Автор рисунка: Devinian
Луна по расписанию С такими друзьями...

Затмение

I

А между тем, первые пони вышли из своих домов, чтобы заняться повседневными делами. На их лицах застыли мрачные и недовольные выражения, а под налитыми кровью глазами повисли мешки. В это прекрасное утро пони не были счастливы. Большую часть ночи их мучали кошмары, многие так и не смогли уснуть повторно в страхе перед увиденным. Даже жеребята, обычно шумные и жизнерадостные, вяло брели в школу, засыпая на ходу. Только шесть пони продолжали спокойно спать крепким, счастливым сном, не ведая о том, что творится вокруг них.

Пегасы из Клаудсдейла тоже спали в эту ночь спокойно, поэтому они с недоумением смотрели на мрачных и вялых собратьев из Понивилля. Именно таковой и была реакция Скуталу, когда она очередной раз «автостопом» добиралась до подруг и школы.

— Спасибо, мистер Сноубэйн, — крикнула она, помахав на прощание пегасу, доставившему её на землю.

Навстречу ей шли… нет, плелись Эпплблум и Свити Белль. Они были мрачны, их глаза были красны и они едва волокли свои школьные сумки.

— Привет девочки! – радостно воскликнула Скуталу. – Э… девочки?

— Ты даже представить не можешь, что нам сегодня снилось, — сказала Эпплблум.

— Это был просто ужас, — добавила Свити Белль.

— Мы всю ночь не могли спать, — снова сказала Эпплблум.

— Вам снились кошмары? – удивленно спросила Скуталу.

— Не только нам, — сказала Свити Белль. — Всему Понивиллю. Посмотри вокруг: никто ночью не спал.

— Держу пари, это все из-за того монстра, который вчера приходил к нам на ферму, — сказала Эпплблум.

— Какого монстра? – удивилась Скуталу.

— Его звали Нерон и он выглядел как наполовину пони, наполовину кот. Он сбил яблоки с дерева почти так же хорошо, как Эпплджек. Но потом дерево засохло, а яблоки сгнили.

— А еще он приходил к Рэрити и… она мне не сказала, что он делал в бутике, но это явно было что-то плохое. Потом она и Эпплджек ушли к Твайлайт и все еще не вернулись.

В этот момент прозвенел школьный колокол, призывающий на урок. Насилу добравшись до класса, жеребята расселись по местам. Многие тут же уткнулись носом в парты, другие кое-как силились не уснуть.

— Мои маленькие пони… а-а… — Черили тоже «клевала носом». – Сегодня у нас будет короткий день… потому что… вы знаете… в любом случае, сегодня урок… а впрочем… неважно…

Тут Черили не выдержала и опустив голову, громко засопела. Всем стало ясно, что уроков не будет. В другое время жеребята бы галопом бросились на свободу, но не сейчас. Так же понуро и вяло, они разбредались с не начавшихся уроков. Спустя несколько минут из школы послышался вскрик: Черили снова была разбужена очередным кошмаром.

— Я та-а-к хочу спа-а-ть! – пожаловалась Свити Белль.

— Это все ненормально! – воскликнула Скуталу.

— КОНЕЧНО это НЕНОРМАЛЬНО! – передразнила её Эпплблум. – Всему городу снятся кошмары! Я уверена, это все дело копыт Нерона.

— Ты говорила, у него вместо передних ног – лапы, — сварливо возразила ей Свити Белль.

— Но на задних у него копыта!

— По-твоему, он колдовство задними копытами творит?!

— Он лягнул ими дерево, и оно засохло.

— Твоя сестра каждый день их лягает и ничего.

— Потому, что она земная пони. А Нерон… эм… единорог!

— Какой единорог?! У него нет рога!

— У него два рога!

— Это уши.

— Откуда ты знаешь? Ты его даже не видела!

— Видела!

— Не видела!

— Видела!

— Не видела!

— Какая разница?! – воскликнула Скуталу, прерывая бессмысленный спор подруг. – По-моему, у нас есть проблема посерьезнее.

Их внимание привлекли несколько пони, окруживших Розу и громко ссорившихся. Подойдя поближе, Метконосцы услышали:

— …я же уже извинилась! – говорила Роза раздраженно.

— Да ты посмотри на меня: я весь мокрый! – не менее раздраженно отвечал ей Эйс. – Мне нужно быть через пять минут на тренировке! Как мне мокрому играть?!

— Солнце жаркое, — ответила Роза. – Высохнешь.

— Да ты вообще смотришь, что ты поливаешь?! – возмутился другой пони, Карамель, тоже мокрый.

— Конечно, нет! – ответила вместо нее Дейзи. – Её кроме её дурацких роз ничего не интересует.

— Ах так?! – возмутилась Роза. – Когда ты последний раз отходила от своих маргариток? Возишься с ними, вместо того чтобы прополоть эти сорняки и посадить нормальные цветы.

— Сорняки?! Да без моих цветов ни один праздник не обходится. Если у кого сорняки, то это у тебя. Одни колючки!

— Вы обе бесполезны, — заметил Эйс. – Я требую полотенце.

— Утрись дверным ковриком! – хором ответили цветочницы.

Пока под горячее копыто не попали и они, Метконосцы отошли от негодующих пони. Они прошли вокруг Понивилля, отмечая то тут, то там возникающие склоки и, наконец, добрались до сада Эпплов, в котором укрылся их штаб.

— Уже все ссориться начинают! – сказала Скуталу взволновано. – Никогда такого не видела.

— Это из-за злой магии, — уверенно сказала Свити Белль.

— Это из-за кошмаров, — возразила Эпплблум.

— Кошмары – и есть магия! – сказала Свити Белль.

— Кошмары не могут быть магией! Это же сны! Ты хоть раз видела, чтобы кто-нибудь управлял снами?

— Я единорог, мне виднее!

— Да ну? Когда ты последний раз смогла хоть что-нибудь наколдовать?

— Девчата! – в очередной раз воззвала к их сознательности Скуталу. – Прекратите!

— А ты не кричи на нас! – хором ответили подруги.

Легкий холодный ветерок качнул их гривы. Но их увлечение спором было столь велико, что они не заметили надвигающейся опасности до тех пор, пока Нерон не предстал перед ними во плоти.

— Привет, девчонки!

Завизжав от испуга, Метконосцы бросились бежать. Нерон телепортировался, преградив им дорогу.

— Не надо бегать от меня.

В тот же момент утренняя роса, все еще лежавшая на траве, превратилась в ледяные кристаллы, приморозив кобылок к месту.

— Отстань от нас! – завопила Эпплблум.

— Отста-ань от на-ас, — передразнил её Нерон. – Нет-нет, у меня на вас планы.

— Какие еще планы? – храбрясь спросила Скуталу

— Встречный вопрос: ты мальчик или девочка? – спросил Нерон. – Не могу определить… ну да ладно, выясню потом. А сейчас попрошу помолчать, вы же не хотите простудить горлышки?

Нерон взмахнул лапами и все четверо поднялись в воздух, а затем, растворились в пространстве, оставив после себя лишь ворох снежинок.

II

Твайлайт сладко зевнула и потянулась в своей кровати. Сейчас, когда утро наступило, постель была мягка, а в воздухе носился запах свежего чая, события вчерашнего дня казались сном. Дурным сном. Сейчас она встанет, посмотрит свое расписание, Спайк приготовит завтрак и она займется чтением «По Тартару на перекладных». Сильверхарт никогда не приходил в Понивилль, Нерона никогда не существовало, а… Рэйнбоу Дэш спит с ней в её постели?!

Дэш перевернулась на другой и бок и проворчала:

— Ты всегда так рано просыпаешься? Посмотри на часы – еще спать да спать.

— Ч-что произошло? – Твайлайт огляделась.

— А? – Спайк поднял голову из своей корзины. – А… ты же вроде вчера сама уложила Дэш и Эпплджек в свою кровать?

— Я? Правда? Но тогда как я тут оказалась?

— По-моему, принцесса тебя принесла. Эпплджек же рано встает, она уступила тебе место.

— Эй, ну дайте поспать! – возмутилась Дэш. – Всего только десять часов!

Твайлайт соскочила с постели. Нет, вчерашний день не был сном и все тревоги вернулись в её голову. Однако, вместе с ними пришла и радость: с ней были её подруги и принцесса Луна, а в такой компании им был не страшен никто, сколь неизмеримо могущественным и безгранично злым он мог быть.

Она в бодром настроении вошла в зал и настроение тут же поспешили испортить!

— Твай! – воскликнула Эпплджек. — Ты проснулась! Хорошо, а то у нас проблемы!

Кроме Эпплджек в зале была только Флаттершай. Они пили чай.

— Что опять? – упавшим голосом спросила Твайлайт. Похоже, её беды пошли на новый круг.

— Всему Понивиллю снятся кошмары, — сказала Эпплджек. – Утром я решила сходить на ферму, посмотреть что там да как. В это сложно поверить, но Биг Макинтош поругался с Рэд Делишес! Мы никогда между собой не ссорились! Мы вообще никогда ни с кем не ссорились. Это что, все Нерона работа?!

