Занимательная генетика

Твайлайт и Мунденсэр счастливо встречаются друг с другом, однако у Найт Лайта есть кое-какая новость на этот счёт.

Твайлайт Спаркл Другие пони

Все дело в шляпах

Эпплджек скорбит по утрате одного из 67.986 напоминаний о своем усопшем отце.

Рэрити Эплджек Другие пони

Темная и Белая жизнь - Поход Эпплов.

Это история повествует об элементе Честности. Оранжевая кобылка ещё в юном возрасте потеряла своих родителей. Ей предстоит путешествие, которое поменяет её духовно и морально. Она взглянет на мир под другим углом. Преодолеет все трудности, повстречает незнакомцев. И наконец-то дойдет до свой цели, где начнет жизнь с чистого листа.

Эплджек Эплблум Биг Макинтош

[S]koo+@loo

Один день из жизни одного хакера в мире кибер панка.

Эплблум Скуталу

Осознание

Рак в Эквестрии заинтересовал Дерпи, которая очень-очень любит человеков.

Дерпи Хувз

Истории из "Лунной Ивы"

Добро пожаловать в "Лунную Иву". Скромное Мэйнхеттенское кафе, для тех кого ночами мучает бесоница.

ОС - пони

Дневники Старсвирла

Прошло 30 лет с того дня, как три пони разожгли Огонь Дружбы, и спасли Эквестрию от гибели в холоде Виндиго. Но как бы ни была крепка их дружба, они не решили проблемы, которые изначально привели к разладу между расами.Мудрый маг предвидит эту далекую, но неумолимо приближающуюся грозу. Найдет ли он решение, которое сможет обеспечить вечное процветание Эквестрии?

Пинки Пай Принцесса Селестия Принцесса Луна Другие пони ОС - пони Дискорд

Радужный анабасис

Идущий за море меняет небо, но не душу. Я сомневался в правильности этого утверждения, пока на своём опыте не понял, что меняет не пункт назначения, а само путешествие и те, с кем ты в него отправляешься.

Рэйнбоу Дэш Человеки

Новый житель маленького города

Что может быть лучше очередного попаданца в светлый сказочный мир нашей любимой Эквестрии? Ну как можно устоять от соблазна прочитать новую историю об обыкновенном парне, как ты и я, окунувшемся в эту тёплую атмосферу чуда, произошедшего наяву? Ах, ну что же ты ещё здесь? Давай уже примемся за столь многообещающий фанфик!

Рэйнбоу Дэш Твайлайт Спаркл Дискорд Человеки

Из леса

Одного вечера он уехал по неизвестному маршруту в лес. И лес принял вызов. Кто победит в этой схватке?

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Эплблум Скуталу Свити Белл Принцесса Селестия Принцесса Луна Зекора

Автор рисунка: Noben
Глава 21 - Конец гармонии Глава 23 - Эндшпиль бессмертных

Глава 22 - Конец войны

Божественный шторм бушевал на фоне темнеющего неба. Гигантская чёрная туча закручивалась в воронку и оглашала пространство громовыми раскатами. Чем ближе Рэйнбоу Дэш подлетала, тем сильнее её охватывал трепет — эта туча легко бы поглотила весь Клаудсдейл. Она была такой высокой и плотной. Чтобы лететь через эту бурю, одного только мастерства недостаточно — никто, сколь бы искусным летуном он ни был, не мог даже надеяться управлять полётом внутри этого чудовища. Это была бы самоубийственная заносчивость.

Рот Рэйнбоу Дэш скривился в косой ухмылке.

Спитфаер пронеслась рядом, выходя из пике, и дальше они вдвоём полетели прямо в направлении бури в своём обычном темпе, который означал "далеко впереди остальной команды".

— Не чувствуешь себя ничтожной рядом с такой махиной? — голос Спитфаер едва пробивался сквозь свист и рёв ветра.

Дэш усмехнулась.

— С этим? Ещё чего, — она мотнула головой в сторону беснующегося шторма. — Скорее чувствую, что у Титана заморочки с размерами.

Взбесившийся воздушный поток заглушил смех Спитфаер.

— Ты серьёзно, что ли?

— Я? — крикнула в ответ Дэш. — В смысле?

Спитфаер покачала головой.

— Тебе не приходило на ум, насколько это опасно? Ты никогда не задумывалась, что мы можем и проиграть?

Внезапно небо озарилось вспышкой молнии, а через пару секунд их настигла ударная волна.

— Эй, — начала Дэш, — это принцессы будут драться с Титаном. А нам, как я погляжу, досталась работёнка куда проще. И нас бы здесь не было, если бы не наша привычка добиваться невозможного.

Они ещё усерднее заработали крыльями, несясь в направлении беснующейся бури, и забрали вверх, чтобы обеспечить себе лучшую точку входа.

— Так держать, — сказала Спитфаер. — У тебя хороший настрой.

— И потом... — добавила Дэш, — как мы можем проиграть, если сама Спитфаер на нашей стороне? Я не маньячка, типа: "ты мой кумир, и я молюсь на тебя", но я правда твоя большая поклонница.

— Серьёзно? Ни за что бы не подумала.

— Ну да-а, я вроде как... Эй! Это был сарказм?

— Вот что я скажу...

Но ей не удалось закончить. С раздирающим уши визгом тёмная оперённая фигура ударила Спитфаер в бок и сбила её с траектории полёта. В мгновение ока пегаска исчезла из вида.

Дэш попыталась остановиться, но мощная турбулентность не позволила. Её швыряло во все стороны, она сама крутилась, отчаянно пытаясь высмотреть Спитфаер в темноте. Но всё было тщетно.

— Спитфаер! — они не могли так быстро долететь до земли. Они всё ещё падают где-то там, Спитфаер и эта штука, чем бы она ни была. Дэш вертела головой взад и вперёд до хруста в шейных позвонках, погружаясь в пучины паники и отчаяния. Её пегасье зрение не уступало орлиному, но вокруг было слишком темно...

— Спитфаер! — ветер глушил её крик.

— Что такое? — послышался откуда-то сзади самоуверенный голос. — Неужели я выгляжу настолько беспомощной?

Дэш резко обернулась, отчаянно пытаясь подавить волнение. Перед ней спиной к буре зависла Спитфаер, и в копытах она держала...

Потребовалась ещё одна вспышка молнии, чтобы Дэш смогла разглядеть. Это было похоже на кобылу, от крупа до ушей покрытую толстыми коричнево-чёрными перьями. Заострённые к концам крылья выглядели на порядок длиннее пегасьих. Однако морда этого создания, которая сразу приковала внимание Дэш, без сомнения принадлежала не пони. Узкие чёрные щели зрачков на жёлтых глазных яблоках, морда, оскалившаяся рядами острейших зубов, которые, казалось, далеко выступали из пасти.

— Что это такое? — воскликнула Дэш.

Спитфаер кивком указала за спину Дэш. Рэйнбоу развернулась и увидела, что остальные пегасы уже догнали их. По крайней мере те, кто был в их команде. Противошквальная группа в отдалении готовила воздушно-нагнетательный канал.

— Гарпия! — Спитфаер старалась перекричать ветер. Рэйнбоу вдруг поняла, что никто из обычных пони не мог бы расслышать этих слов. Но пегасий слух оказался даже более чутким, чем она могла предположить.

Спитфаер выставила на всеобщее обозрение гарпию, которая билась в её копытах, безрезультатно пытаясь высвободиться.

— Убивать их надо так, — она обхватила передней ногой одно из крыльев твари, а затем выкрутила его в сторону, вложив в движение силу всего тела. Послышался отчетливый треск ломающихся полых костей, и Спитфаер выпустила гарпию из захвата. Та вскрикнула и принялась без толку молотить по воздуху здоровым крылом; впрочем, это не могло остановить её стремительного падения. — Как видите, не слишком отличается от того, как вы расправлялись с пегасами-марионетками.

— Всем приготовиться! — прокричала Спитфаер. — Враг на подходе!

Дэш огляделась и заметила десятки нечётких фигур, приближавшихся снизу. Вскоре ей удалось расслышать их резкие крики.

Это было нехорошо. Их задача — передвинуть бурю как можно быстрее, а гарпии явно не собирались им в этом помогать. На бой совершенно не было времени. Перед командой пегасов стоят другие задачи.

— Ну что? — раздался голос Спитфаер, кричащей прямо в ухо Рэйнбоу Дэш. — Собираешься командовать или как?

Дэш обернулась к ней.

— Что? Я?

— Ну меч-то не в моих копытах, — Спитфаер улыбнулась. — Кстати, я тебе его подпишу, если выживем.

Мир на краю гибели, друзья в опасности, судьба целой армии легла на плечи Рэйнбоу Дэш, и каким-то образом именно это дало ей силы, в которых она так нуждалась. Дэш подогнула крылья ближе к телу, перенаправляя завихрения воздуха, чтобы нырнуть немного вниз. Отделившись от группы пегасов, она прикрепила к копыту клинок с помощью магии Твайлайт.

— Гром и молнии! — завопила она, падая сквозь ураган.

В какой-то момент ей показалось, что ветер слишком силён и никто из команды её не услышит, но вскоре до неё донеслось:

— Крылья и сталь!

Рэйнбоу Дэш пригляделась к творящемуся внизу — армия гарпий выстраивалась для атаки, их крылья били по воздуху с неистовым усердием, им с трудом удавалось выдерживать направление при подъёме сквозь бушующую бурю. Они явно ошиблись с выбором позиции. И ошиблись с выбором противника.

Трепет от стремительного падения захватил Дэш без остатка. Но её будоражило не только это: полёт сквозь грозовой фронт усиливал ощущения десятикратно. Одновременно разгорался азарт скорой битвы, в которой от смерти будут отделять считанные сантиметры. И будоражило предчувствие победы, даже если за неё ещё предстоит побороться.

Спитфаер была права — побороть свой страх и волнения, оказавшись в воздухе, было так просто. И даже след мысли о поражении растворился как не бывало, потому что они непременно победят.
"Как вам это?" — мысленно обратилась Дэш к пегасам за спиной и особенно к Спитфаер.

Ближайшая гарпия направила когти ей навстречу. И когда они уже практически вонзились в шкуру Дэш, пегаска сработала крыльями, крутанувшись вокруг своей оси, и оказалась за спиной врага.

Клинок рассёк гарпию в месте, где шея вырастала из плеч. Инерция падения вкупе с необычайной остротой оружия сделали своё дело — по металлу пробежали лишь легкие колебания, когда клинок проходил сквозь сухожилия, кости и кожу.

Дэш потеряла часть скорости, но продолжила падать лицом вниз. Ещё одна гарпия появилась на краю поля зрения, и Дэш крутанулась, благополучно уходя из-под удара когтей, и пронзила лезвием брюхо твари.

Пегаску тряхнуло порывом ветра, когда она скинула с клинка умирающего врага. Дэш попыталась сориентироваться в пространстве, полагаясь на своё чувство направления. В этот момент коготь пропорол её броню в районе рёбер, шкуру пронзила острая боль.

