Детский мир

Повесть, посвященная тому, что должно было произойти и давным-давно произошло. Первое знакомство, открытие сил элементов, победа над ночной кобылой и, конечно же, возникновение крепкой взаимной дружбы. Однако следует помнить, что беглый обзор синопсиса никогда не заменит полноценного визита к "лору".

Твайлайт Спаркл Эплджек Эплблум Принцесса Селестия Другие пони

Fallout Equestria: Exclusion Zone

Резня в Литлхорне. Именно это происшествие стало отправной точкой, моментом, когда наш мир, погрязший в никому не нужной войне, начал спускаться вниз по лестнице, ведущей прямо в ад. Поначалу медленно и неуверенно, но на каждом лестничном пролёте ускоряя шаг. Очередная ступенька - очередное безумие, якобы призванное закончить войну. И очередная неудача. Безумие за безумием, ступенька за ступенькой мы, незаметно для самих себя, перешли с шага на бег. Лестница закончилась. И не думая останавливаться, мир на полном ходу врезался в дверь, ведущую в преисподнюю. Дверь отворилась. Апокалипсис наступил. Бомбы и мегазаклинания упали с небес, стерев наш мир с лица земли. Практически весь... В день, когда весь остальной мир погиб в пламеги магического огня, Купол выстоял. Пони, находящиеся внутри Периметра, выжили. Но это была лишь отсрочка. В момент, когда магия Купола иссякнет, яд мегазаклинаний, терпетиво ожидавший своего часа, прорвётся внутрь. Последняя частичка Эквестрии, выстоявшая в день Апокалипсиса, падёт. Или нет?

Другие пони ОС - пони

21.12.12

Кругом ад.

Рэйнбоу Дэш Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Спайк Принцесса Селестия Принцесса Луна

Лунная песнь

Не всегда ты можешь проследить за жизнью своих знакомых, и, порою, они могут тебя очень-очень удивить при встрече.

Трикси, Великая и Могучая ОС - пони

Прохладный день в Аду

Арктик Фрост — лидер партизан, возглавивший борьбу против деспотического режима Дейбрейкер, но, к несчастью для него, коварная кобыла захватывает жеребца в плен и оказывает ему толику своего гостеприимства.

Другие пони

Лунный кубок [The Moonstone Cup]

Твайлайт приглашают в Кантерлот, чтобы вместе с величайшими в мире магами она приняла участие в состязании за Лунный кубок – почётную награду для самых могущественных и искусных магов. Сможет ли она победить? С какими трудностями ей предстоит столкнуться?

Твайлайт Спаркл Принцесса Луна Трикси, Великая и Могучая ОС - пони

Завтра начинается вчера

Приквел к Тому-Самому-Фанфику.

My Little Mass Effect

Данный рассказ потихоньку переноситься с блогов сюда. Не то что у меня какая нибудь мания я просто пишу ради самого процесса. Кидайте тапки на здоровье. Рассказ всё ещё в процессе написания и мне не хватает цензорского участия кто хочет помочь милости прошу.Итак что есть Божество? Принцессы много могут вам рассказать о этом а Шепард вам это подтвердит. "Одну минуту Шепард"? Наверняка удивитесь вы. "Он же умер при любом раскладе".А вот тут автор пошёл из предположения что он "не совсем умер". Что это значит вы узнаете из этого фанфика.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек

История, о которой забыли

В истории любого государства есть периоды, о которых иногда лучше забыть и умолчать. В истории Эквестрии и народа пони тоже есть такой период - Догармоническая Эпоха. Эпоха, когда не было доброты, честности, верности, щедрости, смеха, дружбы, гармонии. Эпоха, в которую была война.

ОС - пони

Посланник дождя

Каждый сам создаёт свой ад и при должном старании даже утопия обернётся кошмаром. Но в мире, где идеалы дружбы и всепрощения ещё не были воспеты, чужаку стоит сделать лишь неосторожный шаг, чтобы превратить свою жизнь в череду падений.

Принцесса Селестия Принцесса Луна Другие пони ОС - пони Найтмэр Мун Человеки Стража Дворца

Автор рисунка: MurDareik
Глава I. Без лишних ушей Глава II. Часть II. Худший союзник

Глава II. Часть I. Наемник

«Разум — безумие всех, безумие — разум одного»
— Карл Людвиг Берне

Спитфайр неспеша приземлилась на взлетно-посадочную полосу Академии Вондерболтов и осмотрела уже хорошо ей знакомый пейзаж учебной базы. Нынешнее утро выдалось пасмурным и серым, но не потому, что погодные группы спали или забыли о своих обязанностях. На вчерашнем еженедельном собрании офицеров глава отдела «Погодного Контроля Академии», лейтенант Раш, в связи с отпусками и выходным днем, предложил не разгонять облака для того, чтобы погодные группы смогли пораньше отправиться домой. Множество старших офицеров поддержало эту идею, включая и саму Спитфайр.

Подобные случаи не были редкостью или исключением. Все Вондерболты, проработавшие и отслужившие уже достаточное количество времени, пользовались такими хмурыми днями для разгребания накопившейся бумажной волокиты, всегда сопровождавшей их по пути службы. Спитфайр быстро переняла этот опыт ветеранов Академии и отлично справлялась со своими обязанностями. Было даже немного странно, насколько серая, унылая и скучная погода помогала в работе по разбору бюрократической писанины и прочих «издевательств» над бумагой. Капитан не раз удивлялась тому, как подобная атмосфера моментально поглощала весь разум, полностью отрезая от ощущения времени и пространства, позволяя сосредоточиться на нудной и кропотливой работе. И сегодняшнее утро должно было стать именно таким.

Спитфайр двинулась по взлетной полосе в сторону здания Академии. На траве уже вовсю блестела утренняя роса, если это, конечно, можно было назвать блеском. В абсолютно сером и хмуром небе не было даже намека на солнце, и окружающий пейзаж просто казался сырым. Спитфайр даже свернула с твердого полотна полосы, пройдя последние метры до Академии по росе, чтобы взбодриться. Остановившись около главного входа, Капитан полной грудью вдохнула утренний воздух, тряхнула головой и толкнула копытом входную дверь.

— Я почему-то даже не сомневался, что Вы сегодня придете, Капитан, – прозвучал спокойный хрипловатый голос, как только Спитфайр вошла в просторное помещение главного зала.

Она повернула голову к сидящему на посту охраны седому жеребцу, который разгадывал кроссворд. Пожилой солдат неспеша курил трубку, медленно выдыхая клубы дыма сквозь пушистые белые усы,а его слегка уставшие, но добрые глаза смотрели на Спитфайр. Капитан мягко улыбнулась в ответ.

— Ты. Называй меня на ты, Роджер, – она посмотрела на охранника немного укоряющим взглядом. — Сегодня выходной, и нет причин быть таким формальным, который раз тебе уже об этом твержу. Ты опять куришь эту гадость? В один прекрасный день это тебя доконает.

— Моя покойная матушка вселилась в твою юную голову, Спит, чтобы читать мне нотации? – хрипло усмехнулся Роджер. — К тому же, если моя старуха не доконала меня за эти сорок лет, с чего бы это получится у табака?

С этими словами жеребец засмеялся и выпустил несколько белых колец дыма в воздух. Спитфайр широко ухмыльнулась. Она знала Роджера уже… Сколько? Наверно, с момента ее поступления в рядовые члены Вондерболтов. Ни ее стремительный карьерный рост, ни популярность, ни постоянное внимание со стороны других видных личностей не смогли навредить их с Роджером дружбе. С самых первых дней, как судьба свела их, он стал для нее верным товарищем, которому всегда можно выговориться, спросить совета, ну и конечно, получить под зад. По-дружески, чтобы не сбиваться с правильного пути. Это Спитфайр ценила в нем больше всего.

Роджер был ветераном Академии в прямом смысле – дольше, чем он, тут не работал никто. Старого пегаса знала вся главенствующая верхушка. Забавно было осознавать, что когда-то от его копыт по заднице получали такие влиятельные командующие, как Генерал Свайп или министр безопасности Хоук-Ай. Для всех он был хорошим другом и оставался им по сей день. Как ни странно, имея такое огромное количество влиятельных знакомых, Роджер жил скромно и не выбивал себе места повыше. Мотивировал старый пегас свое решение всегда просто: «Пока мой круп в тепле, желудок полон, и моя любимая Марлен исправно зудит как улей Зебрахарских Ос, я лучше останусь тут».

— Все никак не пойму, — Роджер затянулся и выдохнул очередное белое облачко сквозь усы. — Таким молоденьким кобылкам в такое хмурое утро положено просыпаться в объятиях какого-нибудь красавца-жеребца, а не тащиться на службу.

Жеребец вновь язвительно улыбнулся сквозь усы и поиграл бровями. «Опять» — всплыла мысль в голове Спитфайр, заставившая ее устало закатить глаза и отрицательно помотать головой в ответ.

— Нет, ну серьезно, – Роджер ткнул трубкой в сторону пегаски. — В твоем возрасте седлать тебя должны жеребцы, а не работа. Ну, или кобылки, кому как нравится.

Он засмеялся, вдохнув очередную порцию табачного дыма.

— Старый пройдоха, – Спитфайр, ухмыляясь, вновь отрицательно покачала головой. — Почему бы тебе не оказаться в такое утро в постели с какой-нибудь кобылкой, а?

— Нет, нет, нет! – Роджер поднял копыта и энергично замотал головой, сдерживая смех. — Когда моя карга узнает об этом, я приду на службу с задницей вместо головы. К тому же…

Жеребец затянулся и устремил на Спитфайр ехидный взгляд.

— Если вдруг станет известно, что «есть еще порох в пороховницах»… — он хмыкнул, вызвав у Спитфайр громкий смешок. — Нет, нет, нет! Я только в прошлом году выдал замуж свою пятую дочку, а мой шестой сын буквально пару месяцев назад окончил Кантерлотский Архитектурный университет. Еще немного, и я разорюсь на подарки в ближайшую Ночь Согревающего Очага.