— Несомненно, — ответила Твайлайт хмурясь. – Почему вы выходили из библиотеки? Я же просила не разделяться! Что если Нерон нагрянет сюда сейчас? Где все?!

— Рэрити скоро вернется, сказала, что ей срочно нужно что-то взять в бутике, Спайк ей помогает, а Пинки… разве её остановишь, когда у нее кончается сладкое? — ответила Эпплджек.

— Ясно, — сказала Твайлайт. – Флаттершай, а почему ты не пошла к своим питомцам?

— Я боюсь… — кротко ответила пегас. – Там снаружи ссоры… может быть, даже кричат…

— Эм, ладно. А где принцесса Луна?

— Их Королевское Высочество отправилось в город, чтобы разобраться в проблеме и ободрить горожан.

— Как по мне, это не очень удачная идея, — сказала Эпплджек. – Еще недавно они боялись её, как Найтмер Мун.

— Но она же доказала, что её не надо бояться, — сказала Твайлайт. – Думаю, пони доверяют ей достаточно. Тем более, присутствие принцессы может сказаться благотворно: ведь мы же не видели кошмаров!

— Боюсь я, что это какой-то хитрый план Нерона, — с сомнением сказала Эпплджек.

Рэрити с шумом и пафосом распахнула дверь библиотеки, неся впереди себя корзины с тканями, катушками, иголками и лентами. Спайк позади нее тащил швейную машинку «Пегазингер».

— Это… что?! – изумилась Твайлайт.

— Пришествие какого-то там духа не означает отмену заказов, — сообщила Рэрити. – Но, разумеется, мы все должны быть вместе! И я решила, что могу заняться работой прямо тут. Конечно, если тебя это не побеспокоит.

— Уже неважно, — вздохнула Твайлайт. – Но ты не боишься оставить Свити Белль одну?

— Она должна быть в школе с Эпплблум и Скуталу, — сказала Рэрити. – Все время проводит с ними. Наверняка, Свити Белль будет в их… как там… хижине.

— По крайней мере, Нерону до них дела нет, — сказала Эпплджек и добавила чуть менее уверенно. – Надеюсь.

III

Вьюга забивала ноздри. Она колола тысячами крошечных иголок. Вплеталась в гривы, слепляя их в тяжелые, замерзшие куски. В ушах стоял только вой ветра. Где был верх, где был низ, летели ли они или кружились на месте – никто из Метконосцев не знал. Они жмурились, ибо в глаза тут же набивались снежинки. Но, даже сумев открыть их на пару мгновений, они не видели ничего кроме сплошной белой пелены. Удивительное дело, но холод лишь кусал, неспособный проникнуть в жилы и заморозить их, за него это творили страх и отчаяние. Даже кричать они не могли, снежный кляп тут же забивал любые звуки, пытавшиеся вырваться из их глоток.

Потом они почувствовали под собой что-то твердое и вой вьюги оборвался, оставляя за собой «звенящую» тишину. Некоторое время кобылки приходили в себя, переводя дух, фыркая и кашляя. Первой открыла глаза Скуталу, но не увидела ничего, кроме темноты. Смигивая тающие снежинки, она пыталась вглядеться в эту тьму и даже начала различать какие-то угловатые формы.

— Где мы? – хрипло спросила Эпплблум, усиленно мигая, чтобы восстановить зрение.

— В безопасности, — раздался голос Нерона над ними.

Маленький тусклый шарик зародился во тьме. Становясь все ярче, он воспарил с ладони Нерона и осветил окружающие предметы.

Они были в огромной пещере, наполненной кристаллами самых разнообразных цветов и форм. Они отражали свет и постепенно пещера освещалась все более. Вскоре стал виден даже высочайший потолок пещеры, с которого хищно свесились острые сталактиты. Свет лился, многократно отраженный и раскрашенный во все мыслимые и немыслимые оттенки. Десятки радуг протянулись через пещеру, искривляясь в призмах и возвращаясь назад совсем другими цветами. Метконосцы стояли, раскрыв рты, сраженные внезапной красотой странного места.

— Красиво, правда? – спросил Нерон.

— Круто! – не удержала эмоций Скуталу.

— Прекрасно! – восхитилась Свити Белль.

— Просто супер! – добавила Эпплблум.

— И не говорите потом, что Нерон не может созидать, — самодовольно сказал Нерон.

— Но ты же похитил нас явно не для того, чтобы показать нам все это? – настороженно спросила Эпплблум.

— Разумеется, нет, — ответил Нерон.

Свет вокруг слегка померк. Радуги угасли, сменившись ровным сиянием кристаллов.

— На самом деле, от вас многого не требуется, — пояснил Нерон. – Сидите тихо, не шалите и будете возвращены туда, откуда исчезли.

— Но зачем?

— Видите ли, ваши сестры снова задумали спасти Эквестрию. Спасти Эквестрию! Звучит благо, но они очень плохо знают историю. Иначе бы они знали, что просто толкают Эквестрию к очередному витку тирании Селестии.

— Ты злой! – воскликнула Свити Белль.

— Не отрицаю, — ответил Нерон. – Но как ты определила, что я злой, если ты никогда не сталкивалась со злом? Я злой только потому, что так сказали принцесса Селестия и Твайлайт Спаркл?

— Ты всех мучаешь кошмарами! – сказала Эпплблум.

— Кошмары порождаются излишней благодатью, — туманно пояснил Нерон. – Баланс в этом мире глубоко искривлен. Вы будете видеть кошмары, когда я рядом. Но они пройдут. Нужно время, чтобы в ваших милых головках снова заняли свои места ложь, злость, жадность, зависть, коварство. Тогда в мире воцарится настоящая гармония.

— Этого никогда не будет! – крикнула Скуталу, наступая на Нерона. – Рэинбоу Дэш вздует тебя!

— Да ла-а-адно! – махнул лапой Нерон. – Не ты ли предала Рэинбоу Дэш ради Таинственной Пони-Что-Надо, которая оказалась маскарадом её лучших подруг? Не ты ли помогла им ткнуть носом в грязь своего кумира?

Скуталу, покраснев и опустив глаза, отступила.

— Хотя с моей точки зрения, вы сделали все идеально, – продолжил Нерон. — Публичное унижение собственной подруги – это еще один довод в пользу того, что искра дремлет в каждом из вас. Вы называете её «злом», я называю её «природой». Ваши сестры во главе с ненаглядной умницей Твайлайт Спаркл снова пытаются совершить насилие над собственной природой. Я просто вынужден спасти их от этой ошибки и сделать им предложение, от которого они не смогут отказаться. Или смогут. Зависит от того, кого они любят больше: Эквестрию или вас.

— Тебя остановят, — буркнула Эпплблум.

— Это мы еще посмотрим, — ухмыляясь, сказал Нерон. Он щелкнул пальцами и на пол возле Метконосцев шлепнулся странный ящик с откидной крышкой.

— Чтобы вы не скучали, — сказал Нерон. – А теперь сидите тихо. Прежде, чем все решится, мне надо уладить еще одно мелкое дельце.

И снова, рассыпавшись снежинками, Нерон исчез, оставляя маленьких пони в светящейся пещере с таинственным ящиком.

— Вот это мы попали, — сказала Скуталу, оглядываясь.

— Интересно, что там, — Свити Белль потянулась к ящику.

— Не трогай!!! – воскликнула Скуталу, оттолкнув копыто подруги от ящика. – Наверняка, это ловушка.

— Вообще-то, мы уже в ловушке, — заметила Свити Белль, грустно обводя взглядом пещеру

Эпплблум опустилась на пол, усыпанный крупным песком, и тихо всхлипнула.

— Нам нельзя раскисать! – попыталась подбодрить подруг Скуталу. – Тут должен быть выход!

— С чего ты взяла? – меланхолично спросила Эпплблум. Ей до слез хотелось спать.

— Смотрите, здесь везде кристаллы! Это наверняка пещеры под Кантерлотом, про которые рассказывала Твайлайт! Если так, значит из них есть выход.

— Я не хочу искать выход, — ответила Свити Белль.

— Я тоже, — поддакнула Эпплблум. – Нерон сказал, что вернет нас.

— И вы ему поверили?! Вы же сами говорили, что он дух обмана! Если мы не попытаемся выбраться, то наверняка останемся тут навсегда!

— Вот ты и ищи выход, — неожиданно грубо ответила Эпплблум. – Я спать хочу. У меня нет сил куда-то идти.

— Эм… ну да… кошмары, — Скуталу почесала голову. – Тогда вы оставайтесь тут, а я пойду искать выход. Я найду его! Обещаю! И пришлю помощь.

Скуталу бодро зашагала куда-то вглубь пещеры, где, как ей показалось, виднеется проход. Эпплблум и Свити Белль переглянулись и не сговариваясь откинули крышку ящика.

— Ух ты!!! – увиденное мгновенно испарило сон и меланхолию двух кобылок.

