Автор рисунка: BonesWolbach
Глава 26 Глава 28

Глава 27

Глава, в которой Норд находит выход из духовного тупика...

Новость о том, что пауки выдвинулись в сторону «города свободы» достаточно быстро облетела всех его жителей, несмотря на то, что пегасы только сегодня утром доложили об этом командованию. Паники не было, но атмосфера страха с тех пор присутствовала в Ньюпони тауне повсеместно. Конечно, жители, как могли, пытались храбриться и вспоминали о том, что им не впервой защищать Ньюпони таун от членистоногих, но мало кто говорил это без дрожи в голосе. Мало кто мог похвастаться тем, что действительно не боится умирать.

– А ты что сидишь такая угрюмая? – с улыбкой спросила её одна из соседок по палатке. Желтая как лимон и с белой распушенной гривой, из-за чего «боец» куда больше походила на лимонное пирожное, чем на солдата, она смотрела на неё с искренней добротой.

Мерилайн не стала отвечать. Она не хотела разговаривать ни с ней, ни с кем бы то ни было еще. Узнавать их имена, сближаться, а потом терять. Идея держаться особняком и не заводить новых знакомств посетила её одновременно с идеей отомстить каждому, кто имел хоть какое-то отношение к убийству её друзей.

– Не бойся, подруга! Мы справимся с ними. Никаких пауков не хватит, чтобы выбить нас из нашего города.

– Да! – согласился с ней жеребец, сидящий на дальней койке, – Получат по мохнатой башке и в страхе разбегутся. Так ведь, ребята?!

Остальные с разной степенью уверенности загомонили, подтверждая его слова. Их самообман выглядел крайне неубедительно, да и сами они уже успели ей надоесть, а потому, никак не прокомментировав их пустую браваду, единорожка поднялась с койки и тихо вышла наружу.

Там снова было прохладно, и шел мелкий противный дождь, который почему-то никого кроме неё не беспокоил. Хотя… наверное, понятно почему. Когда к вам идет армия пауков, погода – последняя что будет волновать вас в этом мире.

Когда она дошла до края палатки позади трижды натужно прогудела труба и окружающие её пони галопом поскакали к центру площади. Судя по всему, командиры решили провести перекличку и созывали всех на сбор. Развернувшись, Мерилайн поплелась за ними.

За городской чертой их собралось много. Три тысячи, а то и больше. В основном простые жители того же Ньюпони тауна, но были и другие. Представители самых разных уголков Эквестрии, которые, вооружившись, поспешили на помощь воспротивившемуся нынешней власти городу. Их легко можно было отличить по более серьезным физиономиям и мрачным расцветкам, потому как они целенаправленно шли на войну, а не вынуждены были защищать свой город от чужаков. Мечники, лучники, стрельцы и молотобойцы – их разношерстность превращала армию в вооруженный сброд, а потому они не слишком приглянулись бело-голубой единорожке. Такого же мнения, судя по всему, придерживалась и Линк, которая, в сопровождении двух закованных в легкую самодельную броню жеребцов, принялась скептически осматривать свою новую армию.

– Вот мы и снова здесь, жеребцы и кобылицы! – провозгласила она, – На том же месте, где девять лет назад мы защищали Эквестрию от зла. Война еще не на пороге, но неотвратима как никогда ранее, но теперь нам будет противостоять не Паучья ведьма, ведущая за собой армию разбойников, а настоящие регулярные войска восьмилапых тварей. Вооруженные, обученные и не понаслышке знакомые с военным ремеслом. И это то, чего большинству из нас не хватает, – пони сделала небольшую паузу, – Их численность в пять раз превосходит нашу, поэтому – врать не буду, – в открытом бою против них у нас мало шансов. Но мы не отступим! Именно на этом поприще мы докажем всем, что способны сражаться и побеждать! Правда, пони?!