Спитфайр и Роджер звонко рассмеялись. Старый пегас медленно встал и подошел к большому деревянному шкафу. С усилием он толкнул высокую дубовую дверь, которая плавно отъехала в сторону. Роджер взлетел на пару метров, достал из ячейки ключ с брелоком, на котором был выбит номер кабинета Капитана, и, приземлившись около Спитфайр, положил его напротив.

— Я вечером зайду с горячим шоколадом, — улыбнулся сквозь усы старый пегас. — Зная тебя, ты опять тут будешь сидеть, пока не поднимется луна.

— Спасибо, Роджер, – благодарно кивнув, пегаска спрятала ключ в кармане мундира.

Роджер коротко отсалютовал и вернулся к кроссворду. Спитфайр прошла сквозь турникет и проследовала дальше по коридору, ведущему к общей лестнице Академии. Путь к кабинету Капитана лежал через общий холл. Длинный коридор был выдержан в строгом стиле лучших традиций Академии. Под высоким потолком висели массивные люстры, которые никак не напоминали себе подобных в каком-нибудь театре либо бутике. Стены холла украшали многочисленные портреты всех самых знаменитых и влиятельных деятелей Вондерболтов. Тут висели гордые и статные изображения как давно ушедших из жизни, так и живущих сейчас. Блистать здесь своим лицом на холсте считалось огромной честью, ведь все будущие поколения будут лицезреть его даже спустя много лет, а имя, наверняка, войдет в учебники по истории. Но сперва это место надо было заслужить.

Спитфайр шла по длинному коридору, бросая взгляд на смотрящие на нее со стены картины. Она уже бесчисленное количество раз проходила этот путь и знала всех изображенных поименно, которые отделяли ее от лестницы до кабинета. Разбуди Спитфайр в середине ночи после дикой попойки, она безошибочно назовет имена всех изображенных пегасов задом наперед. А потом врежет тебе в челюсть, потому что нечего будить Капитана среди ночи.

Дойдя до двери своего кабинета, Спитфайр сосредоточенно вздохнула, мысленно настраиваясь на предстоящий нудный бой с кучей бумажек. Короткий щелчок замка и Капитан вошла внутрь. Вот он, ее кабинет. Спитфайр расстегнула мундир и повесила на спинку стула. Приблизившись к столу, она окинула взглядом аккуратно сложенные стопки папок, листов и журналов, разложенных прошлым вечером ее адъютантом. Хоть парнишка иногда подтормаживал в осмыслении отданных ему приказов, выполнять подобные задачи по сортировке бумажной волокиты и подготовке всего этого канцелярского хаоса к порядку удавалось у него просто идеально.

Спитфайр подошла к окну и открыла жалюзи, немного разогнав утренний полумрак бледным светом. Все равно темно. Капитан пошарила в тумбочках и достала золотой канделябр, подаренный ей на очередном празднике-турнире-посвященному-чему-то-там. Через секунду комната наполнилась теплым оранжевым светом, придавая серой и унылой картине немного домашнего уюта.

Капитан подошла к первой аккуратно сложенной башне из писем. Она всегда начинала именно с писем. Лучше быть в курсе всех новостей, когда начинаешь прикладывать копыта к остальному бюрократическому аду. Письма были абсолютно любого содержания – начиная от обычных распоряжений и контрактов, заканчивая письмами поклонников и фанатов. Как ни удивительно, они тоже были рассортированы по нескольким стопкам, позволяя Спитфайр сперва разобраться с самым важным. Она вновь мысленно поблагодарила своего адъютанта. Утро, посвященное сражениям на канцелярском фронте, официально началось.

Стук в дверь прервал монотонные действия Капитана. Спитфайр показалось, что ей послышалось, и она продолжила свое занятие. Повторная серия коротких стуков в дверь кабинета опровергли первую мысль.

— Войдите, – громко произнесла Капитан.

Дверь кабинета открылась, и в комнату вошел пегас темно-желтого цвета. Одет он был в непримечательное, хоть и дорогое, черное кожаное пальто. Спитфайр сразу же узнала полковника Чарджа, одного из старших офицеров Академии. Капитан тут же выпрямилась по стойке смирно и отдала честь. Пегас в ответ махнул копытом, жестом говоря Спитфайр «вольно». Чардж быстро закрыл за собой дверь и двинулся в ее сторону.

— Сэр? – неуверенно произнесла пегаска. — Не думала, что у кого-то еще хватит безумия, помимо меня, переться сегодня на службу. За исключением Роджера, конечно.

Капитан улыбнулась, но Чардж ее радости почему-то не разделил.

— Все верно, Капитан, — хмуро произнес полковник. — Меня здесь и нет. В Академии лишь вы и Роджер.

— В каком смысле? – Спитфайр удивленно нахмурила брови.

— Я здесь лишь для того, – Чардж запустил копыто во внутренний карман пальто и достал запечатанный конверт, — что бы Вам лично передать послание.

Он подошел ближе к столу и положил конверт перед ней. Капитан неуверенно посмотрела на послание и перевела взгляд на Чарджа.

— И запомните, — полковник развернулся и быстрым шагом направился к выходу, — этого разговора не было. Удачи.

Дверь закрылась с характерным щелчком, оставив Капитана с кучей мыслей, неожиданно возникших в голове.

«Что еще за послание? Почему мне? Почему мне его приносит лично полковник, словно какой-нибудь посыльный?»

Ответа она не знала. Но ведь он лежал точно перед ней. Спитфайр выдохнула и подтянула письмо ближе к себе. Подняв конверт, Капитан остолбенела. На конверте красовалась королевская печать. Такое послания мог прочесть лишь тот, кому оно предназначалось и, обычно, в таких письмах содержалась информация наивысшей степени важности, знать о которой могли лишь отправитель и получатель. Капитан сглотнула. Спитфайр осторожно коснулась печати, на которой был изображен герб Двух Сестер. Печать еле заметно сверкнула и с тихим треском раскололась, заставив ее испуганно отпрянуть.

— Тьфу, глупая кобыла, – Капитан шикнула себе под нос. — Нашла чего бояться.

Она извлекла тонкий белый лист пергамента с посланием, написанным идеальным почерком Принцессы Селестии. Из конверта так же выпала золотая монета. Капитан взяла ее, внимательно осмотрела и повернулась к письму. Несколько минут она внимательно вчитывалась в строки. Затем снова и снова.

«…особой важности…», «…без разглашения…», «…немедленно явиться в указанное место…», «…особые инструкции…», «…встретится в условленном месте…», «С уважением, Принцесса Селестия». Капитан села на пол и почесала затылок. Личное послание, переданное полковником, да еще и с Королевской печатью. Ничего хорошего это явно не сулило. Спитфайр медленно повернулась к канделябру с горящими свечами и поднесла конверт к огню. Яркие оранжевые языки пламени быстро охватили бумагу, постепенно поглощая ее всю без остатка. Когда послание окончательно превратилось в пепел, Спитфайр задула свечи, подхватила мундир и выскочила из кабинета. Ключ она оставила в замочной скважине. Все равно через пару часов Роджер придет ее навестить. Капитан поймала себя на мысли, как было бы здорово потом рассказать старому пегасу, что же это за эдакое тайное задание, на которое ее вызвали. Но все это потом.

Видимо, скучный и нудный день придется отменить.

***

 — Ну и как это понимать?! – раздраженно фыркнула Флитфут и повернулась к сидящему под высохшим деревом Соарину.

— Что понимать? – жеребец поднял голову и посмотрел на пегаску.

— Ни свет, ни заря, меня подняли и всучили этот конверт! – кобылка начала раздраженно топтаться на месте. — Сказали прибыть сюда и ждать. Под палящим солнцем, в этих проклятых пустошах, где сильнее обезвоживания только скука!

Флитфут гневно посмотрела вокруг и пнула рядом лежащий камень. Маленький булыжник полетел вперед и скатился по склону дюны. Пегаска выдохнула и повернула голову в противоположную сторону. В паре километров от нее возвышались горы, служившие границей между безжизненными пустошами и остальной частью зеленой и полной жизни Эквестрии. Красно-коричневые гиганты с белоснежными шлемами из снега и льда молчаливо стояли на посту, оберегая от знойного и палящего дыхания пустыни.

Флитфут вновь что-то сердито прорычала и сделала несколько шагов в сторону. Палящее солнце, жара, сухой воздух, отсутствие какого-либо ветра, и этот чертов желто-золотой пейзаж, от которого уже тошнило, и слезились глаза — все, все, все, все это уже достало. Флитфут повернулась к Соарину, который молчаливо наблюдал за метаниями и злобными высказываниями пегаски. Вот! И это тоже ее бесило – тихо сидящий и спокойно ждущий жеребец. Словно ловит от этого места и атмосферы удовольствие, а может, наслаждается ее метаниями. Вот гад!

— Ч-чего уставился?! – прорычала Флитфут, сделав шаг вперед. — Сидит там, молчит! Чего пял…

— Я вижу, вчерашний вечер закончился провалом, – спокойным и ровным голосом произнес Соарин, язвительно улыбаясь пегаске.

Вспышка холода прокатилась по телу кобылки, заставив ту замереть на месте. Ее лицо мигом погрустнело, взгляд опустился на песок, а крылья обмякли и повисли на боках. Флитфут села на задние ноги и глубоко вздохнула.

— Полным, – полушепотом выдавила из себя пегаска, еще больше поникнув.

— О-о-о-о. И что же с этой кандидатурой пошло не так? – хмыкнул Соарин и помотал головой. — Даже не могу представить. Ты хотя бы этого не сильно унизила?

— Хватит уже, а? – Флитфут посмотрела на Соарина с толикой злости и обиды. — Как будто мне самой это нравится. Ничего страшного с ним я не сделала. Ну и что, что засунула его наглую морду в пунш и присыпала сверху канапе!

Флитфут гневно надула щеки и скрестила передние ноги на груди. Соарин не сдержался и загоготал, опершись спиной на сухое дерево. Пегаска моментально повернула к нему голову и зарычала, а ее лицо начало стремительно набирать краску.