Скуталу услышала их.

— Глупые жеребята, — сказала она, лягнув от негодования песок. Но вопреки нестерпимым позывам любопытства, собрав всю свою волю в копыто, она быстрее двинулась в глубины кристальных пещер.

IV

 — Не волнуйся, Эпплджек, у них хватит ума держаться подальше от всего этого беспорядка, — сказала Рэрити.

Твайлайт подошла к окну и окинула открывшуюся картину напряженным взглядом.

— Значит, Нерон каким-то образом может манипулировать снами, — размышляла она вслух. – Он явно боится Элементов Гармонии. Он явился к каждой из нас и попытался разозлить. Ага… кажется, я начинаю понимать его методы.

— Что за методы? – насторожилась Эпплджек.

— Это очевидно! – воскликнула Твайлайт. – Нерон будет пытаться вызвать в нас негативные чувства и эмоции! Он слишком слаб, чтобы превратить нас в марионеток, подобно Дискорду. И поэтому он попытается сломить нас. Вызвать в нас все то, над чем он имеет власть.

— Или, на худой конец, просто заморозит нас всех, – сказал Спайк скептически.

— Но как же принцесса Селестия? – обеспокоенно спросила Флаттершай. – Нерон сказал, что она давно была «его».

— Ты же не хочешь сказать, что принцесса ненавидела кого-то? — с сомнением добавила Эпплджек. — Или держала обиду? Или лгала?

— Я не знаю, — покачала головой Твайлайт. – Это моя ошибка. Нужно было поговорить с ней, прежде чем возвращаться в Понивилль.

— Без обид, но это все теории, — сказала Эпплджек и указала на дверь. – Там город с ума сходит, и я надеюсь, что принцесса Луна найдет какое-то решение всему этому безобразию.

— Я волнуюсь за нее, — сказала Флаттершай.

— Эй-эй-эй! – Рэинбоу Дэш, сонно моргая вошла в зал. – Что за собрание? Почему без меня? А где принцесса? Пинки? Рэрити, ты когда успела переехать?

— Вот уж кого кошмары точно не мучают, — заметил Спайк.

Дэш была введена в краткий курс дела и тут же возмутилась:

— Тогда чего мы тут отсиживаемся?! – вскричала она.

— Предлагаешь отлеживаться? – съязвил Спайк.

— Принцессе Луне нужно помочь! – проигнорировала его Рэинбоу. – Что если Нерон нападет? А вдруг он и её лишит сил?!

— Не думаю, что принцессу Луну легко застать врасплох, — сказала Твайлайт. – Но ты права. От нас будет больше пользы в городе, тем более что Пинки тоже куда-то запропастилась. Идем, у нас много дел.

— Но мои заказы! Они не могут ждать! – взмолилась Рэрити, но увидев, какими взглядами её одарили остальные, тут же добавила, краснея. – Ну или чуть-чуть подождут.

А между тем, пока Твайлайт только продирала глаза, принцесса Луна опустилась на городской площади и узрела форменный хаос, которому бы позавидовал сам Дискорд. Пони сбились в кучи, с безумными глазами, громко крича и гневаясь на все и вся. Кое-где дошло даже до копытоприкладства, правда, случай был единичный и то, пострадала лишь тележка с фруктами, неудачно подвернувшаяся под копыто одному из спорщиков. Будто юные жеребята, впервые попробовавшие сидр и под впечатлением пожелавшие выпить целую бочку, так и пони, познав негативные эмоции, немедля принялись изливать их поток друг на друга, даже не понимая, что на самом деле с ними происходит.

Луна раскрыла было рот для применения Королевского Голоса Кантерлота, но вовремя вспомнила первый эффект своего появления в Понивилле и не самое удачное начало Ночи Кошмаров. Разумеется, она могла бы всех напугать и заставить разбежаться по домам. И конец ссорам. Но страх порождает ненависть, а это уже была вотчина врага. Не говоря уже о том, что принцесса сама боялась того, что её могут бояться. Посему вместо грозного окрика, она вымолвила негромкое:

— Прекратите ссориться, прошу вас.

Надо ли говорить, что её слова утонули в гуле толпы и эффекта не возымели вообще. Луна опечалилась тем, что пони её игнорируют и повысила голос.

— Остановитесь…

Снова нулевой результат. Тогда тяжело вздохнув, принцесса громко выкрикнула:

— Молчать!!!

И тишина наступила. Не успели затихнуть раскаты её Королевского Голоса, как пони попадали ниц, перепуганные «внезапным» появлением Их Королевского Высочества. Привлекши внимание, Луна неловко улыбнулась и сказала:

— Прошу, прекратите ссориться. Причина ваших кошма…

— Принцесса Луна! – воскликнула Роза, бесцеремонно обрывая её. – Как хорошо, что вы прибыли! Мне срочно нужна ваша помощь. Вы должны немедленно объяснить этим двум огородницам, что их сорняки, которые они называют цветами, не идут ни в какое сравнение с настоящей красотой! Уж на ваш королевский вкус я могу рассчитывать?

— Я… — ошеломленно начала Луна, но и этого ей не дали договорить. Вслед за Розой подали апелляцию и обиженные Дейзи и Лилия. А за ними и все остальные. Каждый пытался сделать принцессу арбитром в своем споре, причем каждый же пытался «выбить» одобрение только для себя.

— Вы не понимаете! – воскликнула Луна, отступая. – Это Нерон. Ночные кошмары его работа! Он действует на вас через них.

— Нерон? – нахмурилась Роза. – Это какой-то сорт сорняков?

— Дух ненависти…

— Слышала?! – крикнула Дейзи. – От духа твоих кактусов у всех ненависть.

— Пони, успокойтесь. Древнее зло пытается обратить вас на свою сторону! Оно проникло в ваши сны и сводит вас с ума!

— Меня сводят с ума эти ненормальные! – воскликнула Лилия, истерично маша копытами в сторону еще вчерашних подруг.

Другие пони, толкая друг друга и непрерывно крича, наседали на Луну. Принцесса, окончательно утратив самообладание, расправила крылья и взлетела. С ужасом окинув взглядом бушующую толпу, она подняла глаза и вдруг увидела странную вещь. Над всем этим беспределом мирно возлежал на облаке серый пегас с лимонной гривой. Дитзи Ду с любопытством взирала вниз абсолютно нормальным взглядом. Едва Луна пригляделась к странной пони, как глаза той снова разъехались, и вернув глупое выражение мордочки, «дёрпи» быстро упорхнула вместе с облаком.

«Нерон?» — удивилась Луна. – «Нет, не может быть! Кто же это тогда?»

Её внимание вновь вернулось к толпе. Пони отказывались слышать её, но при этом продолжали требовать королевского мнения. В её голову пришла идея. «Кажется, Каденс справилась бы намного лучше», — решила Луна и оставив разгневанную толпу, решила вернуться в библиотеку. Увидев, что Их Высочество не удостоило ответом ни один вопрос, пони зашумели еще сильнее и побежали вслед. Это разозлило принцессу.

— Оставьте меня! – воскликнула Луна, в гневе оборачиваясь. И тут же её глаза широко раскрылись.

Её преследовала огромная черная тень. Тьма клубилась и струилась вниз, к негодующим жителям Понивилля. От тех, в свою очередь, тянулись вглубь темного облака тонкие золотистые нити.

«Так вот твоя настоящая форма, Нерон!» — подумала Луна и тут же увидела, как из её груди вырвалась тонкая золотистая нить и присоединилась к темному рою. В ту же секунду принцесса ощутила невероятную, всепоглощающую ненависть к пони внизу. «Нет! Нет! НЕТ!» — Луна резко рванулась вверх, но золотая нить тянулась за ней и, чем выше пыталась взлететь она, тем сильнее становилось желание броситься вниз. Разбросать всю эту чернь. Заставить их визжать от ужаса, прятаться в их убогих хибарках от Её гнева. Как ранее, они страшились Найтмер Мун.

— Нет! Ты не овладеешь мной! – воскликнула Луна.

Сквозь все усиливающуюся завесу гнева, она интуитивно применила самое сильное свое оружие. Она стала вспоминать. Её возвращение в этот мир. Праздник в её честь. Воссоединение с сестрой. Ночь Кошмаров и веселье, с которым она её провела. Свадьбу Каденс и Шайнинг Армор. Любовь? Любовь!

Золотая нить разорвалась, рассыпавшись искрами. Тьма сгустилась и Луна услышала голос. Уже не мягкий и бархатный голос воплощенного Нерона, но холодный и безжизненный голос, доселе незнакомый.

«Да, ты смогла. Надолго ли, Найтмер Мун?».

— Ты не имеешь власти! – воскликнула Луна Королевским Голосом Кантерлота. – Я — не Найтмер Мун. Я не стану ей.

«Ты видишь меня», — говорил Голос, пока Тьма начала подниматься в небо. – «Мое начало в тебе позволяет это. Ты лишь оттягиваешь неминуемое. Сопротивление мучительно. Сопротивление опустошит тебя. Ты станешь Найтмер Мун. Снова».

