Аллилуйя!

Конец Света.

Clock is ticking!

Кто-то опоздал :3

Любовное пиршество Королевы Кризалис

Слово автора оригинала: «Тебя поймала Королева Кризалис, и теперь она извлекает из тебя любовь. При помощи секса.»

Человеки Кризалис

Бананово-розовый пирожок

Навеяно некими комментариями. Ошибок - More : )

Пинки Пай

В её обители

Селестия покинула высшее общество Кантерлота, чтобы остаться наедине со своей возлюбленной Твайлайт Спаркл. Все её мечты наконец сбывались. В своей обители Селестия постарается сделать этот вечер для Твайлайт незабываемым.

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Принцесса Луна Принцесса Миаморе Каденца

Неудавшийся эксперимент

Твайлайт приходит в себя после неудачного лабораторного эксперимента и совершенно не понимает, почему Старлайт Глиммер, спустившаяся в подвал не слышит её.

Твайлайт Спаркл Спайк Старлайт Глиммер

Каждому яблоку...

Вечеринка и Пинки Пай.

Пинки Пай

Эквестрия слушает

Решив выбраться в отпуск после своей долгой и нелегкой службы, Бон-Бон получила неожиданное задание...

Черили Лира Бон-Бон

Погранпони

Обычный день обычного пони-пограничника.

Твайлайт Спаркл Принцесса Луна Другие пони

Больше не надо

Коротенький рассказ о ещё одном попаданце.

Принцесса Селестия Принцесса Луна

Автор рисунка: Stinkehund
Очерти себя от всех - Глава 2 Осколки погибшей вселенной. - Глава 4

Я в роли творца. - Глава 3

Простите, что задержался. Мне очень жаль. Но я всё-таки успел его написать и отредактировать к сегодняшнему дню!)

"— Этот мир далёк от совершенства, но нам в нём жить. Если однажды оружие не понадобится для борьбы за мир, я клянусь, буду лепить кирпичи для больниц.

— Репетировали?

— Каждый вечер у зеркала перед сном…"


И вот, я иду по коридору нашего комплекса в направлении кабинета Директора Страйка.

Меня ведут двое охранников, одетых в стандартный комплект брони Стоил. Мне, если честно, очень не по себе находиться здесь после того, как нагрубил начальству. Как старик отреагирует на моё возвращение?

Мне пришлось весь день договариваться с одним из многих бизнес-пони МВТ. Он не верил, что я тот, за кого себя выдаю. В данное время проверка личности, гражданства и места работы ужесточена как никогда, после случая на фабрике по производству магической брони – там задержали зебрийского шпиона с украденными данными о свойствах каждого образца, производимого там.

Пришлось пробивать меня по базе данных: идентичность фотографии, отпечаток копыта, быстрый химический анализ шерсти, считывать сетчатку глаза, отвечать на контрольные вопросы, которые я сам же придумывал при заполнении документов на работу в этот комплекс. В конце концов, меня признали.

Мы шли в одиночестве: в коридорах ни души – все улепетали в столовые на обед.

Охранники шли конвоем: один спереди меня, другой сзади. Тихий гудящий звук ламп на потолке «чесал» мне мозги.

Жеребец, в броне спереди, немного повернув голову вправо, наблюдал краем глаза за мной. Это меня просто вымораживало. От его пристального взгляда никуда нельзя было деться.

— У меня что-то не так с лицом? – Грубым голосом спросил я.

— Дело в другом, я тебя здесь впервые вижу. За всё время моей работы тут твоё лицо ни разу не попадалось мне на глаза. Кто ты такой? – Не удивительно, что он меня не знает, но ведь его должны были предупредить? Иначе, это как-то глупо вести под охраной того, о ком никогда и не слыхивал.

Я устроился в комплекс относительно недавно, и всегда работал, запершись в своей лаборатории. За едой посылал своего робота помощника, поэтому меня редко кто видел. Так что лучше сейчас объясню ему.

— Я Никель Савант. Здесь…

— А, ты тот самый учёный, который свалил с работы к своей семье три недели назад? – перебил меня его голос. – «Опять семья… Почему я не удивлён…».

— Так ты меня знаешь? – равнодушно спросил я.

— О-о, о тебе всем известно, за твои проделки! – «За проделки?» — Страйк волосы на голове рвал после твоего ухода.

— Что он говорил про меня? – моё лицо было невозмутимым, как и до разговора.

— Ну, я точно не помню. Но смысл в том, что кому-то большая жирная жо… *БИМ-пим* — проиграл сигнал его пейджер. Наш конвой остановился. Охранник, с которым мы только что вели беседу, одним движением копыта закатил свой правый рукав. – «Это не пейджер…» — моё слегка угнетённое состояние превратилось в интерес к лицезрению неизвестной мне технологии: на копыте охранника был закреплён изогнутый по форме копыта синий экран. Он очень тонкий, поэтому не выпирал и был не заметен под одеждой. Имеются универсальные порты для подсоединения к терминалам и компьютерам. На экране мигала жирным шрифтом белая надпись «Входящий вызов».

Жеребец ткнул кончиком копыта по экрану. Появилась звуковая дорожка, которая искривлялась от голоса Директора Страйка:

— Сайтед, где вы шляетесь? – «Сенсорный экран? Чёрт, здорово. И голос директора очень чистый, ничуть не искажён! Видимо отлично ловит сигнал через столь мощные стены комплекса». — Я был изумлён, мне ещё не приходилось видеть подобное так близко. — У нас не так много времени, не забывай!

— Да, Мистер Страйк, мы уже возле дверей. – И вправду, вход уже был виден впереди.


Сделав несколько шагов вперёд, дверь за мной опустилась, также бесшумно, как и любые автоматические двери, не оставив мне пути назад. Меня снова наполнило уныние. Видимо мой интерес к технологии оказал коротко временный эффект.

Мои копыта остановились посреди кабинета.

— Ничего не хочешь мне сказать? – потребовал строгий голос моего пожилого начальника. Старик сидел на матовом кресле с подлокотниками, за своим большим, разместившемся почти на полкомнаты, письменным столом, заваленный разной бумажной работой.

— «Наверное, он ждёт от меня извинений. Ладно…» — я ответил уверенным голосом:

— Мне… я понесу всю ответственность за все неприятности, которые вам доставил…

— Нет, я не этого от тебя жду. – Неожиданно прервал меня Страйк. – «А чего же..." — Почему ты хочешь здесь работать? Ты ведь не просто так сюда припёрся, через сканирования, через допрос. Что тебя сюда привело? — "А, вот оно как... Почему он задаёт мне этот вопрос?"
— Я хочу приблизить конец этой проклятой войны. — Ответил я своим, до сих пор не восстановившимся, слегка хрипящим голосом. Старик, одетый в строгий мужской костюм, пошевелил своими изящными усами.

