Эхо далекого прошлого

Давным-давно в волшебной стране Эквестрии правили две сестры… Занятная история, правда? У сестры всегда был талант к сочинению всяких историй, но стоит отдать должное, эта история является её шедевром. Все учтено, ничего не пропущено… и ни слова правды.

Принцесса Селестия Принцесса Луна ОС - пони

One Last Letter (Перевод + Небольшой рассказик)

Небольшая зарисовка на тему этой песни + попытка художественного перевода.

Новый способ

Как приход к власти Сомбры повлиял на жизнь обычных преступников из Государственной Тюрьмы Империи?

ОС - пони Король Сомбра

Радужная бесконечность

Твайлайт Спаркл осознает себя Аликорном

Твайлайт Спаркл

Все могло быть иначе

А что, если бы Шайнинг Армор полюбил не Каденс?

Принцесса Селестия Принцесса Луна Шайнинг Армор

Зима

Сердце Старлайт билось в тот вечер чаще. Потому что горели звезды. Потому что вспыхнула искра. И заболел Дабл Даймонд.

Другие пони Старлайт Глиммер

Изгнанная на Луну

Найтмер Мун пробыла в изгнании на Луне 1000 лет, а вновь стала принцессой Луной сравнительно недавно. Получается космонавты, высаживавшиеся на Луну, могли с ней встретиться? Нил Амстронг, Базз Олдрин и Майкл Коллинз узнают невероятную правду о том, каким образом их жизнь связанна с историей тысячелетней давности! Они расскажут всему миру о лунной пленнице, когда вернутся на Землю. Но кто сказал, что Лунная Кобыла их отпустит?

Принцесса Селестия ОС - пони Найтмэр Мун Человеки

Сердцу не прикажешь

Иногда надо просто набраться смелости и поздороваться. Или признаться в любви, или - кое в чём ещё. А земной пони Граунд Хилль придётся выполнить все эти три шага. Школьная любовь двух пони, как она есть.

ОС - пони

Fallout Equestria: Фильмография Пустоши

История одной поникапи, которая стала режиссёром, и её сестрёнки, которая превозмогла. История их пути к успеху и того, чем это обернулось для никому не нужных рейдерских королевств.

ОС - пони

Добавить по вкусу

Строго следовать рецепту или импровизировать? Бесспорно, у каждого повара свой подход. А существует ли рецепт дружбы, от которого можно было бы отступать?

Пинки Пай Лира Бон-Бон

Автор рисунка: Stinkehund
Глава 3. Первый выпад Глава 5. Приговор дружбы

Глава 4. Призрак беды

Подошёл к концу ещё один день. Как всегда, поглощенная круговоротом давно уже ставших серо-серыми дней, Принцесса Селестия, снежно-белый аликорн с магически развевающимися гривой и хвостом, переливающимися оттенками голубого, зелёного и розового, нежилась в тёплой водичке наполненной ворохом мыльных пузырьков. Солнце покорно её воле спряталось за горизонт, и теперь принцесса могла спокойно расслабиться перед сном. Мысли вяло текли в её прекрасной, но изрядно уставшей головке. А упругая струя воды мягко массировала шкурку белой пони. Невероятно, но Селесстия думала о своей жизни. Точнее о том её куске, который состоял из ближайшего прошлого и настолько же приближённого будущего с корочкой настоящего между ними.

Аликорны живут очень долго, и как ни странно это создавало свои неудобства. Если бы мать Селестии ещё была с ней, то, скорее всего она бы спросила дочку, почему та ещё не замужем. Настойчиво так спросила бы. С одновременным сватанием полудюжины кандидатов на тёпленькое местечко рядом с ней. Но мама была всего лишь простой единорожкой и умерла ещё когда, Селестия по аликорновским меркам была совсем жеребёнком.

Лишь общение с сестрёнкой, редкие розыгрыши и шуточки, да разные давно перепробованные сладости составляли отдушину в беспроглядной серости текущих дней. Не подумайте чего такого, Селестия гордилась своим положением соправительницы Эквестрии и очень любила свой народ, часто, когда это требовалось, она не щадила себя, лишь бы подданным было хорошо. Когда Стар Свирл пригласил их с сестрой стать правительницами Эквестрии, Селестия очень радовалась. И ни разу не пожалела о своём решении, но с течением времени ей всё больше и больше казалось, что она что-то упускает. Это протекает мимо нее, оставляя всё больше и больше сомнений в душе принцессы.

