Свергнуть Принцессу

Тот факт, что две сестры провели Эквестрию через тысячи лет мира еще не означает, что нет тех, кто считает, что может лучше С помощью мощного артефакта группа ополченцев заблокировала Селестию в своем замке и лишила ее власти. Как только пал последний стражник, она слышит стук в тронный зал и чувствует, что ее конец близок...

Принцесса Селестия Принцесса Луна ОС - пони

Fallout Equestria: Обличье Хаоса

Казалось бы, проснуться с простреленной головой – не самый лучший способ начать жизнь с чистого листа, но что, если ты это заслужил? «Каждый пони, подобный мне, должен получить пулю в лоб – хотя бы один раз». А когда потерявший память Рипл по прозвищу «Два-Пинка Рип», бывший до этого предводителем рейдеров, обнаруживает, что его ненавидит вся Пустошь, то начинает видеть свои раны в совершенно новом свете. На этом пути, что на одну половину состоит из мести, а на вторую из попытки искупить свои грехи, он должен будет избавить Пустошь от своей бывшей банды и другого, намного более зловещего врага.

Другие пони ОС - пони

Я Всегда Буду Рядом

Рейнбоу уже засыпала в своём тёплом облачном домике, когда услышала плач Скуталу сквозь бушующую снаружи метель. Откопав замёрзшего жеребёнка из сугроба, Дэш пытается окружить её заботой, в которой она так нуждается… но реальность жестока и одной такой груз явно не вынести. Лишь одна пони может помочь. Заручившись поддержкой Твайлайт, Рейнбоу сама не понимает, что в попытках изменить жизнь Скуталу к лучшему их дружба перерастает во что-то большее

Рэйнбоу Дэш Твайлайт Спаркл Скуталу Другие пони

Один среди них

Родители. Они наши покровители. Те, кто родил нас. Те, кто воспитал нас. И те, которые нас любят. И мы их любим. Несмотря ни на что. Даже если этот родитель - пони. Какова будет судьба у нашего главного героя, если его воспитали пони?

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Эплблум Скуталу Свити Белл Спайк Принцесса Селестия Принцесса Луна Гильда Диамонд Тиара Сильвер Спун Черили Хойти Тойти Фото Финиш Энджел Совелий Лира Бон-Бон DJ PON-3 Человеки

Самый первый раз

Все бывает впервые, в том числе и у… о, лягучие богини, кому я это втираю? Просто Твайлайт не устояла перед (чисто научным!) интересом к эффектам употребления спирта вовнутрь, и из этого вышло. А что вышло — о том и зарисовочка.

Твайлайт Спаркл Пинки Пай

Мое сердце

Когда останавливается сердце.

Другие пони

Скуталу

...исчезла вместе с Изгоями, к удивлению Рейнбоу Дэш. Это очень ударило по самолюбию пегаса - верная, преданная на протяжении стольких лет фанатка... бросила её?

Рэйнбоу Дэш Скуталу Лайтнин Даст

Пони: физиология, демография, культура

Статистическая модель Эквестрии: от уровня единственной пони до всей цивилизации. Фундаментальное исследование и учебное пособие, что призвано помочь читателю строить свои собственные воображаемые миры; если у него хватит сил прорваться через тысячи чисел и сотни страниц.

Твайлайт Спаркл Рэрити Эплблум Принцесса Селестия Трикси, Великая и Могучая Биг Макинтош Другие пони

Кровь героев

На обложке журнала пером накорябано: "Сторителлер - Кровь героев"

Рэрити ОС - пони

Сумеречный цветок. Проклятый дар

Сумеречный цветок: Мысли Селестии о Твайлайт Спаркл после коронации. Проклятый дар: Мысли Твайлайт спустя пятьдесят лет после коронациии.

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия

Автор рисунка: aJVL
I.Синдром хрустальной вазы III.Плач умирающих листьев

II.Записки северного человека

Пони – это довольно странные, но в то же время и очень интересные создания. Я узнаю у них много нового и интересного, но сколько о них можно узнать, если времени очень мало? Посмотрим.

