Автор рисунка: Devinian
Глава 6. Гранд финал Глава 8. По ту сторону зеркала

Глава 7. За чертой надежды

* * *

      Горящая внизу обрыва машина тихо потрескивала после первого взрыва, поглощаемая пламенем, и лишь эти звуки нарушали тишину ночи. Увы, вскоре к этому добавился тяжёлый стон лежащего на дороге человека.
      — Не дождётесь… — просипел он, не обращаясь ни к кому конкретно, лишь перевернулся на спину и попытался вдохнуть полной грудью. Дождавшись стабилизации собственного состояния, парень встал на ноги, слишком уж спокойно двигаясь для того, кто едва не окончил жизнь самоубийством, скинув машину с обрыва.
      — Вот и сгодилась привычка не пристёгиваться, — вновь подумал человек вслух, рассеянно похлопав руками по карману в поисках сигареты. Не найдя оной, он раздражённо махнул рукой и с суеверным ужасом посмотрел на упавшую в ладонь трубку. Не веря своим глазам, осторожно провёл по поверхности указательным пальцем и до боли сжал зубы.
      — Ничего… Совсем ничего… — с губ сорвались слова, полные странной печали и безысходности.
      Размахнувшись рукой, недавний самоубийца чуть было не швырнул трубку вдогонку за машиной, однако остановился в последний момент. Из кармана брюк был извлечён небольшой пакетик, наполненный курительной смесью, которую человек начал забивать в трубку, уже не обращая внимания на то, что он стоит посреди шоссе недалеко от разломанного ограждения, словно всё это уже потеряло свою значимость. Наконец, бирюзовое пламя заплясало на кончике большого пальца, нагревая табак.
      «Ни в какое сравнение с трубкой от Кризалис» — печально качает он головой: сколько времени уже прошло, а ничего. Пустота, и все ухищрения пропадают в эту самую пустоту, столь огромную и бессмысленную в своей величине, что иногда становится непонятно, как перемещение по ней вообще возможно.
      Чудом не разбившийся во время прыжка мобильник зазвонил, заставляя чародея чертыхнуться и извлечь его из внутреннего кармана куртки.
      «Спасательная команда уже в пути» — сообщала надпись на экране телефона, после чего раздался звонок. Бывший принц лишь покачал головой и принял звонок.
      — Да. Да, я жив. Нет, лишь пара царапин. Да, шоссе восемьдесят. Не вписался в поворот. Жду.
      Отключив телефон, он подошёл к целому сегменту ограждения и сел на холодный асфальт, прислонившись к бортику. Человек закрыл глаза и вновь затянулся. Знал бы кто, сколько сигарет уже было выкурено — хватило бы, чтобы отправить на тот свет охуенно огромную толпу людей и ещё пару тысяч оставить с проблемами до конца дней своих.
      Когда вдалеке зазвучали сирены, маг лишь досадливо поморщился, делая очередную затяжку: за это время он успел скурить уже две смены табака. Вряд ли это была проблема в скорости спасательной команды, скорее в скорости курения. Если помереть от рака лёгких тебе не светит, какой смысл париться о количестве выкуренного?
      — Сэр, вы в порядке? — выскочивший из машины молодой человек обеспокоенно склонился над сидящим чародеем, уже открывая небольшой чемоданчик с изображённым на нем красным крестом.
      — Я же сказал диспетчеру, всё в порядке, и нет, это не шок, — предваряя вопросы медика ответил парень, лениво взмахнув рукой. — Просто задремал за рулем и… Ну, хоть выпрыгнуть успел.
      — Ехали не пристёгнутым? — с пониманием в голосе кивнул его собеседник, закрывая чемодан. — Не отвечайте, понимаю. Однако это спасло вам жизнь — не думаю, что вы успели бы вовремя отреагировать. Пойдёмте в машину, иначе подхватите воспаление лёгких, если будете сидеть на земле.
      Слабо дёрнув губами в попытке ухмыльнуться, маг медленно поднялся на ноги и безропотно позволил сопроводить себя в машину, пока пожарные разматывали шланги, готовясь ликвидировать последствия аварии.
      Потягивая горячий кофе из прихваченного молодым медиком термоса, бывший принц смотрел куда-то вперёд, не забывая прикуривать трубку.
      — Неудавшийся самоубийца, — голос позади заставил бывшего принца повернуться и встретиться взглядом с, видимо, коллегой медика. — Что-то не верится, что вы уснули за рулём.
      — Это решать страховой компании, — не меняя выражения лица ответил он, после чего вновь сделал затяжку и выдохнул дым. Казалось, каждый раз, когда он это делал, то словно надеялся, что на выдохе увидит что-то иное.
      — Ну и зачем вы это сделали? — взгляд внимательных серых глаз пожилого медика что-то искал на лице собеседника, однако каждый раз безрезультатно натыкался на абсолютно нейтральную маску.
      Такой тип людей тоже был знаком: хорошие работники, обладающие гипертрофированным чувством справедливости или чести. Из них получались бы хорошие психологи, уделяй они больше времени подобным делам. Вот только когда за твоими плечами стоит жизнь, полная некоторого дерьма, подобное лишь раздражает.
      — Сколько вам лет? — неожиданно задаёт вопрос маг, махом допивая кофе.
      — Пятьдесят.
      — Врёте, — не моргнув глазом отвечает чародей, делая затяжку. — Вы уже на пенсии, по факту, вас тут быть не должно. И слишком уж вы молоды, лгать в лицо и думать, что я этого не замечу.
      На лице мужчины отражается смесь эмоций из недоверия и некоторого удивления, учитывая тот факт, что сам говорящий выглядел максимум на тридцать. Приглядевшись внимательно, бывший сотрудник службы спасения поймал себя на мысли, что не может оторвать взгляда от лица того, кого он назвал самоубийцей: такие глаза он видел лишь однажды — у своего деда, служившего в особых войсках контрразведки.
      — Мистер Себастиан?
      Некромант обернулся, выразительно приподняв бровь.
      — Куда вас отвезти? Судя по всему, больница вам не нужна, а оформить документы можно и позже, наш юрист навестит вас на этой неделе. Вам только нужно расписаться, — одетый в ярко-оранжевый костюм службы спасения, мужчина протянул лист бумаги и ручку. Бегло пробежав взглядом по содержанию, тот, кого назвали Себастианом, вывел внизу документа свою подпись, выглядящую, словно непонятные каракули, после чего вернул протокол обратно.
      — Если не против, до ближайшего бара, оттуда я возьму такси.

* * *

      Поболтав стаканом, маг сделал очередной глоток и хмуро уставился в стену.
      — По логике вещей, я сперва должен был напиться, а потом уже ехать самовыпиливаться, — хмуро заявил он бармену, на что тот лишь пожал плечами и поставил перед клиентом ещё один стакан.
      — Ну, хорошо, что передумал, разве нет? — голубоглазый парень пожал плечами и взлохматил серебристо-белые волосы. — Бармен, мне тоже одну.
      — С одной стороны — да.
      — А с другой? — собеседник аккуратно подцепил порцию клубничного мороженого и отправил ложку в рот.
      — А с другой располагается жопа, — безрадостно оповестил чародей, с некоторым удивлением посмотрев на мороженое. — Я думал, в барах его не подают.
      — Просто повезло, — съев ещё немного, он довольно улыбнулся и вдруг покосился на футляр для гитары, прислонённый к барной стойке. — Странно…
      Поймав недоумевающий взгляд собеседника, беловолосый сперва просто помахал головой, словно говоря, что ничего не хотел сказать, однако замер на полуслове, стоило собеседникам чуть более внимательно посмотреть друг на друга.
      — Не они, — первым подал голос беловолосый, на что его собеседник лишь покачал головой.
      — Не здесь.
      — Согласен.