Дождавшись, когда собравшиеся, которые отчаянно начали стукать копытами по земле и одобрительно восклицать – утихнут, Линк подошла поближе к бойцам и продолжила:

– И первым нашим шагом к победе станет превращение из разношерстного ополчения, в нормальную армию. Армию с командирами, сотнями, флагами и умением воевать. В ближайшем будущем я лично разделю вас на отряды и выберу тех, кто сможет вести вас в бой, но это всё позже. Для начала нам требуется вооружиться и научиться обращаться с тем оружием, которое поможет нам одолеть нашего врага.

Подойдя к одной из более или менее экипированных пегасок, стоящей недалеко от Мерилайн, кобылка вытянула вперед бронированное копыто, подозвав её к себе, и жестом попросила показать ей своё оружие.

– Что это у тебя за фиговина? – с поддельным интересом, спросила Линк, глядя на странный нож, с небольшим тонким лезвием и ремешками для фиксации его на ноге.

– Катар, – немного опешив, сказала серошкурая пегаска

– Катар? Ого… – воительница присвистнула, – И, я уверена, ты умеешь с ним обращаться?

– Ага. Я много тренировалась, – боец скромно улыбнулась, обнажив острые зубки. К слову, это была не единственная странность говорившей. Помимо зубов, непропорционально длинные уши, торчащие в разные стороны, и красные глаза без зрачков. С другой стороны, в их войске сейчас было достаточно «странных особей», а потому мало кто удивился её внешним дефектам.

– Ну, кто бы сомневался! – шутливо ответила крылатая кобылка, после чего куда более серьезным голосом продолжила, – А теперь скажи мне, дорогая, чем поможет тебе клинок с длиной лезвия, в лучшем случае, сорок сантиметров, против шипа большого паука, дальность поражения которого почти два метра? Как ты намерена нанести им удар?

– Ну, я попробую сократить дистанцию и атакую.

– Уклонившись от двух шипов, нацеленных тебе в шею? – она повернулась к остальным, – Запомните все! Любое оружие, которое с учетом длины вашей ноги не покрывает дистанцию два метра, гарантирует вам смерть. Скорость и реакция членистоногих значительно превосходит вашу, а это, вкупе с тем фактом, что следом за вами движется добротный такой багаж, – Линк похлопала по крупу серой пегаски, – исключает возможность уклониться от их атаки. Именно поэтому, не имея возможности нанести удар с безопасной дистанции, вы, так или иначе, проиграете им бою.

Бросив раскритикованный катар на землю, Линк приказала одному из сопровождающих её пони отправиться к стоящим вдалеке тележкам и снять с них брезент. Под ними оказались совсем еще новые длинные копья. Взяв одно из них, офицер вернулся с ним к командиру.

– Вот. Обыкновенное копье, которое так не любят «благородные оружейники», – Линк взвесила его на копыте, – Его можно с разгону воткнуть в тело или же упереть в землю и встретить атакующего врага металлическим острием. Всё. Никаких изысков. Однако в случае если вам придется вступать в ближний бой с пауками, эти вещицы станут для вас единственным шансом на победу. Не гарантией, но всё же. На, держи, – передав копье серошкурой пегаске, которая без особого энтузиазма приняла этот дар, Линк отправила офицера к другой тележке.

Там оказались какие-то громоздкие трубы. Определённо именно ими они и являлись когда-то, причем производили их здесь же в Ньюпони тауне для нужд строителей. Их порезали, слегка модифицировали, закупорив с одной стороны, а также приладили к ним ремешки, лафет и корзину для боеприпасов, так, чтобы это можно было повесить на спину.

– А это второй и главный вид вооружения, которым мы будем защищать нашу свободу. Называется – пушка, – Линк довольно улыбнулась, – Мы с вами пони выносливые, пятнадцать-двадцать килограмм для нас не проблема, а потому я решила не скромничать с калибром. Да и есть ли смысл в пижонских мушкетах, если зарядив эту штуку картечью и шарахнув по приближающейся к вам толпе вы сможете принести в разы больше пользы, чем выстрелив по ним одной маленькой пулей? Ну, а меткость… очень сомневаюсь, что кто-то сумеет промазать по целой армии. И вот еще одна хорошая новость – судя по моим данным, пауки не используют оружие дальнего боя, кроме ядовитой брызгалки во рту, во всём рассчитывая исключительно на собственную скорость. Следовательно, чем дольше мы будем держать их на расстоянии, тем больше восьмилапых подохнут, не причинив нам вреда.

