео в конце следующей недели. То, что к ним вернулась магия и все силы ещё не означало, что они съедут от Расти. Напротив, они обсуждали, как подлатают крышу, стены, переберут изобретения и вытащат их на свет! А ещё они опять не позволили земнопони вернуться за стогами сена для кровати, которые, кстати, были в списке. Но одна солнечная принцесса их проигнорировала.

Домой они зашли уставшие, но полные счастливых воспоминаний! На ужин был тортик с чаем и эмоциональное обсуждение прошедшего дня с планами на следующий выход. Как оказалось, Расти не знает, что делают на родео. Только то, что в аптеках резко возрастает спрос на целебные мази. Сёстры же всегда были лишь в роли наблюдателей и очень хотели поучаствовать… Хоть в чём-то!

– Я… Я должна признаться вам ещё кое-в-чём, — внезапно произнесла Расти, потирая отсутствующее копыто. — Сейчас, наверное, лучший момент, чтобы это сделать.

В воздухе повисло напряжение. Это был первый раз, когда земнопони сама поднимала тему своего прошлого, так что принцессы навострили ушки. Изобретательница опустила взгляд, тяжело вздохнув. Она набрала побольше воздуха в грудь и… Выдохнула. Потом повторила это снова, готовая начать, но лишь выдохнула вновь. На третий раз она почти заговорила, но не смогла произнести и слова, разочарованно выпустив воздух.

– Всё хорошо, дорогая Расти, — Селестия нежно погладила её по голове крылом. — Не пересиливай себя.

– Ты можешь открыться, когда будешь полностью готова, — нежно улыбнулась Луна.

– Я… Я… — Эти слова растрогали земнопони, но она лишь отрицательно помотала головой. — Н-нет, лучше сейчас. Потом мне не хватит решимости.

Она вновь набрала воздуха в грудь и… Чуть не поперхнулась, когда в воздухе перед принцессами вспыхнули клубы зелёного пламени! Сестры рефлекторно подхватили свои свитки с печатью принцессы дружбы. Они отстраняют его в сторону, глядя на Расти, давая понять, что сперва выслушают её.

– Я… Передумала, — от былой решимости не осталось и следа, так что пони грустно отводит взгляд. — Давайте в следующий раз, хорошо?

Сёстры расстроены, но понимающе кивают, провожая взглядом Расти до кровати, на которую та бессильно плюхается. Развернув письма от Твайлайт, они обнаруживают, что текст примерно одинаков и Селестия решает зачитать своё вслух.

“Дорогая принцесса Селестия. Пишет Вам ваша самая преданная ученица и ныне правительница Эквестрии — принцесса дружбы Твайлайт Спаркл. Вестей от вас с сестрой не поступало уже две недели. Раньше я узнавала о вас, едва вы прибывали в какой-либо город, но, видимо, вы нашли способ скрыться от назойливых взглядов. Если это так, то надеюсь, что моё письмо не собьёт вашу маскировку. Если сбило — то мне очень жаль. Не уверена, вместе ли Вы с Луной, так что отправила схожее письмо и ей. Мне бы не хотелось отвлекать вас, и я бы не стала переживать о вас без повода, но обстоятельства вынуждают меня проявить излишнее беспокойство. Знаю, вы способны постоять за себя, однако кое-что страшное происходит — в землях короля Шторма собираются армии и, я боюсь, что как и в прошлый раз, их цель — магия аликорнов. Прошу, ответьте мне как можно скорее, что с вами всё в порядке! А лучше, вернитесь в Кантерлот, ради вашей же безопасности. Возможно, что агент Шторма бродит где-то по Эквестрии и вы в большой опасности! Всегда ваша ученица — Твайлайт Спаркл.”

В сарае Расти повисла тишина. Очень печальная тишина. Принцессы уже приняли решение и просто не знали, как об этом сказать. Изобретательница же прекрасно понимала, что решение принято и ей нечего было сказать. Вернее было. Много чего. Очень много чего, но она лишь тихо произнесла:

– Вы же… Ну. Вернётесь к родео? Одна я туда точно не пойду.

Едва не расплакавшись, сёстры стиснули Расти в объятиях. Та не сопротивлялась. Напротив, осторожно обняла в ответ.

– Как только уладим все дела в Кантерлоте, обещаю, мы сразу вернёмся к тебе, — вытерев слёзы, ответила Селестия.