* * *

      Ночной мегаполис всегда отличается своей необычной атмосферой, когда жизнь кипит в любое время суток. Для большинства жителей это очень утомительно, однако всегда найдутся люди, способные огородить бешеный поток событий или жить согласно ему. Они всегда выделяются среди других жителей своей страны. Вот и сейчас они стояли у неприметного входа в клуб, о чём-то переговариваясь и периодически поглядывая на молодого человека, лениво курящего старомодную трубку. Можно было не сомневаться, что именно он был темой обсуждения: длинный темно-синий плащ и шляпа делали его похожим на какого-нибудь книжного детектива, однако лично парня тихий шёпот и чуть более громкие смешки точно не волновали.
      Он лишь иногда бросал любопытные взгляды на подростков у входа, словно пытался что-то понять для себя и всё ещё не находил ответа.
      Наконец, одна из них отделилась от группы и направилась к нему, периодически оглядываясь на своих друзей. Впрочем, у неё хватило храбрости подойти к незнакомцу.
      — Закурить не найдётся? — для парня было очевидно, что девчонка старательно играла роль эдакой пацанки, которой всё нипочём, однако расти ей ещё и расти до своих дружков. «Или падать и падать» — с непонятной мрачностью подумалось ему, когда рука скользнула под плащ, извлекая пачку сигарет.
      — Девушкам курить не пристало, — сухо заметил он, с щелчком выбивая сигарету и протягивая ее подростку.
      — Не учи, папаша, — расхрабрилась девчонка, однако невольно запнулась на полуслове, наткнувшись на абсолютно безразличный взгляд бирюзовых глаз. Что-то неуловимо жуткое было в этих глазах, отчего она резко развернулась и едва не побежала к своим. Уже стоя в кругу друзей и делая затяжку, Элли могла поклясться, что этот странный парень всё ещё смотрит в их сторону, однако стоило ей выдохнуть дым в лица своих друзей, как это чувство исчезло, словно с плеч спал тяжёлый груз.
      — Простите, сэр, но вас нет в списке, — с наглой ухмылкой охранник на входе толкнул попытавшегося войти в клуб парня со странным длинным свёртком в руках.
      Казалось бы, удар в лицо достаточно просто заметить, если человек стоит прямо напротив тебя. Элли едва успевает вообще заметить какое-то движение, как накачанный мужик неловко пошатывается и падает на спину.
      — Видишь, теперь есть, — голос парня звучит менее безжизненно, чем ощущался его взгляд. Переступив через поверженного, он спокойно открывает дверь и делает шаг внутрь. Неизвестно, почему, но что-то заставляет девушку побежать в ту же сторону и забежать в клуб. Громкая музыка сбивает её с толку в первое мгновение, однако она быстро приходит к себя, когда ощущает чью-то ладонь на плече.
      — Ты с ним? — она наугад кивает и её аккуратно подталкивают в спину. — Проходи.
      Большой зал погружен в полумрак, полный людей. Растерянно посмотрев по сторонам, она встречается взглядом с синеглазым парнем на сцене. Беловолосый певец неожиданно подмигивает ей, поднося микрофон ко рту.

Beyond cruel received
The comfort in a broken heart
Now palette shades
An image after life

      Его правая рука перевязана и покоится на груди, однако выступающего это, судя по всему, никак не отвлекает.

Alone, surrounded by a million faces
One by one
I see the judgment in your eyes

      — Тебе туда, — один из сотрудников клуба указывает на полукруглый диван в дальнем тёмном углу помещения, где сидит уже второй беловолосый парень. Он, правда, кажется постарше, чем тот, на сцене, но у них явно прослеживается странное родство. Одетого в плащ незнакомца с улицы она вообще замечает лишь тогда, когда подходит вплотную к VIP-месту.
      — Сегодня ты не один, Дэс. А я считал, тебе наслаждения плоти неинтересны, — в голосе говорящего слышится неприкрытое веселье, когда он тянется за пиццей, коробки из-под которой свалены на столе в большую кучу. — Садись, не стой столбом.
      Это уже явно относилось к девушке, потому она поспешно села рядом с тем, кого назвали «Дэсом».

Like a disease
I'm always in the wrong
And now the numbness wearing off
Can't stand the pain

      — А я смотрю, ты у нас к выступлению готовишься, — темноволосый кивнул на гитару в футляре, лежащую под рукой у его собеседника.
      — Не сегодня. Пара наблюдателей да слабое прикрытие. Это даже не смешно.

I get in line, I always do
Need to be patient while perfecting
That's the sign

      — Они что-то замышляют, — заметил Дэс, взяв два куска пиццы и протянув один девушке.
      — Они всегда что-нибудь, да замышляют. Один даже в секьюрити напрашивался.

I cannot help it, can't decline
It's always better down the line
I'm in the wrong and I've done it all before

      — Это тот, что на входе? — Дэса эта новость явно развеселила. — А я-то думал… — он прожевал кусок и пошарил взглядом по столу, ища чем бы запить, однако ничего не нашёл.
      — А я-то думал, — продолжил он, все же проглотив пиццу, — чего это от него несёт? Сильно для людей, но слишком уж слабовато для них.

And I wish I'd never been
And I know it's just a dream
Now I'm blind, I can't open my eyes

      — Как я понимаю, ты его уже того, — беловолосый открыл очередную коробку и его лицо скривилось от отвращения. — Фу, оливки, я же просил без оливок! Сидите тут, заодно попить принесу. И надеру задницу своему повару.
      Скривив в очередной раз недовольную физиономию, он подхватывает футляр с гитарой и скрывается в глубине помещения.
      — Своему? — невольно вырывается у девушки, на что Дэс положительно кивает.

Can't stay awake, burning alive
I cannot breathe this poison air filled with lies
I cannot see what's done to me
Live in fear, the sun is falling from the sky
Can't stay awake

      — Это его клуб. А парень на сцене, кстати, его племянник, — он рассеянно покачивает головой в такт музыке, глядя на двух танцовщиц недалеко от сцены, облачённых в наряды «ангела» и «демона», однако лишь хмыкает и переводит взгляд на собеседницу.
      — А тебе, Элли, стоит думать о том, с кем ты гуляешь допоздна.
      — Я, вообще-то, не ребёнок, — на этот раз это звучит совсем иначе, чем там, на улице.

Nothing left to break my rivals
In a thousand pieces, million reasons
Why should I keep myself away?

      «Разве я называла ему своё имя?» — странно, но эта простая мысль заставляет нервничать, словно она упускает что-то важное, но вот что именно?..

Hard to define
It always is
It's hard to scream with a throat full of glass

      — Надеюсь, виски твоей спутнице можно?.. — появившийся словно из ниоткуда хозяин клуба сбил девушку с мысли, когда, казалось, она вот-вот поймёт причину странного беспокойства.
      — Обойдётся соком, — он протягивает Элли бутылку, хотя она точно была уверена, что её не было на столе несколько секунд назад. «Может, этот беловолосый принес? Кажется, да…» — охватившее тело безразличие не позволяет уцепиться за эту деталь, вместо этого она налегает на пиццу, краем уха слушая разговор и музыку одновременно.

I cannot help it, can't decline
It's always better down the line
I'm in the wrong and I've done it all before
And I wish I'd never been
And I know it's just a dream
Now I'm blind I can't open my eyes

      — Те трое в углу. Пришли на мою территорию и даже не пытаются нормально скрыться, — в голосе хозяина клуба слышно веселье пополам со злостью. — Или они думают, что кто-то хватится, если пара посетителей пропадут? Самоуверенности им не занимать.
      — Что ты с них возьмёшь, — Дэс индифферентно пожимает плечами и поигрывает пальцами, словно собирается что-то сжать. — Ты только меня захватить не забудь: не мой домен всё-таки. Или уже не надо…
      К их месту подошли две молодые девушки и, обаятельно улыбнувшись, поинтересовались, «не желают ли мальчики немного развеяться». Оба «мальчика» довольно синхронно ухмыльнулись, однако если усмешка беловолосого была полна какого-то ленивого превосходства, то вот оскал сидящего рядом с Элли парня больше напоминал оскал черепа.
      — Ты только глянь на эту наглость, — рука собеседника Дэса выбрасывается вперёд, а футляр для гитары открывается сам собой, позволяя увидеть рукоять внушительного клинка, спрятанного внутри. Незаметное для глаз движение, и двуручник пробивает грудную клетку ближайшей девушки. Все та же апатия и сонливость не позволяет Элли хоть как-то отреагировать на произошедшее, когда ее сосед в точности повторяет движение беловолосого убийцы, однако его клинок имеет более изящную форму, скорее напоминая чуть более массивный вариант какой-нибудь катаны.

Can't stay awake, burning alive
I cannot breathe this poison air filled with lies
I cannot see what's done to me
Live in fear, the sun is falling from the sky
Can't stay awake

      «Так вот что у него было в руках» — машинально отмечает про себя Элли, когда обе девушки падают на пол. Кажется, никто в зале этого даже не замечает.
      Разве ей не должно быть страшно? На её глазах два парня только что убили людей, а она всё так же механически жуёт пиццу, запивая чем-то вроде яблочного сока.

Can't stay awake, burning alive
I cannot breathe this poison air filled with lies
I cannot see what's done to me
Live in fear, the sun is falling from the sky
Can't stay awake

      — Они близко, — механически произносит Дэс, стряхивая кровь с клинка на труп убитой. — Нет необходимости оповещать весь клуб о готовящемся выступлении, ты не находишь?
      Со стороны выхода послышались какие-то крики, заглушаемые основным шумом клуба.

Can't stay awake, burning alive
I cannot breathe this poison air filled with lies
I cannot see what's done to me
Live in fear, the sun is falling from the sky
Can't stay awake

      Сильная рука подхватила её за шиворот и куда-то бросила до того, как в клубе начали стрельбу.