Инстинктивно Дэш наотмашь хлестнула лезвием и была вознаграждена пронзительным визгом гарпии. Рэйнбоу продолжила своё хаотичное падение. Сейчас у неё остался лишь один способ сориентироваться в пространстве...

Рэйнбоу Дэш распахнула крылья, и мощь набегающего воздушного потока заставила их раскрыться полностью. Она не знала точно, сколько энергии потребуется, чтобы остановить набравшего максимальную скорость пегаса, хотя точно понимала, что это произойдёт не мгновенно. Ещё она не знала, какое напряжение способны выдержать её суставы. Она проспала всё это в лётной школе.

Воздух ударил в маховые перья, словно возникшая из ниоткуда каменная стена, но тело продолжило движение, раскачиваясь вперёд и угрожая вырвать из суставов крылья. Дэш наклонила их, пытаясь отбросить часть воздушного потока и сбить давление. Вскоре она вышла из штопора по широкой дуге, перенаправляя накопленный импульс обратно вверх.

Дэш взмыла в небо и столкнулась с догнавшими её ошмётками первой убитой гарпии. Вся в багровых пятнах на лице и броне, пегаска взглянула на разразившуюся в небе битву. Большая часть тварей уже успела ввязаться в бой, и множество пегасов и гарпий сражались друг с другом в свободном падении.

Снова набирая высоту, Дэш взглянула на рану поперёк рёбер. Порез был поверхностный, очевидно, защитная магия Твайлайт поглотила большую часть удара. "Спасибо", — отблагодарила она про себя единорожку. Дэш не могла взять подруг в воздух, но почти полная неуязвимость не давала забыть о них ни на секунду.

Гарпии по большей части были повёрнуты спиной к Рэйнбоу Дэш. Рэйнбоу Дэш по большей части не напрягала перспектива атаковать их сзади.

Она скосила ещё четверых гарпий во время пролёта через небесное поле боя. Ни одна из них не успела почувствовать опасность до того самого момента, как распустилась фонтаном крови. Для Рэйнбоу они были легкой добычей: такие хрупкие и медлительные. Это было не сложнее, чем уклоняться от порхающих снежинок и нарезать бумажные пакеты. Дэш помогало то, что она была вооружена и в броне, а противник мог противопоставить только когти и перья. Неужели в древние времена пони шли на битвы с таким же вооружением?

Она вернулась в схватку, изо всех сил стараясь обезвредить как можно больше гарпий, напавших на пони из её отряда. Без таких лезвий, как у неё, пегасам будет непросто отбиваться от когтей гарпий. А потому она должна помочь им всем, чем только сможет.

И Дэш выкладывалась по полной. Она отсекла крылья с плеч ближайшей гарпии, и та рухнула вниз, оставив в покое пегаса с раненой передней ногой. Другая гарпия полетела на землю отдельно от своей головы. Фонтан крови из рассечённых артерий заставил Дэш поморщиться.

Оседлав бушующие воздушные потоки, Рэйнбоу Дэш металась вверх и вниз от одного врага к другому. Она была рождена для полёта, а они — нет. И они умирали. Снова и снова, пока в небе не осталось никого, кроме пегасов.

Дэш парила в воздухе, её грива и броня были покрыты чудовищным узором из брызг крови. Она отыскала взглядом Спитфаер и оглядела строй пегасов, отметив, насколько он поредел. Ей-то не стоило большого труда пережить это нападение, но против лишённых брони пегасов гарпии действовали гораздо эффективнее.

Тем не менее она всё ещё стояла во главе, и пегасы пока не выполнили свою основную задачу.

— Отлично, — выкрикнула Дэш. — А теперь давайте передвинем эту бурю! Начнём…

Песня прервала Дэш на полуслове.

Дэш вдруг поняла, что никогда не слышала музыки раньше. Настоящей, такой, как эта. Она пронзала и вой ветра, и раскаты грома, вливалась прямо в мозг. Такая мягкая, освежающая и неземная. Совершенно непохожая на всё, что Дэш когда-либо слышала. Пегаска поняла, что если песня прекратится, то она никогда больше не услышит ничего подобного.

И она не хотела, чтобы это произошло. Голос пел для неё, она была нужна там, и она хотела, чтобы её нашли, ведь муза пела её имя. Но голос слабел. Да, Дэш была в этом уверена. Музыка стихала. Она доносилась откуда-то сверху, из центра бури высоко над их головами.

Не колеблясь ни секунды, Дэш устремилась к источнику звука, с раздражением заметив, что остальные поступили так же. Разве они не поняли, что музыка играла для неё? Ведь это её имя угадывалась в мелодичных созвучиях и горестных стенаниях. Пегаска усердно заработала крыльями.

Спитфаер обошла её, и Дэш яростно зарычала. Это песня была для неё, а не для кого-либо ещё. Дэш поднажала ещё, прибавляя скорости. Нужно обязательно прорваться первой и найти певшую посреди беснующейся бури...

Рэйнбоу Дэш нырнула в оставшийся за Спитфаер воздушный тоннель, и быстро догнала соперницу. Молотя по воздуху крыльями, она вырвалась вперёд и, взглянув на кипящую стену тёмно-серых грозовых туч, увидела...

Прекраснейшую кобылицу, что когда-либо попадалась на глаза Рэйнбоу Дэш, которая парила на самой границе бури. Белая пони с глазами цвета неба, или моря, или ещё чего-нибудь подобного. У неё не было шерсти, но её шкура напоминала фарфор. Её грива струилась длинными прядями чистой энергии, лишь слегка колыхаясь, как будто вокруг не буйствовали ветра. Её губы чувственно приоткрылись, и изо рта полилась песня, которая манила Рэйнбоу Дэш.

И Рэйнбоу Дэш рванула вперёд, обойдя Спитфаер в броске, который она сама назвала бы невозможным. Она скрылась в облачной пелене шторма, сложив крылья, чтобы те не ловили ветер и позволили ей набрать невероятный импульс, вынесший её вперёд. Дэш заметила, как прекрасная пони потрясённо распахнула глаза, она явно не ожидала такой прыти. Дэш доказала ей, что она лучшая.

А затем снесла существу голову лезвием.

Она ошалело наблюдала, как клинок расколол тонкую хрустальную шею, а ветер вмиг развеял белые осколки. Но Дэш не хотела убивать её! Она просто хотела добраться туда и быть рядом.

И обречь себя на верную смерть, дошло до Рэйнбоу. Это существо использовало песню как приманку, чтобы увлечь их всех в смертельную бурю, и Дэш убила это нечто. Как?

Благодаря Вронг. Сколько тысяч раз ей приходилось, совершенно того не осознавая, бороться с самой собой? Как долго частичка её сознания, затаившаяся где-то внутри, тихим голоском призывала к бунту, оставаясь каплей гуманности в океане безумия? На самом деле Дэш вознамерилась убить это чудовище, едва заслышав его песню.

Рэйнбоу почувствовала хватку копыт и обнаружила, что её вытащили из бури. Парить внутри неё, по всей видимости, было плохой идеей. Дэш поняла это, оказавшись в относительно спокойном пространстве.

— Ты в порядке?! — попыталась перекричать шторм Спитфаер.

Дэш тупо кивнула.

Спитфаер схватила голову Дэш копытами и повернула к себе так, чтобы взглянуть в глаза. Она осталась довольна тем, что увидела, и отпустила Дэш.

— Это была одна из сирен. Их песне, по идее, невозможно сопротивлялся. Даже магия единорогов не помогает.

— Ага, ну как бы... — ответила Дэш, — я много тренировалась, — она обратилась к армии: — Слушайте все!

Все подлетели ближе, образовав плотный полукруг.

— Следуем плану! — продолжила Дэш. — Создаёте зону низкого давления, а мы со Спитфаер отправимся внутрь и подтолкнём этого здоровяка. Помните, наша цель — гора! — она указала в сторону, где располагался Кантерлот. — Понеслась!

И они принялись за дело. Дэш развернулась лицом к невероятному шторму. Она вздохнула, хотя звук потонул в рёве ветра.

— Я была погодной пони.

Спитфаер разразилась каркающим смехом.

— А я была крутейшим пегасом из всех ныне живущих. И вот что я тебе скажу, Рэйнбоу Дэш: если мы выживем, то ты подпишешь мне лётные очки.
“Обалдеть-обалдеть-обалдеть!”
— Но ты всё равно подпишешь мне меч.

— Замётано, — она издала пыхтящий звук. — Пожалуй, это будет самое опасное и сумасшедшее, что я когда-либо делала в своей жизни.

Дэш перевела взгляд со Спитфаер на беснующуюся бурю.

— Это ещё что... — сказала она, разминая спину. — Я вот как-то раз врезала Титану прямо по морде.



Ярость урагана даже отдалённо не шла ни в какое сравнение с яростью богов.

Центр шторма, состоящий из плотно скрученных серых облаков, озарялся раскалённым клинком Селестии. Каждая частица шторма, каждое клубящееся завихрение облаков в глазах Луны имело три назначения: силу стихий, которой она могла повелевать, поверхность, на которой можно стоять, и прикрытие.

Давно оставив позади спокойную внешнюю поверхность бури, они опускались в самое её сердце. На своём пути к Кантерлоту через лес шторм сметал прочь любую преграду. Пронзивший облака луч света угас. В эпицентре бури остался лишь Титан.

Луне и Селестии приходилось думать быстрее него, потому что король превосходил в скорости. Они должны были разить точнее, потому что он всегда мог ударить сильнее. И им следовало оставаться вместе, потому что поодиночке принцессы пали бы за считанные минуты.

И, если учесть сложившиеся обстоятельства, они великолепно справлялись.

— Напрягает левый бок. Подпружинивает правую переднюю ногу, — мысли Селестии не звучали в её голове, скорее, давали Луне знать о каждом намерении Титана. Это был отличный способ связи. — Хочет обойти тебя для вертикальной атаки.

Они стояли на клочке грозовой тучи, кружащейся почти в центре вихря, совершенно не замечая ураганных ветров вокруг. Титан снова оказался между дочерьми, он метался от одной к другой и наносил удары с мощью падающего астероида.

Подсказка Селестии подтвердилась. Титан развернулся к Луне за то мгновение, что понадобилось ей на осознание мысленного сигнала, и обнаружил, что она уже поднырнула под Сингулярность и вонзила Надир ему в грудь. Клинок вошёл в плоть Титана всего на пару сантиметров, но ржавчина моментально разъела броню вокруг прокола. Титан отскочил и ударил снова.

Атака Луны была Титану как слону дробина, но и этого достаточно. Если они продолжат биться так же и будут осторожны, их отец ослабеет и падёт. Они знали, что это возможно. Они видели, как такое происходило с ним раньше, когда он сражался с Террой.

Луна ощущала, как разум Селестии отслеживает каждое движение Титана, каждую смену позиции, даже столь незначительную, что сама она не обратила бы внимания вообще. Селестия всегда имела привычку находить скрытые посылы во всём.

В отличие от Луны. Та больше полагалась на инстинкты, и именно поэтому она так быстро реагировала на подсказки Селестии. В паре они компенсировали главные слабости друг друга.

