Удивительные приключения Пинки Пай

Самое обычное утро Понивилля, тишина и покой. Но Пинки-чувство предупреждают одну определённую пони о том, что вот-вот опять произойдёт фанфик с Мэри Сью в главной роли. Но дела обстоят настолько ужасно, что хуже и быть не может - в город вторгнется не один омерзительный персонаж, а сразу два! Под угрозой сама ткань пространства и времени, два ОС-пони сталкиваются лицом к лицу в сражении за своё превосходство и только Пинки может спасти четвёртую стену от разрушения. Мы обречены.

Твайлайт Спаркл Пинки Пай ОС - пони

Затмение II.Пламенное сердце

После моего случайного попадания под барьер рудников я сильно изменилась – стала злее, страшнее, озлобленней и нажила себе самого страшного врага – Найтмер Мун. Она будет против меня с самого начала. Я встречу старых друзей, заведу новых и пройду вместе с ними через самую страшную бурю. Чьё сердце горит ярче солнца, тот никогда не заблудится

Пинки Пай Принцесса Луна Другие пони Найтмэр Мун

Дух Очага

Твайлайт Спаркл всегда была весьма пунктуальной и организованной пони. Каждое её действие было следствием долгой и упорной работы, а также невероятного мозгового штурма. Вот только нужно ли это для празднования Дня теплого Очага?

Твайлайт Спаркл

Бриллиант в серебряной оправе

Настоящие друзья нужны даже тем, кто на первый взгляд их совершенно не достоин.

Эплблум Скуталу Свити Белл Диамонд Тиара Сильвер Спун

Последняя Ночь Кошмаров Пинки Пай

Пинки Пай любит Ночь Кошмаров. Она любит также одеваться, ровно как и конфеты. Больше всего ей нравится разыгрывать пони. Но однажды она зашла слишком далеко.

Рэйнбоу Дэш Твайлайт Спаркл Пинки Пай

Холиайс

Не все грифонихи находят себе хороших хозяев. Впрочем, бывает же и хуже?

ОС - пони Человеки

Проблемы и сложности попытки назначить свидание Твайлайт Спаркл

После многих лет принцесса Селестия таки поняла, что влюблена в Твайлайт Спаркл. Теперь она твердо намерена ей признаться. Многие пони и не-пони пытаются ей помочь, и поднимается столько хаоса, что Дискорд ушел в отпуск и в этой истории не появится вообще.

Принцесса Селестия Принцесса Луна Кризалис Принцесса Миаморе Каденца Шайнинг Армор

Что такое Энджел... (пародия на пародию)

Да, сперва была «Что такое осень» ДДТ, затем она как-то плавно перетекла в «Что такое кролик», а теперь вот… Итак…

Флаттершай Принцесса Луна Энджел

Через тернии

Что, если бы события на свадьбе в Кантерлоте закончились не в пользу пони?

Твайлайт Спаркл Спайк Зекора ОС - пони Кризалис

Семью не выбирают

Коротенькая зарисовочка о повседневных делах внучки Локи.

Принцесса Селестия

Автор рисунка: aJVL
Глава 22 - Конец войны Глава 24 - Конец

Глава 23 - Эндшпиль бессмертных

Твайлайт поймала взгляд Флаттершай, и они кивнули. Эквинокс перед единорожкой слился в сплошной клинок, и она воздела его над головой, дабы завладеть вниманием уцелевших войск.

— В последний раз! — выкрикнула она и опустила клинок, указывая им на наступающее войско. Твайлайт вскинула голову и одарила чудовищ Титана властным взглядом. — Ради завершения войны!

Обезумевшие и загнанные в угол твари Вечнодикого леса уже подступали. Твайлайт не нуждалась в каких-либо вычислениях. Она знала: победа будет за пони.

Флаттершай издала звук, один-единственный жуткий вой, который практически сразу же оборвался. Во все стороны от неё словно бы прокатилась волна, когда песнь достигла ушей солдат. Казалось, что они сбросили часть своей усталости, выпрямляясь и концентрируясь на битве.

Твайлайт тоже это слышала. Песнь наполнял образ Рэйнбоу Дэш, которая делала обратные сальто, то и дело прорывая гряду облаков. Было ли то воспоминанием Флаттершай, или просто чувствами, связанными с ним?

Первым на пути единорожки встал огромный скорпион, и она сразилась с ним вместе с Рэйнбоу Дэш. Скорпион ударил жалом, но ядовитое острие врезалось в землю — Твайлайт проскочила мимо. Она рубанула Эквиноксом по ногам твари, и четыре из них, подергиваясь, упали на землю.

Скорпион отпрянул, но Дэш, расправив крылья, уже взмыла в воздух и пролетела мимо гигантского насекомого, вращаясь, как танцовщица. Свистнув в воздухе, её клинок отсек противнику хвост.

Дэш приземлилась, и они бок о бок двинулись навстречу полчищам врагов. До их ушей донесся хруст, когда Эпплджек раздробила хитин скорпиона и раздавила ему мозг.

Следующие несколько минут для Твайлайт прошли как в тумане. Она помнила, как со всех сторон на неё и Дэш наседали чудовища, но натыкались лишь на магию или сталь. Сообща подруги двигались невероятно быстро, подныривая под лезвия друг друга, одновременно разрезая врагов на части. Клинки Твайлайт распадались и собирались, Дэш призывала гром и молнию — и они в считанные секунды проредили полосу в рядах противника.

Со вспышкой фиолетового света Твайлайт телепортировалась от Рэйнбоу Дэш к Рэрити. Она очутилась в середине кишащей своры пауков и мантикор и подняла переднее копыто, о которое тут же разбилось жало, нацеленное в грудь Рэрити.

Прозвучала ещё одна пронзительная нота от Флаттершай. Твайлайт почувствовала, как Рэрити велит ей говорить громче, а следом — уверенность в том, что Рэрити выслушает. Да, это определенно были воспоминания Флаттершай.

Мантикора зарычала от боли, отдергивая свой изувеченный хвост, но Твайлайт не теряла времени даром. Она подлетела вверх и назад, и четырнадцать сверкающих алмазов Ворпала пронеслись под ней, вонзившись в незащищенную плоть.

Переворачиваясь в воздухе над Рэрити, Твайлайт подняла взгляд и увидела напротив себя пауков. Она разъединила Эквинокс и метнула фрагменты клинка. Её копыта коснулись покрытой гравием земли как раз в тот момент, когда верещание иссечённых пауков достигло ушей.

Она пригнулась, и Ворпал пронесся над ней. Рэрити перекатилась, и за ней вспыхнул Эквинокс. Сверкающий алмазный и пылающий магический, их клинки восстановились, и кобылки подпустили врагов поближе. Они фехтовали точно близнецы; стилям Астор или Терры Твайлайт предпочитала стиль Рэрити.

Неожиданно Твайлайт поняла, что использовала слишком много единорожьей магии. С того момента, как они встретили врага в Вечнодиком лесу, она сражалась практически непрерывно, и, чтобы не заработать магическое истощение, ей необходимо было сделать перерыв. Она старалась быть сдержанной, используя только фехтомагию, телепортацию и ничего серьёзного, но всё равно слишком себя напрягала. Настало время передохнуть.

Как раз в то время, когда Твайлайт отпрыгнула в сторону, Рэйнбоу Дэш стремительно метнулась на землю к Рэрити, дабы прикрыть беззащитную единорожку, пока та уничтожала врагов. Твайлайт спрятала Эквинокс и, прокатившись под брюхом у паука, задними ногами смяла ему подбрюшье.

Прозвучала очередная мелодия от Флаттершай. Это уже с трудом походило на её голос. Твайлайт ощутила как волнуется, наблюдая за Эпплджек, скручивающей борова, и в то же время подбадривает её. И уверенность в том, что Эпплджек всегда будет терпелива по отношению к ней.

Эпплджек пинком отшвырнула умирающего паука от Твайлайт и помогла подруге подняться на копыта; на её лице застыла мрачная решимость. Единорожка кивнула ей.

Они снова повернулись лицами к армии Титана, неторопливо встречая самое крупное скопление верещащих свирепых чудовищ. А потом устремились в атаку.

Первой шла Эпплджек, с грохотом несясь вперёд в своих стальных латах. С разбегу она разбросала по сторонам чудовищ размером в три раза больше неё и попросту растоптала их. Твайлайт последовала за ней, с тревогой замечая, что она и в самом деле была слишком легкой, чтобы причинить кому-либо вред, не снижая скорости.

Но смысл был не в самом прорыве. Эпплджек, меся копытами грязь и гравий, затормозила посреди армии Титана. Замысел был в том, чтобы сунуться прямиком в гущу зверей, переместиться туда, где скопление врага было самым плотным, подальше от их собственных войск, и…
“Рэрити?”
Твайлайт остановилась рядом с Эпплджек. Та, глядя в землю, неловко откашлялась.

Твайлайт бросила взгляд на чудовищ, которые сжимали кольцо вокруг них.
“Неважно”.

Надо будет выяснить, почему Эпплджек избегала Рэрити, но как-нибудь в другой раз. Сейчас им предстояла работа.

Их первыми жертвами была стая древесных волков. Вожак прыгнул на Твайлайт, широко разинув пасть — единорожка подставила под укус переднюю ногу. Волк сжимал челюсти всё сильнее и сильнее, до тех пор, пока зубы не впились ей в кожу. Она швырнула волка на землю между собой и Эпплджек, и та разнесла его в груду щепок.

В том, как они принялись сокрушать вражеские ряды, не было ничего особенно утонченного или искусного. Они пинали, лягали и разбивали головы. Хотя Твайлайт, безусловно, совместила уроки, которые смогла почерпнуть у Пинки Пай и Рэйнбоу Дэш, в большей степени они сосредоточились на стиле Эпплджек, основанном на грубой силе. Они обратились дикими зверьми, сражаясь со свирепыми чудовищами.

Краем сознания Твайлайт ощутила зуд.

В сотне метров от неё Пинки Пай затягивала повязку на раненой передней ноге, уставившись на самого большого скорпиона из всех, что доводилось кому-либо видеть. Это был крупный экземпляр с клешнями размером со взрослого пони и жалом, которое могло с легкостью проткнуть одного из его более мелких собратьев. Глаза-бусины насекомого заметили Пинки Пай, и щелчок клешней чётко прозвучал даже сквозь какофонию битвы.

Пинки Пай зарядила лезвием пусковое устройство на здоровой ноге и прицелилась в чудовище, кружась на утрамбованной земле. Она напала на скорпиона, очертя голову бросившись к его клешням со своим удручающе крошечным лезвием. И прыгнула.

Послышалась ещё одна песнь сирены в исполнении Флаттершай. Твайлайт испытала волнение от пребывания в пекарне вместе с Пинки Пай. Неизвестно, что именно за безумную идею Пинки Пай собирается предложить, но несомненно одно ­— что бы то ни было, это будет весело.

Казалось, словно они репетировали это. Твайлайт из ниоткуда возникла под Пинки Пай, схватила её и швырнула в воздух по изящной дуге. Пока подруга находилась в полете, единорожка при помощи магии стянула пусковое устройство, прикрепленное к раненой ноге Пинки Пай.

Пролетев над огромным скорпионом, Пинки Пай кувыркнулась в воздухе и, приземлившись, ушла в перекат. Встав на копыта, она нацелила пусковое устройство паукообразному в спину и выпустила одно из лезвий. Оно с трудом проткнуло хитиновый панцирь животного. Скорпион вообще не заметил ранения.

Второе пусковое устройство обернулось вокруг передней ноги Твайлайт, закрепившись на магнитах и ремнях. Она погрузилась в свою магию единорога, легко касаясь чар, которыми было окутано устройство. Это были её заклинания, и снабдить их добавочной магией не составляло труда. Она потянула лезвие, застрявшее в панцире скорпиона.

Оно беззвучно пронзило огромное насекомое, пробив дыру в его внутренностях, и, оставляя за собой след из слизи, со свистом пронеслось по воздуху, чтобы прикрепиться к передней ноге Твайлайт. Тварь рухнула, но единорожка уже телепортировалась к Пинки Пай. Та зарядила устройство на своей передней ноге ещё одним лезвием и ухмыльнулась окружавшему их полчищу чудовищ.

— Наше кунг-фу… — сказала она, — сильнее.

Твайлайт закатила глаза, хотя Пинки Пай и говорила правду.

Сражение вместе с Пинки Пай всегда было необычным опытом. Вместе они двигались настолько синхронно и близко друг к другу, что с тем же успехом могли быть одним существом — хотя с их магической связью сложно было стать ещё ближе. Боевой стиль Пинки Пай был своеобразным. Они редко использовали разом одни и те же ноги, чтобы продержаться на земле более секунды — и это в том случае, если они вообще опускались на землю.

Твайлайт раскручивала Пинки Пай, как дубинку. По меньшей мере десяток раз они обменялись лезвиями. Лавируя по полю боя, они танцевали на спинах у пауков, проскальзывали под брюхом мантикор, перепрыгивали через древесных волков. На какое-то мгновение Твайлайт совсем позабыла о сути того, чем они занимались, и начала получать удовольствие.

В настоящее её вернуло отсутствие врагов, нехватка целей для убийства. Теперь, когда Пинки находилась в безопасности, Твайлайт распространила магические чувства, ища новую волну.

Но ничего не обнаружила. Они победили.

Заключительная нота. Твайлайт… смотрела на Твайлайт.

Она смотрела на Твайлайт, утратившую самообладание, поскольку её письмо к Селестии запаздывало. Видела растрепанную гриву, дикие глаза, слышала надломившийся голос.

Затем она увидела Твайлайт, отдающую приказы. Принимающую решения. Развеивающую у целого городка страхи перед драконом, организующую самую первую методичную Уборку Зимы. Она видела уверенность Твайлайт, её силу, решительность и тоже почувствовала их.

— Ты считаешь себя недостойной этого, — сказала Флаттершай, беззвучно приземляясь позади подруги.

Твайлайт обернулась, чтобы взглянуть на войско. Её войско.

Хотя они и победили, но находились на пределе своих возможностей. Пони выползали из-под трупов созданий, пятикратно превышавших их по размеру; на их шкурках запеклись кровь и слизь. Разорванные части пони валялись на земле. Как могли эти изуродованные куски плоти когда-то подходить друг к другу и быть целым живым организмом? Твайлайт погрузила их в худший из кошмаров.

Выжившие осматривались по сторонам, глядя на кровавую бойню пустыми взглядами или с лицами, искаженными ужасом. Они толпились вокруг умирающих, смертельно раненных, и пытались подобрать слова утешения. Твайлайт пыталась сообразить, скольких они потеряли.

Скольких пони к этому моменту недоставало, подсчитать было невозможно, но как минимум тридцать процентов, заключила Твайлайт. Тридцать процентов. По идее, солдаты должны были сломиться при потере двадцати. Что заставляло их сражаться — безумие или её присутствие?

— Они любят тебя, — сказала Флаттершай. — Я люблю тебя. Мы все любим тебя. Ты должна понять, Твайлайт…

Раздался звук, подобный усиленному в десять тысяч раз щелканью хлыста. Он сопровождался воющим свистом, который с каждой секундой становился всё ближе и ближе.

Твайлайт нахмурилась, мельком взглянув на Эксакктуса. Дракон с безучастным видом стоял перед Цитаделью, рядом с ним не было ни души. Что бы это ни был за звук, издавал его не ящер.

