Автор рисунка: Devinian
Под властью эмоций Город Рабов. Часть вторая

Город Рабов. Часть первая

Грифкволл — ранее город рабов, куда свозили плененных солдат и военачальников во время Великой Крылатой Войны, в которой победили пони. Этих пленников заставляли работать на шахтах, где те добывали камень и многое другое. Ныне город стал свободным. В нем не было следов рабства, лишь напоминание о тех временах, собранные в золотых статуях, расставленных в разных его частях. Но хоть он и стал другим, в нем еще содержится рабство, но только оно уже в другой степени смысла этого слова.

Целую неделю пони добирались до Грифкволла, останавливаясь в мелких поселениях местных жителей, которые без всякой жадности давали им еду — единственное, что нужно было путешественникам в то время — а те, в свою очередь, им помогали, чем могли. И в конце-концов они добрались до города. Стоя на горе, они взирали всю необычность, всю красоту этого легендарного города грифонов. Он был разделен на две части: Верхний и Нижний. Как можно было догадаться, в Верхней части проживали зажиточные купцы, дворяне и многие другие, кто имеет огромное состояние и особое место в обществе. А в Нижней части проживали низшие сословия: бездомные, бедные, зебры и другие, кто практически ничего не имел. Пока пони смотрели на город, пегаска заметила главную достопримечательность — в расщелине, куда прибывают корабли, на скалах, противоположно друг другу, находились золотые статуи рабов, прикованные огромными цепями, которые прикрывали свои лица копытами Насладившись видом, пони направились вниз, прямо к воротам города.

Как только они оказались у самих ворот, то их сразу встретили пони с серьезным видом в кольчужной броне и небольшим мечом, находящимся в ножнах. Пройдя мимо них, они направились дальше, но как только они отошли, те пони сразу же повернули голову в сторону уходящих гостей. И на их лицах была печаль. Ланс и Блади оказалась в Нижнем городе — районе бедняков. И, к слову, он выглядел не очень-то красиво: повсюду сидели пони, просящие милостыню, бедноватые лавки, где продавали ножи, ложки — в общем нужное по хозяйству. Пройдя это место, они направились дальше. Но как только те оказались в переулке, их остановили грифоны, одетые в серебряные латы, на которых был один и тот же знак — сияющий меч в щите.

— Так-так-так, кто это у нас? Пегаска и земной пони? — как было понятно, это говорил их командир, так как он сильно отличался от других. На нем не было шлема, а доспехи выглядели более красивее. — По законам Грифкволла в этом городе не должно быть пегасов — ни рожденных здесь, ни приезжих. По закону этого города мы в полном праве можем убить пегаску.

— Только тронь ее и ты труп! — злобно процедил земной пони, готовясь к очередной драке. Но латники лишь сильно рассмеялись.

— Ой, Создатель, ты нас уморил. Ты? Земной пони без брони и оружия? Сможешь противостоять нам — храмовникам — истинным рыцарям Создателя? — после этих слов командир начал сильнее смеяться. Когда хохот закончился, тот продолжил. — Ладно, и его можно убить. Если что, скажем “Сопротивлялся при совершении суда”.

— Если вы, конечно, сможете после этого говорить, что я вам вряд ли гарантирую. — тем же злобным голосом произнес Ланс. После этого грифоны в латах и еще с мечами и щитом начали медленно подходить к недавно прибывшим гостям.

За короткий промежуток времени они полностью окружили пони, собираясь покончить с их жизнями. Готовясь к удару, один из грифонов набросился на пегаску, после чего к нему присоединились и другие. Блади, в свою очередь, попыталась взлететь, но как только она оторвалась от земли, ее сразу же сбили. Командир, подойдя к бедняжке, замахнулся, собираясь прикончить пегаску, но неожиданно его сбил принявший темный облик Ланс. Тот, встав на ноги, не мог поверить своим глазам и, как и все остальные, стоял в шоке. Но земной пони не стал дожидаться, пока они придут в себя и начал свою атаку. С той болью в крепости изумрудных псов он приобрел еще один фокус и решил его использовать. Сконцентрировавшись, он ударил копытом в землю, образовав в ней небольшую трещину. Вскоре из этой трещины полезли темные сгустки, которые, взлетая в воздух, охватывали тела, словно щупальца. Вскоре все, кроме самого командира, были схвачены.