Титан перехватил выпады их клинков и перемахнул на другое облако, обрушив на дочерей телекинетическую волну.

— Терра, — его голос аликорна с лёгкостью пронзал вой ветра. — В её власти был только один компонент. Ваши макеты.

Вспышка молнии озарила глубины бури, ударила в клинок Титана и отскочила в сторону Селестии и Луны. Они покинули небольшую тучку прежде, чем та с шипением обратилась в пар.

— Она предала меня, — продолжил Титан. — Большая часть её макета в тебе, Луна, но ты преображена тем, что мы... — Титан прервался и взглянул вниз, будто мог пронзить взглядом облака вплоть до Вечнодикого леса, — извлекли из вида пони. Так и было задумано, и ты превратилась в её основное дитя. Но ты, Селестия...

Когда он только заговорил, окружавший шторм озарился тусклыми отсветами. Крошечными вспышками на каждой частице сконденсированной влаги, на каждой белой капельке, которых коснулась магия Луны. Световой контур сформировался за долю секунды, вырвался из облаков и сошёлся на Титане.

Это нечто охватило его ноги и вцепилось в броню, покрывая всё инеем. Титан покосился на доспехи, пожираемые заклятием Луны, которое уже подбиралось к шее, и раздражённо скривился.

Селестия заняла позицию на облаке напротив Луны и высвободила поток солнечного огня. От пылающего жара облака между ней и королём моментально обратились в пар.

Титан создал барьер — сплошную чёрную полусферу. Луна никогда не видела ничего подобного. И эта защита с лёгкостью поглотила мощнейшее заклинание Селестии. Титан изначально рассчитывал встретить атаку в лоб.

Селестия же считала, что он блефовал. Она поморщилась, налегая на Зенит, одновременно её рог вспыхнул, и поток солнечного огня продолжил бить в странный барьер Титана. Наконец король недовольно закряхтел.

Титан взмыл в воздух, дважды преодолев звуковой барьер и послав вокруг мощную ударную волну. Облака вокруг него разметало в стороны, Селестию и Луну отбросило друг от друга ещё дальше. Луна позволила себе лёгкую ухмылку, пока возвращалась к облаку Селестии.

Титан был силён. Необычайно силён. Он знал заклинания, о которых они даже понятия не имели. Он был способен стереть с лица своей планеты целые виды.

Но он мог умереть. Они только что доказали ему это.

Селестия и Луна устремили взоры к небесам.

— Мы на самом деле можем победить, — подумала Луна.

— Мне самой с трудом в это верится, — пронеслись ответные мысли Селестии.

— Как ты думаешь, к чему он клонит насчёт Терры и детей?

— Подозреваю, что мы скоро узнаем. Он упивается звуком собственного голоса.

Луна наблюдала за тёмной фигурой их отца, опускающегося через дыру, которую он проделал в буре.

— Само собой. Ему же больше не с кем поговорить начистоту.

Титан ударил по туче над ними, словно небесным молотом по наковальне. Туча взорвалась мириадами крошечных брызг, волной разлетевшимися во все стороны. Король парил в вышине, его броня снова вернула идеальное состояние.

— Ты, Селестия... — его голос прокатился по буре, как будто она посмела его заглушить, — ...должна была стать сыном. Вторым Эмпирианом. Вместо этого Терра попыталась сделать тебя похожей на свою мать.

— И поэтому ты всегда ненавидел меня? — голос Селестии не уступал по мощи Титану. — Поэтому истязал и ломал меня, чтобы научить ничего не чувствовать?

Небо треснуло от ярко-оранжевой молнии, что создала Селестия и запустила в отца. Титан позволил разряду отскочить от нагрудной пластины доспехов и увязнуть в кружащихся поблизости тучах.

Затем принцессы снова накинулись на него, и клинки зашлись в бешеном танце войны за победу в игре богов. Их лезвия изгибались и тускнели под напором мощи оружия Титана, но они не сдавались. Сестры отлично работали в паре, взяв отца в клещи и обрушивая на него град ударов.

— Я учил вас править! — крик Титана перекрывал гвалт битвы. — Я учил вас быть сильными. Я дал вам разум божеств, несмотря на ваши врождённые дефекты.

— Луна! — мысленно вскрикнула Селестия.

Словно из ниоткуда, проскочив между Сингулярностью и Надиром, задняя нога Титана обрушилась на её грудь. Луна уже и не могла припомнить, сколько раз её почти неразрушимые кости ломались под ударами. Она отшатнулась, и её тело излечило себя.

Другая половина Сингулярности развернулась и устремилась в грудь Луны. Луна бросила взгляд мимо Титана на Селестию, которая пыталась высвободиться из сотни облепивших её тончайших нитей из липкой магической энергии. На какое-то мгновение Луна осталась без поддержки.

Сгустив воздух вокруг себя пегасьей магией, Луна ударила крыльями, уходя из-под удара клинка Титана и снова ныряя в бурю. Одновременно она послала телекинетический толчок сестре, чтобы хотя бы на краткий миг выбить её за пределы досягаемости Титана. Отец мог нацелиться только на одну из них.

Он выбрал Луну. Взмахнув крыльями, он легко настиг её и обрушил на дочь вихрь ударов. Ведомый отчаянным сознанием Луны, Надир стойко сопротивлялся атакам. В отдалении молния ещё раз расчертила небо и подсветила сзади мощную фигуру Титана.

— Но каждая из вас... — рокотал Титан, — каждая из вас поддалась порче рода пони. Каждая из вас уступила тому, что проще, вместо того, чтобы стать истинными властительницами сущего.

Обе половины Сингулярности обрушились на Надир. Луна отскочила прежде, чем её клинок угас. Как раз в этот момент освободившаяся от магических пут Селестия приземлилась рядом. Ураганный ветер яростно трепал гривы аликорнов.

— Неужели ты так слеп, Титан? — крикнула в ответ Луна. — Как ты мог подумать, чтобы кто-нибудь хотел бы походить на тебя? При всей своей мощи ты одинок и жалок. Этот мир процветал без тебя, — хотя, конечно, и без неё он процветал тоже.

— Думаешь, я проиграл? — Титан склонил голову набок. — Луна, неужели ты ничего не поняла?

Молния ударила в Селестию, а Луна обнаружила, что прямо на неё несётся рой фрагментов Сингулярности. Она расщепила Надир, но её способности концентрации не шли ни в какой сравнение с отцовскими. Два облака частиц клинков встретились в воздухе, высекая вспышку радужного сияния. Однако слишком много чёрных осколков Сингулярности всё же прорвались. Пробив возведённый Луной барьер, они проторили себе путь сквозь кинетическое поле и врезались в её плоть. Принцесса почувствовала онемение вокруг ран.

Две части Сингулярности собрались воедино куда быстрее, чем Надир. Титан занял позицию между принцессами в глубине бури. Его клинки наседали на них, подавляя любые попытки контратак.

— Моё предназначение абсолютно! — провозгласил он, не прекращая сражаться. — Моя власть необходима. Я никогда не отброшу свой истинный долг.

Луна пыталась двигаться с Селестией в тандеме, но обороняться даже от половины выпадов Титана было почти невозможно. Всё её внимание было поглощено битвой.

— Лишь я один понимаю, как должен быть устроен этот мир.

— Ты жестокое чудовище! — прокричала Селестия. — Был таким тысячу лет назад и таким остался! Я вижу это. Луна видит. Весь народ пони видит. Терра видит. Гармония видела, Титан.

Раскат грома, волна силы, столкновение клинков. Селестию с Луной отбросило от короля, а ещё одно облако растаяло под их копытами.

— Гармония, — прошептал Титан, глядя вниз в глубины бури. — Терра тебе рассказала.

Луна поднялась в воздух и зависла в стороне от Титана, Селестия заняла позицию рядом.

— Мы знаем всё, Титан. — сказала Луна.

— Нет, — он медленно поднял голову и взглянул им в глаза. — Нет, вы не знаете ничего, дочери мои. Вы называете меня жестоким, но вам не ведомо, что такое жестокость. Жестокость — это забрать всё, над чем пони трудился. Жестокость — это растаптывать идеалы, в то время как убиваешь тех, кто им верен.

— Небо ясное, — прошептала Селестия. Вспышка молнии между ними и Королём на секунду пожрала все цвета.

— Я покажу вам, что такое жестокость, дочери мои. Я заберу всё, что вы создали, а затем заберу вас друг у друга.

Кровь заледенела у Луны в жилах от того, как Титан взглянул сквозь бурю туда, где, как она знала, должна была располагаться армия пони.

— Я убью всех ваших маленьких пони. И вы ничего не сможете сделать.

С этими словами Титан рванул с места, тут же преодолев звуковой барьер. Он пробил ещё одну дыру в буре. Время разговоров кончилось. Вне себя от ужаса, Луна и Селестия бросились за отцом, выжимая из крыльев всё, на что были способны. Они знали, что Титан прав, что он был быстрее и окажется там раньше их.



Рэрити, как и многие другие кобылки, всегда восхищалась рыцарями. В конце концов, какая леди не пожелала бы, чтобы великолепный жеребец сразил бы в её честь дракона и увёз её далеко-далеко. Сильный, смелый, определённо привлекательный пони — надёжный защитник. Рыцари защищают слабых, сражаются за правду и справедливость. Они знают, что пони могут совершать ошибки, но идеалы, за которые они бьются, вечны.
“Такие пони, как Сэр Энаморус Драконоборец”.

Во времена её детства отец не был рыцарем, что давало простор мечтам и фантазии. Мечтам о настоящем отце, о герое, что пришёл бы и сразил злодея Эстима, а затем забрал бы её и сестрёнку прочь. Никто не пришёл. После смерти матери их забрали от Эстима и передали в приёмную семью.

Ни один великий спаситель не появился — ни блистательный рыцарь, ни стойкий защитник. Однажды, подняв глаза от спящей Свити Белль, она сквозь комок в горле попыталась поговорить с приёмным отцом. Но он был простым пони и просто содержал ранчо. И она решила, что, если когда-нибудь придёт время, у Свити Белль будет свой герой.

И пока Рэрити жила своей обычной жизнью, проводя время с друзьями и родными и совершенствуя своё искусство дизайнера, она параллельно проходила тайное испытание — испытание рыцаря. Рэрити очень близко была знакома с каждым из четырнадцати фрагментов Карсомира. Она запомнила его дизайн. Почти год ушёл на поиски идеальных алмазов и огранку смертоносных плоскостей. Её клинок не был копией отцовского — она придала изящность формам центральной перемычки и концевым сегментам.

Ещё два года ушло на то, чтобы обрести навыки, достаточные для управления всеми четырнадцатью фрагментами клинка. Пони в школе с благоговением и страхом взирали на её выкрутасы с телекинезом. Рэрити любила быть в центре внимания.

Она прятала своё оружие. Она держала его в тайне ото всех. Она хранила его, чтобы чувствовать себя защищённой. Превыше всех вещей она берегла этот клинок.