Защитники города одобрительно загудели и принялись разглядывать новинку. Их доверие к этому оружию оказалось куда выше, чем к увиденным ранее копьям.

– Пока что это всё, – закончила свою речь Линк, – Теперь же, предлагаю вам проследовать к тележкам и вооружиться. Выбирайте то, к чему у вас больше душа лежит, ну а те, кому не хватит оружия – не переживайте, – у нас еще есть время на то, чтобы вооружить вас, а пока будете пользоваться им по очереди. Через полчаса я буду ждать вас на тренировках. Выполняйте!

Будущие солдаты, на ходу делясь впечатлениями, заторопились к тележкам.

– Эм, позвольте спросить? – обратилась Мерилайн к пегаске, когда Линк уже собралась было уходить.

– О, злая пони! – Линк весело улыбнулась, – Ты все-таки записалась в наши войска.

– Я хотела узнать, где будут обучаться маги.

– А, так ты колдунья… – Линк помолчала, – Прости, деванька, но магов в этом войске по пальцам сосчитать можно, да и в способностях я ваших не разбираюсь, поэтому мы с Файер решили не делать ставку на магию. Вообще. Тренируйся по книжкам, а еще лучше бери пушку и дуй на стрельбище. Всё больше пользы будет.

– Хорошо, – единорожка кивнула, и собралась уходить.

– Как звать-то тебя? – вдруг спросила Линк, – Постараюсь запомнить.

– Мерилайн.

– Ах, да. Ты ведь уже говорила однажды… Ну, до встречи на стрельбище, Мерилайн.

Развернувшись, рыцарь отправилась дальше. Куда-то к лесу, где они собирались тренировать бойцов. Мери же, немного поразмыслив, подошла к тележке, взяла оттуда одну из пушек – копья не внушали ей особого доверия, да и близость к огню, которую гарантировал легковоспламеняющийся порох, её как-то успокаивала, – и отправилась на тренировку. Сегодняшний день обещал быть долгим.

– Значит, вы просто разговариваете с другими пони, а они вам за это платят?

Дипхоуп давно уже хотела задать единорогу этот вопрос, и вот, в один из дней, когда очередной его пациент вышел за дверь, она, продолжая орудовать щеткой для пыли, как бы между делом поинтересовалась об этом, вызвав тем самым улыбку у своего работодателя.

– Не совсем так, – ответил он ей, – Я не просто разговариваю. Я помогаю им найти выход из духовного тупика, а этого дорогого стоит.

– Но вы зачастую говорите с ними о погоде, о политике, о семье. Разве это помогает? – искренне удивилась земная.

– Это помогает мне лучше понять моих пациентов, основываясь на их жизненной позиции, а заодно расположить их к себе. Мало кто может вот так сразу рассказать о своих переживаниях совершенно незнакомому пони.

– А что потом? – Дипхоуп повернулась к нему и присела на лакированную тумбочку, которую только что протирала.

– Потом, когда я узнаю, кто они и в чем заключается их проблема, я предлагаю им способы её решения, – Реффин задумчиво почесал усы, – Чаще всего мои пациенты являются пленниками собственных страхов, предрассудков, страстей и поэтому им необходима помощь кого-то со стороны, кто не подвержен их влиянию.

– А они что, не могут поговорить об этом с родными?

– А вы часто говорите с родными на подобные темы? – рассмеялся психолог.

