Дружба ли это?

Хитч обращается к своей подруге детства с довольно необычной просьбой. Но к чему это может привести?

Другие пони

Идеальный день

Флаттершай открыла глаза и радостно улыбнулась, когда услышала пение птиц за окном. Эта маленькая пернатая семейка переехала сюда только прошлым летом, но уже завела второй выводок птенцов, которые теперь так мило чирикали, приветствуя своих родителей прилетевших их покормить. Солнечный свет проникал сквозь прозрачные зеленые занавески, и Флаттершай встала с кровати, чтобы распахнуть их. Небо снаружи было ясного красивого голубого цвета. Сегодня был идеальный день.

Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити

Упавшее небо

7-я часть цикла "Мир Солнечной пони". Принцесса Селестия оказывается на земле, попутно теряя все свои волшебные силы и умения. Это, конечно, печально, но с другой стороны теперь можно расслабиться и устроить себе самый настоящий отпуск. Тем более, о ней есть кому позаботиться.

Принцесса Селестия Человеки

Поэзия

Писать стихи - всё равно, что заниматься любовью.

Принцесса Селестия Другие пони

Из жизни Оскара и Виолин

Простые зарисовки из жизни двух обычных поней - Оскара и Виолин. Зарисовки о том, как они ухитряются жить и ладить друг с другом, несмотря на кардинальные различия в их характере и образе жизни. Даже более того, как они ухитряются при этом любить друг друга.

ОС - пони

Легальная ненормальность

Приехав в Кантерлот ради кое-каких исследований, Твайлайт находит покрытую пылью книгу под названием «Безумные эдикты: история права Эквестрии». Вроде бы вполне безобидная на первый взгляд книжка, но когда Твайлайт её открывает, то обнаруживает, что Селестия намного эксцентричнее, чем ей хотелось бы верить.

Твайлайт Спаркл Спайк Принцесса Селестия

Снегопад

Тысяча лет, и она снова здесь. С любящей сестрой, делающей всё возможное, чтобы ей стало лучше, но Луна всё равно не может одолеть вину, помня о своём желании заставить пони любить её и её ночь. Сможет ли она простить себя, или навсегда останется чудовищем в своих глазах?

Принцесса Селестия Принцесса Луна

Fallout Equestria: Снег и Ветер

Удары мегазаклинаний практически не затронули пустынный Север, но Эквестрийская Пустошь даже здесь проявляет свою жестокость. Чтобы распрощаться с жизнью, достаточно совершить одну ошибку. Для тех, кто не хочет марать копыта, всегда найдутся наёмники. Они возьмутся за любую работу, будь то чья-то ликвидация или сопровождение торгового каравана – важен лишь размер вознаграждения. Айсгейз – разведчик и охотник за головами из Стойла 307. Редлайн – обычная кобылка, на которую взвалили непосильную задачу. Встреча изменила их и так нелёгкую жизнь в худшую сторону, и теперь они стремятся лишь вернуть всё на круги своя. Однако, Эквестрийская Пустошь приготовила для них совсем другую судьбу.

Другие пони ОС - пони

Извилистый путь

История происхождения змеи по имени Ламия и её желания уничтожить существующий порядок вещей в Эквестрии.

Принцесса Селестия Принцесса Луна ОС - пони Король Сомбра

Я попрошу Её, чтоб только не вставало солнце

Что это - честь? Три героя, одно событие, разные пути. Обо всё этом - история солдата, рассматривающего Кантерлот в последний раз. О чести. О дружбе. О городе.

Стража Дворца

Автор рисунка: BonesWolbach
Глава 4: Знакомство с кандидатами Глава 6: Всякое...

Глава 5: Первое испытание

— Так, Джеймс… тут ты должен взять свою гитару, в «Парашютах» она всё время играет.

— О-кей, кеп.

— А ты, Флеш… тебе там только соло-гитара нужна.

— Чё, там без аккордеона?

— Ага, но у тебя в следующей будет шанс воспользоваться скрипкой.

— Неплохо, спасибо, Фил.

— Ну а ты, Бик Мак, как обычно — на ударниках. Бубен там не понадобится. Устраивает?

— Агась.

В дверь пустого, довольно приятного, но слегка пыльного класса с зелёненькими стенами и раздвинутыми к стенам партами постучались. Флеш пошёл открыть.

На пороге стояла Твайлайт и её подружки.