Can't stay awake…

* * *

      — У меня назначена встреча с мистером Себастианом, — посетитель указал на небольшой бейдж, выданный на входе. — Мистер Саливан, посольство…
      — Следуйте за мной, — девушка не дала ему договорить, встав из-за стола и первой направившись в сторону лифта за её спиной. Облачённая в строгий чёрный костюм, она выглядела, словно обычная секретарша успешного бизнесмена, которая, судя по фигуре, периодически оказывала своему начальнику услуги, не прописанные в основном контракте.
      Отведя взгляд от фигуры сотрудницы главного офиса DM, мистер Саливан последовал за ней, с любопытством оглядываясь по сторонам: попасть сюда удавалось далеко не каждому человеку, и, разумеется, об этом месте ходили всякие разговоры, как и о его владельце.
      Двери лифта открылись бесшумно, позволяя увидеть довольно вместительную кабину, выдержанную в тёмных тонах. Однако, к удивлению работника посольства, двинулись они совсем не наверх, где, судя по отчётам спецслужб, располагался кабинет главы корпорации. Напротив, лифт начал стремительный спуск, практически граничащий с падением. Учитывая высоту здания, поездка была не такой уж и короткой, однако и она вскоре закончилась.
      — Прошу, — не выражая никаких эмоций произнесла секретарша, первая покидая лифт. Стоило Саливану выйти из кабинки, как двери лифта закрылись, а сам мужчина оказался в длинном коридоре, стены которого были украшены странными изображениями рогато-крылатых лошадей. Впрочем, где-то также была изображена зебра, однако изучить столь странные картины ему не дали: секретарша уже ушла вперёд.
      Какое-то время они молча двигались по коридору, оставляя позади множество дверей, ведущих, как Саливану казалось, в иные кабинеты. Немного странным было то, что они не были обозначены номерами, как обычно, вместо этого на каждой из них красовалась надпись, выполненная на незнакомом мужчине языке.
      — Мы точно туда идём? — сорвалась с языка странная мысль, однако девушка лишь кивнула, приближаясь к концу коридора. Двойная дверь, выполненная из какого-то тёмного камня, выглядела столь странно, что Саливану всё это показалось очень странным и затянувшимся розыгрышем. Однако двери уже отворились, столь же бесшумно, как и двери высокотехнологичного лифта в начале коридора.
      — Добрый день, мистер Саливан. — спокойный и несколько усталый голос обладателя кабинета совершенно не вязался с общей обстановкой, выполненной в стиле какой-то странной пещеры.
      — Добрый день? — уже будучи не совсем уверенным в своих словах, ответил ему работник из посольства, чувствуя, что он с секретаршей выглядит очень уж странно и инородно в своих костюмах. Это принимая во внимание тот факт, что сидящий в центре пещеры человек был облачен в темно-синие одеяния, отдалённо напоминающие какую-то робу.
      — Проходите, садитесь, — взмахом руки Себастиан указал на довольно богато украшенное кресло, куда Саливан и опустился, уже переставая понимать, что тут вообще происходит.
      — Я из…
      — Я прекрасно знаю, откуда вы пришли, уважаемый. Судя по всему, вас не проинструктировали полностью, однако это вполне себе объяснимо. Я вас слушаю.
      Мужчина замолчал, после чего вытащил из-за пазухи небольшую папку, которую протянул главе корпорации.
      — Наше… управление хотело бы продолжить работу с вами и готово предоставить объект из группы L-17, как вы и запрашивали.
      Раскрыв папку, Себастиан извлёк оттуда несколько бумаг и миниатюрный диск, после чего начал внимательно изучать документы. Диск, к некоторому недоумению озадаченного Саливана, глава корпорации небрежно откинул в сторону.
      — Это забавно, — наконец сделал некоторый вывод хозяин кабинета, закинув бумаги обратно в папку. — Ну, раз объект доставлен, придётся продлить контракт.
      — Доставлен? — мужчина приподнял бровь, позволив себе выразить удивление, после чего скользнул взглядом по отброшенному диску. — Видимо, вам он на самом деле и не нужен?
      — Нет-нет. — поспешно заверил его Себастиан, с мрачной улыбкой изучая Саливана. — Этот объект — ты. Неплохо, не правда ли? Ещё ни один террорист не являлся на суд по собственной воле.
      — Прошу прощения? — мужчина недоуменно приподнял бровь, однако глава корпорации лишь покачал головой.
      — Мистер Саливан, вы хороший актёр, но очень плохой конспиратор. Вы являетесь разведчиком террористической группировки, которую уже больше сотни лет цивилизованные страны хотят стереть с лица земли. Проблема в том, что правителям некоторых стран ваше существование, видимо, приносит какие-то бонусы. Я же, в свою очередь, хочу вытравить вас с этой планеты. Как тараканов, — голос говорящего звучал всё монотонней и спокойней, словно он готовился к чему-то.
      Вот только у раскрытого террориста были другие планы. Выхватив из внутреннего кармана пиджака небольшой пистолет, он направил его на Себастиана, однако тот лишь покачал головой, неприкрыто улыбаясь. Грохнул выстрел. Разумеется, Саливан целился в ногу: наличие под рукой столь влиятельного заложника могло позволить сбежать из ловушки, да ещё и прихватить с собой что-нибудь полезное для Пустынной Розы.
      Увы, пуля лишь бессильно ударилась в невидимое препятствие на своём пути, срикошетив в стену.
      — Все ещё неправильный ответ. Что-нибудь другое? — с нотками любопытства в голосе поинтересовался глава корпорации, склонив голову набок.
      Террорист быстро сориентировался, подскочив к секретарше и ткнув дулом пистолета ей в спину, заставляя опуститься на колени.
      — Уже получше, — не меняя выражения лица кивнул мужчина. — Только ради всего тёмного, не цельтесь в голову, мозги на полу, это такая банальщина.
      Что-то явно шло неправильно. Убийство секретарши в здании корпорации должно было вызвать общественный резонанс, Себастиан не должен был так себя вести! Нет. Он не должен был изначально оставлять секретаршу в одной комнате с ним, если предполагал сообщить о раскрытии Саливана!
      — А теперь ты можешь убрать свою игрушку в сторону и добровольно сдаться. Честно предупреждаю, что тебя это не спасет. — хозяин кабинета аккуратно провел рукой по волосам; в его взгляде читалась откровенная скука, и лишь где-то на дне плясали странные огоньки.
      Отличавшийся железной выдержкой, Саливан сделал нечто странное — он нажал на курок. Грохнул выстрел и тело секретарши безмолвно упало на пол. Развернувшись в сторону двери, террорист выстрелил по замку, или где он обычно располагался, после чего пнул дверь. И громко выругался: судя по боли в ноге, она и впрямь была каменная. Вот только ничего больше он сделать не успел: шум за спиной, боль в затылке, и он вырубился.
      Возвращение в сознание — вещь довольно деликатная, особенно, когда тебя бьют сзади по голове, однако сделавший это точно знал, что и как делать, дабы жертва не осталась овощем после столь неприятной процедуры.
      Разумеется, лежащий на холодном камне Саливан думал не об этом. Он смотрел в потолок кабинета, который отчего-то всё больше и больше напоминал настоящую пещеру и пытался понять, куда же делась ампула с ядом в зубе.
      — Уже очнулся.
      Не поверив своим ушам, он повернул голову и встретился взглядом с секретаршей, стоящей рядом с «ложем» мужчины. Её полный неодобрения взгляд был всё же направлен в другую сторону.
      «Это невозможно» — вполне чётко и ясно осознал террорист, глядя на свою бывшую жертву. Он целился точно в сердце, даже учитывая своё странно состояние. И всё же, и всё же…
      — Он испортил мой любимый костюм, — непререкаемым тоном продолжила девушка, ткнув пальцем в сторону неподвижно лежащей «добычи». — А ты вполне мог остановить его до этого. Ещё и продырявил меня!
      — Эй, я же попросил его как минимум не стрелять тебе в голову, — подошедший к камню Себастиан невозмутимо пожал плечами. — Зато теперь он парализован и готов. Тебе руку или ногу?
      — Шутник, — усмехнулась секретарша, вновь переводя взгляд на мужчину, абсолютно не понимающего, что здесь вообще происходит.
      — Что поделать. Люблю пошутить перед едой. Пустынная Роза… — он пощёлкал пальцами, изучая неподвижно лежащего мужчину. — Они заплатят мне за всё.
      Его лицо словно оплавилось, обнажая оскал черепа с горящими бирюзовым взглядом глазами.
      — Я бы сказал тебе, что твоих криков здесь никто не услышит, или что ты можешь хранить молчание…
      В костяной руке Дэса материализовался изукрашенный рунами атам, ритуальный кинжал.
      — Но я хочу слышать, как ты будешь орать.

