Пинки Уничтожает ТАРДИС

Доктор пережил всё: от Далеков до Киберлюдей. Но сможет ли он пережить... Пинки Пай? После недавней регенерации, Доктору едва хватило времени на то, чтобы привыкнуть к новому телу перед тем, как услышал сирену в ТАРДИС! В Понивилле опасная аномалия. Сможет ли Доктор снова всех спасти? Сможет ли обычная розовая кобылка сделать ещё более сумасшедшим? Оставайтесь с нами, чтобы узнать!

Пинки Пай Доктор Хувз

Пегасья трагедия

Печальная драма о том, как юная пегасочка почти обрела свое счастье, но оно выскользнуло у нее из копыт. Ее радужногривая подружка хочет ее утешить, объяснив, что она ни в чем не виновата, но нет таких слов, которые остановили бы слезы.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай ОС - пони

Пони выйти из сумрака

В результате случайного события двое членов дневного дозора и светлый маг перевертышь попадают в Эквестрию на месяц.

Дружба и долг.

Эквестрию охватывает волна народных восстаний, приводящих к революции.Когда твои друзья оказываются по ту линию огня, каждый должен сам решить, что для него важнее, дружба или верность идеям...

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Принцесса Селестия Принцесса Луна Трикси, Великая и Могучая Мэр Спитфайр Сорен Принц Блюблад Другие пони ОС - пони

Замерзшая надежда

Небольшая история от автора «Идеального дня». В ней рассказывается о чувствах Дерпи Хувз, которая вынуждена вместе со своей дочерью и другими чудом уцелевшими пони выживать во время чудовищных холодов обрушившихся на Эквестрию. P.S. Идея данной истории пришла автору после прохождения игры: «Frostpunk».

Дерпи Хувз Другие пони Флёр де Лис

Вестколд

Провинции и республики живут на материке Вестколд. Одни воюют с другими, третьи торгуют с четвертыми. Этот мир живет обычной жизнью. Но происходит нечто, вызывающее ярость и отраву дружбы королевств. Мир располагается на очень контрастном материке. Тут есть и ледяные пещеры на севере, и тропические пляжи на западе. На северо-востоке в Кровавых Горах живут Орки - пониподобные существа, изуродованные и измученные темными богам, пони, поддавшиеся искушению. На севере стоит королевство Маунтфрост. Ледяные пещеры послужили домом для живущих здесь пони. У подножия вулкана находится провинция Бладлирок, где под фиолетовым знаменем живут захватчики Островов Феникса, на которых в рабстве живут пони республики Санд. Вообщем, государств тут много, как и маленьких и угнетенных, так и больших и свободных. И именно в этом мире будет идти повествование моего рассказа.

ОС - пони

Жизненное течение

Спокойная жизнь может быстро смениться на насыщеную и беспокойную. Что и происходит с героем из нашего мира, который внезапно попадает в Эквестрию.(да, это заезженный сюжет с попаданцем)

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Человеки

Один шанс на троих

Чёрно-бело-красные флаги над Эквестрией. Ох, не к добру это...

Твайлайт Спаркл Эплджек Принцесса Селестия Принцесса Луна

Съезд ученых

Немного ворчливый физрук по имени Виллчаир, которому задерживают зарплату, в отчаянии едет на съезд учёных в Кантерлот, чтобы узнать о причинах задержки. Удастся ли ему узнать это или ему помешают обстоятельства?

Твайлайт Спаркл Спайк Принцесса Селестия ОС - пони Сестра Рэдхарт

Способность не спускать курок

Серийный убийца в Понивилле? А может и не убийца. Особому представителю принцесс предстоит в этом разобраться.

Пинки Пай Принцесса Селестия Принцесса Луна ОС - пони

Автор рисунка: Siansaar

Любовь и чейнджлинги

Ночь в очередной раз сменялась днём. Солнце мерно поднималось над землями Эквестрии, даруя тепло и любовь всем жителям. Пони-фермер по имени Хард Воркер встречал его словно доброго друга, сидя на веранде своего скромного жилища. Он наблюдал, как лучи дневного светила мерно окутывали его посевы покрывалом света. Хард закрыл глаза и почувствовал, как ветерок гуляет по его темно-коричневой шкуре, как тот забирается к нему в пшеничную гриву и щекочет его за ухом. Хард Воркер вдохнул ещё прохладный утренний воздух. Его ноздри наполнились ароматами: запахом чернозёма и зреющей пшеницы. Пони открыл глаза и окинул взглядом колосящийся простор. Ветер гулял по посевам, раскачивая золотые колоса, что превращало их в подобие морских волн. Хард Воркер поднялся со стула и, спустившись с веранды, направился к своему детищу – своему полю.