– Надеюсь, что это займёт не много времени, — Луна держалась лучше, но её мордашка выглядела даже печальнее, чем у сестры.

– Ну, если вдруг понадобятся мои изобретения — вы знаете, где меня искать, — улыбнулась Расти.

Затягивать с вылетом было нельзя. Не только потому, что Твайлайт беспокоилась, но и покидать этот уютный сарай было всё тяжелее с каждой секундой. Расти хотела сказать что-то ещё, но, видимо, решила отложить это на потом. Кивнув ей на прощание, принцессы отправились в Кантерлот, к новому приключению.

Глава 4

Уже на рассвете принцессы подлетали к Кантерлоту. Твайлайт как раз поднимала солнце, стоя на балконе. Селестия ностальгически улыбнулась, но тут же насторожилась, заметив, что её верная ученица явно недосыпает. Впрочем, от усталости не осталось и следов — принцесса Дружбы буквально просияла, завидев сестёр, опускающихся на балкончик.

– С вами всё хорошо! — облегчённо выдохнула она. — Как только вы исчезли под Эппллузой, ко мне пришла Физзи сообщила о сборе сил в землях Шторма, вот я и подумала…

– Всё хорошо, — успокаивающим тоном произнесла Селестия. — Нам посчастливилось встретить милую пони, которая помогла скрыться от ненужного внимания.

– Но сейчас не об этом, — вмешалась Луна. — Лучше расскажи, что происходит в Эквестрии? И кто такая Физзи?

Твайлайт кивнула и приступила к своему неторопливому рассказу по дороге на завтрак, начиная с того, что Физзи — это новое старое имя Темпест, которая его сперва отвергла, а потом вернула и теперь всем приходится привыкать звать её Физзи, хотя все продолжают называть её Темпест, кроме Пинки, которая тут же подхватила её полное старое новое имя и теперь называет её так, что только сильнее раздражает Физзи-Темпест, поскольку…

– Мы поняли, — прервала её Селестия. — Давай теперь к землям Шторма.

Рассказ про армию Шторма получился короче и не таким увлекательным. Темпест, следившая за теми землями, обнаружила, что аристократия прошлого короля собирают армию против Эквестрии — солдаты и дирижабли. Это не было бы большой проблемой, но они делают доспехи и обшивку своего транспорта из рассеивающего магию сплава. Того самого, из которого изготовили клетку для Твайлайт. Нужна сила минимум троих аликорнов, чтобы его пробить, а значит у Эквестрии, опирающуюся на магию, будут трудности с ними.

– Этот сплав разработал Айрон Хуф, — заканчивала рассказ Твайлайт. — И, по словам Темпест… То есть Физзи! По её словам, этот агент Шторма сейчас скрывается в Эквестрии. Она нашла его маску на южном берегу у горы Эрис. Если найдём его — сможем узнать, как разрушить антимагическую броню.

– Антимагия — обычное дело для алхимии, — задумчиво повторила слова Расти Селестия. — Думаю, что если и не поймаем его, то сможем обратиться за помощью к другой пони.

В течении следующих нескольких дней в замок прибывали другие союзники Эквестрии. Самыми первыми — гиппогрифы, которых угроза со стороны штормовых земель касалась в первую очередь. Прибыли и чейнджлинги с драконами, которые многим были обязаны пони. Яки с грифонами тоже не остались в стороне. Все готовились встретить неприятеля, даже если магия им в этот раз не поможет. И вот, на третий день, с докладом в тронный зал, где сидели три принцессы, подруги принцессы Дружбы и представители других стран, обсуждая планы обороны, прибыл Флеш Магнус.

– Принцесса Твайлайт! — салютуя присутствующим крылом, объявил он. — Мы смогли выследить и задержать пони по имени Айрон Хуф!

– Какая прекрасная новость! — оживилась Твайлайт. — Приведите его!

– Её, — поправил принцессу Старсвирл.

В зал, под конвоем шести гвардейцев, в кандалах буквально заволокли серую земнопони. Она стояла как статуя, упираясь копытами в пол. Металлический протез правой ноги оставлял царапины на полу тронного зала. Несколько подпалин на шёрстке рядом с кьютимаркой из двух ржавых шестерней говорили о том, что её пришлось глушить заклинаниями. Ржавая грива скрывала опущенные вниз глаза. Расти Мэйн мелко дрожала, не рискуя поднять взгляд на присутствующих.