Она подняла взгляд, обшаривая окрестности при помощи магических чувств.

— Что…

Она почувствовала его практически сразу, прошло всего лишь несколько секунд с тех пор, как раздался звук. Слишком быстрый! Ей едва хватило времени на то, чтобы широко раскрыть глаза.

Снаряд упал далеко позади них, рядом с флангом войска, и взорвался комьями грязи, гравием и камнем. Земля под ногами Твайлайт содрогнулась от близкого взрыва, а сотни пони потеряли равновесие и попадали, когда по безжизненной равнине пробежала чудовищная ударная волна. Сколько солдат только что умерло в одно мгновение?

Раздался звук, похожий на щелканье хлыста. Пронзительный свист, по мере приближения к ним становящийся сильнее.

— Нет, — прошептала Твайлайт.

Действия опередили мысль. Твайлайт распространила свои магические чувства — дальше, чем когда-либо — и обнаружила приближающееся боевое заклинание. Оно было несложным по своей конструкции, но не простым. Сеть чар, созданная для того, чтобы прорвать любую защиту и высвободить неизмеримое количество силы. Она пыталась повлиять на магию, распутать её и уничтожить заклинание. Титан выстроил защитные чары в линию — если бы она только начала с единственной уязвимой точки и сконструировала заклинание, позволяющее одновременно разбить каждую из них…

Взрыв снова потряс землю, когда второе заклинание Титана ударило в середину войска. Твайлайт услышала крики, когда камни с места взрыва обрушились на остававшихся в живых пони.

— Нет! — всхлипнула единорожка.

Треск, похожий на щелканье хлыста. Свистящий визг.

Существовал очень простой способ остановить боевое заклинание Титана, сообразила Твайлайт. В конце концов, это всего лишь разрывной снаряд. Любое направленное заклинание можно разрушить, если поместить что-нибудь у него на пути: дело было в сочетании кинетических и силовых полей. В случае с заклинанем Титана ей всего лишь требовалась что-то сильное, крепкое и подвижное.

Разумеется, она сама.

Твайлайт перебросила себя через пространство и возникла в воздухе над полем битвы. На мгновение она зависла там, глядя вверх, в звездное небо, и на угрожающий край сверхурагана, который тянуло к Кантерлоту. А над ней, в виде невероятно быстро перемещающейся тусклой белой точкой, было заклинание Титана.

При помощи магии земной пони она укрепила шкуру, возвела самое плотное кинетическое поле, какое только могла, затем свернулась в клубок и перехватила заклинание, предназначенное для убийства множества пони.

Сопротивления преграды хватило на то, чтобы заставить заклинание Титана взорваться.

Твайлайт подумала, что она запомнит то, что случилось после, но этого не произошло. Не было ни внезапной силовой волны, ни громкого звука. Она даже не помнила, как падала с неба. Только что она смотрела вверх, на заклинание Титана, а в следующее мгновение заново сращивала кости в грязи.

Магия Титана была не просто совершенной, но и могущественной. Она содержала ту грубую силу, которую Твайлайт так страстно жаждала и презирала одновременно — силу трёхтысячелетнего аликорна. Любая защита была уязвима. Забыла ли она об этом, упиваясь собственной силой? Или для неё это просто не имело значения? Впервые за эту ночь Твайлайт едва не умерла.

Треск, похожий на щелканье хлыста. Свистящий визг.

 — Твайлайт! — откуда-то издалека крикнула Эпплджек.

Твайлайт испытала небольшое облегчение от возникшей у неё возможности продемонстрировать им, что она пыталась. Она слишком долго притворялась их новым божеством, раздавала приказы и тратила жизни, ничего не давая взамен. Она наконец-то могла доказать, что готова умереть за них. Что для неё они значили не меньше. Твайлайт никогда не смогла бы заслужить такой их преданности и никогда не смогла бы возместить жизни павших, но она приблизилась к этому настолько, насколько могла. Если она и была недостойна, то, по крайней мере, обманщицей она не была.

И снова она находилась в воздухе, переживая тот блаженный момент спокойствия перед полным уничтожением. На сей раз единорожка видела Цитадель, та висела на периферии зрения и сияла магией Титана. Она была прекрасна, решила Твайлайт, даже если и станет гибелью для их расы. Прекрасна и ужасна, точно божества, что возвели её.

Заклинание Титана не ударило непосредственно в неё, но раскрылось и взорвалось при соприкосновении со щитом. Оно было предназначено для того, чтобы проникать сквозь защиты перед взрывом, и кинетическое поле Твайлайт с тем же успехом могло оказаться тремя метрами скалы и земли. Любопытно было отметить, что это заклинание создавалось не для убийства больших групп, но было скорее предназначено для борьбы с отдельной личностью.

Вероятно, поэтому Титан упаковал его в такое количество защитных чар. Это было заклинание, завернутое в подарочную упаковку и предназначенное только Твайлайт Спаркл. Твайлайт это устраивало. У неё тоже было заклинание для короля лично.

И вновь она ничего не почувствовала, когда непосредственно над её телом взорвался раскаленный белый снаряд. Остановилось ли сердце? Потеряла ли она сознание? Насколько глубоко должна Твайлайт соскользнуть в смерть, чтобы магия земной пони не смогла снова вернуть её к жизни? Она колебалась на грани и понятия не имела о том, хватит ли ей силы, чтобы остаться в живых после ещё одного взрыва.

Твайлайт предположила, что безвольно упала с неба сверкающей фиолетовой полосой света. Что подумало бы войско, увидев, что она падает вот так? Дура она или героиня? Способны ли они понять, что она никак не могла не делать этого?

Должно быть, в какой-то момент Рэйнбоу Дэш подхватила её, потому что, когда Твайлайт очнулась, она собирала себя воедино в копытах Дэш, в то время как они планировали к земле.

— Твайлайт! — крикнула Дэш. — Если сделаешь это снова, то убьешься!

Они приземлились среди подруг.

Твайлайт с усилием поднялась на копыта и со щелчком вправила на место плечо.

— А если я этого не сделаю, погибнет множество пони. Снова.

— Тогда не делай этого, — сказала Флаттершай. Все повернулись к ней. И она добавила не менее твердым голосом. — Пожалуйста.

Твайлайт выпустила магические чувства, ища следующий магический снаряд, и постаралась отвлечься от мысли, что Флаттершай оправдала бы смерть множества пони, если бы это спасло жизнь Твайлайт.

— Твайлайт, — сказала Эпплджек. — Ты не понимаешь. Без тебя же ничего не выйдет. Мы…

Голос Твайлайт стал ровным и тусклым.

— Это теоретический аргумент.

Она закрыла глаза, затем повернулась лицом к Цитадели и Эксакктусу.

— Он здесь.

Позабыла ли она о том, что Луна и Селестия сражались с королем? Даже если войска одержат успех в Цитадели, победа принцесс всё ещё определяла судьбу рода пони. И вот перед ними предстал Титан; Луны же и Селестии нигде не было видно.

На мгновение Твайлайт стиснула зубы от ярости. Так вот, значит, как? Луна убедила Твайлайт в том, что у них ещё есть надежда, а затем улетела навстречу смерти?

Злилась ли она на Луну, или на свою собственную беспомощность? Твайлайт всегда действовала, исходя из предположения, что если они проиграют, это будет её вина. Если они победят, это будет её победа. Она нахмурилась. Для пони, презиравшей мысль о том, чтобы быть божеством, она проявляла поистине божественную самонадеянность.

— Титан! — крикнула она, глядя вверх. Она подразумевала, что таким образом предостережёт войско. Прозвучало же это, напротив, почти как вызов.

Титан, расколов копытами камень размером с повозку, приземлился между Твайлайт и Эксакктусом. Он был в своей броне, а грива и глаза его светились в ночи, подобно маякам. Он поднял голову, и всё на расстоянии миль вокруг погрузилось в молчание.

— Твайлайт Спаркл.

Твайлайт спиной чувствовала взгляд глаз сотен пони. Чего они ожидали? Что она сойдется с королем в смертельной битве и спасет их всех. Но она едва ли могла что-то сделать. Едва ли.
“Пусть продолжает говорить”.

— Луна? — спросила его Твайлайт, отчаянно стараясь говорить спокойным голосом. — Селестия? — Голос надломился.

Отчаяние, страх, надежда — всё просочилось в одно это слово. Словно Твайлайт снова находилась в Понивилле, отправляла отчеты о дружбе, а Селестия по-прежнему была той Селестией. Она не могла умереть. А если умерла, что тогда? У Твайлайт Спаркл больше не будет учителя. Она пропадет.

Титан пристально посмотрел на неё с расстояния, которое показалось столь незначительным, и Твайлайт снова ощутила рабское чувство ничтожности. Он слегка склонил голову на сторону, и единорожка осознала свою ошибку.

— Смертная не задает вопросов божеству, Твайлайт Спаркл.

Сингулярность погрузила всё вокруг него во тьму, когда он широко взмахнул клинком. Титан сделал это со скоростью трехтысячелетнего аликорна, и Твайлайт ничем не могла помешать ему.

Его заклинание возникло в виде волны маслянистой тьмы. Твайлайт видела, как она приближалась — быстрее, чем любая водяная волна — и бешено пыталась проанализировать её при помощи магических чувств. С тем же успехом она могла попытаться прочесть книгу за те секунды, которые потребовались удушливо-черной стене на то, чтобы добраться до них, грозя поглотить всех.

В отчаянной попытке остановить волну, чем бы она ни была, Твайлайт использовала все защитные чары, какие только знала. Как бы заклинание не действовало на самом деле, оно не сработает, если защититься от всего.

Её магия приняла ту же самую форму, что и всегда — тонкую преграду фиолетового света, раскинувшуюся во все стороны, чтобы охватить волну по всей ширине. Рог Твайлайт пылал от силы, которую она сосредоточила в заклинании.

Волна обогнула щит так, словно его вообще не существовало. Перекатившись через стену, которую создала Твайлайт, она продолжила свое неумолимое продвижение.

Твайлайт доверилась инстинктам. Она захватила своих подруг и телепортировала их по ту сторону волны, оставив на произвол судьбы множество пони позади себя.

Когда её копыта коснулись земли, она оцепенела. И это она называет завоевать доверие? Когда ради своего спасения она охотно позволила им умереть?

Её подруги. Они стояли вокруг нее, и Твайлайт послала им свое намерение и обратилась к Элементам Гармонии, последнему невероятному источнику силы. Она сфокусировалась на Титане, всё ещё стоявшему вдалеке, в то время как в её сознании загудела каждая связь, ведущая к подругам.

— Нет, — сказал Титан, и его рог вспыхнул.

Это было похоже на удар копытом по лицу. Заклинание просто… прервалось. Словно кто-то на полуслове выхватил у неё книгу и бросил в огонь.

— Будь ты проклят, — прошептала Твайлайт.

Титан разъединил свой клинок и швырнул в подруг частицы так, словно всего лишь вычеркнул очередной пункт из списка дел. Неразличимые в ночи, темные сферы устремились к ним.

Твайлайт призвала Эквинокс и разъединила его на количество фрагментов, достаточное для того, чтобы перехватить частицы клинка Титана. Она метнула их, зарядив каждый таким количеством силы, каким только могла. У неё раскалывалась голова, мысли сливались одна с другой, но она не уступала. Нельзя позволить себе израсходовать всю силу, не сейчас.

Их оружие столкнулось, и клинок Твайлайт погас, как пламя свечи посреди урагана. Шесть сфер, состоящих из тьмы, устремились к ней.

Их перехватили четырнадцать сверкающих алмазов, которые были сбиты частицами клинка Титана и упали на землю. Теперь осталось только три фрагмента Сингулярности. И каждый из них изменил свой курс, чтобы устремиться к Рэрити.

Твайлайт изготовилась телепортировать Рэрити в сторону, однако ничего не произошло. Магия подвела её и стала бесполезна, пока Твайлайт не сможет снова набрать достаточное количество силы. Рэрити осталась одна.

Рэрити начала призывать Ворпал обратно к себе, но по сравнению с клинком короля у неё выходило слишком уж медленно. Эпплджек прыгнула, чтобы повалить подругу, бросившись наперерез клинку Титана…

Титан презрительно скривил рот, его рог вспыхнул. И три точки тьмы, увеличив скорость, погрузились в грудь Рэрити прежде, чем Эпплджек прижала её к земле.

Гармоническая связь не пропала. Это означало, что Рэрити осталась жива, хотя и перестала двигаться. Заклинания на мантии должны были задержать большую часть ущерба. Так должно было случиться. Рэрити не могла умереть. Твайлайт этого бы не пережила.

Она едва заметила, как Титан вновь призвал клинок рядом с собой и снова швырнул его вперед градом частиц. Что она действительно заметила — это как опустилось крыло Эксакктуса, окутывая короля и скрывая его из виду.

Эксакктус выдохнул с рыком, подобным извержению вулкана, и вперед, заполняя пространство между его крылом и пастью, хлынули чернильно-черные языки пламени. Их количество удвоилось, затем снова удвоилось, раскаляя замкнутое пространство до температуры, намного превышающей точку кипения железа. Эксакктус продолжал выдыхать огонь, нагревая до белого каления камни, находящиеся в дюжинах метров от пламени. Если бы не защитные чары, Твайлайт сгорела бы заживо.

Над Вечнодиким лесом раскатился оглушительный треск, когда череп толщиной со ствол дерева разлетелся на тысячу частей. Из дыры в голове Эксакктуса вырвались запёкшаяся кровь и осколки кости, а пламя, извергавшееся из его пасти, потухло. Он рухнул; свет в его глазах померк, подобно затухающим углям.

Крыло мертвого дракона подвернулось, в нем появился разрез, и Титан снова вышел в ночной воздух. Или, по крайней мере, вышло то, что от него осталось.

Освещаемый сзади светом Цитадели, Титан выглядел как скелет, обтянутый блестящими сухожилиями. Небольшие для пони такой высоты крылья тянулись за ним тонкими белыми пальцами, рассекая воздух. Твайлайт видела, как во рту у него отрос язык, как разбухли сухожилия и мышцы. Его плоть была лишена крови. Единорожка не удивилась. Несмотря на отсутствие глаз, в мертвых глазницах всё же горели два крошечных огонька.

— Нет, — скулила Эпплджек, поддерживая обоими копытами безвольно повисшую голову Рэрити. — Нет, нет, нет…

Твайлайт посмотрела вниз, на Рэрити, и почувствовала, как волной мстительной ненависти пришла к ней магия.

— Убить его, — сказала она, позволив голосу отразиться эхом над полем битвы.

Войско повиновалось ей. В короля полетело множество металлических осколков и магических снарядов. В воздухе над ним танцевали тонкие прожилки молний. Вскоре Титан находился посреди града крошечных взрывов.

Пони-скелет равнодушно выдержал их, глядя на то, как сталь, не причиняя вреда, отскакивает от его бледного тела. Его рот открылся, и серого цвета язык без помощи губ образовал слова:

— А теперь умрите.

— Нет, — прошептала Твайлайт.

Поток железа, опаляющий луч раскалённого добела металла, преодолел расстояние между ними практически моментально. Он ударил Титана в грудь, пробил дыру в его грудной клетке и вонзился в стену Цитадели позади него. Боевое заклинание Твайлайт несло так много кинетической энергии, что тело Титана не смогло поглотить даже часть удара. Призрачный монстр, нанизанный на световое копье, выстоял и склонил голову набок.

