Но и вас ждёт вырождение...

Она была похожа на принцессу Селестию, только мрачна и разбита. Её церемониальные доспехи слегка заржавели, и грязь въелась в шёрстку. Наиболее заметными были её волосы: чёрные прожилки сопровождали их обычный разноцветный блеск. Они выглядели обесцвеченными, как на старой фотографии. Хуже всего был шрам на груди. Её доспехи прикрывали его, но ничто не могло скрыть того, что это означало. Потускневшая Селестия улыбнулась Луне: — П-привет, монстр. Я бы сказала, что рада тебя видеть, но это б-б-было бы не совсем точно.

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Принцесса Луна Дискорд Найтмэр Мун Принцесса Миаморе Каденца

Путеводная звезда

Иногда прошлое преследует. Иногда ты запутываешься в нём. А иногда оно возвращается в виде твоего давнего любовника, переворачивает весь твой мир с ног на голову и путеводной звездой указывает дорогу вперёд. И тогда ты понимаешь, что всё это время стояла на месте. Но прежде, чем отправиться в путешествие, следует сделать один-единственный важный шаг.

ОС - пони

Зебры тоже пони.

В данном рассказе я расскажу о жизни зебр.

Другие пони

Обречённый

Мы не ценим то, что имеем, пока это не потеряем. Познал ли урок тот обречённый, чья жизнь поменяется совсем в другую сторону?

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Принцесса Селестия Принцесса Луна Другие пони ОС - пони Человеки

Пожелай мне удачи...

Пинки идёт Лесом.

Пинки Пай Эплблум Скуталу Свити Белл

Тень и ночь

"Помни". Это было первое последнее слово, которое они сказали друг другу, не подозревая, что короткое послание пронесётся через времена, эпохи и миры, переживая саму вечность и служа пульсирующим сердцем силе, созидающей и разрушающей мироздания.

Принцесса Селестия Принцесса Луна ОС - пони Дискорд Кризалис Король Сомбра

Бонни

Звонок из Понивилльского госпиталя заставляет Лиру встретится лицом к лицу со своим худшим страхом - её любимая пони попала в больницу.

Лира Бон-Бон

Все будет по-другому

"В его жизни все было по-другому, по-новому. И он чувствовал, что только сейчас начинает жить так, как был должен всегда. Честно перед самим собой." Зарисовка о Гранд Пэа, дедушке Эпплджек. Его мысли, чувства и страхи накануне самого важного поступка в его долгой жизни - воссоединения с семьей.

Другие пони

Экологический вопрос

Пони пользуются самой разной магией с самых древних времён. А так ли она безопасна, чтобы её можно было применять, не задумываясь о последствиях?..

Флаттершай Твайлайт Спаркл Эплджек

Бесполезный

Повествование о жизни простого бесполезного пони. Ведь особый талант не всегда хорош, верно?

ОС - пони

Автор рисунка: Siansaar
Весь мир – театр. Уж послали так послали.

Вот так всегда.

Только попадись – сразу одоброволят.

— Скажите, а вы-то сами…верите? – почти непринужденно поинтересовался мэр, не отрываясь от созерцания церемонии.

Что ж, справедливо, если он тоже задаст неудобный вопрос.

— В Твайлайт? – уточнил Биг Мак – агась.

Напряженное молчание.

— Прелестно, еще один – собеседник явно остался недоволен его ответом – и что тоже считаете, будто когда она проснется мир станет прежним?

— Агась – спокойно ответил понивиллец, уже знающий дальнейшее развитие диалога.

— А ведь вы выглядите вменяемым. Разумным. Самостоятельным – с горечью произнес пегас – почему пони никак не могут понять, что никто не собирается делать вместо них работу? Почему у них обязательно должна быть какая-нибудь непонятная хреновина в облаках или под землей или еще где-нибудь, которой надо поклоняться?

— Такова наша природа – внутренне улыбаясь, ответствовал Макинтош.

— А с чего тогда у меня не такова? – повернулся к нему лицом крылатый – по какой причине я, в отличие от этого стада – кивок на твайлиитов – не нуждаюсь ни в Селестии, ни в Твайлайт? Разве перед вами не пони?

— Вам лучше знать – улыбка медленно наползала на губы – быть может, вы верите в судьбу?

— Ха! – чересчур громко отреагировал собеседник – никогда. Видите мою кьютимарку? – он продемонстрировал круп – всегда хотел быть драматическим актером, но тут на тебе, комедия. Вы думаете, я опустил копыта? Смирился?

Биг Мак покачал головой.

— Именно – с гордой улыбкой кивнул мэр – я занялся самой нетворческой, самой бездушной работой из всех, что когда-либо знал и достиг в ней успеха.

— И что же это была за работа? – с появившейся-таки покровительственной улыбкой поинтересовался понивиллец.

— Простите, не отвечу. Мои сограждане уже давно спорят об этом и я хочу подождать, пока ставки дойдут до двух тысяч и взять банк самостоятельно. Впрочем, мы же не о том – в его глазах вновь появилось хищное выражение – итак, скажите мне, каким образом мисс Твайлайт Спаркл, пусть выдающийся, но все-таки один единорог, сможет изменить целый мир, едва проснувшись ото сна?

— В принципе, никак – улыбка расползлась до ушей. Вот оно, мгновение торжества, когда у мнящего себя абсолютно правым идеологического противника начинают бегать глазки, пока он пытается понять, в чем подвох.

Он молчал довольно долго.

— В каком смысле? – наконец выразился пегас – вы же сказали, что верите?

— Истинно так – шире губы уже не разойдутся – в Твайлайт. Что она победила Создателя, дав нам возможность вернуть старый мир. Все встанет на свои места в день ее пробуждения, ибо она пробудится именно тогда, когда последняя тварь умрет.

Красный жеребец с удовольствием смотрел на потуги алого понять его ответ.

— То есть – растягивая слова начал боровшийся с судьбой – вы сами все сделаете? В смысле, Орден Сумерек уничтожит всех тварей, тем самым вернув старый мир И пробудив единорожку?

— Агась – подтвердил Биг Мак.