Селестия и Луна почувствовали, как что-то похолодело у них внутри. Они сделали пару осторожных шагов в сторону заключённой, как путь им перегородил Флеш.

– Осторожнее, принцессы. Она только кажется маленькой безобидной пони, но на деле очень сильна. Отправила в больницу семерых моих гвардейцев и едва не сбежала. Если бы не Рокхуф и Старсвирл, мы бы её не поймали.

– Я… — Селестия с трудом перешла в режим мудрой правительницы, но её голос всё ещё едва заметно дрожал. — Капитан, я думаю, вы по-ошибке взяли не ту пони.

– Никакой ошибки, — покачал головой Старсвирл, левитируя что-то из сумки. — Здесь доказательства её злобного гения.

Перед принцессами висела в воздухе небольшая книжка в плотном переплёте. Не пыльная, но видавшая виды. Заголовка у неё не было, а обложку украшала небольшая подковка. Дневник Расти, который та берегла от чужого внимания, открылся перед глазами аликорнов. Это был журнал изобретений во всех подробностях — схемы, формулы и чертежи аккуратным зубным почерком были выведены на страницах. И после Селестии 2.0 и чесалки для хвоста где-то в начале дневника, в середине красовалась схема обсидиановых сфер — тех самых чёрно-зелёных ядер, что обратили трёх аликорнов в камень, сжав их магию, как зелье “маскировки”. Была там и антимагическая броня, и улучшения для дирижаблей, и самозахлопывающиеся клетка, в которой держали Твайлайт.

В зале повисает тишина. Видимо шок так ярко отразился на мордашках принцесс, что приковал все взгляды в зале. Все, кроме одного. “Расти”, — начала было Селестия, но тут земнопони словно ожила и рванула к выходу с такой силой, что стражники выронили цепи. Но далеко уйти она не успела — серебристый луч Старсвирла настиг её у дверей, оставив без сознания.

– Я же говорил, не терять бдительности! — накричал Флеш на хватающих цепи стражников.

– Её б хорошо б допросить бы, — предложил Рокхуф. — Только клетку по-прочнее…

– НЕТ! — кантерлотским голосом обрывает его Луна.

Весь зал ошарашенно повернулся к принцессе ночи. Селестия успокаивающе положила копыто на плечо сестре. Та лишь вздохнула, с трудом приходя в себя.

– Я не позволю осудить её, пока мы не попробуем её выслушать, — решительно и спокойно произносит Луна.

– Я согласна с Вами, принцесса, — кивает Твайлайт. — Но, боюсь, Айрон Хуф не настроена на разговор.

– Об этом я позабочусь, — отвечает та, зажигая свой рог.

Зал погрузился в темноту. Сон Расти, в который проникла принцесса, теперь могли видеть все. Но никакого сна не было. Земнопони лежала одна посреди чёрного “ничего” в той же позе, что её оглушили. Разве что была одна незначительная деталь — шрама у неё не было, зато были все четыре копыта. Луна осторожно подошла ближе и ушки земнопони дёрнулись в её сторону.

– Знакомое чувство, — Расти не открыла глаза. — Я опять упала и осталась без всего?

– И мне такое знакомо, — Луна подошла вплотную. — Но ещё не всё потеряно. Я пришла, чтобы узнать правду…

– Правду?! — Расти открыла полные ярости глаза. Вскочив, она внезапно набросилась на Луну, которая едва успела поставить щит. — Правда в том, что я давно ненавижу вас! — Расти с силой лягнула щит и на секунду превратилась в жеребëнка. — Всех принцесс! — новый удар сделал её старше и добавил на мордочку шрам. — Всю Эквестрию! — на секунду мелькнул образ Айрон Хуфа. — Но вас с Селестией сильнее всего! — и с новым ударом появилась та Расти, которую принцессы встретили впервые в том сарае. — Ненавижу, ненавижу, ненавижу! — каждый выкрик сопровождается новым бессмысленным ударом о щит. — Как вы посмели? — удар. — После всего, через что я прошла?! — ещë удар. — Просто свалиться на меня с неба! — удар обеими ногами. — И быть со мной такими добрыми?! — Последний удар Расти провела головой и, заплакав, беспомощно опёрлась на него. — Знаете, как больно было после этого и дальше вас ненавидеть? Я ведь жила только этой ненавистью. Я ведь так могла сколько угодно ещë прожить... Почему вы просто не были теми, кем я вас всегда считала?.. Почему просто не уши, когда окрепли? Почему-почему-почему? Это... Так больно... Почему ненавидеть вас теперь так больно?