При помощи нехитрой корректировки угла своего заклинания она разрезала Титана надвое, и его ноги отпали вместе с немалой частью живота. Верхняя же часть его тела сама по себе зависла в воздухе, поддерживаемая магией.

Он вспыхнул, как спичка, но его ноги сами по себе поднялись с земли. Твайлайт разинула рот. Любой смертный пони сразу же умер бы от этого жара, не говоря уже об огромном количестве повреждений. И всё же Титан стоял и глядел на неё, как на мимолетную помеху.

У неё закончилось железо. Практически сразу же тело Титана — всё ещё только скелет, прикрытый поблескивающей белой мускулатурой — стянулось воедино. Она смотрела мимо него, на светящийся разрез, который она проделала в Цитадели. Рябью растущей ткани Титан укрыл себя кожей и шерстью, поверх свечения в его пустых глазницах образовались глаза. Казалось, что он сделал это как-то запоздало — осознавал ли он вообще, что на нем только что не было кожи?

— Ни свободы, — сказал Титан, его разрушающий сознание голос раскатился над полем боя. — Ни воли. Ни любви. Ни морали. — Он ещё раз создал Сингулярность, направляя её на Твайлайт. — Ни надежды.

Первой, спикировав с неба под прикрытием темноты, приземлилась Луна, Надир засиял рядом с ней серебряной полосой света. Принцесса не снизила скорость, чтобы принять величественную позу, как отец, и не замерла для болтовни — она перекатилась прямо в боевую стойку и бросилась на короля.

Титан тоже не медлил, сделав шаг вперед и маневрируя Сингулярностью в своем жестком стиле. Сингулярность встретила Надир, и клинок Луны замерцал давящей силой оружия старшего бога. Король начал наступать, и Сингулярность оставила глубокий порез на груди Луны.

Твайлайт принялась за подготовку ещё одного железного заряда.

— Луна! — выкрикнула она. Принцесса едва узнала её, бросив через плечо мимолётный взгляд, затем снова сфокусировалась на короле. — Вспомните, что вы сказали мне!

Луна увернулась и отклонила клинок Титана, а затем каким-то образом умудрилась незаметно нанести удар. Она увернулась от ещё одного шквала ударов, двигаясь так быстро, будто предвидела их. Титан лягнул задними ногами, но Луна прокатилась под ним и атаковала в голову. Королю пришлось отпрянуть.

Заметить приближение Селестии было куда проще, чем Луны. Ослепительно-белый аликорн в сверкающей золотой броне, несущая огненный клинок, сияла подобно новорожденной звезде. Она метеором ударилась о землю, и Титан разъединил Сингулярность на две части.

Король остановился, удерживая клинки дочерей на расстоянии, и пристально посмотрел на Твайлайт. Та почти увидела, как в его глазах промелькнул мыслительный процесс, почти почувствовала, как его магические чувства протянулись и коснулись её заклинания богоборца как раз в тот момент, когда оно приблизилось к завершению. Сражаться со всеми тремя было бы для него опасно.

Он взмыл в небо вертикально вверх, послав импульс ударной волны. Луна немедленно последовала за ним. Селестия повернулась к Твайлайт, сглотнула, один раз кивнула и отправилась следом. За считанные секунды они скрылись из виду.

Единорожку с леденящей ясностью окатило текущее положение дел. Надвигающееся заклинание Титана. Цитадель. Рэрити.

Эпплджек лежала в грязи рядом с Рэрити, по её лицу бежали слезы.

— Она не приходит в себя, — произнесла Эпплджек — О-она просто…

Твайлайт рухнула на землю рядом с ней и ощупала раненую подругу при помощи магических чувств.

— Магия Титана, — прошептала Твайлайт. — Она внутри неё.

Она оторвала переднюю часть одеяния Рэрити, чтобы осмотреть раны. Эпплджек издала жалостливый стон.

Обыкновенно чистую шкурку Рэрити изуродовали три почерневших и сморщенных пятна. Шерсть вокруг них выпала, а плоть покрылась пятнами и посерела, хотя самих ран не было видно.

Голос Эпплджек дрожал.

— Можешь ей помочь?

Твайлайт медленно провела копытом по отметинам на теле Рэрити, глядя, как грудь подруги неравномерно вздымается и опадает в такт дыханию.

 — Нет, — прошептала она. — Я ничего не знаю о медицине, что магической, что обычной. Я могу мгновенно убить пони тысячью разных способов, но не знаю, как исцелять.

Флаттершай пристально смотрела на Рэрити сверху вниз, у неё дрожала губа.

— Н-н-но она нужна нам. Ради Элементов.

— Рэрити ещё жива, — сказала Твайлайт. Она повернулась к Эпплджек. — Неси её. Мы отправляемся в Цитадель. Отойдите все, пока я создам проход.

Твайлайт сделала несколько шагов и оказалась прямо у массивной поверхности крайнего лепестка. Пока они рассматривали Рэрити, Цитадель восстановила повреждение, которое нанесло заклинание Твайлайт: странный металл избавился от железа и сомкнулся, будто невредимый.

— А ты можешь её открыть? — спросила Рэйнбоу Дэш из-за спины Твайлайт. — Типа, заклинанием?

Твайлайт высвободила свое боевое заклинание, и под пронзительный рев раскаленного воздуха тонкое копье, состоящее из кипящего железа, вырезало из Цитадели круглый кусок. Он вывалился, явив лишь тьму.

— Да, — сказала Твайлайт. — Типа, заклинанием. А теперь идем, пока она себя не починила.

Твайлайт возглавляла шествие. Она вела своих оглушенных заклинанием подруг по камню и грязи, которые превратились в остывающий шлак и стекло. То, что Рэрити находилась без сознания и при смерти, ничего не значило перед лицом полного уничтожения рода пони — вернее, так Твайлайт твердила себе. Возможно, они всё исправят, и внутри Цитадели окажется магия, которая сможет исцелить Рэрити. Тогда она вернет назад и всех остальных. Каждого безликого пони, которого она просила умереть, заверяя, что таким образом у рода пони появился бы шанс.

И тогда она снова сможет полюбить Селестию.

— Твайлайт? — спросила Флаттершай.

Твайлайт осознала, что у неё подкосились передние ноги и она упала на колени.

— Я в порядке, — быстро сказала она, поднимаясь, — Мы должны идти дальше.

— Твайлайт…

— Мы сможем, — твердо сказала Твайлайт. — Надежда всё ещё есть. Только я должна помнить то, что сказала мне Луна.

Флаттершай помогла Твайлайт подняться на копыта.

— Что Луна сказала тебе?

Твайлайт кивнула.

— Прошлой ночью она…

— Луны не было с тобой прошлой ночью. Она была со мной.

Твайлайт нахмурилась.

— Она зашла в библиотеку после того, как село солнце, Флаттершай. Она…

— Она ночевала у меня в гостиной, Твайлайт. Мы всю ночь проговорили об Эксакктусе.

Твайлайт покачала головой.

— Нет, она…

Внезапно Твайлайт снова очутилась в библиотеке.

— Твой разум… не так уж отличается от разума Селестии, а у неё были проблемы сродни твоим.

Твайлайт сглотнула.

— Вы здесь из-за неё?

— Нет, Твайлайт Спаркл. Я пришла ради тебя, — сказала Луна.

Твайлайт вспомнила, как Луна шагнула в свет свечей, призрачная и неясная. Она вспомнила, как смотрела в глаза Луны — чего она никогда до этого по-настоящему не делала — и ощутила их смутно знакомыми.

Твайлайт снова находилась в Сахарном Уголке и спорила с Селестией по поводу речи, которую она произнесет перед армией.
— Это будет нечестно, — сказала она.

— Согласна, но мы не скажем им ничего, что не было бы правдой. Мы просто убедимся, что они услышат речь от той, кого будут слушать.

— Селестия, — прошептала Твайлайт. — Это была Селестия. — Она резко повернула голову к Флаттершай, затем — к Цитадели и небу над нею. — Мы должны идти.

Твайлайт провела их по последнему участку земли перед Цитаделью и остановилась перед самой зияющей дырой, оставленной боевым заклинанием. Металл остыл и уже начинал перестраиваться, кристаллические решетки росли и сливались по краям. Твайлайт переступила порог и вошла в Цитадель.

И словно очутилась в другом мире.

Твайлайт не поняла, из какого сплава была построена Цитадель, но, чем бы он ни являлся, металл выглядел серебристо-белым и невероятно плотным. По внутренним стенам, точно как и снаружи, тянулись символы, сияющие ослепительной магией Титана. В центре возвышался столб белого света, вокруг которого вращались десятки тысяч сверкающих фрагментов.

Войдя внутрь, единорожка ощутила, как её полностью поглотила гнетущая стена анти-телепортационной магии с примесью чего-то ещё. Несомненно, это было поле магии единорога, но оно не было нацелено на другую единорожью магию. По этой причине Твайлайт никогда не видела, чтобы ещё кто-нибудь, кроме Титана, летал по Цитадели. Анти-полетное поле. Само создание такого рода магии нарушало правила единорожьей магии. Друзья Твайлайт цепочкой следовали за ней.

— Верно, — сказала Твайлайт. — Единственный для меня способ остановить заклинание Титана, — это захватить контроль над Цитаделью.

— Ты можешь это сделать? — спросила Дэш.

— Надеюсь, — сказала Твайлайт. — Когда его здесь нет, это будет намного легче. Мы не можем летать, так что нам придется подниматься. — Она посмотрела вверх, мимо множества колец, состоящих из фрагментов, на далекий верхний уровень Цитадели. — Лучше начать сейчас. — Твайлайт закрыла глаза и потянулась к Цитадели.

Она коснулась вовсе не того, чего ожидала. Магия Титана всегда была прямой, но могущественной и рациональной. Титан мыслил прямолинейно.

Очевидно, к Гармонии это не относилось.

Система защиты, окружавшая Цитадель, представляла собой самую запутанную систему заклинаний, которую когда-либо доводилось видеть Твайлайт. Это был хаос, с трудом постижимое безумие. В случае Титана ответ был очевиден, но недостижим — прост, но не легок. Защита Гармонии в меньшей степени основывалась на силе и в большей — на понимании, она была далеко не безупречна, но один взгляд на неё вызвал у Твайлайт головную боль. Настоящий лабиринт.

В более простых обстоятельствах Твайлайт бы улыбнулась. Она и в самом деле неплохо разбиралась в лабиринтах. Её обучала сама Селестия, правившая миром принцесса.

Селестия, которая в очередной раз манипулировала ею, притворившись принцессой Луной. Какую она преследовала цель, когда явилась в библиотеку и заговорила с Твайлайт о магии и надежде? При мысли о том, что она угодила в очередную ложь и полуправду своей бывшей наставницы, Твайлайт почувствовала, как её уши горят от ярости. Почему Селестия просто не оставит её в покое?

— Фиолетовые фрагменты — наши, — сказала Твайлайт, захватив контроль над первыми несколькими дюжинами фрагментов и собрав их перед ними в комплект ступеней. — Белые — Титана. Следуйте за мной. — Она начала подъем по световой лестнице.

Она не оглядывалась, не в состоянии вынести выражения лиц подруг. Умирающая Рэрити всё ещё лежала на спине Эпплджек. Сможет ли Твайлайт когда-нибудь оправдать то, что растрачивала жизни своих друзей?
— Мы не можем даже надеяться быть достойными того доверия, которое они нам оказывают, — сказала Селестия. — Но мы можем попытаться.

Каким образом попытаться? Твайлайт на за что и ничем не окупить щедрость Рэрити.

Из задумчивости Твайлайт вырвала сотня фрагментов металла, которые ударили её сбоку. Они столкнули единорожку со светящихся фиолетовых ступеней в зияющую внизу бездну.

Она моментально швырнула под себя дюжину платформ, чтобы остановить падение, перекатилась на копыта, затем прыгнула обратно на самый нижний отрезок лестницы. Твайлайт приземлилась, повернулась и увидела, как тысяча металлических фрагментов устремилась к тому месту, где она только что стояла.

Ни один из них не превышал размера её копыта, и все они были сделаны из того же странного металла, что и Цитадель. Фрагменты светились магией Титана и, пока Твайлайт наблюдала за ними, собрались вместе и образовали одну сплоченную массу вращающихся клинков.

— Что это за штука? — крикнула Рэйнбоу Дэш со следующего яруса лестницы.

Твайлайт внимательно рассмотрела их, и у неё подкосились ноги. Только не очередное сражение, они же так близко…

— У Терры есть марионетки, — сказала она. — Думаю, у Титана есть это.

— Как нам с этим бороться? — спокойно спросила Флаттершай.

Твайлайт закрыла глаза. Эту штуку невозможно убить. Это был страж Титана. Механический слуга для существа, обладающего таким же сердцем и разумом машины.

— Идём дальше. Стараемся выжить. Когда я возьму под контроль Цитадель, я смогу управлять и этим.

Твайлайт разъединила сознание на две части. Одна требовалась для того, чтобы сражаться вместе с друзьями и защищать их. Этим занялся первый разум. Он уже взбирался по ступеням.

Но она также должна была захватить контроль над Цитаделью, размотав сложное сплетение магии — защиту Гармонии. Всякий раз, когда единорожка разрывала часть сети, всё больше парящих фрагментов подчинялись её воле.

И она использовала их. Во время восхождения по Цитадели фрагменты снабжали их ступенями, на которые можно было встать. Они могли объединяться вместе, образуя защитную стену от выпадов вихря клинков Титана. Для Пинки они стали трамплинами для прыжков.’
И всё это оказалось им необходимо. Первый разум Твайлайт при помощи подруг вёл яростное сражение против вихря клинков. Атаковать эту штуку было бесполезно — все фрагменты металла, которые она могла сбить, снова быстро объединялись в тучу. Вместо этого она использовала барьеры и уклонения, иссушая до дна свои магические резервы в попытке уберечь себя и подруг. И они медленно продвигались вперед.

И всё равно не успевали. Работая с Цитаделью, Твайлайт начала чувствовать заклинание Титана. Оно было практически готово. Целая раса пони перестанет существовать всего лишь через считанные минуты. Свет луча в сердце Цитадели усиливался, погружая их в мир контрастных теней.
— Ты побуждаешь других стремиться... к лучшему. Становиться чем-то большим.

Что Селестия хотела этим сказать? Твайлайт Спаркл стала символом для рода пони. Божеством. Она по определению была не просто пони, но чем-то большим. Но настоящая Твайлайт была всего лишь пони. Селестия должна это знать, потому что мгновением ранее видела отчаявшуюся Твайлайт.

Воспользовалась ли она эмоциональным состоянием Твайлайт? Нет. То, что сказала Селестия, никак не относилось к их взаимоотношениям. По сути, когда “Луну” спросили о Селестии, та уклонилась от вопроса и вместо этого заговорила о Твайлайт.

Медленно, в горячке ожесточенной схватки, Твайлайт осознала, что у Селестии не было скрытых мотивов. Она пришла с единственной целью — убедиться, что с Твайлайт всё в порядке.

Минуты превратились в считанные минуты, а в распоряжении Твайлайт находилось около трети Цитадели. Необходимо было прибавить шагу.