Мне всё казалось сном, глупой сказкой, рассказанной наивному ребёнку, который принял всё это на веру и возвёл в идеал, недостижимый идеал. Всё мне казалось таким дурацким, таким глупым и наивным, что даже самый доверчивый человек в мире не поверил бы во всё это, но я поверил, я поверил во всё это.

Голова просто невероятно раскалывалась и была обмотана бинтами, тело сильно болело, внутри всё вывернуло наизнанку. Это было ужасно, просто ужасно, ведь даже сил не было пошевелиться, пусть я и не был прикован к кровати, да и магия тут не причём.

Первые вздохи после пробуждения дались очень тяжело, с заметной сиплостью и хрипами, напоминавшими перелом ребра, но ничего такого я не чувствовал, просто грудь туговато замотали всё теми же бинтами. Руки… руки в порядке, просто несколько синяков, не более, ноги тоже, однако без растяжения не обошлось. В правой ноге была тянущая боль, которая неприятно била по нервам и ныла как маленький младенец, жаждущий еды. Кстати о еде, желудок просит пищу, хорошую пищу, а не банальные ягодки.

Немного проморгался, всё мутно, слишком мутно, практически темно. Попробовал встать и сразу понял, что зря – чуть не отправился обратно в царство Морфея, а я туда совсем не хочу, ибо выспался на неделю вперёд. Подо мной была довольно мягкая кроватка, хотя эта была не сколько кроватка, сколько два сложенных вместе матраса (пони примерно ростом в метр двадцать, а во мне метр с тремя четвертями), но так даже лучше.

Я попытался встать ещё раз, но уже не так быстро, а медленнее, намного медленнее и через минуту уже стоял на ногах в полный рост, только из-за ноги не мог долго стоять на месте, нужно было двигаться, дабы проснуться. Раз, два, три… всё стало ясно.

Я попал в комнату, которая по своим размерам была довольно компактной, всего два на один, как своеобразная коробочка, только довольно неплохо уставлена различной мебелью. Красивый шкафчик, дубовый и с красивой резьбой по дереву, небольшая кровать, которая тоже была довольно неплохой, даже шикарной, с позолотой. Красные бархатные занавесочки послушно заслонили окно и разделили мир на комнату и улицу, но одинокие солнечные лучи всё же находили способ попасть сюда. Был ещё и небольшой столик, на котором стояли самые разнообразные угощения, причём довольно свежие и манящие своим волшебным ароматом (желудок заурчал, жадно прося съесть всё это великолепие). Маленькая подушечка возле стола навела на странную, но вполне логичную мысль – пони не пользуются стульями, или же пользуются, только нет стула под меня.

Я заметил, что кожа уже нормального, немного бледного цвета, но не жёлтая. Они отмыли всю пыльцу, которую я не мог никак оттереть с себя и за это им впору сказать «спасибо». Немного постояв на одном месте и подумав о будущем, наступило время перекусить. Вкусные кексы с черникой, грецкими орешками, фундуком и изюмом, потом чай с бергамотом и на последок небольшой овощной салатик (сначала десерт, а потом обед, вполне стандартная схема). Организм чуть не взорвался от счастья, от всей этой невероятной красоты, которая захватила каждую клеточку организма и не желала отпускать, но ничего не могла с этим поделать и тешила себя воспоминаниями.

Смейся, друг мой, но миг безмятежной радости когда-нибудь, да закончится и не стоит полагаться на доброту пони, ведь кто знает? Может они мне сейчас дают вкусить малину, а завтра дадут выпить яду. Это всего лишь предположения, основанные на модели поведения некоторых людей, которые не прочь побаловаться с эгоизмом и чувствами других людей ради своих собственных целей. Казалось бы, а при чём тут пони? Всё возможно…

Дверь в комнату с лёгким скрипом отворилась, и я невольно обернулся с нелепым видом, держа в руке чашу с салатом и довольно хрумкая капустными листочками. Это была пони, ростом примерно в полтора метра, тёмно-синяя, с развивающейся гривой, напоминающей ночное небо, усыпанное звёздами, и на крупе красовался полумесяц на фоне чёрного неба. Самый главный атрибут – это крылья, рог и некоторые своеобразные элементы украшений, выполненных из довольно интересного металла, напоминающего серебро с тёмно-синим оттенком.