Земнопони бессильно рухнула на пол и Луна убрала щит. Видимо, дальнейшего сопротивления не последует. Аккуратно опустившись рядом, Луна приобняла поняшку крылом, прижимая к себе.

– Расскажи мне всё, дорогая Расти.

– Я, — немного успокоившись, заговорила пони. — Я не Расти Мэйн. Это имя я придумала, когда меня выгнали с морковной фермы. Ммм… Уже и не помню, как меня звали.

В темноте мелькают смутные силуэты оранжево-зелёных пони, чьи мордашки неразличимы, а кьютимарка — одна на всех — морковь. Самый старший из них пинком отправляет юную кобылку с парой шестерней с морковной фермы в тёмный лес, пробравшись через который она оказывается у школы для одарённых единорогов. Профессор, что захлопывает дверь, ударяя Расти по носу, тоже был едва различим. Тем не менее Селестия, следившая за сном с остальными, недовольно сощурилась, явно узнав этого пони.

– Про праздник Солнца я уже рассказала вам, — тихо продолжила Расти. — Я опять осталась ни с чем. Но наивно верила, что смогу чего-то добиться. И ещё не начала винить вас во всех бедах. Ведь напрямую вы мне тогда ещё не навредили.

Улицы Кантерлота во сне выглядели мрачнее, чем были на самом деле. Молодая Расти, полная энтузиазма, устанавливала панели на крыши домов. Мгновение, и ночной город охвачен огнём, а сама изобретательница ныряет в водопад, чтобы затушить горящую шёрстку. Ослабленная, она выбирается на берег у подножия города.

– После этого мне было страшно подходить близко пони. Я не только боялась их, но и боялась, что напугаю их своим жутким видом. Так что я создала устройство, что позволяло мне менять облик, словно чейнджлинг.

Сон вновь изменился, показывая Расти с замотанной мордашкой, цепляющую на правое копыто браслет. Засветившись зеленоватым цветом, серо-ржавая кобылка становится белой, с красно-чёрной гривой и парой карт вместо кьютимарки. Она презентует зелье магического заряда, но её поднимают на смех. На следующей выставке высмеивают уже угольную пони с серебристой гривой и птичкой на кьютимарке. И так снова, и снова, и снова. Только на одной выставке пара братьев-единорогов покупают у неё самоходную соковыжималку.

– Эй! — узнаёт проходимцев Эпплджек.

На неё тут же шикают подруги, но Расти не проснулась от этого. Она вообще не могла видеть никого, кроме принцессы Луны. Так что земнопони просто продолжила рассказ.

– Почти отчаявшись, я решила попытать удачу в Кантерлоте. Мне было страшно туда возвращаться и, как иронично, я вновь выбрала неудачный день.

Рой чейнджлингов как раз пробил барьер Шайнинг Армора, проникая в столицу. Расти пряталась в переулке и, с помощью браслета, сменила вид на одного из них. Когда парочка жукопони остановилась, чтобы взглянуть на притворщицу, та зашипела на их манер и чейнджлинги, одобрительно кивнув, полетели дальше кошмарить горожан. Но внезапно яркая вспышка выбрасывает всех перевёртышей прочь. И вместе с ними — Расти, чей браслет перегружается и взрывается. Изобретательница в очередной раз падает с высокой горы. Сон заволакивает тьмой.

– Очнулась я далеко за пределами Кантерлота уже без копыта. Я не верила, что это происходит со мной. Я хотела плакать, но на это не было сил. "Какая же я неудачница" — думалось мне тогда. Но в этой тьме я увидела свет.

Небольшое яркое пятно вырастает из тьмы. Раненая и обессиленная Расти ползёт к нему. И в луче прожектора появляется он — харизматичный минотавр на сцене.

– Ой, нет, — тихонечко вздыхает Флаттершай, опознав тренера личностного роста.

– Я не помню дословно, о чëм говорил Айрон Уилл. Но суть отпечаталась у меня в сознании. Тот, кто винит себя — никогда не придëт к успеху. Нужно сметать всех, кто стоит у тебя на пути. Найди виновных в своей слабости и сломай их самих! И я нашла, кого винить!

Раненая Расти встаëт на трëх копытах — в еë глазах ярость. В темноте появляется силуэты. Первой — Найтмэр Мун.

– Принцессу Луну, за то, что сорвала мой эксперимент.