Они могли одолеть вихрь клинков, заметил первый разум Твайлайт. Если они будут осторожны, это станет всего лишь временной помехой при взятии Цитадели. Когда её первый разум поставил их наперерез потоку лезвий, направленных на Рэйнбоу Дэш, сквозь единорожку хлынул поток облегчения. Ну хоть что-то шло правильно.

Неистово работая над тем, чтобы захватить контроль, Твайлайт не могла перестать думать о Селестии. Это мучило её, словно было ключом к чему-то важному. Что же она упускает?

Селестия провела их последнюю ночь жизни, удостоверяясь, что у кобылки, которая её презирала, ещё осталась надежда. Селестия, которую, без сомнения, посещали те же мысли, что и Твайлайт. Той ночью не было никого, кто бы успокоил принцессу. Она любила Твайлайт, и, чтобы снова поговорить с ней, она воспользовалась заклинанием, изменяющим внешность.

Селестия упала с неба, чтобы спасти Твайлайт от Терры, охотно предлагая взамен свою собственную жизнь. Но она же и втянула Твайлайт в войну. Твайлайт совершенно точно понимала, почему Селестия это сделала, просто не могла ей этого простить. Почему же?

Ответ был прост: она хотела, чтобы Селестия оставалась божеством. Непогрешимым. Идеальным. Понятным. Селестия не являлась для Твайлайт божеством, больше нет, но то, что она сделала, должно было вернуть их дружбу.

И Твайлайт могла никогда больше её не увидеть.

Первый разум Твайлайт опустил копыто вниз, готовый взобраться на ещё одну ступень. Этого не произошло.

Они достигли самого высокого кольца Цитадели быстрее, чем, по представлениям Твайлайт, это было возможно — должно быть, платформы тоже поднимали их на бóльшую высоту, чем она себе представляла. Первый разум поднырнул под рой сотен острых, как бритва, клинков, и, когда Твайлайт ушла в перекат, те впились в её отвердевшую шкуру.

Луч света в центре Цитадели к этому моменту стал настолько интенсивным, что практически ослеплял. Он погрузил их в мир, лишенный цвета, и на серебряные платформы под ногами Твайлайт закапала её черная кровь. Подруги, казавшиеся силуэтами, созданиями из света, сражались, делая все, чтобы остановить безжалостных слуг Титана.

Минута стала секундами. Твайлайт не захватила и половины. Они не успевали вовремя. Заклинание Титана было готово вырваться из Цитадели, чтобы распространиться и поглотить весь род пони. Твайлайт необходимо было сосредоточиться. Ей нужно было вложить всё, чем она располагала, в распутывание огромного узла Гармонии, но её отвлекал вихрь клинков.

Мимо Твайлайт промчались четырнадцать алмазов, сверкавших в свете заклинания Титана, и сбили такое же количество фрагментов металла. Разрезанные пополам фрагменты защиты Цитадели улетели вниз, и Ворпал снова взялся за дело, его алмазы устремлялись каждый в своем направлении, чтобы перехватить каждый острый, как бритва, фрагмент, летевший в их друзей.

Твайлайт повернулась и увидела Рэрити; та стояла на парящей фиолетовой платформе с выражением глубокой сосредоточенности на лице.

Она умирала. В этом не приходилось сомневаться. Плоть на мордочке и боках почернела и омертвела, и магические чувства Твайлайт выявили степень поражения, нанесенного Рэрити Титаном. Её сердце пожирала магия.

— Давай, — сказала Рэрити, пока Твайлайт смотрела на нее. — Давай! — Она стиснула зубы, в то время как Ворпал удерживал стальной ураган на расстоянии, распыляя облако голубых искр. — Я могу дать. Тебе. Это.

Твайлайт кивнула. Это все, что ей оставалось.

Против защиты Гармонии выступили сразу два разума, заставляя Цитадель сдаться Твайлайт намного быстрее, чем прежде. Она разрывала нити защиты, медленно раскрывая заклинание Титана, которое отделяли от освобождения считанные мгновения…

Под её контролем находилось чуть более половины Цитадели. В ушах грохотали удары сердца.

Она не успевала.

Это было несправедливо. Несправедливо, что они смогли зайти так далеко и проиграли, в то время как все, что делал Титан, — это проявлял свое бездушие. Несправедливо, что он был способен убить одного из друзей Твайлайт одним неосторожным повелением разума. Несправедливо, что она не смогла защитить никого, несмотря на свою предполагаемую божественность.

Твайлайт в последний раз посмотрела на подруг. Теперь заклинание Титана освещало каждый их дюйм, погружало их в резкий белый свет, который делал легко различимой каждую деталь. В том числе и злую сосредоточенность на лице Рэрити, к которому уже подбирались щупальца тьмы. Твайлайт задавалась вопросом, поняла ли Рэрити, что её сердце несколько секунд назад перестало биться.

Эпплджек прикрывала своим телом Пинки Пай, по её лицу струились слезы — без сомнений, о Рэрити. Эпплджек первой среди всех них осознала подлинную суть происходящего. Её практичность стала её проклятием.

Дэш находилась в воздухе, несмотря на то, что она была не в состоянии свернуть воздух под своими крыльями — вместо этого она просто прыгала. Она стиснула зубы; в её глазах застыла решимость. Твайлайт не сомневалась, что даже в схватке с вихрем клинков Дэш будет сражаться либо до тех пор, пока не победит, либо до скончания веков.

У Флаттершай на одной щеке виднелся порез, и кровь, бегущая из раны, соединялась с высохшими следами, ведущими к её терновой короне. Она всё ещё казалась нереальной, подобной разгневанному божеству. Новорожденному божеству.

Пинки Пай увидела Твайлайт и улыбнулась.
— Эффект, который ты можешь оказать… — сказала Селестия.

Возможно, Твайлайт не считала себя такой пони, какой представляли её себе они — Селестия, подруги, род пони. Но раз они могли доверять ей, то она могла доверять им. Если они верили в то, что она была их спасительницей, тогда она будет этой спасительницей. Ради них она будет носить униформу генерала столько, сколько потребуется.

Потому что сейчас у неё был шанс это заслужить. Заклинание готовилось высвободиться, устремиться во все стороны, чтобы повсюду, внутри каждого пони истребить то, что делало их особенными. Если только что-то не заставит его промахнуться.

Это должно было быть что-то невероятно сильное и могущественное, и под силу это было лишь одному существу. Пони, которая почти стала божеством. Пони, которой не нужно было делать это ради доверия рода пони, потому что они уже верили в то, что это правда. И их вера сделала его правдой.

Улыбка Пинки Пай исчезла. Её глаза расширились.

Твайлайт очутилась на самом краю, но она снова была счастлива. Счастлива от того, кем она была, какой она была, и с теми пони, что окружали её. Мысль покинула её сознание и попала в сознание Пинки:
“Я люблю вас. Вас всех. И Селестию тоже. Убедись, что ей об этом рассказали”.

С этим Твайлайт закрыла глаза, повернулась лицом к гибели её вида и прыгнула.



— Я никогда не спрашивала тебя. Всегда боялась ответа. Предвидела ли ты мое предательство? Знала ли, что я превращусь в Найтмэр Мун?

Сингулярность промелькнула в такой близости от лица Селестии, что, продолжая двигаться по своему курсу, срезала тонкую прядь гривы. Крошечные нити — мельчайшую частицу, угодившую в центр войны между божествами, — моментально унесла буря.

Вопрос Луны отпечатался в сознании Селестии, в то время как она поглотила при помощи Зенита удар молнии, а затем набросилась на отца. Разумеется, он отразил атаку, но этого и следовало ожидать. Планы Селестии, даже в спешке молниеносной схватки, редко бывали одноступенчатыми.

— Ты хочешь узнать это сейчас? Мы должны действовать согласованно.

Она бросилась назад, в ураган, но король не преследовал её. Вместо этого он повернулся к Луне и обрушил на неё град ударов. Селестия, широко раскрыв крылья, балансировала на облаке, высматривая удобный случай…

— Победим мы или проиграем, я не хочу оставлять недосказанности. Только одно в целом свете всё ещё беспокоит меня, Селестия. Знала ли ты, что я собираюсь предать тебя?
“Левый бок напрягся. Правая задняя нога согнулась”. Селестия увидела подходящий момент.

Она остолбенела. Что ей сказать Луне?

Ложь подбодрила бы Луну в схватке и повысила бы их шансы на победу над королем. Она пошла бы ей на пользу и в дальнейшем. Им предстоит огромная совместная работа над восстановлением Эквестрии. Однако о лжи не могло быть и речи.

— Я видела твое негодование и знала, что это всего лишь вопрос времени. Я лишь не ожидала, что ты примешь Осколок.

Селестия бросилась обратно в схватку, отвлекая внимание Титана взмахами своего клинка, в то время как Луна поразила его сверкающим зеленым изгибом молнии. Он отшатнулся, и Зенит пробил дыру в его спине.

— В таком случае, почему ты не остановила меня? Ты могла. Я знаю тебя, Селестия. Тебе не нужна магия, чтобы заставить пони делать то, что ты хочешь.

Слова Луны жалили, но были правдивы. Подтверждением тому было то, что Селестия правила тысячу лет, не ведая народного негодования. Титан отбросил их обеих взрывом чистой силы, затем сквозь вихрящийся воздух бросился на Селестию. Она скорее почувствовала, чем услышала, как, столкнувшись с ней, он преодолел звуковой барьер.

— Я хотела, чтобы ты была самостоятельной. Я не хотела быть такой, как он. Когда ты сломалась, это разбило мне сердце, Луна. Но таков был путь, который ты избрала.

Титану не удалось воспользоваться созданным преимуществом. Позади него сливались воедино миллионы теней, и, когда слой темноты пополз по его ногам, Луна взмахнула Надиром сверху вниз.

— Как показало время, он был не самым худшим. В конце концов, он привел нас сюда.

Селестия создала луч жидкого солнечного огня, и он моментально спалил Титану крылья. Титан начал падать, и они спикировали за ним следом, устремляясь вниз сквозь ураган подобно двум лентам света.

— Что ты имеешь в виду?

Теперь они сражались в свободном падении, управляя своим снижением при помощи магии пегасов. Они поворачивались и крутились в воздухе вокруг клинков Титана, тогда как их собственные клинки проскальзывали в уязвимые места его защиты.

— Что я прощаю тебя. И что я вижу тебя сейчас созданием столь преисполненным слабостей, что не могу не восхищаться тобой. Ты оплакиваешь ушедшее. Ты тревожишься о Твайлайт Спаркл. Ты лжива, и горда, и сомневаешься в том, верны ли твои поступки. Ты пони, Селестия, такая же, как и я. И мне потребовалось так много времени на то, чтобы понять это.

В крутящемся, стремительном хаосе падения сквозь ураган, поглощённая ожесточенной схваткой, Селестия поглядела мимо Зенита, поверх Сингулярности и своего отца и немного выше Надира, и увидела глаза Луны. Они всё ещё были холодными и сосредоточенными, но далеко не такими отстранёнными, какими Селестия помнила их. Луна продолжала:

— Я сражалась только ради тебя. Я даже не могла призвать Надир до тех пор, пока не узнала, что ты жива. Повсюду я носила с собой твою крошечную фигурку и задавалась вопросом, что бы ты делала, окажись вдруг на моём месте. Сейчас вызывать Надир легче, чем когда-либо.

— Что же произошло?

— Я повстречала друзей Твайлайт. А потом и саму Твайлайт. Она не согласилась практически со всем, что я говорила. Она не побоялась перестать верить в божеств.

Божества падали, их клинки, сталкиваясь друг с другом, испускали вспышки света и удары грома, Селестия и Луна неистово били крыльями, чтобы оставаться на одном уровне с Титаном. Земля быстро приближалась, но Селестия видела, что, вопреки её ожиданиям, это не была зеленая трава и утоптанный грунт. Они уже некоторое время сражались над участком, лежащим за пределами Вечнодикого леса: ураган был слишком силен для того, чтобы спуститься на землю.

Под ними находились западные ворота Кантерлота — или то, что должно было быть западными воротами. Они по-прежнему лежали в руинах с тех пор, как обрушились на Терру много ночей назад. Всё же боги уже достигли Кантерлота, а значит, сражались довольно долго. Сколько сил потеряли в сражении Луна и Селестия? Более того, насколько слаб был Титан? Трудно было сказать. Все аликорны могли выглядеть идеально до тех пор, пока не лишатся последних остатков силы.

Селестия раскинула крылья, чтобы замедлить падение, и Луна последовала её примеру. Титана это не беспокоило — его тело с легкостью могло поглотить ущерб от удара о землю на смертельной скорости. Наполовину присев, он приземлился на дорогу, ведущую в Кантерлот, и под его копытами раскололся камень. В застывшем под ураганом воздухе звук его приземления достиг ушей принцесс с идеальной четкостью.

Селестия приземлилась по одну сторону от него, Луна — по другую. Они подались ближе.

— Правая бровь приподнята. Левая задняя нога напряжена. Наклонись и нанеси удар в среднюю зону рёбер.

Луна увернулась ещё прежде, чем Титан нанёс удар, делая выпад, чтобы зацепить его Надиром в грудь. Он поднял вторую половину Сингулярности, чтобы отклонить её клинок.
“Левое плечо расслаблено, задние ноги напряжены. Он вот-вот отшвырнет Луну и развернется ко мне”.

Титан нанес удар вперед сразу двумя лезвиями и заставил Луну отшатнуться. Он повернулся лицом к Селестии, но ему в грудь вонзился Зенит, в то время как сама принцесса ловко ушла в сторону от атаки короля. Его рог засветился.
“Создаёт набор заклинаний. Что-нибудь для того, чтобы отбросить меня назад, но ограничится ли Титан только этим?” Нет, он захочет поставить её в рискованное положение, чтобы прорваться к Луне. В его манере было одновременно нанести удар им обеим. Однако время было не на его стороне.

— Его заклинание вот-вот выбьет его из равновесия. Используй свое преимущество.

Это была не простая магическая стрела, а взрывающийся снаряд в силовой обертке. Селестия ускользнула с его пути, позволив ему слегка задеть себя, и волна ударной силы, кое-где срывая шкуру с тела, отшвырнула её назад.

Волна также заставила Титана попятиться на кратчайшее мгновение, позволив Луне снова отрезать ему вновь выращенные крылья. Король повернулся к ней лицом, но она исчезла в облаке тьмы, которое заструилось к Селестии.

Селестия не ждала, пока исцеляются раны. На протяжении нескольких следующих секунд у Титана не будет крыльев, это означало, что он не сможет сфокусировать свою магию пегаса, и они собирались использовать эту слабость.

По их команде сквозь почерневшие тучи над ними прорвалась молния и, устремляясь им навстречу, расколола небо. Сдвоенный разряд ударил в Зенит и Надир, затем устремился вперед, в короля. Молнии пронзили его грудь, поджаривая плоть и парализуя органы. И в этот момент Селестия и Луна бросились вперед.

Теперь он ослаб. На свою беду. Обожженный и покалеченный, Титан не сможет сосредоточиться одновременно и на драке, и на исцелении. Они поставили его в затруднительное положение, и, если усилят натиск, он будет не в состоянии оправиться после такого.

Первое правило бессмертия гласило, что в конечном счете ты умрёшь. Наконец-то Титану повстречается правило, которое касается даже его.

Но что-то было не так. Когда они приблизились к королю, на его лице промелькнул слабейший проблеск эмоции. Не страх, а раздражение. Селестия не понимала, что это означало.