— О, Твайлайт, привет, — Флеш поднял два пальца в знак приветствия. И тут же смутился: так дам не приветствуют. И ещё больше смутился, когда заметил остальных представительниц Элементов Гармонии, и неуверенно почесал затылок. — Проходите, что ли.

— А мы вам не помешаем?

— Да вы что? — смущение у Флеша тут же пропало, — Да какой «помешаем»? Верно я говорю? — крикнул рокер, обернувшись внутрь.

— Ещё как! Отведём им место для зрителей?

— Да не вопрос!

— Агась.

Девчонки вошли. Флеш указал им на скамейку возле дальней стены, а сам вернулся к своему только что брошенному занятию — настраиванию гитары.

— Как вы нас нашли-то? — поинтересовался Филипп, — Эплджек, вроде, Биг Мака ничё не спрашивала.

— Агась.

— А ты думаешь, шо, кроме вас, никто не знает о вашем, типа, штабе? – спросила Эпплджек, присев на скамейку и скрестив ноги.

— А, ну, тогда понятно. Так вы чего пришли? Послушать нас можете и в кафе по пятницам.

— А мы не удержались, — Рэйнбоу повернулась к Твайлайт и зашептала: — Давай, начинай свой разговор.

— Но я… ещё неуверенна, что им нужно говорить о нашей цели, — подала голос Флаттершай.

— Мы должны сказать, ведь нам нужна помощь тех, кого мы выбираем. Может, они что-то знают.

Подружки немного посмотрели на то, как «Компактный взрыватель» настраивает свои инструменты, и, наконец, принцесса решилась:

— Эм… Нам нужно поговорить…

— Говорите, — тут же откликнулся Филипп, перелистывая ноты на пюпитре.

— Понимаете, мы кое-кого ищем…

— Знаем, — кивнул Джеймс и закатил глаза, посмотрев на подружек, — Опять, начинается. Перестаньте на меня так смотреть. Об этом вся школа знает.

— О том, кого мы ищем? – вдруг поинтересовалась Пинки.

— Нет, то, что вы кого-то ищете, — поправил её гитарист, уже доставший свою классическую гитару.

— И мы готовы вам помочь, если наша помощь вам понадобится, — тут же подхватил Флеш, подкручивая колки на скрипке.

— Ну, мы практически узнали, кто это… Но нам сложно выбрать… И мы хотели бы, чтобы вы нам помогли…

— Надо бы сначала вам объяснить, кого вы ищите, вернее, что вы о нём знаете, — заявил Филипп, наигрывая на синтезаторе классику. — А после этого — мы рады вам помочь.

— Мы ищем Седьмой Элемент Гармонии, его представителя, — смело сказала Твайлайт.

— Элементы Гармонии… Да, что-то помню, — кивнул Флеш, прикладывая подбородник скрипки к себе и беря смычок, — Помните, я вам рассказывал? — обратился он к Джеймсу и Филиппу.

— М-да, — кивнул Джеймс, подходя к столу, беря флягу с яблочным сидром и начиная пить из неё.

— В общем…  Мы думаем, что представитель этого элемента… либо Филипп, либо Джеймс.

Последний подавился сидром. Все остальные же перевели взгляд на девочек.

Повисла пауза.

Тишину нарушил Филипп, не сказав ни слова — просто сыграв классическую тревожную музыку (знаменитое ТА-ТА-ТА-ДАААААММММ).

— Что, простите? – голос Джеймса хрипнул.

— Я, э-э-э… тронут, — произнёс Филипп.

Флеш присвистнул. Биг Мак кивнул. Снова пауза.

— А-а-а почему? – осмелился спросить Филипп.

— А-агась.

— В вас скрещиваются все нужные аспекты Гармонии, — ответила Твайлайт уже своим спокойным голосом теоретика. – Честность, Доброта, Смех, Верность и Щедрость. Мы думаем, что Седьмой Элемент содержит в себе все эти элементы, и нам нужна помощь в поиске самого элемента и того, кто его представляет.

— Ну, теперь уже и я тронут, — ответил на это Джеймс. — А я, между прочим, из-за вас сидр впустую потратил.

— Там есть ещё коробка с десятком — заметил Флеш.

— Суть не в сидре, — сказал Филип. – В этом элементе, видимо, представитель  – ну, допустим, либо я, либо Джеймс – должен разбираться. Он должен чувствовать этот элемент. Может быть, он должен САМ его раскрыть?

— Вполне возможно, — оживлённо отозвалась Твайлайт.