— И всё? Через месяц после ухода в отпуск, через несколько недель после смерти близких, ты приходишь сюда только с желанием закончить побыстрее войну? — Я немного завис, не понимая чего от меня хотят. А в его голосе по нарастающей слышалась ярость. — Нам нужно её выиграть, а не закончить. Иначе, она закончится печально как для нас, так и для зебр.

— Я вас не понимаю. Чего вы от меня хотите?

— Не глупи Савант! Сколько идёт война? Десять лет? Нет, тринадцать! Наши ресурсы: и пони, и оружие, и власть Министерств, становится всё слабее. Если мы не закончим и не выиграем эту войну, то наша страна, военная промышленность, сельское хозяйство, вера населения в Эквестрию, развалятся!

— «Ох, о как говорит! Красиво, патриотично. Жаль, что не на публике». – Мне было совершенно наплевать на его россказни. Меня било желание начать работать.

— Мистер Страйк. – Медленным, проникающим голосом произнёс я. – Не надо мне устраивать словестное представление. Я… хочу полностью отдаться в работу над проектом, от которого отказался месяц назад. Мне не нужно объяснять, что к чему. Просто дайте мне работать. Это всё. О большем мне и желать не хочется. Верните мне мой статус в комплексе, и я немедленно начну. – Старик уставился на меня в раздумьях, проверяя всё то, что я сказал ему. И просидел он так минуту, две, три, но на четвёртую всё-таки произнёс:

— Тебя душит боль, да? – Я наклонил голову набок, не отводя от него взгляда. Страйк попал точно в цель, и мне стало интересно, как? Он знает каково это, или я так жалко выгляжу?

Мои глаза опустились, а голова кивнула, подтверждая им сказанное. Пожилой единорог тихо выдохнул и вышел из-за стола, подойдя к одному из четырёх своих сейфов в стене сзади, которые находились так близко друг к другу, что образовывали огромный квадрат. Сейфы не открывались ключом — на них были кодовые механические замки открытого типа. (Это те замки, которые нужно вращать по или против часовой стрелке, набирая определённую комбинацию цифр.)

Страйк прокрутил замок несколько раз. К сожалению, я не увидел комбинацию, так как его голова закрыла сам механизм. Он открыл сейф. В нём лежали несколько шаров памяти; рамка с фотографией пожилой малиновой кобылы, её седые волосы уложены в классический Пучок назад головы; энергомагический плазменный резак, им пользуются для разделки толстых листов металла, что он тут делает не понятно; и вещь, которую ни с чем не спутаешь – Виски. Целая бутылка, не распечатанная, марки «Золотая Подкова».

Я бы и дальше так смотрел на выпивку, если б не ассоциация, возникшая при рассмотрении шаров памяти, фотографии родственника и крепкого виски – «Мистер Страйк очень часто возвращается в прошлое, чтобы ещё рас побыть вместе с пожилой дамой, изображённой на той фотографии».

— «Скорее всего, это его жена» — Вдруг, меня осенило. – «Ох, Святой мой Апостол…» — Я опустил подбородок. – «За него и в правду никто не вступится. Какой я болван, что нагрубил ему тогда на совещании!» — Меня, вдобавок к моему усилившемуся унынию, прибавился глубокий стыд за свой гнусный поступок. Страйк оставил сейф открытым, взяв от туда телекинезом квадратную бутылку виски. Он подошёл к столу, открыл выдвижной ящик, левитировал из него две небольших угловатых рюмки. Потом отодвинул одну из стопок бумаг на центр стола и поставил на расчищенное место бутылку и рюмки.

— Пить будешь? – Как-то неожиданно спросил старик. Я резко поднял взгляд, сначала на него, потом на выпивку. Трудно было отказаться от такого предложения, ведь я всё ещё имею сильную тягу к спиртному. Но через неимоверное количество силы воли, мысленно отказался разделить эту привлекательный, пьянящий нектар. Всё-таки очень тяжело бороться с зависимостью, когда её возбудитель находится прямо перед носом.

— Большое спасибо, но я откажусь. – Почти вздыхая, ответил я.

— Почему? – В его голосе слышалось толи непонимание, толи лёгкая обида.

— Не могу! – Мои глаза так и тянулись взглянуть на виски, поэтому отвернул голову в сторону. – Из-за него я чуть не погубил друга. – Страйк жалостно прищурил правый глаз, посмотрев на меня, а после на виски, поверив, что такое и вправду может случиться. Потом обратился ко мне:

— Знаю такое дело. Сам когда-то был в запое. — Он распечатал бумажную слюду, покрывавшую всё горлышко, и открыл бутылку. — До сих пор осадок на душе.

— Страйк, я хотел бы извиниться. За произошедшее на совещании. – Бутылка, окутанная его магией, разливала своё содержимое в обе рюмки.

— Ай, не бери в голову. – Он легко махнул копытом. — Ты это сказал, потому что хотел, чтобы никто не мешал тебе вернуться к родным. Ты хотел любой ценой, как можно скорее с ними увидеться. Даже рискуя своей карьерой, которую ты зарабатывал не один год. – Рюмки были наполнены. Страйк взял обе в копыта и по очереди выпил. Бутылка оставалась висеть в воздухе. – Хо-ой. А вот я, по своей глупости… ох. – Он поставил стеклянные чарочки на стол, а сам, унося за собой телекинезом виски, подошёл к креслу и наискось уселся на нём. Кажется он вспомнил что-то ужасное из своей жизни.

Я чувствовал облегчение на душе, и без того уже измучившейся от боли. Но теперь мне не давала покоя его последняя фраза.

— А что вы имели ввиду, говоря, что вы что-то совершили по глупости? – Он взглянул на меня и заговорил равнодушным голосом:

– Какое тебе дело парень? Тем более, не стоит лезь в душу других пони, особенно пожилых, как я. – Его губы прильнули к бутылке и сделали один большой глоток.

— «Что же его гложет? Что с ним произошло? Пережил ли он тоже, что и я?»

— Зря вы так, легче ведь становится. – Вспомнил я слова Эплджек. Но на него эта фраза не подействовала.

– От чего? От того, что я расскажу о своих самых тяжёлых моментах в жизни?

— А вы попробуйте. Чего вам терять-то? – «Откуда у меня такое стремление понять его?»

— Нет. Лучше не дёргай меня на такие темы, Савант. – Ещё два глотка были сделаны им. – «Нет, то, о чём прошу его, это неправильно. Лучше оставить бедного старика. К тому же, учитывая тот факт, что он пьёт, прошлое наверняка не лёгкое».