Теперь это всё, что у неё осталось. Единственная вещь, что она могла отдать, проявив щедрость.

— Дракон, Рэрити, это самое могущественное существо в мире, если не считать пони.

— Зачем мне знать, как убивать дракона? — Рэрити надула губы, взглянув на отца. — Я не хочу…

Эстим поднял копыто, Рэрити знала что это знак замолчать.

— Потому что... — начал он. — Как я только что сказал, дракон — это то самое существо, убить которое тебе будет сложнее всего.

— Тогда зачем…

— Дракон может вдыхать двумя способами: во-первых, чтобы дышать, во-вторых, чтобы подготовить огонь. В первом случае это звучит как дыхание, но во втором совсем иначе. Как струя пара из паровозного котла.

Дракон перед ней в два раза превосходил бутик Карусель размером и был покрыт тёмно-зелёными чешуйками. Он взирал на Рэрити, Эплджек и Пинки Пай взглядом куда более разумным, нежели у дикого зверя, но его когти яростно терзали землю, прорывая глубокие борозды. Со звуком пара, вырывающегося из паровозного котла, он открыл пасть и начал всасывать воздух.
”О, богини…”
— Огонь! — завопила Рэрити. В этом не было нужды — в любом случае Пинки Пай и Эплджек могли практически читать её мысли. Они действовали даже быстрее неё.

Рэрити, как обычно, побежала вместе с Эплджек, они взяли влево. Пинки Пай рванула вправо. Они обошли противника с флангов, пока тот втягивал в себя воздух. Когда они она добежали до места, откуда у дракона росли крылья, он выдохнул.

Мир утонул в пламени ярко-изумрудного цвета. Из драконьей пасти вырвался бушующий огненный смерч, мгновенно испепеливший всю зелень и превративший вековые дубы в факелы. Дракон повёл головой в сторону Рэрити и Эпплджек, и ещё больше земли утонуло в огне. Армия не смела приблизиться к дракону, и никто не попал под пламя. Им хватило ума.

Копыта Рэрити ударяли во влажную землю, пока она убегала от огня. И как они смогут хотя бы приблизиться к этой твари? Жар нёсся ей вслед, поднимая температуру до почти невыносимого уровня.

Вдруг всё оборвалось. Дракон исчерпал заряд пламени. Эпплджек догадалась посчитать и определила, что выдох занял шесть секунд.

Не важно, что Рэрити не удастся подобраться ближе, поняла она. Ведь ей и не нужно.

Ворпал разлетелся на четырнадцать фрагментов и, раздирая воздух, понёсся к цели сияющим ураганом боевой магии. Дракон взвыл, когда алмазы разодрали его перепончатые крылья. Он повернулся к Рэрити и шагнул в её сторону.

Эпплджек уже бросилась в атаку. Она развернулась как раз в тот момент, когда дракон повёл головой в её сторону, и лягнула задними ногами, целясь в горло твари.

Драконьи глаза яростно сверкнули, он распахнул свою громадную пасть, так что копыта Эпплджек ударили по воздуху. Со скоростью, не подобающей его огромным размерам, дракон мотнул головой, его челюсти сомкнулись вокруг Эпплджек с отвратительным хрустом.

Краем глаза Рэрити заметила, как Пинки Пай сделала обратное сальто, попутно заряжая взрывчатку в пусковое устройство на передней ноге. Рэрити воссоединила Ворпал сбоку от себя. Если дракон заглотит Эпплджек целиком, она не колеблясь вскроет ему живот, чтобы достать подругу.

Эпплджек, однако, не собиралась легко сдаваться — стоило только драконьим зубам сомкнуться, как его челюсти оказались разжаты. Эпплджек перевернулась вверх тормашками, уперевшись спиной в нижнюю челюсть, а ногами — в нёбо твари. На её лице застыла напряженная гримаса, но она сумела бросить взгляд на Рэрити.

— Бей его! — рявкнула Эпплджек. — Прямо в рожу!

Рэрити держала Ворпал перед собой параллельно земле, она точно прочувствовала возможную траекторию для каждого фрагмента. Эпплджек должна выбраться из драконьей пасти, и в ту же секунду Рэрити сможет атаковать. Не похоже, чтобы единорожка смогла ударить сквозь броню Эпплджек. Не сквозь броню, усиленную Твайлайт. И даже если бы могла…

Эпплджек, извиваясь, отвоёвывала миллиметр за миллиметром. Сосредоточившись на цели, Рэрити не сразу обратила внимание на характерный звук. Словно струя пара из локомотива.

Мгновенно до Рэрити дошло две вещи.

Во-первых, пламя этого зелёного дракона было, несомненно, очень горячим. Она знала, что драконий огонь имеет магическую природу и становится сильнее с возрастом. Непереносимая жара, в которую она окунулась ранее, даже несмотря на дистанцию и магическую защиту её мантии фехтомага, подтверждала догадку.

Это не химическая зажигательная смесь Пинки Пай и не пыточный огонь Терры. Это вся сила огня, только что спалившего близлежащую рощу в пепел, сконцентрировашаяся в узком проходе размером с пони. И проход этот перегородила собой Эпплджек.

Эпплджек могла погибнуть. Они обе знали, на каком волоске висела её жизнь во время второй битвы за Понивилль. Получив достаточное количество ран, она не сможет восстановиться, а драконий огонь это легко обеспечит.

Во-вторых, она помнила вопли Эпплджек, когда та попала под пламя Терры. Спасение или смерть, есть возможность для точного удара или нет, Эпплджек никогда не должна пережить подобное снова.

Рэрити взяла прицел ниже, туда, где драконье горло защищала более тонкая чешуя, и разделила клинок. Как и следовало ожидать, дракон заметил несущиеся на него фрагменты и понял, какой ущерб они ему причинят. Он мотнул головой вниз. Эпплджек всё ещё разжимала его челюсти, ну или держала пасть раскрытой — смотря с какой стороны на это взглянуть.

Алмазные фрагменты высекли искры, ударившись об гребень на драконьей голове и не причинив никакого вреда отвердевшей за сотни лет чешуе. В тот же миг Эпплджек вырвалась из капкана драконьих челюстей и мешком повалилась на выжженную землю.

Дракон прекратил вдох и пригнул шею. У Рэрити перехватило дыхание.

Вскочив на копыта, Эпплджек бросилась под брюхо дракона — единственное место, недоступное для пламени, обращающего грунт в стекло. Рэрити видела, как Эпплджек отчаянно старалась не попасть под изумрудный огонь, и отсчитывала шесть секунд, беря клинок на изготовку.

Что-то ударило в бок Рэрити, и в следующее мгновение она обнаружила себя прижатой к земле тяжёлой тушей. Она инстинктивно вскинула ноги, защищая лицо, и ощутила, как в копыта ей упёрлась щербатая морда древесного волка.

Это было ещё одно чудовище, и оно пришло на помощь дракону. Древесный волк навалился на Рэрити и издал хриплый рык, смоляная слюна сочилась с его клыков и капала прямо на лицо единорожки.

Два сверкающих лезвия, состоящих из семи алмазов каждый, заняли позиции по обе стороны шеи волка. Затем они отрезали хищнику голову, обдав Рэрити щепками и опилками. Она вскочила на копыта и отряхнулась, попутно воссоединяя клинок.

В этот момент как раз истекли шесть секунд огня, и Рэрити снова сшибло с ног — теперь уже ударной волной от взрывчатки Пинки Пай, сдетонировавшей сбоку от дракона. Атака получилось не особо удачной: попасть в сочленение крыла с телом не удалось, и тварь лишь немного посекло осколками.

Дракон взревел и, похоже, позабыл об Эпплджек, переключив всё своё внимание на Пинки Пай. Он раскрыл пасть, и знакомый ужасный свист снова заполнил уши Рэрити. Он заглушил все остальные звуки леса, хоть и не был особо громким сам по себе.

Встав на задние ноги, дракон ударил крыльями и обрушил на Пинки Пай воздушную лавину. Рэрити изучала дракона с Ворпалом на изготовку, она искала слабое место — точку, куда бы смогла нанести разящий удар.

Пинки Пай повалило на землю ветром, дракон обрушился на неё и прихлопнул передней лапой. Комья грязи взметнулись в воздух, а Пинки Пай оказалась пришпилена к грунту бритвенно острыми когтями. Она принялась извиваться ужом, пытаясь высвободиться.

Нашлось. Прямо за верхушкой гребня у дракона виднелось мягкое место — светло-зелёное пятнышко. Отличная мишень, если ей удастся запустить свой клинок с достаточной силой, Рэрити может поразить дракона в мозг. Это лучше, чем пытаться целиться в его пасть.

Слишком поздно Рэрити поняла, что, погрузившись в изучение противника, она упустила из вида две важных детали.

Первая — дракон прижал Пики Пай к земле и вот-вот обрушит на неё огненную лавину. Пинки не выживет в этом адском пекле. Рэрити должна ударить в голову твари, или по когтям, или хоть куда-нибудь, чтобы спасти подругу.

Второе — она забыла про его хвост.

Он ударил прямо в бок, и Рэрити утратила всякое чувство ориентации, когда её копыта оторвались от земли. Она смутно ощутила ещё один удар в другой бок, когда мешком рухнула на землю. В ушах зазвенело, и боль ножом пронзила тело. Во рту ощущался странный, почти металлический привкус.

Подруги всё ещё были в смертельной опасности. Она должна была прийти в себя и подняться. Она обязана помочь им хоть как-нибудь.

Дерево попало в поле её зрения… Или оно было тут и раньше. Да, теперь единорожка поняла, обо что ударилась, пролетев по воздуху. Она покосилась набок, пытаясь высмотреть дракона.

Следующие несколько секунд Рэрити просто наблюдала. Она видела древесных волков, змей и других чудищ Титана, которые устремились к ней, в надежде на лёгкую добычу. А за ними дракон всё ещё держал Пинки Пай прижатой к земле, и огонь уже полился из его пасти бурлящим зелёным фонтаном жара и смерти.

Но эта лава так и не коснулась Пинки. Эпплджек ухватилась и оттянула вниз нижнюю челюсть дракона. Она кричала, стоя в луже расплавленного стекла, пока река пламени лилась над её передними ногами.

Это был не тот крик, который Рэрити никогда больше не хотела услышать. Не отчаянный вопль страдания и боли, а боевой клич — вызов и ярость. Выносливость и стойкость. Эпплджек спасла Пинки Пай, и Рэрити перехватила их гармоническую связь, позволяя каждому неосязаемому достоинству Эпплджек перетечь в её собственную сущность.

Рэрити всегда была в некотором роде беззащитной. Если Эпплджек почти неуязвима, а Рэйнбоу Дэш и Пинки Пай могут уклониться практически от любой атаки, то у Рэрити был только её клинок, который являлся оружием нападения и не давал никакой защиты. Ей всегда нужно было прикрытие Эпплджек, но такова суть фехтомагии.
“Рази наповал, рази быстро, рази первой”.

Это было одним из первых правил, что преподал ей отец. Фехтомагия — это эффективнейший способ убийства. Даже боги полагаются на оружие, чтобы расправляться с врагами.