* * *

      — Доброе утро, мистер Президент, — очаровательная секретарша с улыбкой поставила поднос с кофе на стол и вскоре вернулась с кипой документов на рассмотрение.
      Обычное начало дня, словно это не Белый Дом, а какой-нибудь офис обычной компании. И лишь несколько телефонов со странными пометками вроде "РИ" или "АС" украшали стол человека, вот уже третий срок сидящего за ним "от рассвета до заката", как он сам любил подшучивать.
      Звонок обычного телефона заставил Президента, обычного белого мужчину тридцати лет с непримечательным лицом, недоуменно посмотреть на аппарат и нажать на кнопку громкой связи.
      — Мистер Президент, генерал Кэриус из Пентагона, на пятой линии.
      С негромким щелчком связь переключается, и в кабинете раздаётся встревоженный голос одного из генералов Северно-Американского Союза.
      — Мистер Президент, боюсь, что у нас ЧС.
      Подняв взгляд на секретаря, мужчина смотрит на свою помощницу и та, понимающе кивнув, покидает кабинет.
      — На нас с разных направлений надвигается авиация Российской Империи и Европейского Союза, их флот пересёк наши воды, а через Мексику идут наземные войска. Похоже, начинается война.
      — Перепроверьте данные, это просто невозможно… Я позвоню Императору Романову.
      Прервав разговор, мужчина некоторое время в нерешительности смотрит на один из телефонов, но вскоре, решившись, тянет к нему руку…
      Кабинет Императора выглядел довольно скромно для правителя такой страны, однако он сам не раз утверждал, что роскошь лишь отвлекает от решения по-настоящему важных вопросов. Обычно в комнате был лишь сам Император, помощники вызывались в случае необходимости, но сейчас у окна стояла высокая, одетая в чёрное фигура ещё одного человека, внимательно смотрящего куда-то на улицу.
      Казалось, раздавшийся звонок не удивил ни его, ни Императора, потому как последний спокойно поднял трубку, включив громкую связь.
      — Да, Император Романов.
      — Что происходит, Николай? — голос Президента был слишком уж жизнерадостным, чувствовалось, что он нервничает.
      — Что вы имеете в виду? — спокойно поинтересовался его собеседник, бросив короткий взгляд на человека у окна.
      — Николай, у меня тут… Вы бросили на нас всё, что у вас есть! Вы что, маньяк?
      На этих словах рука стоящего дёрнулась к голове, а в его ладони оказался небольшой телефон, соединённый, судя по всему, с линией Императора.
      — На вашем месте я бы последил за вашим языком, господин Президент. Оскорблять наследие Романовых…
      — Мне нет дела до их наследия! Император Романов, вы отзовёте их! Николай? Вы отзовёте их?
      Император сидел в кресле и задумчиво смотрел на аппарат, словно желал увидеть лицо говорящего.
      — Знаете, мы ответим… — в голосе главы государства промелькнули угрожающие нотки, однако это, похоже, ни на кого не возымело должного влияния.
      — На вашем месте я не был бы так уверен, мистер Президент, — с этими словами глава Российской Империи положил трубку, в то время как его гость коснулся своих висков кончиками пальцев.

– – –

      Обычное дежурство на ракетной базе закончилось после истошного воя сирен — война началась. Поступившие на компьютеры координаты указывали не только на столицы некоторых стран, но и на морские просторы и некоторые наземные ориентиры. Казалось, на Северный Американский Союз ополчилось полмира.
      — Ракеты нацелены, координаты подтверждены. Боже, ещё одна Мировая война? — мрачно спросил сам себя лейтенант и посмотрел на своего напарника.
      Тот выглядел более спокойным, лишь изредка поглядывая на мониторы, по которым бежали линии цифр. Понимая, что откладывать нет смысла, Карл Уайт разбил пистолетом стеклянную крышку, перекрывающую доступ к его ключам, протянул к ним руку… И застыл на мгновение. Через пару секунд он наставил личное оружие на напарника, удивлённо смотрящего в его сторону.
      — Ч-что ты делаешь? Ты что, спятил? Открывай шахты, иначе ракеты взорвутся прямо там! Это самоубийство, Карл!

– – –

      Большая часть ракетных баз и передвижных платформ подрывались одна за другой, когда персонал, охваченный безумием, убивал своих же напарников с ужасом на лицах. Их глаза полыхали бирюзовым светом.

– – –

      Стоило одетому в черное мужчине опустить руки, как Император повернулся в его сторону.
      — Все закончено, Верховный Инквизитор? — лицо Дэса исказила улыбка.
      — Нет, ваше величество, всё только начинается. Позвольте откланяться, мои… «особые» войска ждут.
      Медленно кивнув, он сделал шаг назад и пропал в тенях кабинета. Стоило ему исчезнуть, как Николай Романов вытер выступивший на лбу пот и посмотрел на экран компьютера с поступающими донесениями.
      Этот человек объявился во дворце несколько лет назад, минуя всю охрану и посты. Представившись как Верховный Инквизитор Британской Империи, он предложил союз, целью которого было нападение на страны, главы которых, как оказалось, были ответственны за начало террористических действий, в которых погиб друг того, кто называл себя «Дэс». Увы, разведка не смогла найти данные о том, как именно он поднялся так высоко. Однако сейчас на троне страны восседал лишь фиктивный правитель, в то время как «серый кардинал» очень уж быстро связывал воедино весь Европейский Союз. Что странно — он никогда не думал о захвате власти как таковой, им двигала лишь месть, и при общении с Императором он этого не скрывал.
      За пару дней до начала операции его агенты умудрились взломать информационную сеть САС (Северного Американского Союза) и разослать послание по всем средствам связи о том, что «грядет буря Тьмы, и все, кто не отправится в указанные координаты, будут стёрты с лица земли». Эти координаты представляли из себя нечто вроде небольших участков земли, которые войска их Альянса должны были оставить в изоляции. К счастью, хакеры САС не смогли засечь источник передач, а начатые учения скрыли истинный смысл готовящейся операции.
      — Господи, с кем я связался? С тем, кто закончит это противостояние, — внезапно твёрдо сказал он самому себе, прикрыв глаза. В кабинете воцарилась тишина.

– – –

      Когда на горизонте появились корабли, никто из отдыхающих не обратил на это никакого внимания, кроме маленьких детей, которые радостно загомонили, стоило им подойти ближе к берегу. Они не знали, что этот день будет их последним. Лишь береговая охрана, получив запоздалую сводку и приказ об эвакуации, попыталась врубить сирену, однако успели они это сделать ровно в тот момент, когда с пусковых установок кораблей уже уходили первые ракеты и снаряды, вспахивая песок пляжа и орошая его человеческое кровью. Крики боли и страха, наполнившие воздух, не могли заглушить пронзительный вой сирен и приказы с громкоговорителей на суднах Британской Империи.
      — …авой!.. хты!.. — прорывалось сквозь канонаду орудий, направивших свои дула на город у самого берега. Уже мало кто заметил, как с прекращением обстрела пляжа из воды стали вырастать фигуры людей, одетые в черные водолазные костюмы. Стоило им выйти на берег, как они начали хладнокровно добивать уцелевших мирных жителей перед тем как откинуть в стороны гарпунные ружья и перебросить со спины в руки огнестрельное оружие.
      Амфибии — корабли на воздушных подушках — торопливо сгружали на берег технику и солдат в чёрной форме, не похожей на военную форму какого-нибудь государства. Быстрым маршем, колонна за колонной, все двигались вглубь материка. Вторжение началось.
      Появляющиеся у всех прибрежных городов воздушные войска и флотилии встречали минимум сопротивления, казалось, с каждым погибшим жителем САС сила передовых отрядов росла. И когда над Нью-Йорком показались дирижабли Российской Империи, было понятно — город обречён. Проплывающие мимо небоскрёбов воздушные суда десантировали всё новые и новые пачки солдат, открывающих огонь на поражение в любого, кто попадался у них на пути.
      На каждом из таких дирижаблей находилось по одному «Вестнику Гнева», так называли странных людей в серых плащах, чьи лица всегда были укрыты странными масками, напоминающими новые версии противогазов. Впрочем, когда перед одним из них сгустилась тьма, тот безропотно шагнул в сторону, давая место Высшему Инквизитору.
      — Капитан!
      — Дьявол… — пробормотал военный, делая шаг вперёд.
      — Капитан, почему ваш корабль не в центре города? Наши солдаты рвутся в бой.
      — Но… Возможные потери из-за уязвимости транспорта…
      Скинув капюшон, мужчина тридцати с чем-то лет подошёл к собеседнику, схватив того за грудки и повернув в сторону окна.
      — Вперёд! Не беспокойтесь о потерях, капитан, помните, на место погибшего найдутся тысячи, жаждущие занять его место! А теперь сравняйте этот город с землёй! — отшвырнув человека, Дэс подошёл к окну и мгновенно пропал из виду, словно шагнул сквозь пространство. Чтобы оказаться на улицах другого гибнущего города у передвижного центра командования войск наступления.
      — Генерал Хасб, ваша задача изменилась. Вы должны объединить ваши силы с отрядами генерала Ро и прорваться к Пентагону. Для продвижения нашего похода вы должны разгромить Пентагон. Пентагон должен быть уничтожен! Любой ценой! — последний слова Дэс практически прокричал, тыкая пальцем в сторону предполагаемой цели. — Наши войска высаживаются у всех важных пунктов, но эта цель должна быть в приоритете на этом участке боя. Выполняйте.
      Торопливо козырнув, немолодой уже темнокожий мужчина быстро направился к палатке, где располагался пункт связи. До последнего момента высшие ранги Российской Империи и стран Европейского Союза не верили в то, что САС так просто позволит вторгнуться на свою территорию. Однако вот они, имперские танки, идущие по улицам города, наполняя его хаосом и кровью…

