Меня зовут Хайвз

Доктор Хайвз, терапевт клиники Понивилля, одной из лучших клиник Эквестрии. Он не любит правила, не любит общение с пациентами, но очень любит свою работу - разгадывать загадки. Он - талантливый диагностик, и делает свою работу лучше всех. К нему направляют самых безнадежных пациентов - тех, поставить диагноз которым стандартными методами невозможно.

ОС - пони

Цикл "Механическая рука"

Широко известный в узких кругах странный белый единорог из Сталлионграда с крестообразным шрамом на щеке наносит добро окружающим. По сути, это цикл философско-психологических рассказов, объединенных одним странным персонажем, который кому-то может показаться знакомым.

ОС - пони

Мистер Диск

Мистер Диск, учитель рисования в старшей школе "Кантерлот", поссорился со студентом и был вытолкан в портал в Эквестрию. Будучи совершенно изумлённым, он попытается понять, почему всякое живое существо убегает в страхе едва завидев его.

Флаттершай Эплблум Дискорд

Месть в Серых Тонах

Может ли хищник стать жертвой? История говорит - да. Но может ли пони, ставший жертвой, превратиться в хищника?

Флаттершай Свити Белл Зекора

"Эрмитаж"

Старая, как фандом, история о попаданце. Тип он довольно неприятный и депрессивный. Пони пытаются перевоспитать его с помощью Магии Дружбы, а он уверен, что дружба - это форма паразитизма, временное сосуществование эгоистичных индивидов.

Флаттершай Спайк Энджел Человеки

Хроники новой Эквестрии

Сборник информации о "Новой Эквестрии"

Другие пони ОС - пони

Встречай меня, Эквестрия!

Просто ещё один рассказ о человеке, который попал в Эквестрию.

Эплджек Эплблум Биг Макинтош Грэнни Смит Человеки

История о Дерпи

История о том как Дерпи попала в мир людей

Твайлайт Спаркл Дерпи Хувз

Почтальон

Действие происходит вскоре после событий первых серий первого сезона. Самый обыкновенный пони, почтальон Рони Шарфсин, задаётся вопросом - может быть, чейнджлинги вовсе не являются чудовищами, как думают многие? Он и его друзья - Винди Конквер и Кристал Харт - решают создать почтовую станцию и начать переписываться с оборотнями, чтобы наладить с ними отношения. Тем не менее, далеко не все готовы принять такую смелую идею. Сможет ли Рони преодолеть все трудности на пути к своей мечте?

Твайлайт Спаркл ОС - пони Чейнджлинги

Меткоискатели - призыватели апокалипсиса!

Меткоискатели, разочарованные своими постоянными неудачами, решают найти больше информации о Метках и способах их получения в библиотеке Твайлайт. Их не оставляет надежда, что именно там они смогут найти способ получить желаемое. Однако, троица натыкается на древнюю книгу, полную зловещих заклинаний и подружки решают получить Метки худшим возможным способом.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Эплблум Скуталу Свити Белл

S03E05
Глава 04. На небесной тропе Глава 06. Непредвиденные последствия

Глава 05. Самоубийственная миссия

…В усадьбе мистера М даже в туалете для гостей все было пропитано практичной роскошью и комфортом.

Здесь, в отличие от «Пони-Плея», даже не пахло дешевой дезинфекцией и, тем более, нечистотами. Темный кафель отдавал просто медицинской стерильностью и был ярко освещен световыми панелями. Над каждой раковиной висело чистое зеркало, а сама сантехника сияла попросту ослепительной белизной, с которой могли посоревноваться разве что выглаженные полотенца на специальной вешалке.

Лежащий ничком Пибоди Харлон здесь смотрелся как элемент беспорядка.

Рейнбоу Дэш и Сансет Шиммер, конечно, видели, как Даймонд Тиара Ингред дралась на Арене. И не только она.

Но никому из них даже в голову не приходило поднять копыто на человека. И мысль о чем-то подобном внушала поняшкам просто животный страх вперемешку с отвращением, от которых хотелось то ли прижаться друг к дружке, то ли зажмуриться изо всех сил, чтобы не видеть этого.

Даймонд Тиара же, только что оглушившая Харлона хорошо поставленной серией ударов в пах и потом – по голове, как раз ухватила выкатившегося из ниши робота-уборщика. Поблескивающая хромом «черепашка» сердито загудела колесиками и даже выдвинула упор, предназначенный помогать переворачиваться, но пони не обратила на это внимания.

А в следующий момент она резко размахнулась с целью опустить тяжелого робота на голову человеку.

Но ей не удалось: сине-зеленая бледная аура ухватила передние копыта, заставив слегка потерять равновесие и неловко сесть на круп.

– Твою ж!.. – выругалась пони и вонзила в единорожку взгляд голубых глаз. – Ты что творишь?!

– Это ты что творишь?! – воскликнула Сансет Шиммер. – Ты же его убьешь!

– Конечно, убью, – сказала Даймонд Тиара прежним голосом, – и тогда он точно не сорвет наши планы.

– Ты с ума сошла! – вмешалась и Рейнбоу Дэш. – Харлон, конечно, козел, но не настолько, чтобы его… убивать за это!

– Ты его просто плохо знаешь, – сказала гладиатор, нервным движением отбрасывая двуцветную прядь от мордочки. – Он любую из вас отдаст кому угодно на потеху, лишь бы тот отстегнул как следует деньжат. Да еще и оберет.

– Что ты имеешь в виду? – уточнила Сансет.

– То, что прислуга вроде вас в клубе не должна трахаться с клиентами. Там, вообще, шлюхи есть для этого, которым платят за такую работу. Идея «особых услуг», – голос Даймонд Тиары при этих словах наполнился презрительной иронией, – для VIP-клиентов принадлежала вот ему. С молчаливого согласия мистера М, которому с этого тоже барыш. А половину заработанного вами таким способом делят он и Харлон в качестве премии.

Сансет Шиммер внутренне содрогнулась при мысли о своем первом разе, что по меркам клуба попросту обогатил двух поняшек. Пусть и ненадолго. Но вспоминать об этом было жутко, и во сне она уже несколько раз вернулась туда, в полумрак алькова, вне стен которого никто не слышал ее жалобных криков…

Пони помотала головой, отгоняя воспоминания, и нашла в себе силы сказать:

– Если ты его убьешь, это ничего не изменит.

– Как же! Целой одной мразью в этом мире станет меньше!

– Ну да, – фыркнула Рейнбоу Дэш, – и на его место придет кто-то другой. И не факт, что он будет лучше. И будет как с Флаттершай: все остались при своих. Сама же говорила.

– Пожалуйста, не надо, – тихо попросила Сансет.

Тиара посмотрела сначала на лежащего без сознания человека, потом бросила взгляд на двух переминающихся с ноги на ногу поняшек.

На мордочке розовой пони отразилась работа мысли, но робот получил, наконец, свободу, и бесшумно уехал обратно в свою нишу.

– К Дискорду все это, – процедила, наконец, Тиара. – У вас есть идея получше? Он очухается и поднимет тревогу.

Сансет, поджав губы, вдруг сказала:

– Дэши, тащи бутылку чего-нибудь покрепче.

– Самое время! – возмутилась пегаска.