Рэрити вскочила на копыта, не обращая внимания на почти парализующую боль в боках. Древесный волк атаковал, стремясь ударить до того, как она примет устойчивую позу. Но Рэрити в этом не нуждалась. Она послала в пасть зверя одиночный алмаз, и тот вышел через затылок, пробив голову насквозь. Рэрити перекатилась под вражеским трупом, и каждая тварь, что стояла между ней и драконом, обратила свои взоры к рыцарю-командующему Ордена Ночи.

Изготовившуюся к броску змею рассекло вдоль надвое. Ещё один древесный волк поймал алмазный фрагмент прямо в глаз. Рэрити пронеслась вперёд, попав под душ из крови и щепок, она не оставляла противникам и малейшего шанса.

Шесть секунд огня закончились, и дракон снова схватил Эпплджек челюстями. Он встряхнул головой и, не прибегая больше к огненному дыханию, просто швырнул свою жертву в ближайшее дерево. В месте удара сорвало кору и размозжило слой древесины, а Эпплджек повалилась на землю.

Четыре алмаза обрушились с неба и изничтожили призрачного волка. Следующие три Рэрити послала в новые цели, затем, используя ещё один парящий в воздухе фрагмент как трамплин, прыгнула на ближайшую мантикору. Последовал хлюпающий звук, и мантикора лишилась лапы, а затем фрагмент клинка пробил горло твари. Рэрити переключилась на следующие мишени.

Её движения были безупречны, а вид — бесподобен. Она распределяла внимание между несколькими противниками сразу, выделяя каждому ровно столько алмазных фрагментов, сколько необходимо, чтобы сразить наповал. Она шла через вражеские ряды почти не задерживаясь. И убила всех до единого с убийственной эффективностью.

Когда наконец никого не осталось на её пути, она столкнулась с самим драконом. Вернее сказать, с его хвостом.

Дракон смотрел в сторону Пинки Пай. Он поднял вторую лапу, сверкнув четырьмя смертоносными когтями.

Четыре фрагмента Ворпала засияли чуть ярче.

Рэрити добралась до драконьего хвоста в тот момент, когда её клинок достиг его растопыренных пальцев. Она вскочила на змееподобный хвост, а четыре отсечённых когтя полетели на землю. Дракон взревел, задрав голову, и хлестнул хвостом.

Рэрити была готова.

Она подлетела в воздух, и окровавленная мантия развевалась вокруг неё. Клинок проскочил мимо покалеченной драконьей лапы, когда единорожка призвала его, собирая все фрагменты перед собой.

Расчёт был точен. Рэрити приземлилась аккурат за головой дракона, Ворпал собрался прямо перед ней. Она подкрепила удачный прыжок усилием натренированных за последние месяцы мышц и обхватила драконью шею задними ногами. Дракон замотал головой в попытке сбросить её.

Рэрити решила, что этот цвет не был зелёным. Солдат или даже рыцарь мог бы назвать дракона зелёным, но Рэрити прежде всего была дизайнером. Её чувство цвета не позволяло назвать даже такого злого монстра просто зелёным, ведь этот оттенок очевидно был изумрудно-зелёным.

Грива откинулась назад упругими локонами, мантия свободно развевалась, а блистающий Ворпал проскользнул сквозь небольшой участок тонкой чешуи за драконьим гребнем. Рэрити завопила, потому что это, кажется, то, что нужно делать, когда убиваешь дракона. Она ощутила, что клинок вонзился в мозг чудовища, и разделила Ворпал на фрагменты, превращая содержимое драконьего черепа в кровавый фарш.

Дракон рухнул на землю, и Рэрити почувствовала, как глухой удар отозвался в её теле. Она обратилась к гармонической связи и убедилась, что Пинки и Эпплджек в порядке, и только затем поднялась на копыта и забралась на голову мёртвого дракона.

Пинки Пай была права. Твари Вечнодикого леса снова отступили, сбиваясь в толпу вокруг цитадели своего короля. Армия пони собралась вокруг павшего дракона, все смотрели на Рэрити.

Рэрити оглянулась вокруг и поймала взгляд Эпплджек. Та мотнула головой в сторону обступившего их войска, а её глаза как бы говорили: “Смелее!”
— Драконобоец! — раздался чей-то крик. Рэрити-драконобоец. Ей будет тяжело объяснить это Спайку.

Рэрити вознесла свой клинок высоко в воздух, и отовсюду раздались восторженные возгласы, слившиеся в мощный нестройный хор. Она позволила всему этому пройти мимо себя, чувствуя необычайную отстранённость от азарта сражения. Она была модельером до глубины души. Просто так вышло. что кроме прочего она ещё и сразила дракона.

Развернувшись в сторону цитадели, Рэрити указала туда Ворпалом, и вся армия бросилась туда под очередной призыв: “Воюйте пони!” Спрыгнув на землю, Рэрити присоединилась к Эпплджек, которая освобождала Пинки Пай из хватки мёртвого дракона.

Эпплджек поправила свою шляпу.

— Даже и не подумала бы… ну, что ты… так можешь, Рэр.

— Ага! — Пинки Пай вскочила на ноги, несмотря на свои ранения. — Ты вся такая крутилась, вертелась, а потом запрыгнула на его хвост, и тут я подумала...

— Мы все это видели, Пинки Пай. — заметила Эпплджек.

— Да, — ответила Рэрити. — Ну, дракон был не таким и выдающимся на самом деле, — она вздрогнула от боли в боках. — А вот титулы важны.

Они пустились рысью вдогонку войску, которое уже двинулось через лес. Цитадель маячила впереди, вдоль её краёв светились изогнутые остроконечные символы. Казалось, она стала больше. Подруги подходили ближе. Деревья начали редеть, но армия не встречала никакого сопротивления. Куда пропали все те твари?

Взглянув вперёд, Рэрити догадалась, что, похоже, все они попрятались в укрытия от надвигающегося шторма, который наконец опустился к земле. До Рэрити донеслись крики некоторых бойцов.

Стена воды и ветра уходила на сотни метров в небо. Это были не просто струи воды, летящие почти параллельно земле, омывающие древние деревья и распадающиеся вьющимися узорами. Они сметали прочь каждую ветку и лист, заодно прихватывая верхний слой почвы. И эта буря надвигалась с пугающей скоростью.

Пинки Пай выстрелила гарпуном в дерево и обмотала выпущенный шнур вокруг груди. Эпплджек повалила Рэрити на землю и крепко прижала её сверху. Всё что могла сделать Рэрити — это не уткнуться лицом в грязь.

— Пригнись! — крикнула Эпплджек.

Рэрити посмотрела на подругу и перевернулась на спину. Их лица оказались в сантиметре друг от друга.

— Рэрити, я же велела пригнуться! — единорожка ещё немного поёрзала и высвободила передние ноги. — Угомонись уже! Что ты вытворяешь?

— Твоя шляпа! — крикнула она и прижала копытами шляпу Эпплджек. — Эта вещь практически неуязвима. Я наблюдала всё, через что ей пришлось пройти не для того, чтобы её сдуло сейчас.

Эпплджек закатила глаза и вздохнула, но спорить не стала.

— Просто держись покрепче.

Их накрыла буря.

Мельчайшая взвесь воды ударила в лицо Рэрити. Капельки жалили так, что ей пришлось зажмурить глаза. Ветер навалился на неё, и она плотнее обхватила передние ноги Эпплджек, одновременно крепче прижимая шляпу копытами.

Эпплджек пыталась сказать что-то, но Рэрити ничего не могла расслышать. Свист ветра заполнил её уши, и она прижала их к голове. Лицо Эпплджек было так близко, что Рэрити могла его ощущать даже с закрытыми глазами.

Пегасы не справились. Ураган ударил. А это значит, наконец осознала Рэрити, что они проиграли.

Что оставалось делать остальным солдатам, у которых не было суперстойкой земной пони, под которой можно спрятаться? Цепляться за деревья? Погибать? Подхваченные ветром ветки и сучья колотили по броне Эпплджек. Что случилось с Твайлайт и Рэйнбоу Дэш? Рэрити с трудом могла себе представить, как кто-нибудь летит против ветра такой силы.

Как долго они с Эпплджек смогут продержаться? Поддадутся ли они в конце концов стихии? Или заклятие Титана настигнет их раньше? Сколько секунд ещё отмерено их свободной воле?

— Эпплджек… — попыталась что-то сказать Рэрити, но ветер уносил её слова прочь ещё до того, как они успевали покинуть глотку. Она открыла глаза.

Эпплджек смотрела на неё сверху вниз. Ветер трепал полы её шляпы, а гриву едва не вырывало с корнем. И хотя её лицо было перепачкано сажей, веснушки всё ещё отчетливо проступали. И даже на пороге гибели она сохраняла выражение непоколебимой решимости.

Эпплджек что-то говорила, но слов было не расслышать. Рэрити попыталась прочитать по губам, и, кажется, даже уловила характерный акцент. Подруга кивнула, и Рэрити потянулась к ней.

Ветер прекратился, буря прервалась так же внезапно, как и началась. Рэрити отпрянула и заметила ошарашенный взгляд Эпплджек. Мир пока ещё не прекратил своё существование.

Эпплджек откатилась в сторону, и они обе поднялись на ноги, стараясь изо всех сил смотреть куда угодно, но только не друг на друга. Рэрити уставилась в небо и увидела Рэйнбоу Дэш, несущуюся над верхушками деревьев под громкие овации.

Дэш приземлилась перед Рэрити.

— Мы справились! — заявила она. — Мы перекрутили ураган наоборот и отправили его прямо на Кантерлот! Ну не офигенная ли я?

— Да… — ответила Рэрити. — Офигенная.

Пинки Пай подскочила сбоку и, проскользив по земле копытами, остановилась рядом.

— Ух ты, Дэш! Ты спасла наши жизни!

— Угу… — хмыкнула Эпплджек. — Спасла жизнь нам.

— Ты вроде как разочарована, — Дэш уставилась на подругу.

— Давайте дальше уже… — вмешалась Рэрити, отряхивая гриву.

Дэш наклонила голову.

— Твайлайт вернулась на землю. Она собирает всех в последнюю атаку. Я отвечаю за небо. Там слишком много гарпий. Я буду лететь низко на случай, если вдруг понадоблюсь вам. А вы ведите наступление.

— О! — оживилась Пинки Пай. — Дайте я, дайте мне! — не дожидаясь ответа, она вскарабкалась на спину Эпплджек.

— Пони! — прокричала Пинки Пай.

Рэрити огляделась и увидела, как вокруг на почтительной дистанции собрались бойцы их армии. Они были избиты, потрёпаны и измучены. Всё их внимание было обращено на Пинки Пай.

Пинки вскинула копыто вперёд, указывая на непрерывно растущую цитадель.

— Воюйте!



“Воюйте, пони”.

И они воевали. Потому что Твайлайт отдала приказ. Что ещё им оставалось делать, если она того требовала? Сколькими жизнями она готова пожертвовать прежде, чем они потеряют веру?