Скептицизм тут же вышел наружу, заставив гримасу на моём лицо кардинально измениться, что заставило пони рассмеяться, причём даже с её стороны не было попытки спрятать это заразный смех, и я тоже засмеялся. Знаете, а это даже весело, если бы не было немного не по себе, да и сидеть перед «королевской особой» (это было видно по украшениям, но не по манере поведения) немного страшновато.

-Эм… прошу простить мне это, я не ожидала застать вас в таком виде, но вы произвели на меня хорошее впечатление. – проговорила пони, показывая свою неловкость в виде румянца, проступившего на щеках. Это было довольно странно видеть, ведь тёмная шерсть пропускает розовый цвет кожи так, как будто её и вовсе нет (интересный феномен).

-Хорошее? – недоумевающе спросил я, отложив тарелочку с салатом на столик. – Я же ничего не сделал, просто вышло нелепо и даже глупо. Это я прошу прощения за своё лицо… — я едва сдерживал смех после этих слов, а затем, в итоге, напрочь забыв манеры этикета, засмеялся.

Пони разделила со мной эту процессию и тоже засмеялась, только немножко потише и с явными признаками скромности. Обычно я ещё тот социофоб, который хочет запереться в квартире и заниматься своими любимыми делами, а тут аж стремлюсь первым вступить в диалог, не выражая и тени скромности. Кукушку, кукушка, а я не кукушка? Ответа нет.

-Странно видеть, как вы смеетесь, не смотря на то, что чуть не погибли.

Вот эти слова меня повергли в ступор, причём довольно сильный, что даже лицо из весёлого и беззаботного резко изменилось на печальное и задумчивое. Теперь понятно, почему всё тело так сильно болит – меня еле поймали, а всё из-за веса или просто я стал похож на пушечное ядро, летевшее с бешеной скоростью прямиком навстречу земле.

-Спасти-то спасли, но что толку? Я не отсюда, и я хочу домой, очень хочу домой.

Пони сделала удивлённое лицо. Она не поняла что же это за дом, о котором я начал речь и нисколько не удивительно – разные миры и прочее. Саня… интересно, а он меня ищет? Конечно ищет, да только не там, где нужно, но в душе поселилось чувство, что он недалеко от меня, совсем рядом и кажется, что я могу прикоснуться рукой к нему, но в то же время и нет. Иллюзии, навеянные подорванным эмоциональным фоном, разбитым сознанием и болью во всём теле, и всё это образует мощный коктейль, а ещё эмоции играют здесь далеко не самую последнюю роль.

-Прости, но мы… мы не можем, мы не можем тебе помочь, ибо это не в наших силах, но… — пони ушла в мир собственных мыслей, а затем приятно улыбнулась. – Может быть и есть способ, но нам нужно немного времени, примерно три дня, не больше.

Облегчённый выдох. Спасибо вам за своеобразную доброту, но каким бы не был жестоким мир Земли, я вернусь обратно, ибо моё место там, среди своих, а не среди этих добрых пони, готовых протянуть мне… эм… копыто помощи? Да, точно! Копыто помощи!

-Почему вы это делаете, почему помогаете мне?

Этот вопрос был как гром среди ясного неба, но он очень сильно меня заинтересовал, как будто так и надо. Он нужен для того, что бы что-то подчеркнуть и поставить многие точки над «И», а там и немного ослабить цепи, сковавшие душу и разум.

-Честно сказать, просто так надо.

Мутный ответ, который имеет очень много веток, полных различных тайн и загадок. Отличный повод для того, что бы представить себе тысячу возможных вариантов ответа на один единственный вопрос: Зачем?

Стань затворником, уйди в себя, но обязательно дождись, протяни эти три дня как один, а затем вернись домой и начни всё заново, но не с чистого, а исписанного вдоль и поперёк листа.


Меня закрыли, но по моей же просьбе. Дали чернила, несколько перьев и небольшую книжку с чистыми листами, в которой с каждым часом появляется всё больше и больше слов и даже ночью там появляются слова. Сплю плохо, если вообще сплю, нужно кофе, но иммунитет уже выработался на него и кофеин потерял всякую власть, однако сон больше не приходит ко мне. Мешки под глазами, опухшие красные глаза, вялость, усталость – всего этого не было, но воображение упорно представляло себе такую картинку.