Огненная единорожка пояснила:

– Да это не нам, а ему. Получится, что он как будто напился и упал…

В глазах Даймонд Тиары мелькнуло нечто похожее на уважение. Всего на мгновение.

А Рейнбоу вообще уставилась на подругу так, будто увидела впервые в жизни. Она и не подозревала, что тихая единорожка способна выдумать такой план!

В радужную голову, например, ничего даже отдаленно похожего не пришло.

Перехватив этот взгляд, Сансет смущенно опустила глаза.

– Понимаю, – сказала она, – глупо звучит…

– Да нет, – перебила Даймонд. – Пожалуй, этот план даже лучше моего. Ведь если найдут труп – поднимется кипиш, а вот если его найдут в отключке с полупустой бутылкой алкоголя, вопросов не возникнет: отволокут проспаться, и все. Экая невидаль, гость перебрал на вечеринке и упал! Куда как позже хватятся...

…Когда пони закончили свои дела с Харлоном, все выглядело так, будто упившийся до изумления качественным (не чета пони-плейской бурде!) виски администратор «Пони-Плея» упал в туалете и приложился головой об раковину.

Благо, алкоголя в его крови наверняка предостаточно, а облитая выпивкой одежда будет свидетельствовать в пользу именно такой версии.

Конечно, когда он очнется, он расскажет, что видел трех поняш, но пока это еще случится.

Более чем достаточно времени, как надеялась Даймонд Тиара Ингред.

Поняши шли по пустынному коридору, где стены были завешены огромными картинами. Были тут эпизоды человеческой истории, какие-то портреты незнакомых людей и синтетов, а также неясные абстрации, причем зачастую со странными эффектами. Так, например, одна картина казалось живой, пока смотришь на нее боковым взглядом, но стоило сосредоточиться, и иллюзия рассеивалась.

Рейнбоу Дэш старалась на такие не смотреть: от такого начинала кружиться голова.

Сансет Шиммер, оглянувшись по сторонам и убедившись в отсутствии лишних ушей хотя бы с виду, спросила:

– Даймонд, а что дальше?

– Дальше… – розовая пони подняла ногу с коммуникатором, – вот.

В воздухе высветился голографический план замка, в таком виде похожий на заставку продукции Диснея. Золотистая отметка явно указывала местоположение отряда.

– План здания? – удивилась Сансет. – Откуда он у тебя?

– Да так, – усмехнулась розовая пони, не желая влезать в подробности, – чего только за несколько лет не удалось собрать.

– Так куда теперь? – поинтересовалась единорожка.

– Теперь… туда.

С этими словами Даймонд Тиара показала на неприметную дверь, наполовину скрытую портьерой возле широких створок лифта, что, очевидно, вел в одну из башен.

Вскоре пони уже поднимались по узкой винтовой лестнице, очевидно, служебной. Пребывающая в задумчивости Рейнбоу подала голос:

– Ты была в шаге.

Даймонд Тиара, к которой обращалась пегаска, процедила сквозь зубы в своей обычной манере:

– Я знаю.

Радужная пегаска сощурилась:

– Когда-нибудь я узнаю о твоем прошлом.

– Разве что в мечтах, – фыркнула земнопони. – Лучше старайтесь не попадаться на глаза. Одного недоношенного мыша из прислуги будет достаточно, чтобы поднять тревогу.

– А что насчет… ну, всяких наблюдательных систем?

Тиара помахала ногой с коммом.

– Нулификатор. К счастью, его действие пассивно, поэтому системы не могут его обнаружить. Что-то можно будет заподозрить, только сверив тайминг записей и выяснив, что с каждой камеры куда-то пропало несколько секунд. К счастью, если специально не искать, это крайне сложно обнаружить. И уж точно не быстро: всем сейчас не до того. Так что… когда все вскроется, мы будем далеко.

Это была далеко не вся правда. Назвавшийся Иерусалимом заверял, что хорошенько влезет в систему безопасности мистера М, и нулификатора малого радиуса будет достаточно, чтобы долго оставаться «невидимыми».

Как неведомый благожелатель собирался это осуществить, земнопони не имела ни малейшего понятия. Да особенно и не стремилась: компьютеры для нее всегда были чем-то вроде магии. То есть, штука полезная, но дико сложная в понимании.

Распространяться по этому поводу Даймонд не желала ни раньше, ни, тем более, сейчас. Да и провоцировать охрану и случайных свидетелей, разгуливая по замку, как у себя дома, не стоило.

Сансет покачала головой:

– Не верится, что мы просто возьмем и сунемся… куда, к слову? В хранилище?

Даймонд Тиара страдальчески закатила глаза:

– Ты насмотрелась дурацкого кино, – несправедливо упрекнула она. – Вы что, планировали утащить отсюда мешок с золотом? Мы незаметно вошли и так же незаметно выйдем. Иначе нам не жить: Маус только с виду кажется беспечным.

– Тогда что?

– У него есть пара нужных нам вещей в кабинете. Снаружи до них не добраться: система физически изолирована. А крыс не без основания полагает, что здесь к нему никто не посмеет подступиться.

– Никто, кроме нас, – улыбнулась Рейнбоу.

Вскоре поняши добрели до верхней площадки, немного запыхавшись: позади осталось довольно много этажей.

Выйдя же через еще одну небольшую дверь, пони узрели зал, занимающий почти целый этаж круглой башни.

По крайней мере, стены с трех сторон занимали огромные панорамные окна, за которыми наверняка открывался бы чудесный вид на окрестности, если бы не плотные жалюзи. Да виднелась еще дверь на террасу.

Рейнбоу Дэш отметила про себя, что, судя по высоте, находилось это помещение под самой крышей.

Зал производил впечатление жилого помещения: весь центр занимала огромных размеров круглая кровать под балдахином, причем не застеленная. Звук шагов глушился колоссальных размеров ковром, в ворсе которого ноги пони утопали по венчики копыт.

Ну и, конечно, присутствовали в комнате огромный комплекс-головизор, а у единственной стены без окон располагались шкафы, тумба с зеркалом и несколько книжных полок.

Из полупрозрачной двери доносился приглушенный шум воды: кто-то был в душе.

Даймонд Тиара сверилась с картой.

– Проклятье, – сказала она вполголоса.

– Что-то не так? – насторожилась Рейнбоу Дэш.

– На карте назначение комнат не везде указано. И мы попали… в чью-то спальню, похоже.

– Фигасе спальня! – пегаска обвела взглядом зал. – Да тут всех пони клуба можно разместить, и еще место останется!

– Не шумите, – сказала Сансет.

Словно расслышав эти слова, вода за дверью прекратила течь, и мягкий голос позвал:

– Мик, это ты? Я скоро спущусь!..

Пони переглянулись, и в следующее мгновение Даймонд Тиара решительно указала в сторону террасы…

…Запотевшая изнутри дверь из прозрачного пластика уехала в сторону, и на пороге в облаке пара появилась похожая на человеческую фигура.

Но так было лишь на первый взгляд: из волос, влажными прядями свисающих до поясницы, торчали мышиные уши, а позади можно было разглядеть тонкий и гибкий хвост.