Добравшись до границы разрастающегося шторма, Твайлайт сложила крылья — ветер слишком сильно мешал полёту. Она развернулась в воздухе и увидела Вечнодикий лес и кипящую внизу битву.

Под воздушным полем боя, где столкнулись сотни пегасов и гарпий, виднелись крохотные фигурки, сражающиеся среди горящих просек Вечнодикого леса. Вспышка молнии, удар грома — и поле брани предстало перед ней в совершенно ином свете.

Они проигрывали. Беглого взгляда оказалось достаточно, чтобы Твайлайт пришла к такому выводу. С начала продвижения через лес их силы начали рассеиваться, и сейчас армия скорее походила на несколько разрозненных групп. Солдаты ещё держались, но скоро им предстоит выйти на открытое пространство перед самой Цитаделью.

Армия монстров Титана до сих пор была достаточно многочисленной, чтобы окружить и уничтожить пони. Однако у чудовищ не было ни стратегии, ни слаженности действий, они были всего лишь стаей хищников, ведомых одной и только одной целью — убивать пони.

Поначалу убийство чудищ поднимало боевой дух воинов. Хоть эти создания и являлись кровожадными тварями ещё до появления Титана, однако они никогда не покидали леса. Теперь же армия пони вторглась в их дом и чинила над ними расправу. Твайлайт испытывала к монстрам жалость.

Но так было лишь первое время.

Её сомнения улетучились, едва на её глазах мантикора проткнула своим хвостом единорога по имени Квик Фикс. Та же самая мантикора и стала первой жертвой Твайлайт, не без помощи Эквинокса, разумеется. Единорожка пробилась сквозь наложенную на чудищ Титаном магическую защиту и обнаружила, что в их разум вообще никто не вмешивался. Существа из армии Титана были предоставлены сами себе, и они хотели противостоять роду пони. Никакой магии разума. Только то, что Селестия называла влиянием.

Двадцать шесть частиц, наполненных чистой волшебной энергией, кроме одной, поддерживавшей ореол защитной магии единорожки, соединились в два одинаково ярких клинка рядом с Твайлайт. Она не мешкая начала движение сквозь стаи гарпий и пегасов. Сражение в свободном падении поначалу казалось непривычным для Твайлайт, даже с учётом магии Рэйнбоу Дэш, замедляющей полёт и дающей манёвренность. Впрочем, довольно скоро Твайлайт освоилась с пространственной ориентацией. В конце концов, это было одной из основ телепортации.

В небе парило слишком много гарпий и слишком мало пегасов. К тому же её воздушные силы были чересчур разбросаны и мало организованы. Всё, что от них требовалось — прикрывать войска на земле. Им нужно было лететь значительно ниже.

Полёт и падение определённо доставляли удовольствие, которые Твайлайт смогла ощутить лишь мельком. Гравитация потянула её вниз, заставляя падать всё быстрее и быстрее. Воздух толкал её снизу, трепля кобылке гриву и, если бы не защитное заклинание, заставил бы глаза слезиться. Каково это, просто летать забавы ради?

Она оборвала мысль так же внезапно, как оборвала жизнь первой гарпии. Уродливые существа: оперение в форме чешуи, перекошенные рты, птичьи когти вместо копыт. Им едва хватало времени на то, чтобы просто заметить Твайлайт. Не говоря уже о том, чтобы уклониться от клинков и не превратиться в падающие с неба четыре аккуратно нарезанных куска мяса.

Это было разумное существо. Злобное. Определённо дикое. Теперь ещё и мёртвое. Твайлайт требовалось в два раза больше времени и вдвое меньше усилий на то, чтобы чихнуть, чем на то, чтобы убить любое из них. Что она и делала.

Её клинки разделились, устремившись каждый к своей цели, и Твайлайт вскоре пролетела мимо своих относительно медленно движущихся фрагментов Эквинокса. Большинство из них промазали; гарпии были достаточно ловкими, чтобы уклоняться от таких снарядов, и с каждой секундой они обращали всё больше внимания на Твайлайт. Но некоторые всё же попали. Даже небольшого фрагмента было достаточно, чтобы нанести смертельный удар.

Она пристально посмотрела вперёд и увидела свою следующую цель, спикировавшую ей навстречу. Из отвратительной пасти гарпии вырвался пронзительный вопль. Твайлайт действовала молча, её безучастный взгляд ничего не выражал.

Единорожка двигалась гораздо быстрее гарпии. На миг их столкновение оглушило обоих, но Твайлайт всё же обхватила гарпию передними ногами. Она почувствовала, как когти вжимаются ей в спину, но не могут проколоть усиленную магией единорогов и земных пони кожу. Это было не проще, чем забить гвоздь в кусок стали.

Твайлайт ударила лбом по морде гарпии, и та размозжилась, словно упавший арбуз. Кобылка почувствовала, как слабеет захват, и выпустила гарпию из копыт, позволив телу упасть.

Фрагменты клинка летели рядом с ней дождём падающих звёзд, что впивались и вспарывали визжащих от ужаса гарпий. Ни одна из них даже не пыталась её убить.

Падая к своей следующей цели Твайлайт закружилась в воздухе, и, обхватив шею существа, сделала кувырок назад. С магией земных пони свернуть шею было не сложнее, чем сломать хворостинку.

Она продолжала падать, попутно уничтожая врагов копытами, не идущими ни в какое сравнение с фрагментами Эквинокса. Большинству врагов хватало ума, чтобы убраться от них подальше, но не всем хватало для этого скорости. Она уничтожала гарпий десятками.

В поле зрения Твайлайт мелькнул пегас. Она поняла, что падала достаточно долго, чтобы поравняться с основной группировкой воздушных войск. Фрагментам Эквинокса пришлось задержаться, чтобы не поранить пони, сражающихся с гарпиями. Настало время сменить тактику.

Два клинка вновь соединились из фрагментов, и Твайлайт закрыла глаза, используя магические чувства. Она отыскала несколько десятков ближайших к себе гарпий, и отложила в памяти их местоположение.

Затем она телепортировалась и пронзила гарпию в грудь, мгновенно убив чудище и освободив схваченного им пегаса. Жеребец едва успел прийти в себя прежде, чем Твайлайт опять исчезла.

Следующую гарпию она разрубила поперёк и пополам. Ей требовалась всего четверть секунды на то, чтобы убить одну цель и переместиться к другой. А от неё к третьей.

Она металась между своими противниками, не всегда при этом падая вниз. Она рвала их на части, отрезала головы, останавливала биение сердец — делала всё, чтобы покончить с гарпиями как можно скорее и двигаться дальше.

И так она спасала жизни — рассекая истошно вопящих монстров надвое. Одним убийством за другим. Всего за десять секунд ей удалось очистить воздух от более чем тридцати чудищ.

Она поддерживала себя в воздухе телекинезом, окутав копыта устойчивым аметистовым сиянием. Пегасы с трепетом наблюдали за ней. Их крыло полностью уцелело, а стая гарпий погибла в считанные секунды. Неудивительно, что они считали её богиней.

— Капитан Спитфаер, — обратилась Твайлайт. Ещё падая, она подметила, что этой группой командовала одна из Вандерболтов. Возможно, единорожка даже спала ей жизнь.

Спитфаер спикировала к Твайлайт и отсалютовала ей в полёте:

— Генерал?

— Возглавьте воздушные силы. Мне нужна самая крепкая группа, какую ты сможешь собрать, для поддержки наземных войск во время штурма Цитадели. Я планирую задействовать войска для скоординированной атаки. Приказ ясен?

Спитфаер кивнула:

— Так точно, мэм.
“Воюйте, пони”.

Она могла отправить всех их на смерть, и они бы беспрекословно подчинились. Неужели они взаправду считали её непогрешимой? Она ведь просто исполняла свой долг, как и любой другой в этом чудовищном бою.

Твайлайт так и не решила, какой боевой клич ей использовать, и позаимствовала его у Рэйнбоу Дэш:

— Гром и молния!

Все пегасы, включая Спитфаер, ответили на призыв:

— Крылья и сталь!

В конце концов, любая поддержка со стороны Твайлайт пойдёт им на пользу.

Она позволила обволакивавшей её копыта магии рассеяться и рухнула вниз. Под ней расстилался лес, и теперь, когда она оказалась на границе шторма, он казался ещё больше. Она хорошо рассмотрела свою первую цель; сейчас пони были практически разгромлены. Сквозь деревья Твайлайт наблюдала за тем, как всё прибывающие монстры одну за одной сметают шеренги пони. Скорпионы своими клешнями перекусывали тела воинов пополам, пауки протыкали их молниеносными ударами ног, а древесные волки, нападая группами, окружали упавшую добычу.

И, подобно пони, с которыми они сражались, монстры выстроились в линию.

Твайлайт зарядила магической энергией все фрагменты клинка и запустила их вниз. Прорезав воздух, некоторые из них застали врасплох нерасторопных чудищ, хотя те не были мишенью для Твайлайт. Её целью была земля, в которую она и попала: теперь двадцать шесть взрывоопасных источников магической энергии затаились совсем рядом с шеренгой пони.

Они взорвались сразу после того, как Твайлайт выправила траекторию падения и зашла на посадку. Она разместила осколки так, чтобы взорвать их как можно ближе к её солдатам, при этом не навредив им. Но из-за этого уцелело и несколько чудовищ. Оставшимися тварями ей придётся заняться лично.

Она врезалась в лесную подстилку одной ногой, используя импульс падения для движения сквозь рассеянный строй противника.

Первой пала мантикора, сражённая возвращающимися к хозяйке фрагментами Эквинокса. Следующим стал древесный волк, которого кобылка ловко заколола.

Пони только начинали приходить в себя после взрыва и обращали внимание на Твайлайт: светящееся фиолетовое пятно, что играючи металось между их рядами и убивало всё, к чему прикоснётся. Вот так Твайлайт спасала жизни.

Она опрокинула скорпиона и пропустила через его мозг двадцать шесть осколков пылающей энергии. Единорожка приземлилась, перекатилась под ногами паука и убила того призванным Эквиноксом, попутно стерев копытами в порошок голову древесному волку.

Вопрос победы или поражения перед Твайлайт не стоял: жизнь и смерть предназначены солдатам, что сражались под её командованием. Перед Твайлайт стояла проблема эффективности и времени, ведь её сила не имела значения: если они не смогут добраться до Цитадели, то род пони перестанет существовать. А она не могла самолично убить каждое чудовище из армии Титана. У неё просто не хватило бы времени.

Пока Эквинокс вершил расправу над растительным элементалем, Твайлайт лягнула нечто похожее на небесную медведицу, отправив ту в тёмные заросли. Титан внушил этим тварям приказ убить их. А что сделала Твайлайт с родом пони? Она заставила его сражаться за неё до последнего. Они умирали за свою героиню, своего мастера-генерала, свою новую богиню.

Последний монстр, оказавшийся василиском, развалился на четыре части, после чего клинки Твайлайт заняли позицию позади неё. Единорожка заклинанием счистила со своего тела кровь и сукровицу, и за её спиной взметнулось красное-чёрное облако тумана.