– – –

      — Вперед, за Мать-Империю! — парень точной очередью срезал вставшего на пути полицейского и бросился вперёд, прикрывать наступление одной из групп первого удара, солдаты которой безжалостным клином врывались в сердце города, убивая всех на своём пути. — Пригнись!
      К несчастью, взорвавшаяся неподалёку машина спровоцировала серию других взрывов, и одного из солдат в чёрном неудачно приложило о забор так, что правая рука выгнулась под неестественным углом, обнажая кости.
      — Дьявол… — прошипел Александр, выхватывая на бегу инъектор с обезболивающим и стараясь добраться до раненого, когда тот просто встал. Встал на ноги после, скорее всего, сильной контузии и жуткой боли. Посмотрев на бесполезную конечность, солдат просто… оторвал её по место разрыва и, выхватив из-за пояса пистолет, ринулся в гущу боя.
      Застывший словно соляной столб рядовой с суеверным ужасом смотрел вперёд и только теперь понял, что уже каждый из того отряда был тяжело или критически ранен — не все жители становились безропотными жертвами, да и военные САС пытались оказать какое-то сопротивление. На его глазах один из людей в чёрной броне дёрнулся от выстрела и на мгновение повернулся в сторону Александра из-за инерции выстрела. Половина лица стала сплошным месивом от попадания или взрыва, левый глаз вообще держался на тонкой нитке нерва и спустя секунду был вырван с корнем.
      — Д-дьявол… — повторил человек, отшатываясь назад и чувствуя, как по спине бегут мурашки, а руки и ноги сковывает ужас.
      — Всего лишь нежить, — холодный голос заставил его развернуть ствол оружия в сторону говорившего и инстинктивно выстрелить. Досадливо поморщившись, человек в чёрном плаще провал рукой по груди, и через пару секунд пули со звоном посыпались на мостовую.
      — Хорошая реакция, но паникерство нам ни к чему. Это моя последняя разработка — дети Воздаяния, рождённые, чтобы нести мой гнев этому Союзу, да, Элли?
      Вышедшая из-за угла девушка выглядела очень болезненно, однако тотчас кивнула, соглашаясь с незнакомцем. Сама она была одета в серую форму, была абсолютно безоружна, однако стоило какому-то смельчаку высунуться из окна и пальнуть в неё, как тёмная сфера окутала девушку и отразила пулю, предназначенную ей.
      Внезапно небольшая группа рейнджеров появилась из-за дверей одного из домов, открывая огонь по спокойно стоящим людям. Нахмурившись, Дэс хлопает в ладони, и тьма укрывает улицу. Когда она развеивается, в живых остаются лишь он и та, кого он назвал Элли.
      — Интересно, одобрил бы Уилл то, как я отомстил за него? — казалось, Дэс говорил в пустоту, наклоняясь над трупом Александра и начиная чертить странные знаки прямо на асфальте. — Мда, забыл я этого парнишу укрыть от чар кошмара. Но ничего.
      Тут глаза чародея зажглись бирюзовым пламенем, когда он улыбнулся трупу, чьё лицо исказила гримаса ужаса.
      — Ты послужишь мне и после смерти.

* * *

      Не по-осеннему холодный ветер проносился над землёй, почти не встречая никаких препятствий на своём пути, лишь изредка огибая редкие развалины. Казалось, во всем мире больше не осталось никого, кто мог насладиться этой смертельной красотой, однако это, как и всегда, было далеко от истины. То тут, то там опытный взгляд мог бы выхватить почти незаметные следы.
      Следы того, что потребуется нечто большее, чем всемирная катастрофа, чтобы изжить жизнь с планеты. Как и желание этой жизни убивать.
      Звук выстрела на этой планете не был слышен уже столько лет…
      Существо словно споткнулось на месте и кубарем покатилось по земле, чтобы затихнуть внизу склона.
      — Посмотрим, сколь сильно всё изменится, — странник склонился над тем, что некогда называлось волком, осторожно проведя рукой во чёрной шерсти, больше напоминавшей странный панцирь.
      — Эволюция над ними хорошо поработала, — щёлкнул аппарат, тотчас оглушительно запищавший. Негромко ругнувшись, стрелявший отодвинул его от себя и провёл над телом добычи. Оглушительный писк сменился небольшим поскрипыванием.
      — Далеко от эпицентра родители-то бегали, хм? — костяные руки вновь прошлись по шкуре существа, отмечая все изменения. — А ты-то как сюда умудрился забрести в столь проклятое место?
      Неподалёку раздался выстрел. Ещё один. Однако склонившийся над трупом охотник не обратил на это никакого внимания. Лишь когда земля захрустела под тяжёлыми сапогами в паре метров от него, Дэс обернулся на источник звука.
      — И не надоедает тебе всё время таскать этот костюм? — голос чародея по обыкновению звучал глухо, отдаваясь эхом от несуществующим препятствий.
      — Не имею ни малейшего желания облезать до твоего состояния, — парировал Алекс, закидывая винтовку за спину. — Элли вон тоже выглядела так, что в результате попросила себя упокоить.
      Если бы маг всё ещё имел потребность в дыхании, то по привычке мог вздохнуть, однако сейчас пламя в глазницах лишь померкло на мгновение, словно лич закрыл глаза.
      — Мы оба знаем, что она просто не выдержала долгого существования и попросила бессрочный отпуск, назовём это так. Уж ваш облик скрыть намного проще, чем мой.
      — Ага, ты-то и есть, и пить можешь, если захочешь, — парень досадливо махнул рукой, после чего перевёл взгляд на лежащее у ног чародея тело. — А чего это он почти не изменился?
      — С родителями повезло, — буркнул Дэс, извлекая из-за пазухи нечто вроде изогнутого кинжала, после чего небрежно полоснул лезвием, вскрывая жертву одним ударом. — Хорошо сохранился, почти нет изменений. Вот что радиация пополам с магией делает.
      После неприметного взмаха ладонью от тела волка отделяется маленький шарик, который Дэс без промедления проглатывает.
      — Вот и верь этим фанатикам, кто говорит, что у животных нет души, — словно мимоходом отмечает Алекс, доставая бинокль и начиная изучать окрестности.
      — Думаю, им от этой информации уже ни холодно, ни жарко, — некромант увлечённо разделывает «волка», атам мелькает в костяных руках, споро отделяя плоть от костей.
      — Если твоя теория правдива, то да. Слишком уж масштабный был эксперимент, чтобы получить результат так быстро.
      Чародей какое-то время молчит, старательно продолжая орудовать кинжалом, но вскоре откладывает его в сторону.
      — На самом деле, всё уже давным-давно подтвердилось.
      Алекс медленно опускает руки, невидяще глядя перед собой. Было видно, что его одолевает буря эмоций, однако природа берет своё, возвращая полное спокойствие.
      — Тогда зачем мы всё это делаем? — бинокль жалобно звякает, когда его сминают в комок.
      — Затем, что мне очень уж интересно, поумнеет ли человечество, или нет.
      То, что некогда было биноклем, падает на землю, а парень извлекает из-за пазухи гранату. Чека срывается беззвучно. Вытянув руку с уже запущенным механизмом, Алекс молча ждёт.
      Радиуса этой малютки, разработанной корпорацией DM, точно хватит на то, чтобы уничтожить и его, и филактерию склонившегося над трупом волка чудовища…
      — Сосунок, — облачко бирюзового пламени окутывает гранату, стремительно охватывая фигуру незадачливого самоубийцы. Несколько секунд, и тело молча падает вперёд.
      — Ты ей и в подмётки не годишься, камикадзе херов, — не поворачивая головы говорит некромант, продолжая изучать тело. Казалось, его произошедшее нисколько не удивило. — Что ж, придётся исследовать всё в одиночку. Они ещё долго не появятся на поверхности, даже те, кто был в отдалении от основных ударов. Хоть аномалии не появились… А жаль, уже болты заготовил даже. Тщательней надо ядерную войну готовить, экс-принц, тщательней, — беззлобно попенял он себя, наконец переключая внимание на обугленный труп своего спутника.
      — И сжигать надо без экипировки, это тоже, мда… Не защити убежище задолго до «Проекта», фонил бы сейчас не только я.
      Всё же позволив себе тяжело вздохнуть, словно отдавай дань старым привычкам, некромант поднялся на ноги и поправил винтовку на плече. До захода солнца надо бы успеть проверить ближайшие катакомбы. Как там звался этот город? Вашингтон? Теперь это просто пустошь.
      Хриплые стоны вдалеке заставили чародея ухмыльнуться и стянуть с плечами оружие: кажется, сегодня он таки встретится с дальними родственниками.