– Хех, не особо…

– Вот именно. Тем более что родные, как и друзья, далеко не всегда могут помочь в таких вопросах. Несвоевременной ухмылкой или неправильным советом они рискуют усугубить ситуацию настолько, что и вместо психолога, пациенту придется обращаться к психиатру.

– Вот поэтому и я боюсь говорить с Нордом на эту тему… – в сторону пробормотала пони.

– Норд? – переспросил единорог, – Это ваш кавалер?

– Ну, можно и так сказать. Вернее, я бы очень этого хотела, а он, судя по всему, даже и не думает об отношениях.

– Да, распространённая ситуация. И что же с ним приключилось, с этим Нордом?

– Мне кажется, что у него не все дома, – Дипхоуп понизила голос до полушепота, как будто бы боясь, что кто-то её услышит, а затем продолжила – Дело в том, что он как помешенный постоянно разговаривает с какой-то невидимой Арией. Сердится сам по себе, иногда смеется «её шуткам». Якобы она живет у него в голове… ну, или где-то рядом. Очень любит о ней рассказывать – прям взахлеб, – описывает её, и уверяет, что по уши в неё влюблен, при этом мы оба знаем, что никакой Арии и в помине нет!

– И вы думаете, что у него шизофрения?

– Я не знаю что это, но полагаю что – да.

– Ну, это вовсе не обязательно, – поспешил успокоить её пожилой жеребец, – Я, конечно, не могу делать выводы на расстоянии, но, вполне вероятно, что с ним не всё так плохо. Настоящее психическое расстройство часто путают с самообманом и, судя по вашему описанию, это, как раз таки, второй случай. Вполне вероятно, что он создал в голове этакую «идеальную кобылку» и просто убеждает себя, что она существует, чтобы его не слишком гложило одиночество. Ну, а для того чтобы убедить себя, следует в первую очередь убедить в этом окружающих.

– И что мне с этим делать?

– Убедить его, что реальные отношения куда лучше выдуманных. Проявите к нему больше внимания, общайтесь, ну и воспользуйтесь тем, что вам известен его «идеал». Когда он поймет, что вы и есть та самая, которую он искал, он забудет о ней и станет нормальным.

– Правда? – глазки земной округлились.

– Ну, если мое предположение верно, то – да. Хотя для более точного диагноза мне было бы неплохо…

– О, спасибо вам огромное!!! – недослушав, обрадованная кобылка рывком стянула с себя чепец и платье домработницы, и заторопилась к выходу, – Так я и поступлю! Я всё боялась, что это не сработает! И эм… – она вдруг остановилась и повернулась к Реффину, – я всё закончила, можно мне пораньше сегодня?

– В виде исключения, – с улыбкой ответил единорог.

И земная со всех ног понеслась к выходу, услышав только сказанное в вдогонку:

– Только не перестарайтесь там!

Кольца, серьги, цепочки – благо посеребренная медь стоила совсем недорого, и её скромной зарплаты хватило на них, а вот с платьем всё оказалось куда сложнее. Самый простой наряд в Филиделифии стоил не меньше золотого, а потому ей пришлось очень постараться, чтобы раздобыть на него денег. Кроме того туш, косметика, губная помада… Повернув голову набок она посмотрела в зеркало.

– Ну вот. Чуть всё не испортила!

Взяв тряпочку, она принялась стирать неверно проведенную линию с лица. В первый раз заниматься макияжем вообще было сложно, даже несмотря на лежащую перед ней брошюру с подробным описанием, которую понимающий продавец подарил ей в дополнение к совершенным покупкам. По мнению самой Дипхоуп она становилась всё ужасней, но на самом деле для новичка у неё неплохо получалось. Губная помада лежала почти ровно, разве что те зигзаги, которые обычно делали на верхней губе были загнуты немного больше положенного. Тени, пусть и выходили за пределы век, но выглядели вполне приемлемо. То же самое можно было сказать и о бровях. В общем, всё, кроме слишком яркого фиолетового цвета, которым она обильно покрасила гриву и хвост, вышло неплохо. Не пошло, но как-то по-детски мило и невинно.