— Плечи расправлены. Ноги расставлены. Он готовится одновременно встретить оба наших клинка. Сделай ложный выпад и прокатись мимо него.

Они синхронно вели свои клинки сначала остриями вперёд, затем в последний момент увернулись, прокатившись под защитой Титана, чтобы снова атаковать его с флангов.

Стоило Селестии согнуть крылья и лишиться всякой возможности сбежать, как её настигла Сингулярность. Клинок Титана задел её грудь, отсек большой кусок плоти и обе передние ноги, вызывая невероятный болевой шок. Перекат не удался, и она упала в грязь.

Не успела она осознать, что произошло, как Сингулярность пришпилила её к земле, пронзив сердце.

Это было просто, сообразила Селестия. Она анализировала каждое движение Титана и включала его реакции в их боевую стратегию, точно как и в случае с Террой. Они медленно перехватили инициативу и начали побеждать.

Но боевой стиль Титана не изменился за всё время боя. Она знала, что отец должен был быть способен разъединять свое сознание — так почему же он не подстраивался под своих противниц?

Ответ был очевиден. Он выжидал, собирая все необходимые ему данные. Но не для того, чтобы превзойти их в битве, нет — Титан просто собирался их убить. Он не рисковал, зная, что победит. Он просто готовился выиграть одним ходом. Вот каким образом король Титан победил в бессмертной партии.

Сингулярность пульсировала, и мир сжимался вокруг сердца Селестии; необъятная сила тяжести затянула её внутрь. Она чувствовала, как под силой его клинка деформируются её кости и мышцы. Король забирал и её силу, высасывая её ресурсы точно так же, как из Темного Сердца Вечнодикого леса. Селестия принялась фокусировать свою магию единорога, хотя та стремительно ускользала от неё. Она не могла позволить всему закончиться так.

Селестия повернула голову и увидела кричащую Луну, но, как ни странно, не слышала звука, слетавшего с губ сестры. Так же, как и звука Надира, сталкивавшегося с Сингулярностью снова и снова, пока Луна пыталась добраться до сестры.

Ей не удалось. Как в случае с Селестией, Титан прорвался сквозь оборону Луны с идеальным предвосхищением и ударом в щеку раздробил ей морду. Луна взмахнула крыльями, чтобы отлететь в сторону.

Титан обхватил принцессу передними ногами, в то время как вторая половина Сингулярности впилась в землю позади него. Король швырнул Луну вниз. Селестия в ужасе наблюдала за тем, как Луна напоролась на Сингулярность.

Она не смогла подняться. Так же, как и Селестия. Титану потребовались секунды на то, чтобы обратить всю их стратегию против них и лишить их сил.

— Остался ли в тебе боевой дух? — сказал Титан, когда сердце Селестии ещё сильнее сжалось вокруг чернильного клинка. — Есть ли в тебе ещё свет, который следует подавить?

Селестия стиснула зубы. Они не собирались дать ему победить. Она должна найти выход.

— Взгляните, ­— сказал Титан, обращая лицо к небесам. Подчиняясь его воле, ураган начал разделяться на части — до тех пор, пока вверху не стал виден маленький расширяющийся просвет. — Взгляните, — повторил он. — Не на звезды, но на холодную, пустую тьму между ними. Вокруг них. Над ними. Мы упорно пытаемся заполнить её, но истина в том, что её… невозможно покорить…

Он снова опустил взгляд к Вечнодикому лесу и Цитадели в его центре.

— Свершилось, — сказал он. — Изъяны наконец покинут мир.

Луч света, прорвавший небеса, усилился, затем вспыхнул, погружая мир в четкий контраст, который на кратчайший момент был ярче любой молнии.
“Твайлайт!” — подумала Селестия, в то время как весь род пони предстал перед лицом своей погибели.

В стороны от Цитадели, отбрасывая на пейзаж бледный свет, развернулось горизонтальное кольцо. Свет всё разрастался и распространялся во все стороны, пока не потускнел настолько, что стал виден слабейший проблеск фиолетового…

— Нет, — прошептал Титан.



Она падала, почти летела в море света на грани жизни и смерти. Магия электризующим лучом света, что в равной мере приносил и агонию, и силу, текла над ней, вокруг неё, сквозь неё. Она задавалась вопросом, что именно поглотит её первым – ослепляющий болевой шок или неистовый всплеск магии.

Это была не магия Гармонии, на которой она плыла, как на волне, и которой управляла по своей воле. Это была магия Титана, жестокая, опасная и абсолютно неукротимая, и пытаться остановить её было похоже на попытку преградить дорогу неиссякаемой стреле молнии.

В потоке энергии её хрупкое тело потрескалось и разрушилось. Волосы истлели, а копыта искрошились в пыль – всё это пронеслось мимо неё и улетело ввысь. Ночное небо, которое она носила как форму, разорвалось и исчезло, и плоть под ним начала сгорать и истираться. Даже попытка просто остаться в одном месте стала невероятным испытанием – столь огромной была сила, что стремилась развеять её в небесах.

Несколько последних ударов сердца купили её сознанию драгоценные секунды, необходимые для размышления. Она никоим образом не намеревалась остановить заклинание Титана – силу, подобную этой, не могло остановить ничто. Ей нужно только отклонить, испортить его. Вся эта сила должна была направиться в нужное место, и, подобно ребенку, вдребезги разбивающему бесценное произведение искусства, она ослабит его заклинание, сбив эту силу с курса.

Твайлайт использовала все виды магии, какими владела. Барьеры потрескались и разлетелись на осколки в момент своего возникновения – настолько велик был поток магической силы. Он сорвал чары с её брони и кожи, затем вытеснил мысли из разума. Её рог разбился, каждый осколок из сотни распался ещё на сотню осколков, прежде чем исчезнуть в небе над головой.

Могучий разум единорожки призвал гром и молнию, и это усилие создало не щит, а меч, призванный атаковать магический канал Титана. Энергия выгнулась дугой от её тела и сгорела в море белизны в попытке расщепить луч Титана. Сместившись, заряд Твайлайт ушел куда-то вверх, но не нанёс заклинанию короля никакого вреда. У Твайлайт испарились глаза и уши, и мир, заполненный ревущей чистотой, обернулся беззвучной тьмой.

Её тело было прочным как камень, как сталь, как непоколебимая воля мастера-генерала. Заклинание Титана разрушило его. Кожа обнажила кровь и мускулы, кровь вскипела, а мышцы сгорели и растрескались. Расплавившийся жир потянулся прочь из её телесной сущности, а смертное сердце сделало последний удар. Но заклинание Титана продолжало действовать.

И не имея глаз, она увидела их – пять цветных точек света в мире сплошной тьмы. Рэрити, белая, выцветшая и тусклая, поскольку её покинула жизнь. Эпплджек, оранжевая, настойчиво пылающая, несмотря на то, что у неё на глазах умирали друзья. Рэйнбоу Дэш, голубая, сияющая ярче всех остальных. Флаттершай, желтая, мягкая и теплая, почти что манящая. Пинки Пай, розовая, радостно мерцающая даже в последние секунды этого мира. И не имея ушей, единорожка услышала голос, зовущий Твайлайт Спаркл. Она так и не смогла сказать, кто из них произнес это.

Она нашла источник силы.

Магия, истинная магия, текла над ней, вокруг неё, сквозь неё, и заклинание Титана в сравнении с нею казалось жалким. Не имея мышц, она протянула копыто и разъединила луч – свет потек вокруг неё подобно тому, как вода в ручье обтекает камень.

Ей показалось, что в сознание ворвалась целая вселенная, и она поняла, что каждый дюйм Цитадели засверкал фиолетовым от света её магии. Твайлайт позвала, и та ответила: тысячи тысяч фрагментов встали на надлежащие им места, в то время как в её сознании пять сфер света подплыли ближе.

И когда заклинания слились с её разумом, знания Гармонии заняли свое место рядом со знаниями Терры, Нихилус, Астор Корускар. Заклинания, создающие жизнь. Заклинания, возводящие города. Заклинания, которые исцеляют. И ни одного боевого.

Она поняла, наконец, почему была не в состоянии постичь Элементы Гармонии. Они были мозаикой, а ей не хватало всех кусочков.

Когда магия Гармонии снова стала единой, пять сфер света слились в темноте. Заклинание под ней изменилось, становясь чем-то, что больше не было подавляющим заклинанием Титана, но новой формой, созданной для неё одной.

Не имея мышц, она снова вытянула копыто вперед, и на этот раз поток света не разделился, а напротив, окружил её. Он истёр её оголенные кости, ломая их, чтобы освободить место для чего-то большего.

Ещё живая, она плыла в потоке энергии и материи. Свет обернулся вокруг новых костей, затем стал мышцами и артериями, восстанавливая плоть. Тело вытянулось, в груди загорелось фиолетовое свечение размером с булавочную головку, а затем приняло форму новорожденного сердца и забилось. Она запрокинула голову и открыла новые глаза, чтобы посмотреть в небеса, пока её скелет смещался, приспосабливаясь к крыльям.

Сотня сотен фрагментов кости объединились сотню раз, а затем объединились снова, образуя длинный и изящный рог. На концах ног мозаикой сложились копыта, а пространство между её крыльев становилось упругим от плоти и мускулов. По телу расползлась волна кожи, за ней последовала шёрстка ярко-фиолетового цвета.

В её груди билось бессмертное сердце, и она чувствовала каждую каплю крови, теплую и сверкающую от магической мощи, текущую по венам. Она насторожила уши, стоило ей услышать раскат грома, донесшийся из урагана над Кантерлотом. Она повернулась и внимательно посмотрела на подруг, до сих пор стоявших на самом высоком кольце Цитадели.

Вихрь клинков Титана исчез, стоило ей, не раздумывая, поместить его в нуль-пространство. Рэрити, после гибели которой прошло уже несколько минут, для сохранности была заключена в кристальное поле.

Остальные смотрели, даже глазели на неё с благоговейным трепетом. Она улыбнулась им, и этот трепет исчез, сменившись облегчением, надеждой и любовью.

Пинки Пай вышла вперёд.

— Удачи, — сказала она.

Твайлайт обратила свой божественный взгляд к небесам, с удовлетворением отметив, что шесть ветвей её цитадели образовали отверстие, по размеру как раз подходящее для того, чтобы она взлетела в небо.

И что оно имело форму шестиконечной звезды.

Титан прошептал: “Нет”, и она услышала его из находившегося за много километров города.

Ураган остановился напротив горы Авалон и, поскольку ему некуда было двигаться, опускался на Кантерлот. Твайлайт смотрела, как её родной город поглощали штормовые ветра и черные тучи, бурлящие нерастраченной силой. Затем она обратила взгляд вниз, где за разрушенными западными воротами собрались остальные божества.

Она удачно выбрала место, приземлившись именно там, где какими-то мгновениями ранее должен был приземлиться и Титан. Подобно аметисту, кометным хвостом полыхнула она по небу и очутилась на земле. Разбитые камни и разбросанная грязь под её копытами восстановились, воссоздавая небольшой отрезок дороги таким же новым и безупречным, какой она была в тот день, когда её проложили.

Вокруг неё, сразу же погружаясь в землю после приземления, опустились сотни фрагментов звездной стали. Металл представлял собой необычный сплав платины, урана и вольфрама. В отсутствие магии Гармонии он вовсе не имел силы. Под её чарами же, сияя фиолетовым светом, он становился невероятно плотным веществом.

Грива и хвост перерождённого аликорна, усеянные миллионами звёзд, струились и закручивались спиралями бесчисленного множества цветов. Они словно были глубокими и безбрежными туманностями, а их эфирные очертания сбегали по шее и вдоль кончиков крыльев. Зрачки Твайлайт горели изнутри всё тем же непрерывно меняющимся светом космоса. Смотреть в них означало видеть целую галактику, спрятанную под одним-единственным крошечным фиолетовым кольцом.

Она стала точно такого же роста, как и Титан, потому что была его ровесницей. И, увенчивая её струящуюся гриву, бесконечную туманность разделял состоящий из света обруч – корона Гармонии, королевы божеств.

Она велела раскату грома расколоть небо, и он выполнил волю, погрузив целый мир в сверкающие фиолетовые оттенки. Она заговорила, и голос её был подобен симфоническому оркестру:

— Титан.

Две точки света устремились вперед и ударили в клинки, которые пришпиливали Селестию и Луну к земле. Титан подтянул лезвия к себе, затем сделал шаг назад.

— Г-Гармония?

Она покачала головой.

— Нет, Титан. Я не твоя супруга. Ты убил её, помнишь?

Ближайшие фрагменты звездной стали сами по себе поднялись с земли, и её тело притянуло их к себе подобно тому, как магнит притягивает железо. Пластинки слились друг с другом поверх груди, живота, ног, образуя сплошной комплект серебряной брони, травленый фиолетовым светом. Небесный Доспех. Наилучшая в мире броня. Все остальные доспехи были лишь бледным отражением военного одеяния Гармонии.

Она сделала шаг вперед, и Титан напрягся.

— Я – глас каждого пони, что страдал во мгле, и я молю об отмщении. Я – капля гуманности в море бессмертия. Я – холодная, безжалостная логика, смягченная светом дружбы, и я бесстрашна. Я – надежда, я – свобода, я – любовь.

Она сотворила Эквинокс из ничего.

Затем сформировала Ворпал, четырнадцать бриллиантов, сложившиеся из воздуха и сияющие внутренним фиолетовым светом.

­ — Я – Твайлайт Спаркл, — изрекла она, — и я – окончание войны.

Она послала заклинание Селестии и Луне, и у неё в голове зазвучал тёплый и слабый голос Селестии.

— Твайлайт?

— Селестия. С вами всё в порядке?

— Со мной всё будет прекрасно, — сказала Селестия. — Я могу… помочь. Помочь тебе сражаться.

Твайлайт посмотрела вниз, на истощённое тело Селестии. В здравом ли уме находилась принцесса?

— Не волнуйтесь, — передала она мысль. — Всё будет нормально. Просто засыпайте, Селестия. Я разбужу вас утром.

— Это была я, Твайлайт. Я…

— Я знаю, Селестия. Спасибо вам.

— Помни, Твайлайт. Этот мир нельзя завоевать одной лишь силой. Помни.

Селестия потеряла сознание.

Беседа с Луной оказалась намного более прямолинейной.

— Луна.

— Титан чрезвычайно искусно управляется со своим клинком, Твайлайт Спаркл. В фехтомагии ты не сможешь стать ему достойной противницей. Он одолел нас, будучи предсказуемым, а затем в одночасье соединил оба наших стиля и победил нас за считанные секунды. Его движения можно предугадать по мышцам ног, и он очень сдержан, когда дело доходит до применения какой-либо магии. Он считает себя властителем всего, Твайлайт. Он считает себя вправе править всем. Он винит род пони в смерти Гармонии, Терры и обоих Эмпирианов. Он горд и полон высокомерия, но не считай, что он слаб или глуп. Он убьет тебя, если ты дашь ему такую возможность.

— Поняла.

— Я не могу сражаться вместе с тобой, Твайлайт. Мне жаль. Просто помни, что мы сражаемся с помощью того, за что мы сражаемся.

Обе беседы заняли лишь мгновение. Мысль была крайне эффективным способом общения, и принцессы хорошо этим владели. Представление едва успело сорваться с губ Твайлайт.