— И это все? – потрясенно уточнил мэр. Новый кивок – нет, постойте, это не может быть все! Не говоря уже о том, что исчезновение тварей не равно восстановлению старого мира, вы же славите ее, молитесь ей, надеетесь на нее. Она для вас…

— Пример для подражания и героиня – вовремя вставил Макинтош – а также кобылка великой силы и значимости. Но никак не некая сущность, могущая решить за нас наши проблемы. А славим мы ее потому, что она этого достойна, особенно же когда удается одержать верх над тварями или же спастись от них. Ведь будь Создатель ныне жив мы бы, скорее всего вовсе не существовали, не то что побеждали его детей.

— Ну а молитвы, песни? – он вновь указал на твайлиитов.

— Честно говоря, я довольно слабо представляю себе действо под названием «молитва» — честно ответил понивиллец – сам ни в чем таком вроде не замечен. И не вижу причин не петь про нашу спасительницу.

— Вы ставите ее в один ряд с Принцессами! – обвиняющее ткнул пегас в гостя копытом.

— Почему нет? – пожал тот плечами – она ведь сделала для нас больше, чем Луна и победило то, что повергло Селестию.

— А что насчет преподобной? – после куда более долгого размышления уже почти спокойно спросил крылатый – и того, что она поведет вас куда-то там? Хотите свергнуть законную правительницу?

— Каждый истинно верующий в Твайлайт, в величину и значимость ее личности и подвига, должен стараться стать похожей на нее – Биг Мак размял ноги – пытаться оправдать ее жертву, становясь как можно лучше. Она поможет нам с этим, когда проснется. Да и кто более достоин подчинения, чем кобылка, победившая казавшегося непобедимым монстра? Ну а насчет последнего: спасительница всегда была верной подданной Принцессы Луны. Так же, как и вы, не так ли? Вы ведь верите в нее?

— Да, но только как в справедливого, милосердного правителя и удивительно красивого аликорна – быстро заявил троттингемец – не как в богиню.

— Агась – спокойно кивнул Макинтош.

Снова тишина. Видно у алого наконец кончились доводы.

— Сдаюсь – пегас сделал символический поклон – и много вас таких?

— Ну, до знакомства с вашими я считал, что чуть ли не все – понивиллец присел на камень – видел кое-где в Ордене особо оголтелых поклонников, но не более того. Такое – взмах в сторону все еще длящейся церемонии – мне и не снилось.

— До чего же приятно слышать, что не мир сошел с ума, а просто я все это время жил в сумасшедшем доме – пегас также устроился на своей бывшей сцене – также должен признать свою совершенную неспособность разбираться в пони. Вы прямо-таки поразили меня.

— Не волнуйтесь – просто раньше часто общался с умными «твайлиитами» — Биг Мак хмыкнул – а потом много спорил с согражданами в Понивилле. Удивительно, но в ее почти родном городе спасительницу уважают меньше, чем где бы то ни было. Не то, чтобы мало, но как-то не так.

— Бывает – кивнул крылатый – скажите-ка, раз уж вы такой подкованный: все-таки как вернется прежний мир? Ведь твари уже наделали столько, что нам век не разгрести.

— Об этом лучше поговорите с Магистрессами, ну или просто опытными орденцами – осторожно ступил на скользкую почву Макинтош – впрочем, кое-что могу сказать. Во-первых: чрезвычайно могучий единорог никогда не повредит, не так ли? Не говоря уже о ее выдающихся организаторских способностях и целеустремленности. Во-вторых: она всем известна и широко почитаема – лучшего символа для объединения городов и не найти. Ну и в-третьих: с гибелью последней твари можно будет распустить Орден и передать-таки власть в копыта законной правительницы – Принцессы Луны.

— А почему бы не сделать этого сейчас? – поинтересовался мэр.

— Не знаю – пожал плечами красный жеребец – но опыта борьбы с чудовищами у нее всяко меньше.

Они было заспорили, но тут раздался очередной, на этот раз, действительно финальный аккорд и твайлииты наконец начали расходится.

— Можно спросить вас еще кое о чем?– спросил мэр, вставая – вы член Ордена?

— Неа – потянулся понивиллец.

— А почему? – спрыгнул пегас с валуна.

Не самый приятный вопрос.

— Моя очень особенная пони была против – честно ответил мгновенно помрачневший Биг Мак.

— Наверное, не хотела, чтобы вы лишний раз рисковали – понимающе кивнул алый и направился к алтарю.

Красный пошел за ним, старательно отгоняя непрошенные воспоминания.

Не только. Еще жаждала, чтобы я всегда был рядом, а не сражался за Родину не понятно где. Мечтала о доме, детях, мирной жизни. Но разве это было возможно, когда Эквестрия нуждалась во мне?

Последний поход. Совсем последний. Мэйнхеттен же нуждается в нас, как ты можешь быть такой бесчувственной? В Филлиделфии умирают жеребята.

Каждый раз просила, умоляла, плакала, но отпускала. А потом ждала.

Всегда казалось, будто еще чуть-чуть – и мир придет в норму. Им нужно подождать еще совсем немного и все будет хорошо.

Дождались Безумца.

Жеребец ударил по полу.

Он опять совершает ту же ошибку. Пытается сделать все остальное, откладывая главное.

Идиот.

Но это – в последний раз. Они сейчас, быстро.

-
— Что значит: нет возможности предоставить? – возмущенно спросил Биг Мак.

А все ведь так хорошо шло: когда они подошли с просьбой о помиловании, Томас даже не посмотрел на них, сразу заявив, что прощает все и всем. Единорог, казалось, вообще не воспринимал реальный мир – просто стоял и таращился на висящую над алтарем куклу, молитвенно воздев к ней копыта. Рядом стояло еще с десяток таких же «истинно верующих» с пустыми глазами. Видела бы это Твайлайт…

— Ну, то в общем-то и значит – почти смущенно отозвался мэр, прямо-таки заискивающе глядя ему в глаза. Вздохнул – но вам ведь требуются объяснения, не так ли?

— Агась.

