Властелин Колец: Содружество - это магия

Пролог. Радужный маг

Смех – чтоб путь полегче был
Хоббитам веселым,
Честность – защитит кобыл
В человечьих сёлах,
Доброта – для одиноких,
Брошенных подмога,
Щедрость – гномам гор в глубоких
Каменных чертогах,
Верность – даже для злодея
Может стать примером,
Магия – надежду сеет
И вселяет веру,
Их объединит она
Против чернокрылой
Тени властелина зла,
Свяжет Дружбы силой.

Тронный зал заливал прозрачный свет; просачиваясь сквозь пестрые витражи, он окрашивался во все цвета радуги. Врата распахнулись, и в зал вступили пятеро пони, чьи деяния были изображены на многих из этих витражей. Позади них семенил маленький дракон.

– Надеюсь, в этот раз мне не придется превращаться в собаку? – обеспокоенно шепнул он идущей в центре фиолетовой пони.

– Т-с-с, Спайк, – нервно ответила Твайлайт Спаркл. – Ты и тогда-то сам за мной увязался, но в этот ужасный мир я тебя точно не пущу.

Хотя Твайлайт уже не первый месяц была аликорном, она до сих пор ужасно волновалась во время аудиенций у принцесс, что уж говорить об остальных! Но сегодня даже робкая Флаттершай гарцевала по красному паласу, решительно вскинув голову: пропала их подруга, Хранительница Элемента Верности Рейнбоу Дэш, и после долгих бесплодных поисков, когда все уже готовы были оплакивать бесшабашную пегаску, принцессы, кажется, обнаружили ее местоположение и вызвали Хранительниц, чтобы отправить их ей на выручку.

– Приветствую, Твайлайт, – сказала принцесса Селестия, когда пятеро пони достигли тронов владычиц; принцесса Луна ограничилась коротким кивком. – Много уроков ты выучила с тех пор, как покинула Кантерлот, и теперь сама преподала мне урок: никогда не терять надежды. Я, признаться, сама склонялась к мнению Луны о том, что Рейнбоу Дэш погибла где-то в глуши, репетируя один из своих смертельных трюков, а тела мы не нашли, потому что хищные стервятники…

Флаттершай всхлипнула, и принцесса осеклась.

– Итак, Твайлайт, как ты с самого начала и предполагала, Рейнбоу Дэш вновь пробила ткань пространства с помощью Радужного Удара, и нам с Луной удалось выяснить, в каком мире она очутилась. Тебе я уже писала о нем вкратце, а теперь повторю для остальных. Имя ему – Арда, он огромен, и в нем живут существа, похожие на тех, среди которых пряталась Сансет Шиммер, – люди. Больше всего их живет на материке под названием Средиземье, и там они многие тысячи лет борются за свободу с Темным Властелином Сауроном. Когда-то Властелин был сражен и утратил свой телесный облик, но ныне дух его возвратился и навис тенью над людьми Средиземья, подобно тому, как не столь давно возвращался в Кристальную Империю Сомбра. Вот-вот в этом мире разразится кровопролитная война, и Рейнбоу Дэш оказалась в самом ее эпицентре. Насколько я смогла рассмотреть, она в плену у какого-то могучего мага, так что даже нам с Луной не под силу освободить ее, но вместе у вас получится.

– Так чего же мы ждем? – запрыгала на месте Пинки Пай. – Где портал, куда идти? Надо скорее освободить Дэши, пока этот маг не разрезал ее… Ой, как мне вообще пришло в голову, что Рейнбоу можно разрезать? Хотя, если подумать, это может быть весело, но вряд ли самой Рейнбоу будет при этом так же весело, как мне, хотя, если бы она выпила побольше яблочного сидра, возможно, ей бы тоже было весело, и мы…

– Пинки! – одернула розовую пони Рарити.

– Погодите-ка, – подала голос Эпплджек, – ежели тамошним людям так худо, так может, мы и им заодно поможем? Вон, – она указала копытом на витраж, изображающий подвиг Твайлайт и Спайка в Кристальной Империи, – с Сомброй же справились, так и с ихним властелином разделаемся.

– Я не могу запретить вам совершать добрые дела, – склонила голову принцесса Селестия.

– Будьте осторожны, – добавила Луна, – многие жители Средиземья служат Тьме не только открыто, но и тайно, соблазненные посулами власти и богатства. Людям нельзя доверять, поэтому прежде всего позаботьтесь о своей подруге.

– Итак, вы готовы? – спросила Селестия.

Все пони энергично закивали, и рога принцесс засветились: у Селестии – золотым, у Луны – серебристым. Свет рогов рос, заслоняя собой аликорнов, постепенно обретая форму двух величественных древ, и в тот миг, когда их кроны соприкоснулись, воздух между стволами задрожал, будто нагретый, белая стена стала прозрачной, и за ней проступили очертания широкой зеленой равнины.

– Вперед! – крикнула Твайлайт. – Думайте о Рейнбоу Дэш, и мы попадем прямо к ней.

Хранительницы ринулись во врата, и когда бледно-розовый хвост бежавшей последней Флаттершай скрылся в колеблющемся воздухе, светящиеся древа мгновенно исчезли, а принцессы, обессиленные, упали на мраморный пол.

