Автор рисунка: Noben
Глава 9. Глава 11.

Глава 10.

Мне снилось что-то определённо плохое. Я шёл по тёмному лесу со своей верной винтовкой в руках. Вдруг вдалеке появились смутные силуэты множества человекоподобных фигур. Но это были не люди — на это указывали их неестественно удлинённые рук и просто огромные ладони, раза в четыре больше обычных человеческих.

Они направлялись прямо на меня. Меня обуял животный страх, и я выстрелил в них в надежде отпугнуть. Но это их не отпугнуло и не остановило, даже наоборот, только разозлило, а их глаза загорелись кроваво-красным пламенем. Я испугался ещё больше, но убежать не мог — ноги не слушались меня. Тогда я стал стрелять. А они всё быстрее приближались ко мне, чувствуя моё бессилие. Первыми же ударами их здоровенных лап моя винтовка разломилась пополам, а остальные лишили меня доброй половины туловища...

***

Проснулся я от громкого хлопка дверью, и, приняв сон за быль, сразу же вскочил, готовясь обороняться от вошедшего. Но в проходе стояла только запыхавшаяся Луна. Её грива была растрёпана, а радужки глаз и зрачки сильно сужены — она явно тревожилась по какой-то очень веской причине.

 — Алекс... срочно одевайся!

 — А что случилось? — приняв команду, спросил я.

 — Молестия...

 — Что?

 — Быстрее, если тебе жизнь дорога!

Я оделся за полминуты, и всё это время Луна постоянно подгоняла меня. Похоже, случилось что-то очень плохое...

 — Беги за мной!

Луна держала себя в отличной форме. Я бежал так быстро, как только мог, но всё равно очень скоро отстал на порядочное расстояние. Остановилась она только тогда, когда мы покинули гостевую зону и забежали в кухню.

Я подошёл к холодильнику, вскрыл пачку молока и сразу же отхлебнул половину пачки. Война войной, а обед по расписанию!

 — Так что случилось?

Принцесса ночи зашикала на меня:

 — Тише ты! Если она нас услышит, то нам обоим не сдобровать.

 — Да кто "она"-то?

 — Молестия...

Это имя было созвучно с именем Селестии, но абсолютно ничего мне не говорило.

 — Кто это?

 — Это моя сестра...

 — Тогда чего ради мы бегаем от неё? И почему "Молестия", а не "Селестия"? Это третья сестра?

 — Эх... — Луна прижалась ухом к двери, чтобы послушать, не идёт ли к нам компания. — Ты должен знать, что у каждой кобылки есть период охоты. В этот период кобылка нестерпимо хочет, эмм... физической близости.

 — Ну, знаю. Охота бывает раз в полгода, на две недели в год кобылки вообще освобождаются от работы из-за этой физиологической особенности. При чём здесь принцесса?

 — Неужели ты не понял?

Я отрицательно покачал головой, так как и вправду ничего не понимал.

 — Сейчас этот период наступил у моей сестры.

 — Всего-то? И мы поэтому должны её бояться?

Луна опустила голову и села.

 — Ты не знаешь, о чём говоришь... У аликорнов охота проходит куда тяжелее — мы становимся монстрами, помешанными на сексе. Это как наши тёмные сущности, но... в несколько более светлом формате.

 — Но охота у одной и той же особи наступает в одно и то же время! Нельзя было, что ли, заранее подготовиться к этому событию?

 — В этом-то и дело, что готовиться было рано. Охота у Селестии должна было наступить только через полторы недели.

Я хмыкнул:

 — Ладно. Если надо, я могу пойти и удовлетворить её.

 — Не смей!

 — Но почему?

 — Раньше, ещё когда жеребцов было больше, чем кобылок, находились желающие отдаться принцессе на развлечение. Для всех для них это закончилось фатально — живой организм просто не может выдержать столько секса. Поэтому при встрече с ней сейчас лучше бежать...

 — ...И она притащит тебя к себе телекинезом!

 — Ах, да — аликорн не может использовать магию в период охоты...

Я снова хмыкнул.

 — В чём тогда проблема взять и обезвредить её тем же самым телекинезом?

 — В том, что ты не даёшь мне договорить! Магия также не может быть применена на аликорна в охоте.

 — С чем это связано?

 — Мы не знаем наверняка, но скорее всего это как-то связано с природным иммунитетом аликорна. Так вот. Наша задача — заманить её в специальную комнату с разными игрушками (понимаешь, о каких я игрушках?) и смыться, не попавшись ей.

 — Не лучше ли позвать подмогу? Где, кстати, вся прислуга и стража?