Осталось только дождаться Норда и услышать его вердикт.

Еще раз осмотрев себя с ног до головы, пони подтянула тканевые ботинки с затяжками, чтобы полностью закрыть ими смущающие её пятна темной шерсти и подошла к двери.

– Вроде бы всё учла.

Несмотря на то, что её идея еще не претворилась в жизнь, улыбаться кобылке хотелось уже сейчас. Может ему и не слишком понравится смена её облика, но она научится. Главное, чтобы он понял, что живая и настоящая пони, куда лучше кого бы то ни было живущего в голове. А потом, быть может, она сумеет уговорить его остаться в Филидельфии, они начнут работать, заработают себе на жилье, а потом… потом…

Дверь открылась, и Норд вошел в номер.

– Сюрпри-и-из!

Опечаленный после еще одного потраченного впустую дня Норд поднял взгляд. Вообще, он не ожидал никаких сюрпризов, а потому очень удивился подобному приветствию, но, увидев Дипхоуп, понял, что это не единственное чему стоило удивляться.

Первым, что услышал замерший в нерешительности Норд, был хохот. Неприятный и саркастический. Такой хохот, каким могла выражать свои эмоции только одна пони на всем белом свете:

«Ба! Да это же еще один чейнджлинг! – воскликнула она, – Давай: целуй же её, деревенщина!»

Вот только сам земной почему-то не разделил с ней её веселого настроя. Он нахмурился и сильно сжал челюсть, отчего на скулах его появились желваки. Дыхание его стало громким и каким-то недружелюбным.

– Ты узнаешь меня? – спросила всё еще сияющая от счастья Хоуп, – Ну? Кто я?

– Ты – «Да она же издевается надо мной!» – пришла к нему в голову несвоевременная мысль, – Ты что сделала!!?

Поняв, что, по всей видимости, совершила большую ошибку, зеленая пони остановилась. Улыбка исчезла.

– Норд, я…

– Ты что сделала?!? – гневно закричал он, – Ты зачем так вырядилась!?

– Просто я подумала…

– Ты специально так сделала?! Ты с ума сошла! Ты… Ты!!! – он очень хотел назвать её как-нибудь особенно обидно, чтобы показать свое отношение к её выходке, но, в отличие от ведьмы, в его словарный запас почти не входили ругательства, а вспоминать их на ходу не было ни желания ни времени, – Дура проклятая!!!

Пинком открыв еще не успевшую закрыться дверь, земной вернулся в коридор и таким же пинком захлопнул её снаружи. От крика и грохота жильцы из соседних номеров удивленно повыглядывали из приоткрытых дверей, в надежде узнать, что же эдакого там произошло. Вот только там не на что было смотреть. Обозленный Норд больше ничего не собирался говорить ей. Его и без того трясло от ярости.

«Да ладно тебе, смешно же вышло, – всё еще хихикая, заметила ведьма, – Отнесись к этой ситуации с юмором».

– Даже не подумаю! Она высмеяла нас обоих. После того, что я ей рассказал! Я ей душу открыл! Как у неё вообще совести хватило так поступить?!

«Ну, думаю, она это не специально».

– НЕ специально!? Она вырядилась как ты! Волосы, платье… – Норд яростно помотал головой, – Этого не могло произойти случайно! Клянусь, если бы она сказала, что она – это ты, я бы её придушил!

«И глупо бы поступил» – фыркнула ведьма.

– Плевать!

Спустившись на первый этаж, земной поскакал в зал и дальше по коридору.

«И куда ты теперь?»

– Узнаешь.

«Не вздумай ничего пить, понял!? Мне хватило прошлого раза. Ты слышишь меня?!»

Жеребец ничего не ответил и не остановился. Путь его и правда лежал прямиком в расположенный в том же здании паб, где даже в Филидельфии было полно посетителей в любое время дня и ночи. Почему он выбрал именно этот маршрут? Ему очень хотелось выбросить из головы её ухмылку. Её физиономию, разукрашенную в цвета его любимой.