Подойдя к краю волнующегося океана пшеничных колосов, Хард припал к земле и по-отечески погладил её. Он любил своё дело, любил свою землю, любил пшеницу. Хард Воркер поднялся, провёл копытом по стеблю и наклонил один колос поближе к себе.

– Это был трудный год, пшеничка, – произнёс он, обращаясь скорее сам к себе, нежели к колосу, – Мы многое пережили: недостачу дождевых облаков от пегасов, нашествие роя параспрайтов, даже наводнение. Но мы сделали это, пшеничка. Посмотри на себя, какая ты золотистая и полная сил. Уже совсем скоро я тебя соберу, и поле под тобой уснёт на целый год, а мы посеем тебя на новом. Часть тебя я отправлю в город, где из тебя сделают муку, а затем и хлеб или сладкую выпечку. Так ты передашь ту любовь, что дарили тебе солнце и я, многим, многим пони.

Да, Хард Воркер действительно любил свою работу, свою жизнь, свою пшеницу. Но больше всего он любил Дэйзи. При мысли о ней невольный вздох сорвался с его губ.

«Ах, Дэйзи, милая Дэйзи,» – думал Хард, – «Ты так светла и беззаботна, когда ухаживаешь за цветами в своём небольшом саду. А твой милый голос переливами разносится по округе. Когда-нибудь я наберусь смелости и расскажу тебе о своих чувствах, когда-нибудь.»

Только теперь он осознал, что прижал колос к груди.

– Прости, пшеничка, — сказал Хард, отпуская колосок.

Внезапно поднялся сильный ветер, и небо потемнело. Над полем образовался небольшой смерч, из центра которого ударила зелёная молния прямо в середину посевов. Неожиданное погодное явление закончилось так же быстро, как и началось. Спустя миг небо было ясное, словно ничего и не произошло.

– Лягни меня матушка Селестия, – выдохнул Хард, – что это за жеваное сено только что произошло?

Пони с коричневой шкурой рысью метнулся к центру поля, собираясь уже оплакивать загубленные колоса. Но не успел он пробежать и пару метров, как увидел тёмную фигуру, что вылетела с места удара молнии и теперь двигалась по направлению к нему. От неожиданности Хард на секунду попятился, но, собравшись с мыслями, он бросился к своему дому.

Как только коричневый пони выбрался из посевов, прямо перед ним приземлилась фигура пришельца. Непрошеный гость был выше его на голову. Худое черное тело на длинных, словно изъеденных кем-то, ногах украшала пара пластинчатых крыльев.

– Королева Кризалис! – прорычал Хард, вставая в защитную стойку.

– Хард Воркер, я полагаю? – с внезапной добротой в голосе прожужжала королева чейнджлингов.

– Всё верно полагаешь, а теперь проваливай к Дискорду! – бросил пони, оскалившись.

– Ох, какая неучтивость, – фыркнула Кризалис, начиная ходить вокруг пони кругами, – Где твои манеры, дорогой? Я же хочу тебе помочь.

– Не нужна мне твоя «помощь». Убирайся или я…

– Ох, какие мы грозные, – её голос внезапно стал более низким и грудным, – Заблудшая душа, ты слишком долго жила среди пони, пойдём со мной, я подарю тебе любовь.

– Не нужна мне твоя любовь, чейнджлинг! — Хард поднял с земли ком земли и швырнул его в королеву роя.

Та, в свою очередь, укрылась за магическим щитом, и комок разлетелся брызгами, ударившись о него. Королева вздохнула:

– Я смотрю, ты совсем запуталось, дитя. Но с меня хватит, прояви уважение к своей королеве. Прими истинный облик, когда говоришь со мной.

Она топнула копытом, и луч заклинания, сорвавшись с её витиеватого рога, ударил Харда в грудь.

Резкая боль сковала все мышцы коричневого пони, от неё он повалился на землю. Его коричневая шерсть начала медленно втягиваться в кожу, обнажая черный хитиновый панцирь. Его лоб прорезал рог, такой же витиеватый как у королевы. Глаза из обычных стали фасетчатыми и крик вырвался из его рта:

– Нет, что ты делаешь?! Останови, останови это, – молил он рыдая.