Сегодня я узнал много нового о пони, об их мире и устройстве. Им свойственна монархия как при правителях Древней Руси, но периода Ивана Третьего, где он является «избранником Божьим», но никакого крепостного права (абсолютная монархия, но здесь есть нотка демократии). Пони имеют своеобразную теократическую структуру, боготворя двух богинь: Селестию и Луну, которые каждый день поднимаю солнце и луну на небо (Ньютон перевернулся в гробу дважды), но боготворят их не слишком открыто, не считая некоторых индивидуальных личностей. Элементы Гармонии являются довольно мощной магией, которая стабилизирует баланс гармонии в мире, да ещё и странное создание, собранное из конечностей разных созданий летает по дворцу и так и норовит постучаться ко мне в дверь (пусть только попробует и получит хорошего пендаля). Создание хаоса. Теория: идеальных миров попросту не существует.

Это всего лишь одна запись из нескольких, которые я успел написать, прибывая в этом мире, а ведь прошёл всего один день после моего разговора с Луной, принцессой Луной. Всё снова кажется таким странным, но раны на теле быстро заживают, а от растяжения остался своеобразный лёгкий и неприятный отголосок. Всё списал на магию и хорошую медицину (лечила меня только Луна, а Селестия предпочитала продолжать заниматься королевскими делами).

В дверь раздался стук и я сразу смекнул, что это была не Луна, а кто-то другой, ведь стук был приглушённым и отдавал неуверенностью, которую можно было прощупать только в одном создании – пегаске по имени Флаттершай.

-Войдите. – сказал я спокойным голосом, но и дверь начала тихонечко, очень медленно открываться, а затем показался первый признак, подтверждающий мою теорию – розовая грива.

Как я догадался? Всё очень просто! Психологический анализ, модель поведения, немного фактов от Луны и вуаля! Можно подумывать план действий, который позволит расположить к себе пегаску, да только вот стопроцентной гарантии как всегда нет, есть только надежда на неё и собственные силы, которых придётся немало приложить для достижения желаемого результата. Психолог-недоучка. Надо было мне поступать на факультет психологов, авось толку было бы больше, чем от простого адвоката.

Флаттершай открыла дверь, а затем осторожно прошла в комнату и закрыла её за собой. Дрожь, страх, неуверенность – это были первые выявленные у пегаски чувства, которые были заметны по выражению мордашки и языка тела. Я показал рукой на матрас, что бы Флаттершай села или же легла рядом, но она начала пятиться назад и встретилась крупом с дверью. Не смейся, не смотря на то, как нелепо всё это выглядит, иначе рискуешь получить немилость от многих обитателей этого мира, особенно от двух принцесс.

-Не бойся. – шепотом произнёс я, стараясь успокоить пегаску. – Я тебя не обижу. Мне этого не нужно.

-Пправда? – дрожащим голосом спросила она, продолжая подпирать дверь. – Ничего?

Я согласно кивнул, а затем снова рукой похлопал по матрасу и она, ещё немного постояв возле двери, собираясь с силами, грациозно взлетела и приземлилась на матрас. Довольно красивая натура, грациозная, изящная, была бы человеком, то я бы, скорее всего что влюбился (дурная мечтательная голова, которую давно пора выкинуть и заменить на адекватную).

-Тты – жёлтый монстр?

Луна мне не запрещала говорить о моём истинном происхождении со всеми вытекающими последствия, да только вот я прекрасно понимаю, что лишнего болтать не стоит, а то неизвестно чем всё это может обернуться.

-Вообще-то я человек, но тебе это вряд ли о чём-нибудь говорит. – спокойно произнёс я, делая взяв в руки книжку и перо. Пару листиков и новые записи.

Флаттершай. Элемент Добра (нам бы в мир добро, да только вот оно там долго не проживёт). Тихая, скромная натура, которую можно ассоциировать с серой мышью.

Пегаска понурила голову, показывая своё негодование и стыд, связанный с тем, что она попросту не знает, с кем говорит и как правильно с ним себя вести. Я, по правде говоря, тоже.