— Никогда!

«Ты станешь» — повторил Голос и Тьма столбом вознеслась к Солнцу.

V

Солнце погасло. Просто погасло. Оставив на своем месте яркий, серебристый обруч короны, бросавший на землю призрачный свет, будто в насмешку над настоящим солнцем. Небосвод потерял привычный голубой цвет, сменив его на черную бездонность, усыпанную яркими точками звезд. Листва деревьев зашумела под легким ветерком. Умолкли птицы. Резко похолодало.

Пони умолкли и одновременно задрали головы, уставившись на серебристое кольцо в небе. Принцесса Луна смотрела на черный диск, закрывший солнце и не верила глазам. Твайлайт Спаркл тоже остановилась совсем недалеко от площади. Её подруги молча столпились за её спиной, так же не отрывая глаз от исчезнувшего светила.

Более минуты продолжалась зловещая тишина, прежде, чем раздался первый вопль. Кто кричал первым, стало неважно – все пони, обезумев от ужаса, метнулись в разные стороны. Никто из них никогда не видел настоящего солнечного затмения. Возможно, именно так когда-то и выглядела «вечная ночь» Найтмер Мун, но с тех пор только лишь два существа помнили об этом. И стоило принцессе Луне вновь услышать крики ужаса и топот десятков копыт, как все эти воспоминания захватили её.

— Нет! Нет! Нет! Нет! – она бесконечно повторяла это слово, мотая головой. – Этого не происходит! Ничего этого нет!

Она, в совершенном смятении, опустилась на землю. Она увидела перед собой пони. Он был серого цвета с черной гривой и… огромными, желтыми глазами с хищными щелками зрачков.

— Найтмер Мун! – выкрикнул Сильверхарт. – Найтмер Мун вернулась!

— Нет! Пони! Нет! Не слушайте его…

Но было поздно. Безумие шествовало по Понивиллю в серебряных сумерках. А Сильверхарт молча, прищурившись, отходил назад. И пони, внезапно, поворачивали к Луне свои морды, искаженные ужасом и злостью. Они возвращались к ней.

— Найтмер Мун вернулась, чтобы устроить вечную ночь! – закричал кто-то.

— Мы тебя не боимся! – раздался другой голос.

— Верни нам солнце! – крикнул кто-то третий.

— Я… я… это не я! Нерон…

— Хватит водить нас за нос! – воскликнул Карамель, подходя ближе. – Нет никакого Нерона.

Казалось, исчезнувшая толпа снова надвинулась на принцессу.

«Знакомо?» — прозвучал в её голове Голос. – «Ты станешь Найтмер Мун снова или погибнешь».

— Верни наше Солнце! – кричали пони. Теперь уже везде виделись Луне желтые глаза чудовищ с бездонно-черными щелками зрачков. Она могла бы взлететь, но ужас и отчаяние словно приковали её к земле. Пони окружали Луну и намеренья их были серьезны.

Первый камень пролетел всего в паре сантиметров от её головы. Инстинктивно принцесса пригнулась, и второй камень едва не зацепил её рог. Теперь уже сама реальность превратилась в кошмар. Её собственные подданные, пони, которых она успела снова полюбить, теперь желали её казни. Неумело, как младенцы, пони хватали камни зубами и бросали их в принцессу. Лишь два из них достигли цели – один камень больно ударил по крылу принцессы, второй по касательной задел копыто. Луна закрылась крылом, даже не подумав о том, что может защитить себя. Замысел Нерона был велик! Либо она превратится в монстра подобно ему, либо её убьют. Убьют собственные подданные. Пони, которые никогда не знали ненависти и оттого, стали уязвимы для этой отравы. Луне оставалось только высвободить гнев и обратить свою могущественную магию против этой утратившей разум толпы. Иного спасения не было.

Впрочем, спасение все же пришло. Короткая вспышка озарила беснующуюся толпу. Пони ослепил луч света, заставив их побросать свои снаряды. Толпа волной отхлынула от своей жертвы, жмурясь и закрываясь копытами. Луна почувствовала, что ей кто-то куда-то тащит. Она открыла глаза и увидела Твайлайт, стоявшую между ней и толпой. Из рога её лился нестерпимо яркий свет, такой, что пони отступились. А тем временем, Эпплджек и Рэинбоу Дэш уносили её подальше от потенциальных палачей.

— Принцесса?! Вы живы?! – воскликнула Флаттершай, подбегая к Луне. – Они ранили вас?

— Я… спас… спасибо! – Луна пришла в себя. – Во имя Эквестрии – спасибо!

Она бросилась на Флаттершай и прижала её к себе, так, что пегас пискнула от столь крепких объятий.

— Бегите в библиотеку! – крикнула Твайлайт. – Не думаю, что долго смогу держать их на расстоянии!

Не ощущая боли в пострадавшем крыле, Луна стремительно взлетела в сопровождении Рэинбоу Дэш. Эпплджек и Рэрити бежали за ней следом. Твайлайт оглянулась и убедившись, что её друзья в безопасности, наклонила голову. Последняя, мощная вспышка окончательно дезориентировала толпу. Темнота сыграла на копыто Твайлайт. Поэтому, когда сумасшедшие пони снова смогли видеть, единорог уже галопом неслась к библиотеке, оставив их далеко позади.

Захлопнув дверь, она перевела дух.

— Что с ними всеми?! – в ужасе спросила Эпплджек. – Они хотели забить принцессу камнями?!

— Не они, — мрачно сказала Твайлайт. – Нерон. Должно быть, он уже целиком владеет их разумом. Принцесса! Они ранили вас?!

— Не так уж страшно, — ответила Луна, сидя на задних ногах и расправляя крыло. В нем виднелось несколько проплешин, где камни вырвали перья.

— Эм… простите… вы уже можете меня отпустить? – спросила Флаттершай, все еще находясь в объятиях Луны. – Если вы не против, конечно.

— Ох, прости, — Луна выпустила пегаса и встала на все четыре ноги. Самообладание вернулось к ней, а с ним и её решительность. – Выразить не могу, как я рада вас видеть!

— А я рада, что мы успели вовремя! — сказала Твайлайт.

— Поверить не могу, что Нерон способен на такое, — сказала Рэрити. – Он хотел вас убить!

— Хуже, — сказала Луна, хмурясь. – Он хотел, чтобы я снова стала Найтмер Мун. Чтобы я обратила свою магию против этих несчастных пони.

— И вы…

— Нет! – отрезала Луна. – Я никогда не причиню им вред!

— Я не сомневалась в вас, — сказала Твайлайт уверенно.

— Твай! – сказал Спайк, глядя в окно. – Зато эти пони теперь идут сюда, чтобы причинить вред нам.

Библиотеку окружил озлобленный табун горожан с факелами и вилами.

— И откуда только недовольные толпы берут факелы и вилы? – заметил Спайк.

— Они же не собираются поджечь библиотеку? – перепугалась Флаттершай.

— Собираются, — мрачно сказала Луна. – Они больше не контролируют себя. Марионетки Нерона.

— Нужно что-то делать! – взвизгнула Рэрити. – Что если они потом пойдут к моему бутику и… о, этого я не переживу.

— Это точно, учитывая, что мы внутри библиотеки, которую они собрались жечь, — сказала Эпплджек.

— Ужас-ужас-ужас, — бормотала Флаттершай, забиваясь в угол. Еще свежи были её воспоминания о сожженном дереве у её коттеджа.

— Я раскидаю их одной левой! – воскликнула Дэш, бросаясь к двери, но в очередной раз, Эпплджек ухватила её за радужный хвост.

— Есть адекватные идеи, как нам их остановить? – спросил Спайк.

— У меня есть идея, — сказала принцесса Луна, нехорошо улыбаясь. — Я выйду к ним.

— Но вы же обещали не применять против них магию! – воскликнула Твайлайт. – Этого ведь и добивается Нерон!

Луна странно ухмыльнулась.

— Спайк. Остались ли еще те вставные клыки с Ночи Кошмаров? — спросила она. – Если они хотят Найтмер Мун, то они её получат.

VI

Уже более часа Скуталу бродила во тьме пещер, натыкаясь на кристаллы и влезая в лужи холодной воды. Видела она немногим дальше собственного носа и уже очень жалела, что не осталась с подругами. Ей было очень обидно. Отвага потихоньку начала заменяться страхом по мере того, как она все больше убеждалась, что не найдет дороги назад. Она даже не была уверена, что не ходит кругами. Везде были лишь кристаллы, бесконечные кристаллы, бесформенными грудами торчащие с разных сторон. И даже если бы в этом нагромождении и были какие-то ориентиры, в этой тьме их невозможно было бы опознать. Скуталу попыталась идти в какую-то одну сторону, но стеклянный хаос вскоре заставил её свернуть, и она снова потеряла ориентацию. Она собрала несколько камней и сложила их в своеобразную стрелку на случай, если снова окажется на этом месте. Один раз она все же вернулась к стрелке и пошла в другую сторону, после чего больше стрелку не видела.