– Я покажу тебе истинный свет, дитя. Твоё путешествие было долгим, настало время идти домой, – черный аликорн, хищно улыбнувшись, заботливо погладил новообратившегося чейнджлинга по щеке, – Потерпи, скоро всё закончится.

И тут Хард почувствовал, что он меняется не только внешне, но и внутренне. Его любовь к земле превратилась в утреннюю дымку. Вот взошло солнце и дымка дрогнула, начала рассеиваться. Он уже не любил землю, как прежде. Теперь Хард задавался вопросом, как он мог потратить столько сил, возделывая эту грязь. Он понял, что ненавидит тяжёлую работу, ненавидит эту проклятую пшеницу. Бывший пони был готов затоптать все посевы, вырвать их с корнем. Как он мог дарить им свою любовь, когда никто не дарил любовь ему?! Ему… как его зовут? Он попытался вспомнить своё имя. Но его имя маячило где-то вдалеке, словно призрак. Теперь его имя – рой. Он услышал голоса своих братьев. Их были мириады, и все они говорили с ним.

И среди этого гомона он услышал один очень приятный и мелодичный голос, напевающий простенькую мелодию. Эта мелодия пронеслась словно стрела и угодила прямо в саму суть того, кто называл себя Хард Воркером. Он узнал этот голос. Голос милой Дэйзи. Дэйзи, которую он любил. Нет, по-прежнему любит. Он – Хард Воркер – пони, который любит землю, любит работу, любит пшеницу и больше всего он любит Дэйзи.

Резкая вспышка отбросила королеву чейнджлингов от практически вновь обратившегося подданного. В центре взрыва стоял пони с темно коричневой шкурой и гривой цвета пшеницы.

– Что?! – взревела королева, поднимаясь, – Что ты сделал?! Как ты можешь противиться воле своей королевы?!

Она выпустила пучок заклинания из своего рога. Он ударился в грудь жеребца, Хард Воркер слегка осел, но остался стоять на всех четырёх копытах.

– Как ты это сделал?! – прорычал черный аликорн, – Я сказала – прими свою истинную форму, немедленно!

Она выпустила ещё один пучок заклинания, и ещё, и ещё. Все они били прямо в Хард Воркера, но тот стоял словно скала под ударами морских волн лишь крепче сжимая зубы.

– Что это за магия?! – ревела Кризалис, задыхаясь от гнева, – Как ты можешь противиться воле самой королевы роя?!

– Я. Сказал. Пошла. Прочь! – тяжело двигаясь, Хард Воркер поднял камень с земли и швырнул его в Кризалис.

В гневе королева роя не заметила летящий снаряд, и тот угодил ей прямо в лицо. Черный аликорн взревел хуже раненой химеры.

– Будь ты проклят! Будь ты проклят, Хард Воркер! Оставайся с этими жалкими пони навечно! – королева выплёвывала слова с гневом.

Кризалис встала на дыбы и ударила обоими передними копытами о землю. В тот же миг налетел ветер, и над королевой Кризалис образовался тёмный смерч. Из центра бури ударила зелёная молния, и черный аликорн исчез во вспышке.

– Хард, что тут происходит? – услышал жеребец голос позади себя.

И только теперь Хард почувствовал, что он выжат до последней капли. Хард Воркер обернулся и увидел испуганную Дэйзи. Последняя ниточка силы оборвалась в его теле. Мир подёрнулся серой пеленой и поплыл перед глазами.

– Я люблю тебя, Дэйзи, – практически прошептал коричневый пони и провалился в тьму беспамятства.

Когда Хард Воркер очнулся, то понял, что лежит на больничной койке. За окном, что было справа от его кровати, брезжил закат. Жеребец попытался поднять правое копыто, но жуткая усталость словно сковала все его мышцы. Он смог лишь устало вздохнуть. В этот момент слева от него что-то зашевелилось. Он повернул голову и сердце его забилось, словно пташка в клетке.

– Ох, ты наконец-то очнулся, Хард, – сонно, но радостно, прощебетала Дэйзи.

– Дэйзи, что ты тут делаешь?

– Глупенький, жду пока ты очнёшься, конечно.

– Но почему? Ты не обязана была…

Кобылка нагнулась к нему и поцеловала в щеку:

– Потому что я тоже тебя люблю, Хард.