— Чего ржешь?! – злобно прошипела Флитфут и шагнула в сторону Соарина.

— Пунш… и… и… канапе! – задыхаясь от смеха, выпалил жеребец. — Тебя надо было назвать Хеллфаер, а не Флитфут.

— Хватит уже! – рассерженно выпалила та. — Как будто я тут одна такая!

Смех Соарина постепенно затих, и все еще улыбающийся пегас повернулся к ней. На его лице застыло немое выражение, словно спрашивающее «А?». Часть лица пегаски расплылась в победной ухмылке, когда она, наконец, нашла точку для контратаки.

— В каком смысле? – Соарин наклонил голову на бок и поднял брови.

— В прямом! – Флитфут сделала короткий шаг в сторону пегаса. — Сидишь тут с важной мордой, как будто сам не попадал в такие ситуации! Что, кроме пирогов с яблоками ничего не интересует?

— Это уже старо, – пожал плечами Соарин и с улыбкой закатил глаза. — Придумай что-нибудь новое. А то так и будешь до пенсии бесплатно купать жеребцов в пунше и… как его? А! Канапе!

С последними словами жеребец вновь засмеялся, спрятав лицо в копытах. Щеки Флитфут еще больше залились краской. Ей хотелось рвануть вперед, поддать под зад этому ржущему пегасу и отправить его на луну, но в голове неожиданно возникла новая идея. Она появилась словно прозрение, как круг спасения тонущему, вот-вот готовому уйти под воду. Лицо Флитфут расцвело в колкой улыбке, а взгляд вонзился в Соарина. Уловив резкую смену настроения пегаски, жеребец прекратил смеяться и удивленно посмотрел на нее.

— А может… — она смотрела на него испепеляющим взглядом, — пироги уже действительно заботят тебя не так сильно.

Пегаска сделала короткий шаг вперед и обвела взглядом окружающее пространство, словно что-то искала. Сейчас ее лицо сияло дерзкой ухмылкой. Соарин поежился.

— О своих походах ты не рассказываешь, – взгляд Флитфут медленно скользнул по пейзажу, пока не остановился на жеребце. — Может, ты бережешь себя для кого-то?

Она сделала еще один шаг и, слегка повернув голову, краем глаза посмотрела на сидящего впереди пегаса.

— Что? – Соарин удивленно поднял брови, перестав лыбиться. — Чего… Кого?

Выстрел достиг цели. Флитфут сделала еще один шаг, повернула голову в другую сторону и взглянула на Соарина уже другим глазом.

— Хм… — Флитфут приложила копыто к подбородку, — и кто же эта загадочная особа, которая запала в твое любящее яблочные пироги сердце?

Соарин нахмурился. По его глазам было видно, что он очень сильно старается уловить суть этой беседы, но пока это у него не получается. Флитфут сделала еще один шаг.

— Кто бы это мог быть?.. – пегаска ехидно смотрела на Соарина.

Она сделала ошеломленное лицо, будто только что постигла истину и прозрела.

— Неужели это наша общая знакомая с разноцветной гривой? — ахнула кобылка.

Жеребца заметно передернуло, словно он чем-то подавился. Флитфут оскалила зубы в победной ухмылке. Ну, сейчас он у нее получит.

— Ч-ч-что?! – Соарин вскинул брови. — Я… Чего?.. Она… Не-е-е-т! Нет!

— О да-а-а! – Закивала Флитфут. — Все видели, как ты на нее пялился!

— Ну и пусть, что она спасла судей на «Конкурсе Лучших Летунов», включая меня, – пегас вскинул копыта. — Ну и спасла мой пирог на одном из тех Гала, разгромив потом его с остальными своими подругами.

С последними словами жеребец засмеялся, заставив Флитфут нахмуриться. Она ожидала не эту реакцию.

— К тому же, — он направил колкий ответный взгляд на кобылку, в то время как ее улыбка уже потускнела, — ей действительно стоит отдать должное. На последних квалификационных соревнованиях Дэш показала, какими стервами можете быть вы со Спитфайр.

Соарин вновь покатился со смеху. Лицо Флитфут взорвалось от негодования, и пегаска без раздумий рванула на жеребца. Он среагировал моментально, спрятавшись за сухое дерево и, постоянно маневрируя, уклонялся от попыток Флитфут его изловить. Хоть она и была самым быстрым Вондерболтом, поймать Соарина, шмыгающего вокруг дерева у нее не получалось.

— Иди сюда, — прошипела кобылка, — я тебе сейчас покажу стерву!

— Ой-ой! – Соарин пытался не задохнуться от смеха и успевать уклоняться. — Сперва поймай, «Шортфут».

— Прекратить истерику!

Резкий возглас сверху заставил обоих остановить потасовку. Соарин и Флитфут подняли головы в сторону приближающейся фигуры. К обоим Вондерболтам быстро приблизилась Спитфайр, одарив каждого сердитым взглядом.

— Привет, Кэп, – оба пегаса изобразили что-то напоминающее «Смирно» и подняли копыта.

— Прекращайте ваши игры, – сурово произнесла Спитфайр. — Не хватало, что бы вы еще тут друг друга травмировали.

— Я бы не отказалась кое-кого травмировать, – фыркнула Флитфут, ударив Соарина в бок правой ногой.

Удар был слабым и вызвал у пегаса лишь улыбку.

— Флитфут! – Капитан рявкнула на пегаску, заставив ту испуганно дернуться.

Спитфайр глубоко вздохнула и, отвернувшись, начала осматриваться. Сейчас Капитан была напряжена как никогда. Через пару секунд она повернулась обратно к остальным Вондерболтам, поймав озабоченные и тревожные взгляды.

— Кэп, а что случилось-то? – Соарин подошел к Спитфайр.

— Да, – кивнула Флитфут. — Ты какая-то бешеная.

— А разве не видно, почему? – нахмурилась Спитфайр. — Мне приходит письмо, запечатанное «Королевской Печатью», в котором лично Принцесса просит явиться в это место и сохранить все в тайне. Подобные послания обычно содержат информацию исключительной важности и секретности. Естественно, я немного нервничаю!

— Да ладно тебе! – Флитфут подошла ближе и похлопала пегаску по плечу. — Очередная развлекаловка для каких-нибудь гостей или какой другой подобный сюрприз.

— Вот-вот, — кивнул Соарин. — Расслабься. Нет такой задачи, с которой мы бы не справились!

Соарин выпятил грудь вперед и принял гордую позу. Это вызвало у Флитфут короткий смешок, и она с улыбкой повернулась к Капитану.

— Рада, что для этого задания выбрали и вас тоже, – кивнула Спитфайр, глубоко вздохнув. — Простите, что накричала. Я немного на нервах с самого утра.

— Да все путем, – ухмыляющаяся Флитфут опять похлопала Капитана по плечу. — Осталось только покончить побыстрее с делами в этой дыре. Солнце и скука меня уже почти доконали.

Слух Спитфайр резко уловил какой-то шелест неподалеку от них. Это не было похоже на обычный ветер или движение песка. Капитан настороженно оглянулась. Соарин и Флитфут тоже это услышали, и так же пристально озирались по сторонам. Над пустыней повисла мертвая тишина, разбавляемая только гулкими ударами сердца, которое отбивало свой ритм в ушах. Спитфайр обычно не боялась никакой подобной ерунды, ведь она – Капитан Вондерболтов, потому мужества и отваги ей не занимать. Но сейчас это письмо с магической печатью и неизвестное тайное задание выбили ее из колеи. Она нервничала. На лбу Спитфайр выступил пот.

— Вы слышите? – полушепотом спросила Флитфут, сделав шаг ближе к остальным Вондерболтам.

Шелест вокруг начал нарастать.

— Не нравится мне это… – помотал головой Соарин. — Ой не нра…

Пегас не успел договорить. Из-за бархана перед тройкой пегасов выполз массивный силуэт. Фигура поднималась со стороны солнца, потому сразу увидеть, кто это был, не представлялось возможным. Над Вондерболтами медленно нависла длинная тень. В слепящих лучах солнца его форма была похожа на колонну или что-то вроде того, пока вдруг края этого «столба» не раскрылись, накрыв большой тенью всю тройкой пегасов. Вондерболты, как один, замерли и еле слышно воскликнули. Громче вскрикнуть было невозможно, ужас сковал их тела, железной рукой сжав глотки, не позволяя даже двинуться. Перед Вондерболтами красовалась огромная кобра.

Трехметровая змея серо-желтого цвета смотрела на пегасов парой зеленых глаз. На открытом капюшоне, который создавал эту массивную тень, красовалось несколько причудливых узоров из переплетений кругов и линий красного, черного и фиолетового. Все это позволяло и без того жуткой змее выглядеть еще более ужасающе и зловеще. Кобра еле слышно прошипела и медленно двинулась в сторону тройки пегасов. Спитфайр не могла оторвать взгляд от гипнотизирующих рун на ее капюшоне. Они ей показались жутко знакомыми.

— Топ-п-пу-у-ус-с-ск-х-х, – прошипела змея, не сводя взгляда с Вондерболтов.

В открытой пасти блеснули ядовитые клыки.

— В тартар! – воскликнула Флитфут. — Бежим!

— Нет! – Спитфайр перегородила крылом путь пегаске. — Сохраняйте спокойствие!

Кобра продолжала медленно приближаться к тройке пегасов. Соарин и Флитфут были готовы уже сорваться с места, но глядя на Капитана не решались. Спитфайр, словно завороженная, стояла и смотрела на змею.

— Кэп, ты чего?! – взмолился Соарин, пытаясь оттащить Капитана. — Беги!

Кобра остановилась в нескольких метрах. Расстояние теперь было достаточно для рывка, и скорость уже не имела значения. Слишком близко. Змея посмотрела в глаза Спитфайр.

— Ты нарвалась не на тех пегасов! – выпалил Соарин, становясь впереди Капитана. — Убирайся туда, откуда выползла!

Спитфайр резко схватила за хвост готовящегося к рывку жеребца и оттащила назад. Теперь она кое-что вспомнила.

