Автор рисунка: Noben
Глава 25 Глава 27

Глава 26

Глава, в которой Дипхоуп находит себе новое занятие, а Норд мается со старым.

Где-то в темноте слышался лязг. Редкие лучи света отражались от льющегося сверху вниз металла. Первое время Норд думал, что это монеты, звонко падающие с небес, но когда подошел ближе к одному из таких «водопадов», то понял, что звук этот издают звенья бесконечных цепей, появляющихся из непроглядной тьмы. И таких цепей были тысячи. Образовывающиеся под ними груды металла всё увеличивались в размерах и оставляли блуждающему между ними земному всё меньше пространства да перемещения.

– Где это я? – удивленно спросил он сам себя.

– Во сне, – тут же ответил голос.

Обернувшись, Норд увидел позади себя Арию. Несмотря на абсолютную темноту окружения, видно его любимую пони было прекрасно. Фиолетовые губы, тени на змеиных глазах, большие изогнутые ресницы и два длинных тонких клыка – её лицо ничуть не изменилось. Не изменилось и тело. Изящное, стройное, сокрытое под длинными черными одеяниями, растекающимися по полу темным пятном. С ушей и крыльев свисали, играя в лучах света, готические серебряные украшения.

Она смотрела на него исподлобья, но вовсе не рассержено. На лице ведьмы играла хитрая улыбка. Ария наверняка знала, в чем смысл его здесь нахождения, но не собирались ему об этом рассказывать.

Опустив взгляд, Норд обнаружил, что локоны её стелющихся по земле фиолетовых волос подошли к нему с обеих сторон почти вплотную и окольцевали его, как будто бы желая схватить.

– Нет, они не желают, – заметила ведьма, услышав его невысказанные рассуждения – Они просто лежат. И цепи тоже падают просто.

Горы, состоящие из лежащих на земле звеньев, подобрались уже совсем близко. Проходы справа и слева от них завалило тоннами металла, осталась лишь узкая дорожка впереди, но и её вот-вот должно было засыпать.

– Вставай. Нам нужно немедленно уходить отсюда иначе нас тут просто похоронит! – крикнул он.

– Да? А я не хочу, – ведьма даже не сдвинулась смета, так и продолжила сидеть, даже несмотря на то, что звенья уже падали в метре от неё.

– Но почему? Разве тебе не хочется выжить?

– Просто жди, Норд.

Когда пространство между ними уменьшилось настолько, что ему пришлось прижаться к ней поближе, чтобы не быть раздавленным, левый рог ведьмы засиял ярче. Пространство под ней исказилось, и Ария провалилась куда-то вниз. В мгновение ока, настолько быстро, что он даже не успел этому удивиться. Как только платье и хвост исчезли из поля зрения, Норд обнаружил под ней бесконечную черную пропасть, ведущую в никуда. Из неё как из огромной трубы с гудением вырывался яростный ветер. Прыгать туда у него не было никакого желания, но выбора ему никто не предоставлял, ведь с каждой секундой пропасть расширялась, а горы цепей подходили всё ближе. Какое-то время он еще пытался не упасть, но, в конце концов, земля исчезла у него из-под ног, и пони с криком полетел вниз.

Ощущения полета не было. Была лишь уверенность в том, что он действительно падает.

– Ну вот, дурачок, а ты боялся.

Судя по всему, ведьма летела где-то рядом с ним.

– Это просто случайность, – хмуро ответил Норд, – если бы пропасть не появилась прямо под нами, мы были бы уже мертвы.

– А если бы побежали? – ведьма рассмеялась, но в процессе тон её голоса начал меняться, – Иногда правильнее сидеть и ждать, Норд.

Окружение резко изменилось. Они мягко приземлились на всё ту же каменную дорогу, созданную неким безумным архитектором высоко в небесах. Их снова были несчетные множества, однако в этот раз всё было иначе. Он уже мог видеть сияющую цель высоко над головой, исполненную в виде алого рубина и к ней с разных сторон подходили дороги, но как на них выйти? Ни одна тропа из тысяч окружающих его не вела вверх. Куда угодно, но только не к его цели. Как будто бы кто-то специально разграничил их, оставив земного внизу.