Насмешка какая-то. Пародия.

Заглушив в себе новый приступ ярости, он прошел в открытые двери и остановился у барной стойки. Бармен, узнав, что он постоялец, без каких либо вопросов выдал ему порцию сидра, с которым Норд и отправился к первому попавшемуся столику.

Сидр не позволил ему добиться нужного результата быстро – разве что протесты ведьмы вскоре сошли на нет, – а потому через некоторое время он перешел на более крепкий напиток с диковинным названием кальвадос. Им он и собирался довести себя до нужной кондиции.

– А потом пойду в Цитадель Чародея. Сегодня. Не могу больше ждать.

Ария молчала. Еще бы, даже не находись она сейчас под влиянием алкоголя, она всё равно бы ему не ответила. Обиделась. При всей своей силе ведьма была пленницей в его теле и никак не могла влиять на его решения, несмотря на периодические угрозы. Это Норд понял уже давно.

– Прости, но я не вижу других путей.

Взгляд его устремился в пустой стакан. Снова идти к бармену? Пить до потери пульса? А с другой стороны – зачем ему это? Куда лучше будет уйти прочь из Филидельфии, пока еще ноги позволяют ему это сделать. Ему и так следовало давно уже быть на полпути к Цитадели.

Посидев еще немного, Норд кое-как поднялся и направился к выходу. Шаг получался так себе, но, как отметил для себя земной, остальные посетители находились в куда более печальном состоянии. Многие даже легли спать, не выходя из-за стола. А некоторые даже под столом…

Скептически посмотрев на какую-то кобылицу, Норд опечаленно покачал головой. Это ж надо было себя до такого довести. Позор. Подойдя к ней, земной, из чувства солидарности, поднял её и водрузил безвольное тело на сидение. При этом лицо пони ему показалась почему-то очень знакомым. Где-то он уже видел эту фиолетовую единорожку. Свалявшаяся шерсть и всклокоченная грива определенно были ей не к лицу. Куда ближе к ней были аккуратность, щепетильность и ровно подстриженная челка, с желтым локоном, который сейчас был едва виден.

– Виолстар? – округлив глаза, ахнул Норд.

Узнать её было сложно, но это определенно была она. Шестая ученица принцессы Селестии, с которой они столько времени провели вместе, исследуя Мир Мертвых. Он плохо помнил её метку, поэтому сказать об этом с полной уверенностью он не мог. Да ему и не требовалось! Это наверняка была она, а раз он нашел ученицу принцессы, значит, очень скоро отыщет и саму Богиню Солнца! Настроение его улучшилось, а алкоголь почти перестал бить в голову. Столь неожиданная встреча показалась ему подарком небес. Неужели ему все-таки повезло!?

Жаль, только, что для самой кобылки встреча прошла не лучшим образом.

– Бедняжка… Ну-ка, пойдем со мной.

Подняв единорожку, он аккуратно положил её себе на спину и понес в номер. В ответ она пробормотала что-то совсем уж бессвязное, но сопротивляться не стала. Вот и правильно.

Мысль о том, что Дипхоуп так бессовестно над ним подшутила недавно, все еще волновала его, однако привести в чувство свою давнюю подругу для него было сейчас куда важнее.

Открыв дверь, он зашел в номер. Укутавшаяся белыми простынями прямо поверх платья, кобылка понуро сидела на кровати. На разукрашенном лице виднелись две черные дорожки, которые проделали стекающие по щекам слезы. Увидев Норда, который тащил на себе какую-то непонятную пони она удивленно округлила глазки:

– Норд, а кто это? – спросила она.

Да. Он нашел, чем привести её в замешательство. Один-один. Тратить время на разъяснения жеребец не захотел, а вместо этого молча занес свою ношу в ванную комнату и положил её в купель. Прохладная вода подействовала на шестую ученицу отрезвляюще. Она приоткрыла глаза и осоловело посмотрела сначала на Норда, а потом на окружающую её воду.