* * *

      Летнее солнце вновь одаривало планету своими животворящими лучами, согревая её.
      Увы, для вереницы рабов, уныло идущих в центре каравана, оно лишь ужесточало судьбу, вынуждая несчастных едва волочить ноги и смотреть вниз: стоило кому-то упасть, как он тотчас получал удар от охранника. Который, кстати, сам не так уж давно носил такие же ошейники, что сейчас красовались на шеях плетущихся людей. Но судьба всегда очень странно расставляла свои приоритеты: кто-то получал свободу, кто-то ошейник раба. А кто-то пулю.
      Это, в принципе, и продемонстрировал охранник, свалившись на землю с дыркой в башке. Разумеется, столь категоричное увольнение одного из сотрудников работорговой компании опечалило остальных наёмников. Быстро остановив вьючных животных, они криками приказали живому товару лечь на землю и быстро рассредоточились по всем возможным природным укрытиям, пытаясь понять, где засел снайпер.
      Звука не было, когда ещё один работорговец из низшего звена пораскинул мозгами.
      — Дьявол, где эти ублюдки прячутся? — крикнул наемник, нервно стискивая старую штурмовую винтовку. Она уже не раз спасала жизнь владельцу, отправляя рейдеров в иной мир, однако сегодня этого было маловато.
      В затылок человека практически упёрлось дуло обреза.
      — Хаюшки, — услышал он на чистом русском языке за секунду до того, как выстрел разнёс черепную коробку в красочное месиво.
      В навыках наёмников сомневаться не приходилось: стоило только спустить курок, как в сторону неожиданного нападавшего повернулось несколько стволов. Вот только практически синхронный залп пропал впустую: тело снайпера словно растворилось в сером тумане, стремительно нырнувшего вниз и сократившего дистанцию до ближайшего стрелка. Из непроницаемое дымки словно выросло тело в тёмно-синем плаще. Ощерившийся в вечной усмешке через оказался ровно напротив лица замершего солдата удачи, пламя в глазницах словно парализовало тело, ослабляя волю. Мелькнувший в руке атам расплывается, принимая форму ножа с серповидным лезвием. Точно нанесённые удары столь быстры, что сливаются в одно движение. Автомат выпадает из внезапно ослабевших рук, однако внимание лича переключается на других жертв.
      — Гуль! — кричит мужчина в металлической броне, прошивая тело загадочного нападавшего очередью из пистолета-пулемёта. В ответ слышится лишь что-то вроде насмешливого фырканья, будь у кого время более внимательно вслушиваться в то, что издавало скелетоподобное существо.
      У кого-то хватило ума сорвать с пояса гранату и, вырвав чеку, метнуть в противника. Вот только появившаяся из воздуха полупрозрачная рука перехватила снаряд на полпути, после чего вернула «подарок» обратно. Кажется, это стало совсем уж полной неожиданностью для обороняющих караван наёмников. Драгоценные секунды были утеряны: грохнул взрыв.
      Вокруг всё ещё лежавших рабов на мгновение сгустилось нечто вроде серого купола, пропавшего столь же быстро, сколь и появившегося, случайные осколки лишь жалобно звякнули, отлетев от барьера.
      — Вставайте уже, — раздался глухой голос в воцарившейся тишине, прерываемой лишь слабыми стонами умирающих наёмников.
      Опасливо приподняв головы, рабы начали медленно подниматься, с изумлёнными возгласами осматривая место бойни. Ближайший к гулеподобному существу мужчина нервно дёрнулся, когда их освободитель подошёл к строю.
      — Не дергайся и не вздумай бежать, — без всяких эмоций произнесло существо, осторожно касаясь рабского ошейника. — Старая версия, даже не зациклена на сердцебиение владельца. Зря только церемонился, — казалось, он говорил это лишь себе, пока костяные пальцы ловко пробегали по дьявольскому изобретению. И неведомо было рабам, что это разрабатывалось корпорацией, главой которой и было это странное создание.
      Словно найдя подтверждение каким-то своим мыслям, нападавший щёлкнул пальцами, и ошейники попадали со своих жертв бессильными железками. Мужчина осторожно провёл по шее рукой, словно не веря своим собственным рукам, после чего все радостно заорали, потрясая поднятыми вверх кулаками.
      «Мда, спаси их хоть сам Саммона, они и ему были бы рады. Хорошо же там с рабами-то обращаются…» — дожидаясь, пока основная волна эмоций схлынет, Дэс ходил по недавнему «полю боя», это можно было бы так назвать, быстро раскидывая нужные чары: было необходимо следить за тем, чтобы в телах всё ещё теплилась жизнь. По факту, он мог бы найти ближайший лагерь рейдеров и проделать всё то же самое с меньшими предосторожностями, но раз подвернулась возможность безнаказанно погеройствовать, то кто он такой, дабы отринуть столь редкие душевные порывы?
      — Собирайте одежду, она в тюках вьючных животных, могу поспорить, берите оружие, деньги, припасы и идите на юг, — наконец подал он голос, когда большая часть бывших рабов могла уже более-менее адекватно воспринимать информацию. — Там пост Ордена, я уже предупредил их о том, чтобы вас встретили и указали дорогу в ближайший населённый пункт.
      Дважды упрашивать не пришлось: обходя стороной всё ещё стонущих наёмников, неизвестно каким чудом не умерших от ран, мужчины споро облачились в более-менее приличную одежду.
      — Самих быков тоже берите. Спешить вам некуда, рейдеров в радиусе нескольких километров нет и не намечается. А вещичек у них предостаточно.
      — А вы? — молодой парень нерешительно подал голос, хотя на него тотчас зашикали остальные рабы.
      — Ты что, не знаешь, кто это? Это же Пустой Странник! К нему нельзя обращаться: просто поблагодари Бога, что он спас твою шкуру, а вопросы ему задавать нельзя! — уловил острый некроманта.
      — Глупости какие, — от голоса Дэса многие нервно дёрнулись, когда поняли, что их спаситель обращается непосредственно к ним. — Уже который раз слышу, что мне нельзя задавать вопросы. Если бы никто не задавал вопросы, откуда тогда столько слухов и легенд?
      Лич склонился над телом одного из наёмников и резким движением руки пробил грудь человека. Глаза чародея на мгновение полыхнули сильнее обычного, а на руке не осталось ни капли крови.
      — Вам следует идти, — он медленно поднялся в полный рост, осматриваясь по сторонам. — Мне нужно кое-что ещё сделать с этими ребятами перед тем, как покинуть это место. Идите.
      И в голосе его было столько власти, что никто не решился противиться ему.
      — Ещё увидимся, — было последнее, что услышал парень, задавший вопрос Страннику.

* * *

      Несмотря на смертельные раны, большая часть наёмников и пара работорговцев всё ещё были живы. Поддерживаемые чарами некроманта, они ощущали непереносимую боль и ужас, жадно поглощаемую всё это время Дэсом, однако он понимал, что источник скоро иссякнет: проблема жертвоприношения смертных как раз и заключалась в том, что для них смерть всё же является мгновением.
      — Попадись кто «бессмертный», выкачать получилось бы намного лучше, — пробормотал он сам себе под нос, дочерчивая фигуру на безжизненной земле.
      Солнце уже клонилось к горизонту, когда он закончил рисовать многолучевую звезду, охватывающую всё место бойни. К этому времени поток жизненной силы от лежащих под чарами людей почти иссяк. Пора было уже заканчивать начатое.
      Сверившись с расчётами на извлечённом из кармана листке бумаги, некромант кивнул своим собственным мыслям и вновь извлёк из воздуха атам, чьё лезвие начало тихо светиться в неуёмней жажде крови, стоило первым словам ритуала прозвучать в воздухе пустоши.