– И как мне туда попасть? – спросил Норд у своей спутницы.

К его удивлению вместо Арии там находилась Дипхоуп. В том же платье и с тем же кулоном-пентаграммкой на теле, только уже не ведьма. Выглядела она скорее комично, чем красиво и все время пыталась расправить многочисленные полы одежд, так, чтобы не спотыкаться при каждом шаге.

– Не знаю, Норд, у меня же нет крыльев, – ответила кобылка, не отвлекаясь от своего занятия.

– Стоп. А ты как здесь оказалась? – увидеть здесь свою спутницу земной никак не ожидал, – Ария, это твои шутки? Где ты?

Ведьма не ответила. Дипхоуп, тем временем, плюнула на идею разровнять платья и просто избавилась от них, снова став обыкновенной земной поняшкой.

– Может, посидим тут и хорошенько осмотримся? – предложила она.

– Не вижу смысла. Отсюда мы никак не попадем наверх, – махнув копытом, земной поскакал вперед, но едва он сделал несколько шагов, как она окликнула его:

– Постой! А что если плыть вверх по водопаду!

– Чего? – Норд посмотрел на собеседницу, как на полоумную, – Хоуп, здесь нет водопадов, да и если бы они были, то…

Она указала копытцем вверх, и, спустя мгновение, Норда окатило целым морем темноватого липкого напитка. Не чувствуя ни его вкуса ни запаха, Норд, тем не менее, безошибочно определил, что это сидр. Гравитация пропала, и его медленно потянуло вверх по этому потоку. Обрадованный, он принялся остервенело двигать ногами, чтобы ускорить процесс, но окружение уже начало медленно разваливаться на части. Сон подходил к своему завершению.

– Только сильно не нажирайся, – с усмешкой сказала непонятно откуда появившаяся Ария, перед самым его пробуждением…

…Пони разлепил веки. Над головой висел тусклый волшебный огонек, созданный для того, чтобы постояльцам не пришлось перемещаться на ощупь. За окном вовсю еще светила луна, соревнуясь с искусственным освещением уличных фонарей. Стояла глубокая ночь.

– И что всё это значит? – обратился он к пустоте.

Пустота не ответила. Даже Ария решила не комментировать этот сон, никак не выдавая своего неосязаемого присутствия.

Земной повернул голову и посмотрел на соседнюю кровать. Дипхоуп и не думала просыпаться. Сопела себе тихонько в две дырочки. Вряд ли она на самом деле участвовала в его сне, ведь дыхание её оставалось ровным и умиротворенным. Наверняка ей снились зеленые луга.

Пожав плечами, Норд перелег на другой бок и закрыл глаза…

Этой ночью в зале совета собралось всего трое. Не было списков вопросов, не было слуг, зал едва успели подготовить для экстренного собрания Великого совета. Сначала Луна хотела дождаться и остальных его членов, но волнение её было столь велико, что ждать, когда едва успевшие вернуться в свои земли владыки вновь доберутся до Кентерлота, она не могла. Дверь отворилась и охранявшие вход перепончатокрылые пегаски нехотя впустили пришедшего внутрь.

А вот и четвертый гость. За паучьим султаном Луна специально послала свою свиту, а потому исполнительная Зиона привела его максимально быстро – прямо из дворца. Он явился без привычных монарших атрибутов – без колец, чалмы, дорогих нарядов, а в простой тонкой бело-красной мантии, скрывающей его мохнатое тело. Судя по исходящему от него негодованию, возможно даже, что его доставили сюда прямо из опочивальни, прервав его сон.

Плевать! Беда была слишком велика для церемоний! Отоспится, когда в Эквестрию вернутся мир и покой.

– Как вам ночка, султан? – съехидничал Тсаган Бар, когда паук подошел к столу. Грифон, за счет своих крыльев или же за счет крыльев своих быстрых слуг, также успел явиться на совет вовремя, чтобы принять в нем участие.