-А что вы… — Флаттершай нервно сглотнула. – Пишите?

-Хочешь почитать?

-Эм… не знаю.

-Я могу тебе попозже отдать эту книгу, вам нужнее, наверное.

На её лице пробежалась лёгкая, мимолётная улыбка, только вот эта улыбка была немного неестественная, чем-то по психологическому типу свойственная скорее Твайлайт Спаркл, чем ей (такая странная, немного заумная и натянутая, как будто чего-то просит). Жажда знаний? Вполне, но только чья? Продолжаем разбираться в этом. Спокойные вопросы без открытых намёков.

-Нет, что вы – она вам нужна, это ваша книга. – попыталась пегаска отказаться от моего предложения, сделав копытом соответствующий жест отказа.

-Моё дело – предложить, а ваше – отказать. – я сделал в книжечке новые записи, а затем посмотрел в сторону приоткрытого окна.

Рассвет. Я и не заметил, что уже утро, для меня время сбилось, запуталось и стало ущербным, несущественным. Прошёл только один день и я это знаю, всего один день, который неохотно приоткрывает свои тайны, как солнце лениво выкатывается из-за линии горизонта.

-А… как вы сюда… попали?

Ещё несколько записей в книжке:

Серая мышь, которая довольно трудно поддаётся влиянию друзей и старается всё делать так, как хочет. Иногда всё же поддаётся влиянию и ведёт себя неестественно, но при этом остаётся скромной и робкой пони.

-Флаттершай, я, конечно, понимаю, но давайте перейдём на ты, и будем говорить естественно, не задавая ненужных вопросов. – моё предложение казалось немного неадекватным и оно с лёгкостью могло бы ущемить чьё-то самолюбие, но только вот к Флаттершай это не относилось – она кивнула, но немного неуверенно. – Вот и ладушки. – я встал с матраса и взял на столе чайник, а затем принялся разливать чай по чашечкам. Хочешь хороший диалог, готовь заварку летом.

-Оу… спасибо.

Флаттершай спокойно приняла у меня чашку чая, только вот покрылась изрядным слоем румянца. Она каким-то образом при помощи копыта взяла ложечку и принялась размешивать сахар в чашке. Тут я удивился не на шутку, неподдельно. Сказал бы я одной старой знакомой лошади о таких махинациях копыта с ложечкой, то она бы плюхнулась в обморок от зависти.

-Как это у тебя получается? – спросил я, показав на копыто, держащее ложечку.

-Не знаю. – ответила Флаттершай, положив ложечку на столик.

Я положил чашку с чаем на стол, а затем перелестнул книжку на несколько страниц вперёд, а затем принялся делать новые записи:

Это невероятно! Делать копытом такие сложные движения, которые для человека являются совершенно обыденным, естественным? Не верю, но вижу, вижу своими глазами. Могут ли пони сами объяснить это? Может, стоит расспросить об этом кого-нибудь знающего? Можно, но чуть позже (лишь бы только эта Твайлайт Спаркл не пришла, а то я еле до матраса доползу. «Британский» учёный во всей красе). Взять на заметку: подумать на эту тему.

Флаттершай меня не перебивает, когда я делаю очередные записи в книжке, которые чем-то напоминали записки сумасшедшего или, в крайнем случае, дневник. Я положил книжку обратно на стол и взял оттуда чашечку чая.

-А это твой любимый чай?

-Бергамот с мятой? Ну, я больше предпочитаю простой чай с лимоном – он утром очень полезен.

-А как?

-Тут дело не сколько в том, что лимон даёт чаю, а в том, что чай даёт лимону.

Да ты чайный гений! Можно у тебя совет? Сейчас я похож на идиота, который возомнил себя всезнайкой. Отличный психолог (скиньте на меня наковальню), много знаю (пробейте череп молотком), чайный гений (вылейте на меня литр бензина и подожгите). Что ещё я знаю? Много чего и меня уже можно было бы назвать заправским Марти Сью, которого какой-то автор литературной книжки придумал для своего очередного «шедевра». Дайте мне его, хочу поговорить с ним, да только вот проблема всего одна – себя с небес на землю ты не спустишь.