 — Все эвакуированы в срочном порядке. Заблокированы все выходы из замка, кроме одного — ближайшего к библиотеке. Если бы один из солдат, видевших тебя вчера, не вспомнил о тебе, то, возможно, ты бы уже попал в копыта Молестии, и тогда спасти бы тебя было очень сложно. Я решила не терять времени и пошла за тобой.

 — Спасибо. Это очень самоотверженно.

 — Да ладно. Я бы перенесла ночь с ней. Просто это моя сестра, а я не люблю родственных связей подобного характера...

 — Понимаю. А что с подмогой?

 — Несмотря на её кажущуюся физическую неподготовленность, с ней не совладает даже десяток самых сильных земных пони.

 — Тогда лучше унести отсюда ноги. Но сначала...

 — Тсс! Я, кажется, слышу её шаги.

 — Нам лучше спрятаться.

Луна кивнула и зашла в самый дальний угол кухни.

 — Подойди и прижмись ко мне.

Я выполнил её указание, не скрою, не без удовольствия. Она применила на нас заклинание статической невидимости. В этой невидимости мы могли видеть и слышать всё так же, как и обычные человек и пони, а нас, понятно, никто не видел. Но действие заклинания пропадёт, если один из нас сдвинется хоть на шаг... Впрочем, я привык подолгу находиться без движения, сидя за книгой. Сейчас, правда, это было сложнее — Луна вздрагивала от каждого шага своей сестры, гулко отдававшегося по одному из огромных коридоров замка.

Ручка двери несколько раз подалась вниз, а потом вернулась в первоначальное положение. Мы услышали злобное "ааргх!", и в следующий миг дверь с грохотом и треском вылетела из петель и упала, пролетев метра два — принцесса не захотела утруждать себя такими пустяками, как открытие двери более цивилизованным способом. Я рефлекторно вжался в Луну, а та, в свою очередь, пригнулась к полу.

В образовавшийся проход вошла Селестия. Грива и хвост её теперь переливались перламутрово-розовым цветом и были растрёпаны. Глаза принцессы светились безумием, левое веко чуть подёргивалось. Её улыбка, которой позавидовал бы любой маньяк, как нельзя лучше добавляла этой картине тона некого сумасшествия. Она осмотрелась, выругалась по поводу моего отсутствия здесь и ушла.

Луна сбросила заклинание.

 — Пронесло, кажись. Она, похоже, решила, что ты не знаешь про неё, и ищет тебя.

 — Ага. Ну и видок у принцессы.

 — И не говори. Ещё хочешь пытаться удовлетворить её желание?

 — Уже не очень.

 — И правильно.

Она осторожно высунула голову из дверного проёма.

 — Чисто. Пошли.

Теперь всегда приветливые коридоры Кантерлотского замка стали давить на меня. Встречаться с Молестией ещё раз мне не хотелось — слишком плохие воспоминания были связаны с её взглядом. Но если тогда взгляд выражал желание убить, то сейчас — изнасиловать меня так, что, согласно заверениям Луны, я не смогу выжить. Хорошие у меня перспективы...

Завернув за угол, мы чуть было не столкнулись с крупом принцессы. Она стояла и, кажется, напряжённо пыталась что-то придумать, чертя что-то копытом в воздухе. Чёрт, как она могла здесь оказаться?! Она вообще в другую сторону шла!

Мы с Луной испуганно попятились обратно за спасительный угол. Что ж, это было близко...

 — ПОПАЛИСЬ!!! — раздалось вдруг за нашими спинами.

Мне пришлось очень сильно постараться, чтобы не выругаться в голос. Молестия всё-таки заметила нас...

 — Бежим! — завопила Луна.

Мы рванули с места одновременно, но вскоре Луна была далеко впереди меня, а дистанция между мной и Молестией медленно, но верно сокращалась.

"Нет, я от неё так не уйду", — решил я и свернул направо. Может, она погонится за Луной, а я выберусь из замка и приведу помощь?

Однако, мои надежды не оправдались, и принцесса побежала за мной.

 — ТЫ НЕ МОЖЕШЬ БЕГАТЬ ВЕЧНО! — прокричала она. — ПОДЧИНИСЬ СВОЕЙ ПРИНЦЕССЕ И ОСТАНОВИСЬ!

Бегать вечно, я, безусловно, не мог, но и не собирался. Повернув направо, спустившись по лестнице и ещё раз свернув, я могу попробовать спрятаться в библиотеке. Там, в лабиринте книжных полок и стеллажей ей будет куда сложнее — из-за значительно большей инерции она не может маневрировать быстрее, чем я. Плюс недалеко нужный мне выход. Осталось только добраться до спасительного храма знаний раньше, чем обезумевшая принцесса доберётся до меня...