– Благодарю, неплохо, – не проявляя эмоций, ответил Альмар.

Выдержав недолгую паузу, чтобы оставшиеся звуки покинули комнату, принцесса заговорила:

– А теперь объясните мне: как случилось, что в моем городе вспыхнул мятеж!? – взгляд её переходил с одного власть имущего на другого, в ожидании ответа. Само слово «мятеж» разозлило Луну настолько, что она готова была немедленно найти и наказать виновного. Жаль, только, что определить его сейчас было проблематично.

– Ну, вспыхнул и вспыхнул, с кем не бывает, – пожал плечами Тсаган Бар, – Обычная ситуация.

– Молчать! – Луна зверем посмотрела на грифона, и тот, примирительно подняв вверх лапы, затих, – Если вы не собираетесь дать мне ответ на мой вопрос, король, то лучше бы вам и вовсе держать свой рот закрытым.

– О, Мудрейшая, мой коллега всего лишь хотел сказать, что вам не стоит так переживать по этому поводу, – быстро вмешался паук.

– То есть мне не стоит переживать из-за потери целого города? – Луна как будто бы удивилась, а затем вновь гневно свела брови, – Из-за того, что много тысяч моих подданных, которые по твоим словам боготворят и любят меня, вдруг решили от меня отвернуться?! Из-за этого не переживать?! Они свергли назначенное мною правительство, перебили городскую стражу и отделились от Эквестрии! По-твоему это не проблема?!

– Я не говорил, что это не проблема, – невозмутимо парировал Альмар, – Восстание это серьезная проблема и её обязательно нужно решать, однако делать это стоит обдуманно, и не теряя хладности ума.

– Именно этим мы сейчас и занимаемся! – рявкнула Богиня, – Решаем проблему. И начать я хочу с того, почему и по чьей вине случилось так, что мои пони восстали против меня.

– А вы разве не догадываетесь? – удивился паук.

– Горожане не согласились с вашим вердиктом, а потому решили взять правосудие в свои копыта, – сообщил Блюблад, – Они подняли мятеж прямо во время казни, после оглашения приговора. Они потеряли веру в вас, Ваше Величество.

От таких слов Принцесса Луна опешила и на время потеряла дар речи. Слова принца Блюблада очень глубоко задели её, а последняя фраза еще долго звучала в голове.

– Но… но я же велела казнить преступников! – воскликнула она, – Как народ мог встать на защиту тех, кто столь долгое время не давал им покоя. Они должны были радоваться! Или их не волнует то, сколько зла совершили эти пони, прежде чем были пойманы?

– Волнует, Светлейшая, – поспешил ответить ей султан, – Очень волнует. Вот только беда в том, что действия этих разбойников вызывали неоднозначную реакцию у вашего народа. Их идеология нашла отклик во многих сердцах, несмотря на тот факт, что реальных последователей у организации было совсем немного.

– То есть мой народ поддерживает преступников воспевающих превосходство одной расы над другими?

– Нет, не совсем так. Видите ли, Богиня, процесс смешения разных культур и объединения цивилизаций весьма нелегок, хоть и, безусловно, полезен. Он раскрывает сильнейшие стороны каждой отдельно взятой расы, но при этом заставляет увядать те направления их деятельности, которые не выдерживают конкуренции с новыми соседями. Эти увядающие направления и являются первопричиной возможных конфликтов.

– Поясни, – нахмурившись, сказала Луна.

– Я приведу вам пример. Бизоны, будучи сильнейшей расой Эквестрии, так или иначе, в скором времени отберут себе все тягловые работы, заставив пони-тяжеловесов искать себе применение в других сферах деятельности, а, например, алмазные псы столь искусны в коммерции, что оставят в дураках любого торговца, как на территории пони, так и во всей современной Эквестрии, захватив в будущем эту сферу. То же самое можно сказать и о других расах. Грифоны – военное дело, пауки – управление и науку, зебры – медицину, и так далее.

– Эм, а что же тогда останется пони?