— Думаю, вы правы. – Я скривил челюсть и отвёл взгляд в сторону. – А можно вопрос?

— Чего? Ай, валяй. – Он сделал ещё один глоток.

— Зачем меня сюда привели? В смысле, почему в кабинет? Вы ещё в самом начале нашего разговора спрашивали меня, зачем я вернулся в комплекс. – Страйк остановился. Его взгляд маленькими отрезками стал перемещаться ко мне. А когда добрался, замер у меня на шее. Он о чём-то думал.

— К чёрту! Твоя взяла парень, нет ничего плохого в том, что поделюсь с тобой своим прошлым. Всю оставшуюся жизнь я протаскался с тяжкими воспоминаниями. А теперь, – Его бутылка приземлилась на стол. – моя чаша переполнена. – Я удивился такой неожиданной смене настроения. Это на него так быстро виски действует? – Хотя. Я погорячился, на счёт переполненной чаши. Расскажу тебе вкратце. – «Боже… Погодите! Он не ответил на мой вопрос!»

— Вы всё-таки решили рассказать мне? Но, может, ответите сначала на мой вопрос.

— Ты сам найдёшь свой ответ, когда выслушаешь меня. – В нём говорила раскрепощённость. Он сделал ещё один глоток из бутылки. Для смелости. – Видишь вон ту фотографию в сейфе? – Указал копытом за спину. Я кивнул. – Это моя жена Кармен. Мы жили в Хуфингтоне ещё до войны. Наши двое детей уехали куда глаза глядят: одна в Кантерлот, увязавшись за каким-то «принцем», а другой вообще в Графию. Вот и остались мы с Кармен вдвоём жить. – Бутылка виски была уже ополовинена. – Через год, после их отъезда, меня взяли руководителем отдела по формированию научных и технологических институтов… Отношения между пони и зебрами становились всё напряжённее, поэтому наши предприятия начали готовиться к худшему… Я тут же был завален работой, в основном бумажной. Как сейчас. – Он окинул взглядом заваленный стол. – И не вылезал из её также долго, как ты из своей лаборатории. Но в отличие от тебя я не стремился к семье. К своей Кармен. Думал, что она может подождать ещё чуть-чуть, ведь работы немного, на день и всё. Но так получалось каждый будний день. С утра до вечера я работал, почти не обращая ни на что внимания. А вспоминал про жену только к концу дня. Я не мог выбраться из этого круга. – Страйк поболтал бутылку, наблюдая, как плещется виски. — Вскоре, я так забылся, что думал только о том, как-бы не оплошать на бумаге и не пасть в глазах начальства. Я забывал отвечать на письма и звонки от Кармен. Она и так беспокоилась обо мне, а тут такое. Конечно, она, как любящая жена, отправилась ко мне, чтобы помочь выбраться из этого ада… Она села на поезд до Балтимейра, где я работал. – Он нервно вдохнул. – Но железнодорожные пути заминировали наёмники зебр! Поезд взлетел на воздух, когда наехал на взрыватель от динамита… В живых почти никого не осталось… К-Камрен погибла при взрыве – она находилась в первом вагоне.

— Мне очень жаль Мистер Страйк. – Мне действительно было жаль. Особенно от того, что заставил его рассказать такое. Он глубоко вздохнул:

— Я не ценил то, что имел. Я так сильно боролся за работу, что… теперь и расхлёбываю её. Эх, если бы я уделял Кармен чуть больше времени, чем работе, кто знает, может всё было бы иначе. – Он посмотрел на меня. – Вот почему я спросил тебя, почему ты здесь. Вот почему я требую, чтобы эту вону мы выиграли, а не закончили. Ты пережил тоже, что и я, Савант. А теперь ответь, почему ты здесь? — Насколько бы мне не было жаль Мистера Страйка, его история помогла мне лучше разобраться, взглянуть на положение дела с другого ракурса, и ещё раз понять, зачем я здесь.

— Я пришёл сюда… пришёл, чтобы больше никто не испытал того, что я пережил. – Страйк выпрямился.

— Во-от. Именно этих слов я и ждал от тебя. – Он, не поворачиваясь лицом к открытому сейфу, окутал магией лежащий там плазменный резак и левитировал его ко мне.

— Зачем это мне?

– Держи, это подарок к твоему возвращению. – Я взял в копыто плазменный инструмент: состоял он из двух Спарклбатарей, генератора плазменного потока, дула, из которого должна вырываться магическая плазма, и собственно крепления на копыто. Вся конструкция по размерам была не больше ПипБака, и весила столько же. — Всё ждал, пока мы поговорим с тобой по душам. – Его усы радостно поднялись.

— «По душам. Стоп, я узнаю это выражение лица…» — Страйк почти всегда любил делать мне какую-нибудь безобидную пакость, будто я какой-то особенный. Старик невольно делал такое лицо, когда дело подходило к кульминации, он словно взрослый ребёнок.

— Погодите-ка… — Я прищурился. В моей голове сложился пазл всей картины, ситуации, которая сейчас происходила со мной. – Ты всё это подстроил! Этот разговор, эту встречу, этот… — Я осмотрел маленький агрегат в копыте – …резак! Ты нарочно меня пытаешься «пнуть» побыстрее начать работать. – Теперь он заулыбался так, что усы больше не скрывали его бело-жёлтых зубов. Я понимал, что Страйк не испытывает желания надо мной прикалываться, как обычно он это делает, а пытается привести меня в себя, поднять настроение, вернуть тягу изобретать и модифицировать. На мгновение этот старик стал дедушкой, который наблюдает за своим одураченным внуком.

— А ты думал я такой глупый, да? – Чуть ли не хыкая, сказал улыбающийся старик.

— Ах ты старый пердун! – Я почувствовал детскую обиду глубоко в себе.

— Ну-ну, разве так надо обращаться к своему начальнику, подобный яркому цветку на поле тьмы?

— Что? Какой цветок, какое поле? – Я глупо обижался всё сильнее.

— А такой цветок! Если бы я тебя не обманул, то ты бы не разобрался, зачем именно сюда ты пришёл. Тебя сюда привела душевная боль. Ты хотел лишь заглушить её. – Он стал убирать рюмки обратно в ящик. — А что теперь, а? Что ты теперь чувствуешь? – Меня как-будто окатили холодной водой. – «А ведь и правда, моя боль уменьшилась. В груди больше не лежит тяжёлый камень. Теперь у меня появилась… не знаю… надежда на то, что я смогу всё изменить и не допустить дальнейших страданий, которые могли бы произойти со мной… Я чувствую, что вновь живу!» — Этот старикан открыл мне глаза.