– Очень плохой мир, – вздохнула Луна, – магии там мало, но она очень сильная. И боюсь, что…

– Да, сестра, – проговорила Селестия, – я тоже это почувствовала: наших сил не хватило на точную фокусировку портала, и Хранительниц раскидало по всему Средиземью. Нам остается лишь надеяться на их силу, отвагу и удачу.

«Ой, и тупица же я! – сокрушалась Рейнбоу Дэш, трясясь в колючем джутовом мешке, притороченном к боку здоровенного черного пони вроде седельноаравийских; впрочем, она успела разглядеть его лишь мельком. – Вот зачем я снова прикоснулась к катализатору талантов Твайлайт? Прикинула, что если выпить поменьше, такого эффекта, как в прошлый раз, не будет… Эх, да что теперь? Надо думать, как сбежать от этого бледного урода, который меня стреножил. И как он вообще смеет садиться поперек спины пони, пусть даже гигантского?»

Гигантский пони тем временем замедлил ход и вскоре вовсе остановился. Раздался глухой удар: похититель Рейнбоу спрыгнул на землю.

– Повелитель, – подобострастно прозвучал его скользкий голос.

– Зачем ты здесь? – пророкотал в ответ тот, кого называли «повелителем». – Я приказывал тебе не отлучаться от Теодена, пока не убедимся, что он полностью в моей власти.

– Повелитель, дело срочное и странное: роханцы, похоже, вывели новую породу лошадей…, ну, скорее, это пони, но таких я прежде нигде не видел. Я поймал одну и привез вам, взгляните.

Приговаривая: «Норовистая, я ее еле схватил, и потом она почти всю дорогу брыкалась, совсем недавно притихла», – похититель ослабил связывающую мешок веревку и вытащил наружу голову Рейнбоу. Пегаска подслеповато огляделась: она, большая черная пони (видимо, лошадь) и двое двуногих стояли на серой гравиевой дорожке, проложенной через густо-зеленый сад, почти лес, и ведущей к подножию высоченной черной башни, вершина которой терялась в низких дождевых облаках. По обрамленному сальными волосами бледному лицу ее похитителя блуждала заискивающая улыбка, он переводил блеклые выпученные глаза с пегаски на своего «повелителя», следя за его реакцией.

«Повелитель» отдаленно напоминал изображения Старсвирла Бородатого: носил длинные белые волосы и бороду, был высок, облачен в грязную мантию неопределенного цвета и опирался на стальной посох. Глаза-угли сверлили Рейнбоу Дэш из-под кустистых бровей. «Вот и конец мне», – подумала пегаска. Она уже собиралась сказать двуногим что-нибудь крутое и бесстрашное, как и подобает знаменитой героине Эквестрии, как вдруг по лицу бородача пробежала судорога усилия, нахмуренные брови взлетели вверх, и он весело расхохотался, обнажая кривые желтые зубы.

Похититель попятился и вжал голову в плечи: похоже, не привык к такому поведению хозяина, и, не зная, как реагировать, на всякий случай испугался.

– Грима! – воскликнул бородач. – Грима, это великолепно! Я не изумлялся так творениям Эа с тех пор, как был юн и звался иначе. Много ли у роханцев таких созданий?

– Нет, повелитель, я видел только это.

– Ступай в мою кладовую и вели повару выдать тебе лучшей пищи и вина, а после возвращайся в Эдорас и разузнай все об этой породе, но только тихо.

Грима спешно удалился, а «повелитель», не смотря на то, что был явно старее бабули Смит, легко склонился к мешку с Рейнбоу Дэш и, улыбнувшись, провел рукой по ее многоцветной гриве.

– Чудесно, – проговорил он. – Твой облик под стать мне, ибо я – Саруман, Радужный Маг.

– Маг, да? – решила, наконец, высказаться пегаска. – Одна моя подруга – тоже маг, так вот, она повежливее тебя и твоего подручного будет. Чего он меня в мешок пихнул, не мог просто подойти и поговорить? Я все равно здесь не местная, так что не отказалась бы от экскурсии. Я Рейнбоу Дэш, кстати.

– Дивно, – непритворно изумился маг. – Ты еще и наделена даром речи.

Он тут же вытащил пегаску из мешка и ловко развязал ей ноги и крылья.

– Что ж, – прокашлялся Саруман, не сводя глаз с разминающей затекшие конечности пони, – прими мои глубочайшие извинения за дерзость моего слуги. Видишь ли, в наших краях пони считаются обычными неразумными животными. Но ты – другое дело, истинное чудо, и я смиренно прошу тебя стать моей гостьей.

«Вроде, он не плохой, – прикинула Рейнбоу Дэш, почесав гриву, и озираясь, – просто случился этот… как там яйцеголовые говорят? – конфликт культур! А тут довольно прикольно, не то, что в том городе с летающими девчонками».

– Я не против, – развела крыльями Рейнбоу Дэш, – только потом верни меня домой, пожалуйста, ты же маг, вы должны в этом понимать.

– Если на то будет твоя воля, – вкрадчиво сказал Саруман.

– Так это… чего мы стоим-то? Может, теперь, когда все недоразумения улажены, пойдем займемся чем-нибудь?

– Да, – довольно протянул Радужный Маг, – у нас много работы.