Искры миров
Прелюдия
Нотка вступления.
Коридор. Бесконечный коридор. Ты бежишь. Не останавливаешься. Нельзя. Коридор не кончается. Сужается. Ты бежишь. Оставляешь сзади пропасть. А коридор сужается. Превращается в тоннель. Тугой тоннель. Крутится. Душит. Рвется. Ты падаешь. Нет движения. Нет мысли. Ты падаешь. Тьма. Она окутывает. Проникает. Душит... Держит глаза...
Держит глаза...
Да неужели…
Я распахнул глаза.
Спектакль Морфея начал постепенно отступать, а я...
Опять. Хотя, нет, не опять, а снова. Я сидел в кровати, одеяло которой давно уже свалилось, в классическом холодном поту и с полной воздуха грудью. Снова. Проснись и пой, черт побери! Найду первого, кто это сказал, заставлю заснуть сладким сном в каком-нибудь болоте...
Время! Время... Слава Богу! Шесть утра... Хотя, кого здесь благодарить? Незаслуженно разбужен собственными страхами. Надо отдышаться. Такими темпами в один прекрасный день меня найдут в своей же постели посиневшим от недостатка воздуха... И на что запишут? "Задушен сном"? Черт…
Я сделал самую простую дыхательную зарядку – вдох-выдох, вдох-выдох. Сегодня мне надо быть вежливым, спокойным и, желательно, наглым – день обещает быть незабываемым. Почему? Мне приснился «кошмарик». Все еще не ясно? Ваши, дорогие господа, проблемы… Осмотр!
Кроме возможного шанса окончить свою жизнь без кислорода, я также схватил будильник. Крепко так схватил. Решил пообороняться? Надо как-нибудь спросить у подсознания.
А теперь – по-армейски вскочить и, пока кружится голова, заправить постель. Ай, будильник поставить забыл… Ладно. Завершено.
Итак… Надо собраться со всеми-всеми мыслями в тайном убежище и обдумать стратегию сегодняшнего дня. Первое – я проснулся за час до моего обычного выхода. Ничего страшного, время я чем-нибудь заполню. Второе… А какой сегодня день? Суббота! Какое соленое и белковое слово…
Вместо хлопьев – яичница! Ну-с, не будем заставлять себя ждать, бегом на кухню!
Ан нет, стоять. Шторы. Какой-то сильный ночью ветер был, все занавески поднял, искрутил и насадил на батареи. Негодяй. Может, в следующий раз не открывать окна нараспашку? Я это учту…
Занавески – дело секундное и незначительное, гораздо, гораздо важнее сейчас завтрак. Без хорошего завтрака не будет хорошего дня, как говорил один мудрец. Оценка обстановки в рефрижераторе… Неудовлетворительная. Кончаются яйца. Три, как необходимый минимум, плюс одно за «кошмарик» и одно за хороший день – пять. Какая удача! Счастливое число. Но в итоге холодильник оставляет в себе одинокое яичко… Не оставлять же его! Но и число хорошее портить не хочется… Ах, прости, но лишнее – не всегда хорошее. Я с тобой что-нибудь потом сделаю…
Простое, но неумирающее блюдо… Впрочем, что это я разлагольствую? Мое утро имеет право на полную конфиденциальность и личную неприкосновенность! Я же сейчас даже не предложил права простого выбора! Меня бы за такое четвертовать… А давайте-ка отодвинем наше действие на фон и оставим место многочисленным лирическим отступлениям…
С чего бы начать? Что вам было бы интересно знать о только что проснувшемся от неприятного сна простом парне? Ах, я же вас не слышу… Очень жаль. Тогда достанем пленку моего будущего дня, поставим ее в дряхлый проектор времени и ускорим. Приятного просмотра!..
— Это как называется? – первый привет мне на работе.
— Игнат Борисович, тысяча извинений, зачитался… – не в силах сдержать свою аномальную честность перед большими людьми, ответил я.
— Уже тысяча первое, — пробасил шеф. – Тебе повезло, что сегодня нет ранних клиентов, первый записан, там… Марина, скажи ему!
Оплавленный кусок воска, для которого гравитация стала тяготой судьбы, ширококостная, «малость полноватая» диспетчерша Марина повернулась к нам и монотонно прочитала:
— Девять – тридцать четыре.
— Ужасно повезло! – развел руками и угрожающе выпучил глаза Игнат Борисович. – Давай, иди и жди!
Я молча кивнул и, бросив куртку с шапкой на вешалку, подошел к своему креслу. «Иди и жди»! Да что б его! Ух… Ладно, ладно… Скоро нужно приступать к работе. До клиента у меня… Двадцать минут! Ужас…
Наверное, я поступаю очень некультурно, пропуская любые точные упоминания моей работы. А оно вам надо? Я работаю, как и все люди на этой гребаной планете, и неужели важно, где? Хорошо, хорошо, время есть, можно и на отдаленные темы поговорить…
Менеджер по стрижке – вот мое призвание. Это я еще сократил. Или, если вам привычней, парикмахер. Удивительно, правда? Не могу не согласиться. Пока мои ровесники дают подносы и объявляют «Свободная касса», а некоторые до сих пор пытаются втюхнуть прохожим эти самые бумажки… как их… Листовки, да, я бегаю вокруг стула и работаю ножницами! Ужас… наверное. Что ж, судьба бросила мне такую участь. Ну, как бросила…
Мне просто повезло. Какая ирония! Но это правда. Множество специалистов, способных сделать дикий лес на твоей голове королевской аллеей, а заросли лиан на подбородке Висячими садами, не разбираются в скоростной стрижке. Им невдомек, как можно быстро и аккуратно очистить макушку от лишних волос, причем у различных людей совершенно одинаково, словно робот. И тут на помощь прихожу я! Я! Не смыслящий в деле стрижек ни…. Нет, заканчивать не надо. Хотя, ведь правда получается…
Я не могу сделать какую-либо прическу, зато у меня талант к быстрым автоматическим действиям и простым стрижкам а-ля «под ноль» или «там покороче, здесь подлиннее». Что бы эта парикмахерская без меня делала? Ведь полон город людей, не терпящих промедлений и готовых платить большие деньги за скорость, и была полна корзина таких клиентов, потерянных из-за медлительности… До меня.