Стройное тело покрывала очень тонкая и нежная шерстка, сейчас более заметная после душа. Лицо также носило на себе мышиные черты, но выраженные куда как меньше, чем у тех же «микки маусов» или классических фурри. Довершали картину выразительные голубые глаза.

Еще на заре реализации ряда проектов БРТО по выпуску фурри и неко-рабов была реализована подпрограмма «Тактильный комфорт», предназначенной сделать шерсть соответствующих видов синтетов как можно более приятной на ощупь. Для людей, конечно.

Существовало несколько степеней «пушистости», направленных на определенные вкусы клиентов, и касались они всех синтетов, покрытых шерстью. От полноценного меха, до «замши» и даже гладкой кожи соответствующих цветов.

Пони тоже касалась эта градация.

Так, в «Пони-Плее» Рейнбоу даже встретила как-то своего двойника, покрытого гладкой кожей нежно-голубого цвета. При этом та воспринимала это как должное, и «мохнатики» ее даже немного удивляли.

Впрочем, касательно пони преобладал вариант с очень короткой и крайне тонкой шерсткой, походящей на мягчайший плюш. Или же «замша», когда шерсть напоминала, скорее, короткую нежную щетинку.

…Вышедшая из душа девушка-фурри была не одета: очевидно, не ожидала посторонних взглядов в своей обители.

Внешность ее была знакома многим поклонникам продукции «Диснея». Правда, в мультсериале мышка Гайка была нормального «мышиного» роста. Обитательница же башни была хоть и невысокой, но лишь с точки зрения человека.

Пони, скрытые жалюзями на террасе, не видели, как мышка сладко потянулась, наслаждаясь чувством свободы обнаженного тела, после чего подошла к зеркалу и стала расчесывать и сушить длинные волосы.

Когда зашумел фен, Даймонд Тиара бросила быстрый взгляд в окно, после чего тихо обратилась к Рейнбоу:

– Настал твой черед. Видишь балкон напротив? Тебе надо перенести туда Сансет и меня. Быстро, чтобы не успели заметить с флаеров. Справишься?

– Раз плюнуть, – улыбнулась пегаска, – я…

– Скажешь что-нибудь про «десять секунд ровно» и сразу получишь, – перебила земнопони. – Двигай давай.

Радужная пегаска фыркнула и подошла к Сансет Шиммер. Крепко обнявшись с единорожкой, она замахала крыльями и вскоре оказалась на балконе соседней башни.

Даймонд в щель жалюзи посматривала, что делала Гайка в зале. Та, приведя в порядок потрясающий каскад волос, нанесла на лицо неброский макияж, после чего надушилась и оделась в элегантное вечернее платье.

Судя по всему, она намеревалась присоединиться к торжеству внизу.

Когда за мышкой закрылась дверь лифта, подлетевшая Рейнбоу Дэш спросила:

– Интересно, а кто она такая?

Даймонд Тиара пожала плечами:

– Пофиг. Подстилка мистера М, судя по всему.

Пегаска внутренне поморщилась от такой формулировки, но все же уточнила:

– Если так, то чего она только сейчас на вечеринку собралась?

– Откуда я знаю?! – вспылила розовая пони. – Я что тут, свечку держу каждую ночь?! Может, Маус ее с утречка трахнул для бодрости, может, проспала. Какое нам дело вообще?

Рейнбоу Дэш поджала губы, вися в воздухе. Она очень не любила, когда на нее «наезжают» подобным образом. И вообще на кого бы то ни было.

Захотелось даже задрать носик и отлететь обратно к Сансет Шиммер, что тихо лежала сейчас на соседнем балконе и ждала остальную команду.

Но с другой стороны, без Даймонд Тиары эта акция вообще не имела смысла: только розовая пони более или менее знала, куда идти и что делать. Положа копыто на сердце, и Сансет, и Рейнбоу все еще были слишком неопытными в этом мире.

Радужная пегаска секунду боролась с собой, после чего приземлилась рядом с Даймонд Тиарой и сказала:

– Ладно, полетели. Обхвати меня копытами.

Но розовая пони неожиданно возразила:

– Вот уж дудки!

Дэш даже растерялась:

– Ты же сама сказала, что нам же надо перебраться…

– Ну так просто перенеси меня, – заявила земнопони, – а обжиматься я не буду.

– Ты же не жеребенок, чтобы тебя так таскать. К тому же, ты что, хочешь всю дорогу… смотреть вниз?

Рейнбоу подчеркнула последние слова и внимательно посмотрела в голубые глаза собеседницы. Воспоминания о страхе высоты розовой земнопони были слишком свежи, причем для обеих.

Дэш даже стало немного стыдно за то, что тогда она не отнеслась с пониманием к боязни высоты Даймонд.

Та тем временем несколько раз глубоко вздохнула, успокаиваясь. Ее вспышка и впрямь была вызвана очередным приступом акрофобии, будь она неладна. Ведь знала же, что предстоит переправляться между башнями, и что же? Все равно все поджилки трясутся.

Наконец, Даймонд Тиара сказала:

– Хорошо же. Но чтобы никаких глупых мыслей, поняла?

На мордочке Дэш не дрогнул ни один мускул:

– И не думала даже.

Ей слишком хорошо было знакомо чувство навязчивого страха, пусть и связанного с другим. И смеяться над этим ей даже в голову не пришло.

– Думаешь, я тебя отпущу? – спросила Рейнбоу, обнимая Тиару и расправляя крылья.

Более резким движением, чем обычно.

Тиара вымученно улыбнулась:

– Нет. Думаю ты решишь меня облапать.

Дэш фыркнула:

– Можешь быть спокойна: ты не в моем вкусе!

Даймонд Тиара уже открыла рот для ответного выпада, но тут балкон ушел вниз, и земнопони сосредоточилась на том, чтобы не заорать и при этом не слишком судорожно вцепиться в радужную пегаску…

…На балконе вроде бы одной из многих башен замка, Даймонд Тиара обратилась к Сансет Шиммер:

– Теперь потребуется твоя помощь.

С этими словами она нажала на свой комм, и оттуда с тихим щелчком выскочила пластиковая карта-пропуск. То ли была вмонтирована в браслет, то ли просто спрятана в потайном отделении.

Розовая пони подцепила карту копытом и протолкнула в узенькую щель микровентиляции. Немного перестаралась, и кусочек пластика, вместо того, чтобы повиснуть на полпути, провалился внутрь и упал на подоконник с той стороны. И только чудом не свалился на пол кабинета.

– Что я должна делать? – спросила Сансет.

– Ты должна поднять эту карту телекинезом и приложить во-он туда, – испытав мимолетную неловкость, ответила Даймонд Тиара.

Розовое копыто показало на панель управления каким-то устройством, что перемигивалось индикаторами на противоположной стене, как раз рядом с рабочим столом.

Конечно, современная техника позволяла делать все электронные устройства буквально микроскопическими, но ряд законодательных ограничений касался гражданского сектора. И в данном случае мистер М не шел на конфронтацию: богатство синтета вызывало зависть многих, и лишний повод усомниться в своей законопослушности мыш благоразумно не давал.

– Хорошо, – сказала Сансет Шиммер, и ее рог окутался бледноватым свечением.