— Пони! — воскликнула она так, будто каждый из присутствующих и так не смотрел на неё с благоговением.
“Я такая же, как вы, — хотел закричать она. — Не смотрите на меня так. Дорога из сотен трупов отсюда и до Понивилля доказывает, что я — не та пони, которой, как вы думаете, я являюсь”.

— Перегруппируйтесь и присоединяйтесь к следующей дивизии. Вам необходимо двигаться к Цитадели против часовой стрелки. Ждите решающей атаки на границе леса. Всё понятно?

Ответом Твайлайт стал смешанный хор одобрения.

— Хорошо, — сказала она. — Я возглавлю эту атаку. До той поры… — она сделала вдох, — берегите себя.

Затем она исчезла, телепортировавшись к другому скоплению блокированных пони. Кобылка приземлилась в центре участка леса, очень похожего на предыдущий, только ещё окружённого чудовищами. Твайлайт сразу же принялась за дело.

Она была Астор Корускар, когда прорубалась сквозь живую плоть так легко, как если бы та была дымкой тумана. Она была принцессой Террой, когда рвала на части противников, защищая саму себя. Она была ими обеими в битве, но ни одной из них разумом. Её действиями управлял гармоничный ум принцессы Селестии, что хладнокровно продумывает свой следующий шаг, пока разыгрывает сольную партию. Она убивала тварей, и ничего при этом не чувствовала, потому что она была королём Титаном, а они перед ней — ничтожеством.

Она была кем угодно, только не Твайлайт Спаркл. Твайлайт Спаркл не смогла бы этого сделать. А возможно, и смогла бы. Твайлайт Спаркл была мастером-генералом Селестии и Богоборцем. Твайлайт Спаркл была совершенна. Просто она слишком сильно старалась походить на ту кобылку, быть Твайлайт Спаркл.

Её провал был неизбежен. Нет такой пони, которая смогла бы находиться везде и сразу, и она не стала исключением. Невзирая на уже понесённые потери, она приказала всем отрядам перегруппироваться.

А ещё она оказывалась посреди уже проигранного сражения. Слишком поздно телепортируясь, Твайлайт понимала, что окружена лишь павшими. Чудовища, отвлекаясь от трапезы, чуяли присутствие новой богини рода пони, а Твайлайт, подобно принцессе Терре, карала их за свой провал.

В итоге, собранные вместе силы оказались куда более скромными, чем предполагалось. Они понесли просто колоссальные потери. Фактически, если верить “Воюющим пони”, её армия должна была растерять боевой дух, сломать построение и панически бежать. Была ли их преданность Твайлайт настолько сильной, или же воины просто осознавали, что это была их последняя схватка?

Твайлайт телепортировалась и очутилась посреди авангарда. Хотя бы здесь строй ещё держался, отчасти благодаря её подругам. Спустя несколько секунд она помогла им разогнать оставшихся чудищ.

Разбитые и сломленные, пони выжидающе смотрели на неё меж редеющих деревьев Вечнодикого леса. Твайлайт вновь ощутила на себе этот ненавистный ей взгляд. Она могла слышать, как они бормотали её имя, перешёптывались друг с другом о появлении их спасительницы. Твайлайт тряхнула плечами и глубоко вдохнула. Пришло время перестать барахтаться в луже личностного кризиса и сосредоточиться на поставленной задаче: захвате Цитадели.

— Остальные войска движутся к нашим позициям! — крикнула Твайлайт. — Когда они будут здесь, мы заново перегруппируемся и атакуем Цитадель единым фронтом. Вся армия Титана находится там. Это ваша последняя возможность отдохнуть.

Твайлайт решила, что им необходимо прийти в боевую готовность менее чем за пять минут. Зарядка заклятия подходила к концу. Она ощущала это.

Она подошла к своим подругам. Рэйнбоу Дэш щеголяла бесчисленными шрамами и, судя по всему, новой парой очков. Нога Пинки Пай была всё ещё забинтована и не касалась земли. По крайней мере сейчас кобылка выглядела куда более счастливой. Твайлайт задалась вопросом: что стало причиной перемены её настроения?

На первый взгляд с Рэрити всё было в порядке, но вскоре Твайлайт заметила, как тяжело дышала единорожка. Более того, она продолжала ерзать, будто переживая о чём-то. Хотя конец света был вполне оправданной причиной для переживаний.

Эпплджек выглядела абсолютно невредимой, а её броня была едва поцарапана. Она могла сохранить идеально здоровый вид до самой смерти.

Твайлайт смотрела на них, размышляя над тем, что сказать. Какие слова способны вместить в себя всю полноту испытываемых по отношению к четырём кобылкам чувств? Как ей выразить свои тревогу, признательность, вину и нужду?

Она чувствовала себя глупо, стоя перед ними в своём одеянии. Твайлайт Спаркл не была их богиней. Для них Твайлайт Спаркл была их подругой, библиотекарем, и немного занудой.

— Спасибо вам, — сказала она.

Эпплджек удивленно наклонила голову:

— За что?

— За то, как вы смотрите на меня, — Твайлайт повернула голову в сторону армии пони. — Они смотрят на меня так… как они всегда смотрели на Селестию. Для них я — идеал. Кумир. И не важно, как сильно я стараюсь быть той пони, которой, по их мнению, я являюсь, как сильно стараюсь заслужить их доверие — я терплю неудачу. Пони умирают. Это замкнутый круг.

Повисла тишина.

— Эм, всегда пожалуйста? — сказала Эпплджек.

Твайлайт смотрела на подругу, поражаясь тому, как её шляпа всё ещё существует.

— Ах, да, — сказала она. — Конец близок. И мы в первых рядах.

— Кто бы сомневался, — усмехнулась Дэш.

— Мы сделаем это, и сделаем вместе, — сказала Твайлайт. — Если опыт и научил нас чему-нибудь, то лишь тому, что пытаться мне удирать в одиночку — самый плохой план из всех возможных.

Пинки Пай хихикнула. Эпплджек и Рэйнбоу Дэш переглянулись.

— А мы всё гадали, когда же ты это поймёшь, дорогуша, — сказала Рэрити.

— Теперь ты можешь перестать умирать! — воскликнула Пинки Пай.

— Спасибо, — Твайлайт снова повернулась к войскам. — Я всё подготовлю.

Она подумала о телепортации, но решила немного пройтись. У них было какое-то время.

Через некоторое время Твайлайт снова стояла перед армией пони, готовая вести их через лес в последнюю атаку. Цитадель маячила позади неё, возвышаясь над деревьями и уходя в безоблачное небо.

— Пони, — сказала Твайлайт. — Это конец. Вот так мы вернём себе наш мир. Одним решающим наступлением решится всё, и они знают об этом. Вы уже видели их в битве. Они больше нас. Сильнее.

— Не сильнее тебя! — выкрикнул кто-то. — Богоубийца!

— Богоубийца! — заревела толпа.

Твайлайт выждала время, пока не стихнут крики.

— Не сильнее нас, — сказала она. — Потому, что пока мы сражаемся армией из множества пони — мы сражаемся как один. Они — толпа тысячи кошмаров, но мы — гнев целого народа!

— Пони! — крикнула Твайлайт. — Это наш последний час. Поддерживайте друг друга. Сражайтесь друг за друга. Действуйте сообща, ибо в этом есть наша истинная сила.

Она сформировала Эквинокс и подняла его, готовясь подать сигнал к атаке.

— И ты ещё думаешь, что не заслуживаешь их верности, — тихо сказала Дэш.

Твайлайт призвала из ясного неба молнию, и тонкий разряд, прорезав воздух, ударил в Эквинокс. Она почувствовала, как клинок поглощает энергию и концентрированную мощь стихий. Она даже не знала, что так может: единорожка вызвала молнию, чтобы добавить драматичности. Ей стоит учесть и запомнить этот эффект.

Копыта Твайлайт обрушились на землю позади её подруг и перед бесконтрольно бегущей армией. Ей не было нужды оглядываться, ведь она знала, что все следуют за ней: её друзья, её войска. Подлесок редел. Деревья истончались. Твайлайт могла видеть впереди то место, с которого они ворвались на поляну перед Цитаделью.

Всего час тому назад Титан поднял из земли древнее сооружение, разломав плато и разорвав лес на части. Затем он, по-видимому, разметал обломки, уложив деревья слишком близко к месту взрыва.

В результате вокруг Цитадели образовалась обширная яма всего на несколько метров ниже уровня остального леса. Раздробленные куски плато, разбросанные по округе и вдавленные магией Титана в землю, сформировали новый ландшафт. Некоторые были не больше куска гравия, другие же размером с амбар. Но в любом случае по ним было проще передвигаться, чем по вязкой лесной почве.

Твайлайт увидела приближение врагов и стиснула зубы.

Вокруг цитадели было полным полно отвратительных чудовищ Титана. Всё кишело ими. Тысячи скользких мерзостей и кошмарных существ копошились в яме, вопя и огрызаясь на скудное войско пони.

Их было так много. И ещё больше было на подходе: из отдалённых окраин Вечнодикого леса выползали всё новые тени. Тысячи против сотен, все они толпились в последней паре километров перед Цитаделью Гармонии.

Создания значительно превосходили их числом и обладали преимуществом в бою. Это было нечестно. Но то же самое можно было сказать и о силе Титана и всей этой войне.

Копыта бежавшей навстречу врагу Твайлайт Спаркл ударялись в грязь, сминая редеющую траву. Она чувствовала дрожь от топота сотен других следовавших за ней пони. Воздух здесь был очень свеж, и в нём едва заметно пахло хвоей, обманчиво умиротворяя. Добежав до края ямы Твайлайт открыла рот и закричала.

Она разделила Эквинокс и расщепила своё сознание надвое. Одна часть взяла контроль над огромным количеством боевых заклятий, а вторая получила остальную магию. Каждая часть взяла себе по клинку.

Затем она, оттолкнувшись от края ямы, прыгнула. В тот момент она на мгновение почувствовала, будто мир замер. Она находилась в воздухе, надвигалась на армию Титана, её плащ развевался, а четверо подруг летели позади неё.

Неужели прошло всего два месяца? Даже один, в случае с Твайлайт? Из обычной группки городских пони они превратились в образцовых героев. Сейчас они были орудиями войны. Каждая из них была практически неуязвима и смертельно опасна.

Чудовища Вечнодикого леса смотрели своими фасеточными глазами и пустыми глазницами, ожидая смертных пони себе на растерзание.

Но вместо этого им попалась Твайлайт Спаркл.

Её копыта коснулись земли в ту же секунду, как равные части Эквинокса обнаружили и убили две цели. Она крутанулась и перепрыгнула через падавший труп скорпиона, ветер взревел в её ушах. Единорожка разбила свой клинок и метнула фрагменты в скопление врагов.