— Что бы сделала Рэинбоу Дэш, окажись она тут? – размышляла Скуталу вслух, чтобы мрачная тишина не была такой пугающей. – Конечно… она бы взлетела. Хотя куда тут лететь?

Самое время было паниковать. Даже взрослый пони потерял бы самообладание в такой ситуации, чего уж говорить о маленьком пегасе. Все еще храбрясь мыслью, что Рэинбоу Дэш не стала бы бояться, Скуталу двинулась дальше по темному проходу.

Внезапно она споткнулась обо что-то металлическое. Громкий звон разлился по пещерам, напугав живущих где-то под потолком летучих мышей. Они стаей ринулись куда-то, изрядно напугав Скуталу. Убедившись, что мыши исчезли, она ободрилась и ткнула в металлический предмет копытом. Снова раздался звон: это был рельс. Рядом обнаружился еще один. Не про эти ли рельсы рассказывала Твайлайт, когда они с принцессой Каденс выбирались из пещер?

Находка укрепила пошатнувший дух Скуталу и она решила идти вдоль рельс, пока не придет хоть куда-нибудь. Идеально было бы к выходу, но даже если она зайдет в тупик, тогда уж точно выход будет в другой стороне. И она пошла, не переставая думать о том, что же было в таинственном ящике, который оставил им Нерон. Судя по возгласу подруг, там было что-то интересное, или хотя бы, неопасное. Или казалось таким. А что если это действительно ловушка и сейчас Эпплблум и Свити Белль в нее попали? Ведь Нерону нельзя доверять — это Скуталу знала точно. Может быть, он отравил их? Или заморозил? А может даже заставил стать своими приспешниками? Может быть, она зря оставила их? Может быть, им нужна помощь!

Но нет: останься она с ними, то наверняка попала бы в ту же ловушку. А единственная помощь им – это найти выход и рассказать кому-нибудь, что случилось. Но что если Нерон вернется, пока её нет. И сдержит слово: вернет Эпплблум и Свити Белль в сад семьи Эпплов, а она – глупый, нелетающий пегас, останется тут в темноте, умрет от голода или свалится в какую-нибудь пропасть.

Преисполненная мрачных мыслей, с каждой минутой все более теряя надежду, Скуталу шла вдоль подземной колеи. Сколько она прошла, она не знала и все больше страшилась исхода своей затеи. В какой-то момент она решила, что если увидит перед собой глухую стену кристаллов, то просто ляжет и умрет – навсегда потерянная в царстве холодных пещер. Однако, уже готовая лечь прямо тут, она заметила, что стало светлее.

Да, ранее лишь едва различимые формы окружающих стен приобрели четкость и цвет. Потолок, напротив, перестал скалиться сталактитами и ушел вверх. Проход стал потихоньку расширяться. Уверенность вновь загорелась в Скуталу и она бросилась вперед. Но тут же её сердце оборвалось.

Перед ней предстала колоссальная пещера, освещенная слабым светом, лившимся из-под потолка. Она была столь огромна, что казалась отдельным миром, где могли бы жить существа и народы, будь тут хоть чуть-чуть погостеприимнее. Но не это подкосило силы и моральных дух Скуталу. Пещеру надвое разделила огромная пропасть, дно которой было бессмысленно даже высматривать. Колея обрывалась над пропастью, а на другом краю едва виднелись остатки рельс.

Пегас, не раздумывая, перелетел бы через провал, единорог бы телепортировался, и даже земная пони не отчаялась бы и попыталась найти обходной путь. Но Скуталу просто села на холодный каменный пол и заплакала. Теперь ей как никогда было обидно. Она злилась на свои бесполезные крылья, что не могут поднять её и донести до того света, источником которого, несомненно, было Солнце. Она злилась на Нерона, теперь ей казалось, что он специально проложил тут эту пропасть, как способ изощренного издевательства. Она злилась на своих подруг, которые не пошли с ней, и некому было морально поддержать.

Минут через десять, вволю изливши слезами свои эмоции, Скуталу пришла к выводу, что так делу не помочь. Она поднялась и неуверенно пошла вдоль расщелины. Но там тьма снова сгущалась и идея искать в ней обходной путь, рискуя свалиться вниз, казалось еще большим безумием, чем попытка перелететь через пропасть. С тоской Скуталу взглянула вверх и потом перевела взгляд на свои крылья. И почему только ей выпала такая судьба: без метки и без умения летать.

Нахмурившись, Скуталу расправила крылья (точнее, ей бы хотелось, чтобы её маленькие крылья расправились так же красиво, как у Рэинбоу Дэш). Она замахала ими, пытаясь оторваться от земли, но так же как и раньше, ничего не получилось. С досады лягнув воздух, жеребенок попыталась снова, и снова усилия прошли впустую: крыльям не хватало самой малости, чтобы поднять её тело.

— Наверное, я слишком много ем, — решила Скуталу.

В голову пришла мысль, что через несколько дней в пещере проблема лишнего веса разрешиться сама собой. И эта недобрая мысль внезапно развеселила. Громко и нервно рассмеявшись, Скуталу услыхала собственный смех, отраженный эхом из ущелья, и успокоилась. Она вновь попыталась взлететь, пробуя подражать тому, как взлетали взрослые пегасы. Её показалось, что что-то начало получаться. «Даже не обязательно взлетать», — думала она, усиленно трепеща крылышками. – «Главное, удержаться в воздухе и немного скорости». В какой-то момент её даже показалось, что она смогла оторвать копыта от земли.

— Соберись, глупая пони! – сказала она громко. – Сегодня ты спасаешь Эквестрию! Как Рэинбоу Дэш!

Она заглянула за край и вид черной бездны сократил её решительность вчетверо. Сомнение начало задавать вопросы: а получится ли? Удержишься ли? Не выдохнешься ли? Не слишком ли экстремальные условия для первого полета? А если долетишь, нужно еще взобраться туда, к свету…

— Хватит! – воскликнула Скуталу и зажмурившись, взмахнула крыльями.

Не открывая глаз, она сделала шаг над пропастью, и сердце её сжалось в мучительном страхе. Вдруг, открыв глаза, она увидит стремительно удаляющийся свет и это будет последнее видение в её короткой жизни. Вместе с этим, она отметила, что из-под всех её четырех ног ушла опора – она явно летела. Вниз, вверх или просто висела в сантиметре метре над полом, но держалась в воздухе. Это мысль наполнила её похолодевшие от страха внутренности странным, приятным теплом. Это было бы подобно опьянению, если бы Скуталу знала такое ощущение. Сейчас мысль о том, что она наконец-то летит, действовала схожим образом. Но летит ли? Что если это такой самообман и она просто стоит на земле, воображая, что летит. Желая проверить это, Скуталу открыла глаза и посмотрела вниз.

Внизу зияла бездна. От созерцания этого черной голодной пасти у пони встала дыбом грива. Она замахала копытами, пытаясь найти опору, но край пропасти был уже в добром десятке шагов позади и, осознав это, Скуталу предалась всепоглощающему ужасу. Она хотела перелететь через пропасть и вот теперь, когда её мечта №2 (первой, все-таки, была метка) сбылась, она не радовалась этому, а вопила от ужаса, улетая в бездонную тьму.

Но, едва потеряв высоту и провалившись внутрь расщелины, Скуталу ощутила, что крылья работают сами по себе. Они трепетали, как у колибри, усиленно прогоняя поток воздуха и удерживая тело пони в воздухе. Не умеющий плавать в экстремальной ситуации внезапно начинает плыть. Не умеющий летать в подобной же ситуации полетит. Так и Скуталу, медленно «всплывала» из пропасти, ликуя и снова испытывая пьянящий восторг.

— Я лечу! – громко заявила она, задыхаясь от радости и усилий. – Лечу! Теперь я смогу летать с Рэинбоу Дэш! Летать как Рэинбоу Дэш!

И с этими словами она триумфально опустилась на противоположный край провала, доставившего её столь много неприятных эмоций. Она села, переводя дух и гордо глядя на свои крылья. Теперь она уже любила их и готова была целовать, если бы могла дотянуться. Потом она подняла голову и торжествующе посмотрела на освещенные кристаллы под сводом пещеры. Оставался еще один полет до свободы. И в этот момент, как бы цинично издеваясь над жеребенком, свет исчез.

— Эй! Что за шутки?! – вскричала Скуталу.

Ответа не последовало. Если это и был Нерон, он предпочел промолчать. Но на самом деле, он просто был не в состоянии услышать этот гневный крик – в этот самый момент его воля вела разъяренную толпу против принцессы Луны.

— Ну, нет! – грозно сказала пегас, расправляя крылья. – Ты достаточно испытывал меня сегодня, но сейчас я выбираюсь из твоей глупой ловушки!