Карточка, засветившись точно так же, поднялась над подоконником и полетела к терминалу. Вскоре на мордочке единорожки нарисовалось напряжение: магия в этом мире была слаба, и даже такая умелая чародейка, как Сансет, как будто вернулась в детский сад для волшебников: простейший телекинез на расстоянии всего лишь нескольких метров отнимал чудовищное количество сил.

Вскоре карточка коснулась терминала, и единорожка спросила:

– Что… теперь?..

– Держи, – велела Даймонд Тиара, снова берясь за свой комм, – так долго, как сможешь.

Сансет Шиммер кивнула и даже зажмурила глаза, пытаясь сосредоточиться на телекинезе. Рог уже начал неприятно зудеть: сказывалось напряжение, вызванное расстоянием. Вскоре зуд перерос в неприятное жжение, становящееся все болезненнее с каждой секундой.

Пони чувствовала, что на пределе: стиснув зубы, она изо всех сил старалась сосредоточиться на карточке, которая, казалось, превращается по весу в бетонную плиту.

Рейнбоу, поочередно глянув на подругу и на розовую пони, хотела было обнять единорожку, но вовремя остановилась: не хватало еще сбить концентрацию волшебницы.

«Что ж, посмотрим, был ли этот Иерусалим искренен, – думала Даймонд Тиара, запустив программу взлома. – Потому что если нет, то мы крупно попали…»

Неожиданно раздался щелчок, заставивший всех пони вздрогнуть.

Сансет Шиммер утратила концентрацию, и карточка упала куда-то на пол, пропав из поля зрения.

Взмокшая единорожка, тяжело дыша, подняла взгляд на Даймонд Тиару:

– Прости, – хрипло сказала она, – не могу больше…

– Больше и не надо, – ухмыльнулась земнопони, распахивая балконную дверь. – Та-дам!

Звуков сигнализации не последовало: терминал электронного управления системами все так же перемигивался на стене зелеными лампочками.

Сансет Шиммер почувствовала волну слабости и чуть не завалилась, но ее неожиданно поддержали две пары копыт: как голубые, так и розовые.

И быстро затащили внутрь, прикрыв балконную дверь.

А в следующий миг перед носом появился комок того, что на банкетном столе было фигурными цукатами.

Теперь же это была разноцветная масса, извлеченная из нескольких салфеток, куда, очевидно, была завернута.

– Держи, тебе понадобятся силы... – сказала Даймонд Тиара, после чего перехватила взгляд Рейнбоу, – и нечего на меня так смотреть! Я лишь возвращаю любезность, вот. И слышала, что после магии нужно всегда восстанавливать силы.

Сансет не стала возражать: после накатившей слабости чувствовался голод, как будто и не поели только что на фуршете.

Пока она подкреплялась, пони огляделись.

Не верилось, что они прямо сейчас находятся в святая святых самого мистера М. Фактически, в его личном пространстве. В сердце дракона. В корне древа зла…

Рейнбоу оборвала себя, поймав на том, что мыслит шаблонными выражениями из цикла книг про Дэринг Ду.

Кабинет с первого взгляда не представлял собой кладезь кричащей роскоши.

Вот только неброский стол на поверку оказался сделан из какого-то полупрозрачного камня, даже с виду прочного. Живые растения возле окон принадлежали к редким исчезающим видам, а мебель исполнена из натурального дерева. Можно было прозакладывать кредиты против банановой кожуры, что очень дорогого и даже раритетного.

По стенам стояло несколько стеллажей с настоящими книгами из бумаги и всякой мелочью, к которой приглядываться было недосуг. Кроме того, стояли какие-то награды и фотографии, очевидно, имеющие значение для хозяина кабинета.

Во всю стену позади рабочего стола красовался портрет всемогущего мистера М. Очевидно, в окружении ближайших соратников: помимо сидящего в кресле Микки-Мауса, рядом стояли Дональд Дак, к традиционной матроске которого прибавились брюки и пояс с двумя пистолетами; высокий человек в шляпе, плаще и темных очках; а также улыбающаяся Гаечка человеческого роста в своем неизменном комбинезоне.

Сам мистер М здесь был одет не в белый костюм, а джинсы и кожаную куртку поверх рубашки, а в руках сжимал бейсбольную биту. Да и вообще выглядел моложе: на лице почти не было морщин, и даже черные глаза смотрели совсем не холодно.

Маус выглядел куда более счастливым, чем сейчас, во дворце и на вершине пищевой цепочки.

И, что самое странное, там же присутствовала и Колгейт-Менуэт в неизменной водительской фуражке и форме. Поняша очень знакомо и жизнерадостно улыбалась, хотя на портрете в ее гриве и хвосте совсем не было седины.

А еще на голове голубой единорожки сидела летучая мышь в летном комбинезоне по размеру. Большие уши были заткнуты наушниками-клипсами.

Единственной, кто не выглядела моложе, чем есть, была Гайка. Ну да это можно было списать на искусственное омоложение или еще какое чудо человеческой науки. Благо, у мистера М достаточно денег, чтобы покупать молодость хоть каждый год. Хоть себе, хоть своим друзьям.

Пока Рейнбоу глазела по сторонам, а Сансет тщательно пережевывала сладкий комок, Даймонд Тиара Ингред подошла к столу.

Там в идеальном порядке были разложены немногочисленные письменные принадлежности, рядом же с голографическим светильником на подставке стояла модель какой-то дискообразной машины. Даймонд Тиара не представляла, что это такое, но надпись золотистыми буквами на подставке гласила, что это «Сокол Тысячелетия».

Но внимание поняши привлек сложенный до времени терминал компьютера. Самый обычный, если не дать себе труд узнать о его начинке.

– Ну, привет, – сказала розовая пони, зловеще ухмыляясь, – наконец-то мы с тобой встретились…

Она вдруг обернулась и резко сказала Рейнбоу, которая протянула копыта к стеллажам:

– Не трогать! Тут все может быть на какой-нибудь скрытой сигнализации!

Нацелившаяся было на серебристую статуэтку грифона голубая пегаска отпрянула и укоризненно посмотрела на розовую пони:

– Могла и предупредить.

– Просто посидите спокойно, – буркнула Даймонд Тиара Ингред, снова поворачиваясь к терминалу, – вы уже сделали все, что требовалось. Теперь делаем дело и валим.

– Но… – начала было Рейнбоу Дэш, но Даймонд рыкнула на нее:

– Сядь!

Радужная поняша шлепнулась крупом на ковер прежде, чем сообразила возразить. А Сансет Шиммер, проглотив последний кусочек сладости, спросила:

– Тут есть где-нибудь водичка? Пить хочется…

Взгляд Даймонд Тиары упал на кувшин воды, стоящий на столе.

Сдерживаясь, она взяла его и протянула огненной единорожке:

– На. Только во имя обеих принцесс, заткнитесь уже и посидите спокойно!

В такой момент она просто проклинала любознательность эквестрийских пони, которые по природе своей так и норовили сунуть любопытный нос куда только можно.

Вскоре Даймонд Тиара включила комп. Голографический экран поприветствовал пользователя заставкой с круглоухим силуэтом, после чего запросил пароль.

Розовая пони с усмешкой ввела несколько слов, которые ей в свое время передал Иерусалим. Чего ему стоило их достать и сохранить это в тайне, Тиара старалась не думать. Потому что сразу возникала целая масса новых вопросов.