– Фермерство, управление погодой, магия – много чего, – паук усмехнулся, – Не переживайте, так, Принцесса. Любой пони сможет найти себе применение в новых условиях, будь он земным, пегасом или единорогом, но для этого требуется время. Пока же нежелание многих терять насиженные места и постигать что-то новое вызывает некоторое напряжение в вашем обществе. Этим и пользуются подобные организации. Вместо того чтобы призывать народ доказать свое превосходство интеллектом, они предлагают простой путь – взять в зубы оружие и прогнать тех, кто в чем-то их превосходит силой. И многим эти идеи кажутся привлекательными. В результате они пусть и не идут сразу претворять эти варварские идеи в жизнь, но, тем не менее, становятся тем самым «удобным сырьем» для будущего восстания. И загореться оно может от любой искры…

– И в данном случае искрой этой стал ваш вердикт, – закончил за него принц Блюблад.

– Да, но с тем же успехом ей могли бы стать увеличенные налоги, снесенная статуя, измененный график проливных дождей – всё что угодно!

Глаза Принцессы Луны округлились:

– То есть вы хотите сказать, мятежи возможны и за пределами этого города?!

– К сожалению – да, О, Великая.

Два других монарха синхронно замотали головами в знак согласия.

– И как же нам с этим бороться?

– Положить конец восстанию в Ньюпони тауне, – как само собой разумеющееся сказал султан, – И на этот раз, я рекомендую вам решить эту проблему силовым путем.

– Но я планировала избежать этого! Возможно, если я поговорю с ними, то я смогу убедить их вернуться в состав Эквестрии без лишней крови. Мы выполним их условия, и всё станет как прежде.

– Нет, – возразил ей паучий монарх, – Этим вы лишь усугубите ситуацию. Увидев, что этот метод работает, все остальные поселения последуют их примеру и будут решать свои проблемы именно так. Это приведет к хаосу и неминуемой гибели вашего государства, а этого я допустить никак не могу! Тем более, не забывайте о том, что во время захвата власти погибли многие пауки и в том числе назначенный вами мэр города. Кровь уже пролилась, и оставлять их после этого безнаказанными – в корне неверно.

– Вы правы… – вздохнула аликорн, – Тогда что? Разворачивать войско Твайлайт Спаркл?

– Нет! Конечно, нет! Для подавления этого мятежа вполне хватит и внутренних войск. Ньюпони таун – город преимущественно земных и неспособных к магии единорогов, поэтому моей армии не составит труда одолеть их.

– Да и грифоны бы с удовольствием в этом поучаствовали… – мечтательно протянул Тсаган Бар, почесывая белую шею.

– Эй! Это всё еще наши с вами сограждане!

– Полностью с вами согласен, Богиня! И к тому же, я сильно сомневаюсь, что есть необходимость привлекать к этому делу ваших соплеменников, Тсаган Бар. Пятнадцати тысяч пауков будет вполне достаточно, чтобы усмирить бунтовщиков и вынудить их выдать нам зачинщиков этого мракобесия.

– Хорошо. Когда вы сможете выступать?

– Хоть завтра, Принцесса, – уверенно заявил Альмар, – В моих землях принято держать шипы острыми, вне зависимости от окружающей обстановки.

– Вот и славно! Приказываю вам выдвигаться и вернуть Ньюпони таун Эквестрии в максимально короткие сроки.

Паук поклонился. «Ну вот. Теперь я иду войной против собственного народа… Неужели этого никак нельзя было избежать?». На душе у Принцессы стало еще хуже, чем раньше. Уверенность в верности своих решений покинула её. Чтобы хоть как-то успокоить себя, она произнесла:

– И еще кое-что, султан. Я приказываю вам воевать максимально сдержанно. Город и его жители должны понести минимальные потери, вам ясно?

– Не беспокойтесь об этом, Милосердная Богиня. Мятежники сдадутся после первых же боев, я уверен в этом. Жертвы будут минимальны!

– А если они не сдадутся?