Она уже уверенно взлетела. Её вновь окружала тьма, но теперь она знала, в какую сторону лететь. Охваченная нервным возбуждением, пегас поднималась в кромешной тьме до тех пор, пока не почувствовала теплое дыхание свежего воздуха.

— Ага! – сердце пони забилось еще сильнее. Она полетела, ориентируясь на ветерок и вдруг – стены пещеры исчезли. Скуталу увидела деревья, траву и небо. Странное, звездное небо, которому не положено было быть в это время суток. Сперва она даже решила, что пробыла внизу очень долго и наступила ночь, но потом она увидела причину и испугалась в очередной раз. Там, где должно было быть солнце, светилась лишь копна серебристых струй, веером расходившихся от черного диска. Зрелище было ужасное. Тем не менее, страх перед солнечным затмением уже не шел ни в какое сравнение с тем, что натерпелась внизу Скуталу. Это черное нечто уже не было самым главным.

Скуталу оглянулась и в бледном свете солнечной короны и звезд увидела совсем рядом башни Кантерлота. Да, это были они – она столько раз видела их, что не спутала бы ни с чем другим. Нерон действительно спрятал их в кристальных пещерах под столицей Эквестрии. Терять время было нельзя – Скуталу вновь призвала крылья на помощь.

VII

Затмение поразило жителей Кантерлота не меньше, чем в Понивилле. Остановившись и побросав все дела, пони глядели в небо и испуганно перешептывались. Даже суровая королевская стража выглядела испуганной, ибо затмений никогда раньше не бывало.

Шайнинг Армор и Каденс стояли на террасе дворца и созерцали зловещий обруч в небе.

— Невероятно, — сказал Шайнинг Армор. – Это… просто невозможно. Ох, чует мое сердце, не надо было втягивать в наши проблемы принцессу Луну.

— Она тут не при чем, — сказала Каденс, не отводя глаз от затмения. – Это сотворил Нерон.

— Но… но как?! Как он мог? Не может быть, чтобы он был настолько могущественен.

— Я не знаю. Должно быть, сила Селестии перешла к нему.

«Селестия» произнесенное без титула заставило Шайнинг Армор нахмурится и посмотреть на свою возлюбленную.

— Мне кажется, или ты чем-то недовольна?

Каденс посмотрела на него взглядом «неужели сам не понимаешь» и сказала:

— Нерон не имеет власти над теми, чье сердце чисто. Если он смог превратить принцессу Селестию в обычную пони, значит…

— Даже не продолжай! – воскликнул Шайнинг Армор. – Этого я слышать не хочу.

— Ловите её! – донеслись до них крики стражи.

— Шпионы! Шпионы Нерона!

— Перевертыши нападают!

Шайнинг Армор подошел к краю террасы, чтобы посмотреть на причину этой возни. Внизу трое стражей гнались за маленьким пегасом, пулей летевшим к главной башне. Даже не смотря на явное превосходство в силах, поймать наглого нарушителя не удавалось: он то резко уходил вверх, едва не сталкивая стражников носами, то отлетал в сторону по замысловатой траектории. Постепенно погоня приблизилась к террасе и Каденс окликнула пегаса.

— Принцесса Каденс?!– воскликнула та, неловко приземляясь на каменный парапет. – Шайнинг Армор?! Вас-то мне и нужно!

— Постой, я помню тебя, – сказал Шайнинг Армор, жестом останавливая стражников. – Ты была на нашей свадьбе.

— Скуталу! – воскликнула Каденс. – Что ты тут делаешь?

— Принцесса! Вы должны спасти их! Эпплблум и Свити Белль внизу, в пещерах. Нерон похитил нас!

— Он похитил вас?! – ужаснулась Каденс. – Зачем?

— Ой, чувствую я, это все как-то связано, — сказал Шайнинг Армор, снова глядя на серебристый круг в небе.

— Он сказал, что мы должны сидеть тихо, — поясняла Скуталу. — Что он вернет нас назад.

— Зачем они ему нужны? – в недоумении произнес один из стражников, слушавших разговор.

— Он сказал, что сделает нашим… то есть, их сестрам предложение, от которого они не смогут отказаться! Что им надо будет выбрать, что для них важнее: Эквестрия или мы.

Шайнинг Армор, моментально поняв замысел Нерона.

– Он потребует Элементы Гармонии в обмен на жеребят!

— Если уже не сделал это, — заметила Каденс.

Они переглянулись.

— Срочно организуйте поисковую группу и найдите жеребят в кристальных пещерах, — сурово сказал Шайнинг Армор стражникам.

— Есть! – козырнули те и бросились исполнять приказ.

— Ты молодец, что выбралась оттуда, — ласково сказала Каденс Скуталу. – Ты смелая кобылка. Возможно, ты только что спасла Эквестрию.

— Я? – зарделась та. – Спасла Эквестрию?

— Я телепортирую нас в Понивилль, — сказал Шайнинг Армор. – Будет сложно, но медлить нельзя. Ты готова?

— У нас нет выбора. Если Нерон добьется своего… — Каденс не закончила, устрашившись недосказанного.

VIII

Дверь библиотеки распахнулась и облако синего тумана заволокло осаждающих её пони.

— Маленькие пони! – раздался громогласный голос. – Как вы осмелились?!

— Что-о? – Сильверхарт, наблюдавший за всем издалека, приподнял голову. – Ты шутишь?

Туман сформировался в огромного черного аликорна. Все моментально узнали Найтмер Мун. Её глаза светились.

— Как посмели вы выступить против меня?! – раскатистым голосом вопросила она.

Пони испуганно побросали факелы и пали ниц. Сильверхарт вышел вперед.

— Найтмер Мун! – сказал он. – Ты вернулась за тем, чтобы снова попытаться погрузить Эквестрию в вечную ночь!

— Конечно! – ответила Найтмер Мун. – И вы заслужили это! Только взгляните на себя, маленькие, солнцелюбивые глупцы – вы жалки. Простые кошмары сломили вашу волю. Мне стоило поступить так с самого начала, если бы я знала, что это будет столь просто.

Она важно прошлась вдоль притихших пони, обошла Сильверхарта и брезгливо его оглядела.

— Похоже, ты не знаешь своего места, — она быстро и сурово поставила копыто ему на голову и пригнула её к земле. Это было неожиданно даже для Сильверхарта. Он отпрыгнул, шокированный и пораженный. Никто не оглянулся на него и никто не заметил, как он исчез.

— Что бы мне сделать с вами за это преступление? — громко размышляла Найтмер Мун. – Превратить в жаб? В слизней? Нет-нет, слишком просто. Пожалуй, в кур. Да, куры – то, что надо. Цыплята. Глупые и трусливые. Но сперва, вы отдадите мне должное почтение! Вы окажете услугу.

Перепуганные пони ожидали, какое страшное желание им нужно будет исполнить, совершенно позабыв о том, как несколько минут назад они хотели линчевать это существо.

— Больше конфет! – внезапно сказала Найтмер Мун.

— Конфет? – удивились пони.

— Конфет? – склонила на бок голову Твайлайт, слушая из библиотеки речь Найтмер Мун.

— Конфет, — утвердительно кивнула Найтмер Мун. – Вы недостаточно собрали их в Ночь Кошмаров и мое желание – получить больше. Больше конфет!

Она расхохоталась и удивительным образом, её смех из злорадного перешел в веселый. Пони, раскрыв от изумления рты, глядели, как Найтмер Мун уменьшается в размерах. Спустя пару секунд, принцесса Луна, громко смеясь, выплюнула вставные клыки. И пони, поняв, что их разыграли, тоже начали тихонько посмеиваться. Затем все громче и громче, искренне и радостно.

Твайлайт выбежала из библиотеки и встала рядом с Луной.

— Это гениально! – сказала она.

— У меня был хороший учитель, — сказала Луна.

— Принцесса Луна? – неуверенно сказала Мэр. – Это… мы… я не знаю, что на меня нашло. Мне снился такой кошмар, а потом… я не уверена…

— Не нужно ничего говорить, — сказала Луна. – Вы попали под чары злобного существа. Оно наслало на вас кошмары. Именно оно сейчас закрывает солнце, пытаясь выдать это за возвращение Найтмер Мун.

— Это ужасно, — сказала мэр. – Мы так виноваты. Мы… о, Эквестрия! Мы ранили вас?!

— Это не ваша вина, — сказала Луна мягко. – Но вы должны быть сильны духом – чары еще не развеяны. Враг все еще среди нас.

Пони в библиотеке перевели дух, поняв, что больше никто не собирается сжигать её.

— Принцесса Луна была так убедительна, — сказала Флаттершай.

— Даже я начала думать, что Найтмер Мун вернулась, — сказала Рэрити.

— А я – нет! – гордо ответила Рэинбоу Дэш. – Я никогда не сомневалась в принцессе!

И подскочила от хлопка закрывшейся двери. В зале стало холодно. Эпплджек нахмурилась: она была уверена, что когда повернется, там будет…

— Так-так, — Сильверхарт прошел мимо них и выглянул в окно. – Хитрый план такой хитрый. Похвально-похвально: переиграть мена на моем же поле.