Экран мигнул зеленым, после чего заставка сменилась рабочим столом.

«Добро пожаловать, мистер Маус», – мигнула и пропала надпись…

…Две пони сидели на ковре посреди кабинета и смотрели, как гладиатор колдует над монитором.

На мордочке розовой пони отразился мыслительный процесс, и Сансет не выдержала:

– Что-то не так?

Даймонд Тиара не сразу ответила. Вирус, переданный Иерусалимом, должен был сам переписать необходимые данные на комм. Передавать их прямо отсюда было опасно: сигнал бы точно засекли, несмотря на все предпринятые неизвестным «доброжелателем» меры предосторожности.

– Все так, – ответила Тиара, – программа работает, просто нужно время.

– А что тебя смущает?

– Это не совсем то, что нам нужно.

– А что нам нужно? – спросила Рейнбоу, и в глазах огненной единорожки тоже читался этот вопрос.

– Я не знаю точно, – в голосе Тиары впервые прозвучала неуверенность, – но, похоже, у нашего крыса есть какие-то дела… за пределами Гигаполиса.

– В других городах? – уточнила Сансет.

– Нет. Вообще за пределами. В Пустошах. Безлюдных землях. Но эти документы существуют только в… материальном виде. На компе их нет. Дайте мне еще пару минут…

…Несмотря на заверения розовой пони, ее поиски заняли не одну минуту и даже не десять.

Оставалось только молиться о том, чтобы сказанное насчет дополнительной сигнализации действительно не оказалось правдой: Даймонд сказала это только для того, чтобы Рейнбоу Дэш и Сансет не отвлекали от поисков, суя всюду любопытный понячий нос.

Пони провожали Тиару взглядом, но ничего не говорили, и та была благодарна за это.

Наконец, со щелчком участок ровной вроде бы стены отошел в сторону, открывая взгляду небольшой тайник.

Помимо нескольких пачек наличных и небольшого бластера, там лежала черная безликая папка для бумаг, а также небольшая шкатулка.

Даймонд Тиара улыбнулась.

– Ага, вот и на накладные расходы, – сказала она и пояснила. – Мы не сможем пользоваться счетами: желтый чип, розыск... Вернейший способ накликать копов – где-то авторизироваться.

– Откуда ты знала, что надо делать и что искать? – задала Сансет вопрос, которого Тиара очень не хотела слушать.

– Там все сложно, – ответила она, стремительно опустошая тайный сейф, засовывая в изящную сумку пачки банкнот и бумаги из папки. – Я потом объясню, если хотите.

Закончив опустошать тайник, розовая пони сунула в сумочку маленькую шкатулку, после чего быстро что-то написала на клочке бумаги и сунула записку туда, где только что лежала наличка и документы.

– Это на прощание, – пояснила пони, аккуратно возвращая потайную дверцу на место. – Все, идемте.

Пони повернулись было к окну, но были вынуждены отшатнуться и быстро спрятаться за письменным столом: между башнями замка завис зловеще поблескивающий полированными боками черный флаер охраны.

– Ты сказала, что у тебя этот… нуль… фигатор! – прошипела Рейнбоу Дэш, крылья которой распахнулись от страха.

Тиара ответила:

– Точно. Но визуальный осмотр никто не отменял. Быстро, ползком, к двери! – она перехватила вопросительный взгляд поняш и пояснила. – Уйдем через дверь. Из-за шкафа ее не видно через окно. За мной!

Была надежда, что охрана еще не заметила, что в кабинете мистера М посторонние…

…Судя по тому, что по замку до сих пор не ревела сирена тревоги, не раздавался топот сапог охраны, а трех пони еще не растерзал притаившийся в полумраке коридоров ксеноморф, затея увенчалась успехом. Хотя бы частичным.

Рейнбоу и Сансет чувствовали, как сердца бешено колотятся в груди, а Даймонд Тиара только тихо ругалась сквозь зубы.

Отдышавшись, пони переглянулись, после чего Дэш нервно хихикнула. По мордочке единорожки тоже расплылась неуверенная улыбка.

А в следующий миг они уже смеялись так заразительно, что даже угрюмая мордочка Даймонд Тиары Ингред озарилась скупой полуулыбкой.

– Ну хватит, – сказала она, – идемте скорее. Тут наверняка нельзя бывать гостям. И вообще, будет дискордовски сложно объяснить, что мы тут делаем.

Лифтом пользоваться снова не стали: возможно, и тут были какие-то системы безопасности, а полагаться на Иерусалима в каждой мелочи было, по меньшей мере, наивно.

Спустившись по винтовой лестнице башни, пони снова оказались в основном донжоне замка, обставленного на зависть иному дворцу даже в коридоре с высоким потолком.

Сюда уже доносились отголоски вечеринки: басы акустической установки и приглушенный гул многочисленных голосов.

Не успели пони отдалиться от входа в башню, как Даймонд Тиара показала на небольшой альков, казалось бы, ничем не примечательный.

Рейнбоу и Сансет не стали спорить: в конце концов, розовая пони явно знала, что делает.

Открыв еще одну маленькую дверцу, все трое оказались в низком и узком коридоре, очевидно, также техническом: здесь для взрослого человека было бы маловато места, но вот местная прислуга или существа размером с пони могли спокойно и почти незаметно перемещаться.

Они уже хотели было пройти дальше, но в коридоре раздались шаги и приближающиеся голоса. Даймонд Тиара подняла копыто и сделала знак молчать. Пони замерли: тут не было ковра, и стук копыт мог выдать весь отряд.

Местная же прислуга, очевидно, не нуждалась в дополнительной звукоизоляции: все они перемещались либо на гравитационных платформах, либо в мягких тапочках.

Кроме того, дверь алькова пришлось оставить чуть приоткрытой: замочек тоже мог щелкнуть «собачкой» и привлечь ненужное внимание.

Судя по всему, идущие по коридору направлялись аккурат туда, откуда только что вышли пони.

Один из них, судя по мягкому вкрадчивому голосу, был как раз Микки Маус: это, к слову, объяснило бы неплановый осмотр кабинета охраной. И оставалось только благодарить Селестию, что этого не случилось на минуту раньше.

Голос собеседника мистера М полнился плохо сдерживаемым гневом:

– …Ты убил моего друга! – заявил он.

– Клевета, – по голосу Мауса было слышно, что он улыбается. – Просто я позволил ему умереть. А тебя пригласил в гости.

– Я пленник!

– Разве ты живешь как пленник, а не гость мой? – мистер М, определенно, забавлялся этим разговором.

– Я не могу уйти, и ты это прекрасно знаешь! И вот эта твоя тварь тоже!

Даймонд Тиара похолодела: присутствие мистера М и слова его пока невидимого собеседника означало одно: ксеноморф Плуто тоже был здесь. И то, что его шагов не было слышно, ничего не значило: при всех своих габаритах это чудовище могло перемещаться совершенно бесшумно.

Мистер М тем временем ответил:

– Ты не менее прекрасно знаешь, друг мой, условие, при котором можешь идти на все четыре стороны.

Собеседник Мистера М задохнулся от гнева:

– Не мстить? Дать слово ТЕБЕ? Никогда!