– То мы возьмем город в кольцо и начнем осаду, – услышав слово «осада» грифон презрительно фыркнул, – Рано или поздно Ньюпони таун будет ваш, это я вам гарантирую.

– Хорошо, – Луна осмотрела остальных участников и спросила, – Желает ли еще кто-нибудь высказаться?

Грифон и Блюблад переглянулись.

– В таком случае, остановимся на этом. Король Тсаган Бар, держите ваши войска наготове, нам может потребоваться и ваша помощь тоже.

– Как пожелаете, Принцесса, – кивнул грифон.

– Пока все свободны.

Принцесса Луна поблагодарила их, после чего собравшиеся, низко поклонившись ей в ответ, покинули помещение. Дольше других задержался разве что принц Блюблад. Как будто бы случайно, он принялся долго возиться с воротником, что-то там поправляя, а потом, когда два других монарха покинули помещение, негромко произнес:

– Зря вы доверяете усмирение бунтовщиков иноземцам, Ваше Величество.

– Хм? – Луна удивленно посмотрела на принца.

– Они без зазрения совести утопят Ньюпони таун в крови, а вам скажут, что это было вызвано необходимостью. Милосердия к тем, кто убивал их соплеменников, пауки проявлять не станут.

– Но ведь они давно уже не иноземцы, принц. Они такие же эквестрийцы, как и мы с вами. Мы все – один народ, не забывайте об этом.

– Я помню об этом, Ваше Величество. Очень надеюсь, что и они тоже… – протянул единорог и, поклонившись, вышел за дверь, оставив на душе у Богини Ночи крайне неприятный осадок.

Почему он сказал ей об этом именно сейчас? Почему не высказался, до того, как она отдала приказ. Как будто бы специально решил посеять в ней сомнения. Манера Кентерлотской знати никогда не говорить открыто и прямо жутко её раздражала. Они вечно делали одни лишь намеки и никогда не пытались держать ответ за свои слова. Ну и пусть! Значит и она не обязана в этом копаться!

Принцесса Луна помотала головой, в надежде выбросить из неё мрачные мысли и, в сопровождении пятнадцати своих перепончатокрылых пегасок, покинула комнату для заседаний.

– Так, десять уже есть, значит, мне еще нужно… – пони ненадолго задумалась, проводя несложные математические расчеты в голове, после чего вновь склонилась над сверкающей водной гладью и окунула туда копытце.

Смысла брать больше положенного она не видела, тем более что никто кроме неё так и не догадался доставать монеты из фонтанов, а потому конкурентов у неё не было. Так она и жила, день за днем навещая Филидельфийские парки и площади, чтобы заплатить за новый день жизни в городе. За себя и за одного земнопони.

– Давай же, иди сюда, дурацкая… – не рассчитав силы, Дипхоуп неуклюже плюхнулась в воду. Хорошенько выругавшись словами, смысл которых в этом городе – да и во всем верхнем мире, пожалуй, – никто не знал, она поднялась на ноги и с видом победителя водрузила добычу на вершину построенного из монет столбика.

Чтобы хоть немного обсохнуть пони села на краю фонтана, свесив голову над водой, и хорошенько отжала гриву. Вылезать и обтекать снаружи она посчитала немного некультурным, но с другой стороны сидеть и обтекать здесь, тоже было не слишком хорошо. Патовая ситуация, в общем.

– Между прочим, осенью подобные купания могут закончиться для вас простудой, если вы немедленно не оботретесь полотенцем, – заметил кто-то.

Дипхоуп обернулась и, убрав с лица сосульки волос, посмотрела на говорившего. Им оказался какой-то пожилой усатый единорог в темно-сером смокинге, у самой шеи которого расположилась ярко-красная бабочка. Похоже, что находилась она там специально, чтобы отвлекать на себя взгляд, потому как больше ярких цветов ни в гриве, ни в одежде у него не было.

«Определенно не самый простой старикашка» – подумала кобылка, а потом уже вслух произнесла:

– А мне не холодно.