После долгих усилий алому все-таки удалось растормошить своего помощника на разговор, но тот вроде даже не узнал своего шефа, а сразу набросился на обокраденного им понивилльца с объятиями и чуть ли не поцелуями. На его голос отреагировали и остальные умалишенные, мгновенно облепив гостя со всех сторон. В итоге Биг Мак не выдержал и упал под всем этим весом, устроив перед каменным рогом кучу-малу, из которой с трудом выбрался. Без помощи пегаса это вовсе бы не удалось – столь страстно все желали пообщаться с «принесшим».

— Ладно, постараюсь вам объяснить – крылатый сел за стол и предложил туристу кресло напротив – наша пеницитарная система основана на «трехэтажном» принципе…

Дабы вновь не пасть жертвой народной любви, Макинтош поспешил ретироваться. Глава города последовал за ним, раздраженно плюнув в копошащуюся кучу сограждан. По дороге он уверил посетителя в достаточности подобного прощения и что отныне Троттингем не имеет к Страшиле никаких претензий. А потом начал расспрашивать, каким это образом он смог поспособствовать «снисхождению благодати и прощения спасительницы на наш недостойный город».

-…есть три вида довольно-таки простых работ с порошками: всякое перетирание, толчение, высушивание, добыча сырья и так далее – мэр предложил какой-то сиреневой жидкости из фужера, но Биг Мак только покачал головой – все это производится в секции горы, имеющей только один вход, но три этажа.

Пусть пегас этого и не сказал, но он наверняка одобрил действия своего помощника по достижению цели любой ценой, к тому же столь дешевой по сравнению с предполагаемой. Хотя явно не согласен с выбором объекта. Впрочем, алый, по крайней мере, принес официальные извинения за своего подчиненного, подкрепленные уверением в невозможности со стороны города заплатить за Смарти. Это де, частное дело между ними. Но если Макинтошу удастся уговорить Томаса добровольно расстаться с куклой, то никто не будет препятствовать ее выносу из Троттингема и даже пошлину платить не придется.

-…все не особо, но все же ощутимо оступившиеся работают на втором уровне, где хоть и тяжело, но условия вполне здоровые и спокойно. Если они проявят себя с лучшей стороны, то их переведут на третий, где приходится трудиться лишь немногим более усердно, чем на воле. Туда же сразу идут все мелкие хулиганы – крылатый сам отхлебнул и закашлялся – но в случае, когда пони не собирается вставать на путь исправления, его посылают на первый этаж. На редкость мерзкое и даже опасное место, куда спускают настоящих уголовников и рецидивистов.

— Дайте угадаю: вы сразу засунули Страшилу вниз? – не то угрожающе, не то устало спросил понивиллец – или он сперва сделал нечто, за что вы послали его на нижний уровень?

Затем мэр поинтересовался, как наличие этой «реликвии», о которой Биг Мак говорит с таким почтением, сочетается с его «верой». Было не так уж легко объяснить этому борцу с суевериями и самой судьбой, что это просто память о далеких и светлых временах, как и о самой Твайлайт. Все-таки иметь памятные вещи не является чем-то ненормальным, не так ли? Хорошо хоть он не стал расспрашивать о Пэнтсе дальше.

— Поверьте, я отдал специальные указания о вашем друге охранникам. Ну, чтобы как раз такого не случилось – убедительно заявил мэр – не знаю, как так получилось, только они поняли их несколько…превратно.

— Агась – Макинтош закрыл глаза. Ночь на каменном матрасе давала о себе знать.

— Короче: вашего парня послали на транспортировку – рубанул копытом воздух глава города, видно устав оправдываться – не самая сложная или тяжелая работа: просто ходить между этажей с мешками. Я сам не до конца понял, но этот псих что-то там наделал и в итоге скувырнулся в самый низ, куда моих стражников даже грибами не заманишь. Причем с такой высоты, что фонари дна не видят. Поэтому просто повторяю: нет возможности предоставить.

— Агась – Биг Мак посмотрел на него с презрением. И он еще называет себя главой города.

— Послушайте – пегаса это явно задело – у Троттингема нет никаких претензий к вам или вашему идиоту, но он по своей воли отправился в местность, лежащую вне моей компетенции. То есть, в сущности, совершил побег. В качестве жеста доброй воли я прощаю ему сие преступление и в случае его весьма маловероятного возвращения, Страшила будет считаться свободным пони. Все.

— Все? – переспросил понивиллец – я передал вам на копыта одного-единственного несчастного идиота, а вы даже не можете выдать мне его тело.

— Да на кой ляд оно вам сдалось? – так же повысил голос трот – вы потащили бы этого не-гражданина…

Агась. Не-гражданин, значит не-пони, так? Кровь ударила в голову. Между ними произошла совершенно безобразная сцена и только милостью Принцесс можно было объяснить, что не дошло до ногоприкладства. Впрочем, вбежавшая в кульминационный момент охрана тоже определенно помогла.

Стражники были отосланы почти сразу и какое-то время снова усевшиеся на свои места жеребцы прожигали друг друга взглядом. Затем алый откинулся на спинку и задумался.

— Давайте решим так – начал спокойным тоном излагать свой план мэр – я не буду опускаться до того, чтобы предлагать вам деньги за его жизнь. Твоттингем приносит вам официальные извинения и соболезнования по поводу кончины вашего друга и предлагает ночлег, ужин и припасы на обратную дорогу совершенно бесплатно. Большего, к сожалению, сделать не могу.

Макинтош еще пару минут смотрел на крылатого, после чего просто кивнул.

Его сразу отвели в куда лучшие покои, находившиеся наверху, и принесли туда же несравненно более аппетитную пищу.

Уже лежа во вполне мягкой и комфортной постели, понивиллец все никак не мог поверить в подобное окончание этой истории.

Впрочем, именно вот так просто пони и умирают.

Стук-стук-стук.

Тишина.

Снова.

Понивиллец перевернулся на другой бок.

Опять едва слышное стучание.

Три раза, пробел, еще три раза.

Точно не пригрезилось.

Ветеран с трудом разлепил глаза и глянул в окно.

Темень сплошная.

Или это просто последний аккорд местных, чтобы уж наверняка отвадить его и всех знакомых от посещения сего отвратного города?