Мистер М остался спокоен:

– «Никогда» – это чертовски долго, дорогой мой непримиримый Че.

Даймонд Тиара вдруг обратила внимание, что экранчики коммов на браслетах пони мигнули и погасли. Очевидно, рядом работал нулификатор, причем гораздо более мощный, чем был встроен в браслет розовой пони.

Секундное замешательство было развеяно очевидными мыслями: разумеется, мистер М не стал бы делать такие заявления в лицо своему врагу, будь хотя бы малейшая возможность получения записей с систем охраны третьими лицами.

Да и личное пространство в напичканном электроникой замке тоже было бы сложно обеспечить каким-то другим способом.

Кроме того, это объясняло, почему в доме не было систем, реагирующих на пассивные нулификаторы, на чем и предложил в свое время сыграть тот, кто помогал Даймонд с планом проникновения.

– Сколько раз я просил меня так не называть! – взорвался собеседник мистера М. – Убить меня тебе мало, хочешь унижать раз за разом?!

– А еще у тебя нет чувства юмора, – фыркнул Маус, после чего добавил. – Иди, повеселись. Хватит жить прошлым, взгляни лучше на перспективы.

– Какие еще перспективы в твоем плену?

– Например, обрати внимание, какие взгляды не тебя бросает Эми.

Даймонд Тиара не выдержала и заглянула в щель между дверью и косяком. Рядом тут же пристроилась Рейнбоу Дэш, а вот для Сансет места не хватило.

Тиара хотела было гневно зашипеть на пегаску, но вовремя спохватилась: Маус и остальные как раз проходили мимо, и пони прикусила язык, ограничившись испепеляющим взглядом.

Собеседником мистера М оказался низкорослый, покрытый бурым с проседью мехом синтет в простом сером костюме. По бокам немного несоразмерной головы красовались попросту огромные круглые уши, а глубокие черные глаза смотрели на Мауса с неприкрытой ненавистью.

Мультяшное личико никак не вязалось с выражением бессильной ненависти, с которой этот самый «Че» взирал на Микки Мауса.

А еще в поле зрения показался Плуто. Ксеноморф неспешно следовал за собеседниками в паре шагов словно верный пес, всегда готовый встать на охрану хозяина.

Когда же мистер М и его примолкнувший визави миновали альков, Плуто вдруг резко повернул голову и посмотрел аккурат туда, где прятались три поняшки…

…Даймонд Тиара похолодела: очевидно, ксеноморф их учуял. Или услышал. Или еще каким-то способом засек. Не исключено, что у него мог стоять какой-нибудь боевой имплант, помогающий обнаруживать противников и обостряющий и без того сильные чувства боевого синтета.

А в следующий миг она получила по мордочке резко расправившимися крыльями Рейнбоу Дэш…

Но тут донесся голос мистера М:

– Плуто!

Ксеноморф, уже сделавший было шаг в сторону алькова, обернулся на уже невидимого с позиции пони мистера М и быстро пошел к лифту…

Едва послышался характерный звонок, сопровождающий отбытие кабины, Даймонд Тиара отстранилась от покрасневшей пегаски.

Та, подняв глаза на встречу, выпалила:

– Это не то, что вы думаете!

Розовая пони закатила глаза и отвернулась.

Она-то прекрасно знала, что крылья у пегасов-пони расправляются не только от сексуального возбуждения, но и от любых других сильных эмоций. Например, от страха.

Но стереотип был силен даже среди некоторых пони, и у Дэш уже явно намечался комплекс по этому поводу.

Сансет Шиммер предпочла деликатно не заметить случившееся.

Даймонд Тиара же решила переменить тему:

– Теперь я благословляю тот факт, что Плуто разумен.

– Почему? – тут спросила огненная единорожка.

– Будь он просто зверем, он бы бросился. А так стал думать.

– М-может, тогда нам стоит уходить? – слегка дрожащим голосом поинтересовалась Рейнбоу Дэш. – Пока этот... эта тварь не передумала?

– Да, – кивнула Тиара. – Нам надо уходить, причем как можно скорее. Крысюк идет в кабинет и запросто может найти следы взлома в компе. Или в сейфе, в зависимости от того, куда полезет.

С этим трудно было спорить. Пони быстро подобрались и двинулись цепочкой по узкому коридору в надежде на то, что еще не слишком поздно…


В большой зале по-прежнему царила атмосфера светского праздника: слышалась негромкая музыка, стоял мерный гул голосов переговаривающихся гостей.

Своеобразный «трон» хозяина замка теперь очевидным образом пустовал, но обстановка от этого казалось только более непринужденной.

Пони, стараясь не особенно торопиться, пошли через зал. Администратора Харлона тоже не было видно: очевидно, расторопные слуги и вправду оттащили его отоспаться куда-то в недра «скромного жилища» мистера М, не поднимая лишнего шума.

Пони шли по краю зала, чтобы не слишком выделяться.

Рейнбоу Дэш вдруг спросила:

– Даймонд, а как мы выберемся из усадьбы? Мы ведь… Вернее, Менуэт-то улетела.

– Придумаем на выходе, – бросила розовая пони, – наверняка там не один прокатный лимузин… Плохо, что других пони на приеме нет: нас смогут запомнить.

– Есть пони, – подала голос Сансет Шиммер, – вон, смотрите.

Еще две пары понячьих глаз повернулись в указанную сторону.

Там, в обществе одетой в вечернее платье женщины без возраста, возвышалась фигура, черты которой заставили уши единорожки и пегаски в страхе прижаться.

Ибо в темно-серебристом платье у одного из столов возвышалась Найтмер Мун. Ростом даже повыше некоторых людей, черная аликорн держала в кинетическом поле бокал шампанского. Она разговаривала с людьми, чему-то улыбалась и даже изредка смеялась. Голографические грива и хвост колыхались вокруг синим туманом, на который окружающие внимания обращали мало: очевидно, аликорн была завсегдатаем таких мероприятий.

Словно почувствовав на себе взгляды, она резко повернула голову в сторону поняш.

Даймонд Тиара, ловко толкнув сразу обеих подруг прошипела:

Не смотрите ей в глаза!

Дэш, которой и в голову не пришло играть в гляделки с аликорном, спросила:

– Без проблем. А почему?

Тиара процедила сквозь зубы:

– Это Найтмер Мун МакАлистер. Она была когда-то чемпионкой Арены.

– Ее победила Дэш Вендар? – удивилась Сансет Шиммер. – В одиночку?

– Как же, жди! Найтмер ушла сама. Видишь ту женщину, что стоит рядом? Это Селли МакАлистер, хозяйка единственной гладиаторской школы, где пони… и не только их… обучают профессионально. Угадай, кто там главный наставник?

Рейнбоу и Сансет покосились на Найтмер Мун, которая вернулась к светской беседе и как раз отправила в рот канапэ. С мясом.

Поняш передернуло, и они поспешили вновь отвернуться.

Даймонд Тиара пояснила:

– Такие как она воспринимают прямой взгляд как вызов. А нам только встречи не хватало с той, по сравнению с которой Дэш Вендар – это Флаффи Пафф!

Увидев по мордочкам собеседниц, что они собираются задавать новые вопросы, Тиара быстро добавила:

– Знаете что бывает с любопытными пони? Приглядитесь повнимательней к ней. Да не на морду ее смотрите!