— А теперь проверим, есть ли у тебя сердце. — проговорил земной пони, напрягая голову, после чего, с помощью некой связи с ним, сгустки начали сжимать грифонов, что приводило к невыносимой боли. — Будешь ли ты просить отпустить их? Или они погибнут в мучениях? — с садисткой улыбкой произнес он. Грифон попытался обрезать эти “щупальца”, но все было тщетно, так как те были крепче стали. Тогда он взглянул в глаза Ланса. В них он не видел ни злости, ни ярости, ни гнева, ни даже жажды убить их. В его глазах виднелась лишь забота за свою подругу.

— Я так понимаю за их освобождение ты потребуешь что-то? — спросил грифон.

— Лишь немногое. Не сообщай о нас никому — ни начальству, или как у вас тут оно зовется. Никому! Все ясно? — проговорил земной пони, собираясь уже отпустить пленных.

— Хорошо. Я принимаю условия. — после этого темные сгустки освободили латников, возвращаясь в тело земного пони. — Надеюсь, мы больше не встретимся.

— Я тоже надеюсь. — грифоны ушли, оставив пони одних. Ланс подал копыто пегаске, которая до сих пор лежала, — Ты как?

— В норме. — она схватила копыто земного пони, — Давай лучше пойдем дальше, пока на кого-нибудь еще не наткнулись. — но как только она встала на ноги, то сразу же послышался женский голос.

— Интересная у тебя способность, — Ланс быстро обернулся, заметив фигуру, стоящую в тени.

— А вы, собственно, кто? — делая удивленное лицо, поинтересовался земной пони.

— Простите за мое невежество. Я — Лианда, Защитница Грифкволла. — она вышла из тени на свет, показав себя. Это была единорожка пепельного цвета шкурки с угольного цвета гривой. Сама же она была одета в доспехи, состоящие из черных пластин, которые покрывали почти все тело, кроме шеи, где выступал мех, и левой передний ноги, которая ничем не была покрыта. На голове был капюшон, который не позволял увидеть лицо единорожки, а из-за брони — метку. Но незнакомка все же решилась открыть лицо. Сняв капюшон, она продолжила разговор, — Я так понимаю, вы не отсюда. И, наверное, не знаете всех правил в этом городе. Что ж, я вам могу помочь. За мной, быстрее!

Клоака — можно так сказать, третья часть города. Место, где находятся беженцы из разных городов и стран, жители, которые потеряли все и вынуждены были жить тут. Именно в этом месте царит полная нищета, а в воздухе витает мерзкий запах гнили. Каждый, кто живет в этом месте, погибает то от голода, то от какой-либо болезни. Заботиться, а тем более помогать — никто не хотел — ни высшее общество, ни сама власть. Им было глубоко наплевать на них, как и на всех жителей Нижнего Города. Лианда вела новоприбывших пони именно туда, но зачем? Ланс и Блади этого не понимали. Спустившись на лифте, они направились к, как она сказала, её знакомому. Путь до него не занял очень много времени. Как только они дошли, перед нимипредстала сцена, где единорог кремового цвета со светлой гривой колдовал над телом умершего жеребенка. Охватив его своей аурой, он пытался что-то сделать, но ему это не удавалось, пока он не выложился на все силы. Жеребенок тяжело вздохнул, вернувшись в мир живых. К нему сразу же подошел жеребец и обнял его, поблагодарив целителя от всей души. Закончив смотреть на это представление, они стали подходить к единорогу, а Лианда, в свою очередь, подойдя к нему, поцеловала его в губы.

— Позвольте представить. Это Андерс — мой будущий муж и местный врач, если можно так сказать. — проговорила единорожка с некой улыбкой.

— Приветствую, — тот слегка поклонился. Вдруг у него появилось какое-то странное чувство. — Я чувствую, что здесь есть одержимый. Наверно, ложное чувство.

— Одержимый? — удивленно повторила пегаска.

— Одержимый — это единорог, в котором находится некий дух или демон, который жестоко и крайне болезненно изменяет своего “хозяина” до неузнаваемости. — объяснила Лианда. — Частенько такими становятся единороги, которых заставляют пройти ритуал, после которого не многие выживают.

— Ясно. Что ж, тогда тебя чувство не подводит. — без радости в голосе произнес Ланс.

— В смысле? — спросил Андерс, сначала не понимая, но потом до него все-же дошло, — В тебе находится дух?

— Да. И находится уже пятнадцать лет. — эти слова не на шутку испугали единорогов, в особенности Андерса.

— Столько лет и ты не изменился?

— Ну есть мелкие изменения. Цвет шерсти, гривы, глаз и метка. А что-то более — нет. — проговорил он, опуская голову. Рассказывая о Тьме, он вспоминал Мейнбург и Понивилль, как этот чудный город горел ярким пламенем. — Я... я больше не хочу говорить на эту тему. Слишком... тяжело.