Титан пристально посмотрел на неё, его лицо застыло безразличной маской. Он хорошо прятал их — или просто ничего не чувствовал?

— Ты намереваешься сражаться со мной за власть, — сказал он.

Эти слова вернули Твайлайт в настоящее. Титан активировал окончательный протокол бессмертной партии.

— Намереваюсь. — Твайлайт заметила, что теперь ураган был почти над ними – вихревые ветры начинали опускаться к самым высоким башням Кантерлота. — Поскольку Селестия и Луна представляют ценность для нас обоих, я предложила бы использовать Кантерлот в качестве подходящего места.

— Приемлемо, — сказал Титан, не теряя самообладания. — Начнем… с Авалона.

Над Твайлайт прокатилась мягкая волна и раздался треск, когда Титан с места преодолел звуковой барьер. Она не теряла следа его движений, когда он устремился прочь; её глаза без труда улавливали невероятную скорость короля.

Она последовала за ним, рассеивая перед собой силы сопротивления воздуха и превышая скорость звука с той же легкостью, что и король. На ходу Кантерлот под ней размывался — тысяча высоких зданий из камня и стекла, соединенных между собой пересекающимися улицами и подвесными мостами. Мелькнули пригороды и центр города, где здания были выше и расположены даже ещё более густо, затем, наконец, зелень дворцового парка.

Она приземлилась на башне Солнца, глядя на башню Луны, где стоял Титан.

— Ты считаешь себя божеством, Твайлайт Спаркл.

Порывы ветра раздували ей гриву, прямо над ней бушевал вихрь.

— Я и есть божество, Титан. Согласно любому определению я божество в большей степени, чем ты.

— Ты – извращение. Кощунство.

Позади Титана сквозь мрачный покров туч едва виднелась гора Авалон. Ветер крепчал, и под копытами Твайлайт гремела покрывавшая крышу черепица.

— Извращение – это ты, Титан. Каждая секунда твоего пребывания в моем мире изменила его к худшему. Но сейчас эти секунды истекают. Я намереваюсь стереть с лица земли всё, что ты когда-либо совершил, и твое поражение вычеркнет их истории само твое существование.

— Как невежественно, — произнёс Титан. — Я придаю силу самому существованию. Само моё предназначение – быть единственным истинным королем. Ты же не более чем песчинка…

Ураган грянул, и Твайлайт решила, что король болтает слишком много.

Она телепортировалась, очутившись прямо перед ним, и ударила его обычным взрывом телекинетической силы, намереваясь начать с простого. По-видимому, она застала Титана врасплох, поскольку заклинание ударило его прямо в грудь.

Титана отшвырнуло назад с силой, достаточной, чтобы разрушить здание. Он летел всё дальше и дальше до тех пор, пока не приземлился на отвесную поверхность горы Авалон всеми четырьмя ногами. Вокруг его копыт пошли трещины.

Твайлайт подняла копыто и, держа его перед лицом, внимательно рассмотрела. Одной мыслью раскалывать цельный камень. Повелевать бурей взмахом крыла. Разрушать города ударом крыла. Она была аликорном.

Она устремилась за Титаном, растягивая вокруг себя воздух, прежде чем скользнуть сквозь него к королю.

Титан вогнал в поверхность горы Авалон две половины Сингулярности, и его рог вспыхнул. У Твайлайт едва не лопнули барабанные перепонки от оглушительного треска, в то время как король выдернул свой клинок, сорвался со склона горы и устремился к урагану.

Твайлайт достигла гребня горы Авалон и обнаружила, что он разрушен. С горы начали громоздко осыпаться огромные обломки камня, крупнее самых больших домов в Кантерлоте; их зазубренные края с чудовищным грохотом терлись друг о друга.

Она посмотрела вверх как раз в тот момент, когда небо озарил ещё один разряд молнии, и там – маленьким силуэтом посреди урагана – виднелся Титан. Молния изогнулась вниз, и Твайлайт приняла её на Эквинокс. Дуга отклонилась и оставила на ближайшем обломке горы след в виде полосы расплавленного камня.

Твайлайт разъединила Ворпал и зарядила каждый фрагмент кинетической энергией, затем обернула их защитным слоем уменьшающей трение магии. Вспыхнув отраженным фиолетовым светом, четырнадцать алмазов устремились к королю.

Противник тоже не летал без дела, и в Твайлайт устремился магический снаряд. Она метнулась в щель между двумя падающими камнями, и заклинание уничтожило скалу, на которой она только что стояла. Аликорн подняла глаза, глядя сквозь обрушившийся на неё камнепад.

Титан показался над гигантской лавиной и швырнул в Твайлайт несколько темных магических кандалов. Ей не хотелось думать о том, что он мог бы сделать, если бы сумел обездвижить её.

Твайлайт перевернула весь мир вверх ногами, обратив силу притяжения для себя одной. Теперь она смотрела на короля сверху вниз. Твайлайт поставила копыта на ближайшую скалу – которая теперь падала вверх, на землю – и побежала. Промахнувшись мимо цели, Ворпал вернулся к ней, но, когда оковы Титана поднялись ей навстречу, алмазы разорвали их в клочья. Она выпустила в сторону Титана ещё одно заклинание – аркан, который подавил бы его магию пегаса.

Они падали друг навстречу другу, пробиваясь сквозь массивные камни, разрушая гору, на ходу швыряя заклинания и уклоняясь от них. Твайлайт ни разу не держала при себе одновременно Эквинокс и Ворпал – редко у неё был хотя бы один из них. Заклинания свистели и трещали между ними, и обломки горы Авалон взрывались и рассыпались, не успевая долететь до земли.

Когда расстояние между ними уменьшилось, время на то, чтобы реагировать на атаки противника, сократилось, и поток заклинаний стал бешеным. Между ними танцевал и вспыхивал свет, когда они поставили копыта на соседние обломки. Камни подтягивались друг к другу, расстояние между ними уменьшалось…

Эквинокс и Ворпал столкнулись со сдвоенными половинами Сингулярности, и поток энергии, зашипев в воздухе вокруг Твайлайт, пронесся сквозь неё. Сверкающие белые искры каскадом рассыпались с клинков и рикошетили о камни. Твайлайт отвела свои лезвия назад, встав в боевую стойку…

Они находились рядом менее секунды, и положение было весьма неудобным для обоих. Но серия ударов, которым они обменялись в этот короткий отрезок времени, не походила ни на что, когда-либо испытанное Твайлайт.

Он почти убил её в то мгновение, когда она отвела Ворпал назад, готовясь нанести удар. Сингулярность, находясь как раз вне зоны поражения Эквинокса, ринулась вперед и полоснула Твайлайт по шее, собираясь обезглавить. Твайлайт отпрянула назад так быстро, как только могла, и клинок Титана рассек ей ключицу, несколько артерий и горло на обратном пути. В воздух сотней крошечных капелек хлынула кровь. Силы аликорна Твайлайт собрали и вернули каждую из них.

Божества кружились в воздухе, пока синхронно не обрушили друг на друга мощные телекинетические удары, когда представился удобный момент. Твайлайт отбросило назад, в небо, а Титана швырнуло наземь.

Твайлайт приземлилась ногами на падающую скалу, снова обратила для себя силу притяжения и принялась обстреливать Титана заклинаниями. Первым стал Эквинокс, заряженный взрывной мощью. За ним последовал Ворпал, каждый его фрагмент был обернут заклинанием, призванным распутать защитные чары. Она метнула в Титана усовершенствованную версию его же снаряда, а затем – лазурную молнию.

Всё это исчезло в облаке пыли из раздробленной скалы у основания горы. Отклоняя атаки при помощи клинков и барьеров, Твайлайт ощутила магию Титана в деле, когда он отклонил все её атаки клинком и барьерами.

— Ни сердца, — сказала она. Она выпустила короткий залп заклинания богоборца; теперь в её распоряжении была вольфрамово-ураново-железная смесь из принадлежавшего Титану вихря клинков. Луч голубого света устремился вниз, тонкий поток сверхплотного металла пробил дыру в груди короля. Против заклинания Твайлайт не существовало защиты.

Твайлайт спикировала вниз, телепортировавшись как раз в тот момент, когда достигла сверхзвуковой скорости, и с размаха приземлилась перед королем. По обе стороны от неё из ниоткуда появились Эквинокс и Ворпал, но Титан атаковал, не обращая внимания на дыру, что проходила от его груди к спине. Твайлайт безразлично посмотрела на короля.

— Ни души.

Твайлайт задействовала гармоническую связь с Рэрити, и её разум наполнился хладнокровной преданностью стилю и умению; клинки двигались словно сами по себе, реагируя на мимолетные сигналы, которые Твайлайт читала в напряжении мышц Титана.

Копыта богов танцевали на неровной земле, а клинки сталкивались в воздухе. Твайлайт находила подход к Титану, как Рэрити – к чрезвычайно капризному рулону материи, работая клинками под всеми углами, продевая их сквозь защиту Сингулярности, в то время как Титан пытался подладить под это свой болезненно простой стиль.

Встречал ли он ранее достойного соперника? Он был сильнее, чем кто-либо из живущих, поэтому у Титана наверняка не было причин улучшать свои навыки. А сейчас он столкнулся с Твайлайт, обладавшей разрушительным могуществом. Никто. Никогда. Ничто больше не причинит вреда ей или её друзьям.

Ураган был в самом разгаре, он хлестал их ветрами, которые сбили бы с ног любого смертного пони. Осколки разбитых окон, обломки скалы, древесные щепки и черепица с крыш отскакивали от их тел, не причиняя вреда, или обращались в ничто, соприкасаясь с клинками. Твайлайт удерживала инициативу, срывая атаки Титана и давя его защиту.

Позади Титана раскинулся замок Кантерлота, и Твайлайт поняла, что это был её шанс. Прорывая оборону Титана, она произнесла два слова:

— Ни надежды.

Когда её клинки откинули Сингулярность далеко в сторону, Твайлайт метнулась вперед. С мрачным удовлетворением она увидела, что Титан не сумеет вовремя отразить этот удар. В конце концов, она теперь не уступала ему в скорости.

Твайлайт использовала связь с Эпплджек и Рэйнбоу Дэш, обволакивая копыто телекинетической энергией, и ударила Титана в лицо с максимально возможным замахом. Удар достиг цели.

Её копыто треснуло, а нога стала похожей на кожаный мешок, набитый галькой, когда все кости в ней раскрошились. Защитные пластины металла сломались и разлетелись в разные стороны, отскакивая от лица и шкуры.

Это было сущим пустяком по сравнению с тем, что произошло с Титаном.

Его череп превратился в пыль там, где в него впечаталось копыто, и раскололся на части во всех остальных местах. Глаза наполовину выпали из глазниц, морда сжалась, как аккордеон, а зубы вонзились в заднюю часть глотки. Шея короля сломалась, голову резко отбросило назад, а затем за ней потянуло и тело.

Титана швырнуло в стену Кантерлотского замка, как снаряд. Твайлайт с холодным безразличием наблюдала за тем, как он проломил стены в библиотеку и уничтожил множество книжных полок, прежде чем вылететь с другой стороны замка.

— Ни крови.

Не в Титане. Что за чудовищем он был?

Когда Титан остановился, оставив в земле борозду, Твайлайт телепортировалась во внутренний двор, воздев клинки, чтобы добить его. Теперь шел дождь, с небес струилась вода, а ураган стих. Для ощущений Твайлайт это не играло роли; дождь лишь позволил свету их заклинаний отражаться от мокрой земли. Пока Титан поднимался на копыта, её клинки опустились – время, чтобы отрезать ему голову, было рассчитано идеально…

Титан не собирался отдавать победу просто так. При помощи заклинания Эстима он переместился, оказавшись за спиной у Твайлайт, и, даже не видя этого собственными глазами, она почувствовала, как король поднимает обе половины Сингулярности.

Поблизости начала обваливаться библиотека.

Твайлайт телепортировалась Титану за спину и ударила его телекинетическим взрывом, отправив в полёт сквозь стену находившейся поблизости столовой. Она снова переместилась к нему, скользя копытами по каменному полу.

Сингулярность обрушилась на неё, и Твайлайт инстинктивно защитилась своим клинком. Только когда Эквинокс погас, она осознала свою ошибку – Титан атаковал не половиной, а целой Сингулярностью, и для того, чтобы остановить её, было недостаточно половины силы, направленной в Эквинокс. Острие клинка Титана впилось ей в грудь, и рог короля вспыхнул, направляя через лезвие всплеск боевой магии.

Грудная клетка Твайлайт взорвалась брызгами, подобно мелкому пруду, в который кинули камень. Она отлетела назад, добавив к импульсу взрыва взмах своих крыльев.

Титан молниеносно переместился прямо в воздух, чтобы не ослаблять натиск, и Твайлайт телепортировалась за него и отшвырнула его в планетарий при помощи ещё одного усиленного магического снаряда. Молодая богиня парила в воздухе, пока содержимое её грудной клетки втекало обратно, а затем выстрелила более долгим потоком заклинания богоборца.

Титан увернулся от заклинания, и оно разрезало фундамент башни Луны и арсенал.

Боги продолжали сражаться, молниеносно перемещаясь, телепортируясь и забрасывая друг друга заклинаниями на расстоянии. Их столкновения были короткими и жестокими, а боевые заклинания редко попадали в цель. Они не замечали дождя, не замечали ветра, не обращали внимания на замок Кантерлота.

Твайлайт поняла, почему Титан никогда не провозглашал замок средоточием своей силы. Почему его или её должна заботить какая-то возведенная пони постройка? Они прорывались сквозь каменные стены и обрушивали башни, словно те были из бумаги. Для скорости, на которой они сражались, секунды едва ли были эффективным способом измерения времени. Замок Кантерлот был почти полностью уничтожен менее чем за двадцать ударов сердца Твайлайт.

Уцелела лишь башня Солнца. Твайлайт снова телепортировалась на землю, Титан же соблюдал дистанцию.

— Чего подлинно желает твое сердце, Твайлайт Спаркл? Как ты будешь строить мир без изъянов? Должен ли я притворяться? Действовать так, словно во мне есть все те дефекты, которым поклонялись бы пони, будь ты на моем месте? Мое естество совершенно. Я не понимаю твоих недостатков.

— Нет, — сказала Твайлайт. — Я не хочу, чтобы ты искал спасения. Я хочу…

Одновременно произошло несколько событий.

Во-первых, Твайлайт перестала ощущать Титана своей магией. Аликорн трех тысяч лет от роду, заключенный в зачарованную броню и вооруженный фехтомагическим клинком, попросту исчез из магического фона. Она не полагалась на зрение или слух, чтобы засечь Титана: ураган затуманивал взгляд, а звук доходил слишком медленно.

Во-вторых, Титан выпустил в неё ещё один магический снаряд, но этот был быстрее предыдущих. Слишком быстрым, чтобы Твайлайт успела увернуться. Он не уступал в скорости её богоубийственному заклинанию. Едва применив заклинание, король ещё раз молниеносно переместился.

Твайлайт телепортировалась в ту же секунду, как заклинание попало в неё. Она не думала, куда перемещается, она просто хотела оказаться где-нибудь, где угодно, лишь бы подальше от короля.