А топот её копыт слышался всё ближе и ближе. На то, чтобы оглянуться и посмотреть, у меня не было ни времени, ни сил, ни желания. Честно признаться, я уже начинал выдыхаться от быстрого бега. Но вот первый поворот направо и лестница. Я преодолел её, перескакивая чуть ли не четыре ступеньки за раз. До второго поворота осталось метров семьдесят, не более. Собрав в кулак всю свою волю и остатки сил, я побежал к повороту, словно заправский марафонец.

Позади послышался вскрик и глухой удар. Я не смог пересилить своё любопытство, и, притормозив, обернулся. Молестия, ругаясь и угрожая мне, пыталась подняться. Надеюсь, она ничего себе не ушибла...

До поворота я не добежал, а нарочито медленно дошёл, помахал ей ручкой (в ответ на вполне миролюбивый жест она зарычала, как дикий пёс, и немедленно вскочила) и поспешил скрыться за стеллажами. Грудь тяжело поднималась и опускалась, а губы расплылись в хищной улыбке. Адреналин... божественный наркотик. Это так потрясно! Чувство опасности теперь только подхлёстывало меня, как пришпоривает норовистого жеребца искусный наездник. Я буквально упивался этим чувством.

Разъярённая как бык Молестия со слегка помятой мордой вскочила в библиотеку и стала испепеляющим взглядом осматривать всё вокруг. Я решил немного поиграть с ней. Высунувшись из-за стеллажа, я поманил её рукой:

 — Эй, принцесса, не меня ли ищете?

Она вновь зарычала, наклонила голову так, чтобы рог служил ей копьём, и взяла разгон на меня. Естественно, я с лёгкостью уклонился от столь непутёвой атаки, просто сместившись в сторону, а нападавшая на полном ходу врезалась в бедный книжный шкаф, разнеся его тем самым в щепки.

Я скрестил руки на груди, покачал головой и неодобрительно зацокал языком:

 — Ай-ай-ай, как нехорошо! Разве вас не учили не шуметь в библиотеке?

От злости она попыталась повторить манёвр, но у неё опять не получилось, хотя её рог прошёл в опасной близости от моей руки, выставленной специально для того, чтобы поддразнить её.

Становилось жарковато. Я снял свою оранжевую футболку и помахал ею перед Молестией:

 — Торро!

Она рванулась на меня в третий раз, и в третий раз я увернулся. Правда, футболке не повезло — она осталась на роге Молестии. Принцессе же повезло ещё меньше: она врезалась в двойной стеллаж, и её рог застрял в нём. По сути, она сама загнала себя в угол. И мне бы, дурню, уносить оттуда ноги, пока можно не бояться принцессы, но нет же! Она оказалась в положении кошки, которая прищемила язык в мышеловке, и мне, конечно же, захотелось поразвлечься с ней.

 — Вы, принцесса, очень плохая пони.

Я прошёлся пальцем по её спине. Она попыталась отпугнуть меня крыльями, но ничего не вышло: я отпрянул, но затем вернулся к ней.

 — Вы чуть не разнесли на кусочки вашу библиотеку, чуть не покалечили меня и — о ужас! — порвали мою любимую футболку. Вас нужно наказать.

Белоснежный круп принцессы никогда не привлекал меня. Но сейчас на меня словно что-то нашло, и это что-то, вероятнее всего, было обычными кобыльими феромонами.

Я оценивающе помял её круп. Вначале она сопротивлялась, но потом, уловив моё желание, перестала. Тщательно прицелившись, я как можно резче наотмашь ударил её, получив в награду сдавленный стон. Я хорошо научился этому на Октавии, которой очень нравилось испытывать оргазм, усиленный болезненным жжением в крупе. Второй удар я перенёс на внутреннюю сторону бедра, чуть-чуть не задевая половые органы. Третий и четвёртый пришлись на другое бедро.

Круп Молестии из белого стал чуть розоватым. Самое время подразнить её, хе-хе. Чуть задев её половые губы, я принялся медленно водить вокруг них. Её тяжёлое дыхание говорило само за себя — ей явно хотелось большего. Но я не собирался давать ей то, чего она хочет — в конце концов, я не удовлетворяю, а наказываю её...

Последний, завершающий наказание удар я постарался сделать максимально сильным. Её вскрик подсказал мне, что получилось это у меня как минимум неплохо.

 — Войди же в меня! — зашипела принцесса.

 — Ну уж нет, — отмахнулся я. — Мне нужны силы, чтобы как следует извиниться перед Октавией.

 — Зачем тебе она? У тебя есть я!

 — Нет-нет-нет-нет, я и так зашёл слишком далеко.