— Мы понимаем. — ответила Лианда. Наступила тишина, которую она же и прервала. — Ну что ж, давайте я вам расскажу об этом городе.

Грифкволл был основан очень давно — еще в века, когда Селестия и Луна еще были маленькими. И тогда его превратили в пункт для рабов, пойманных солдат и военачальников. Многие века рабы убивались, добывая железо, медь, золото и прочее. Многие из них замертво падали в шахты, где их и закапывали. Но численность “рабочих” стала увеличиваться, когда между Эквестрией и Советом Грифонов разгорелась ожесточенная война. И началась она лишь из-за простой зависти к стране Селестии, точнее из-за зависти к ее землям. И грифоны стали драться, готовые глотки грызть, чтобы оттяпать кусочек земли. Но каждое сражение для них оканчивалась очередным проигрышем. И тогда они разработали план, где всех рабов — пони, минотавров и зебр — заставляли принять их веру. Веру в Создателя. Кто отказывался, тому кинжал в сердце и вперед под землю. А тех, кто принимал, отправляли на войну, где брат против брата сражались. Совет Грифонов сделал свое дело — захватил малую часть Эквестрии. И после этого война была окончена. Вскоре, после окончания Великой Крылатой Войны, пони начали плодиться. Да расплодились так, что уже были готовы управлять целой страной. И тогда был создан орден Храмовников — рыцарей в латах, служителей церквей, жестоких тиранов. Они сделали все, чтобы полностью уничтожить надежды пони — братьев по их вере. Земных пони начали ссылать на тяжелые работы в шахты, но при этом выдавали им кое-какое жилье и зарплату, единорогов свозили в специальные башни, где они под надзором храмовников тренировались магии, а пегасов ждала более тяжелая участь. У них было два выбора: либо им отрезают крылья, либо их убивают. И, как можно догадаться, почти все пегасы погибли, кроме тех, кто успел улететь. Шли века, и жизнь пони в чужом краю стала ухудшаться все больше и больше. К ним начали относиться, как к ненужному мусору. Единорогов стали жестоко притеснять, запрещая пользоваться магией без особого разрешения. А маленьких жеребят-пегасов убивали сразу. В общем, жизнь пошла к черту.

— Вот, это все, что я могу вам рассказать. — проговорила Лианда, сдерживая эмоции. — Каждый из нас побывал в башнях, а Андерс вообще семь раз. Если тебя заподозрят в использовании запретной магии или в союзе с демонами, то тебя без всяких вопросов просто убивают, даже не разбираясь ни в чем. Поверьте, это... это просто кошмар. Ад на земле.

— Ясно. — после паузы произнес Ланс хриплым голосом. — Спасибо за рассказ. Я... я пожалуй пойду наверх. Блади, если хочешь, можешь остаться здесь. Ну... подольше поговорить с Лиандой, рассказать о Эквестрии.

— Хорошо. — ответила пегаска, после чего земной пони ушел. — Эх, бедняга.

— Что случилось? — поинтересовалась единорожка, после чего и ее жениху стало очень интересно.

— После того случая он совсем раскис.

— После какого случая? Давай, не томи! — возбужденно, чуть ли не выкрикивая, любопытствовала та.

— Неделю тому назад мы попались в лапы работорговцев. В общем, Ланс поддался эмоциям, вызванных мыслью о стольких загубленных жизней, и с помощью своей темной силы истребил их всех до единого. Более подробно описать не могу. Могу лишь сказать, что крови было очень много, как и трупов, включая и их главаря. — рассказала Блади, замечая слегка шокированные лица единорогов.

— А откуда эта сила, ты случайно не знаешь? — полюбопытствовал Андерс.

— Эта сила у него от духа, Тьмы. — ответила пегаска. После этих слов единорог тяжело сглотнул, а глаза его уменьшились до размера горошины. — Знаете, давайте лучше оставим эту тему. Я сама о Лансе очень мало знаю, так как знакома с ним лишь неделю. Давайте лучше я вам расскажу, что твориться в Эквестрии... ну что творилось, пока меня не забрали.