— Ты — паршивец! – Тихо проговорил я. – И умнее, чем я предполагал.

— А то. – Страйк закрыл ящик. – Теперь, ты знаешь, что делать? – Он облокотился на спинку кресла, а копыта сложил домиком.

— Тогда. Тогда я пошёл к себе! — Я развернулся в сторону двери. Но, только выйдя из кабинета шутливо пригрозил:

– Чтоб ты сыром срал, Страйк! – Он взял бутылку телекинезом и отпил из неё немного.

— Иди-иди! Нечего тут больше прохлаждаться! Твой проект ждёт не дождётся тебя. – Буркнул пьющий старик, изображая жест «Брысь от сюда».

Когда дверь опустилась, в кабинете повисла тишина. Страйк левитировал из сейфа рамку с фотографией.

— Мне кажется в этом парне определённо что-то есть. – Пожилой единорог провёл по стеклу копытом. — Он смог заставить меня проговориться о тебе, Кармен. И… чёрт возьми, он прав: зря я долго держал у себя на сердце столь тяжкий груз. Он давил меня всё это время. А Савант, помог мне его отпустить… Поверить не могу, что нынешнее поколение ещё может меня чему-то научить. – Старик поочерёдно прогладил копытом усы.

— Поделившись чувствами, и вправду становится легче…


Этаж, на котором я работал, был оснащён автоматизированной системой турелей. Они висели на потолке, по одной на каждую дверь лабораторий. Турель, охранявшая моё «царство», была деактивирована, от без надобности. — Долго же меня здесь не было.

Я наклонился к сканеру, встроенный в боковую панель автоматической двери. Его сканирующий луч спокойно идентифицировал мой глаз.

Доступ разрешён. Рада видеть вас снова, Никель Савант. – Прозвучал приветствующий женский голос системы распознания. Она должна была говорить это каждый рас, когда я приходил сюда, но в моей памяти было лишь два таких случая: первый, когда только устроился сюда, второй сейчас. Вот такой я занятой пони: целыми днями и, чаще всего, ночами напролёт сидел в своей «кузнице» и ковал высокотехнологичные «мечи» – Включаю энергопитание. – Продолжила она. На потолке поочерёдно, со стремительным миганием загорались лампы. Через мгновение всё помещение было залито тусклым светом, озаряя содержимое моей лаборатории: горы проводов и металлолома, лежащих на полках многоярусных стеллажей; два металлических стола посередине, сомкнутые вместе, заваленные инструментами для грубой, мелкой работы и калибровки оружия; три стальных шкафчика с опытными образцами дронов и протезов, и модифицированного оружия в виде винтовок, карабинов и энергомагических экспериментальных лазеров. Ещё несколько стальных столов выстроились вдоль всей противоположной стены напротив меня, под ними лежал выключенный робот-помощник, подключённый кабелем к терминалу, находившемся на столе в процессе загрузки – по экрану бежали снизу вверх зелёные строчки.

— Здравствуй, моя крепость одиночества. — Спокойно прошелестел мой голос. Я медленно подошёл к столу с терминалом. Тот уже завершил обычную диагностику своей базы данных и сетей связи, соединявших его с комплексом. Меня посетило воспоминание о том, что за несколько дней перед уходом я копался в программном коде робота: хотел убрать его способность к самообучению. Эти летающие помощники могли развивать свой искусственный интеллект, подстраиваясь под своего владельца, что мне очень не нравилось, ведь если робот будет обладать информацией о моём поведении и, собственно говоря, личности, то кто-то может этим воспользоваться в корыстных целях, например: перепрограммировать его на убийство меня в самый неожиданный момент, что на данный момент не даёт мне покоя. Или же данные, из его памяти, могут просто украсть. Кому бы было приятно, если бы кто-то стал изучать его личность. Мне вот очень неприятно. Поэтому я снизил его способности к мышлению до примитивного исполнения приказов, но при этом он мог находить разумные способы их решения.

Я вытащил робота из-под стола на открытый пол, вошёл в терминал и включил питание. Помощник с тремя длинными манипуляторами поднялся в воздух на полтора метра. Его сенсоры, закреплённые на более коротких, стабилизирующих сгибателях, оглядывались по сторонам, чтобы узнать текущую обстановку. Когда они наткнулись на меня, робот застыл в ожидании приказа. Я по привычке ждал, что он поприветствует меня, но вспомнил, что кроме подрезанного интеллекта полностью убрал его голосовой модуль – его голос так сильно раздражал меня, что иногда вынуждал меня на нём сорваться, когда он посреди кипящей работы спрашивал: «Вам помочь, сэр?» — «Да ты ****АЛ МЕНЯ УЖЕ!».

— Ах да. Ты же теперь говорить не можешь. Тем лучше, не люблю нервничать, когда бурлит процесс работы. – Я почесал шею у подбородка. – Такс, какой бы рутиной работой тебя занять? – Мой взгляд пал на кучу инструментов, лежащих на столе. – Слушай сюда, ведро с гайками. Это что такое? Инструменты? – Моё копыто указало в сторону стола. Сенсоры шарообразного робота посмотрели в том же направлении. — А ну, убери их от сюда, рассортируй по ящичкам, там, где они обычно лежат. И не перепутай, а то разберу и сделаю из тебя светильник. Всё, проваливай! – Он повернул свои глаза на меня и снова завис в ожидании, но через десяток секунд отправился исполнять мой приказ. – Чёрт, похоже, ты слишком отупел. – Раньше, выслушав мои указания, он тут же начинал их выполнять. — Ладно, и так сойдёт. Ты всё равно на большее теперь не способен. — Я вздохнул полной грудью. – Теперь глянем, на что способен я…


Следующие шесть дней мною был отправлен семьдесят один запрос в МВТ на доставку нужных мне материалов и инструментов. Эплджек сказала, что мне предоставят всё, что нужно, и я этим активно пользовался.

До того момента, когда все необходимые компоненты оказались в моей лаборатории, я успел написать фундамент программного обеспечения для будущего аватара.

Чтобы стало проще создать скелет моего киборга – нужна была основа, нужен пример для копирования особенностей костей. Ведь всем известно, что кость, из-за своего специфичного строения, сама по себе является очень прочной конструкцией. Но так как у меня не было пони, который мог поделиться своей скелетной анатомией, я взял за основу себя. В принципе, так даже проще. Полностью просканировав свои конечности, позвоночник и череп, на ультразвуковом сканере, отправил данные в мастерскую, где имелся большой 3D принтер. После чего послал своего помощника за готовым макетом.