— И всё же чем мы вам можем помочь? — спросил Филипп, — Мы знаем не больше вашего. Скорее всего, даже меньше.

— Может, вы сможете решить нашу загадку… И мы узнаем название элемента, — неуверенно проговорила Флаттершай.

— Хм… Ну, давайте, попробуем помочь, — Джеймс потряс флягу возле уха, чтобы убедиться, что там что-то ещё осталось, — Может, и сидр не зря пропал, а то ещё от головной боли стошнит.

Принцесса достала из своего рюкзака листочек и протянула Флешу. По его бокам встали Джеймс с Филиппом, а Бик Мак заглянул сверху — он был выше Флеша на пол-головы.

— Так… Сильнее Доброты, Честности, Щедрости, Смеха и Верности… и порой может помочь самому главному — шестому…

— Это Магия, — вставила Пинки.

-… может помочь магии. И что это?

Первым версию предложил Флеш:

— Вера?

Филипп поспешил опровергнуть эту гипотезу:

— Нет уж, увольте. К чему нам тогда Верность, если есть Вера?

— А это разве не одно и тоже?

— Не-а, — покачал головой Биг Мак.

— Практически. Вот, ты, Джеймс, веришь мне, когда я рассказываю тебе о проблемах, и готов мне помочь. Это ж Верность?

— Вроде бы.

— Получается, что без Веры нет Верности?

— Угу.

— Тогда Вера — часть Верности?

— Ну… Да.

— Тогда как может Вера быть отдельным Элементом?

— Никак.

— Ну, вот и я о том же.

— Но мы считаем, что Седьмой элемент — это баланс всех остальных элементов, — вставила Твайлайт.

— Всех остальных, НО! не одного.

— Тогда что?

Следующий был сам Филипп:

— Прощение?

— Да ну к фигам, — отмахнулся Джеймс, — Это часть доброты, тут и объяснять нечего.

— А что тогда?

— Может, Помощь?

— Тюююю, совсем не то. Это что-то типа Щедрости в Доброте. И Верность тут замешена.

— Так, стоп. Уже три элемента в одном? Вам не кажется…

— Нет, не то. Честность-то тут причём? Да и Смехом тут не пахнет.

— Не там мы копаем, не там… — Флеш взялся за голову от досады.

— Так мы точно не додумаемся, — вздохнул Филипп, — Придётся следить за собой и анализировать все свои действия. Может быть, что-то проявится. Эдакое наблюдение, такая лабораторная работа, что ли.

— Тогда у нас новый матч, — хмыкнул Джеймс, — «Борьба за Звание Представителя Седьмого Элемента, или БзЗСЭ: Джеймс против Филиппа! Главный приз — путёвка в…» — Как бишь её? — «Эквестрию!» Когда начинаем?

— Да прямо сейчас, — хмыкнул Филипп, — Поэтому я предлагаю отложить репетицию на потом и выйти на поиски… Чего-то.

— А это нужно спросить у Твайлайт, — Флеш повернулся к принцессе. — Как твои подруги в Эквестрии узнали, какие элементы они представляют?

— Ну, у каждой из них было что-то вроде испытаний. И там они показывали свои качества, характеризующие их элемент.

— Значит, и мы должны найти… типа, «испытание». Пойдём, что ли?

Инструменты были отложены. Все вышли из класса. Закрыв за собой дверь на ключ, Филипп поспешил догнать всех.

— А почему вам разрешили репетировать в школьное время? — вдруг  спросила Флаттершай.

— Мы часть прибыли тратим на школу, — ответил Филипп, — Вот и разрешили.

— То есть… Вы даёте… Взятку?

БУМ! — Джеймс врезался в стену: коридор как раз поворачивал.

— Что?! — Джеймс развернулся. Нос сломан не был, кровь не текла, но глаза широко раскрыты, а лицо красное от гнева, — Да как ты смеешь?

Тут он понял, что говорила Флаттершай, которая уже сжалась в комочек, и моментально сменил тон:

— Извини, Флаттершай, я не хотел. Всё хорошо, хэй.

— Я… Я просто не хотела… Вот так вот оскорблять…

— Ты никого не оскорбляла, всё хорошо. Ты просто перепутала. Владелец кафе сам платит школе, а школа даёт нам время для репетиций. Может, на взятку и похоже, но мы нормально учимся, не отстаём, и взятку просто не за что платить. Всё чики-дрыки. Только смотри, не плачь, а то не будешь такой красивой.