Опять.

Может просто бросить в дверь чем-нибудь и спать дальше?

Увы, поиски снаряда ощупью не принесли результатов, а только уже окончательно вывели жеребца из дремы. Сие обстоятельство нисколько не подняло ему настроения, так что неведомому, но при этом крайне настойчивому визитеру грозило получить по наглой морде в случае недостаточно веского поводя для беспокойства. Макинтош и так очень не любил подобных побудок, во всяком случае, в мирное время, а уж учитывая, гражданином какого города является побеспокоившая его личность...

— Чего ты хочешь? – без какого-либо предисловия спросила едва различимая в полутьме коридора фигура, которая определенно не принадлежала пони. Множество тонких длинных ног поддерживают непропорционально большое туловище с широкой приплюснутой головой.

ТВАРЬ!

Тело рефлекторно отпрыгнуло назад, сверзив какой-то столик и встав в стойку. Лихорадочный поиск оружия был прерван очевидной мыслью: чудовища не разговаривают.

— Кто ты? – вырвалось само собой.

— Не задавай мне этого вопроса – мгновенно отозвался ночной посетитель и вошел в комнату, попав в пятно света хилого «ночника».

Биг Мак с облегчением выдохнул – это все-таки представитель его вида, хотя и в довольно своеобразной одежде: нечто вроде балахона то ли порезанного, то ли со свисающими ленточками по бокам. Несмотря на и так практически полное отсутствие видимости, капюшон незнакомца надвинут. Макинтош уже вполне осознанно стал отходить назад, чтобы между ним и странным гостем была кушетка.

— Куда ты идешь? – поинтересовался посетитель, поворачивая капюшон вслед за жеребцом. Голос был не то, чтобы жуткий, но какой-то…неправильный, что ли?

Копыто наконец нащупало искомое – его сумки. Продолжая следить за недвижимым посетителем, заместитель мэра медленно вытащил притороченное к ним лезвие. Вот теперь поговорим. В принципе, можно и без выяснения личности.

— В чем причина вашего визита? – вежливо поинтересовался гость Троттингема.

— Чтобы выяснить, чего ты хочешь – повторился балахон и добавил – зачем ты здесь.

— В смысле, в комнате или городе? – уточнил Биг Мак, на которого вдруг резко напала отступившая было сонливость.

Молчание.

Зловещее такое, таинственное, как и все это дурацкое представление.

— Да пошел ты – внезапно выразил свои мысли понивиллец – какие бы троттингемские бредни ты сейчас не изображал, мне они совершенно безразличны.

— То есть, тебе ничего не нужно? – в голосе послышалась насмешка.

— О, так ты у нас исполнитель желаний? – уже в полной мере раздраженно поинтересовался жеребец – в таком случае Страшилу мне сюда, целого и невредимого. Быстро-быстро.

Фигура в странной одежде завозилась, однако не двинулась с места. Из-под капюшона раздался вздох.

— Не можешь? – издевательски уточнил Макинтош – ну так вали отсюда. Дай поспать.

Балахон вдруг начал двигаться в его сторону. Понивилльцу внезапно пришло в голову, что он не слышит шагов. Да и вообще, незнакомец будто плывет над землей.

— Могу – капюшон внезапно оказался близко-близко. На него пахнуло фиалками – милостью Твайлайт и с твоим участием.

-
— Агась – Биг Мак постарался привести в порядок мысли – то есть, вы можете вернуть Страшилу, но для этого нужно: во-первых: клятва, что я никому и никогда не расскажу об увиденном…

— И услышанном – прошелестел таинственный незнакомец – вообще о произошедшем.

Понивиллец кивнул, в очередной раз удивившись странности голоса посетителя.

— Во-вторых: сей же час проследую за вами и буду выполнять все ваши приказы, независимо от того, насколько бессмысленными они будут – капюшон наклонился – и, наконец, в-третьих: я отдам вам нечто, уже мое и не мое. Так?

— Верно – странные «косички» или полоски немного дрогнули.

Макинтош задумался, еще раз окинув почти различимую привыкшими к полутьме глазами фигуру. Не такая уж зловещая, ниже его, а без балахона скорее всего и меньше. Столь напугавшие его отростки скорее всего являются украшениями, странная «походка» вполне может быть объяснена какими-нибудь мягкими накопытниками и длинным подолом. Пахнет приятно. Все вроде путем.Вот только…

— Скажите, я правда выгляжу таким идиотом? – поинтересовался Биг Мак – то есть, с чего вы решили, будто я все брошу и побегу куда-то ночью по первому слову отродясь мной не виденного существа в плаще, говорящего как сказочный персонаж? На кой ляд мне это сдалось? Да и вам, если уж на то пошло?

— Узнаешь, когда согласишься – нечто вроде смешка – а ты сделаешь это, иначе все твое путешествие было напрасно. Ты не бросишь друга, а ныне единственный момент, когда его можно вернуть в земли живых.

— Агась – кивнул понивиллец – значит сейчас будет нечто бредовое, в стиле вызывания мертвых.

— Не будь столь глуп, чтобы отвергать неведомое – ныне в голосе просквозила снисходительность.

Это была последняя капля.

— Спасибо за предложение – издевательски-церемонный поклон – однако, я вынужден отказаться. Я люблю все мое даже когда оно уже и не мое. Прошу вас оставить меня и дать мне наконец выспаться.

Пара минут молчания.

— Ты отказываешь ему в праве на жизнь из-за пустой жадности? – удивился капюшон – подумай, шанс еще есть.

— Валите – он указал незваному гостю на дверь.

— Ты обрекаешь себя на вечный стыд, который лишит тебя покоя и не даст обрести мир – видать посетителю этуознакомо, вон, как проникновенно рассказывает.

Макинтош ничего не ответил, а просто повернулся к нему спиной, знаменуя окончание разговора.

— Возблагодари же Твайлайт, что рядом есть кто-то более мудрый – жеребец внезапно поднялся в воздух.

-
— Хорошо, я и правда нахожусь в полной вашей власти – с явной неприязнью допустил Биг Мак, прямо скажем, неверный факт – но тем более: с какого бодуна я должен лезть в эту дыру? Зачем я-то вам нужен? Вы ведь вся такая могущественная?