Ещё через неделю у меня уже было построено туловище, передние копыта и голова. Но, к сожалению, без «начинки» это всего лишь бесполезный манекен из титанового сплава. Титан я выбрал потому, что в проекте требовалась лёгкость и прочность скелета. А что может быть легче и, одновременно, прочнее чем титан. Нет, есть, конечно, Металлическое стекло – сплав прочнее титана, но минус в том, что оно имеет свойства стекла, то есть может трескаться, и способно постепенно терять прочность от высоких нагрузок, ведь по моей задумке, при бегстве или провале задания аватар должен быть способен прыгать с больших высот, например с небоскрёба, и приземляться без фатальных последствий. Да и стоит это стекло гораздо дороже, чем титан.

Скелет висел на стенде в метре от пола, свесив одно копыто вниз, а я в этот время мучился проводкой через полости костей второго. Почему через полости? Я просчитал, и оказалось, что это всецело повышает устойчивость контрольной сети всех частей тела от механических повреждений. Всё равно, что провод от наушников просунуть через металлическую трубку. Вы сможете повредить его, только если сломаете или погнёте трубку. И то, это сделать гораздо сложнее, чем с незащищённым проводком.

Мне приходилось одновременно делать проводку и припаивать к ней маленькие модули, размером с пилюлю, следящие за внутренней температурой, напряжением в сети и, отвечающие за обработку и передачу сигнала в мозг при нарушении работы какой-либо из конечностей.

Мне с работой помогал мой безмозглый робот-помощник. В данный момент я дошёл до кисти копыта. Она была вытянута вперёд и держалась на подставке, чтобы было удобнее.

— Так, замри. – Манипулятор робота, державший паяльник, перестал двигаться, прижимая небольшой проводок к капсуле модуля. Я орудовал пинцетом. Вверх тянулась белая ниточка дыма. – Всё, хорош. – Он убрал паяльник. – Теперь иди к пальцам… Прости, я подвинусь. – Я оперся на круглый корпус помощника. Пальцы? Спросят меня кто-нибудь. Зачем? Во первых, обладая пальцами гораздо проще обращаться с холодным оружием, карабкаться по стенам, цепляясь ими, делать болевые захваты и взламывать компьютеры, вводя команды на клавиатуре. Во вторых, можно использовать огнестрельное оружие, которое носят с собой грифоны. У них ведь спусковой механизм сделан в виде крючка, за что копытом невозможно зацепиться.

И вообще, о пальца я задумался чисто случайно. Перед тем, как лечь спать, я почему-то вспомнил давнюю подругу моей жены – Хартрингс Лиру. Она была подружкой невесты у нас на свадьбе. Рассказывала о каких-то существах, ходящих на двух ногах, без шерсти, с руками и пятью длинными пальцами. Я вообще люблю легенды о мистических существах, но эти мне показались уж больно сказочными. И вот, под старым впечатлением, я и сделал пальцы по памяти. Вышло довольно сносно: три фаланги пальцев имели цилиндрическую форму, а на передних частях фаланг вживлены рифлёные участки из силиконового покрытия, чтобы увеличить цепкость пальцев на гладких поверхностях. Они могли втягиваться в запястье благодаря маленьким, подвижным креплениям, которые были мной протестированы, они надёжно выдерживали вес в более чем пятьсот килограмм.

— Ты – несчастье. – С издевательским призрением сказал я помощнику. – От тебя толку ноль. – От долгой мелкой работы у меня нарастало напряжение, и надо было как-то себя ободрить, вот и выказываю на роботе всё своё недовольство. А он мне ничего в ответ сделать не может.

— Всё, проваливай, бестолочь. – Дверь в мою лабораторию открылась. Я как раз сидел в дальнем углу помещения. Из-за горы хлама, вперемешку с инструментами, не увидел, кто вошёл.

— Эм. Савант? — Это был голос Эплджек. – Здесь есть кто-нибудь? — Я прокашлялся, давая понять, что я на месте. Управляющая МВТ повернулась в сторону звука. – Ты там окапался что ли?

— Типа того! – Ответил мой, уже выспавшийся, рассудительный мужской голос. – Какими судьбами вас занесло в моё «заведение»?

— Ты сейчас можешь говорить? Я тя…

— Не отвлекаешь. – Закончил за неё. – И да, привет. – Я наконец-то показался ей на глаза. Она слегка улыбнулась.

— Как у тя дела?

— Да более-менее всё идёт по намеченному плану. – Говоря это, я покачивал головой влево-вправо.

— Это хорошо. – Рыжая кобылка посмотрела мне в глаза, но потом тут же отвела взгляд за мою спину. — Могу я взглянуть на твои труды? Мне любопытно. – Моя бровь выгнулась, выражая маленькое подозрение, что Эплджек попросила это совсем по другой причине. Но да ладно.

— Да, конечно можешь. – Я отошёл в сторону, чтобы дать ей пройти. – Рободебил, пшол прочь из лаборатории. – Робот послушно направился к двери. Мой презренный взгляд сопровождал его. От такого высказывания Эплджек странно посмотрела на меня, проходя мимо.

— Мрачновато. – Прокомментировала она, глядя на половинный титановый скелет пони, висящий на стенде. – Но всё же я очень впечатлена твоими успехами. Ты один, и за такой короткий промежуток времени… — Я не стал дальше её слушать. Моё внимание приковал мой недоразвитый летающий робот, который внезапно остановился перед открытой дверью. Я стоял, относительно двери, под таким углом, что не мог видеть, что за ней находится. Робот всё не хотел двигаться с места, будто что-то не даёт ему проходу. Меня дёрнуло опасение:

— … а почему у него пальцы…

— Эплджек. – Второй раз, за последние две минуты, перебил я её.

— А, да? Что? – Я прищурился, не отрывая глаз от входа.

— Ты кого-нибудь с собой приводила? А то мне кажется, что за дверью кто-то стоит. – Мне прямо натерпелось услышать подтверждение моих подозрений.

— Оу… — Я повернул к ней голову, глядя в глаза. Она тут же сдалась, или что-то просто вспомнила, о чём забыла мне сказать. – Там Эпл Снэк… он хотел с тобой поговорить. – Мой прищур превратился в осчастливившийся взор. – «Я уже боялся, что его снова отправили на фронт».

— Снэк входи! – Радостным, но в то же время чего-то опасающимся голосом позвал его. – Тебе не говорили, что в дверях стоять плохая примета. Так, Инфузория, уйди с дороги. – Теперь Снэк мог спокойно пройти.

В помещение вошёл огромный пони моего роста, закованный в стальную броню. Это рейнджер Эплджек. Я стоял на месте, поражённый такой встрече.

— Эпл Снэк? – Переспросил я.

— Да, Савант. – Прозвучал глубокий голос из шлема рейнджера. Снэк присел на круп и аккуратно его снял. – Это я. – Всё еще звучало глубоко, что меня немного напрягло.