— А я… красивая?

— О Господи, — Джеймс закатил глаза, — Ты этого не знала? Да я вообще удивляюсь, как у тебя парня ещё не появилось. Ты вообще какая-то замкнутая, вот к тебе и подкатить не могут. Ты давай, похрабрее будь как-то, а то мне вот так вот сидеть на корточках вечность придётся.

— Х… хорошо, — Флаттершай встала вместе с Джеймсом.

— Вот так, отлично. Теперь пошли. Только если заплачешь — убью.

У Флаттершай от ужаса глаза раскрылись.

— Да шучу я.

Девушка слегка улыбнулась. Это было то, чего юноша и добивался. Хотя ив немного грубоватой форме.

Они пошли дальше. Впереди шёл «Компактный взрыватель», позади — девчонки.

— Ты как? — поинтересовалась Эплджек. — Он тебя того, не обидел?

— Нет, что тты, — тут же ответила Флаттершайт — Он меня даже подбодрил, сказал, чтоб я похрабрее была. Такое чувство, что он меня понимает…

И она запела:

Боюсь, когда все смотрят на меня, ведь страшно это так.

Боюсь, когда…

— Так, СТОП!

Все подружки так и застыли. Перед ними стоял Джеймс. Чуть позади него — остальные пацаны.

— Флаттершай, ты что, петь собралась? — спросил он спокойно. Пока.

— Эм… Да, а что?

— Ты уж меня извини, но я просто ненавижу, когда начинают вот так вот петь.

— Но ты же сам поёшь!

— Я пою не так… Ну… Как тебе объяснить… Я не люблю такие песни… Вот представь, если бы Твайлайт выбежит утром из своего дома и на всю улицу запоёт: «Какой прекрасный день!» Я понимаю, что это маловероятно, но твоя песня — это как раз такой вид. Ну, не свойственно это, ну… ну непривычно. Так что извините, но мы пойдём чуть вперёд, а вы пойте.

Джеймс ушёл, так и не заметив эдакое удивление в глазах Твайлайт.

«Компактный взрыватель» несколько секунд шёл молча.

— Пикапер, — заметил Флеш наполовину саркастически, наполовину укоризненно.

— Я опять пошучу про твои отношения с Твайлайт, — парировал Джеймс, засунув руки в карманы и смотря куда-то вперёд.

— Воооу воу воу.

— Вот и я не пикапер, ага? Давайте лучше немного шаг ускорим, а то дамы петь собираются.

— Ну, могли бы и послушать. Наверняка хорошо поют.

— А, ну, слушайте, а всё равно вперёд пойду, а то ж знаете, как я не люблю такое.

— О-кей.

Вокалист группы ускорил шаг. Вскоре он услышал сзади себя голос Флаттершай. Мотивчик, право, неплохой, но сейчас ещё остальные подхватят, как обычно в мультах бывает… девчачьих. Нет, он почти уверен, что у остальных девчонок тоже голос хороший и слух тоже отличный, просто он не любил. Вот не любил такое — и всё.

Неожиданно он услышал какой-то диалог за углом. Всё бы ничего, если бы это был не единственный диалог в том коридоре, и если бы в нём не участвовала плачущая девушка.

— П… пожалуйста… не надо…

— Доставать всю школу не надо было!

— Но… но я изменилась!

— Да, она изменилась!

Джеймс нахмурился, он знал, кто это говорил. Юноша замахал руками, призывая «Компактный взрыватель» к себе. Те тут же догнали его. А за ними подоспели девчонки.

— Что? — просто спросил Филипп.

Тот кивнул в сторону угла. Все по очереди повыглядывали за него, чтобы увидеть это своими глазами…

Оперевшись спиной о железный шкафчик, на полу сидела Сансет Шиммер, закрыв лицо руками. Рядом, спиной к наблюдавшим, стояло три девчонки лет одиннадцати, которые стояли в решительных позах. А перед ними — три пацана класса эдак десятого.

Биг Мак уже дёрнулся в сторону развивающегося конфликта, но Филипп его остановил: ещё неизвестно, что они будут делать.

— Неважно, мы всё равно посмотрим, что в сумочке нашей Сансет Шиммер, — старшеклассник поднял вверх сумку, которую «Компактный взрыватель» и Элементы Гармонии не заметили из-за стоявших к ним спиной «Метконосцев».

— Верни ей сумку.

Хулиганы подняли глаза. Эти слова сказали два юноши: Флеш и Джеймс, только что вышедшие из-за угла.