— Спокойно! – рявкнула Спитфайр, выйдя из состояния шока. Ее мысли потихоньку возвращались в нормальное состояние.

— Топ-п-п-у-у-с-с-с… — попыталась прошипеть кобра, но замолчала.

Она отвернулась в сторону и, хрипло откашлявшись, сплюнула на землю несколько комков песка.

— Допус-с-с-ск! – наконец произнесла змея, выжидающе глядя на Спитфайр.

— Вы нас напугали, полковник, – Спитфайр наклонила голову и, ловя ртом воздух, пыталась отдышаться.

— Ну-с-с-с, такая рабо-о-ота, – кобра тряхнула капюшоном и наклонилась ближе к тройке пегасов.

— П-п-полковник?! – Флитфут и Соарин рухнули задом на песок в полном изумлении.

— Вижу с-с-сейчас-с-с с с-с-субординац-с-сией проблемы, – прошипел змей и язвительно посмотрел на пегасов.

На секунду показалось, что его рот искривился в улыбке.

— Ч-ч-чего? – сглотнула Флитфут, продолжая таращиться на кобру.

Спитфайр быстро достала из своего мундира древнюю монету, которую получила вместе с посланием. Капитан незамедлительно положила ее на камень перед змеей. Кобра наклонилась к монете и несколько секунд пристально изучала ее. Рисунок на ее капюшоне начал становиться ярче и ярче.

— К-к-кэп… Ч-ч-что за х-хрень тут твориться? – нашла в себе силы Флитфут и дрожащим копытом ткнула Спитфайр.

— Все в порядке, – Спитфайр повернулась к напуганным товарищам. — Это Полковник Раттл Вайпер, один из стражей пустошей. Об этом, кстати, упоминалось в письме. Вы ведь его полностью прочитали?

Пегасы переглянулись и нервно улыбнулись. Капитан нахмурилась.

— Начало… конец… — Флитфут отвернулась.

— Пару… абзацев в начале… конец… — Соарин повторил действия пегаски.

Спитфайр закрыла глаза копытом и помотала головой, повернувшись обратно к кобре. К этому моменту змей уже закончил изучение древней монеты и выпрямился, направив взор на Капитана.

— Вс-с-се в порядке, – Раттл расправил капюшон шире.

Узор на нем стал еще ярче, несколько раз изменил цвет и моментально потух, вернувшись к обычному виду.

— Принце-с-с-са дала вам полный дос-с-ступ, — добавил змей. — Вы мож-ш-шете пройти.

Рядом с древней монетой в магической вспышке возник небольшой пергамент, перевязанный красной лентой.

— С-с-следуйте по карте, – прошипел Раттл. — Будьте ос-с-сторожны. Пус-с-стош-ш-ши опас-с-сное мес-с-сто для вас-с-с-с.

Спитфайр кивнула, в то время как Соарин и Флитфут испуганно переглянулись и покосились на нее. Змей развернулся и приготовился уходить.

— Полковник Раттл! – Капитан окликнула кобру. — Извините за наглость, но что происходит? И что Принцесса делает тут?

Змей развернул голову в сторону пегаски.

— Узнаете на мес-с-сте, – ответил Раттл. — И передайте Принцес-с-се, что я не одобряю ее реш-ш-ш-шение. Это чудовищ-ш-ш-е должно гнить тут без права на с-с-с-свободу.

С этими словами змей нырнул вниз по дюне, скрывшись с глаз.

— Это сейчас что было? – немного дрожащим голосом произнесла Флитфут, глядя на Спитфайр.

Капитан подошла к свертку, лежащему рядом с монетой. Она быстро развернула его, обнаружив там карту с указанием места, куда им теперь следует направиться. Спитфайр быстро спрятала карту и монету в кармане мундира и повернулась к остальным Вондерболтам.

— Никогда не думал, — Соарин сглотнул и посмотрел на Капитана, — что увижу стража пустоши. Я всегда считал, что это сказки, призванные оградить нас от походов сюда.

— Чего?! – выпалила Флитфут.

— Если бы ты не прогуливала уроки истории в Академии, ты бы знала, – фыркнула Спитфайр. — Потом на досуге залезешь в библиотеку и почитаешь. Сейчас у нас нет времени. За мной!

— Насыщенное утро, – выдохнул Соарин.

— Вот же ведь… — Флитфут почесала затылок.

Тройка Вондерболтов стремительно взмыла в небо, направляясь вглубь выжженной пустыни.

***

Селестия медленно подняла взгляд к солнцу. Полдень. Время неумолимо отсчитывает свои мгновения, невзирая на желание его замедлить или отсрочить. Принцесса вздохнула. Противоречивые мысли сновали тут и там, запутывая и затуманивая любые попытки хоть как-нибудь успокоиться или перестать нервничать. Все бестолку. Аликорн опустила взгляд на обелиск перед собой.

Посреди раскаленных песков и скал пустошей, это конусообразное сооружение с острыми углами и незамысловатым неровным узором выглядит непримечательно. Любой обнаруживший его скорее подумает, что это какая-либо археологическая находка или что-то в этом роде. Но это место — практически самое сердце пустошей. Неприветливое, сухое и безжизненное. Вряд ли тут встретишь кого-нибудь, кто по достоинству сможет оценить этот странный предмет и, хвала Создателям, что так оно и есть.

Легкое дуновение ветра колыхнуло гриву Принцессы. Селестия оторвала взгляд от обелиска и посмотрела в сторону. Перед взором Принцессы был лишь желтый песчаный пейзаж, с редкими вкраплениями красно-коричневых гор. Горами, конечно, назвать их уже было трудно – за множество веков ветра сточили или разрушили их, превратив некогда огромных исполинов в жалкие осколки, редко возвышающиеся на фоне желтого песка.

Вдруг взгляд Селестии уловил слабо уловимое движение. Она сощурилась, стараясь увидеть нарушителя, потревожившего подножие дюны. Глаза Принцессы всматривались в маленькую точку, пока она вновь не сорвалась с места и не устремилась вперед по песку. Точка двигалась довольно быстро и уже через несколько мгновений Селестия смогла рассмотреть ее. Нарушителем безжизненного пейзажа оказалась песчанка — небольшой грызун размером в половину кошки и длинным хвостом, помогающим ему быстро поворачивать во время бега. Зверек шустро передвигался на четвереньках, то и дело, замирая каждые несколько метров, чтобы оглядеться.

Глядя на песчанку, Селестия улыбнулась. Даже в таком месте жизнь находит лазейки несмотря ни на что. Зверек быстро перебирал лапами по песку, пока вдруг резко не остановился, уставившись на Принцессу. Селестия, сама того не желая, очень вовремя отвлекла зверька, ведь уже через мгновение из-за ближайшего бархана резко выпрыгнуло коричнево-красное пятно, моментально набросившись на песчанку. У той не было ни шанса даже среагировать. Раздался короткий писк и все кончилось — убитая песчанка болталась в зубах другого обитателя Пустошей. Пустынная лиса несколько раз пожевала мертвого зверька, удобнее располагая его в зубах, и повернулась к Принцессе. Взглянув с опаской, лисица быстро перемахнула через бархан и скрылась.

Селестия лишь молча наблюдала за происходящим. В ее голове неожиданно возникла странная мысль. Да, она стала соучастницей убийства, удачно отвлекая песчанку для смертельного рывка лисицы. Нет, это было не убийство – это борьба за выживание. Неискушенный разум, не способный смотреть вглубь вещей, скажет: «Ведь лисица убила бедного и невинного зверька! Как так можно, эти лисы – зло!» и будет в корне неправ. Песчанка очень юркий и осторожный зверек, чтобы его изловить нужно недюжее терпение и хитрость. И только что мастерство матери позволило прожить ее лисятам в этом суровом и жестоком месте еще один день. Тут нет чего-то плохого или чего-то хорошего. Это просто борьба. Борьба хитрости и осторожности, выносливости и скорости. Борьба противоположностей.

Быть может, Стражи видят нас именно так – копошащимися на песке, борящихся за выживание в своем мире. Конечно, это довольно примитивное и грубое сравнение, но все когда-нибудь начинается с примитивного и грубого. Развивая свой интеллект, мы развили и обновили само понятие «борьба», добавив в него смысл, логику, оправдание, в конце концов. Однако, как не меняй – это все равно останется борьбой.

Селестия медленно подняла голову и вновь посмотрела на небо. Действительно, какими бы ни были мотивы и действия всего того зла, что угрожало Эквестрии, какие бы ни были мотивы героев, кто защищал остальных от этого него – это была борьба. И каждая сторона считает – что правда только на их стороне, как бы ее не трактовали другие. Правда всегда будет правдой – пока есть те, кто считает ее таковой.

«Ты опять ищешь оправдание?»

Селестия опустила голову и вздохнула. Эти слова вновь всплыли в голове и не хотели уходить. Да, незачем лгать самой себе. Принцесса вновь искала оправдание тому, что пыталась сейчас сделать. А может и хуже — пыталась найти оправдание ему. Лицо Селестии, неожиданно для нее самой, исказила злобная гримаса. Одна лишь мысль об этом драконе приводила ее в ярость.

«Но, почему ты его тогда просто не убила?»

Потому, что это не выход. Потому, что он помог. Пусть и цена была ужасной, но он помог.

«Потому ты отправила его в место, пребывание в котором хуже смерти? Милосерднее было бы просто его убить»

По спине Селестии пробежали мурашки. Она вновь глубоко вздохнула. Вечная жизнь сопровождается также и вечными попытками оправдать свои деяния в глазах самой себя. И это невероятно сложно, почти что невозможно. Себе не солгать, но Принцесса и не стремилась. Она жалела о многих вещах, которые просто надо было сделать, будь то изгнание собственной сестры или своей ученицы. И каждый раз, когда Селестии казалось, что она нашла подходящее объяснение для самой себя, разум придумывал новый вопрос, полностью перечеркивающий первоначальное. Даже в собственном разуме Принцесса вела борьбу. Да, иногда приходится делать то, о чем потом жалеешь всю жизнь, даже если это правильно. И сейчас Селестия готовилась принять то же самое решение. Решение, о котором, возможно в будущем, она пожалеет.