Я развернулся и направился к выходу, но через несколько мгновений услышал треск ломающегося дерева и Королевский Кантерлотский Голос за спиной:

 — НИКТО НЕ СМЕЕТ ОТКАЗЫВАТЬ СВОЕЙ ПРИНЦЕССЕ!

Эх, чтоб тебя!

Похоже, ей совсем крышу снесло. Я попытался действовать по старой схеме — прятаться за стеллажами, но озверевшая Молестия без проблем разрушала мои укрытия, поднимая пыль и травмируя драгоценные фолианты. Мой мозг судорожно пытался состряпать новый план, но на ум не приходило ничего, кроме как включить скорость, максимально близкую ко второй космической. Может, это и есть лучший выход из ситуации?

После этих десяти минут передышки я значительно посвежел и побежал, пусть и незначительно, но быстрее принцессы. Бежал я, совершенно не разбирая дороги, и через несколько поворотов оказался в... уборной. Только я понял это слишком поздно — уже тогда, когда Молестия вбежала и перекрыла своей здоровенной тушей единственный выход.

 — Ну, и что ты теперь скажешь? — оскалилась она.

Я пока что молчал, приняв стойку баскетболиста и сконцентрировав всё своё внимание на ней.

 — Твоя беготня окончена, сладкий!

Принцесса начала медленно приближаться ко мне.

 — Лучше не подходите, принцесса! — воскликнул я.

 — Или что?

 — Или я парализую вас!

Она встала боком к выходу и расхохоталась; видимо, мой блеф показался ей слишком жалкой попыткой устрашить её. Однако, своей цели я достиг. Сорвавшись с места, я нырнул под Молестию, осознавшую свой промах и не успевшую отреагировать, вошёл в кульбит и вышел из него, находясь уже у двери.

 — Чао, принцесса!

Дверь за мною захлопнулась, оставив монстра наедине с собой. Я и не думал, что водить принцессу за нос — такое лёгкое занятие!

Из уборной донёсся страшный рык. Ох, и не поздоровится же мне, если она меня поймает! Лёгкой трусцой я направился за ближайший угол. Надеюсь, Селестия не будет помнить о том, что я с ней вытворял, иначе... иначе ближайшее тысячелетие я проведу на Луне, хи-хи-хи!

Моего настроения не испортил даже лязг выбитой двери уборной. Я был уверен, что сбегу от сумасшедшей принцессы в любом случае. Но, обернувшись, я понял, что ошибаюсь. Она настолько рассвирепела, что, кажется, хочет растоптать меня! Я ускорился, но Молестия была быстрее меня. Как назло, в этом коридоре не было поворотов.

Но не выход ли это там, впереди? Вроде бы, именно об этой двери и говорила Луна! Моральный подъём сказался и физически — я побежал так быстро, как только мог.

Пятнадцать метров до выхода.

Десять метров. Ветер свистит в ушах.

Пять метров...

 — ДОИГРАЛСЯ!!!

Мощным толчком сбоку меня отбросило на стену.

***

Очнулся я... а, чёрт его знает, где я очнулся. Башка раскалывается, блин... Сколько яблочной водки я вчера выпил? И зачем я вообще её пил? Я же трезвенник. Ну, вроде как...

Кхм, пора бы уже и глазки продирать. Зрение фокусировалось несколько секунд. Это не есть хорошо. Но ещё хуже было, что белая пелена перед глазами в процессе фокусировки медленно превратилась в морду Молестии, находившуюся в десяти сантиметрах от моего лица.

 — Проснулся, голубчик!

Я бы тебе ответил, сучка, если бы в висках так не стучало. Больно, чёрт... А я был так близок к спасению! А теперь? Принцесса, похоже, подарила мне сотрясение, и голова у меня болит от сильного удара об стену, а не от того, что я перебрал спиртного.

Сожмурившись так, что перед глазами поплыли разноцветные круги, я постарался "изгнать" Молестию — вдруг это всего лишь сон? Однако, попытки успехом не увенчались. Что ж, попытка не пытка. Пытка будет впереди...

Принцесса в зубах принесла мне поднос со стаканом воды и парой таблеток и поставила его рядом со мной.

 — Выпей. Полегчает.

 — Что это?

 — Одна таблетка — анальгетик, вторая улучшает потенцию. У тебя есть право выпить только одну из них.

 — Какая из них анальгетик?

 — А ты угадай.

Окей. Я без раздумий заграбастал обе таблетки и быстро проглотил их. Вода помогла мне освежиться.

 — Эй, ты снова играешь не по правилам! — возмутилась Молестия. — Ну ничего, я ещё придумаю, как тебя наказать.