Живя тысячи лет, один единственный год, кажется, очень быстротечным и коротким промежутком времени. Особенно если большую часть его составляет рутина. Вроде бы всё у принцессы было: и любовь с поклонением поданных, и любимая младшая сестрёнка вернувшаяся домой совсем недавно, и стражники, по вызову готовые исполнить любой приказ царственной особы. Но не было этого самого знакомого с детства ощущения счастья.

Гигантская библиотека Кантерлота содержащая в себе тысячи и тысячи фолиантов прочитана вдоль и поперёк, многократно. А каждая новинка тут же проходила через дрожащие от нетерпения копыта Селестии. Познание и мудрость, изложенная на бумагу — это были давние страсти принцессы. Большая часть её юности прошла в библиотеках среди древних сокровищниц знаний. Хотя время от времени Луна находила приключения на свой круп и щедро делилась с крупом сестрёнки, прозябающей в "храме скукотищи".

Внезапно мысли Селестии перетекли на более позднее время, а именно на прошлую осень. Она помнила, как будто это произошло только что. Сердце сжалось от ужаса, ноги задрожали, а магическая аура, исходящая от солнца, будто хотела предупредить её о приближении чего-то смертельно опасного. Но это длилось не долго. Всё прекратилось, будто солнцу "приставили нож к горлу" и заставили "замолчать". С того времени принцесса регулярно наблюдала за небом. И не зря: часть созвездий пропали с небосвода, а спустя месяц с небольшим появились вновь. Возможно, это была какая-то неизвестная науке космическая аномалия, думала принцесса, переворачиваясь на бок. Но гнетущее чувство в глубине души будило Селестию, будто предсказывая приближение опасности.

Встряхнув тяжёлой от воды гривой, Принцесса Селестия отогнала наваждения. Она не позволит смутным страхам отразиться на её повседневной жизни. Подсушив шкурку, принцесса завернулась в большое махровое полотенце и направилась к своей любимой лежанке у камина. Но там уже кто-то лежал, завернувшись в её любимое шёлковое одеялко. Нахмурившись, Селестия сдёрнула его магией. На неё тут же уставились два бирюзовых глаза, и блеснула лёгкая ухмылочка близкого существа.

— И что ты забыла на моей тахте? — немного требовательным, но мягким тоном спросила солнечная принцесса.

— Знаю я, как ты любишь эту лежанку. Прости, не удержалась поваляться. Есть то, о чём нам следует

поговорить, — подвигаясь, ответила ночная шалунья.

— Ну, моя милая сестрёнка, что же тебя беспокоит? — устраиваясь рядом с Луной, ласково спросила Селестия.

— Одиночество.

— Не говори ерунды, оглянись вокруг, посмотри, сколько разных существ населяет Эквестрию. — Селли прикрыла глаза смотря на сестру.

— Я не о том. Из пони я только с тобой могу поговорить вот так, просто, по душам, по-дружески. Ну, может ещё с Твайлайт. А все остальные, ты бы послушала их. Натягивают лживые улыбки и льстят, избегая неудобной правды, будто боясь вызвать мой гнев, ожидая, наверное, что я опять могу превратиться в Найтмер Мун. О как бы я хотела, чтобы все забыли мою постыдную ошибку. Если бы я тогда не поддалась…

— Не переживай, все уже привыкли к тебе. А на счёт льстецов — мне тоже приходится терпеть их каждый день. К сожалению таков наш удел: слушать сладкие окольные речи, пока грозная правда ранит совсем другие, неготовые к ней уши.

— Селли, это не правильно. Может нам стоит завести новое министерство. А называться будет, скажем: Министерство Правды?

— Иногда ты меня пугаешь.

— Эх, да, знаю, знаю. Гражданские свободы, и все дела. Ты в законах лучше разбираешься.

— Не страшно. Главное помни: мы правительницы, а не тираны.

— Селли?

— Да?

— Эээ. Ладно, ничего.