Незнакомка, в чем он уже был уверен, при последнем слове явственно вздрогнула.

— Ты нужен своему другу – все так же шелестяще раздалось из-под капюшона – без тебя будет хуже.

— Агась – стражникам явно не понравился тон, с которым это было сказано. Они вообще смотрели на него как-то косо. Очень.

В общем-то уже можно официально признать, что эта таинственная кобыла, ввалившаяся среди ночи в его комнату, известна и более того – популярна и уважаема в этом городе. Вон как ребята с копьями раболепствуют. То есть версия таинственного призрака, чужеродной твари, зараженной и прочая ерунда отпадает. Скорее всего, какая-нибудь «первая» — они тут вроде главные.

Костюм заслуживает отдельного описания: очень большой фиолетовый балахон с двуцветной вышивкой и золотым абажуром по краю, по сторонам капюшона висят какие-то толстые перевитые нитки с разноцветными грузиками, а заодно то там то сям виднеются ленточки. Короче, работать в подобном цирковом наряде совершенно невозможно, но судя по той легкости, с какой таинственная незнакомка подняла его в воздух, связала, заткнула рот и дотащила досюда, физический труд ей, скорее всего, неведом.

— Также ты должен принести клятву молчания обо всем, что произойдет здесь – не дождавшись продолжения, произнесла посетительница – и пообещать отдать нам просимое.

— Агась – один из стражников судорожно перехватил копье и взглянул на понивилльца чуть ли не с ненавистью – слушайте, а может прекратите эту клоунаду? Чего вам от меня надо? Раз уж на то пошло, почему бы вам просто точно также не одоброволить меня и на передачу этого таинственного объекта? «Совести» вам наверняка хватит…

— Да как смеешь ты! — охранник попытался заехать гостю по лицу древком, но то же голубоватое сияние, что притащило сюда Биг Мака, не позволило ему совершить сей опрометчивый поступок.

— Ты поступил не верно – прошелестел капюшон, мгновенно вогнав парня в уныние – пока удалитесь. Вас позовут.

Оба трота склонили головы и поспешили выполнить приказ.

— Зачем ты его спровоцировал? – поинтересовалась она, как только стражники пропали за углом.

— В каком смысле «спровоцировал»? – еще более раздраженно поинтересовался Макинтош – вы разбудили меня посреди ночи, притащили сюда, продолжаете требовать свои неведомо чего и наотрез отказываетесь рассказать в чем дело. Кто кого провоцирует?

Пару минут они с капюшоном мерились взглядами. Фигурально выражаясь, естественно.

— Значит, все должно быть так? – тяжелый вздох и на него снова повеяло фиалками – тогда скажи: ЧТО ты ГОТОВ отдать за жизнь своего друга?

Этот избитый вопрос неожиданно вогнал его в некий ступор. Ответ-то очевиден и уже не раз был произнесен – жизнь. Вот только сейчас ему как-то сразу вспомнилось то самое незаконченное дело, не говоря уже об ответственности перед Понивиллем. Да и Страшилу, откровенно говоря, другом не назвать. Скорей уж питомец. А другие варианты как-то не находились. Не деньги же предлагать?

— Неужели дружба настолько обесценилась на просторах нынешней Эквестрии? – то ли с иронией, то ли с горечью произнесла балахонистая фигура, не дождавшись его реакции – ответь: готов ли ты отдать за него святыню?

— Чего? – вытаращился слегка покрасневший от последнего замечания Биг Мак – какую? У меня больше…

— Которой у тебя уже нет – прервала его незнакомка с впервые появившимся нетерпением – но по справедливости принадлежащую тебе. Смарти Пэнтс.

— Агась – яблоки в мозгу яростно крутились, однако ситуация пока что ясней не становилась.

Тяжелый вздох.

— То, ка поступил с тобой…брат Томас, было неправильно – неожиданно поспешила ему на помощь кобыла – ничто хорошее не произрастет из обмана. Передай нам свое право владения на нее и получишь своего друга назад.

«Право владения»?

Сердце учащенно забилось.

Значит, он может вернуть свою реликвию?

— Разве может быть нечто более ценное, чем жизнь? – сбила только начавшую разгораться жадность незнакомка, как будто подслушав его мысли.

Но как же хочется.

— Раз так, то почему бы вам не помочь ему самостоятельно? – изогнул брови жеребец – бесплатно?

— Поступив так пришлось бы отдать тебе куклу – прямо заявила волшебница – это привело бы к великой печали и неизвестным последствиям. И не думай, что спасение твоего друга суть просто. С ним связан великий риск и немалая опасность для всего Троттингема.

— Агась – хмыкнул Макинтош – но вы все равно идите на это. Чего ради?

— Так будет правильно – она подплыла вплотную – жизнь будет спасена. Твоя и наша совесть очищена. Выбери же свою судьбу.

-
— Ну и зачем мы спускаемся в эту дыру? – после принесения этого дурацкого обещания настроение упало ниже уровня моря. Неужели они не помнят, КТО его придумал?

С губ сам собой сорвался ехидный смешок: клясться клятвой величайшей предательницы в истории Эквестрии. Хотя объяснение «ее использовала преподобная Твайлайт» кажется вполне разумным. Да к тому же, никто ведь не знает, произошло ли это «предательство» на самом деле. Ее призывы к переговорам и антимилитаристские убеждения еще ни о чем не говорят. В конце концов, и тот факт, что последний раз Пинки Пай видели выходящей из лагеря отступающей после поражения второго похода в лес армии, тоже ничего не доказывает. И наличие при ней «приветственного вагончика» вовсе не означает, будто она целенаправленно сдалась в плен к тварям.

Но разве Создатель превратил хотя бы еще одного эквестрийца в дракоаликорна?

Хватит. Это все в прошлом.

— Почему спускаемся так медленно? – уж лучше ныть, чем думать.

— Вы все в Понивилле стали такие ворчливые? – внезапно со смешком отреагировала незнакомка.

— Что значит «стали»? – не понял Биг Мак.