— Что, теперь ты личный охранник Эплджек?

— Угу. – Его взгляд был строгим и оценивающим. – «Почему он так на меня смотрит?» — Я посмотрел на Эплджек. Она тоже смотрела на меня, но, скорее, взволнованным взглядом. – «Что-то произошло?» — Напряжение росло в геометрической прогрессии. Оно вынудило меня отложить душевные вопросы и перейти к серьёзному диалогу:

— Снэк, мне не по себе от того, как вы на меня смотрите. Произошло что-то ужасное? – Его лицо было наполнено «сталью», за которой затаилось пламя ярости.

— А ты не знаешь? На Эплджек неделю назад совершили покушение. Кто-то хотел подстроить несчастный случай — её лифт без тормозов улетел вниз с девятого этажа. Она чудом осталась в живых. – Я вновь посмотрел на кобылку. – «А по ней не скажешь, что упала с такой высоты». – Наверное, на ней использовали то исцеляющее мега заклинание, которое спасло Эпл Снэка от гибели. Повернувшись к Снэку, я ответил:

— Нет, не знал. Я сутками не выхожу из лаборатории. – Он неверующе поднял бровь. Напряжение во мне почему-то продолжало расти с ужасающей скоростью. – Да, друг мой, я настолько занят. Ох. Погодите, покушение уже было совершено, и вы начали расследование, так? И рас вы здесь, то выходит… — Я наклонил голову и ткнул кончиком копыта себе в грудь. — …я – подозреваемый? – Рейнджер сразу засуетился:

— Тебя никто не подозревает. Пока. Мы только хотим проверить. – Меня неожиданно охватил нервоз.

— Нет Снэк, ты именно подозреваешь меня, хоть и не осознаёшь этого. Я видел, с каким лицом ты посмотрел на меня, сняв шлем. Ты готов буквально разорвать любого, кто окажется виновным. И мне, пусть ты мой друг, очень страшно становится.

— Слушай, успокойся, ладно? – Остановил он меня. – И чего ты так разнервничался? – «Да действительно!»

— Ну… — Я неожиданно почувствовал слабость. — Да я… — Мои ноги начинали непослушно тяжелеть. Меня поглощал необъяснимый транс, тяжёлые воспоминания о смерти родных проносились передо мной. – «Что происходит? Нет… только не опять!» — От слова «покушение» меня спровоцировало на галлюцинации. В груди заворочался очень тяжёлый «камень», в глазах медленно темнело.

— Савант? Ты чего? – После его вопроса я начал видеть эту самую галлюцинацию: я стою посреди своей старой квартиры в детской комнате. Близнецы Ривед и Лоуни мирно сопят в своей маленькой кроватке. Из соседней комнаты донёсся смешок Аматы. Его я узнаю из тысячи. Через мгновение услышал голос Лии:

— Мам, а папа скоро вернётся? – От её детского голоса меня ударило прямо в сердце.

— Скоро, милая. У папы важная встреча с другом. Ты же знаешь, что дружбу нужно хранить?

Я вернулся в реальный мир.

— Нет… — Я наклонил голову и шатко попятился назад. – Мне нехорошо… — Моё копыто попыталось нащупать опору и наткнулось на стол, заваленный хламом. Но опершись на него, лишь соскользнул и упал на пол, попутно с грохотом сбросив всё, что попало под копыто.

— Савант! – Рыжее пятно подбежало ко мне. – Что с тобооой. – Голос Эплджек превратился в жеваную пластинку граммофона.

Меня снова поглотил транс. Теперь картина поменялась: Амата вбежала в детскую и заперлась. А в дверь начали ломиться. Моя жена в отчаянии пытается остановить бандитов, упираясь в середину двери, но при каждом ударе с той стороны она отскакивала.

— Лия! Хватай братьев и прячь… — Она не успела договорить, дверь с громким хрустом вырвало, и Амату отбросило в противоположную стену.

— Мама! – Крикнула Лия. Близнецы, начали реветь от громкого крика и грохота двери.

Где-то на фоне всего происходящего слышалось эхо:

— Боже, Савант! У него инфаркт! Сообщи врачу по интеркому! Я понесу его!

В комнату ворвались четверо неизвестных, полностью одетые в чёрную одежду так, что нельзя было определить, кто это: пони или зебра. Амата вскочила и набросилась на одного из них.

— Не трогайте моих детей! – Она вцепилась зубами в шею одного из них, пытаясь хоть как-то остановить нападавшего. К ней подбежал второй и ударил по голове с такой силой, что она упала и прокувыркалась по полу несколько раз. Амата была в сознании, хоть и получила сильнейшую контузию. Она пыталась встать, но всё тщетно. К ней подбежала Лия:

— Мама! Вставай. – Я не смог больше стоять и набросился на этих сволочей, но к несчастью прошёл сквозь них, словно призрак. Это ведь была галлюцинация. Из-за этого я не мог им навредить. Один из бандитов подошёл к кроватке с Риведом и Лоуни, достал из кармана какой-то металлический предмет цилиндрической формы, размером с банку пива. Он схватил его за два конца, прокрутил по часовой стрелке и положил под кроватку. Раздался щелчок и предмет начал мигать красным. Это бомба. Остальные, заметив её, спохватились, и друг за другом выбежали из комнаты. Нападавший, ставивший бомбу, немного задержался, пронаблюдав, как споткнулась и упала Амата, пытаясь встать, но после выбежал.

— Несите эпинефрин! – Прозвучал голос извне.

Лия сидела перед Аматой и плакала:

— Мам… — Амата лишь прижала её к себе, лёжа на левом боку спиной к кровати.

— Тщщ, всё х… хорошо милая. Просто, спрячься пока за меня. Так тебя никто не обидит.– Моя жена ещё не понимала, что позади неё лежит бомба. – Всё пройдёт. – Комнату озарила вспышка взрыва.

Свет бил мне в глаза даже после того, как всё закончилось. Но вот он стал прерывистым, и передо мной начали прорисовываться силуэты докторов. Один из них светил мне фонариком в глаза, проверяя реакцию зрачков.

— Такс, — начал он – похоже, он приходит в себя. — Я резко поднял копыто и заслонил режущий глаза свет.

— Уберите сейчас же, вы слепите его! – Фонарик тут же убрали. – Савант! Ты меня слышишь? – Это был голос Эпл Снэка. Моё зрение быстро прояснилось.

— Да… я тебя слышу.