Три летящие полосы раскроили небесную синеву, грубо вырвав Селестию из глубоких раздумий. Принцесса несколько раз сильно зажмурилась и тряхнула головой, собираясь с мыслями. Она выпрямилась и направилась навстречу приземляющимся Вондерболтам. Тройка пегасов одновременно коснулась песка, встав перед белым аликорном, и отдала честь правым копытом.

— Мы прибыли, как только смогли, Принцесса, – Спитфайр сделала шаг вперед.

Селестия сделала шаг навстречу, оглядев каждого из прибывших, и коротко поклонилась.

— Спасибо, что откликнулись, – произнесла она.

— Ладно, мы тут, все здорово, – в разговор вклинился Соарин. — Но что происходит? Сегодняшнее утро выдалось каким-то жутким.

— Ага, – кивнула Флитфут. — Особенно эта огромная змеюка. Вы видели его зубы?

Флитфут посмотрела на рядом стоящих товарищей и поежилась.

— Да, по долгу службы Раттлу приходится выглядеть жутковато, — кивнула Селестия. — Жаль, что это самое не страшное, что вы сегодня можете увидеть.

— Что?! – Флитфут вскинула брови. — Тут что, где-то целое гнездо этих штук?

Спитфайр раздраженно шикнула на пегаску, заставляя ту замолчать.

— А ты не шикай на меня, дамочка! – вспылила Флитфут. — Солнце еще не встало, а мне уже всучили конверт с посланием! И не кто-нибудь, а сам Майор Слеш! Ты представляешь? Потом я оказываюсь в этом жутком месте, кишащим трехметровыми кобрами и прочими монстрами! Да ты вспомни ту ящерицу, которая злобно таращилась на нас во время полета! И теперь меня просят заткнуться?! Да какого сена тут творится вообще?!

Спитфайр повернула голову и посмотрела на Соарина, который стоял со стеклянными глазами и смотрел куда-то в сторону. Почувствовав на себе взгляд Капитана, он повернулся к ней.

— Вчерашний вечер закончился провалом? – Спитфайр вопросительно наклонила голову.

Пегас вздохнул и кивнул.

— А, ну тогда понятно, – пегаска спокойно повернулась обратно к Селестии.

— У меня что, это на морде написано?! – заорала Флитфут.

Ее крылья встали дыбом, а лицо залилось краской.

— Я понимаю, что все вы встревожены, – произнесла Принцесса, подойдя ближе и сосредоточив все взгляды на себе, — но я вас прошу сохранять спокойствие. Сейчас нам нельзя ссориться.

— Все в порядке, Принцесса, – Спитфайр быстро бросила взгляд на Соарина и Флитфут, которые подошли ближе. — Вы можете на нас рассчитывать. Что от нас требуется?

Селестия выпрямилась и на мгновение вновь посмотрела вверх. Она закрыла глаза, собираясь с мыслями, но уже через мгновение открыла их, вновь повернувшись к тройке пегасов.

— Над Эквестрией нависла угроза, – Принцесса говорила медленно, тщательно подбирая слова. — Королевство грифонов готовится к войне. Войне с нами.

Вондерболты остолбенели, испуганно смотря на Селестию. Первым от шока отошел Соарин.

— В… В каком смысле? – нервным голосом произнес пегас. — Это что, к-какой-то розыгрыш?

— К сожалению, нет, – отрицательно помотала головой Принцесса.

— Но… — Спитфайр взялась копытами за голову. — Но зачем? Зачем им война с нами?

— Не знаю, – выдохнула Селестия. — Есть подозрения, что грифонов на это толкают иные силы, но я не знаю, правда ли это. Сейчас точно известно одно – надвигается катастрофа, и нам нужно предотвратить ее. И ради них, и ради самих себя.

Спитфайр медленно села на землю и взволнованно посмотрела на песок перед собой. Соарин и Флитфут лишь молча стояли с ужасом на лице, не имея возможности пошевелиться.

— Святая Селестия… – полушепотом произнесла Флитфут. — Что же нам делать?

— Это все… — Соарин не верил своим ушам. — Но почему мы тогда тут? Нам надо рассказать всем и начать подготовку!

— Чтобы вызвать панику и облегчить им работу? – Спитфайр посмотрела на жеребца. — И вряд ли мы успеем сделать что-либо. Верно, Принцесса?

Она повернула голову к Селестии.

— К сожалению, да, – ответила та. — Времени у нас уже не осталось. Но у нас есть шанс. На мою просьбу о помощи откликнулись те, кто в силах нам сейчас помочь. Но им нужна и наша помощь, потому вы сейчас и стоите тут.

Селестия повернулась и взглянула на обелиск. По спине Принцессы пробежала дрожь, лицо вновь исказила злобная гримаса.

— Но, к моему разочарованию, — она повернулась к пегасам, — им нужна помощь еще одного. Того, о ком бы я предпочла не вспоминать и не думать. Но это чудовище вновь возвращается в мою жизнь.

— Кто это? – Спитфайр посмотрела на Принцессу.

— Дракон, – Коротко ответила Селестия.

Ее взгляд смотрел точно на верхушку обелиска.

— Его имя Ричард, — продолжила Принцесса. — Он из древнего драконьего рода, который вымер много столетий назад. Это очень долгая история, потому могу сказать лишь одно – Ричард пережил вымирание своего вида благодаря владению древней магией. Магией, которая стоит у истоков светлой и темной. Ее учения уже давно забыты, и этот дракон единственный носитель ее секретов. Самой яркой особенностью Ричарда было его огненное дыхание – оно сжигало не только тело жертвы, но и его силы. Выжигало его энергию. Потому даже самый сильный дракон был не способен справиться с Ричардом. И свои огромные силы он использовал отнюдь не во благо. Он всегда был наемником, берущимся за «особую» работу и требуя за это неимоверную цену. Как и все драконы, он был жаден, но также коварен и безжалостен.

Селестия подошла к обелиску и дотронулась до него правым копытом.

— У Эквестрии всегда были и будут враги и недоброжелатели, – Принцесса повернулась к Вондерболтам. — Не хочу вспоминать и переживать эту историю вновь…

Селестия не закончила фразу. Слова встали комом в горле, а на глазах выступили слезы. Наконец, собравшись, она выпрямилась и прокашлялась.

— Много веков назад над нами вновь нависла угроза, – голос Селестии немного дрожал. — Теневики. Я пыталась договориться с ними, но все было бестолку. Никто меня не слушал. И тогда я совершила очень глупый поступок – обратилась за помощью к этому наемнику. О его репутации знали все, и я постаралась запугать их, заставить одуматься перед лицом опасности. Я так никогда не ошибалась.

Аликорн покачала головой.

— Когда очередные переговоры зашли в тупик, Ричард воспользовался моментом и направил на меня всю мощь своего огненного дыхания, — продолжила она. — Когда обессиленная, я еле держалась на ногах, он показал свое истинное лицо. Все поселение, все, кто жил в нем, были уничтожены. Ричард убил всех. Но он выполнил свою часть договора – предотвратил нападение на нас.

Селестия глубоко вздохнула.

— И потому я его изгнала, – Принцесса указала копытом на обелиск. — Изгнала в место, где нет времени, где нет света, где нет тьмы. Есть только призраки. Я до сих пор мучаюсь вопросом, правильно ли я поступила, и не была ли цена слишком высока, и каждый раз не могу найти ответ. А сейчас его помощь нужна нам снова.

Вондерболты молчаливо смотрели на Селестию. Открывшаяся внезапно правда с трудом укладывалась в головах пегасов.

— Но… — Спитфайр нарушила молчание. — Разве вы не можете обойтись без него, раз он сотворил столько зла?

— Не знаю, – Принцесса отрицательно качнула головой. — Но если Ричард нужен нам в этом деле, я готова рискнуть.

— И превратить Грифонье Королевство в пепелище?! – выпалила Флитфут. — Вы в своем уме?!

Соарин и Спитфайр попытались угомонить пегаску, но были остановлены Принцессой.

— Не буду спорить, – кивнула она. — Он уже много веков находится в заточении в Обители Фантомов. Я даже не знаю, жив ли он. Но я знаю одно – если его знания и опыт могут нам помочь, я готова попробовать дать ему шанс. Шанс вновь спасти Эквестрию от нового разрушения и войны.

Флитфут, сев на землю, раздраженно потерла виски.

— К тому же, — добавила Принцесса. — он наемник. У любого наемника есть своя цена, а у меня есть то, что я готова ему предложить. Как и все древние наемники, Ричард заключает договор со своим нанимателем, условия которого оговариваются заранее. Тогда я совершила ошибку – я просто попросила предотвратить войну. Он так и сделал… Теперь я буду более осторожна в своих просьбах.

Селестия медленно обвела взглядом каждого Вондерболта.

— Но мне нужна и ваша помощь, – добавила Принцесса. — Я хочу, чтобы вы отправились со мной в Обитель Фантомов.

— Я задам глупый вопрос, — Соарин сделал шаг вперед, — но как мы сможем там помочь?

— Вам предстоит сегодня увидеть много странностей, от которых ваши головы будут забиты вопросами. И когда придет время, я отвечу на все. Сейчас же я хочу, чтобы вас в дальнейшем было труднее удивить, – ответила Селестия, добавив: — И я хочу, чтобы вы были моим голосом разума… Если, вдруг, я начну терять рассудок.

С этими словами рог принцессы объяла темно-фиолетовая аура, а сама она повернулась к обелиску. Мгновение, и луч темной магии ударил в вершину колонны, заставив каждую угловатую руну на его сторонах ярко мерцать. Вокруг обелиска стало быстро расти фиолетовое завихрение, формирующее нечто вроде входа. Через несколько секунд потоки магии образовали аккуратную арку высотой, достаточной для прохода внутрь. Селестия повернулась к Вондерболтам.

— Поможете ли вы мне? – ее взгляд медленно скользил по пегасам. — Бояться вам абсолютно нечего. Пока я рядом, вам ничего не угрожает.