-Довольно терпкий вкус, но когда прибавляются чайные нотки, то вкус лимона немного спадает и даёт пройти другим вкусам, понимаешь?

Флаттершай, судя по выражению мордочки, не поняла меня. Слон мне на язык наступил, попробую объяснить всё нормально, а то самому стыдно стало, небось уже покраснел как помидор.

-Лимон в чае приобретает совсем другие вкусовые ощущения.

-Спасибо, теперь понятно.

Фух… другое дело. Я приоткрыл лишь завесу сейчас, но больше мне и не надо. Полчаса разговора с этой милой пони помогли мне многое понять и начать смотреть на этот мир немного по-другому.

Флаттершай имеет в своём прошлом какую-то тайну, которую она старается скрыть, какой-то внутренний страх. Там было что-то такое, что очень сильно повлияло на неё, повлияло на то, какой жизнью она живёт сейчас. Её это вполне устраивает, но есть психологические рамки, которые она с большим трудом перелетает, но не ломает – она иногда возвращается обратно.

Это лишь кусочек и о многом он не расскажет, но проясняет некоторые факты. Я смог уговорить Флаттершай придти ко мне послезавтра и забрать книжку, а та в свою очередь будет лежать в шкафу или же на столике (это если меня вдруг тут не окажется). Так же я уговорил пегаску не отдавать никому эту книжку, даже её друзьям и принцессам. Почему я попросил сделать всё именно так? Решил, что так будет лучше, но вот вопрос: а не ошибся ли я? Посмотрим.


Тишина. Сплошная тишина, только вот неприятно давящая и больно бьющая по ушам. Сейчас мне бы очень сильно пригодился плеер, но я его оставил там, на Земле. Хочется выйти на улицу, но я могу лишь приоткрыть занавеску и посмотреть на окружающий мир, мир спокойного, но немного душного Кантерлота.

Порой мы вгоняем себя в рамки сами не понимая того, насколько потом это будет больно и как сильно придётся рвать и метать, прятать внутренние переживания от окружающего мира, а всё ради того, что бы никто не почувствовал твои сомнения, который разгораются внутри похлеще лесного пожара, охватившего широкие таёжные леса.

Это была одна из сумбурных, скомканных моим сознанием мыслей, пожелавших быть записанными на бумагу (они хотя бы здесь, но сохранятся, а я забуду уже завтра о них – она заместится новой, более стройной и изящной мыслью). Такие стройны версии поломанного сознания приходят ко мне довольно нечасто, но если по нескольку раз на дню, то тут уже впору задуматься о том, что происходит с тобой? Что пошло в сознании не так и какие последствия будут?

Кукушка, кукушка, я дурак? Кукушка, сидящая в часах, ответила, прокукукав три раза. Три часа дня, а я ещё не спал, да и нет желания в этом, как и потребности. Чай с лимоном очень бодрит и прочищает мысли, давая возможность пройти чему-то новому, возвышенному, но в то же время спокойному и гармоничному.

Я встал у окна и отодвинул шторку, дабы посмотреть на всё то великолепие, которое творится за стенами моей импровизированной тюрьмы, запертой на ключ и облачённой в кольчугу из толстых цепей.

Солнце приятно светит, птички напевают благоговейные мелодии и купаются в солнечных лучах. Беззаботные создания, которым для счастья много не надо. По улицам большого белого города, крыши которого покрыты позолотой и белым камнем, гуляют пони, множество разноцветных пони и у каждого в голове живут собственные мысли. Кому-то надо что-то купить, кто и вовсе думает о новом модном наряде (это учитывая своеобразную аристократию), кто-то спешит по своим делам, на работу или же возвращается домой. Есть много предположений.

Больше всего мне нравится королевский сад. От него всегда вьются своеобразные лёгкие ароматы цветов, которые опьяняют по-своему и перенастраивают мысли совершенно на новый лад, поэтический или же художественный. Хочется написать что-нибудь хорошее, доброе и позитивное или же нарисовать это, но как? Я не умею этого делать, совсем.