– Разве? – как будто бы удивился единорог и подошел ближе, – Ветер дует с самого утра, да и погодные пегасы не радуют прогнозами. Может, вам все же не стоит так рисковать?

– Не. Я сильная пони.

– Вот как? – сохраняя дистанцию, пони сел с другого края фонтана, – Сильная, но при этом позволяющая себе пользоваться суевериями других пони, для собственного обогащения?

– Чего? – поняв из сказанного только лишь слово «обогащение», Дипхоуп глянула на свои кровные и сразу всё поняла, – А их что, нельзя брать, что ли?

Ножка пони потянулась к столбику, после чего Дипхоуп неуверенно подвинула его в сторону воды. Единорог улыбнулся:

– А ведь я стразу понял, что вы делали это исключительно по неведению. Вы не похожи на воровку. Да и страха в ваших глазах я не разглядел, а значит, вы полностью оправдывали себя в своих действиях.

– И всё-таки? – поняша нахмурилась, так и не получив ответа – Их можно брать или нет? Что-то я не видела, что кто-то претендует на эти деньги.

– Ну, если мыслить здраво, то вы правы: прохожие просто выбрасывают монетки в воду, а потому никто не заявит на них своего права.

Дипхоуп остановилась и монетки остались на месте:

– Но? – поторопила она его.

– Но с другой стороны тем самым они пытаются подкупить удачу, обогатив её своими сбережениями. Из этого следует вывод, что владельцем этих денег является не какое-то существо из плоти и крови, а мифический дух, вершитель наших судеб.

– Странно, сколько времени здесь была, а никакого духа не видела.

– Потому что его не существует.

– Ааа… Ну в таком случае не вижу причин оставлять их здесь, – Дипхоуп довольно улыбнулась и подтянула деньги к себе.

– А как же неодобрение окружающих? – удивился единорог.

– Пфф, переживу, – махнула копытцем молодая кобылка, – В конце концов, перспектива ночевать на улице и есть подножный корм, меня куда больше смущает.

– Хм. Значит, вас толкает на это нужда… Но ведь это не единственный способ получить деньги, разве нет?

– Не знаю. Сколько времени нахожусь здесь, а пока другого способа не обнаружила. Копать здесь нечего, а кроме этого я ничего не умею. Я и в школе-то не училась.

– Не для всех видов работ нужно иметь образование, – метко заметил пожилой собеседник.

– Может быть, – пожала плечами пони.

– Важно иметь само желание работать, желание зарабатывать и тем самым удовлетворять свои потребности. А оно в вас есть, в этом нет сомнений.

– Ага.

– В таком случае, если других вариантов у вас пока нет, могу предложить помочь мне с домашними делами. Вы ведь умеете убираться, стирать, готовить?

– Убираться и стирать – да, а вот на счет готовки, – вспомнив жареную на камнях отвратительную подземную рыбу и тошнотворные грибы, земная хихикнула, – Сомневаюсь, что вам придется по вкусу моя стряпня.

– Ну, в таком случае, остановимся пока на первых двух пунктах. Для старта вполне неплохо, всё лучше, чем ваша нынешняя «добыча».

– А конкретней? – пытливо спросила кобылка.

– Пятнадцать серебряных в день, – не переставая улыбаться, ответил единорог, – Договорились?

– Да, вполне, – земная согласно кивнула, прикидывая уже, сколько это будет в месяц, в год и так далее, – Когда приступать?

– С завтрашнего утра. Подходите к усадьбе Реффинов и вам там всё покажут. Скажите, что это я вас послал. Меня Реффин, так и зовут.

– Хорошо. Приятно познакомиться.

– А как ваше имя?

– Дипхоуп. Ну, или просто Хоуп, если лень будет произносить его целиком.

– Славно. Я это запомню. Да, и вот вам немного денег на гостиницу, – сказав так, единорог протянул ей несколько монет, – И, прошу вас, верните это – он показал на сложенные столбиком монетки поняшки, – обратно в фонтан. Духу удачи они нужнее, чем вам.