Спитфайр повернулась к остальным. Соарин нервно сглотнул, тряхнул гривой и пошел в сторону открытого портала, кивнув Капитану. Флитфут взялась за голову, что-то пробубнила себе под нос, выпрямилась и уверенно шагнула следом за жеребцом.

— Ну и денек… – хмыкнул Соарин, взглянув на Флитфут.

Та лишь раздраженно фыркнула в ответ.

— Вы можете на нас положиться, Принцесса! – кивнула Спитфайр и двинулась следом.

Селестия облегченно выдохнула. Как только вся троица пегасов скрылась внутри портала, она на секунду уловила взгляд огромной кобры, смотрящей за ней из-за бархана. Раттл отрицательно покачал головой. Селестия лишь закрыла глаза и шагнула в портал, растворившись в фиолетовом свечении.

***

Яркая вспышка открывающегося портала пронзила темное пространство. Проход сиял над пустошами несколько секунд, пропуская в Обитель Фантомов четыре размытые тени. Как только последняя тень ступила на темно-фиолетовый песок, портал закрылся, вернув окружающее пространство во мрак.

Резкий и знакомый запах ударил в нос Селестии, отозвавшись во рту кисло-металлическим привкусом и покалыванием в легких. Принцесса тут же окутала себя и всю тройку Вондерболтов защитной аурой, изолируя от разрушительного воздействия Обители Фантомов. Все вокруг наполнилось мягким белым светом, который быстро отогнал мертвые объятья Обители от нее и пегасов. Селестия сделала несколько шагов вперед и осмотрелась.

Обитель Фантомов была все той же. Она в принципе не могла измениться, даже если пройдут тысячелетия. То же абсолютно черное небо, та же темно-фиолетовая пустота вокруг, иногда чередующаяся с песчаными барханами такого же мрачного оттенка. Самым одновременно и завораживающим, и пугающим в Обители, был фиолетовый песок, покрывающий все вокруг. Песком это, конечно, назвать было трудно. Частицы странного вещества были очень маленькими, и казалось, что хватит одного порыва ветра, чтобы вся окружающая пустыня поднялась в воздух. В то же время они были и неимоверно тяжелыми, плотно прижимаясь друг к другу, и создавая нечто наподобие сухого желе. Песчинки были единственным источником света в бесконечной черноте Обители, наполняя ее тусклыми фиолетовыми тонами. Небольшие клубы этого сумеречного песка, поднятые чем-то с поверхности, то и дело висели в темном небе, вторгаясь во владения вечной ночи и образуя какие-то незамысловатые образы или фигуры.

Любое движение в этом месте выглядело размытым и прерывистым, словно само время показывало, где ты находился мгновение назад, а после этот образ растворялся. И это было не лишено смысла, ведь в Обители Фантомов время одновременно есть, и одновременно его нет. Здесь все одновременно и существует, и не существует. Фантомы будущего тесно переплетаются с призраками прошлого, затмевая настоящее, шаг за шагом разрушают разум существа, попавшего сюда.

Селестии стало немного не по себе. Разрушительное влияние Обители Фантомов способно сломать самый могущественный ум за считанные часы, превратив мудреца в безумца, а Ричард находился тут уже несколько столетий.

«Если уже ничего сделать не удастся, я, хотя бы, подарю этому дракону покой»

Мысль прошлась холодом по спине, но, как ни странно, принесла облегчение для Принцессы.

— Лягните меня, – раздался голос Соарина, мотающего перед собой копытом.

Бежевая защитная аура покрывала пегаса с головы до ног, и каждое движение его копыта оставляло след из прозрачных светящихся копий, медленно тающих в воздухе. Голос был неестественным, словно доносился откуда-то издалека, а до ушей доходило лишь эхо. Соарина передернуло, и он обеспокоенно посмотрел на остальных Вондерболтов.

— После такого меня теперь точно будет трудно удивить, – произнесла Флитфут.

Она помахала перед собой копытом, повторяя действия Соарина. Ее голос был таким же приглушенным, как и у пегаса.

— Что теперь? – Спитфайр подошла ближе к Принцессе, осторожно ступая по чужой земле.

— Теперь самая сложная часть, – произнесла Селестия.

Рог Принцессы засветился, выстрелив небольшой белой сферой вверх. Поднявшись к черному небу, сфера загорелась ярче, залив белым светом окружающее пространство. Через несколько мгновений она пропала, и все вокруг вновь погрузилось в темно-фиолетовый мрак.

— Осталось только ждать, – Принцесса начала пристально всматриваться вдаль. — Будем надеяться, что он окончательно не обезумел.

Воспользовавшись недолгой паузой, тройка Вондерболтов принялась изучать окружающий странный мир. Соарин и Спитфайр, стараясь не отходить от Принцессы, ограничились лишь настороженными взглядами в разные стороны. Флитфут, потоптавшись немного на странном сияющем песке, попыталась собрать его в небольшую кучку. Ощущение было странным, так как делать это было и очень трудно и в то же время очень легко. Пегаску немного передернуло от подобных чувств, но сгребание песка в кучу Флитфут не прервала. Собрав фиолетовую массу в нечто напоминающее бугорок, она хмыкнула и с усилием пнула его передней ногой. Песчинки тотчас же взмыли в воздух, оставляя размытые копии, и остановились, не пролетев и пары метров. Перед пегаской застыло сияющее размазанное и кривоватое облако фиолетовой пыли. Вероятно, Кантерлотские живописцы и прочие любители пачкать бумагу оценили бы ее произведение.

— Флит! – раздраженно выпалила Спитфайр. — Прекрати это!

— Чего? – нахмурилась пегаска и повернулась к Капитану. — Что я уже сделала?

— Мы и так сейчас, сено его знает, где! — Капитан ткнула копытом в сторону Флитфут. — Тут все может быть опасно!

— Мэм, выдохните! – та фыркнула в ответ. — Не думаю, что пыльное облако может быть опасно. Иначе оно бы уже на меня напало!

Она вытянула копыто и размазала неподвижные песчинки в воздухе, превратив облако во что-то напоминающее прозрачную кляксу. Повернув голову к Спитфайр, Флитфут сделала лицо, которое словно говорило: «Ну вот видишь?».

— Давайте просто успокоимся, – Соарин встал между пегасками и посмотрел на каждую. — Рядом с Принцессой мы в безопасности. Сейчас все на нервах, так что давайте пока не делать ничего глупого и лишний раз не провоцировать друг друга.

— Согласна, – кивнула Капитан. — У нас важное задание и будет совсем некстати, если это жуткое место кому-нибудь из нас оторвет что-нибудь.

— Ладно, ладно, Кэп. Не кипятись, – Флитфут подняла передние ноги перед собой. — Такое чувство, что это у тебя вчера вечер не задался.

Спитфайр не успела возразить. Из-за дальнего бархана поднялась большая темно-фиолетовая туча пыли, которая медленно росла и постепенно приближалась к Селестии и Вондерболтам. Принцесса, которая до этого лишь молча смотрела вдаль, теперь заметно напряглась и сделала шаг в сторону пыльных облаков. Буря заметно увеличила скорость и быстро приближалась к незваным гостям. Вондерболты стали за Принцессой и с опаской выглядывали из-за спины Селестии. Даже при всей яркости защитной ауры, свет от нее разлетался лишь на несколько метров вперед. Обитель, казалось, сгущала сумерки вокруг, сдавливая маленький островок бежевого света мраком.

Клубы фиолетового дыма остановились в паре сотен метров от Вондерболтов и Принцессы. Сияние защитной ауры усилилось, а сама Селестия, расставив крылья в разные стороны, сделала еще один шаг на встречу. Даже став сильнее, свет от ауры все равно не мог пробиться через мрак Обители. Вся тройка пегасов молниеносно сгруппировалась около Принцессы и жалась друг к другу в ужасе, боясь сделать лишний шаг в сторону. Хоть Спитфайр и было страшно, Капитан инстинктивно подавила это чувство и спрятала глубоко внутри. Даже если офицер испытывает страх, знать об этом должен только он сам. Пегаска выпрямилась и устремила взгляд на фиолетовые клубы пыли. Это сработало. Соарин с Флитфут последовали ее примеру, перестав испуганно таращиться на пыльную бурю, твердо встав рядом с Капитаном.

Клубы песка медленно расступались, открывая взору темный силуэт существа, скрывавшегося внутри. Селестия еще больше усилила защитную ауру, и теперь свет уже стал доставать до пыльного облака, слабо освещая большого ящера. Дракон на мгновение отвернулся от вспышки, пряча глаза под массивной лапой. Тряхнув головой, он встал на все четыре конечности и двинулся в сторону Селестии. Дракон остановился в нескольких десятках метров от Принцессы и Вондерболтов. Огромный ящер расправил крылья, встал на задние лапы и оперся на свой хвост, поднявшись над Селестией и пегасами на несколько десятков метров. Бежевый свет от ауры теперь полностью освещал его.

Два фиолетовых змееподобных глаза взглянули на небольшую группу. Вондерболты замерли. Если Спитфайр когда-либо и видела драконов, то этот явно не был похож на других своих сородичей. Таких драконов Капитан еще не встречала. Ящер был больше любого, известного на сегодняшний день. На длинной шее располагалась вытянутая треугольная голова, украшенная когда-то длинными рогами, один из которых был грубо обломан и представлял острый обрубок. Ото лба ящера, уходя дальше назад на шею, шел длинный перепончатый гребень. Даже с такого расстояния были хорошо видны отверстия на нем, вероятно полученные в боях. Пасть дракона украшало огромное количество желтых зубов. Это странно, но Капитану казалось, что ящер улыбается. Тело дракона было усеяно бронированной чешуей бурого цвета. Только на груди и передней части шеи чешуя имела кроваво-красный оттенок и была заметно больше. Было сложно не заметить, что очень большая часть его брони была усеяна царапинами, трещинами и прочими попытками нанести ему вред. И все они были неудачными.