— А ты мерзкий предатель! – воскликнула Рэинбоу Дэш, бросаясь на него.

— Прежде, чем вы сделаете что-то, о чем пожалеете, вы выслушаете меня, — сказал Сильверхарт, прищуривая свои желтые глаза. Он легко отшвырнул Дэш и встал в центре зала.

— Что ты еще можешь нам сказать? – возмутилась Рэрити.

— Например, поинтересоваться, где сейчас твоя сестра? – Сильверхарт ухмыльнулся.

— Свити Белль? Должно быть с подругами в их хижине, — ответила Рэрити, слишком поздно поняв намек в вопросе. – Постой, почему ты спрашиваешь?

— Потому что они не там, верно?! – вскрикнула Эпплджек.

— Бинго! – Сильверхарт хлопнул в копыта.

— Что ты сделал с ними?! – закричала Рэрити.

— Они в безопасном месте, — ответил Сильверхарт. — Пока еще безопасном. Но как долго они там смогут продержаться, зависит от вашего желания сотрудничать.

— Сотрудничать? Да никогда! – Рэинбоу Дэш снова предприняла попытку лягнуть врага, но была отправлена крупом в книжный шкаф.

— Пересмотри позицию: с ними там, кажется, какой-то нелетающий пегас. Они же всегда ходят вместе.

— Ох, Скут! – Дэш покачала головой.

— Впрочем, тебе-то до нее что? Она же не твоя сестра, — пожал плечами Сильверхарт.

— Верни их немедленно! – Дэш снова атаковала и на этот раз почти достала Сильверхарта, тем не менее, встретившись со стенкой.

— Конечно! – ответил он. – Но, только в обмен на ваши Элементы Гармонии. Курс такой: одна кобылка – два Элемента. Хотя вас тут четверо… хм, кого бы мне оставить себе?

— Мерзавец!

— А, впрочем, отдам со скидкой, — сказал Сильверхарт, смеясь. – Итого: четыре элемента в обмен на трех пони. Мне в убыток, но что может быть важнее семьи?

Флаттершай уже с сомнением начала стягивать ожерелье, когда её больно ткнула копытом Эпплджек.

— Нет, — сказала она твердо.

— Прости, что? – Сильверхарт поднял брови. – Я не ослышался: ты желаешь, чтобы твоя сестра осталась у меня?

— Я… не хочу… этого! – сказала Эпплджек через силу, едва удерживая слезы. – Но и не предам Твайлайт. Всю Эквестрию. Не предам.

— Тогда ты предашь сестру, — сказал Сильверхарт безучастно. – Предательство то, предательство сё! Как будто это что-то плохое. Все мы кого-то предаем в этой жизни: не друзей, так себя ради друзей. К чему такие друзья?

— Заткнись! – завопила Дэш и швырнула в Сильверхарта книгой. Он поймал её на лету, раскрыл-закрыл и положил на столик:

— Дэрин Ду и Королевство Хрустальных Пони. Никогда не любил хрустальных пони. Итак, Эпплджек предпочитает, чтобы её сестра замерзла насмерть во всеми принцессами забытом месте. Что скажет наша очаровательная Рэрити?

— Это обман! – воскликнула Дэш, — видя, как задумчиво смотрит на свое ожерелье воплощение Элемента Щедрости. – Не верь ему!

— На этот раз лжи не будет: либо вы отдаете мне элементы, либо ваши маленькие сестры исчезнут в темных глубинах, и вы никогда их больше не увидите. Как же с этим жить?

Рэрити вздохнула и сняла ожерелье.

— Рэрити! Не делай этого! – воскликнула Рэинбоу Дэш.

— За Свити Белль я отдам все, — сказала Рэрити холодно. – Все.

— Умница, — кивнул Сильверхарт. – Вот кто действительно любит своих родных, а не яблоки и скорость. Давай сюда, — он протянул копыто.

Тут Дэш с криком «Прости, Скут!» метнулась к Рэрити и сильным ударом выбила Элемент Щедрости из её копыт. Схватив его зубами, пегас взлетела под потолок, с яростью глядя на единорога.

— Значит, выбор сделан! – сказал Сильверхарт грустно. – Жаль, что вы не попрощаетесь. Они умрут во тьме, холоде и совершенном одиночестве, всеми покинутые и забытые. Надеюсь, оно того стоило. Впрочем, у меня есть еще один элемент – Смех, и я думаю, его носительница уже достигла того состояния, чтобы отдать мне эту ценность.

IX

Сильверхарт исчез.

— Как ты могла попытаться отдать ему свой Элемент?! – вскричала Дэш.

— Речь о моей сестре! – заорала в ответ Рэрити! – Ты лишила меня моей сестры! Ты… ты! Кто ты такая, что бы решать тут все?!

— Решать?! – возмутила Дэш. – Очнись! Наши элементы – единственное, что сможет остановить Нерона!

— Тебе легко говорить, не твою сестру похитили!

— Её похитили! – резко сказала Дэш и повторила более тихо. – Тоже похитили.

— Скуталу – твоя сестра? – изумилась Флаттершай. – Но ты никогда не говорила нам этого.

— Она не знает, — сказала Дэш упавшим голосом. – Это слишком длинная история, чтобы рассказывать её сейчас. Мы должны их найти.

— Эпплджек! – сказала Рэрити. – А ты? Как ты могла просто взять и отдать ему свою сестру?! Вы же Эпплы! Вы никогда не оставляете друг друга в беде!

— Потому что Дэш права, — ответила Эпплджек ледяным тоном. – Если мы отдадим ему Элементы, тогда уже будет неважно, есть у нас сестры или нет.

— Но что теперь делать?! – в полном отчаянии вскричала Рэрити. – Как мы вернем их обратно?!

Дверь в библиотеку открылась и в нее вбежала Твайлайт.

— Девочки, вы не поверите… Что случилось? На вас лица нет.

— Нерон был здесь, — сказала Эпплджек со слезами на глазах. – Он… он украл наших сестер и хотел, чтобы мы отдали Элементы в обмен на них! И мы чуть не отдали!

Твайлайт рассмеялась. Её подруги, не зная причину этого смеха, непонимающе и обиженно посмотрели на нее.

— Я не сомневалась, что у него ничего не получится, — сказала Твай весело. – Идемте!

Снаружи, все в том же призрачном свете, стояли Луна, Каденс и Шайнинг Армор. Они склонили головы друг к другу и их глаза были закрыты. Их окружали пони, чьи лица в этот момент выражали нечто среднее между благоговением и радостью.

Рог Луны засветился. Тотчас, налился сиянием рог Каденс. Последним стал Шайнинг Армор.

— Что они делают? – спросила Эпплджек.

— Тсс, — шикнула Твайлайт. – Подождите немного.

Яркий луч розоватого цвета вырвался из точки соприкосновения трех волшебных рогов и направился к закрытому тенью солнцу. Где-то там, наверху, послышался треск ломающегося льда и прямо в центре черного диска появилась круглая дыра. Из нее хлынул поток яркого солнечного света. Пони зажмурились, но подняли мордочки вверх, ловя это благодатное тепло. Разрыв в темном заслоне расширялся, в других местах его тоже начали проявляться маленькие пятна света. Тьма «испарялась». Солнце стало нестерпимо ярким, но на него хотелось смотреть. Уже никто не видел темного покрова и мало кто почувствовал, когда тьма окончательно освободила солнечный диск. В довершение всего, Понивилль накрылся прозрачным, лиловым магическим щитом.

Тогда пони просто попадали на землю. Кто от изнеможения, кто от нахлынувших эмоций, а кто прямо тут же захрапел.

Луна открыла глаза и сказала:

— Теперь мы движем Солнце.

— Вау! – Дэш, захваченная зрелищем, не сдержала эмоций.

— Да, — грустно сказала Рэрити. – Но наши сестры…

— …в безопасности, – сказала Каденс, открывая глаза.

Вдруг, откуда-то сверху прямо в Рэинбоу Дэш влетел яркий оранжевый болид, опрокинув пегаса кверху копытами.

— Скут! – завопила Дэш – Ты жива! И ты… летаешь?!

— ДА! ТЕПЕРЬ МЫ МОЖЕМ ЛЕТАТЬ ВМЕСТЕ! – верещала та, обнимая кумира.

— А вот этих двух мы нашли в кристальных пещерах, — с усмешкой сказал один из стражей, подходя. Он указал на Эпплблум и Свити Белль, дремлющих на спине у его коллеги. Внешне они выглядели невредимыми, но их животы раздулись, а с мордочек не сходило страдальческое выражение.

— Свити Белль! – воскликнула Рэрити, подбегая к сестре. – Ты в порядке?! О, Эквестрия! Я думала, что потеряла тебя!

— Он вас пытал? – с ужасом спросила Флаттершай.

— Он сделал страшное… — сказала Эпплблум, икая.

— …оставил нам ящик мороженного, — добавила Свити Белль. – Оно было такое вкусное…

— …мы не смогли удержаться… — продолжила Эпплблум.