— То есть, вы еще и раньше были? – забавно, голос звучит почти нормально. Вроде даже молодой – значит, не заметила.

— Вы посещали мой город? – повернулся к ней жеребец.

В здоровенной спускаемой сверху корзине находились только они. Попытавшегося сунуться к ним стражника она мягко отшила, заявив, будто все будет в порядке. После чего спросила, не случилось ли чего там, внизу. Ответ «только необычные крики» Макинтошу определенно не понравился.

— Да. Один раз – в голосе проскользнула ностальгия – обрела там цель жизни.

— Эк вас — понивиллец слегка сбился с толку – а…

— Прошлое – капюшон закачался – не будем об этом.

— Агась – он вернулся к созерцанию стен штольни и внезапно обнаружил, что вид изменился: то тут, там появились выхватываемые фонарем клочки плесени. Видно они уже близко.

— Слушай мои указания – подтвердила его догадку спутница – стой на свету и зови своего друга по имени, убеждая, что все хорошо. Будь бдителен: там, скорее всего, много жаждущих покинуть тьму, однако выйти может только он. Если кто-то иной сможет проникнуть к нам, то не трогай, избегай, но сообщи.

— Агась – ему это определенно не понравилось – а можно поподробнее об этих «жаждущих»? Да и о месте тоже хотелось бы…

Камень вокруг них исчез. В смысле полностью. Осталась одна лишь тьма.

— Будь готов – голос вновь стал шелестом – ко всему.

Копыто потянулось к оружию.

— Нет – один из грузиков на платье стукнул по ноге – знай: те, кто обитает здесь, несчастнее всех, живущих под небом. Не должно обращать против них сталь.

— Тебе-то легко говорить – проворчал жеребец – ты-то магичишь.

— Именно – похолодало – ни один не пройдет.

— Ладно, но если ты…

Корзина с грохотом опустилась на нечто определенно каменное. Пол был покрыт мхом и какими-то мелкими грибками. Света категорически не хватало. Биг Мак уже было потянулся к фонарю, когда его спутница решила взять освещение на себя. Жутковатая синева начала расползаться от их подъемника, выхватывая у тьмы все больше и больше пустого пространства.

— Выходи – прикоснувшийся грузик вывел его из задумчивости – зови. Помни об опасности.

Делать нечего. Где-то с минуту повозившись с непривычным замком, жеребец вышел наружу. Под копытом была скорее плесень – слишком уж тонок слой. Вокруг по-прежнему пусто.

Стоп.

Кости, отсюда не разглядеть, но наверняка понячьи. Да и какие еще кости могут лежать в жуткой пещере, освещаемой таинственной синевой и населенной «несчастнейшими», которые жаждут наверх? Копыто само потянулось к лицу, однако было остановлено дабы не измазаться.

Ладно: как еще могло закончится это бредовое приключение?

Хотя чует его сердце – до конца еще далеко.

— Страшила! – эха нет. Это хорошо или плохо? – иди сюда! Это я – Биг Макинтош Эппл!

Минут через десять во тьме что-то зашуршало.

— Мы тут пришли тебя спасать! – снова накатило раздражение от неправильности происходящего – давай вылезай уже и закончим с этим бредовым путешествием! У меня, знаешь ли, дела есть!

Тьма определенно стала живее, чем до их прихода.

— Иди сюда! Здесь безопасно! Страшила! – глаза внимательно следили за окружающим. Пятно света перестало расширяться, но в пещере как будто зажглись огоньки, многие из которых двигались.

Совершенно не к месту вспомнились страшилки, которые в далеком детстве рассказывали друг другу сидящие под одеялом маленькие жеребята. Ветеран видел в своей жизни куда худшие вещи, но само ощущение чего-то необычайного и жуткого, одновременно притягивающего и отталкивающего, что так часто завладело им в те минуты, внезапно объяло жеребца. По спине пошли мурашки.

— Стра-ши-ла! – голос начал подрагивать. Казалось вот-вот.

Странный звук сзади.

Мгновенно обернувшись, он еще успел заметить волны, побежавшие по окружавшему их куполу света. В их эпицентре мелькнула неясная фигура.

А затем раздалось нечто невообразимое.

Как будто вместе соединили плач, скрежет и клекот.

Разве может пони произнести подобное?

— Пусть бежит сюда! – вдруг крикнула ему спутница – тогда они просто не успеют среагировать!

— Кто «они»? – ответа не последовало, но то в одном, то в другом месте пошли волны.

— Страшила, …! – давненько он от страха не ругался – бегом сюда! Слышишь! БЕГОМ!

— Один шанс! – вновь раздался вопль незнакомки – только сейчас!

— УРОД…! СЮДА! – Биг Мак заметил, что сияние сужается – БЫСТРО!

Понивиллец начал крутиться во все стороны, стараясь выкричать причину своего присутствия здесь, при этом с чисто детским любопытством заодно пытаясь увидеть неведомое пугало. Он настолько увлекся этим, что не заметил, как круп ушел в сумрак. Но «жаждущие» оказались более внимательны. Лишь сверхъестественное чутье и мгновенная реакция спасла его от незавидной судьбы быть утащенным во тьму.

Причем в печальности этой участи сомнений больше не было – на мгновение Макинтош увидел лик «несчастнейшего». Очень неаппетитное зрелище, но с явными признаками того, что некогда это был пони. Земной.

— СТР-РА-ШШИ-ЛЛА! – позорное заикание на миг овладело его языком, однако секунду спустя ужас вылился в более привычную, хотя и несравненно менее приличную форму -…твою…да…СЮДА! БЫСТРО!

Крики продолжались, купол сужался. Наконец он стал меньше, чем свет от фонаря и Биг Мак смог насладиться видом множества неясных силуэтов, бодающих завесу со всех сторон. И чем больше он вглядывался, тем яснее становилась ситуация.

— Все! – он вбежал в корзину и захлопнул дверцу – теперь бесполезно. Он просто не пройдет сквозь них.

Капюшон кивнул.

Жеребец дернул центральную веревку и спустя полминуты они начали подниматься.