— Фух! – На пол что-то приземлилось. Это рейнджер грохнулся на круп в своей броне. – Ну ты и напугал нас. Не делай так больше! – Моя голова медленно поворачивалась, чтобы узнать реально ли то, что сейчас происходит. Всё-таки реально. Я был на операционном столе, но, к моему счастью, мне пока ничего не вскрывали. Я с тряской попытался встать. Медсестра остановила меня:

— Тихо, стой! Лежите и не вставайте. Не дай Селестия вы словите новый инфаркт. – Меня аккуратно опустили назад.

— Что с тобой произошло? – Спросил меня Снэк. Я чувствовал себя особенно паршиво, но был способен говорить.


Я рассказал им о том, что видел: про бомбу, про нападавших и как очнулся здесь. Это звучало ужасно, но они с пониманием отнеслись ко мне, когда врач сказал, что у меня тяжелейшая психическая травма от потери близких мне родственников, что и вызвало галлюцинации ложных воспоминаний (мозг выдумал воспоминания, которых не существует). А вследствие инфаркт.

Снэк ещё немного помучил меня вопросами:

— Савант, если ты не покушался на Эплджек, то почему у тебя на счету огромный приток капитала за последнюю неделю?

– Прирост капитала? Что? – Усмехаясь, сказал я. – Кхем, а сколько? – Мой взгляд стал высматривать в нём хоть какую-то реакцию, по которой я мог бы узнать ответ на свой вопрос. Рейнджер удивлённо наклонился ко мне:

— Ты не знаешь, сколько денег у тебя на счету?

— Неа, не знаю. Я в последний раз снимал с него деньги, когда, после нашей с тобой встречи в кабаке, на ночь поселился в отеле «Квант». С тех пор я не проверял свой счёт. Ну, так сколько мне положили на счёт? – Он дважды проморгался, обдумывая сей факт.

— Полмиллиона битс. – Ответил Снэк. Мне аж дыхание перехватило.

— СКОКА?

— Ты, правда, не знаешь?

— «Чёрт, полмиллиона…» — Эта цифра ударила мне в голову, словно камень. – Погоди ка, — Я повернул голову в сторону Эплджек – мне же уже заплати компенсацию за уничтоение моей квартиры, от куда взялись эти деньги? Или мне предварительно заплатили за мой проект? – Она отрицательно, медленно повертела головой. Мои глаза посмотрели в сторону, но потом вернулись в исходное положение. — Кто-нибудь ещё, кроме меня, имеет доступ к моему счёту? – Кобылка, c гривой цвета сена, медленно ответила.

— Нет. То есть, да, но только мои бизнес пони из Министерства.

— Я их всех «просветил», никто из них не переводил деньги. – Сказал Снэк и посмотрел мне в глаза. – Слово за тобой, Савант. Тебе есть, что сказать по этому поводу. – В ответ я посмотрел ему в глаза, не зная, что сказать. – Слушай, просто скажи как есть. – Продолжил он. – Ты участвовал в покушении? – Мне нужно было сформулировать убедительный аргумент в своё оправдание, но моя голова просто отказывалась «варить» мысль. – Я должен знать, могу ли тебя считать своим…

— Нет, я не покушался на жизнь твоей Эплджек. – Снэк замер. – У меня нет для этого никаких мотивов. Тем более она финансирует проект, над которым я без отдыху работаю последние две недели. Я не смог бы без неё добиться тех результатов, что она увидела, войдя в лабораторию. Я работаю в одиночку, а это трудно. Хоть и проще… У меня даже времени нет на то, чтобы читать газеты. Не говоря уже о планировании убийства. – Я перевёл взгляд на кобылку. – Мне её не за что убивать. Она всего лишь кобылка с обязанностями управляющей… Я бы желал ей смерти только в том случае, если бы она организовала тот теракт, связанный с моей семьёй. – Эплджек, если бы могла, окаменела бы и покрылась трещинами от услышанного. Я вздохнул, вспомнив, что увидел недавно. – Но она этого не делала. Я знаю. Ты хорошая пони, и тебя так же, как и меня заботят жизни других. – Мой взгляд перешёл к Эпл Снэку. – Я понятия не имею, как ты будишь меня судить, Снэк, но пойми очевидное, без чьей-то помощи из окружения Эплджек, такое не провернуть. Всё, чем я могу тебе помочь: узнай, кто может занять место управляющей, после её гибели.

Он сидел и глядел на меня, пытаясь заметить во мне хоть какую-то ложь.

— Я тебе верю, Савант. Ты к этому не причастен. Скорее всего, тебя хотят сделать козлом отпущения. Тебе сейчас и так тяжело, а тут на тебе – я со своими вопросами… и чуть не стал причиной твоей гибели… Прости, я… я так боюсь за Эплджек. – Он повернулся к ней. – Если её не станет, то и я пропаду. А если ты умрёшь из-за меня… — Снэк дарил по полу. – ЧЁРТ! Ну почему всё так сложно. – Блондинистая кобылка приобняла его, пытаясь успокоить.


Прошёл месяц. Мой киборг был почти готов. О моём успехе стало известно всем учёным комплекса. Некоторые даже приходили взглянуть на процесс работы и тестирование самого киборга. Он функционировал прекрасно: полностью копировал мои движения и без помех передавал мой голос через разговорный модуль. Я провёл много времени над разработкой шлема, улавливающий электромагнитные импульсы мозга, для управления аватаром. По плану проекта он должен иметь беспроводное управление, что невозможно. Но не для меня.

Первый прототип шлема работал только на малых дистанциях, он очень энергозатратен, и оказался громоздким. От таких габаритов можно на раз свернуть голову. Я извлёк из этого повод отправить новый запрос в МВТ. Потребовал предоставить мне разработки по сверх ёмким Спаркл батареям, и все возможные данные об экспериментах по магической телепатии.

Они выполнили мои требования, и как только я получил всё, что нужно, переконструировал связь шлема и аватара. В те моменты я сделал невероятный научный прорыв, который можно было считать уделом писателей фантастов. Благодаря телепатическим заклинаниям и Спаркл батареям я смог увеличить дистанцию связи на сотни километров. Я перепроверял расчёты, в неверии, что такое возможно, но всё оказалось верным. Шлем я сильно уменьшил, и сделал его больше похожим на шапочку для плавания, с датчиками, усеянными по всей площади. Забавно.

Теперь я усердно работал над маскировочной оболочкой киборга. Мне приходило в голову только органическая оболочка: кожа, мышцы, шерсть. Она самая правдоподобная и эффективная в этом плане, и во многих других. Но как это сделать? Не снимать же живьём плоть с других пони. Решение пришло из мифологии. В одной легенде рассказывалось, что однажды, несколько сотен лет назад, была борьба Королевы Кризалис с племенами диких пони, скрывавшихся в Вечно диком лесу. Один из них попал в плен к ченджелингам. Ему, в бессознательном состоянии, ради забавы сдирают кожу, оставляя его в живы. Очнувшись, его заковывают в кокон с зелёной субстанцией, ожидая, что он превратится в одних из них. Его кожа стала восстанавливаться и нарастать, а потом и шерсть. Вскоре, когда он полностью «исцелился», его соплеменники врываются в улей и спасают от превращения в ченджелинга. После этого, тот пони спокойно продолжил жить.