Неразборчивые, но легко узнаваемые силуэты шести пони — двух пегасок, двух единорожек и двух земнопони.

– Твайлайт и еë подруг за то, что не предотвратили это.

Вместо Каденс виднеется только яркий свет из Кантерлотской башни.

– Принцессу Любви с еë неразборчивой магией! Но главное...

На их фоне появляется Дейбрейкер в своём самом пугающем воплощении.

– Принцессу Солнца за еë бездействие! Та, что так заботилась о “своих маленьких пони”, но всё равно допустила, чтобы это происходило со мной! За то, что все они, обладая огромной силой, сметали всë на своëм пути, не замечая крошечную пони под своими копытами. Да, найти виновных было просто. Звучит глупо сейчас, но тогда я словно прозрела. Мне было нужно за что-то держаться и я нашла своё призвание! Осталось лишь найти тех, кто разделял мою ненависть к ним.

Сон опять сменяется. Расти ковыляет на трëх копытах через лес, затем с металлическим протезом через пустыню. И наконец, смастерив жуткую броню Айрон Хуфа, по угольным каньонам в землях короля Шторма.

– Я отбросила своë прошлое и приняла новое имя, позаимствовав его у Айрон Уилла — Айрон Хуф.

Пройдя прямо во дворец и оглушив по пути десяток стражников в копытопашную, Расти преклоняет переднее колено перед улыбающимся королём Штормом.

– Признаюсь, работа на него — лучшая часть моей жизни, — с явной ностальгией произносит изобретательница, глядя свой же сон. — Мне дали лабораторию, рабочих и полную свободу действий!

Айрон Хуф в своей броне ходит мимо монструозных машин и дирижаблей. Следит за процессом изготовления клетки и лично настраивает алхимическую машину на создание обсидиановых сфер. Её глаза угрожающе светятся из-под маски, когда она поднимает одну из них.

– Мне была дана лишь одна задача — обеспечить короля божественной силой. И мы с Темпест знали, у кого эту силу можно забрать, хоть и расходились во мнениях, как это сделать. Странно прозвучит, но Король Шторм стал моими первым и единственным другом, а Темпест — соперницей, которую я уважала. Я была готова ради них на всë... Я подготовила к вторжению всë, что требовалось. День моей мести почти настал. Но когда король получил посох и отправил Темпест за принцессами...

Айрон стояла в тронном зале. Король Бурь задумчиво крутил в руках посох с каким-то идиотским выражением морды.

– Я тут подумал, — задумчиво протянул король. — Ты мне больше не нужна. Как только я получу магию этих поняш, то сам смогу делать всë, что захочу! А твои изобретения — лишь имитация настоящей магии — будет ненужным барахлом. Стража!

Несколько стражников набросились на Айрон, но та дала им суровый бой в том же стиле, что использовала Темпест. Однако численное превосходство сделало своё дело и земнопони вышвырнули из окна высокого замка. Сон вновь стал тёмным.

– Он выкинул меня, как ненужный мусор. Без сомнений или сожалений. У меня не было сил ни на что. Я была полностью опустошена.

Во сне проявился южный берег с видом на гору Эрис. Айрон сбросила маску и доспехи отправившись в путь по пустыне, таща на самодельных санях кое-какие ящики и книги, промокшие в морской воде, как и сама пони. Сменяются дни, но в итоге она приходит к Эппллузе и устраивается на вершине холма. Сеет грядки моркови, строит сарай, притаскивает сено и собирает алхимическую машину.

– Мне было всë равно, победил ли король и спасена ли Эквестрия. Я не хотела ни с кем общаться, никого видеть. Мне больше не нужно было признание. Мне было плевать на дружбу. Осталась только я и мои изобретения. А всë остальное стало пустым. Ненужным. Пока однажды...

Над пустыней бушевала гроза. Расти шла через дождь к своему убежищу, но вдруг заметила необычное облако, светящееся сине-золотыми огнями. Она пошла в его сторону, как вдруг мощный раскат грома пронзил небеса и с неба упали принцессы.

Сон словно замер. Взгляд Расти, направленный на принцесс, был холодным и пустым. Сложно сказать, какую эмоцию выражала еë мордочка в этот момент. Словно взрослая кобылка получила на день рождения подарок, о котором мечтала в жеребячестве. Подарок, не дававший спать юной кобылке долгими ночами, вызывавший зависть к тем, у кого он есть, и отсутствие которого оставляло в сердце пустоту. Подарок, о котором взрослея, она предпочла забыть и никогда на него не оглядываться. И вот этот подарок свалился на неë сейчас, будто в насмешку над всем, что было с ней раньше.