Через пару минут боль стала утихать. Дать мне обезболивающее после того, что я вытворял с ней, было очень милостиво с её стороны.

Боль почти утихла, и я осмотрел помещение, в котором находился. Довольно просторная комната. Стены, на которых висят полки с хлыстами, наручниками, страпонами, журналами "Playpony" и Дискорд знает чем ещё, обиты мягкими жёлтыми коврами. На большой тумбе стоял проектор, заставленный кассетами с фильмами для взрослых пони, на противоположной стене висел огромный экран. Я же находился на кровати внушительных размеров. Ничего себе комнатка...

Молестия убрала поднос и легла рядом со мной.

 — Ты не связан, но убежать не пытайся — дверь ты изнутри не откроешь. Тебе лучше делать то, что я скажу, сладкий, иначе ты не выйдешь отсюда.

Намёк был слишком непрозрачным, чтобы его не понять. Справедливо решив, что незачем пробивать стену собственной головой, я согласился.

Я перевернулся к Молли, потёрся носом об её нос и лизнул её в шею. А шёрстка принцессы, оказывается, ванильная на вкус. Она хихикнула:

 — Перестань щекотать меня и займись делом!

Ну как хочешь, дорогая. Без лишних слов я переместил свои ласки к крупу и легонько погладил её вульву. Судя по её вздоху, ей понравилось.

 — Хороший мальчик... А я плохая. Очень. Отшлёпай меня!

Вау, да ей понравилось моё "наказание"! Мне тоже понравилось. И снова я покрываю её мягкую и сочную королевскую попку поистине беспощадными ударами. Всё же, садизм у меня в крови, раз я даже в постели люблю этим заниматься. Хотя какой уж тут садизм — восхищённые вскрики партнёрши совершенно ясно указывают на то, что это доставляет ей куда больше удовольствия, чем боли.

А теперь коронный приём! Я без предупреждения вонзил в вагину принцессы три пальца и быстро задвигал ими в ней. Крики Молестии стали громче, дыхание участилось, и она задёргалась в судорогах оргазма, всем телом подаваясь навстречу моим пальцам, всё ещё резвящимся в ней. Этот оргазм длился секунд пять.

 — А-ах... — выдохнула принцесса, вдоволь отдышавшись. — Это было захватывающе! Ты просто чудо...

Вот и всё. Не прошло и десяти минут. И это тот самый бесконечный секс, которого не выдержит ни один жеребец , и о котором мне говорила Луна? Да я даже не кончил!

 — ...Но ты же не думаешь, что это всё? — Н-да, похоже, Луна всё-таки не пустословила. — Ложись на кровать. Теперь мой ход.

Я послушался, лёг и попытался расслабиться. Она провела копытом по моей груди.

 — Ты такой приятный на ощупь. Я бы как следует исследовала тебя, если бы ты был умнее и не бегал попусту. А сейчас я вся истекаю соками и просто сгораю от нетерпения. — Принцесса переместилась к моему тазу и погладила член через штаны. — Я думаю, тебе эти тряпки сейчас ни к чему.

Одним лёгким движением она лишила меня остатков одежды и оценивающе осмотрела мой напряжённый и готовый к действию половой орган.

 — Интересно, интересно. Правда, я ожидала... большего.

Да что такое! Я скоро комплексовать начну, хотя мне выпало счастье быть обладателем не такого уж маленького агрегата, по людским меркам он больше среднего, близок к большому. Здесь же, в Эквестрии, член таких размеров считался не дотягивающим и до среднего. Но всё же я могу дать фору любому жеребцу — ни у одного жеребца нет пальцев и таких широких возможностей для ублажения кобылки ими.

 — Безвкусный, — Молестия лизнула его, — но всё-таки... — и заглотила полностью.

Меня засосало в ураган новых, приятных до потери сознания ощущений. Конечно, я испытываю подобное не в первый раз, но Молестия... одним словом, она обращается с членами слишком хорошо. Её язык нежно прошёлся снизу вверх по всей длине моего пениса, а затем губы сомкнулись на головке. Она принялась сосать его с такой тщательностью и энтузиазмом, будто он превратился в эскимо. Уже через несколько минут я был вынужден умолять принцессу остановить ласки, ибо чувствовал, что не протяну дольше. Но Молестия словно не замечала этого, и через полминуты я, будучи не в силах сдерживаться, кончил прямо в её глотку. Вообще, это считается многими пони моветоном, но принцесса, похоже, была не из таких.

 — Ммм, вкусно. Я думаю, стоит поделиться с тобой...

Молестия переместилась к моему лицу и поцеловала меня. Вкус собственной спермы оказался не таким противным, как я думал, и даже слегка раззадорил меня.