– Зок, какого сена ты делаешь? – пробормотала она и вновь отключилась.

Набрав побольше воды в стоявшую рядом чашу он полил фиолетовой единорожке на голову. Затем снова и снова, несмотря на нечленораздельные протесты последней. Непонятно чего он хотел сильнее: привести её в чувство или же хорошенько помыть после длительной попойки, но с одинаковым усердием делал и то, и другое. Водой он хотел сделать её такой, какой она была прежде.

– Тебе помочь? – донесся до него тихий голос из-за двери.

– Да, пожалуй. Я подержу её, а ты бери мочалку и начинай мыть.

– Хорошо.

Вдвоем делать это оказалось куда проще. Не прошло и четверти часа, а чистая, но все еще неспособная полностью осознавать происходящее Виолстар уже была отнесена в койку, где её укрыли и оставили на ночь. Сам Норд, как и его спутница, сели на соседней, позволив себе немного отдышаться.

Долгое время никто не решался сказать ни слова. Они просто сидели и смотрели на спящую единорожку. Ария тоже молчала.

– И все-таки, кто это такая? – вдруг нарушила тишину Дипхоуп. Голос её показался ему настолько громким, что он вздрогнул, услышав его.

– Одна моя хорошая знакомая. И по совместительству шестая ученица принцессы Селестии.

– Ого… И как её зовут?

– Виолстар. Ты разве не знаешь?

– Не-а, – некоторое время помолчав, Дипхоуп, как будто бы что-то вспомнив, выпалила, – Слушай, ты прости меня за то, что так вырядилась. Я и представить себе не могла, что это оскорбит тебя. Правда!

Земной махнул копытом:

– Проехали. Ты тоже меня прости. За «проклятую».

Кобылка улыбнулась, после чего перелезла на дальний край кровати и достала откуда-то с пола подушку, которую, судя по всему, некоторое время назад сама же туда и закинула, не справившись со своими эмоциями.

– Кстати, а ты где спать будешь?

– Не знаю. Где придется, там и лягу.

– Ложись со мной! – немного покраснев, она торопливо принялась за разъяснения, – Просто на каменном полу холодно спать, заболеешь. А тут места полно, кровать, вон какая – большая. Я с краешка пристроюсь, и нормально будет. Ну как?

Наверное, в любой другой ситуации он бы предпочел холодный каменный пол, чтобы никого не смутить, но неплохая порция спиртного сделала своё дело и, пожав плечами, Норд завалился спать.

– Только, чур, покрывало мое! – пискнула пони.

Кобылица уставилась в потолок. Тело болело, но это была приятная боль. Линк сказала, что им много придется бегать на поле боя, если они хотят победить, а потому, после стрельб и краткого курса по орудованию копьем они принялись гарцевать вокруг Ньюпони тауна. Причем делали это все; вне зависимости от того, были ли они земными, пегасами или единорогами. Физическая подготовка требовалась каждому. Сама рыцарь скакала вместе со всеми, на ходу подбадривая их и как будто бы не замечая на себе тяжелую летную броню. Это здорово подстегивало собравшихся бойцов. Никто не хотел опозориться перед ней, а потому они с двойным усердием переставляли ноги, превозмогая усталость. Вечером они вновь стреляли и тыкали копьями в деревья.

Единственными, кого так и не обнаружила сегодня Мерилайн, были Файеркнайф, Виндфлаер и еще парочка пегасов, известных ей со времен подпольной деятельности организации «борцов за освобождение Эквестрии». О них никто не говорил, не вспоминал, их как будто бы просто не стало. Первое время её сильно волновало их отсутствие, и она то и дело пыталась обнаружить их где-то в толпе, но вскоре она перестала обращать на это внимание. Тренировка полностью поглотила её и лишь сейчас, лежа на койке, она вновь вспомнила об этом.

«Интересно, куда же они отправились?» – подумала пони, проваливаясь в сон.