* * *

      Бар полнился привычными звуками: негромкие разговоры и позвякивание стаканов отчасти заглушалось старым радио, стоящим в углу и исправно играющим старые песни, которые уже который год крутила местная станция.
      — Еще одну, — махнул рукой парень, машинально потерев шею. — И всё на сегодня.
      Бармен согласно кивнул и поставил перед ним два стакана с виски.
      — Вторая за счёт заведения, — уже немолодой мужчина повернулся в другую сторону. Прибывшая сегодня группа заслуживала побольше, чем лишняя стопка алкоголя: чудом бежавшие рабы рассказали невероятную историю о чудесном освобождении. Не верить им причин не было: на шее у каждого остался ещё свежий след от рабского ошейника. Конечно, слова об Одиноком Страннике лично барменом не воспринимались всерьёз, но даже шанс того, что тот же Орден наткнётся на работорговцев и ввяжется в бой, чтобы освободить несчастных…
      Дверь бара в очередной раз открылась, впуская очередного путешественника. Подобные одиночки не были редкостью в этом заведении: когда большую часть времени проводишь в радиоактивных пустошах, первым делом после рейда ты идёшь промочить горло.
      — Водки. И пожрать чего-нибудь, чтоб радиацией не фонило, — на стойку упал мешочек с крышками. Открыв его, бармен невольно присвистнул: одиночке явно фартануло, хотя выглядел он довольно… «среднестатистично», можно было сказать. Длинный плащ с капюшоном скрывал броню, которую посетитель, скорее всего, забыл снять по прибытию в лагерь, большой вместительный рюкзак за спиной, да дорогая винтовка на плече.
      «Наверно, ещё со Спокойных Лет» — автоматом для себя отметил бармен, взглядом опытного солдата оценив оружие. Разумеется, у подобных охотников за добычей никогда не бывает меньше двух стволов: это бармен знал по причине того, что сам в юности промышлял подобной охотой за технологиями или валютой постапокалиптичного мира.
      — В нашем баре с оружием не сидят. Могу предложить вам комнату, того, что вы дали, хватит на несколько дней.
      «Непрерывной пьянки и шлюх» — добавил мужчина про себя, заметив среди крышек особые, со знаком DM. Разумеется, общую стоимость всего знал и охотник — они были одними из первых, чьи КПК получали информацию о ценах.
      Достаточно быстро поднявшись наверх и скинув всё барахло там, охотник спустился вниз. Разумеется, как и все в лагере, он не оставил абсолютно всё своё оружие наверху. Вот только, как ни пытался бармен понять, где ствол или нож у этого парня, ничего не получалось.
      — Давай, — он постучал пальцем по стойке и получил стакан водки и нечто вроде салата из мутафруктов. — И ему плесни за мой счёт.
      Перед бывшим рабом появился ещё один стакан виски, который тот с благодарным кивком принял.
      — Итак, — тихо произнёс охотник после того, как опрокинул содержимое стакана в себя и с наслаждением закусил мутафруктом. — Ты, кажется, хотел что-то у меня спросить?
      Парень недоуменно приподнял бровь, однако едва не подавился консервами: глаза охотника пылали паранормальным пламенем. Длилось это лишь долю секунды, однако этого хватило, чтобы в реальности факта нельзя было усомниться.
      — Заедай, иначе развезёт, — он кивнул на тарелку с едой, стоящей перед парнем. — Всегда удивляюсь, что это за бары такие, если тут кормят получше, чем в некоторых городах. Приятного аппетита, Джеймс.
      Сил удивляться уже не было, потому парень просто молча принялся за консервированное мясо. Легенда Пустошей, Одинокий Странник, вот так спокойно сидел рядом с ним в человеческом облике, да ещё и попивал водочку!
      — Хороший выбор, — между делом тихо продолжил недавний избавитель. — Наилучшее соотношение цены и качества. Как я погляжу, вы поровну поделили всё, что нашли в сумках этих ублюдков.
      Джеймс молча кивнул, продолжая насыщаться: весь сегодняшний день всё больше и больше напоминал какую-то сказку.
      — А я думал, вы гуль, — неожиданно для себя произнёс парень, отрываясь от еды.
      — Многие так думают, — губы Странника едва заметно вздрагивают, словно он вот-вот улыбнётся. — Но они, скажем так, ошибаются процентов на сто.
      — В чём же, например? — почувствовав прилив вдохновения и храбрости, вызванный виски, Джеймс вновь возвращается к еде.
      — При всем своём виде и свойствах, гули — живые, — постучав пальцев по столу, Странник привлекает внимание бармена и кивает на пустые стаканы. — Мне тоже виски.
      Одним движением он опрокидывает жидкость в себя и бросает взгляд на бармена. Тот безропотно наливает ещё и отходит в сторону обслужить других посетителей.
      — Когда начался апокалипсис? — неожиданный вопрос вынуждает оторваться от пищи и задуматься.
      — Эм… Двести лет назад? — Джеймс честно попытался вспомнить то, что ему втолковывал отец ещё в детстве.
      — Верно, — согласно кивнул Странник, уже медленно потягивая алкоголь. — В три тысячи семьдесят седьмом году, двадцать третьего октября, люди сделали самую большую глупость за всё время существования. Среда оказалась не самым удачным днём для человечества.
      — Великая Война, — парень потянулся за своей дозой алкоголя.
      — Не было никакой «Великой Войны», — с горечью в голосе отметил его собеседник.
      — Вы так говорите, словно…
      — Я был там, — просто, словно рассуждая о погоде на завтрашний день, сказал Странник. — Я пытался предотвратить этот акт безумия. Но, знаешь что?
      Не в силах вымолвить ни слова, недавний раб лишь помотал головой, нутром понимая, что сейчас слышит то, что обычные люди, скорее всего, никогда и не узнают. По крайней мере, не в этом веке.
      — В последний момент я понял, что человечеству нужен урок, — не дожидаясь ответа собеседника, он поднял взгляд и уставился на Джеймса своими странными глазами цвета морской волны. — Людям было дано всё. Процветание, вера в будущее, цель…
      Он слабо махнул рукой. Сиди рядом с парнем простой человек, он бы посчитал, что тот пьян, однако взгляд существа был сосредоточен и спокоен.
      — Пойдём, подышим свежим воздухом, — неожиданно предложил Странник, слезая со стула перед стойкой и освобождая место для других посетителей.
      Лагерь встретил их ночной тишиной, лишь часовые на вышках негромко переговаривались, глядя на освещаемый периметр.
      Вышедший первым Странник извлёк из-под плаща пачку настоящих сигарет — довольно редкая вещь, особенно для тех, кто постоянно жил в населённых пунктах. Обычно курильщикам приходилось довольствоваться самокрутками.
      Парень мог бы поклясться, что не видел в руках у своего спасителя зажигалки, однако над головой существа уже зазмеился дым. Вторую сигарету он передал Джемсу.
      — Дэс. Зовут меня так, — пояснил он в ответ на недоуменный взгляд. После чего щёлкнул пальцами, и на кончике большого пальца затрепетало слабое бирюзовое пламя. Кажется, лимит удивлений у человека точно закончился, так как он спокойно прикурил он огня и сделал первую затяжку.
      — Я дал людям всё. Единственное, что им надо было делать, это понять, что без пастыря овцы никуда не годятся, — досадливо сплюнув, он вновь затягивается, продолжая говорить, ни к кому толком не обращаясь. — Но нет, нам ведь так нужно поиграть в революцию, чтобы попытаться хапнуть больше, чем у кого-то есть. И что они получили?
      Дэс печально стряхивает пепел, поднимая взгляд на удивительно звёздное небо.

I'm waking up to ash and dust
I wipe my brow and I sweat my rust
I'm breathing in the chemicals

      Казалось, в глазах на мгновение зажглось пламя, но оно тотчас потухло, стоило ему перевести взгляд на спящий лагерь: несколько домов, чудом переживших ядерные удары, окружённые металлическим забором.

I'm breaking in, shaping up, then checking out on the prison bus
This is it, the apocalypse

      Небрежно проведя рукой, он словно предлагает полюбоваться тем самым апокалипсисом, в котором Джеймс жил всю жизнь.

Whoa oh

I'm waking up, I feel it in my bones
Enough to make my system blow

      Интересно, какова же была жизнь до этого? Парень не отрывает взгляда от сказки, оживающей буквально на глазах.

Welcome to the new age, to the new age
Welcome to the new age, to the new age

      Голос Странника полнится едкой горечью и печалью.

