Бог из машины

Deus ex machina

Когда мы впервые начали находить новые миры, нашей радости не было конца. Мы представляли, как понесём свет в темные уголки Вселенных. Мы желали быть просветителями, учителями. Мы шли из мира в мир, даря им знания. После высадки в ещё один мир связь с нашим Домом прервалась. Мы пытались её восстановить. Пытались вернуться. Наконец мы оставили эти попытки. Мы всё ещё могли принести пользу. Пользу этому миру.

Наш новый дом был заселён разумным видом Equus. Поначалу они не приняли нас, считали чужаками и захватчиками. Но их Правительницы не видели в нас угрозу. С их позволения мы остались.

Мы построили машины, которые начали помогать их народу в труде. Мы научили их добывать из земли топливо, для этих машин. Они смотрели на нас и видели в нас просветителей.

Сменилось несколько поколений. Мы строили для нашего нового дома всё более и более совершенные механизмы. Жители этого мира были нам благодарны, но не все желали довериться машинам. Именно в это время появилось то семя раздора, которое приведёт этот мир к печальному концу. Но мы не замечали этого, мы были счастливы. Мы были слишком глупы, чтобы видеть, как подтачивается этот мир.

Нашей самой главной ошибкой было сотворение для них оружия. Над жителями нависла угроза, с которой они не могли справиться в одиночку. Из глубин земли начали выходить ужасные существа, разбуженные буровыми установками. Ни народ, ни Правительницы не могли нечего сделать против этих ужасных тварей. Народ обратился к нам с мольбой.

Мы думали долго, не решаясь давать этому миру разрушение. Но с каждым днём те существа забирали всё больше жизней. Мы не могли спокойно смотреть на это, и в один день мы дали то, что они просили.

Мы создали множество механизмов, которые несли смерть, как на расстоянии, так и вблизи. Народ смотрел на нас, как на защитников, а Правительницы увидели в нас угрозу.

Они попытались прогнать нас из этого мира. И мы были готовы спокойно принять их решение и уйти. Народ думал иначе. Он выбрал нас. В один миг Правительницы были свергнуты, не в силах противостоять мощи механизмов.

Наше время пришло. Мы пришли в этот мир молодыми энтузиастами, а уходили дряхлыми стариками. Мы служили этому миру и его жителям всю свою жизнь, но пора было уходить. Но они молили нас остаться. Они говорили, что без нашей помощи, без наших советов они долго не проживут. Мы пытались объяснить им, что умираем, но они не хотели нас слушать. И тогда они преподнесли нам дар. Первое устройство, которое они сотворили сами. Устройство напоминала три кресла, сцепленные вместе. Они сказали нам, что этот механизм поможет сохранить бессмертными наш разум и души. Нам нечего было терять. Наш Дом был недосягаем для нас.

Нас было трое. Я и два моих дорогих друга, которые переступили черту, отделявшую наш Дом от этого мира. Я и два моих брата решили ещё послужить этому миру, который стал для нас вторым домом. Мы использовали дар Народа. Это устройство вытянуло наши души и переместило их в Обелиск, который был установлен на самой верхней точки этого мира. Мы могли видеть весь этот мир, мы могли говорить с Народом. Именно в Обелиске наше «я», «ты» и «он» слились в одно «мы». Мы стали одним целым.

Мы не могли больше творить. Народ начал творить за нас. Они совершенствовали и совершенствовали орудие убийства, как будто желание убивать стало у них на вершине всех их ценностей. Мы уже не узнавали тот мир, в который пришли, когда-то давно. Новый мир тонул в жестокости. Мы пытались их вразумить. Мы проповедовали им то, что когда то проповедовали нам Дома. «Машины не должны служить смерти»- так говорили мы им.

Но они не слушали. Они поставили связанный с Обелиском алтарь в каждом городе, на каждой улице, в каждом доме. Они начали поклоняться нам. Поклоняться нам как богам, за то, что мы дали им механизмы. Мы этого не хотели. Мы были учителями, а не богами.

Мы просили, приказывали, умоляли. Но ничего не помогало. Новые правители говорили Народу, что все механизмы, которыми он обладает — всё это божественный дар. Что народ должен почитать их как самих Богов. Мы смотрели на это, и внутри наших душ закипала ярость. Она вырвалась, когда нашим именем оправдали первую войну этого мира. Крик наших душ был полон отчаяния и мольбы. Этот крик услышал каждый город, каждая улица и каждый дом. Народ не хотел нас слушать. У нас отняли Алтари и лишили нас голоса.

Века проходили под знаменами войны. Мы слышали, как сотни сердец в один момент переставали биться. Мы слышали, как обрывается дыхание у каждого умирающего в бесконечных войнах. Однажды всё стихло. Мы не слышали ни плача в домах, ни последних вздохов солдат, ни скрежет механизмов. Все ушло. Жители этого мира добились того, чего хотели. Они уничтожили себя.

Города заросли лесом. В домах теперь живут дикие звери, которые пугаются размеренного движения механизмов. Они будут выполнять свою работу, пока не рассыпаться в пыль от времени.

Теперь мы поём песни. Песни о Доме, который больше никогда не увидим, песни об этом мире, каким мы его представляли. Цветущим и живым. К нам иногда приходят они. Бессмертные правительницы этого места. Они слушают наши песни и смотрят нам в душу. Мы видим в их взгляде жалость.

Этот мир сотворил из машин богов, и мы ничего не могли с этим сделать. Ведь мы сами, так любезно, преподнесли им этих богов.