Пони повернулись в ту сторону, и Рейнбоу Дэш первой разглядела предмет, парящий рядом с Найтмер Мун в сиянии ее магии и периодически скрывающийся в колышущейся эфирной гриве.

– Э...это... – начала пегаска, и Тиара кивнула:

– Череп, ага. Селестии, которая имела глупость полезть в душу к «сестре». Я видела тот бой, когда только появилась в «Пони-Плее». Поняли, к чему приводит любопытство? Двинули на выход, медленно. И прекратите пялиться в ту сторону!..

…Как выяснилось, все присутствующие на стоянке пилоты уже были заняты VIP-клиентами и обязаны были их дождаться. Никто не согласился даже за крупную сумму денег покинуть свой пост, так как это означало моментально потерять работу и получить «волчий билет» в резюме.

А деньги, как известно, имеют свойство кончаться очень быстро. Это на своем примере знали все члены маленького отряда.

Вернувшись в зал, чтобы не привлекать внимания, они замерли в нерешительности.

Идти пешком через обширные владения мистера М означало привлечь внимание охраны. Такси в Зеленый сектор допускались только с дозволения хозяина территории, то есть, все того же мистера М.

Даймонд Тиара поджала губы. Положа копыто на сердце, она не разработала запасной план по эвакуации из поместья. Просто не смогла придумать ничего, что не привлекало бы излишнего внимания. А так как пони считала себя здравомыслящей, угнать какое-либо транспортное средство считала верхом безрассудства: не успеет флаер еще покинуть Зеленый сектор, как будет перехвачен. А то и сбит: мистер М в таком случае вряд ли станет церемониться.

Иерусалим, конечно, уверял, что сможет перехватить контроль над автопилотом, но Даймонд не хотела настолько доверяться малознакомому существу, цели которого неясны.

Проще говоря, гладиатор хотела как следует поторговаться и получить ответы на свои вопросы прежде, чем отдаст связному Иерусалиму найденные в сейфе Мауса документы.

Нужно было срочно что-то придумать. Тем более, Сансет и Рейнбоу уже начали водить любопытными носами по сторонам, словно нарочно выискивая неприятности на круп.

Неожиданно взгляд Даймонд Тиары привлек бело-синий хвост, мелькнувший у одного из столов.

Очень знакомый хвост.

– Фортуна! – тихо воскликнула гладиатор, затем повернулась к вопросительно уставившимся на нее поняшам. – Ждите здесь, я мигом. И ради всех богов, в которых я не верю, не отсвечивайте и не приставайте к гостям.

С этими словами она быстро пошла к одному из крайних столиков, не дождавшись ответа.

Пони проводили ее взглядами.

– Ну и ладно, – обиженно буркнула Рейнбоу и протянула к себе огромную тарелку с разноцветным желе. – Не очень-то и хотелось.

– Я тоже хочу попробовать, – Сансет Шиммер уселась рядом, – поделишься?

– Конечно. Давай тарелку…

…Вскоре к двум поняшам вернулась Даймонд Тиара в сопровождении Менуэт, что все так же щеголяла в своей водительской форме с фуражкой.

Правда, одежда эта казалась дешевой только на первый взгляд.

Голубая единорожка держала бокал шампанского в сиянии кинетического поля.

– Вот, – сказала она, – я отошла. Что у тебя за вопрос?.. Привет снова, девочки.

– Привет, – хором отозвались те.

Даймонд Тиара не стала ходить вокруг да около:

– Колгейт, нам надо свалить.

Единорожка, отпив еще шампанского, протянула:

– Да-а? А я вот приглашена на вечеринку и намерена тут остаться...

Ее голос при этом не слишком артистично имитировал жеманные нотки капризной леди из светского общества.

Даймонд Тиара сжала зубы и сказала:

– Нам ОЧЕНЬ надо!

Она выделила второе слово, но Колгейт было так просто не пронять:

– А что я буду с этого иметь, м? Розовенькая?

Послышался явственный скрежет зубов Даймонд Тиары, но единорожка только улыбнулась.

Ведь розовая пони прекрасно знала, чего хочет единорожка. Да что там, все три пони это прекрасно знали.

Колгейт поставила опустевший бокал на стол, и через секунду тот исчез в руке проходящего мимо прислужника.

– Мы ведь друг друга понимаем? – уточнила голубая единорожка, – Должна быть дискордовски убедительная причина, которая заставит меня убраться с потрясной вечеринки моего старого партнера...

Повисла пауза. Наконец, Даймонд Тиара тихо сказала, не поднимая взгляда:

– Все, что хочешь...

Брови Менуэт скакнули вверх:

– Без уловок?

– Без.

– Слово? – в голосе Колгейт послышалась искреннее удивление.

Тиара не выдержала и вскинулась:

– Да, Дискорд тебя задери, а принцессы поимей своими торчащими из башки дилдо!

Рейнбоу Дэш, которая хотела уже было вмешаться в разговор, поперхнулась словами и радужным желе, которое уплетала все это время.

Колгейт же тихо рассмеялась и сказала:

– Меня возбуждает твоя ругань… поехали.


…Белый лимузин-флаер летел сквозь вечерние сумерки.

Граница Зеленых секторов неуклонно приближалась. Несколькими минутами раньше Колгейт вызвал по комму мажордом мистера М и поинтересовался причиной столь поспешного отлета. В ответ на это пони радостно поведала, что летит развлекаться со своей «давней розовой страстью» и желает не вылезать из постели несколько дней.

Восторг в ее голосе был настолько искренен, что вопросов больше не возникло, а у Даймонд Тиары опять вызвал зубовный скрежет.

Колгейт же отключила связь и, поставив флаер на автопилот, снова повернулась к пассажирам.

– Мне вот интересно, – сказала она, – а как вы подружились?

– Ну мы… – замялась Сансет, – не очень долго дружим.

– Скажи уж прямо, «недавно познакомились»! – фыркнула розовая пони. – Ходить еще вокруг да около.

Колгейт была без темных очков по случаю вечера, и в ее взгляде мелькнуло удивление:

– И вы о ней ничего не знаете? – обе поняши отрицательно покачали головами, и единорожка пожала плечами. – Впрочем, я не очень удивлена. Даймонд Тиара Ингред – это тайна за семью печатями, но если копнуть поглубже...

– Нечего копать! – перебила Даймонд Тиара.

– Очень даже есть. Если не подругам, то кому еще рассказать о своей жизни?

– Они мне...

– А ношусь с ними как с писаной торбой я, да? – Колгейт снова обворожительно улыбнулась. – Девочки, скажу по секрету, наша Даймонд на самом деле вовсе не такая бука, как хочет казаться. Хотите, расскажу?

– Нет! – тут же выпалила гладиатор, а две любопытные пони одновременно воскликнули:

– Да!

Тиара закатила глаза в неподдельном отчаянии:

– Нет, это просто невозможно...

Колгейт же только рассмеялась и сказала:

– Ну, слушайте. Дело было так… Я возвращалась как-то домой и увидела, как Даймонд Тиара вступилась за маленькую девочку-неку. С красными волосами и попросту обезоруживающими ушками. Человеческие дети кидались в нее камнями и кричали, какая она ненастоящая. Наша грозная поняша отлягала парочку самых громких, а остальные разбежались…

– Они попали камнем в меня! – возразила Даймонд Тиара.