 — Отлично. А теперь продолжим!

Она вновь принялась играть языком с моим уже опадающим членом. Импульсы удовольствия от этого оказались настолько мощными, что мои колени стали подкашиваться. Если бы я сейчас стоял, то вряд ли удержался бы на ногах. Однако, мне сейчас нужно было взять паузу.

 — Принцесса, подождите... Дайте мне немного передохнуть и восстановиться, хотя бы пару минут!

Она приостановилась и покачала головой.

 — Ну уж нет. Ты и так слишком много отдыхал, пока бегал. Теперь время немного поработать!

Молестия развернулась так, чтобы её круп оказался напротив моего лица, и продолжила приводить моё мужское начало в боевую готовность. Теперь ощущения какие-то более... притуплённые. В первый раз я чувствовал её более ярко.

Принцесса призывно потрясла крупом, делая молчаливую просьбу начать делать хоть что-нибудь. Решив, что заставлять принцессу ждать сейчас ни к чему, я уткнулся лицом в её сочную попку и стал вылизывать её так хорошо, как только мог. Упиваясь её соками, я медленно водил языком по её вульве и смаковал каждый пройденный сантиметр. Секс захватывает... Вначале я вообще не хотел связи с принцессой, потом, чем дальше я заходил, тем больше мне это нравилось, и сейчас моё наслаждение только растёт! Кажется, естественные феромоны аликорна действуют куда сильнее, чем феромоны обычной кобылки.

Мой язык теперь стал совершать быстрые и широкие движения, а руки плотно сжались на крупе, массируя его. Иногда я даже проскальзывал языком в вагину принцессы, от чего она сладостно мычала и принималась более яростно вбирать мой член в свой рот. Да, она умеет делать партнёру приятно. Но я дам ей в этом стоочковую фору!

Я прекратил оральные ласки, но только для того, чтобы подготовить принцессу к одному особому ходу. Сперва я просто погладил вульву пальцами и осторожно проник в неё сначала двумя, затем тремя и, наконец, четырьмя пальцами и потихоньку задвигал ими в ней. Принцесса хмыкнула, мол, я это уже видела, давай что-нибудь новенькое. Я ухмыльнулся и вывел пальцы из неё, но только для того, чтобы погрузить в её лоно целый кулак. Соков принцессы было более чем достаточно для смазки, и поэтому кулак вошёл в неё довольно легко. Однако, она выпустила член изо рта и восхищённо ахнула в знак одобрения.

Решив узнать, на сколько её хватит, я стал продвигать кулак всё глубже и глубже, пока она, наконец, не попросила остановиться. Итак, моя рука зашла в неё до половины локтя... Я снова вывел руку и снова медленно вошёл в неё на максимальную глубину. С каждым разом я ускорял темп фрикций, и на каждую фрикцию Молестия отзывалась стоном наслаждения. Но когда темп стал довольно быстрым, её стоны перешли в восторженные крики, и она, извиваясь и выгибая спину, словно кошка, бурно и мощно кончила.

 — Ты лучше, чем я думала. Гораздо лучше. И я не отпущу тебя, пока не наиграюсь вдоволь...

К этому моменту я тоже подходил к пику. Молестия развернулась лицом ко мне.

 — Теперь самое сладкое.

Принцесса оседлала меня. Головка моего члена соприкоснулась с половыми губами, и я оказался в ней. На удивление, её вагина показалась мне даже тесноватой — настолько плотно она обхватывала меня.

И началась дикая, бешеная скачка принцессы на мне. Я думал, что она раздавит меня всем своим весом, просто случайно плюхнувшись на меня слишком сильно. Но принцесса каким-то образом балансировала на грани скорости и равновесия. Животная прелюдия, взявшая своё продолжение в не менее животном сексе. Я чувствовал себя немного грязным.

Однако, это чувство не помешало наступлению моего второго оргазма. Я закатил глаза. Мои бёдра сами задвигались по направлению к разгорячённой вагине Молестии, и я с шумным вздохом излился в её лоно.

 — Ты превосходен, Алекс!

 — Да?.. Ну спасибо.

 — Нет, это мне стоит благодарить тебя. И сейчас я сделаю это...

Я не возражал лишь только потому, что знал — возражать бесполезно. Не думаю, что принцессе снова удастся поднять мой член — он устал, ему нужен отдых, время на выработку спермы! В надежде, что она всё же не останется глуха к моим словам, я попросил её об отдыхе вновь, и вновь получил мягкий, но не терпящий возражений отказ.