— Давай, выкладывай, раз начала. Ты же знаешь — я всё пойму.

— Меня давно беспокоит один и тот же кошмар, который я не могу контролировать. — Луна сделала медленный глубокий вдох и продолжила. — Сначала я спешу кому-то на помощь. Потом из мрака появляется огромная фигура головы пони, там, рядом с ней кто-то есть. Я спускаюсь ниже и вижу, как беззащитного пони готовится раздавить колоссальный монстр. Тёмное стрельчатое тело едва угадывается за вязью щупалец вокруг него. Он стоит, опираясь на два самых больших щупальца. А венчает его образ треугольная голова с двумя острыми, пылающими глазами. Его внимание обращается в мою сторону, и под его взглядом я начинаю гореть. Вместо боли всё тело жутко чешется, плоть слезает с костей, я кричу, но его взгляд лишь сильнее жжёт меня. И я просыпаюсь.

— Когда у тебя начались эти кошмары? — серьёзным голосом спросила Селестия.

— Осенью, когда звезды северного полушария пропадали на сорок один день.

— Ты ещё что-то почувствовала тогда?

— Да. Мне стало очень страшно. — Луна опустила глаза, будто стыдясь своих слов.

— Я тоже чувствовала ужас. Было ещё что-нибудь в твоих снах? Чтобы предотвратить беду, нам нужны ещё зацепки.

— Прости, сестра, ничего больше не помню. Только глаза, эти колючие янтарные глаза.

Селестия приласкала синюю аликорночку с воздушной голубой гривой и таким же хвостом, нежно проводя крылом по её шейке и спинке. Благодарно посмотрев на сестру, Луна потёрлась щёчкой о её шею и ушла.

Следующий день начался как обычно. Заклинание-будилльник разбудило принцессу характерным пощипыванием. Зевнув и отбросив капризную гриву, Селестия проследовала в ванную. Приведя внешность в порядок, пони вышла на балкон. На площадке соседней башни её уже дожидалась сестра. Приветливо улыбнувшись и махнув копытом в знак приветствия, Селли услышала в ответ, донёсшийся до неё Кантерлотский Глас:

— Доброе утро, сестра!

Лунный диск закатился за горизонт, и Селестия привычным движением души вызвала к жизни магию перемещения светила. Нащупав солнце, она потянула его, и вот краешек светила робко высунулся из-за горизонта, подмигнул и подпрыгнул в небо, взяв свой обычный ритм движения. Луна ушла, кивнув на прощанье. Принесли завтрак, как всегда забыв, что Селестия не любит ромашки, но принцесса не роптала. Да, она снова тактично намекнёт прислуге о своих вкусах, но они также тактично забудут о них спустя пару лет, а то и раньше.

Но такие мелочи неспособны огорчить мудрую Принцессу Селестию. Как и почти каждое утро, это началось с приёма просителей. Бесконечная череда проблем, большинство из которых она решала, едва выслушав одним или двумя чёткими указаниями секретарям. Привычное начало дня за делами незаметно, перетекло в обеденный перерыв. Сели любила вкусняшки, да и как можно не любить такие естественные радости жизни. Уединившись в своих покоях не щадя круп, она набросилась на еду. Слуги знали про аппетит принцессы, и немало удивлялись, как ей удавалось не толстеть. А секрет был прост, у аликорнов очень быстрый метаболизм. И вместо толстых боков энергия пошла в рост. Не зря же она так вымахала, что даже сестрица Луна, ранее бывшая одного с ней размера, теперь упиралась носиком в её грудь.

Сыто икнув, Селестия вернулась к обязанностям. Теперь предстояло разгрести королевскую корреспонденцию: составить указы, разобрать дипломатические обращения и написать ответы, и ещё кучу всего по мелочам. Без верных секретарей успеть всё вряд ли бы удалось. Луна, как всегда, отлынивала и скидывала всю бумажную волокиту на Селестию. Затем пришлось посетить официальное мероприятие: день рождения дочурки посла Мустангии. Улыбаясь и помахивая копытом, выслушав сотни пожеланий имениннице и высказав свои, Принцесса Селестия наконец получила кусочек тортика. Слюни едва не вырывались из её милого ротика, но принцесса вела себя очень сдержанно: микроукусами в очень изысканной манере орудуя ложечкой, расправилась с кусочком.