Колгейт невозмутимо продолжила:

– …А потом она подошла к плачущей неке и стала ее утешать.

Сансет Шиммер и Рейнбоу удивленно уставились на Даймонд Тиару, которая скрестила передние ноги на груди и с недовольным видом утвердилась на сидении. При этом ее мордочка стала розовее обычного.

Колгейт проследила эти взгляды и не удержалась от нового приступа смеха:

– А сейчас она размышляет о том, как бы меня убить наиболее жестоким образом, но в тоже время хочет, чтобы я продолжила говорить, да, розовенькая?

– Заткнись, – буркнула земнопони, готовая провалиться сквозь сидение.

– Как вы понимаете, – продолжила голубая единорожка, – я просто не могла проехать мимо. Устроила драчунью Тиару на Арену «Пони-Плея», а девочку подержала у себя, а как исполнилось четырнадцать, предложила тоже работать в «Синтезисе».

– В бордель? – ехидно спросила Даймонд, но Колгейт с легкостью парировала:

– В администрацию. Видели бы вы, какая она хорошенькая, особенно с ее татухами на щечках… отдавать такое на потеху человекам – просто варварство.

– Это не та ли девочка, которая нас встретила в… центре реабилитации? – предположила Сансет Шиммер. – Та тоже была с ушками и татуировками.

– Ее звали Нина, – добавила Рейнбоу Дэш.

– Точно, она, – кивнула Колгейт. – Рада слышать, что у нее все в порядке. А то она после побоев долго болела, я боялась, как бы у нее потом осложнений не было.

Даймонд Тиара, что-то буркнув, отвернулась к окну, борясь с приступом дурноты, но не в силах наблюдать эти улыбающиеся морды. Ее эта болтовня раздражала, а мысли сейчас были заняты неумолимо надвигающейся расплатой за транспортные услуги единорожки…

…Роскошный флаер приземлился на посадочную полосу одной из радиальных магистралей, после чего влился в поток как обычный колесный автомобиль.

Через какое-то время он притормозил возле неприметной бетонной коробки, где располагалась квартира Даймонд Тиары Ингред.

Правда, двери при этом не открылись. И на нажатие соответствующих кнопок не реагировали.

Колгейт развернулась на своем месте и свесилась в салон.

– Час расплаты наступил, – сказала голубая пони, глядя на Даймонд Тиару.

Гладиатор впервые за этот день даже растерялась:

– Что, прямо тут? – уточнила она.

Конечно, жизнь в «Пони-Плее» накладывала на пони свой отпечаток, далекий от скромности. И эти правила игры, зачастую навязанные некоторым цветным лошадкам весьма грубо и против воли, в конце концов принимались. Потому что иначе было не выжить.

Но так чтобы заниматься сексом на публике вне организованной оргии – до такого даже в «Пони-Плее» еще не докатились.

Или же синяя единорожка решила вовлечь в свои грязные игры еще двух пони, насчет которых уговора и вовсе не было?

Колгейт же только улыбнулась:

– Ну да. А кого стесняться?

Подала голос Сансет Шиммер:

– Например, нас?

И Менуэт, и Даймонд Тиара, проигнорировали этот вопрос, хотя и по разным причинам.

«Пропади все пропадом», – подумала розовая земнопони, еле сдержавшись, чтобы не плюнуть, а вслух с вызовом в голосе спросила:

– Мне раздеваться?

Единорожка покачала головой:

– Можно начать с поцелуя. Страстного и такого, который я никогда не забуду.

– С откусыванием языка? – не меняя тона, осведомилась пони-гладиатор.

Колгейт призадумалась:

– Нет, пожалуй, язык мне сегодня еще пригодится, но если это тебя возбуждает, можешь прикусить, – она подмигнула и облизнула губы. – Нежно и любя.

Даймонд Тиара подалась вперед, стараясь не встречаться взглядом с Сансет Шиммер и Рейнбоу Дэш. Земнопони старательно гнала от себя мысль, как будет потом смотреть в глаза своему отражению.

Губы кобылок соприкоснулись, и Даймонд прикрыла глаза.

Поцелуй длился долго, и Колгейт не стеснялась орудовать языком. Более того, она даже прижала Тиару поплотнее, ухватив за затылок кинетическим полем.

Когда же поцелуй, наконец, прервался, двери флаера неожиданно открылись, впуская в салон влажный воздух и шум дождя.

Колгейт, отстранившись, вернулась на водительское место.

Пару секунд пони молчали, затем Даймонд Тиара недоверчиво спросила:

– И это все?

Колгейт не повернула головы, но в ее голосе чувствовалась улыбка:

– Я знала, что тебе понравится, но уговор есть уговор. Розовенькая.

Пони, все еще не веря, выбрались наружу, под защиту воспарившего в сиянии кинетического поля зонта.

Сансет Шиммер и Рейнбоу Дэш при этом смущенно молчали, а пегаска опять распахнула крылья.

Даймонд Тиара оглянулась на Менуэт:

– А я хотела тебя оглушить и сбежать, – призналась розовая пони.

Колгейт не удивилась:

– Если не так, я была бы разочарована. Насильно мил не будешь, но ты всегда можешь на меня рассчитывать.

– А я уж было подумала о тебе плохо, – растерянно проговорила огненная единорожка.

– А я и сейчас думаю, – в тон добавила Рейнбоу Дэш, тщетно пытаясь уложить на место крылья.

Голубая единорожка только беззлобно рассмеялась:

– Только скажи, радужная ты моя, и я покажу, какой плохой я могу быть. Не пожалеешь, – она снова повернулась к Даймонд, не обратив внимание на вновь зардевшуюся Дэш. – Ты даже не представляешь, от чего отказываешься, сладенькая… А, ладно. Берегите себя, девочки.

Она еще раз обвела присутствующих взглядом выразительных понячьих глаз, после чего закрыла окно, и лимузин покатился прочь по грязной и мокрой улице.

Здесь, в Сером городе, это чудо техники смотрелось дико даже в режиме автомобиля. И как воплощенное напоминание о том, какая пропасть разделяет в Гигаполисах сильных мира сего и серое большинство.

Сансет Шиммер было подумала, какой фурор машина бы произвела на жителей окрестных кварталов, если бы спустилась с небес сюда, на свалку жизни.

Впрочем, пролететь сюда было затруднительно: над улицей тесно переплетались кабели и коммуникации, выше нависали эстакады рельсовых путей и путепроводы. А также опоры платформ, на которых расположились более благополучные кварталы.

– Как в старые времена, – заметила Рейнбоу и, перехватив взгляд обеих подруг, пояснила. – Когда единороги, пегасы и земнопони объединились, то они смогли победить духов Вендиго, а мы...

Тиара перебила:

– …Три идиотки, которые выжили лишь благодаря чистой случайности… Идемте отсюда.

– Что? – Сансет Шиммер, уже сделавшая шаг в сторону входной двери. – Мы ошиблись адресом?

– Ну вы как жеребята просто. Как только нас хватятся, побегут искать. И начнут с вашей каморки и моей квартиры. Пошли уже…