Ланс не спеша шел по улочкам Нижнего города, иногда поворачивая голову в сторону очередного бедняка, пытающегося хоть как-то прожить. Этот город — тяжелое испытание для пони и не только для них. Немногие из них могут это испытание пройти, погибая от голода, болезни или несчастного случая. Именно в этом месте хорошо показано, как грифонам глубоко наплевать на других, будь это даже брат или сестра по вере. И в данный момент земного пони терзала злость, которую он кое-как мог сдерживать, чтобы та же история с изумрудными псами не повторилась. Он не хотел смертей, так как убивать — это не его принцип. Ланс бы продолжал идти, но вдруг он краем глаза заметил, как небольшой отряд храмовников, состоящий из трех грифонов, прижали единорожку к стене, схватив ее за горло. Земной пони стал наблюдать за ними, но, к сожалению, что они говорят, он не услышал. Превратившись в дым, он быстро переместился к ним поближе, вернувшись себе свой образ в тени. Именно отсюда земной пони начал слышать разговор.

— Ах ты ж, мелкая дрянь! А ты знаешь, что за побег из Башни Круга Магов грозит серьезное наказание! Ты знаешь какое? — произнес грифон, держащий единорожку за горло.

— Пожалуйста, не надо. Только не Усмирение. Что угодно, только не это! — истерично умоляла та, плача. Ланс не знал, что за “усмирение”, но ему было достаточно слез, чтобы разобраться с храмовниками. Находясь в тени, он принял темный облик и решил сделать исключение насчет убийств. Их судьба уже ясна.

Обратившись в дым, земной пони оказался за спиной храмовника, держащего единорожку, и одним лишь ударом копыта отправил того в ближайшую стену. Этим он освободил бедняжку, после чего та куда-то убежала. Но Лансу было все равно куда. Главное — она в безопасности. После этого трое грифонов в латах разом накинулись на земного пони, но тот успел увернутся, применив фокус с дымом. Пока они лежали, встретившись друг с другом, пони проткнул одного из них темным клинком, который появился за секунду до соприкосновения с телом погибшего. Осталось двое. Они, заметив кровь под своим товарищем, сразу же разделились и решили напасть с двух сторон, чем и совершили серьезную ошибку. Ланс, ударив копытом в землю, заставил темные сгустки схватить грифонов, после чего начал сжимать их, принося просто невыносимую боль. Но вскоре земной пони решил остановиться, подойдя к пленникам почти вплотную.

— А вы знаете, что девушек бить нельзя? А? Вы знаете, что нельзя их хватать за горло и прижимать к стене?! — яростным голосом проговорил Ланс. — За это вы будете умирать, долго.... и мучительно. — с садисткой улыбкой произнес он, образуя в копыте подобие змеи, которое сразу же превратилось в дымок. Он поднес копыто к голове первого грифона, где этот дымок сразу же забрался в щель шлема, а уж потом в нос. И эффект не заставил долго ждать. Через несколько секунд храмовник начал истошно кричать от боли, пока через несколько секунд не умер. Настала очередь второго.

— Нет, прошу не надо! У меня жена, скоро будет ребенок. Не оставляй их без кормильца в семье! — начал говорить грифон юношеским голосом, который давал понять, что он еще не до конца ощутил жизнь. И тут у земного пони что-то екнуло в сердце.

— Ладно, можешь идти. Но перед этим... — земной пони вновь образовал ту же змею, — ... но перед этим я подстрахуюсь. Если расскажешь обо мне или о том, что здесь случилось — то тебя будет ждать та же участь. А единорожку я возьму под свою опеку. Все ясно?

— Д-да! — кивнул тот, после чего был отпущен. Он быстро улетел в направлении Верхнего города. Ланс уже собирался тоже идти назад к Блади, но его остановила та самая единорожка, которую поймали храмовники.

— Спасибо. Большое. — мягким голосом произнесла та. — Если бы не вы, то меня бы усмирили. И... и... — на этом единорожка начала плакать, представляя все, что могло случиться, если бы Ланс не пришел на помощь.

— Ну, не плачь. Сейчас мы пойдем в Клоаку — там у меня друзья. Они помогут. — успокаивал её земной пони и вскоре она успокоилась и согласно кивнула.

А в это время Блади продолжала говорить с недавними знакомыми, которые с большим интересом слушали рассказ. Она рассказывала, как ее отец победил народ Теней, отдав при этом жизнь. Закончив рассказ, она грустно улыбнулась, вновь вспомнив отца. К этому времени пришел земной пони вместе с единорожкой.

— Что случилось? Кто это? — удивился Андерс, смотря на едва заметные побои на бедняжке.

— Это... — Ланс слегка запнулся, не зная ее имени

— Линн. — ответила единорожка.

— Да. В общем, я спас ее от храмовников, — проговорил он. — А, кстати, они хотели наказать ее с помощью какого-то “усмирения”. Что это?