С каждым монстром, которого она не могла убить, разбирались её подруги. Рэрити схватила паучьи ноги, а затем ловко отделила их от хозяина Ворпалом. Твайлайт махнула сверкнувшим своей сталью в лунном свете накопытным лезвием и зарядила им в глаза другому пауку. Рэйнбоу, за быстрыми движениями которой единорожка не могла угнаться, мигом очутилась позади Твайлайт, прикрыв ту с левой стороны своим до нелепого острым клинком. Эпплджек, крякнув, отправила в полёт стаю древесных волков, разломав их деревянные тела своими бронированными копытами.

А потом с края ямы на поле битвы высыпали пони, пылая гневом целого рода. Единороги выстреливали разрушительными залпами из кусков стали и всего, что только попадалось под копыта. Земные пони набрасывались на врагов, пытаясь задавить их или пронзить сжимаемым в зубах самодельным оружием. Над ними ударная группа пегасов схлестнулась с гарпиями Титана, оставляя мёртвых тварей падать и разбиваться о землю.

Они продвигались вперёд. Твайлайт поняла, насколько просто можно было затеряться в хаосе. Лес тут не помогал: враги уже не были так рассредоточены и не наступали по одному. Они толпились вокруг, а воздух сгустился от крови и слизи. Твайлайт сражалась неистово: частицы клинка пресекали всякую возможность для чудовищ нанести смертельные удары по её войскам.

Разделываясь с существами Вечнодикого леса Твайлайт пыталась понять, насколько далеко им нужно было ещё продвинуться. Чтобы выиграть бой, требовалось сломать боевой дух противника — способов убить абсолютно всех просто не существовало. Но что смогло бы испугать армию Титана и обратить её в бегство, когда за ними было такое численное превосходство?

Сражение шло, и неважно, сколь многих чудищ она убивала — на смену им приходило ещё больше. Твайлайт начинала паниковать всякий раз, когда взглядом встречалась с армией. Стоило ей отвернуться, как образы умирающих солдат ещё долго маячили перед глазами.

Она наблюдала за тем, как древесные волки вспороли живот земному пони и принялись делить его внутренности. Она видела, как единорога практически надвое разрезало жало скорпиона, как паук прижал одну из кобыл к земле, а затем передней лапой пробил дыру в её груди. Он наносил удары снова, и снова, и снова… пока Твайлайт не уничтожила арахнида взмахом клинка.

На мгновение Твайлайт позволила себе посмотреть на кобылку. Она хотела извиниться за то, что не могла спасти их всех. Но та уже была мертва: её глаза застлало пеленой, а кровь сочилась из уродливых ран, растекаясь вокруг багровой лужей.

Твайлайт понимала, что от такого она должна была прийти в ярость. Она обязана была повернуться и атаковать армию Титана с удвоенной силой. Но вместо этого она, ворвавшись в ряды противника, почувствовала едва ли не оцепенение. Им не одолеть такую орду. Твайлайт привела их в смертельную ловушку.

Хуже всего было то, что она сделала бы это снова, появись у неё второй шанс. Покорно принять власть Титана и подчиниться ему никогда не было выходом ни для неё, ни для всего рода пони. Они должны были бороться, но каким бы великим ни был мотив — они оставались всего лишь простыми смертными.

Твайлайт знала, что впадать в отчаяние ей нельзя. Луна столь многое ей показала. Даже если их безнадёжно превосходили, даже если ей невыносимо смотреть в глаза мёртвым пони, единорожка не могла сдаться. Они победят. Они обязаны победить.

В тот момент она услышала, а точнее, почувствовала его. По земле прокатился звук. Глубокая слабая вибрация, будто пара валунов вместе бьются оземь. Твайлайт едва хватило времени задаться вопросом о том, что это было, прежде, чем снова ринуться в бой.

Однако вскоре звук повторился, гораздо громче, чем в первый раз. На сей раз Твайлайт поняла: это был рёв.

Все твари армии Титана остановились и стали отходить назад по разломанной равнине. Твайлайт следила за тем, как они с ужасом отступают.

— Стоп! — скомандовала она своему войску. — Замрите!

Прежде чем отдавать приказ возобновить схватку, Твайлайт нужно было понять, что происходит. У неё было предчувствие, что это что-то нехорошее.

Раздался грохот. Её накрыло волной звука, будто кто-то ударил в невероятно большой барабан. Снова прозвучал рёв.

Твайлайт увидела, как в вышине погасли звезды, будто большая часть неба просто исчезла. Или, точнее, что-то закрыло её от взора.

Что-то гигантское и идеально чёрное. По плато прокатился рокот.

— Дракон, — прошептала Твайлайт. — Эксакктус.

Издаваемый им рёв теперь был оглушителен. Пони закрыли уши.

— Получается, что это… — начала Эпплджек.

— Флаттершай… — Пинки Пай посмотрела в небо.

От взмаха крыльев дракона их гривы взъерошились, а контуры его тела принимали очертания на фоне ночного неба.

— У неё не получилось, — прошептала Рэйнбоу Дэш.

Рэрити встала позади Твайлайт, не в силах оторвать взгляд от надвигающегося дракона.

 — Твайлайт, — сказала она, её глаза наполнились слезами. — Если я произведу тебя в рыцари, ты ведь убьёшь его для меня?

Эксакктус широко расправил крылья, чтобы подлететь к ним ближе. Он был огромен — размером с главный зал дворца Кантерлота. Твайлайт не знала, сможет ли она сразиться с ним. Его огонь может мгновенно прикончить её, если она не будет соблюдать осторожность.

Неужели он убил Флаттершай? Или Флаттершай не сумела даже добраться до его логова? Или она стала жертвой другого монстра, пока бродила в темноте леса? Испытывала ли она страх в последние минуты жизни? Была ли её смерть быстрой и безболезненной?

Твайлайт позволила ей уйти. Первая из её подруг отдала свою жизнь ради спасения рода пони. Единорожка чувствовала, что Флаттершай не будет последней.

Станет ли Твайлайт свидетелем того, как все они сегодня умрут? Неужто она будет медленно лишаться всех своих сил и друзей до тех пор, пока от неё не останется ничего, кроме маленькой испуганной единорожки посреди полного трупов поля? Успеет ли она потерять рассудок перед смертью?

Знакомая мелодия из пяти нот пронеслась над Вечнодиким лесом.

Твайлайт никогда ещё так не радовалась, не чувствовала такого облегчения, слыша чей-то голос — да вообще что угодно — как услышав песню Флаттершай.

Она поняла, что не потеряет их. Никого из них. Они были для неё единственным стимулом для борьбы, единственной опорой благоразумия в этом безумном мире. И если они погибнут, Твайлайт погибнет с ними.

Твайлайт удостоверится в том, что её друзья выживут. Неважно, придётся ли ей при этом шагать по трупам богов или других существ.

Эксакктус взревел, следом за ним снова прозвучали последние ноты песни Флаттершай. Да, это был голос Флаттершай, но он был каким-то иным. За ним следовало потустороннее эхо, разносившее его на многие километры.

Внезапно Твайлайт вспомнила ощущение зелёной травы под копытами ясным летним днём, свежий запах бутика Карусель вместе с мягким шелестом ткани и лёгким мурлыканьем Рэрити, приторно-сладкий привкус одного из кексов Пинки Пай на языке.

Эксакктус принялся низко парить над армией Титана, нагоняя поток ветра между землёй и своими огромными крыльями. Дракон широко открыл пасть, и воздух наполнился шипением извергающегося вулкана. Твайлайт смогла различить маленькое тельце верхом на его шее: жёлтое с розовым, едва не срываемое мощными потоками воздуха. Флаттершай.

Огонь Эксакктуса словно пожирал сам свет. Он вырвался из его раскрытой пасти растекающейся чернильной лужей, накрывая всё, что находилось на земле. Дракон хлопал крыльями, проносясь огромной тушей над армией Титана.

Он приземлился аккурат между Твайлайт и Цитаделью, посреди легиона монстров, прижав десятки из них огромными когтями. Взмах его хвоста убил ещё полсотни тварей, после чего дракон снова сделал шипящий вдох.

Флаттершай опять пропела короткую мелодию, и волна тёплых ощущений снова накрыла Твайлайт: хруст моркови, которую грызёт счастливый кролик; Рэйнбоу Дэш, с довольной ухмылкой взъерошивающая гриву; Эпплджек, кидающая ей потёртое о седельную сумку яблоко.

Твайлайт не понимала, как, но Флаттершай успокаивала целую армию перед угрозой в лице самого крупного дракона, которого никто не видел уже тысячи лет. Эксакктус был на их стороне. Не было причин для волнения. Всё должно быть хорошо.

Орда Титана отступала с рёвом и воем, прочь от извергавшего ещё один сгусток совершенно чёрного пламени Эксакктуса. Они оббегали Цитадель, уходя врассыпную с низины. Те из них, кто оказался заперт между драконом и армией, бежали в сторону Твайлайт. Они предпочитали столкнутся лицом к лицу с войском пони, чем с Эксакктусом Чёрным.

Твайлайт не могла их винить. Она видела, как тускнеет драконье пламя, оставляя после себя лишь облака пепла. Могла ли она противостоять чему-то подобному?

Сейчас отступавшие твари фактически шли в атаку, несясь по разломанной равнине навстречу пони. Это было безумием, отчаянной атакой загнанного в угол существа. Ранее они дрались для того, чтобы убивать. Теперь они сражались для того, чтобы выжить.

Флаттершай спорхнула вниз и приземлилась позади Твайлайт. Все перестали разглядывать Эксакктуса и уставились на Флаттершай.

Тонкие ярко-зелёные лозы почти симметрично оплели её ноги и тело. Распустившиеся на них тут и там парные листья странной формы дополняли непривычный образ. Она выглядела почти одичавшей, как первобытный воитель, пришедший показать гнев природы.

Голову пегаски оплела постоянно растущая и меняющая форму корона, зацепившаяся шипами за кожу. Несколько струек крови сбегали с тех мест, где терновый венец впивался в плоть. Как там в былые времена называли Терру? Принцессой леса.

Её грива клубилась и гладила мордочку, но за этой нежно-розовой аурой скрывалось суровое выражение лица.

— Флаттершай, — сказала Твайлайт. — Ты выглядишь…

— Пугающе, — добавила Рэрити.

Флаттершай по очереди посмотрела на каждую из подруг, и едва заметная улыбка коснулась её отстраненного лица. Она повернулась к атаковавшим монстрам.

— Они убивают друг друга, — сказала она, её голос сопровождал властный гул. Твайлайт поняла почти сразу: похожим голосом пользовались аликорны.

— Это — их путь, — продолжила Флаттершай. — Они дерутся, убивают и умирают ради пищи. Ради территории. Ради спаривания. Они могли бы жить в нашем мире, но не стали. Такова их сущность. Таковыми они хотят быть.

Топот конечностей противников раздавался всё ближе и ближе, но ничто не могло заглушить мелодичный голос Флаттершай.

— Так же, как паук ловит муху, а ящерица ест паука — они убивают и умирают сами. Это — их путь, — Флаттершай посмотрела мимо Твайлайт, туда, где лежали трупы их павших воинов. — И всего на одну ночь, — сказала она мягко, поворачиваясь обратно к сражению, — это и мой путь тоже.