Ох, зазнаюсь же! Никогда не стоит забывать своих успехов, равно, как и приукрашать их. А теперь представьте среди кучи многофункциональных и изящных наручных часов один маленький хиленький экземпляр, способный показывать лишь время, но зато точно и без каких-либо сбоев. Представили? Ага, данные для задачи введены, остался вопрос. Какие часы будут избранными большинством?
Таково мое положение. Ценный, однако, сотрудник, но не настолько, чтобы почитать его, как специалиста. Шеф относится ко мне снисходительно, штрафом меня он одарил лишь однажды… Однажды… А остальные?
Равнодушие, презрение, игнорирование – оксюмороны так и льются. Как вы понимаете, столь огромный коллектив не дал мне самого коллектива, настоящего коллектива. Я прямо-таки гадкий утенок, разве что меня еще не выгнали за какой-никакой пользой. Неприятно? Некий дискомфорт есть. Но не более…
О, а вот и клиент! Кажется, я его знаю… Или нет, не могу разобраться…. Честно, я не пытался запоминать своих клиентиков, для меня они… Проехали…
Сколько я уже работаю? С одной стороны, три года, всего три года…. С другой, кажется, что в этой парикмахерской я родился, учился и повзрослел, и прошло отнюдь не три годика! Я так часто теряюсь во времени…. Почему? Что со мной не так? Что…
Время тикает и тикает, клиенты приходят и уходят. Я словно сплю. Раз макушка, два макушка, три макушка…. Взгляну на часы, и уже обед. И снова по кругу, по кругу, без остановки, потихоньку наползает темнота….
…Хлопок по плечу разбудил меня не хуже ведерка ледяной воды. Влас! Мерзавец, сколько ему говорить о моем чутком движении мыслей?! Ну я ему!
— Черт тебя дери, я же говорил, не буди меня так! – крикнул я, разворачиваясь.
— Я учту, — ответил мне гулкий и неожиданно мягкий бас. – Опять уснул?
— Простите… Можно сказать и так… – ответил я. Голова еще не отошла от экстренного пробуждения от дум. Была бы возможность, думал бы днями и ночами… Резкая мысль окончательно разбудила меня: — А где Влас?
— Тебе пора почистить уши, дружок, — строго, но все же мягким тоном отметил Игнат Борисович. – Неужели ты не слышал?
— Что?! Что не слышал? – воскликнул я, лихорадочно перебирая варианты, куда пропал наш уборщик. Отпуск? «Простых смертных не отпускают раньше богов» – говорил кто-то из наших. Грустная правда. Болезнь? Влас хоть по своей худости и мог соперничать с чертом, но иммунитетом обладал солдатским. Что тогда?
— Сдох наш Влас, — спокойно пробасил шеф. – Пищевое отравление, переизбыток алкоголя, наркотическое отравление! – он поднял палец вверх. – Узнал бы раньше, уволил бы нахрен! Уборщик – наркоман! Позор для парикмахерской! Тьфу… Ты идешь? Могу оставить…
Влас… Влас… Почему… Почему так пусто…
Я встал, взял свою куртку и шапку, накинул и вышел на улицу. Слишком снежную какую-то…
— Наконец-то… Ах, да, с Новым…
Новым… Он еще издевается? Новым приобретением… Какой сволочью надо быть, чтобы знать и использовать это….Надо быть шефом…
Почему? Почему?! Он не говорил мне… Когда мы с ним в последний раз виделись? Почему? Давно это было… Нет, почему? Почему?! Негодяй… Мерзавец! Засранец! Почему? Почему…
Но я… Я предлагал деньги…. Да, предлагал, отлично помню…. Не взял.. Так с каких же средств он взял себе причину переизбытка алкоголя? Пищевое отравление! У бабульки той пирожки, что ли, взял… Говорил же, нет, не надо, не бери! Благодарен он был, видите ли! Вот вам и благодарность… Наркотики… А это-то откуда?! Что бы Влас, да был наркоманом… Никогда бы не поверил… наверное…
Почему? Зачем? Зачем?! Что это он решил в одиночестве напиться… Я же… Лучше бы со мной разделил, не мучался бы…. А теперь? Последний, которому я мог спокойно рассказать о своем дне, сгинул… Нет больше смысла жить! И не будет… Больше никогда не будет… Лучше и не вспоминать, что было до… Гораздо смешнее взглянуть в свое жалкое будущее… Заморыш. Словно бы оно у тебя было… Ты – никто! Даже знакомый – его уже точно не назовешь другом – спился и отравился всем, чем только можно, лишь бы отвалиться от тебя… Ах… Аргх!
И что же ты будешь делать? Последняя струна, по тонкости которой ты осторожно шагал, все же порвалась. Похороны? Не стоит оно того… Да и кто его будет хоронить? Он ведь почти как я… За исключением одного: он мертв…
Может… Разорвать это отличие? Может… Может… Уйти? Смысл бытия утерян! Все бросили, все кинули, и я должен решить! Должен решить… Должен решить… Решить…
Постойте… Почему повсюду темнота?