Позади дракона бежевый свет от ауры освещал два массивных крыла, которые танцевали из стороны в сторону, словно потревоженные ветром. Но ветра в Обители Фантомов нет. Спитфайр была опытным пегасом и знала — подобное раскачивание необходимо было дракону, чтобы при малейшей возможности рвануть вперед. Капитан встревоженно сглотнула и посмотрела на Селестию. Принцесса стояла в неестественной для себя позе с изогнутыми и напряженными крыльями, согнутыми передними ногами, с опущенной шеей и головой, поднятой вверх. Сейчас она напоминала солдата, готового к стремительному рывку.

Но вот взгляд! С того места, где сейчас стояла Спитфайр, она могла видеть лишь край глаз Селестии, но даже этого было достаточно. От мудрого и теплого взгляда не осталось и следа — на дракона сейчас смотрел аликорн, переполненный ненавистью и гневом. И вот тут Капитану стало действительно страшно. Во рту у Спитфайр пересохло, а в горле встал ком. Она могла лишь испуганно открывать рот и таращиться на Принцессу, словно беспомощная рыба, выброшенная на берег отливом. Что-то резко схватило и потянуло Спитфайр в сторону.

— Кэп, ты чего? – Соарин тряс пегаску, возвращая ее к реальности.

Благодаря жеребцу, секундное ошеломление прошло, и Капитан, придя в себя, сильно тряхнула головой.

— Этот в-взгляд… — с трудом выдавила из себя Спитфайр, поворачиваясь к Соарину.

— Соберитесь, народ, – прозвучал эхоподобный голос Флитфут, которая смотрела на дракона из-за спины Принцессы.

Голос пегаски дрожал.

— Мне это все не нравится! — добавила она.

Спитфайр и Соарин нервно кивнули и повернулись к дракону, который, казалось, продолжал улыбаться. Ящер медленно опустил шею и поднес голову ближе к Принцессе.

— Селестия… — по пустошам пронесся гром, наполовину похожий на эхо и рычание.

Дракон оскалил зубы и выпрямил шею.

— Ричард… — дрожащим полушепотом произнесла Принцесса.

— Не был оповещен о ВАШЕМ визите, Принцесса, – дракон медленно обвел передней лапой фиолетовую пустыню и взял горстку мерцающих песчинок. — Не успел прибраться.

С этими словами он метнул содержимое лапы в сторону, и песок моментально застыл над поверхностью.

— Брось свои шутки… — холодно произнесла Селестия. — Я здесь не для этого.

Улыбка сползла с лица дракона.

— Проведя сотни лет в этом… «экзотическом месте», — Ричард наклонил голову навстречу Принцессе и злобно оскалил зубы, — больше всего сейчас я хочу «пошутить».

Селестия резко рванула в сторону дракона. Оба крыла Принцессы были расставлены в разные стороны, готовые при малейшей необходимости поднять ее в воздух.

— Ты убил их всех! Целый город! Без капли жалости! – взревела Селестия. — Ты сам виноват в том, что оказался здесь! Ты – чудовище, которое следовало убить прямо на месте! И после этого ты смеешь упрекать меня?!

Дракон выпрямился, продолжая злобно смотреть на аликорна перед собой. На секунду показалось, что резкий выпад и тирада Селестии его даже не удивили, он словно ждал этого.

— Я выполнил свою часть договора, – холодно произнес дракон, пока в его глазах также закипала ярость. — Ты знала, кто я и чем занимаюсь! Я не решаю вопросы сладкими речами и уговорами! Я решаю вопросы пламенем! Ты хотела их остановить – я остановил! Их кровь – на твоих копытах, аликорн! Ты пришла меня прикончить?! Дерзай! Если бы у меня тогда был выбор – я бы сразу выбрал СМЕРТЬ! Лучше подохнуть, чем гнить в этом проклятом месте!

— Что ты сказал?! – рычащий шепот донесся из уст Принцессы.

Рог Селестии ярко засветился. Помимо белого света, по нему начали ползти фиолетово-черные полосы. Пространство вокруг Принцессы казалось, сошло с ума. Фиолетовые песчинки хаотично танцевали вокруг ее ног, а окружающий воздух словно стал тяжелее, давя на все, что было рядом. Всю тройку Вондерболтов приковало к месту невидимыми кандалами. Спитфайр с трудом отпрыгнула в сторону, оказавшись сбоку от Принцессы. Она подняла голову и увидела взгляд Селестии.

Это была не ее Принцесса. Не та мудрая и добрая Селестия, которую знала Спитфайр. Это была озлобленная богиня, с взглядом во стократ хуже глаз самого отпетого безумца. А их Капитан повидала не мало. И сейчас богиня была готова выплеснуть всю свою ненависть и ярость на беднягу, стоящего перед ней.

«Да, именно беднягу»

Спитфайр тут пробыла меньше часа, и если бы не защитная аура Принцессы, Капитан бы сошла с ума, а он тут находится уже сотни лет. Пусть он и убийца, но даже убийца не заслуживает такой участи. Это слишком.

— Но мы тут, чтобы дать ему шанс… — прошептала Спитфайр. — Не убивать… Принцесса, которую я знаю… Моя Принцесса так не поступает…

Капитан взглянула на переполненного злобой аликорна перед собой. Это была точно не Селестия.

— Кэп! – раздался озабоченный голос со стороны. — Ты чего задумала?!

— Собираюсь стать голосом разума… — Спитфайр прошептала себе под нос.

Собрав все силы, она с ревом рванула в сторону Селестии.

— Ты хочешь сдохнуть?! – Принцесса рычала, глядя на Ричарда. — Тогда не будем заставлять тебя ждать еще пять сотен лет!

Черные, фиолетовые и белые потоки на роге Селестии слились в одну сферу на кончике. Глаза Принцессы бешено горели. Ричард молча выпрямился и опустил лапы. Поза дракона со стороны напоминала не готовое к бою чудовище, а уставшего путника. Путника, который, наконец, сможет отдохнуть. Дракон медленно выдохнул и закрыл оба фиолетовых глаза.

Резкий удар в бок ошеломил Селестию, заставив неуклюже отступить в сторону. Вся магическая вакханалия резко прекратилась, вновь погрузив окружающую пустыню в мягкий свет от защитной ауры. Принцесса несколько секунд не могла понять, что вообще произошло. Все было словно в безумном тумане. Селестия посмотрела на Ричарда, который тоже удивленно смотрел, но уже не на нее, а в сторону.

«Что случилось?»

До ушей Принцессы стал доноситься отдаленный гул, постепенно превращающийся в слова. Чьё-то эхо, которое быстро приближалось, словно поезд в тоннеле. Что же с ней произошло? В какое безумие она себя вогнала? Селестия зажмурилась, быстро приходя в себя. Принцесса открыла глаза и повернула голову в сторону голоса.

Рядом с Селестией стояла Спитфайр и бешено колотила передними копытами по боку Принцессы. Пегаска уже тяжело дышала, но темп не сбавляла. Даже такие яростные удары тренированного пегаса не могли причинить ущерб защитной ауре, однако Спитфайр это вообще никак не смущало. Принцесса лишь ошеломленно смотрела и не могла поверить ушам.

— Выходи! Долбанная хреновина! — Капитан, яростно крича, наносила один удар за другим.

Вскоре ее голос перешел на хрип, но пегаска не сдавалась.

— Проваливай из моей Принцессы! — прошипела пегаска.

К Спитфайр быстро подскочили Соарин и Флитфут. Оба Вондерболта мигом подхватили под передние ноги беснующуюся кобылу и оттащили назад, уложив ту на песок.

— Да что на тебя нашло?! – выпалил Соарин, стараясь не попасть под ее копыто.

— Не мешайте мне!!! – Спитфайр пыталась вырваться, бешено ревя. — Я должна выбить это дерьмо из моей Принцессы! Она никогда так бы не поступила! Я знаю свою Принцессу!

Глаза Селестии округлились от удивления и непонимания. Она быстро осмотрела себя. Все та же белая шерсть, все те же Королевские украшения, все та же небесная грива. Принцесса медленно подняла голову и посмотрела в глаза Спитфайр, которая все еще не оставляла попыток вырваться из копыт остальных пегасов.

«Зачем?.. Что?.. Что же я?.. О Создатель…»

Селестия села на песок, закрыв рот копытом. Картина стала ясной, но от этого не менее ужасной. Принцесса повернула голову и взглянула на Ричарда. Дракон молча смотрел на борющуюся пегаску, а в его глазах отчетливо читалось разочарование. Только разочарование. Усталый, обреченный и полный разочарования взгляд. В горле Принцессы встал ком.

Спитфайр все продолжала бешено вырываться, крича в сторону ошеломленной Селестии угрозы.

— Но… Я ведь?.. – единственное, что смогла выдавить из себя Принцесса, глядя на Капитана.

— Моя Принцесса так не поступает! – ревела Капитан. — Это гребаное место что-то с ней сделало!!! Отпустите меня, я должна вернуть ее!

— Отпустите ее… – Селестия посмотрела на Соарина и Флитфут. — Отпустите!..

— Чего?! – обалдевшая Флитфут посмотрела на Принцессу. — Вы в своем уме?! Она же неадекватна!

— ОТПУСТИТЕ ЕЕ! – грозно крикнула Селестия, вытянув шею в сторону Вондерболтов.

Флитфут и Соарин испуганно дернулись и, неуверенно переглянувшись, отпустили Спитфайр. Капитан, не теряя времени, в одну секунду оказалась рядом с Принцессой. Бежевый щит вновь принял на себя серию ударов. Потом еще. И еще.

— Она так не поступает! — Спитфайр вновь начала избивать защитный барьер на груди Селестии. — Вылезай, тварь!

Принцесса сейчас могла лишь смотреть на нее сверху, не двигаясь и не произнося ни слова. По щеке Принцессы медленно потекла слабо уловимая искорка. Слезинка упала на песок рядом со Спитфайр.