И, разумеется, никто не предложил ещё, считая, что Селестия следит за фигурой. Тем самым общество заботилось о её крупе больше её самой. Иногда это раздражало Селли, но тут уж ничего не поделать. Печальными глазами, проводив оставшуюся часть торта, принцесса удалилась. После подписания нескольких небольших поправок в законы, наконец, от Селестии все отстали, и она со спокойной душой отправилась читать присланный ей свеженький роман.

Храбрый рыцарь Ланс, как раз избавил городок Элдбич от нашествия коварного дракона. По пути влюбив в себя милую принцессу, тут же похищенную злобным личом-вурдалаком, сильно ранившим храбреца. И тут, когда предстояло самое интересное, заклинание-будильник снова напомнило о себе и о том, что пора опускать солнце.

Луна задержалась, но ненадолго и, подняв луну, полетела к башне Селестии. Принцесса Луна выглядела так, будто провела день беспрерывно разгружая вагоны с углём, волнистая развивающаяся грива норовила упасть на глаза хозяйки. Глубокие тени под глазами могли свидетельствовать о не очень крепком сне принцессы.

— Селли, надо что-то делать! Я так больше не могу. Сегодня кошмар был ярким как никогда.

— Я попробую поискать в книгах заклинание, убирающее сновидения. Но если даже ты не можешь справиться с этими кошмарами, боюсь, от этого будет мало толку.

— Ещё немного и я сойду с ума! Этот взгляд уже преследует меня наяву. Мне кажется, что он постоянно смотрит на меня, прямо в самую душу!

— Успокойся сестра моя. Мы обязательно найдём причину. Я вызову Твайлайт и её друзей, мы вместе справимся с этим, — примирительным тоном сказала Селли.

— Твайлайт?! Почему ты никогда не можешь решить сложную проблему САМА?! Ты всегда находишь кого-то, на кого скинуть то, перед чем пасуешь! — раздражённый крик Луны звонко вспарывал тишину.

— Луна, пожалуйста, не кричи. Я обещаю, я сделаю для тебя всё, что смогу.

— Уж постарайся, иначе тебе снова придётся отправить меня на луну или мне тебя! — раздраженно выкрикнув эти слова, Луна открыла проход в магическое подпространство и покинула сестру.

Как только она оказалась там, признаки её гнева испарились. Вздохнув несколько раз, она оглянулась на уже исчезнувший проход и некоторое время печальным взглядом смотрела туда. По прижатым ушкам и шаркающей походке, здесь, где никто не видит её, можно догадаться, что Луне очень стыдно за такое поведение. Они частенько ссорились по мелочам, но вот это было из ряда вон. Оглядываясь на былые ссоры, Луна наверняка попросит прощения, также как когда Твайлайт Спаркл с подругами вернула ей прежний вид с помощью Элементов Гармонии.

В этом магическом месте, Луна наблюдала за почти бесконечно длинными рядами дверей и, ориентируясь на зудящий звон кошмаров, исправляла самые сильные и страшные из них. Первую треть ночи она честно боролась с кошмарами, но недосып и ломота сделали своё дело. Вернувшись в свою комнату, аликорн умылась холодной водой, пообедала оставленными слугами кушаньями, дополнительно поперчив их своим любимым пикантным соусом.

После обеда развалившись на кровати, принцесса достала припрятанный ранее журнал. Полистав немного и остановившись на сцене с интересным ракурсом, Луна опустила копыто к влажной кошечке, устроившейся между ног, и стала мягко поглаживать её. Кошечка намочила простыни, но была очень довольна ласками, надо заметить, довольно грубыми под конец. Вздрогнув последний раз, киска заснула. Поискав глазами по комнате с чем бы ещё поиграть, и не найдя, Луна вышла на балкон, впустив в комнату прохладу и успокаивающий лунный свет.

Расправив крылья, тёмный силуэт отделился от башни и устремился в ночную высь. Жмурясь и скользя в прохладных потоках воздуха, принцесса парила. Вдруг с востока до Луны докатились раскаты мощных взрывов. Желая узнать, что там происходит, она повернула туда. Вдалеке, над Мэйнхеттеном на фоне более светлого горизонта застыла тень пони, превышающего размерами гору.