На третий оргазм я израсходовал остатки своей спермы, и этот оргазм был хоть и сильным, но болезненным. Луна, чёрт тебя побрал, когда ты уже придёшь с помощью? Я не выдержу ещё одного раза. Не выдержу...

 — Знаешь? — хитро улыбнулся мой ненасытный монстр. — Я думаю, нам не хватает игрушек и жаркого анального секса!

Дискорд бы её побрал со всеми её игрушками!

Она достала с полки довольно крупный экземпляр из коллекции страпонов.

 — Поворачивайся и наклоняйся.

ЧТО-О?

 — Поворачивайся и наклоняйся, я сказала. Это твоё наказание. Чего ты так смотришь?

 — Нет.

Её взгляд посуровел.

 — Нельзя отказывать принцессе... У тебя есть шанс исправиться.

 — Я сказал, нет.

 — М-да... — Принцесса посмотрела куда-то в пол. — Ты или очень смел, или мазохист, раз отказываешься от такой чести. Повторяю в третий и последний раз: готовь попку, или я переломаю тебе рёбра.

Вот, значит, как.

 — Нет.

 — Теперь не вини меня.

Небольшая комната — не самое лучшее место для маневрирования, но я всё-таки смог уклониться от пары её ног, намеревающихся лягнуть меня, и с усмешкой пнул её под зад.

 — Это всё, что вы можете, принцесса?

Она оскалилась и бросилась на меня рогом, как в библиотеке, но я и от этой атаки кое-как уклонился и оказался у неё за спиной. Запрыгнув на неё, я изо всех сил сдавил её рёбра и ударил по рогу. Нечеловеческий крик пронзил мои уши. Спрыгнув с неё, я как следует толкнул её на кровать и срочно отправился искать что-то, чем можно хотя бы отбиться. Но ничего такого я не нашёл. Острых предметов не было, не было стульев, тумба была намертво привинчена к полу. Хотя.. несколько кнутов и верёвки здесь всё-таки нашлись.

Едва она стала приходить в себя, я снова ударил её и связал сначала верёвками, а потом кнутами. Самый увесистый кнут я оставил себе на всякий случай, сел на пол, прислонился к мягкой стене и устало отёр лицо от пота и соков принцессы. Можно передохнуть...

Вопреки ожиданиям, мои путы продержались недолго — стоило Молестии оклематься, и она разорвала их, словно это были обёртки от конфет.

Мы вскочили одновременно.

 — СЕЙЧАС ТЫ ЗА ЭТО ЗАПЛАТИШЬ!!!

Молестия снова попыталась лягнуть меня. На этот раз я не смог увернуться и получил настолько сильный удар в солнечное сплетение, что меня отбросило назад, как какую-нибудь подушку. Естественно, моё дыхание не просто сбилось. Я не мог ни вдохнуть, ни выдохнуть, а лишь лежал и смотрел, как ухмыляющаяся морда принцессы смотрит на поверженного меня. Аарх, эта боль... Селестия будет жалеть о том, что сделала Молестия. А я буду жалеть о том, что не смог постоять за себя...

 — Итак, что я тебе говорила? — начала она зачитывать мораль. — Я говорила тебе, что ты заплатишь за это. Ты заплатил? — Я закашлялся. — Да, более чем. Принцесса всегда держит своё слово. А ещё я говорила тебе, что я сломаю тебе рёбра. Я такое говорила? — Она толкнула меня копытом. — ОТВЕЧАЙ!!!

Я смог набрать в себя немного воздуха и сказать "да".

 — Прекрасно! И сейчас я собираюсь сделать это.

Её переднее копыто оказалось на моей груди. Сначала я почти не чувствовал его веса, но Молестия давила всё сильнее и сильнее. Неужели я сдохну вот так?..

Я подумал о Тави. Хотелось бы верить, что она меня ещё любит. Хотя нет, ведь тогда она будет скучать по мне. Она будет горевать. Она возненавидит принцессу за то, что она сделала. Она совершит суицид, наверное. А во всём буду виноват я, потому что именно я не смог отразить атаки Молестии, не смог пересилить себя и не задерживаться тогда, в библиотеке, не смог просто выдержать сексуальные пытки, и теперь выдерживаю пытки физические.

Пить хочется...

Совсем скоро давление копыта Молестии стало не просто болезненным, оно стало невыносимым. И я уже сдался, свыкся с тем, что я уже труп, что этот монстр убьёт меня, но... во мне проснулся мой собственный монстр.

Не взирая на боль, я собрал остатки своих сил и через "не могу" скинул с себя её копыто. Подобрав кнут, я безжалостно хлестнул её по лицу. Она взвизгнула и закрыла глаза на мгновение. Но этого мгновения мне хватило, чтобы приблизиться к ней и что есть мочи ударить по рогу. Теперь она дезориентирована, и я волен делать с ней всё, что пожелаю...