Ступор длится почти минуту. Но в итоге земнопони распряглась и достала из телеги какую-то длинную и острую деталь. Нависнув над принцессами, она тяжело задышала.

– Я простояла так минут двадцать. Но так и не решилась. Вы предстали передо мной не заносчивыми, высокомерными, жаждущими мести... А беспомощными маленькими пони. И я решила — нет, не сейчас, но потом уж точно!

Сны начинают резко сменяться, всё более и более яркими красками оживляя минувшие две недели. Вот Селестия и Луна обнимают Расти крыльями на еë грубой кровати из сена.

– Или потом уж точно!..

Сели и Луни смеются над их нелепым превращением, дурачатся в песке и мило улыбаются, называя Расти “тётушкой”.

– Или хотя бы потом. Хоть по малейшему поводу! Но...

Лести и Уни едят тортики в кафе и радостно наряжают земнопони в красивые платья.

– Но вы отняли у меня и это — мою ненависть, на которой я держалась так долго.

Сон вновь заволокла тьма. Перед  Луной сидела уставшая и опустошëнная Расти — просто маленькая пони, печально глядящая в никуда.

– Мне уже всë равно. Выносите свой приговор и покончим с этим...

Луна и Расти просыпаются в тронном зале, но земнопони не встаëт. Но никто и не спешит поднять её или натянуть цепи. Только тишина и десятки печальных взглядов. Разве что Пинки и Флаттершай тихонечко всхлипывают. Наконец слово берëт Твайлайт:

– Расти Мэйн. За все преступления, что ты совершила против Эквестрии, за сотрудничество с королëм Штормом, я, — в зале воцарилась напряжённая тишина. — Не стану тебя винить.

Расти подняла удивлённый взгляд на принцессу Дружбы.Вспышка фиолетовой магии, и вот никакие кандалы уже не держат изобретательницу.

– Я простила и приняла Лунную пони, чейнджлингов и Темпест, поскольку они изменились с тех пор, как приносили Эквестрии вред. И я вижу, что изменилась и ты. Ты — не Айрон Хуф.  И причин тебя задерживать у меня больше нет. Ты свободна. И вольна сама решать, как искупить своё прошлое.

Не особо веря в происходящее, Расти поднимается и делает осторожный шаг назад. Никто не бросается её задерживать, так что она делает ещё один. И лишь поняв, что это реальность, галопом уносится прочь. Пронесясь, как ветер по коридорам замка, Расти оказывается снаружи и, тяжело дыша, переходит на медленную рысь, ошарашено глядя себе под ноги. И так и идёт, пока не врезается мордочкой во что-то чёрное.

– Доктор Айрон Хуф? — раздаётся у неё над ухом громовой голос.

– Командор Темпест Шедоу? — подняв глаза, узнаёт бывшую соратницу Расти.

– Дай угадаю, — ухмыляется та, поднимая взгляд на башню дворца. — Эти добродушные и наивные поняшки простили тебя?

– Вроде того, — грустно отвечает Расти.

– Так и думала, — понимающе кивнула Темпест. — Идём, угощу тебя яблочным сидром.

Вскоре они уже сидели за уютными столиками и болтали, как старые подруги. Ни кого особо не стесняясь и в полный голос, поскольку другие пони старались не подходить к жуткой военачальнице и страшненькой изобретательнице.

– А потом Пинки говорит: “Эй, это самое крутое имя из всех, что я когда-либо слышала!”, — закончила историю Физзи.

– Похоже, для них это обычное дело, — слабо улыбнулась Расти. — Я бы точно не простила так легко.

– Как и я, — кивнула командор. — В конце-концов, мы провели кучу времени в компании самого отмороженного мерзавца. Так что я скажу тебе то, что другие пони никогда тебе не скажут, — Темпест наклонилась вперёд, тыкая копытом в нос Расти. — Ты — ничуть не лучше Шторма. Плевать на причины и оправдания, которые ты себе придумала. Из-за тебя могли пострадать другие. И ты знаешь, что виновна. Знаешь, что тебя должны были хорошенько отлягать копытами и швырнуть в Тартар до конца твоих дней. Знаешь, что даже если каждая пони в Эквестрии тебя простит — ты никогда не простишь себя.