Твалайт очутилась в кабинете Селестии в башне Солнца как раз в тот момент, когда заклинание Титана оторвало ей плечо и одну из передних ног, разбросав осколки брони и загнав ей в брюшную полость некоторые из них. Однако ей удалось избежать большей части урона, и вскоре Твайлайт снова взмыла в небо Кантерлота, вынеся вместе со стеной большую часть кабинета.

Башня ещё только начала громоздко и медленно падать, а Титан уже набросился на противницу в воздухе, перехватил оба её клинка и пнул копытом в грудь.

Она отлетела назад, снеся ещё одну часть башни. Титан нападал на Твайлайт снова, и снова, и снова, до тех пор, пока на землю не стали падать только пыль и осколки камня. Замка Кантерлот больше не существовало.

Когда король в очередной раз набросился на неё, Твайлайт была готова. Она сосредоточилась и почувствовала все: каждую частичку воздуха, воды, пыли и обломков, окружавших их – затем сконструировала новое заклинание, чтобы найти пустую полость в этом пространстве. Добавив простое заклинание обращения, она получила точное средство обнаружения. Титан атаковал её и, должно быть, сильно удивился, что она развернулась и встретила его клинки в воздухе. Но даже если это было так, его лицо никак не выдало изумления.

Они поднимались выше и выше, поднимаясь к сердцу бури, где ветра свирепствовали ещё сильнее. Чтобы эффективнее заниматься фехтомагией, они работали крыльями крайне медленно и аккуратно.

Твайлайт задействовала связь с Рэрити, но этого было недостаточно. Фехтомагия начала подводить её.

Стиль Титана абсолютно изменился. Всё ещё будучи прямым, чётким и открытым, теперь он просто стал лучше. Титан с легкостью отвечал на удары, его клинок почти безнаказанно отсекал куски плоти Твайлайт. Каждое движение Сингулярности заставляло её принимать оборонительную позицию и вынуждало всё больше и больше уходить в защиту.

Выражение лица Титана оставалось неизменным. Побеждал он или проигрывал, оно не отражало ничего, кроме легчайшей тени презрения. Твайлайт не понимала, почему он внезапно стал превосходить её. Ни один пони не мог учиться так быстро. Она не могла учиться так быстро.

Мог ли Титан?

Он прорвался сквозь её защиту, вогнал Сингулярность ей в грудь и снова разорвал грудную клетку на куски. Твайлайт в полете стянула под собой облака при помощи магии пегаса, останавливаясь на мягкой поверхности и готовясь к следующей атаке Титана. Её не последовало.

— Среди всех созданий лишь я один совершенен, — сказал Титан, легко опустившись на облако, которое свернулось менее чем в двадцати метрах от Твайлайт. — Ты всего лишь осколок моей величайшей мечты, и мечта эта обернулась кошмаром. — Его глаза горели, два кольца света сверлили её сквозь тьму. — Я не могу проиграть, Твайлайт Спаркл.

Твайлайт стиснула зубы. Один из них раскололся, но тут же исцелился.

— Посмотрим, — сказала она, сощурившись. Она приготовилась к броску…

Стоило ей посмотреть в глаза Титана, и её ноги застыли, игнорируя приказ двигаться. Глаза короля были подобны белым туннелям, затягивающим, поглощающим её…

Титан использовал взгляд.

Твайлайт немедленно коснулась гармонической связи с Флаттершай и встретила взгляд Титана своим. Он хочет битву сил воли? Он её получит.

Она вызвала в воображении кусочки и обрывки тех приключений, которые пережила вместе с друзьями. Эпплджек со вздохом принимается тянуть свою тележку с яблоками. Флаттершай раскладывает корм для животных. Рэрити под шипение утюга прижимает ткань к гладильной доске.

Всё это моментально поглотила пустая тьма, сожрала такая безбрежная чернота, какой Твайлайт не могла даже представить. Она окружила бывшую единорожку, топя в безжалостной воле разума, что уничтожал звезды и создавал миры, а сейчас обратил свой взор на то, чтобы бесповоротно стереть нечто, которое делало её вид особенным.

Твайлайт попыталась вызвать ещё одну картинку – Спайка, сосущего коготь, – но та дрогнула. Вес её собственной ничтожности в безжизненных, пылающих глазах Титана сокрушил Твайлайт, и она ничего не могла с этим поделать. Противостоять его воле было невозможно.

Титан прервал взгляд и атаковал.

Она подняла Ворпал, чтобы не позволить Сингулярности снести ей голову с плеч, но вторую половину клинка ничто не задержало, и та вонзилась в сердце. Раздавленная неукротимой волей Титана, Твайлайт не могла думать, с трудом могла чувствовать. Что, если бы он продержал её в таком состоянии дольше?

Раздался звук, подобный чудовищному грохоту. Твайлайт отбросило на сотни метров назад, и это привело её в чувство. Она затормозила, разыскивая Титана. Он возник позади нее.

— Я понимаю, за что ты сражаешься, Твайлайт Спаркл. Ты сражаешься за мир, в котором когда-то жила, за мир, которым бы ты теперь правила.

— Н-нет, — сказала Твайлайт, отступая от него. Должна ли она хотеть править миром? Разве не так поступают божества?

Титан высоко поднял свой клинок, и тучи вокруг него мгновенно расступились.

— Смотри же, Твайлайт Спаркл. Вот твой мир!

Небо расколола молния, под треск и грохот озарив пейзаж под ними. Пылающий местами Вечнодикий лес. Высокая и внушительная Цитадель. Наполовину лежащий в руинах Понивилль. И под ними — Кантерлот: дворец, который простоял тысячелетия, и был без раздумий разрушен в одно мгновение.

— Ваши хрупкие рассудки слабы и сломлены ужасами, которые принесло с собой ваше неповиновение. Ваши дома разрушены, а те, кого вы любите, умерли тысячами. Ты думаешь, что сможешь когда-либо восстановить мир, за который сражаешься, Твайлайт Спаркл?

Твайлайт посмотрела на Титана, в броне которого отражались звезды. Сможет ли она когда-либо вернуть всё, как было раньше? Ответ был “нет”, и он был настолько очевиден и прост, что это ранило ещё сильнее.

Она подумала о дворце, лежавшем под ними кучей щебня и стекла. Твайлайт сама приложила копыто к его разрушению, разломав грандиозную постройку на части в считанные секунды. Когда она стала такой безразличной и жестокой?

Тогда, когда приняла силу Гармонии. Как могло что-либо представлять ценность для Твайлайт теперь, когда замки пони стали не прочнее песчаных? Горы стали хрупкими, как необожженная глина, а законы физики – непостоянными. Города были бумажными, а памятники от полного уничтожения отделял только взмах копыта.

Внезапно Твайлайт осознала: так Титан чувствовал себя всё время. Он передвигался по созданному им миру, и где бы ни остановился, он мог уничтожить всё, что угодно, и всё, что видел. И всё, что он мог уничтожить, он мог заменить.

А ещё в этом мире были пони. Раса, которую Титан сам создал. Но каждый из них — бледное отражение его собственной магической мощи — едва ли представлял собою нечто большее, чем просто комплект белков и жиров. Они, все они, умирали за столь краткий миг, что почти ничего не значили в качестве индивидуальностей. Но как раса они были гибки и целостны. Убить пони было всё равно, что оставить царапину на самом короле. Она исцелялась.

Но род пони ничему не научился. Каждую сотню лет целая раса умирала и возрождалась, и таким образом они были постоянно молоды и вечно обречены повторять ошибки предшественников. И всегда столь хрупкие, столь малые в сравнении с горами и городами, и столь бессмысленные в своей индивидуальности…

Однако они убедили Гармонию в обратном. И сделав это, они предопределили судьбу сына Титана и убили его жену. Истинных существ. Бессмертных существ. Настоящих спутников в мире, полностью созданном из непрерывно меняющегося тумана. Мире, в котором Титан жил на протяжении тысяч лет. Как мог он теперь поступать иначе? Твайлайт сглотнула, глядя на короля в его безупречной броне.

Нет, не безупречной. Часть брони на его бедре отсутствовала, та часть, которую он не смог заменить ни одним заклинанием. И перед Твайлайт предстала его обнаженная метка, представляющая собой простой белый круг.

— Мы сражаемся с помощью того, за что мы сражаемся, — сказала Луна.

— Этот мир нельзя завоевать одной лишь силой, — сказала Селестия.

— Да, — прошептала Твайлайт.

Титан слегка наклонил голову.

— Что ты только что сказала?

Твайлайт кивнула сама себе, затем повернулась к королю.

— Я сказала “да”. Я могу восстановить этот мир. Мой род может снова изменить его к лучшему.

Титан мгновение рассматривал её.

— Ты ошибаешься. Ты не можешь вернуть назад утраченное, Твайлайт Спаркл.

— Почему ты король? — спросила Твайлайт.

— Пытаешься задержать меня, Твайлайт Спаркл? Выжидаешь, пока мои дочери восстановят немного сил и придут тебе на помощь? Они не придут. Раны, которые наносит Сингулярность, легко не исцеляются.

— Почему ты король? — снова спросила она.

— Ты быстро становишься неинтересной, Твайлайт Спаркл.

— Почему ты король, Титан?

— Да будет так.

Титан прыгнул и раскрыл свои тёмные крылья, окутав себя плотным воздухом. Вдоль его боков разрезала воздух Сингулярность, а лицо снова приняло обычное презрительное выражение.

Твайлайт отвела его клинки и перехватила удар передними ногами, но не ответила. Она не ответила и когда он обрушил Сингулярность градом ударов, и когда заряд молнии толщиной со ствол дерева сбил её с неба.

Она укрепилась в воздухе и подняла щит, когда он метнул в неё ещё одно боевое заклинание, но не бросила ничего в ответ. Барьер выдержал заряд, но её всё же кинуло на землю.

Она приземлилась посреди улицы в промышленном районе, а спустя мгновение Титан вновь напал на неё. Твалайт телепортировалась ему навстречу.

Клинки столкнулись с клинками, и воздух вокруг них осветился искрами. Но Твайлайт лишь удерживала Титана на расстоянии.

— Что ты делаешь? — сказал он, а на лице у него играл свет Эквинокса. — Сражайся со мной.

Твайлайт надавила на половины Сингулярности.

— Почему. Ты. Король?

Титан направил в свое оружие так много магии, что все их клинки погасли. Он сделал шаг вперед и ударил Твайлайт копытом в лицо.

Она передними ногами перехватила этот удар, а затем и следующий.

— Сражайся со мной!

— Скажи мне, почему ты король, Титан. Что дает тебе право править?

Он нанес удар головой, и мордочка Твайлайт разлетелась, как стакан воды под ударом молота.

Она отшатнулась, в то время как Титан приготовился лягнуть её задними ногами, но умудрилась блокировать удар прежде, чем тот обрушился на неё. Она не ударила в ответ.

Титан налетел на неё вихрем точных ударов. Сила его копыт была невероятной, но Твайлайт противостояла каждому выпаду. Кости их ног раскалывались и тут же исцелялись. Дорога под ними треснула от силы, с которой они опускали на землю свои копыта. И всё это время Твайлайт не отвечала на выпады.

Конец этой игре настал, когда Титану удалось заставить её споткнуться и распластаться по земле. Не успела она прийти в себя, как ей в грудь врезалось копыто, и Твайлайт отшвырнуло сквозь сплошную каменную стену в похожую на мастерскую комнату.

Король молниеносно переместился к ней, обхватил её рог передним копытом, а другим ухватился за затылок. С отчётливым треском её рог раскололся, и копыта Титана переместились вниз, чтобы сомкнуться вокруг шеи Твайлайт. Он опустил морду к её уху.

— Сражайся со мной, Твайлайт. Не теряй надежды. Не впадай в отчаяние.

Хватка на шее усилилась, и Твайлайт попыталась вырваться. Её передние ноги колотили по полу, оставляя в камне выбоины, но они не сдвинулись с места. В этом не было смысла – они оба вместе не весили почти ничего в сравнении с силой Твайлайт. Она могла бы с легкостью прямо отсюда отправить их в небо.

Мышцы шеи, сжатые со всех сторон, протестующе кричали. Она почувствовала, как с резким щелчком сломался позвоночник.

— Сражайся со мной, Твайлайт Спаркл, при помощи каждой капли силы, что есть в тебе. Пролей каждую каплю своей крови в попытке одолеть меня.

Кровь грохотала у неё в ушах и скапливалась в шее. Король выкрутил её назад, он пытался оторвать Твайлайт голову.

— Я хочу, чтобы ты умерла, зная, что всего, чем ты располагаешь, было недостаточно. Что при помощи всех твоих союзников, и уловок, и силы, украденной у самой Гармонии, ты не смогла победить меня. Потому что я всемогущ, Твайлайт Спаркл. Я – душа самого мироздания, и я правлю всем.

Твайлайт выдавила из себя единственное слово:

— Почему?

Её позвонки один за другим начали трескаться, а вместе с ними отказывали и голосовые связки. Ей было интересно, станет ли это слово последним. Почему.

— Таково мое предназначение, — прошептал Титан. — Мое право по рождению.

Зарывшись передними ногами в камень под собой, Твайлайт с усилием поднялась, отбрасывая Титана вперед, но его копыта всё ещё сжимали её шею. Она опрокинула короля на спину, животом кверху, затем передними ногами нанесла удар по его ногам, заставляя ослабить хватку.

Её рог и шея исцелились со всплеском магии земной пони, и она телепортировалась в менее рискованную позицию, встав над королем.

— Ты думаешь, что властвуешь по божественному праву, — сказала Твайлайт. — Ты думаешь, что из всех пони ты должен обладать правом выбирать, что верно, а что неверно. Но никто никогда не давал тебе этого права, Титан.

Титан встал.

— Я дал себе это право, — сказал он. Его рог вспыхнул.

Это был очередной сверхбыстрый снаряд. На сей раз у Твайлайт не хватило времени увернуться. Заклинание вошло в грудь целиком.

К удивлению Твайлайт, это было вообще не больно. Он был больше похож на те снаряды, что Твайлайт отражала, будучи смертной. У неё осталось только смутное воспоминание о том, как она лишилась брюшной полости, о том, как с её ног и лица сошла плоть, о том, как её тело сжалось в нечто совершенно неестественное. О том, как она проносилась сквозь одно здание за другим, прежде чем безвольно покатиться и остановиться во внутреннем дворе Кантерлотского замка. Её кости щелкали и вставали на положенные места, а кожа нарастала обратно с волной исцеляющей магии.

Едва она успела приземлиться, как Сингулярность пронзила насквозь её вновь исцеленное сердце, а Титан быстро спустился, встав рядом с ней.

Мир сжался вокруг его клинка, со всех направлений затягивая Твайлайт в себя, и она почувствовала, как её магия угасает. Сейчас или никогда…

— Ты дал себе это право, — сказала она.

Глаза Титана сузились.

— Замолчи и умри, смертная.

— Нет, — выдавила из себя Твайлайт, и у неё изо рта побежала тонкая струйка крови. — Ты видишь то же, что и я, Титан. Ты дал себе право поступать так, как тебе угодно, но у тебя никогда не было права даровать такую привилегию.

— Я единственный истинный король, — сказал Титан. — У меня есть право на то, чтобы…

Твайлайт закашлялась.

— Ты божество потому, что ты божество, потому что ты божество, — сказала она. — Ты позволил своему разуму войти в колею, которую ты проложил для себя в течение более чем тысячелетнего размышления. Это порочный круг, который ты использовал для того, чтобы оправдать массовое убийство бесчисленных невинных пони, одаренных разумом и душой не менее, чем ты.