Устремив на неё взгляд, Принцесса Луна ускорилась, предчувствуя, что должна быть там. Но до того как она успела достичь исполинского силуэта — он исчез. Просто растаял в воздухе, будто его и не было. В этот самый миг в глазах пони мелькнуло узнавание — впереди неё из мрака вырисовывалась фигура лошадиной головы. Страх отразился на лице Луны, но она не развернулась, не замедлилась, а лишь прибавила усилий, ударяя перьями по воздуху. Небоскрёб был всё ближе с каждым взмахом крыльев ночной принцессы.

Из мрака ночи у подножия головы показались фигурки. Одна из них упала, на миг освещённая вспышкой. Луна не теряя ни секунды более, отправила к пострадавшему магическую защиту. И вовремя. Медленно снизившись, Принцесса Луна приземлилась около пострадавшего и окинула его беглым взглядом. Стоны и движения раненого заставили её нахмуриться и обратить свой взгляд на второго пони. Тот совершенно спокойно разглядывал свалившуюся с неба принцессу, не выказывая никакого должного уважения царственной особе. Просто смотрел скучающим взглядом, будто на муху, которую собирался прихлопнуть газетой.

Более того он спокойно пошёл к Луне, как если бы не он минуту назад ранил жёлтого жеребца. Принцесса использовала Кантерлотский Голос:

— Стой на месте, ты арестован за причинение увечий!

Тёмно-фиолетовый мощный жеребец будто и не слышал её. Он был всего в четырёх метрах от Луны и внезапно его глаза полыхнули внутренним светом. В его передних копытах появился гигантский пылающий клинок, сразу обрушившийся на мерцающий щит, возникший перед аликорном. Магия встретилась с магией, воля с волей. Посмотрев в глаза сопернику, Луна вздрогнула. Но выражение страха не задержалось на её милом глазастом личике, а быстро сменилось решительностью и отвагой. Щит сдвинулся и резко откинул тёмно-фиолетового назад. Внезапно меч исчез. Луна не спешила убирать экран и просто завернула хорошую такую магическую плюху, а затем отправила её в противника прямо сквозь щит. Увернуться он не успел, да и не мог — это было невозможно на такой дистанции. Удар магии на сто процентов поразил врага и отбросил оглушённое тело, заставив его немного прокатиться по крыше.

Потрясённый скоротечной схваткой, пострадавший пони заковылял к неподвижно лежащему агрессору. Убедившись, что он жив, пострадавший встал на колени и стал умолять принцессу пощадить "Экстера". Судя по выражению удивления на личике принцессы, она ожидала чего угодно только не этого. Заковав преступника в магические кандалы, Луна обратила, наконец, внимание на то, что происходит в городе. Пиршество безумия и насилия и оно только набирало обороты. Усилив голос заклинанием, Луна остановила беспорядки тем, что заставила всех пони в городе крепко зажать уши, спасая их от разрыва барабанных перепонок.

Город эвакуировали в полном составе. После этого при помощи хитрого поискового заклинания сапёры демонтировали все передатчики-громкоговорители и оставшиеся бомбы. Которых к слову осталось всего четыре. Жители уничтоженного взрывом дома не пострадали. Стражи заранее вывели их из здания, благодаря анонимному предупреждению. Итого: много повреждённых домов, особенно крыш, множество пони с лёгкими травмами, несколько с серьёзными, включая Фолин Стара и ни одного погибшего.

На следующее утро после царившей в городе смуты Принцессы устроили день примирения, где все просили прощения у всех, при интенсивном чтении лекций и раздаче бесплатных уроков дружбы от Принцессы Твайлайт Спаркл. Особенно усердствовала в покаянии группка кобылок, успевших загнать в угол двух жеребчиков и совершить с ними множественные акты непотребства.

Экстера ждал закрытый суд принцесс. В Эквестрии за разжигание вражды предусмотрена едва ли не высшая мера наказания, и обвиняемый попадал под неё по всем пунктам. Но последнее слово оставалось за принцессами — высшим источником справедливости.