— Усмирение — это жуткий ритуал. Во время его единорогу отрезают рог, забирая возможность колдовать, и промывают мозги до такой степени, что единорог после этого не может видеть снов, не имеет чувств и эмоций. Он превращается просто в существо, не имеющего смысла жизни. — объяснил лекарь. — А за что тебя хотели усмирить? — обратился он к Линн.

— Я... я просто сбежала из башни, разбив при этом амулет. Но... я не знала куда идти и поэтому осталась в городе. И вскоре меня нашли. — сказала та.

— Ясно. А что ты можешь нам рассказать о происходящем в башне?

— Могу лишь сказать, что все стало намного хуже. Командор Мередит ухудшила жизнь нам, все больше и больше притесняя. Краем уха я услышала, что она готовит массовое усмирение всех в башне, поэтому я и убежала.

— Массовое усмирение?! — яростно повторил Андерс, покрываясь синими пятнами.

— Что это с ним? — спросил Ланс.

— Понимаешь ли, в нем тоже есть некий дух. Справедливость. Но вскоре этот дух превратился в Месть.

— Они! Не! Должны! Совершить! Ритуал! — полностью поддаваясь власти духа, произнес единорог.

— Знаете, давайте вы лучше пока выйдете. Надо его успокоить, а то будет очень плохо. Я хорошо помню, как он в приступе своей ярости чуть ли не убил ни в чем неповинную единорожку, которая так же сбежала из башни и очень хотела повидаться со свой матерью. Эх, еле остановила.

— Хорошо. Мы тогда чуть позже зайдем.

Блади и Ланс вышли из местного “медицинского пункта”, направляясь к лифту. Поднявшись наверх, они сразу же заметили, что наступил вечер, а это значит, что быть незаметными шанс возрос. Продвигаясь по темным улочкам, они замечали до сих пор сидящих бедняков, которые за свое время уже успели кое-что заработать, но этого хватит лишь на кусок хлеба. Но помимо того, что один из храмовников может их сцапать, у них появилась одна проблема — именно вечером начинают появляться всякие бандиты, работорговцы и контрабандисты, которые зарабатывали на жизнь более жестоким способом. И теперь у пони есть причина идти не спеша и оглядываться. Хоть они и хорошо дрались, но лишних стычек сейчас не очень хотели, особенно Ланс.

— Слушай, а может лучше на крышу залетим. Ну, чтобы нас не поймал всякий сброд? — предложил земной пони, но что-то пегаску смутило.

— Залетим? Ты же не... — не успела она закончить фразу, как тот образовал темные крылья. — Ах да. Я забыла, что ты так можешь. — это заставило его усмехнуться. После этого, они, взмахнув крыльями, взмыли вверх. Приземлившись на ближайшей крыше, откуда их никто не сможет увидеть, они стали рассматривать весь Нижний Город. Некоторые бедняки потихоньку брели по домам, а оставшиеся ждали неизвестно чего. Вскоре настала ночь. Луна заступила в свои права, а ее вечные спутники — звезды — начали потихоньку появляться на небосводе. Через несколько минут все накрыло тишиной, которую изредка прерывал треск факелов.

— Красиво, не правда ли? — неожиданно прозвучал женский голос позади. Повернув голову, пегаска и земной пони увидели Лианду, которая улыбалась.

— А как ты сюда забралась? — поинтересовалась Блади.

— Ну, с помощью магии. — ответила та. — В общем, я смогла его успокоить. Но теперь осталась еще одна проблема. Как остановить ритуал?

— Очень просто. Нанести визит в башню. — проговорил Ланс, поднимая свой взор на огромную башню вдали.

— То есть, ты предлагаешь нам напасть? А не звучит ли это безумно? Там тысячи храмовников, которые всегда готовы вонзить свой клинок в чье-либо сердце, — проговорила она.

— Но и мы не так слабы. У нас два единорога, владеющие, как я думаю, сильной магией, два одержимых духами и одна пегаска, которая может за себя постоять. Чем мы хуже? — спросил земной пони.

— Тем, что нас очень мало, — сразу же ответила Лианда.

— А разве нет тех, кто с радостью пошел бы с нами? Кому-то ведь точно надоело это рабство. Ты созови всех, кого найдешь. У нас, конечно, не очень много времени, но все же ты постарайся. — серьезным и весьма настроенным к бою голосом проговорил Ланс.

— Хорошо, я постараюсь. Заодно и Андерсу скажу. Ой, как он обрадуется! — с этими словами единорожка исчезла во вспышке магии.

— Значит, мы будем драться? — спросила пегаска, подходя ближе к земному пони.

— Да. Мы будем драться!