Мне хочется выйти на улицу и почувствовать всё самому, а не дразнить нос этими привкусами и облизывать губы. Мне бы хотелось всего на одну ночь, хоть на один час покинуть эти душные хоромы и почувствовать кожей всё то великолепие, которое там обитает на протяжении многих лет. Меня принцессы не услышат, но может так даже лучше? Сильно нельзя привязываться, иначе рискуешь стать той самой Рапунцель, которую заточили в башне, да только вот мне придётся отращивать длинную косу и ждать принцессу на белом коне, которая меня вытащит отсюда и мы сбежим в тридевятое царство. Глупости, навеянные апатией.

Я задёрнул шторку обратно, а затем лёг на матрас вместе со своей книжкой и пером. Тишина. Тяжёлая и убивающая тишина, которой всё равно на мои чувства. Стук в дверь разорвал эту завесу, а моё «Войдите» немного скрасило эту скучную картину. Это была всё та же пони, принцесса Луна и судя по выражению её мордочки, есть довольно хорошие новости, но посмотрев на моё немного серое и тусклое лицо, сама чуть-чуть приуныла, но улыбка осталась, причём довольно заразительная.

-Ты тут сидишь и чахнешь, а не хочешь ли ты прогуляться? – промолвила она с дрожащим, но жизнерадостным голосом.

-Я же знаю, как вы меня сюда пронесли – тайно. Как это по вашей теории я могу выйти на улицу и остаться незамеченным? – сказал я, не скрывая изрядной доли скептицизма во всём этом предполагаемом мероприятии. Выйти я за, но только незаметно, да и только в сад. Там красиво.

-Можно прямо сейчас и не важно, что сейчас день много пони – ты будешь невидим для их глаз и недосягаем для стражи.

-Правда? – недоверчиво спросил я, отложив книжку и перо в сторону.

Луна кивнула, а затем я словно по взмаху волшебной палочки оказался прямо в центре цветущего сада. Спасибо…

В нос тут же врезалось столько запахов, что я чуть не потерял сознание. Такая чудесная красота, такой аромат, такие… чёрт! У меня закончились слова. На траве лежала книжка вместе с пером и чернилами – прекрасная возможность как можно ярче описать свои эмоции, оставить их пусть и для одной души, но мне так будет спокойней, легче, ведь понимаешь, что книжка будет в хороших копытах.

Выпустили в сад. Это похоже на состояние, когда маленького, ещё глупенького ребёнка отпускают погулять или же первоклассника родители отправляют в школу – он стремиться изучить окружающее, понять их суть, понять строение и природу, но по-своему, по-детски и наивно. Я сейчас чувствую себя примерно так же, только вот добавляется навязчивое чувство первооткрывателя, пусть всё здесь до меня уже открыли и переоткрыли тысячу раз, но для меня это только первый раз. Такая красота, не свойственна многим ботаническим садам, и уж точно знаменитым голландским садам, народы которой ещё не отошли от Тюльпанового скачка*, пусть он был уже давно. Страна, заболевшая меланхолией, моя собственная страна, заболевшая меланхолией.

Сумасшедший человек не мог не нарадоваться, глядя на всё это великолепие, созданное заботливыми пони-садовниками. Ему стало немного грустно, глядя на розы. Они были самых разнообразных цветов, и среди них он увидел несколько радужных, и одну из них ему захотелось сорвать, но кое-кто понял его мысль и аккуратно отломал одну, а затем при помощи телекинеза осторожно поднёс к нему.

Даже шипы красивые, очень красивые, такие тоненькие, но в то же время и острые, но если прикоснёшься, то боли не почувствуешь.

Шипы у розы порой больно кусаются, но если немного присмотреться и потрогать, то боли не почувствуешь, возможно просто потому, что сама роза забирает у тебя всю печаль и боль, которая поселилась в душе и подобно чёрной кошке с острыми когтями хочет проникнуть ещё глубже, но ей мешает дверь. Эффект скребущейся боли должен присутствовать постоянно, как необходимый элемент, но его нет, я его просто не чувствую. Мне стало намного легче и даже несколько цепей со звоном упали, протяжно звякнув металлом об землю. Упадут ли остальные? Полностью освободиться невозможно, доказано жизнью, но вот всегда можно немного приоткрыть свою клетку, дабы вдохнуть побольше живительного воздуха.