— Чё вы там сказали? — тихо спросил тот, что в центре.

— Они сказали: «Верните ей сумку», — это уже сказал Филипп, тоже выйдя, — Верни. Ей. Сумку. Если глухой.

— А ну заглохни.

— Метконосцы, идите к сёстрам, — сказал Филипп девочкам, и те убежали в сторону шестёрки и Биг Мака. Тот, кстати, пока стоял в сторонке, возле представительниц элементов.

— Эй, а ты шо не идёшь? — спросила его Эплджек, — Думаешь, наши их уделают?

— Агась.

— Шо, прям изобьют?

— Не-а.

— А Шо тогда?

Биг Мак просто кивнул в сторону Джеймса с Филиппом и Флешом между ними с совершенно спокойным видом, будто бы уже знал, как всё будет идти.

Сейчас друг напротив друга стояло по три человека, слева — три десятиклассника, справа — два из девятого и один из десятого, а между ними сидела Сансет Шиммер, переводя взгляд с одной группы на другую и обратно.

— Чё тут вообще случилось? — спросил Джеймс.

— Мы тут над Сансет Шиммер ржём, и вам бы советовали, — хмыкнул один из хулиганов, — Смешно же!

— Нахрена (уши Метконосцев заткнуты) вы над ней прикалываетесь?

— Нахрена? Да эта дура нам чуть школу не сшибла полгода назад. И всю школу в страхе держала. И ты спрашиваешь, мол, чё мы прикалываемся?

Джеймс хоть и был не робкого десятка в махаче, но мог всех удивить и словесным приёмом.

— Что ж, если вы считаете, что ни разу никого никогда не пугали — плюньте на меня.

Хулиганы удивлённо уставились на сказавшего эти слова.

— Ну, кто первый, кто?

Они не решились.

— Вы здесь учитесь только потому, что вам дают ещё один шанс исправиться, — рыкнул Джеймс.

— У меня вообще-то родня богатая.

— То есть ты думаешь, что никакого шанса тебе не давали? – подключился Филипп.

— Ну-у, дали.

— Тогда какого фига вы не даёте шанс Сансет Шиммер?!

— Слушайте, хрена мы его слушаем? — спросил главарь и уже дёрнулся вперёд, но два других хулигана его остановили:

— Подожди, он дело говорит.

Джеймс всё говорил:

— Да, я понимаю, что она лет пять вас по шкафчикам гоняла, понимаю, что полгода назад превратилась во что-то нечеловеческое…  Но Господи, она человек! Она человек, как и вы! Она имеет право на шанс! А пока я здесь учусь, вы его ей ни разу не давали! Сначала одни пристают, потом другие, и до вас дошло!

— А действительно, — сказал хулиган внезапно умным и рассудительным тоном.

— Заткнись.

— А ты меня не затыкай! – тут же отмахнулся тот. — И вообще, я пошёл, а ты тут разбирайся. Серый, ты со мной?

— Ага, Черп, иду.

Они ушли. Остался один главарь, смелости у которого заметно поубавилось.

— Хочешь ещё  поржать? — поинтересовался Филипп.

— Да нет, я, пожалуй, пойду, — главарь неуверенно попятился а вскоре вообще убежал.

И тут из классов стали выходить школьники. Этаж был для начальных классов, поэтому заступиться было некому. Учителя не слышали. Позвали их только-только, и вот учительница Черили спросила:

— Что здесь случилось?

Подбежали Метконосцы и тут же закричали:

— Они заступились за Сансет Шиммер и защитили её от хулиганов!

— Спасибо вам, — поблагодарила учитель Черили троих музыкантов. – Я поговорю с директором Селестией по поводу всего этого, и, разумеется, она будет в курсе.

Черили зашла обратно в класс. Филипп и Джеймс подошли с разных сторон к Сансет Шиммер и оба протянули ей руки.

— С… спасибо, — кивнула она с благодарностью.

— Давай уже, поднимайся, — ухмыльнулся Джеймс.

Девушка взялась за обе руки и поднялась. Флеш протянул ей сумочку. Та взяла её, потупив взгляд.

И вдруг Метконосцы бросились обнимать заступников: Свити Бель — Филиппа, Эплблум — Джеймса, Скуталу — Флеша.

Обнимая Эплблум, Джеймс обратил внимание на то, что было у неё голове.

«Розовый бант, — подумал он, — Мило»