Перехватив кнут поудобнее, я ударил её поперёк спины. Крик её страданий вознаградил меня сполна. Отправив её пинком на пол, я снова ударил её по рогу.

 — Не сдержишь ты своего слова, сучка.

Теперь настала очередь Молестии прокатиться на этом аттракционе... Я принялся хлестать её кнутом, вкладывая в каждый удар нечеловеческую агрессию и силу. Я мстил ей. Мстил за себя, мстил за жеребцов, которых она замучила сексом, мстил за всех, кто пострадал от Молестии. И каждый удар доставлял мне радость и прилив сил! Каждый её крик казался мне нотой, и я кнутом исполнял симфонию боли и стонов на её теле, и эта симфония услаждала мои уши лучше любой музыки.

От её спины и боков вскорости не осталось ничего, что могло бы своим видом напоминать о белой шёрстке. А моя злость не утихала. Молестия умоляла меня о пощаде... только первые двадцать с чем-то ударов. Я остался глух к её просьбам, равно как и она к моим некоторое время назад, и резкие, со свистом рассекающие воздух удары вновь опускались на то кровавое месиво, что когда-то звалось её спиной. Какой же экстаз я от этого испытываю! Она уже даже не кричит и даже не стонет, она просто попискивает — сил стонать у неё уже не осталось.

Я отбросил окровавленный кнут только тогда, когда уже не мог опустить его с силой достаточной, чтобы причинить боль. Эффект адреналина в моей крови спадал, нейтрализуясь норадреналином. Блаженная усталость разлилась по всему телу. Тяжёлое дыхание постепенно приходило в норму. Я лёг рядом с принцессой, которая, похоже, лежала без сознания уже несколько минут, приобнял её за нетронутую кнутом шею и прошептал на ухо:

 — Ну вот мы и квиты, дорогая.

Через некоторое время дверь открылась, и в проёме показались стражники во главе с Луной. От вида Молестии ахнули все.

 — Алекс? — Левое веко Луны нервно задёргалось. — Это... это ты с ней сделал?

Слова принцессы ночи доходили до меня, словно сквозь толстый слой ваты. Я не понимал, о чём она меня спрашивает.

 — Принцесса... вы пришли!

***

В какой раз за день я уже отключаюсь?

На сей раз я очнулся в больничной палате. Рядом со мной сидела моя особенная пони.

 — Тави... — едва слышно позвал я её.

 — О, Алекс! — радостно воскликнула она. — Хвала Селестии, ты очнулся!

 — Так... ты меня ещё любишь?

Она недоумевающе посмотрела на меня.

 — С чего бы я тебя разлюбила?

 — А как же... Страйк? Ты ведь обнимала его...

 — Обнимала?

 — Когда я нашёл вас, вы целовались, и ты его обнимала... Или я слишком сильно ударился головой?

 — Я пыталась оттолкнуть его. Неужели это выглядело как объятия?

 — Да, вообще-то... Мне стоит попросить прощения за то, что я сомневался в тебе. Прости меня.

 — Я простила тебя ещё тогда, когда ты скинул его с меня. Ты подоспел вовремя. Вот только Винил... Я не думаю, что она будет лояльно относиться к тебе теперь.

 — Неважно. Всё равно я скоро покину этот мир.

 — Что? — Глаза поняши округлились. — Ты что, решил свести счёты с жизнью?

 — Нет. Селестия через неделю телепортирует меня в мой мир.

 — Как? — Её голос задрожал. — Почему она наказала тебя так жестоко?

 — Я сам её попросил.

 — Но... почему?

 — Несколько дней назад я нанёс тяжёлую травму Страйку. Сегодня я исполосовал Селестию кнутом. Где гарантии, что завтра я не покалечу тебя?

Вопрос остался без ответа.

 — Поэтому я и попросил её выслать меня отсюда. Может быть, когда-нибудь Твайлайт или ещё кто-то вернёт меня, и мы встретимся вновь. Пока что мне не место в этом мире.

Её глаза наполнились слезами, но она не сказала ни слова в возражение. Она меня понимает...

На несколько минут воцарилось молчание. Нарушил его вошедший в палату личный врач принцесс. Он попросил Октавию покинуть палату и стал опрашивать меня после того, как она ушла.

 — Как себя чувствуете, больной?

 — Пить хочется.

 — Неудивительно. Вас доставили сюда с сотрясением мозга и обезвоживанием. Объясните пожалуйста, если не сложно, чем таким вы занимались, что получили сразу две таких травмы?

 — Я занимался сексом, док...