Дальше я решил просто немного прогуляться по этому саду, дабы ещё больше помечтать, а заодно и подумать о том, что же будет завтра и вернут ли меня обратно на Землю? Обратно домой? Надеюсь, но в то же время и как будто кошка на душе скребётся, говоря о том, что лучше довольствоваться мнимой свободой здесь, чем практически полной, ограниченной кодексами свободой там. Разорви меня на части и одну оставь здесь, в Эквестрии, а другую там – на Земле, а потом мы уже посмотрим, у кого была правда, если она вообще у кого-то когда-либо была. Рассуждай о жизни при помощи книжки.

Дисгармонию во мне, возможно, кто-то уже видел, но что они чувствовали при этом? Как они разделяли мои чувства и разделяли ли они их вообще? К чему все эти глупые мысли, которым нет числа, и они не поддаются адекватному контролю? Иногда без них довольно трудно понять всю суть жизни, всю суть нашего эмоционального дисбаланса. Чушь, но такая живая, что я в неё наивно верю. Это был момент лирического отступления, а теперь вернёмся в реальность.

Я вертел радужную розу в руке, но через какое-то время она исчезла. Я повернул голову в сторону своего окна и увидел её там, увидел её лёгкое радужное свечение, а сама она стояла в вазе. Гуляю под присмотром, но в то же время и имею своеобразную безграничную свободу (в пределах дозволенного).

Другая часть сада. Здесь было красиво, практически так же как и там, только вот цветы были другие и было их здесь очень много: фиалки, лилии, гартензии, георгины и прочие, но самыми главными, заставившими мой взгляд приклеиться надолго являлись ирисы. Эти цветочки растут в болотистой местности, но они непрочь пожить и в более тёплых местах. Не знаю, чем меня эти цветы всегда притягивали к себе, может потому, что их основной цветовой палитрой был всегда фиолетовый цвет? Возможно так оно и есть.

Сумасшедший человек остался бы здесь жить, да только вот он прекрасно понимает, что всё хорошее рано или поздно когда-нибудь да кончается. У него было ещё полчаса, и он хотел бы отправиться в город, дабы немного погулять и посмотреть на окружающих, но сад был единственной его клеточкой, а ключик был у привратницы, именуемой принцессой Луной.

Я снова открыл книжку и сделал записи:

Принцесса Луна поднимает Луну по ночам. Задайся вопросом? А как она это делает? Почему у этой пони имя единственного спутника Земли и почему похожий спутник висит по ночам и здесь, да и называется так же? Ответы на эти вопросы несущественны, не имеют никакого смысла с точки зрения физики, ибо ей ничего не объяснишь, а если брать в расчёт магию, то многие эти вопросы отпадают сами собой, даже не требуя доказательств. Я всё ещё плохо понимаю эту Эквестрию с её жителям, но немного, что получается узнавать, образует собой стройную мозаику, которая постепенно заполняется новыми кусочками. Может завтра, когда будет последний день, я узнаю ещё больше, а может и сложу мозаику полностью.

Это как сочинения в школе, только эти представляют лично для меня большую значимость, чем для потенциальных учителей, которые потом будут проверять на ошибки и построение сюжета. Такие банальные сюжеты, больше напоминающие подчёркивание определённых фактов не представляют никакой ценности лично для меня, но если они окажут на Земле, то ещё неизвестно чем всё это закончится, а если здесь и в надёжных копытах, то ничего не случиться, надеюсь.

Побродив по саду ещё пятнадцать минут, меня вернули обратно в комнату, где я в скором времени смог заснуть. Мне просто нужно было прогуляться…


*Тюльпановый скачок (Тюльпаномания) –1634 – 1637. Состояние, когда спрос на луковицы тюльпанов превысил предложение и произошёл огромный взлёт цен. Люди тогда стремились скупить луковицы тюльпанов, а затем продать по более выгодной цене, следя за биржей (доходило и до того, что люди в обмен на луковицы закладывали дома, а то и целые предприятия). В 1638 году рынок тюльпанов рухнул, и Голландия впала в экономический кризис.