Реффин попрощался и, откланявшись, пошел дальше по улице. Дипхоуп подождала немного, проводив его взглядом, затем встала на мостовую и грустно посмотрела на собранные с утра монетки. Не так-то просто их было достать, между прочим!

– Нет уж, дудки, – сказав так, кобылка открыла мешочек и забрала свою добычу с собой.

– Еще на один день, – навалившись передними ногами на стойку, сказала Дипхоуп.

– Снова тот же номер? – спросил метрдотель, скептически глядя на странную окраску её шерстки у копыт.

– Ага.

– Может уже проплатите на несколько дней вперед? – предложил он, – Это избавит нас от ненужных хлопот с оформлением, а вас от возможности случайно потерять номер.

– Ммм… Не, не хочу, – земная пони улыбнулась и отсчитала ровно столько, сколько требовалось для одной ночи в гостинице, после чего закрыла кошелек и пошла к лестнице.

Нельзя сказать, что место, где Норд и Хоуп решили остановиться до появления Блэкхартов, обладало какими-то изысками, но все-таки определенный шарм в этом светлом и убранном помещении имелся. И шарм этот заключался в удивительно удачном сочетании желтоватого мрамора и темных, почти черных, пород древесины. Как и прочие здания Филидельфии, гостиница была длинной, но невысокой. Для того чтобы дойти до номера, требовалось подняться на третий этаж и долго идти по бесконечной изгибающейся галерее, однообразие которой по какой-то причине не наскучивало, а лишь успокаивало и усыпляло идущего. Норду она особенно приглянулась. Хоть он и не говорил ей об этом, но Дипхоуп уже успела заметить, что, возвращаясь в номер, он обычно не сразу заходил туда, а сначала несколько раз пропускал его, продолжая двигаться дальше по кольцу, до самой лестницы. У неё тоже, нет-нет да и возникало желание подольше походить по мягкой ковровой дорожке, но она его перебарывала. Она успевала набегаться по Филидельфии за день, пока он дежурил у двери Блэкхартов, поэтому желание полежать и расслабиться брало верх.

Зайдя в комнату, она вытерла копытца и легла на кровать. Шерсть уже успела высохнуть до вечера, а вот грива оставалась немного влажной.

Норд молча лежал на соседней койке.

– Ну как? Появились?

– Нет.

– Жаль, – она выдержала небольшую паузу, а потом все же решила обрадовать его новостью, – Я работу…

– Мне почему-то кажется, что они нескоро вернутся, – случайно перебил её земной, – Ария предлагает ждать. А ты чего думаешь?

– Конечно, ждать! – отчаянно закивала головой пони, – Полностью поддерживаю Арию, в этом вопросе. Тем более что…

– Я в Цитадель хочу пойти, – вновь, незаметно для себя, перебил её Норд, – Мне кажется, что там мы гораздо больше сделаем, чем здесь. Реагенты поищем, рунные краски.

– Но ты ведь говорил, что там горный хребет огромный её отделяет.

– Да, но вполне возможно где-нибудь все же есть место, где мы сможем пройти, – он помолчал, – Ты не по всей его длине летала, так что ты вполне можешь ошибаться.

– Я? – земная потупила взор, – Меня там вообще не было…

– Мне некуда торопиться, так что могу и пешком.

Поняв, что последние его реплики адресовывались уже не ей, Дипхоуп замолкла и стала молча смотреть на своего спутника. Он продолжал препираться со своей «невидимой ведьмой» и совсем перестал обращать внимания на окружающую реальность. Объяснял ей что-то, доказывал, но в какой-то момент смирился и согласился с ней.

Странный и немного пугающий диалог закончился.

– Так, эм… Мы остаемся? – на всякий случай спросила она.

– Чего? Да. Ждем еще недельку-другую.

– А потом?

– Потом – не знаю. Я все-таки надеюсь, что они появятся и нам не придется над этим заморачиваться.

– Хорошо, – и, выдержав долгую паузу, чтобы удостовериться, что Норд больше ни с кем не разговаривает, она добавила, – А я работу нашла. Здорово?