Уже в полной мере узнанные чудовища закопошились под возносившимися вторженцами, но — слава Твайлайт – среди них не было крылатых.

Как, почему, откуда – неизвестно.

Но любому понятно: у Троттингема большие проблемы.

Внезапно вдали появился огонек и донесся вопль:

— Не бросайте меня! Умоляю! Возь…- мольба резко прервалась. Макинтош искренне надеялся, что по причине осознания просящим ее бессмысленности.

Корзина возвращалась к видневшемуся вдали свету.

Спутница внезапно предприняла попытку перевалится через край.

Незнакомка была спасена, став при этом несколько менее таинственной — на ощупь тоже можно многое определить. Увы, его рывок стоил им фонаря. Биг Мак искренне надеялся, что тяжелая медная банка не пропала зря, а долбанула кого-нибудь из «несчастнейших», а лучше бы даже подожгла его маслом. Так или иначе, но большую часть пути они проделали почти в темноте. За это время кобыла успела оклематься, отбиться от его дальнейших попыток ощупать ее и даже вроде привела себя в порядок.

«Поверхность» встретила их неожиданно:

— Вот ведь…конские яблоки.

-
— Ладно, делать нечего, пошли – мэр с обреченным видом махнул копытом и направился в боковой коридор.

Биг Мак со спутницей отправились за ним. Не от большого желания – просто эскорт из десятка вооруженных пони был очень убедителен. Честно говоря, понивиллец ровным счетом ничего не понял из произошедшего. Как только их корзина достигла верхней площадки они оказались окружены очень неласково глядящими на них троттингемцами, во главе с чем-то сильно огорченным алым пегасом. Он перекинулся с балахонистой парой не слишком осмысленных фраз в стиле «опять ты», после чего их куда-то повели.

Решив, что пока он знает недостаточно для какого-либо вывода, жеребец сконцентрировал внимание на своей таинственной незнакомке. Вернее, на ее копытах, периодически появляющиеся из-под подола. Они были синими. И никаких тебе полетов – видно совсем выдохлась.

— Ну, вот мы и на месте – грустно произнес крылатый.

Еще одна, практически идентичная дыра в полу и корзина подъемника.

— Держите – им обоим кинули по две туго набитые сумки.

Что за ерунда? Еда, нечто вроде накопытников, ножи, одеяло…

— Ты с ума сошел? – без всякого шелеста или загадочности поинтересовалась кобыла. Пожалуй, даже со страхом – ты ведь понимаешь…

— Отлично понимаю – жестко прервал ее мэр – более того – уже все обдумал. Сегодня мимо «твоих» стражников пройдут трое: здоровяк с женой и братом. Эта семья уже давно жаловалась и хотела уйти. Тот факт, что им будут кланяться, только поможет городу. Хотя тебе ведь это никогда не было интересно, не так ли?

— Ты не можешь так поступить со мной – тон как-то не очень уверенный – мои…

— Твое стадо ничего не сделает – в голосе алого послышалось презрение – я лично передам им весть о твоем вознесении, а ежели не поверят, то скажу, будто ты сбежала. Раскол гарантирован в любом случае, а их и так вряд ли можно назвать силой, скорей уж зудом.

На пару минут наступило молчание.

— Почему? – наконец спросила она.

— Вы ведь видели их? – вместо ответа обратился пегас к Биг Маку.

— Зараженных? – переспросил понивиллец – да. На очень плохой стадии. У…

— Он дал клятву – быстро сказала балахонистая.

Мэр хрипло засмеялся.

— Пинки-обещание? И что? Я тоже его давал и разве оно мне помешало? – тон из презрительного вдруг стал чуть ли не сострадательным – неужели ты правда веришь, будто он ничего не расскажет? Неужто уверилась в собственном бреде?

— Лжец никогда не поверит чужому слову – тон кобылы, опустившийся было чуть ли не до умоляющего, вновь окреп – однако это не может быть единственной причиной.

— О, ты жаждешь ПРАВДЫ? – ему явно не понравилась последняя ремарка – а она проста: ты меня достала со всеми этими заморочками, лицемерием и своим долбанным культом. Но самое обидное – из-за тебя я должен послать первого встретившегося мне вменяемого твайлиита, да и просто нормального жеребца вниз.

— А может не надо? – вмешался в обсуждение Макинтош – в смысле, я же вообще не при чем! Какой вниз? Зачем послать? Я просто хочу найти своего…друга! А насчет зараженных не волнуйтесь – я лично сообщу Ордену…

Оба спорщика одновременно приложили копыта к лицу.

— Слушайте, а что вообще происходит…

— Тебя не переубедить, не так ли? – печально обратилась незнакомка к мэру – и ты вот так просто пошлешь ту, с кем тебя столько связывает, на верную смерть?

— Чего?! Вы все…

— Это нужно городу – грустно кивнул алый, напрочь игнорируя возмущенный вопль гостя.

— ЭЙ ТЫ! – рывок Биг Мака был прерван навалившейся четверкой охранников.

— Любимая отмазка – хмыкнул капюшон, склонившись еще ниже – что ж, можешь хотя бы принести вещи? Ты знаешь какие.

— Лежат там же? – поинтересовался мэр и, дождавшись кивка, начал объяснять что-то стражнику.

После его ухода наступило томительное ожидание, за время которого все нашли, чем заняться: свободные охранники что-то жевали, глава города и таинственная незнакомка смотрели друг другу в глаза, причем так, чтобы Макинтош все равно не видел скрытое под капюшоном лицо, а он сам пытался поудобнее устроится под четырьмя навалившимися на него телами.

Наконец ему это удалось:

— Кто-нибудь может рассказать мне, что здесь происходит? – предельно вежливо и мирно поинтересовался Биг Макинтош.

Тактика возымела немедленный эффект: алый вздрогнул и отвернулся, а его, судя по всему, давняя знакомая, вновь стала смотреть вниз.

— Мы просто ждем, когда принесут кое-какие памятные объекты – пояснил глава города — вроде вашей куклы.

— Агась – оставайся спокойным, а то вообще ничего не расскажут – а нельзя ли более подробно пояснить всю имеющуюся в сей момент ситуацию? Ну, вы понимаете, как-то связанную с «верной смертью»?