Расти замерла на несколько секунд. А придя в себя печально усмехнулась:

– Говоришь с большим знанием дела, Темпест.

– Ты тут не уникальный случай. Но я уже нашла свой путь искупления. А что будешь делать ты?

– Хм, — Расти задумалась. — Для начала, извинюсь перед тобой.

– За что это? Я на тебя зла не держу, — улыбнулась Темпест, затягиваясь сидром.

– А, ты же не знаешь, — земнопони отвела взгляд. — У меня твой отломанный рог.

Весь сидр, что единорожка успела набрать в рот, мгновенно выплюнулся на Расти.

– У! ТЕБЯ! ЧТО?!!

– Спокойнее, его мне принесли солдаты Шторма, — изобретательница взяла несколько салфеток, чтобы протереть мордочку. — Велел спрятать, чтобы сохранить рычаг давления на тебя.

– Вот же ж мерзкий кусок…

– Да, но я всё равно проверила, можно ли его вернуть. Увы — нет. Я провела несколько экспериментов, чтобы убедиться, предварительно опоив тебя снотворным…

– Доктор Айрон Хув, — ледяным тоном произнесла Темпест, пока её обломок угрожающе потрескивал. — Сколько раз ты повторяла этот трюк?

– Да всего два-три… Семь раз…

Возникла очень длинная и неприятная пауза, во время которой командор сверлила взглядом доктора. В конце-концов Темпест лишь тяжело вздохнула.

– Тартар с ним. Я уже привыкла, что осталась без рога. Можешь оставить себе.

– Хорошо, — облегчённо вздохнула Расти. — А то изымать его из брони аликорна немного взрывоопасно.

– ЧТО?!

– Ну, шторму нужна была магия, вот я и сделала специальную броню… Правда под себя, а не под него. Это — прототип на магических кристаллах и твой рог там в качестве фокусировки. Но греется эта махина до ужаса сильно.

– Только не говори мне, что и эта штука осталась у него в землях!

– Нет-нет-нет. Перед тем, как я окончательно покинула его, я взяла с собой всё, что смогла и взорвала всё, что не смогла. Броня аликорна у меня в подвале. Точно не хочешь вернуть рог на память?

– Ммм, — Темпест недолго колебалась. — Нет, всё хорошо. Это были бы неприятные воспоминания. Подожди, ты сказала, что уничтожила все наработки? Тогда откуда у новой армии Шторма антимагическая броня?

– Оууу, — глаза изобретательницы расширились от ужаса. — На литейных заводах и так знали рецептуру. Это позволит им наклепать сколько угодно комплектов.

Расти уставилась в одну точку, лихорадочно думая. Если магия бесполезна, нужно что-то иное. Что-то, что вертелось у неё в голове.

– Буря!

– Что? — отозвалась Темпест.

– Нет-нет, Буря. Броня отлично поляризуется от электрических разрядов, превращаясь в магнит. Армию Шторма можно одолеть… Штормом! Но потребуется мощный заряд.

– Нужно собрать пегасов! — быстро поняла задумку командор.

– И единорогов! А лучше возьми принцесс. У меня только что родилась отличная идея, но нужно кое-что подготовить.

– Я передам остальным твой план, — кивнула Темпест. — И, Расти…

– Мм?

– Жаль мы не встретились раньше. Могли бы стать подругами.

– Я тоже так считаю, — кивнула изобретательница, убегая в сторону станции.

У горы Эрис собрались все союзники, готовясь к встрече с армией Шторма. Все, кто был способен летать, собирали облака в одну большую тучу, формируемую пегасами. Единороги подготавливали или наспех изучали заклинание молний. Командовала ими в основном Темпест. Селестия и Луна по этому поводу даже достали своё боевое облачение… Но Расти среди них не было. Зато прибывала армия Шторма. Десятки кораблей с антимагической обшивкой двигались в сторону горы, дымя и пуская чёрные облака за собой.

– По моей команде! — вышла вперёд Твайлайт. — Молнии!

Сотни молний устремились навстречу надвигающемуся флоту, но ничего не произошло. Дирижабли не сбавили ход.

– Нужен мощный заряд! — повторила Темпест слова Расти, выпуская из сломанного рога молнию. — Сосредоточьтесь на ближайших двух!

Новая волна молний отправилась в атаку. В этот раз целью стали два ближайших транспортника, которые, намагнитившись, столкнулись в воздухе и с треском обрушились вниз! Но порадоваться этой маленькой победе никто не успел. Из дымного следа выплыли ещё больше дирижаблей.