Эта история заставила меня написать ещё один запрос в МВТ. Я не знаю как, да и знать не хочу, но мне достали достаточно много этого зелёного вещества и образцы плоти.

Так как я не специалист в области биоиженерии, я отправил материалы и указания в лаборатории по разработке искусственного выращивания живых органов. Там ребята что надо.


Прошло ещё полмесяца.

Биооболочка была готова и успешно протестирована. Выглядела натурально и бес подозрений можно было сказать, что киборга не отличат от живого пони: карие глаза, серая шерсть, чёрная грива, скулы, зубы, всё. Причём инженеры сделали даже больше, чем планировалось: они дали киборгу пищеварительную систему на основе органов, которые у них имелись. Это было невероятно, и я придумал, как это можно использовать в плане эллектричества: я попросил хирургов вживить в желудок гидрорасщепитель. С его помощью аватар мог заряжать свои батареи благодаря энергии, выделявшейся при расщеплении молекул воды. Бесподобно.


Через день после полного тестирования.

Меня только что привезли на поезде в Филлидельфию и пересадили в наземный транспортник. Я собирался через день выступить на демонстрации своего творения. Жеребец, по имени Дерк, вёз меня, весело насвистывая какую-то мелодию, что мне поначалу даже нравилось, но после длительного времени она меня начала выводить из себя. Я открыл смотровую форточку стенки водителя:

— Эй, Дерк! Может, сменишь пластинку.

— Не, не могу. Заела в голове, теперь не отпускает. – «О боже…» — Нужно занять его мозг чем-то другим, это поможет.

— Как работа? – «Пожалуйста, только заткнись!»

— Работа? Да так себе работа! Платят мало, постоянно вне дома. Нет, честно, лучше бы сидел на диване и смотрел телик. Но, как говорится, необходимость отдыха не знает.

— И давно ты работаешь перевозчиком? – «Сработало, он отвлёкся! Мои уши спасены от этой надоедливой мелодии. Надеюсь, она не будет меня паразитировать так же, как его».

— Да, вообще-то недавно. До этого я работал охранником курьера у одной пегаски. Симпатичная кстати, но если б не её косоглазие… — Теперь у меня к нему личная неприязнь, дрянь. — «Блин, это ещё хуже звучит»

— Её звали Дёрпи. Она довольно милая, отзывчивая, но немного туговата умом. Нет, не подумай, против неё я ничего не имею.

— Ничего страшного. Продолжай… — У стенки грузового отсека был закреплён бак с зелёной биожидкостью, в которой был мой киборг, покрытый живой оболочкой. Его можно полноценно считать андроидом, но со своими особенностями. Я встроил в его копыта несколько орудий для скрытного убийства: выдвигающийся клинок, который был спрятан под живой тканью, и энергомагический лазер, который также выдвигался и был незаметно спрятан под плотью.

Шлем для управления аватаром я носил на голове под чёрной шапкой. Я посчитал это самым безопасным способом его перевозки, ведь под шапкой такой компактный шлем не видно, и плюс он нигде не потеряется.

— Знаешь что я думаю по поводу… — Внезапно, весь город наполнился душераздирающим гулом сирен, запускавшихся при опасности ракетного удара. Дерк остановился. – Что это? – Его крик было еле слышно.

— «Нет… не может быть…» — Я с невиданным спокойствием не верил в то, что это происходит наяву. От долгого пребывания в одиночестве я становился всё более равнодушным ко всему, что меня окружает. Но я быстро остепенился.

— ГОНИ НАЗАД К ЖЕЛЕЗНОЙ ДОРОГЕ! ЖИВО! – Мы ещё не успели глубоко зайти в город. Я был уверен, что ракеты упадут в центр Филлидельфии, поэтому нужно было оказаться как можно дальше от него. Как я думал, была высока вероятность спастись на поезде.

Дерк, не долго думая, развернул транспорт и понёсся проч.


Проехав в сторону железной дороги не менее километра, я открыл смотровую щель задней двери. В небе что-то сверкало, и это что-то падало на Филлидельфию. – «Ракета… мы покойники». – Чёрт, неужели этим всё закончится. – Я развернулся и крикнул Дерку. – ПРИБАВЬ ГАЗУ, НАС СЕЙЧАС НАКРОЕТ ВОЛНА!

— ***ТЬ БЫСТРЕЕ НЕ МОГУ! – Я ещё раз взглянул в смотровую щель. Ракета вот-вот ударится о поверхность земли. От города мы были не далеко, так что нас накроет очень быстро. Мы не спасёмся. Я посмотрел на стальной герметичный бак. Меня наполнило глубокое разочарование.

— «Как жаль, что после стольких усилий…» — Моё копыто прикоснулось к нему. – «…придётся потерпеть поражение…» — И тут я увидел плетёный радужный браслет, который мне подарила Лия. Мой взгляд приковало к нему.


— Мама! – Плакала моя дочь, сидя перед лежащей Аматой.

— Тщщ, не плачь, — Она прижала её к себе. – спрячься за меня, так тебя никто не обидит.


— Так никто тебя не обидит… — Прошептал я, посмотрев на стальной бак с киборгом в нём. Почувствовался сильный толчок, и земля сотряслась – ракета наконец-то упала. – «Вот дерьмо, надо спрятаться в баке, переждать взрывную волну в нём, он выдержит удар. Но… а как же Дерк? Нет. Он не успеет. Волна убьёт его быстрее, чем он заберётся сюда!» — Через щель проникал яркий луч обжигающего света от ядерного взрыва. – «Не факт, что и я сам спасусь… теперь это неважно. Если не попытаюсь укрыться, то точно погибну!» — Я открыл панель управления, расположенную на баке. Ввёл комбинацию. Верхняя автоматическая крышка резким движением сдвинулась в бок. Я, не теряя времени, нажал на кнопку, отвечавшую за закрытие бака, и запрыгнул в тёмно-зелёную, очень вязкую субстанцию, задержав дыхание. Меня потеснил мною созданный «труп».

Крышка «гроба» захлопнулась. Я, оказался в тишине. Вдруг, ударная волна настигла нас, встряхнув моё «убежище». Меня ударило о стенку бака.

Я потерял сознание. Лишь тьма моего отключенного разума составила мне компанию.