— О, не волнуйтесь – откровенно натянуто улыбнулся пегас – на самом деле вы вполне можете прожить там дольше меня…

— При таком стиле правления – даже наверняка – вставила свое слово балахонистая.

-…а также женится и нарожать детей – судя по тону, это тоже была своего рода подколка – при этом будете иметь замечательную возможность служить на благо Эквестрии, добывая редчайшие, нигде более не встречаемые ресурсы в компании верных соратников, преследующих ту же цель и…

— Я могу отказаться от этой чести? – прервал эти разглагольствования Макинтош.

— Нет – улыбка стала еще шире.

— Агась – стражники держали крепко – а может хотя бы скажите, чем обязан?

— Согласием на очередную авантюру этой прид…эксцентричной особы – мэр кивнув на его спутницу – тем, что видели нашу маленькую проблемку.

— Вот именно! – попытался вскинуться земной пони – это всего-навсего небольшая загвоздка! Стоит Ордену узнать об этом…

— Как они придут и выжгут все наше уютное Подземье – закончил за него алый – а Троттингем не может этого допустить, тем более, что производимый за счет тамошних ресурсов товар идет и самим орденцам.

— Но ведь они могут сделать все и аккуратнее — непонимающе уставился на него понивиллец – к тому же, разве есть такой товар, чтобы из-за него рисковать жизнями?

— Да почти любой, если он нужен городу. Тем более, не нашей – откровенно заявил пегас – простите, но время истекает и я хочу успеть задать вам волнующий меня вопрос, перед…событием. Почему Твайлайт?

— Чего? – Макинтош почувствовал, что теряет почву в этом разговоре.

— Вы же собираетесь все сделать самостоятельно, в отличие от этих – кивок в сторону молчаливой кобылы – да и прочих их бредней вы не разделяете. Так на кой ляд она вам сдалась?

— Она отдала свою жизнь за нас – заученно ответил Биг Мак.

— Ой, как и тысячи других, безымянных героев – отмахнулся пегас – к тому же фиолетовая единорожка, по вашим заявлениям, еще жива. Так почему она? Не Селестия, хранившая нас тысячи лет, не Луна. Не просто какая-то абстракция или погибшие. Почему?

— Твайлайт убила Создателя – донес до мэра очевидную мысль ветеран.

— Вот именно – взмахнул тот крыльями – многие благородные и умные пытались, тысячи погибли, но только мисс Спаркл смогла достичь результата, несмотря ни на что.

Ранее отосланный единорог вернулся и передал таинственной незнакомке пухлый пакет.

— Прямо как я сейчас…

-
— Тут, скорей всего, безопасно – повторила спутница – вероятно, все ушли к тому подъемнику. Просто иди за мной.

— Агась – мрачно кивнул Биг Мак.

Отлично: наконец-то у него есть возможность обдумать всю ту информацию, что вывалили на него за последний час.

Начнем с главного, с точки зрения мэра – товара. Троттингем производил взрывчатку. Не бабахалки и не зажигалки, даже не новоделы, а нечто совершенно иное по принципу действия, но сопоставимое по результату. Ну, не то, чтобы действительно сопоставимое: одна их «бомба» не стоила и третьей части современной единороговой игрушки, но они делали по нескольку десятков в месяц, что раз в восемь больше производительности волшебной мастерской Кантрелота. Возможно, нынче уже не так, но вряд ли Эпплджек забыла бы похвастаться резким повышением скорости выпуска.

Вообще, сравнивать местные поделки с орденскими вряд ли стоит: детонируют когда хотят, портятся, требуют постоянного ухода и надзора. Однако в любом случае, взрывчатка – это круто.

Вот только есть одно очень большое НО. Порошки, необходимые для ее изготовления необходимо добывать здесь, в «Подземье», которое в буквальном смысле кишит зараженными, пусть и ведущими себя куда тупее бывших во время Безумного Похода.

Но самое интересное, что собственно их сбор ныне проводится силами не столько тротов, представленных внизу в основном преступниками, сколько беженцев. Это вполне объясняет отсутствие какой-либо «эмиграционной политики» у сего отвратного города – в смертники берут каждого, а вводят в курс дела уже непосредственно на месте работы. За свой труд, плоды которого раз в неделю сгружали в корзины, они получают нормальную еду, инструменты, оружие и прочие «дары» своих возвышенных господ. И где-то раз в два месяца – новых работников.

Твари не могли и мечтать о более дружелюбном отношении: их тут не только регулярно кормят, но еще и защищают от Ордена. Причина оказалась не только в боязни излишней старательности орденцев, но еще и банальной жадности – проведя зачистку фиолетовые практически неизбежно узнали бы рецепт взрывчатки и прости-прощай монополия.

К тому моменту, как рассказ дошел до этой части, он уже попытался применить к своей неожиданно разговорчивой спутнице физическое воздействие, потому лежал на дне корзины с завязанными ногами. Услышав же последнюю новость, Биг Мак чуть было не порвал их – так хотелось добраться до спокойно и размеренно повествующей кобылы. Та успокаивающе постукала его по лбу грузиком и продолжила.

Впрочем, троты не просто садисты и спускали ничего не подозревающих пони к «жаждущим» только потому, что иного способа добычи не нашлось. Года два назад их силы добрались-таки до подземного леса, бывшего источником взрывной «благодати», где встретились не только с зараженными, но и с их старшими братьями. Они продержались достаточно долго, чтобы вырыть несколько десятков деревьев и кустарников, чьи плоды, кора и корни являются сырьем для порошков. Именно эти растения так удивили понивилльца наверху.

Увы, этот путь не дал результатов – пересаженные живые сокровища внезапно превратились в мусор. Только одно из них сохранило искомые свойства. Возможно, рано или поздно остальные также привыкнут и вернуться в нормальное состояние, но после двух лет ожидания надежды на подобный исход не велики.

Так что вперед, пока в Эквестрии есть несчастные, готовые поверить в новую жизнь в Троттингеме или местные, слишком рьяно стремящиеся жить по-своему, ряды зараженных будут только ширится.