– Не падать духом, пони! — приготовила ободряющую речь Селестия. — За нами…

– Падаю! Разойдись!

От гудящего звука единороги бросились врассыпную и на освободившееся пространство с грохотом и лязганьем, пробороздив носом землю, врезалось что-то металлическое. Оно имело рог, крылья, четыре копыта и дымилось. Земнопони внутри открыла забрало брони аликорна и, сплюнув камни, простонала:

– Летать… Так сложно! Уф. А ещё тут жарко!

– Расти! — в один голос воскликнули Селестия и Луна, помогая изобретательнице подняться.

– Чутка опоздала, — выдохнула та. — Нужно было доработать систему экстренного сброса и…

– Это — потом, — перебила её Темпест. — Ты подготовила то, о чём говорила? А то залпа всех единорогов едва хватило на два корабля!

– Ну ещё бы! — фыркнула Расти. — Мощность разряда рассеивается обратно квадрату расстояния…

– Расти Мэйн! — рявкнула Темпест.

– Да-да, — земнопони повернулась к принцессам. — Нужен особо мощный заряд и проводник, который этот заряд передаст. О втором я позаботилась! А вы — создайте заряд, который даже аликорна без магии оставит!

Сёстры переглянулись и, улыбнувшись, полетели на тучу, прихватив с собой Твайлайт и Каденс. Разогнав на всякий случай пегасов, они принялись высказывать невысказанные обиды! Все четверо синхронно зажгли рога.

– Ты провела всю неделю в библиотеке, ни разу не навестив меня в Кристальной Империи, Твай!

– А ты не позвала меня на первый трюк Флурри в небе, Каденс!

– Ты вечно крутишься у плиты, не давая мне шанса готовить самой, Тиа!

– А ты ни разу не приготовила завтрак, Луна!

Магический гул наполняет тучу, заставляя её светиться всеми цветами сразу. Расти опустила забрало и, взяв разбег, активировала магию полёта, набирая скорость. Она летела прямо в тучу. И тут принцессы поняли, что изобретательница собралась использовать в качестве проводника!

Оглушительный раскат грома разнёсся над горой. Ярчайшая молния, заставившая потемнеть дневное небо, неслась к дирижаблям Шторма с бронёй аликорна внутри. Разряды расходились от корабля к кораблю, рикошетя и намагничивая их. Броня аликорна раскалилась добела, но дело сделано — дирижабли с треском слипались в один большой металлический ком, а солдаты, выпрыгивая из доспехов, спешили спрыгнуть в воду. И когда последний дирижабль начал вжиматься в общую кучу, броня взорвалась!

– Неет! — в ужасе вскрикивают принцессы.

Пони внизу ликуют, радуясь победе, а Селестия и Луна молча опускаются на землю, печально глядя на горизонт. На глаза наворачиваются слёзы.

– Расти…

– Чего? — раздаётся знакомый голос позади.

Обернувшись, сёстры обнаруживают серую земную пони с подпалённой шёрсткой в нескольких местах. Ржавая грива жутко свалялась из-за шлема. Поверить своим глазам в этот момент принцессы были не в состоянии.

– Оу, не переживайте так, — заметив слезы, оправдывается Расти. — Это — прототип. Я потом новый сделаю. Облегчённый и с охлаждением, чтобы…

– Идиотина! — Темпест отвесила изобретательнице звонкую затрещину. — Принцессы с облака не видели, как ты выпрыгнула из брони, перед входом в тучу!

– Но, — Расти потёрла ушибленную голову. — Ты сама меня перебила, когда я рассказывала про систему экстренного… Ааааа!

Селестия и Луна сбили земнопони с ног, повалив её на землю в крепких объятиях.

– Ауч! Ой! Ожоги. Ожоги!

– Терпи, — не стала выпускать поньку из объятий Селестия.

– Ты это заслужила! — стискивая её ещё сильнее, объявила Луна.

Эквестрийцы радовались победе, помогая бойцам Шторма выбираться из воды.Пегасы разгоняли тучи. А Темпест нависла над прижатой к земле земнопони.

– Доктор Айрон Хуф, — злобно улыбаясь, произнесла она голосом, не предвещавшим ничего хорошего. — Вы только что взорвали мой рог, не так ли?

– Оу-у-у-у, — Расти жалобно опустила ушки.