— Ложь! — закричал Титан. Его глаза налились бешенством.

Бессмертное сердце Твайлайт сжалось вокруг его клинка: каждый удар был слабее предыдущего, кровь беспрестанно струилась из раны.

— Терра предала тебя, когда приняла Осколок. Гармония оставила мне эту силу, чтобы с её помощью убить тебя. Род пони никогда не признает твоей власти. Даже Эксакктус, величайшее из твоих чудовищ, понимал то же, что и мы. Что ты не имеешь права. Каждое существо в этом мире противится тебе, Титан. Чтобы утвердить свою власть, ты решился даже забрать наши души.

— Нет, — сказал Титан. — Ты настроила их против меня. Ты отравила их.

Твайлайт покачала головой.

— Ты одинок, Титан, и пытаешься править в мире, что процветал без тебя на протяжении тысячи лет. Это не мы. Это ты. Ты – уязвимость в этой системе, ты – то, что неправильно. Уродливое пятно непостоянного совершенства на прекрасном полотне организованного хаоса. И ты провел каждое мгновение своей бессмертной жизни, сравнивая свою значимость с нашей, убеждая себя, что ты прав. Не так ли?

Титан замер, его грива и хвост колыхались, глаза представляли собой два изменчивых круга света. Он открыл рот, словно собираясь сказать что-то, но не нашёл слов. Он наморщил лоб и посмотрел на Твайлайт, словно спрашивая, почему.

Сингулярность погасла.

Твайлайт двигалась быстро, перетекая на копыта, в то время как Эквинокс и Ворпал сложились из воздуха и слились в единый сверкающий луч фиолетового света. Она воздела их к небесам, собирая каждую каплю пегасьей магии, какую смогла, и луч лазурной молнии выгнулся вниз из центра урагана, ударив в Небесный Клинок и наполнив его силой, способной убить божество.

Затем она задействовала связь с Пинки Пай, используя силу аркпони, чтобы перехватить Титана как раз в тот момент, когда он попытался сбежать. Она отбросила его передние ноги своими, с точностью представляя себе, как должна двигаться, ещё до того, как даже подумала об этом.

Небесный Клинок с силой вонзился в центр его груди, прямо туда, где должно было быть его сердце, если оно у него имелось. Титан не закричал.

Твайлайт встретилась с ним взглядом, задействовала дар Флаттершай и использовала взгляд. На сей раз она встретила сломленное сознание, всё ещё пытающееся собраться воедино. Однако разум Титана всё ещё был безбрежным и могущественным, и его воля надавила на неё безжалостной волной силы.

Твайлайт передала ему все, что знала о Луне и Селестии. То, что Луна была своевольной и замкнутой, то, что Селестия была коварна в своем влиянии, и то, как обе они заботились об Эквестрии. То, как каждая из них в своем собственном роде вдохновляла, и то, что они любили Эквестрию так, как Титан никогда не смог бы её полюбить.

У его надломленной силы воли не было никаких шансов. Он стоял, стиснутый в хватке Твайлайт и сокрушенный её волей, а клинок постепенно уничтожал его магическую защиту. Когда та наконец пала, Твайлайт захватила короля богов при помощи своего сознания, и он оказался в её неограниченной власти.

Она забрала его магию. Всю целиком, отдирая её и добавляя к своей собственной, а затем выдернула клинок и позволила Титану залечить свою рану, чтобы он не умер. Это не заняло у неё много времени.

Одновременно она обратилась к урагану и разогнала его остатки. Он практически полностью исчерпал свои силы над Кантерлотом, так что для Твайлайт не составило труда рассеять оставшиеся тучи, отправив их пролиться дождем над остальной Эквестрией. Когда она отпустила Титана, в мире снова было спокойно.

Он упал на колени, самый крупный и внушительный жеребец из всех, кого только видела Твайлайт, но всё же ничтожно маленький по сравнению с божеством. Его грива безвольно обвисла вокруг лица, он дрожал в окружении перьев, которые осыпались с его крыльев, когда те пропали, и осколков того, что когда-то было рогом. Он смотрел на Твайлайт белыми глазами, тусклыми, если бы не отражавшийся в них свет её клинка.

— Божества могут умереть, — сказала Твайлайт, — но ты можешь жить. Ты можешь жить жизнью смертного, если сделаешь такой выбор. Сегодня ты совершил первый шаг в понимании ошибки своего поведения. На это может потребоваться целая жизнь, но мы покажем тебе, что ты был неправ. Ты изменишься, Титан. И тогда ты должен будешь вечно жить с сознанием вины за то, что ты совершил. Терра была достаточно смелой для того, чтобы сделать этот выбор, даже если она этого пока не осознала.

Ноги Титана продолжали трястись. Твайлайт не была удивлена – он провел целую жизнь, чувствуя себя практически невесомым, а сейчас вынужден был встать, будучи смертным. И, похоже, это оказалось очень трудно. Возможно, труднее, чем всё, что он делал ранее. Но всё же он сумел выпрямиться во весь рост и посмотреть на неё; его лицо до сих пор было лишено каких-либо эмоций.

Твайлайт так и не узнала, решил ли он погибнуть в бою или просто не понимал, что смертный не может надеяться навредить ей. Так или иначе, Титан прыгнул на неё так медленно и неуклюже, с лицом, искаженным яростью.

Она была божеством, и её долгом было выносить приговор и распоряжаться властью над жизнью и смертью. Клинок пронзил шею жеребца с такой легкостью, словно это был воздух, и Титан, властитель мира и последний враг рода пони, умер. Твайлайт вздохнула, обнаружив, что находится одна среди руин Кантерлотского замка. Это было её долгом. Её обязанностью.

Но не привилегией.

Путешествие обратно в Понивилль было коротким. Прежде чем покинуть Кантерлот, Твайлайт убедилась в том, что с Селестией и Луной всё будет хорошо. Они находились без сознания, но, как она и думала, были в порядке. У рода пони всё ещё оставались его принцессы, а у Твайлайт по-прежнему была наставница.

Когда она добралась до города, уже стемнело, но работа в нем ещё кипела. После того, как Твайлайт с друзьями вошли в Цитадель, туда вернулось всё войско и, должно быть, издалека видело дуэль в Кантерлоте. С тех пор, как сражение прекратилось, прошло только несколько минут. На что были похожи эти минуты для пони, в страхе ожидающих, станет ли сегодняшний вечер их гибелью или спасением?

Местом своего приземления она выбрала пустой пьедестал на городской площади и метнулась к нему полоской фиолетового света, умышленно привлекая к себе как можно больше внимания. Когда она приземлилась, все пони обратились к ней, и городок погрузился в молчание.

Твайлайт осмотрелась вокруг, глядя на испуганные лица жителей, наблюдая за тем, как ужас обернулся узнаванием. Да, она всё ещё была Твайлайт Спаркл, их мастером-генералом. И если она стояла здесь перед ними, это могло означать только…

— Победа! — крикнула Твайлайт, её голос аликорна прокатился над всем городом. — Король мертв!

Она вытащила отрезанную голову Титана из глубин своего нуль-пространства и подержала на весу перед толпой. Эта мысль, или, по крайней мере, часть её, вызывала у неё отвращение, но род пони заслужил это.

Они возликовали. Война завершилась, они победили. Более никто из них не был в опасности. Эта мысль вызывала оцепенение и в то же время возбуждала. Жизнь будет продолжаться.

И они поклонились. Никто больше не отдавал честь. Все они молились пред Твайлайт Спаркл, “Окончанием Войны”.

Она спустилась со своего пьедестала, и толпа расступилась перед ней, когда она направилась в Сахарному Уголку. Ещё не всё было кончено. Пока нет.

Терра находилась на том же самом месте, где Твайлайт видела её в последний раз. Кобылка задрожала, когда Твайлайт прошагала в помещение и швырнула голову Титана на пол рядом с прутьями клетки. Глаза бывшей королевы, наполненные благоговением и ужасом, метались между Твайлайт и отрезанной головой. Твайлайт некоторое время хранила молчание.

— Он… — произнесла наконец Терра. Её голос дрожал. — Он… мертв?

Твайлайт оцепенело посмотрела на голову Титана сверху вниз, затем снова на Терру.

— Да, Терра. Он умер. Навсегда.

Терра сглотнула.

— Мой отец непобедим, — сказала она напряженным голосом. — Он не может… это не может…

Твайлайт наклонилась и посмотрела Терре в глаза.

— Титан мертв, Терра. Что означает, что с этих пор тебе некого винить в своих поступках, кроме себя самой. Ты понимаешь?

— Я…

— Ты идешь со мной, — сказала Твайлайт. — Мне необходим чертеж.

При этом Терра, казалось, частично вернула самообладание.

— Чертеж чего? — спросила она.

Они вышли из телепорта Твайлайт и оказались в Цитадели.

Держа спину прямо и глядя перед собой, она встала на принявшие её металлические фрагменты, затем огляделась и подобрала инструменты, которые потребуются для спасения Рэрити. Символы на стенах всё ещё наполнял фиолетовый свет, и по своим орбитам лениво плавали тысячи тысяч её фрагментов.

Перед нею были пятеро подруг, позади стояла Терра. Твайлайт хотела бы видеть выражение лица Терры после того, как она наконец-то вернулась домой. Но она была слишком занята, глядя на своих друзей.

— Простите, я заставила вас ждать, — сказала она, неторопливо переходя через собравшийся перед нею мост, ведущий на внутреннее кольцо. — Титан мертв.

Каждая из них издала тот же вздох, что и войско, что и сама Твайлайт, словно с них свалилась огромная тяжесть.

— Селестия жива, — сказала Твайлайт, большими шагами подходя к кристальной конструкции, в которой находилась умирающая подруга. — Луна жива.

— Рэрити? — выдавила Эпплджек.

— Её сердце остановилось, — сказала Твайлайт. — Кровь больше не течет. Магия Титана полностью её сломила. Она поглотила её кожу, мышцы, жир, кость. На самом деле это всё, что мы собой представляем. Это — плюс магия. И в ней всё ещё есть магия, Эпплджек, и поэтому до сих пор есть жизнь. Слабая и хрупкая, но всё, что ей требуется, – это немного плоти. Немного костей. — Твайлайт взглянула на Терру и слабо улыбнулась. — И прекрасное сердце.

Она закрыла глаза, медленно пропуская воздух через ноздри.

— Только одно сердце гарантированно подойдет, потому что есть только одно безупречное сердце. Оно уже было уменьшено до нужного размера, и у меня есть исходный чертеж. В совокупности их будет достаточно для того, чтобы сделать идеальную копию.

— Гармония, — прошептала Терра. — Она оставила её тебе. Силу жизни.

В ответ Твайлайт остановила на ней свое копыто, и каждый фрагмент в Цитадели метнулся на место, чтобы образовать сложный набор закручивающихся в спираль колец. С ней было знание, и для работы потребовалось бы удивительно малое количество силы.

Кристалл, заключавший в себе Рэрити, раскололся, тонкие трещины расползлись по нему до тех пор, пока осколки не отделились и не рассеялись в воздухе. Твайлайт магией поднесла Рэрити в центр Цитадели.

Первым шагом был ряд заклинаний, призванных поддерживать Рэрити в стабильном состоянии. Качать кровь, сжимать легкие, скреплять тело, поддерживать жизнь. Невероятно сложные заклинания, выполнявшие функцию самой живой ткани — они были прекрасны. Должно быть, Гармония провела десятилетия или даже столетия, пытаясь понять, что заставляло функционировать живое существо. Всё составлявшее их изнутри было таким крошечным и сложным.

Рябь силы Твайлайт прогудела по Цитадели, и Твайлайт сорвала магию Титана. Точно так же, как и в случае с её зачарованиями, она должна была выполнить только десятую часть мыслительного процесса. Цитадель была совокупностью миллиона всевозможных заклинаний, и она знала, что делать, фокусируя магию Твайлайт на деталях, в то время как сама Твайлайт только управляла ею.

Затем аликорн принялась заново наращивать плоть, вытаскивая сырой материал из своего собственного тела и превращая его в ткань, которая отсутствовала у Рэрити. Процесс был медленным, но магия земной пони Твайлайт моментально исцеляла её.

И плоть Рэрити выросла заново, словно она сама была земной пони. У Твайлайт вырвался вздох, который она, сама того не зная, сдерживала. Это было возможно. Это было прекрасно. Это было чудом.

Это было магией. Вдохнуть жизнь в пони, находящуюся на грани жизни и смерти. Какое применение её даров могло быть более благородным? Она спасала жизни, убивая. Но сейчас деяние было чистым и незапятнанным.

Она работала до тех пор, пока не осталась последняя деталь. Фрагменты Цитадели вращались вокруг нее, принимали различные формы, служа любым нуждам. Над Рэрити возникло призрачное изображение, то самое, которое показала Терре Гармония в воспоминаниях из другой жизни. Прекрасное сердце.

Шесть фрагментов подплыли, образуя перед Террой кольцо, и павшая королева отвела взгляд от фантомного сердца.

— Терра, — сказала Твайлайт. — Вложи копыто в кольцо, и у меня будет все, что нужно. Рэрити снова оживёт. Её жизнь в твоих копытах.

Терра усмехнулась.

— Едва ли. Ты можешь заставить меня.

— Я могла бы, — сказала Твайлайт.

— А если я этого не сделаю, ты убьешь меня.

— Возможно.

— Терра, — сказала Флаттершай. — Не бойся попробовать стать пони, которой была прежде. Ты хочешь выжить, но вместо этого можешь жить. Так пони и поступают.

— Это ничего не значит, — сказала Терра. — У меня нет выбора. Я ничего не добьюсь спасением вашей подруги.

Твайлайт слегка наклонила голову.

— Возможно, ты так это видишь. Первые шаги, Терра.

Терра пожала плечами, затем просунула копыто в кольцо.

Твайлайт немедленно приступила к работе над новым сердцем Рэрити. Она должна была, одновременно убирая остатки прежнего, телепортировать каждый фрагмент на место. Всё это время она наслаждалась тем, что делала. Пересадка сердца. Вот для чего предназначалась магия. Не для убийства и войны.

Поддавшись внезапному порыву, она приказала Цитадели раскрыться и подняла солнце. На безоблачное небо пришло утро, и ослепительный свет восхода широкими лучами просочился сквозь серебристые ветви. Закончив свою работу, Твайлайт улыбнулась, и биение света довершило её заклинания.

Сердце Рэрити начало биться, и она открыла глаза; её тело пребывало в идеальном состоянии. Твайлайт телепортировала её таким образом, чтобы она встала рядом с подругами.

— Я жива? — спросила Рэрити. — Твайлайт – аликорн? — Она осмотрелась по сторонам, её взгляд в поисках ответов перемещался с одной пони на другую. — Как сюда попала Терра? Постойте! Мы победили?

Эпплджек подвинулась, чтобы встать рядом с Рэрити и понаблюдать за восходящим солнцем.

— Тише, сахарок. Просто посмотри с нами на восход.

— Ну же, Терра, — сказала Флаттершай, присаживаясь.

— Это всего лишь восход солнца, — сказала Терра, тем не менее присоединившись к ним.

— Ты права, — сказала Твайлайт. — Это просто восход солнца. Но я думаю, что в этот раз я могу позволить солнцу сиять ярче.