Сила ударов затухала. Пегаска выбивалась из сил. Капитан тяжело и хрипло дышала, но продолжала наносить удары копытом в грудь Селестии. Остальные Вондерболты лишь молча наблюдали в стороне, боясь пошевелиться. Два белых крыла окружили Спитфайр с боков, а передние ноги Принцессы крепко обняли, прижав свирепствующую пегаску к груди. Даже сквозь защитную ауру Капитан могла ощущать теплоту. Она обмякла в объятиях, с трудом восстанавливая дыхание. Через несколько мгновений Спитфайр ощутила на плече что-то мокрое и теплое. Она с трудом оторвала голову от груди Селестии и посмотрела вверх. На нее смотрела Принцесса, чье плачущее лицо было украшено самой теплой улыбкой. Так Капитану улыбалась лишь собственная мать.

— П-принцесса? – хрипло выдавила из себя Спитфайр. — Я рада что вы… вернулись. Простите…

— Спасибо… — слезы текли по щекам Селестии. — Это я должна извиняться…

Принцесса подняла глаза на остальных Вондерболтов, которые медленно подошли к ней.

— Всем вам спасибо… — добавила она, глядя на остальных пегасов.

— Если у меня будет подобная истерика, — Соарин вполголоса шепнул Флитфут, — я хочу, чтобы моим голосом разума была не ты.

— Чего?! – фыркнула Флитфут. — Да я тебя…

Спитфайр рассмеялась. Она давно так не смеялась, как сейчас. Таким звонким свой смех Капитан помнила только в детстве и на первых курсах Академии, пока с головой не ушла в тренировки и учебу. Это было окрыляющее чувство.

— Я вижу, что ничего не поменялось, – произнес Ричард, безэмоционально смотрящий на происходящее. — Вы, пони, как были сумасшедшими, такими и остались.

Дракон небрежно усмехнулся. Спитфайр отстранилась от Принцессы, отойдя к Флитфут и Соарину. Оба Вондерболта молча, хоть и с трудом сохраняя самообладание, криво улыбнулись и похлопали Капитана по спине. Селестия быстро смахнула выступившие слезы и выпрямилась. Взгляд ее вновь был устремлен на Ричарда, но теперь это уже был взгляд настоящей Селестии – мудрый и рассудительный.

— Да, – спокойно произнесла она. — Я так не поступаю.

Ричард взглянул на Принцессу. В его глазах читалось только безразличие и усталость. Бесконечная усталость, которой хватило бы на всю Эквестрию с запасом.

— Я признаю… — Селестия смотрела точно на Ричарда. — Я признаю, что часть вины лежит и на мне. Но это никак не уменьшает весь ужас от совершенного тобой. Пусть так. Но сейчас, я тут не за этим. Я хочу предложить тебе сделку.

Ричард еле заметно нахмурился и приподнял голову.

— Сделку? – голос дракона все еще выражал безразличие. — А с чего ты взяла, что я соглашусь?

— Потому что ты – наемник, – ответила Принцесса. — А у любого наемника есть своя цена.

Ричард хохотнул. Пасть дракона оскалилась в улыбке, обнажив десятки острых, как бритва, зубов.

— Как интересно, – дракон отвел взгляд и посмотрел на черно-фиолетовый горизонт Обители. — Я еще даже не знаю, что от меня хотят, но уже предлагают оплату. Как интригующе… Что же это за цена?

Ричард с интересом посмотрел на Принцессу, чей взгляд был направлен точно на него. В глазах Правительницы Эквестрии отчетливо читалась целая буря противоречий, что сейчас обуревали ее разум. Она еле слышно выдохнула и сделала шаг вперед.

— Свобода, – коротко ответила Селестия.

Ричард рассмеялся, высоко подняв голову и схватившись за живот. Гром прокатился по пустошам, расползаясь призрачным эхом по фиолетовым равнинам и отбиваясь в ушах, как удар молота. Это был не задорный или веселый смех, словно он услышал хорошую шутку или издевательство. Смех Ричарда был наполнен тоской.

— Я так не смеялся несколько веков, – дракон улыбался, мотая головой из стороны в сторону. — Забавно…

— Я тебе предлагаю свободу, а ты поднимаешь меня на смех? – сердито произнесла Селестия. — Безумец…

Улыбка сползла с морды дракона, а сам он встал на передние лапы и, вытянув шею, приблизился к Селестии. Сейчас их взгляды находились на одном уровне.

— Безумие? – ответил Ричард. — Нет, я не обезумел. Хочешь узнать почему?

Принцесса напряглась и, отведя голову назад, нахмурилась. Пусть Ричард и был ослаблен столь долгой ссылкой, но все же, он оставался драконом. Предосторожность никогда не бывает лишней, даже если ты — Богиня.

— Потому что у меня есть цель, – Ричард смотрел Селестии прямо в глаза. — Та самая цель, которая питала мой слабеющий разум. Цель, которая не давала безумию Обители поселиться и пировать на останках моего сознания. Цель, которая двигала меня по этим проклятым землям все эти столетия.

Селестия замерла. Над пустыней на несколько секунд воцарилось молчание. Давящая тишина, которую ничем нельзя было разбавить.

— Моя цель… Мое желание… — Ричард улыбнулся. — Вонзить все свои острые зубы в твое белоснежное тельце. И сделать это аккуратно, чтобы ты умирала медленно, мучительно. Прямо у меня на глазах, жалобно прося тебя прикончить. До самой последней капли крови, которая вытечет из разодранных ран. Такая замечательная цель…

Дракон закрыл глаза и отстранился, встав на задние ноги. Ричард вытянул перед собой когтистую лапу и сжал ее в кулак.

— Такая прекрасная… И недостижимая, – он вновь посмотрел на Принцессу. — Никому из живущих сейчас не под силу убить Бога. И вряд ли когда-то станет в ближайшем будущем. Но именно эта недостижимая цель заставляла меня идти по этим вымышленным коридорам безумия. Двигаться вперед, не сворачивая ни в одну из дверей. Я не безумец. Я все то же кровожадное и алчное чудовище, каким ты однажды меня назвала.

На лице Селестии появилась еле заметная улыбка.

— Тогда что, наемник? – она наклонила голову в бок. — Что ты готов отдать за свободу?

— Все что есть, – не задумываясь, произнес Ричард. — Даже если это будет что-то, что убьет меня.

— Ну, тут он недалек от истины, – раздался голос Флитфут.

Пегаска тут же поймала на себе все взгляды и поежилась.

— Ч-чего? – ее глаза быстро прыгали по всем присутствующим.

Спитфайр молча помотала головой.

— Вот как, – Ричард улыбнулся: — Самоубийственное задание?

Дракон поднял передние лапы и хлопнул. От удара в центре сомкнутых конечностей появилось слабое свечение, которое быстро набирало яркость. Ричард молниеносно развел свои лапы и одним стремительным движением ударил их тыльной стороной по песку. В месте удара образовалась лужа магмы, тут же осветившая окружающие сумеречные пустоши новым оттенком красно-оранжевого. Из Центра образования быстро вырос каменный тотем, усеянный разнообразными светящимися рунами и писаниями. Ричард посмотрел на Селестию.

— На этот раз будь точна в своих желаниях, – произнес дракон.

— Не сомневайся, – коротко ответила Принцесса и подошла ближе.

Она дотронулась до тотема копытом. Он тут же отреагировал, наполнив каждую из выгравированных на нем рун ярким красным светом. Копыто Селестии окутала алая аура.

— Пусть Древние Боги будут свидетелями этого договора, – начала Селестия.

Тотем засиял еще ярче.

— Мои условия, — продолжила она, – Я требую полную власть над Наемником, полное подчинение его воли и неукоснительное выполнение любых моих приказов. Без исключения. На неопределенный срок. Моя оплата – Свобода.

Ричард смотрел на Селестию, пока она произносила слова договора. Как только она закончила, он опустил глаза на тотем.

— Рабство? – дракон ядовито оскалился. — Договорились.

Он махнул передней лапой, и тотем, засияв ярким красно-оранжевым светом, быстро исчез в луже магмы. Около метки Селестии появилось два когтя, а на шее Ричарда несколько пластин сменили цвет, образовав что-то вроде солнечного луча.

— Полностью к вашим услугам, – Ричард посмотрел на Принцессу, коротко поклонился и, усмехнувшись, язвительно добавил: — Как в старые добрые времена.

— Пусть лучше эти времена останутся в прошлом, – Селестия раздраженно вздохнула и повернулась к Вондерболтам.

Тройка пегасов молча стояла и наблюдала за всем происходящим. Казалось, теперь они уже будут готовы принять вообще любой поворот событий.

— Вы в порядке? – спросила Принцесса.

Спитфайр окинула взглядом двух стоящих рядом.

— Если не считать, что мы тут все немного в шоке, — развела копытами Флитфут, — то да, мы в порядке.

— Абсолютно, – неуверенно кивнула Спитфайр.

— Я так понял, что про эту хрень нам нельзя рассказывать, – отстраненно покачал головой Соарин, ошеломленно глядя дракона. — А если и расскажем, нам хрен кто поверит…

Селестия направила рог на Ричарда, окутав дракона черно-фиолетовой аурой. Потоки магии быстро плавали по чешуе ящера, пока, наконец, не растворились. Ричард расправил крылья и взревел. Громкий гул пронесся по Обители Фантомов.

— Извиняюсь, – дракон деловито поклонился, отвернувшись от Селестии и Вондерболтов.

Набрав полную грудь, он выдохнул пламенем перед собой, залив окружающее пространство на сотни метров вперед огнем и дымом. Обитель тут же окутала каждый маленький очаг мраком, поглотив все без остатка. Со стороны Вондерболтов прозвучало «Охренеть» тремя разными голосами.

— Что же это за самоубийственное задание, Принцесса? – улыбающийся Ричард повернулся к Селестии.

— Расскажу все по дороге, – рог Принцессы засиял магией. — Сейчас лучше выбраться из Обители. Я больше не хочу оставаться в этом месте.

Ричард устало усмехнулся.

— А мне-то как не терпится… — дракон осмотрел фиолетовую пустыню.

Яркий свет открывающегося портала залил окружающие пустоши. В Обитель Фантомов вошло четверо, но покинуло ее уже пятеро.