— …и съели все, — закончила Свити Белль.

— И не оставили мне ни кусочка! – недовольно заявила Скуталу.

— Про-ости-и нас, — виноватым хором пропели подруги, тяжело соскальзывая со спины стражника.

— Мы должны были пойти с тобой, — сказала Эпплблум.

— Это вряд ли! – гордо сказала Скуталу, легко взлетая и описывая вираж. – Там была большая яма, а вам нужны НАСТОЯЩИЕ КРЫЛЬЯ, чтобы её перелететь.

— Просто потрясающе, — сказала Твайлайт.

— Твай, я так виновата, — сказала Рэрити. – Я чуть не отдала свой Элемент Нерону. Но ты должна понять…

— Я понимаю, — улыбнулась Твайлайт. – Но ты не отдала, и в конце концов, Нерон проиграл по всем фронтам.

Дэш пихнула Рэрити крупом, давая понять, что эпизод в библиотеке стоит забыть, как страшный сон. Действительно – их сестры были в безопасности, Понивиль был в безопасности, Солнце было в безопасности и Пинки Пай…

— Пинки! – внезапно засуетилась Дэш. – Нерон говорил про Пинки. Что она будет в состоянии отдать ему Элемент Смеха.

— Где Пинки Пай?! – спросила Твайлайт у окружающих пони.

Они зашумели, но никто не смог вспомнить, видел ли он розовую пони. Они спрашивали друг у друга: где Пинки Пай? И ответа ни у кого не было. Так, пока не дошло до мистера Кейк. Он вскочил с земли, и усиленно потирая лоб копытом, сказал:

— Пинки Пай! Я видел её возле «Сахарного Уголка» перед тем, как все это началось. Может быть, она спряталась внутри.

— Найдите её! – крикнула Твайлайт Спаркл. — Она в опасности!

X

Пинки Пай лежала на лужайке позади «Сахарного Уголка». Все её тело покрывали кровавые ссадины и синяки. Она была без сознания. Её нашел Карамель и тут же громким криком созвал всем, кто был рядом.

— О нет! Нет! НЕТНЕТНЕТ! – с полным страдания криком, Твайлайт подбежала к подруге и ткнулась носом в завитушки её гривы. – Она жива! Жива! Врача! БЫСТРЕЕ ВРАЧА!

От этого крика Пинки очнулась и окинула туманным взглядом окруживших её пони.

— Твай… — тихо сказала она. – Я не отдала ему элемент.

— Какое значение это имеет?! – вскрикнула Твайлайт. – Только не умирай! Не умирай!

Она легла рядом с подругой и положила голову Пинки на свое плечо.

— Это не был Нерон, — сказала Пинки, глубоко дыша. – Это были пони. Он все время стоял и говорил, что остановит это, если я отдам ему Элемент. Но я не отдала. Я его съела. Съела Элемент. Тогда он… они… все набросились и… я не помню дальше…

— Тише, тише, — успокаивала её Твайлайт, вытирая своей гривой тонкую струйку крови, вытекающую из ноздри подруги. – Все хорошо. Помолчи, сейчас доктор придет.

— Я хорошо придумала? – не унималась Пинки. Даже умирая, она не могла закрыть рот. – Съесть свое ожерелье. Хорошо придумала, да? Да?

— Успокойся, — говорила Твайлай, увлажняя розовую гриву своими слезами. Столпившиеся вокруг пони тоже плакали. Эпплджек в бессильном гневе лягнула ближайшую скамейку, разломив её надвое.

Медсестра Рэдхарт немедленно разогнала всех и стала бережно осматривать избитую розовую пони. И лишь спустя двадцать минут, она объявила, что жизни Пинки ничего не угрожает, все ранения были не очень серьезными и вообще, надо благодарить выпечку, что у Пинки Пай такой крепкий скелет. По Понивиллю прокатился вздох облегчения.

Позже, когда Пинки Пай была доставлена в госпиталь, принцесса Луна, как теперь единовластная правитель Эквестрии, собрала совет в библиотеке. Рэрити и Флаттершай, впрочем, отказались в нем участвовать, предпочтя остаться с Пинки. Кроме Луны и Твайлайт, на совете присутствовали Каденс, Шайнинг Армор, Эпплджек, Рэинбоу Дэш и Спайк. Вопрос был один: как остановить Нерона.

— Безусловно, сегодня ночью он снова попытается установить свою власть, — сказала Эпплджек.

— Нет, его сила не сможет проникнуть сквозь щит, — возразила Каденс. – Но мы все убедились в его коварстве и жестокости. Он не смог заполучить Элементы Гармонии, но в покое нас точно не оставит.

— По крайней мере, мы доказали, что можем с ним бороться, — сказала Твайлайт.

— Я боюсь, что этот взрыв ненависти серьезно подпитал его, — сказал Шайнинг Армор. – Кто знает, на что он будет способен, когда достигнет пика своих сил.

— Мы срежем его полет раньше! – воскликнула Дэш.

— Хотелось бы в это верить, — покачала головой Каденс.

В дверь постучали. За порогом была сестра Рэдхарт.

— Скажем так, мне удалось «достать» вашу вещь, — произнесла она, слегка морщась и передавая Твайлайт сверток.

— А Пинки?

— Похоже, кхм… процедура извлечения доставила ей больше неудобств, чем её раны, — сказала сестра Рэдхарт. – Флаттершай прекрасная сиделка. Через несколько дней Пинки Пай снова сможет творить свои безумные прыжки. По крайней мере, если ваш щит защитит нас от этого… Нерона.

— Можете не волноваться, — сказала Каденс. – Сквозь его магия до вас не доберется.

Доктор ушла, а Твайлайт глубоко и облегченно вздохнула.

— Что мы теперь будем делать? – спросила Эпплджек. – Я бы хотела вернуться на ферму и убедиться, что Эпплы её не разнесли в этом безумии. Без нее в Понивилле запасы еды закончатся очень быстро.

— Мы сможем расширить щит, — сказал Шайнинг Армор. — Но он не охватит весь ваш сад.

— Было бы неплохо и половину, — сказала Эпплджек, вздыхая. – Так каков план?

— Зависит от того, что намерен делать Нерон, — сказала Луна. – Я вернусь в Кантерлот. Нельзя допустить, чтобы он сотворил что-нибудь мерзкое и там.

— Мы с Каденс останемся тут, — сказал Шайнинг Армор. – Будем посменно поддерживать щит. Нужно уберечь Элементы Гармонии.

— А как же остальная Эквестрия? – спросила Эпплджек. – Не отдавать же её без боя.

— Безусловно, — согласилась Луна. – Нужно сообщить в города об опасности.

— Будет паника, — уверенно сказала Эпплджек.

— Да и мы не знаем, какие еще уловки есть в арсенале Нерона, — сказала Твайлайт. – Мы вообще про него ничего не знаем. Мне нужно побывать в Кантерлоте, в Крыле Старсвёрла Бородатого. Возможно, там я найду какие-нибудь записи об этом монстре.

В дверь снова постучали. На этот раз стук был громкий, нервный. За порогом была мэр.

— Он там! – крикнула она испуганно. – Стоит и смотрит на нас!

Нерон, вновь приняв свое полу-кошачье обличие, стоял на дороге за пределами щита и критично осматривал его переливающуюся поверхность. Заметив с другой стороны щита Твайлайт, он поднялся на задние ноги и пафосно хлопнул несколько раз в ладоши.

— Браво! Браво!

— Шут какой-то, — хмыкнула Дэш.

— А-а! – Нерон увидел Каденс. – Вот мы и встретились, Ми Амора Каденса! Огонь и лед! Две идейно и идеально противоположные стихии.

— Пришел покричать или у тебя есть дело? – спросила Каденс, поднимая бровь.

— Ну, я не мог не восхититься, как ловко вы отбили мои атаки, — пояснил Нерон. – Достойные враги достойны моего личного признания. Разве не приятно? Даже глупая розовая дрянь умудрилась сожрать свой элемент, лишь бы он не достался мне. Прямо хоть сейчас эпос пиши!

— Хватит шуток, — сказала Луна. – Что тебе надо?

— Ладно, — Нерон стал серьезным. – Я действительно признаю, что вы сильны и способны себя защитить. Но! Защитить только себя. Вы сколько угодно можете сидеть там, под своим щитом, в безопасности. Но как вы защитите всю остальную Эквестрию? Это сотни городков вроде вашего. Потенциал вы видели сами. А через месяц я вернусь и плевком снесу вашу защиту и тогда вы еще будете жалеть, что не отдали мне Элементы.

— Мы предупредим всех! – сказала Твайлайт. – Они будут готовы «тепло» тебя принять!

— Ты ничего не знаешь, маленькая пони, — ответил Нерон. – Никто из вас не знает меня. Вы хотите противостояния? Пусть будет противостояние. Вы будете удивлены, когда обнаружите, кому на самом деле противостоите. Удачи, мои маленькие пони!