I'm radioactive, radioactive
I'm radioactive, radioactive

I raise my flag and dye my clothes
It's a revolution, I suppose
We're painted red to fit right in
Whoa oh

      Казалось, сейчас он был воплощением презрения, когда пел о революции. Презрения, как тот, кто знал, кто стоит за бушующей толпой; как тот, кто знал, чего на самом деле хотели зачинщики всего того, что вылилось в усыпанный радиоактивным пеплом мир.

I'm breaking in, shaping up, then checking out on the prison bus
This is it, the apocalypse
Whoa oh

I'm waking up, I feel it in my bones
Enough to make my system blow
Welcome to the new age, to the new age
Welcome to the new age, to the new age
I'm radioactive, radioactive
I'm radioactive, radioactive

      Дэс устало приваливается спиной к стене бара. Сигарета давно забыта, он держит её машинально, глядя на восток.

All systems go, the sun hasn't died
Deep in my bones, straight from inside

I'm waking up, I feel it in my bones
Enough to make my system blow

      Она выпадает из пальцем и падает на землю.

Welcome to the new age, to the new age
Welcome to the new age, to the new age

      Ботинок опускается вниз, сминая остатки.

I'm radioactive, radioactive
I'm radioactive, radioactive

      — Запомни, Джеймс, — человек невольно вздрагивает, когда понимает, что обращаются к нему. — Человечество само пожелало того, что сейчас происходит. Я не спрашивал, понимает ли оно, чего хочет, но всё это — результат того, что могут сделать люди, считающие, что ради богатства и власти можно выпустить ад на эту несчастную землю. Кровь и пепел — вот и всё, что останется вам, потомкам.
      Достав очередную сигарету, Дэс, уже не таясь, прикуривает её от огонька, после чего оглядывается по сторонам.
      Оглушённый событиями сегодняшнего дня, Джеймс лишь молча затянулся, пытаясь обдумать всё то, что вообще произошло.
      — И почему я? — немного растерянный, но логичный вопрос повис в воздухе.
      Странник лишь пожал плечами, не отрывая взгляда от звёздного неба.
      — Всё не так, как там. Всё статично и мертво, — не договорив мысль до конца, он сделал ещё несколько затягов и выкинул сигарету в ближайшую мусорку, чудом пережившую все события последних лет.
      — Завтра я ухожу. Советую тебе поступить в Орден. Скажешь любому рыцарю, а лучше паладину, два слова: «Эквестрийский Престол», и скажешь, что ты от Дэса.
      — Орден о вас знает? — неподдельно изумился парень, от удивления едва не проглотив сигарету.
      — Ещё бы им не знать… — собеседник достал из кармана странную монетку с отчеканенными знаками луны и солнца, задумчиво подбросил её в воздух, после чего поймал на лету и кинул парню. — Я основал этот Орден.

* * *

      Иногда важные события происходят тихо и обыденно, бывает, что деяние, влияющее на мир, потрясает его основы.
      Но что делать, когда миру уже всё равно? Природа не ждёт эпичных свершений, её механизм давным-давно настроен на самое себя, и любое потрясение воспринимается как нечто враждебное и чуждое.
      Высоко задрав голову, тот, кого некогда звали Дэсом, безмолвно изучал безоблачное небо. В таком положении он стоял уже несколько минут, пытаясь принять какое-то решение. Надо было принимать решение. Вот только сейчас всё находилось в положении взаимного цугцванга, когда любое действие приведёт лишь к ухудшению положения.
      В руку человека ткнулся холодный нос. Машинально опустив голову, чародей встретился взглядом с белоснежным волком, безмолвно смотрящим в глаза Дэса.
      — Ты тоже чувствуешь? — волк в ответ лишь блеснул алыми глазами и тихо зарычал, обнажая клыки. Присутствие альфы лишь усугубляло настроение существа, хмуро смотрящего по сторонам в ожидании какой-нибудь проблемы.
      — Иди. Твоя дружба была очень кстати, но стая ждет.
      Молчаливо кивнув, хищник на мгновение коснулся ноги некроманта лбом, после чего развернулся и неторопливо побежал вперёд, в лес. На мгновение появившийся туман окутал фигуру волка и тотчас спал, оставляя Дэса в одиночестве.
      Убедившись, что рядом нет её, парень опустился на земли и с тихим вздохом закрыл глаза, ощущая, как плоть медленно испаряется. Когда трансформация завершилась, он остался лежать на земле, глядя вверх, в вечное небо. Чем яснее становилось понимание проблемы, тем тяжелее было принять необходимость выбора.
      Бесшумно поднявшись, он направился вперёд. Там, у горы Эверест, была создана пещера, где она и обитала. Чем ближе он подходил, тем более оживлённой становилась местность. И тем больше недоверия и страха выказывали животные, когда Дэс проходил мимо них. Они застывали на месте, внимательно провожая взглядом лича, и «отмирали», когда расстояние между ними увеличивалось. За несколько сотен метров до самой пещеры ему повстречалась волчья стая. Оскалив клыки, вожак недвусмысленно встал поперёк тропы, перегораживая дорогу. Чародей, не сбавляя шаг, махнул рукой, словно отгоняя мошкару, и вся стая тотчас упала на землю, закрывая глаза в непритворном ужасе.
      — Показушница, — пробормотал он про себя, переступая через вожака и продолжая двигаться вперёд.
      Остаток пути был пройдён без каких-либо происшествий, и вскоре он уже стоял на пороге пещеры. Вход в неё, как и сама пещера, были залиты тусклым светом, исходящим от неестественно больших грибов, растущих то тут, то там в стенах.
      Мимоходом щёлкнув пальцами по одному из них, Дэс продолжил путь, с некоторой долей любопытства осматриваясь по сторонам.
      Тоннель закончился быстро и, как и всегда, неожиданно, переходя в большую пещеру, всё также залитую живым светом. То тут, то там, можно было заметить нечто вроде мебели, созданной из живых растений. Сбоку, в полумраке помещения, притаился небольшой подземный ручей, берущий своё начало где-то под землёй. Однако некроманта интересовало не это: в центре пещеры находилась огромная кровать, представляющая из себя переплетение подземных растений, укрытая шкурами различных животных.
      — Добрый день, Дэс, — лежащая на кровати женщина с наслаждением потянулась и села, укрывая наготу шкурой чёрного леопарда. — Столь странно вновь видеть тебя здесь, учитывая все те нелицеприятные вещи, что ты наговорил мне в прошлый раз. Неужели твоё мнение поменялось?
      Лич медленно покачал головой и откинулся назад, позволяя выросшим из-под земли костяным ладоням сложиться в нечто вроде кресла.
      — Нет. Я пришел поговорить, альфа.
      — Если ты не принимаешь своего предназначения, о чем нам с тобой разговаривать? Хочешь привести мне новые аргументы? Брось это пустое дело, твои слова полные гордыни и детской обиды на человечество. Меня всегда забавляло твоё упорство, с которым ты отрицаешь свою принадлежность к роду людскому. И чем дольше ты будешь упорствовать, тем больше страданий ты принесёшь новому поколению.
      — Этому не бывать. В своей вечной жажде материнства ты слепо веришь, что дети твои будут чисты и благонамеренны. Однако миллионы и миллиарды примеров всегда доказывали нам обратное: без надлежащего управления всё стремится к форме шара. А потом катится к хуям.
      Женщина невольно поморщилась от остроты.
      — Ничем не могу помочь, юмор — это одна из немногих вещей, которые я готов одолжить у человечества. Но всё ещё недостаточно, чтобы тратить столь ценный дар.
      — Рано или поздно, но ты поймёшь, что твоё существование бессмысленно. Все должны оставить своё продолжение, даже мы с тобой.
      — Я убеждённый чайлдфри, — ухмыльнулся некромант, хотя на его лице сам факт улыбки было не так-то и просто заметить. — Кроме того, вдруг ты мне как женщина не нравишься?
      Собеседница Дэса от души рассмеялась, поднимаясь с ложа. Всё ещё облачённая в шкуру, она подошла к развалившемуся с импровизированном кресле чародею и встала напротив него.
      — Жизнь полна разнообразия, тебе ли этого не знать? — облик её начал мягко меняться, словно сама она были лишь миражом. — Ибо желание продления жизни есть у всех существ. Но, как и было записано с самого начала времён, для начала нужен конец. Как в самом средоточии рождения находится смерть, так и в самой смерти есть росток новой жизни.
      — Ты предлагаешь мне отдать бесценный дар и распрощаться с существованием ради ТВОЕГО предназначения.
      Женщина лишь грустно улыбнулась, возвращаясь на ложе. Без единого звука постель приняла её тело, когда она легла на спину, закрыв глаза.
      — Видишь? Ты сам признался в том, что ты лишь существуешь. Бессмысленное пребывание в мире, жаждущем принять в свои объятья новое, лучшее поколение, — она приподнялась на шкурах, глядя в безучастные глаза лича. — Я могу стать даже ими.
      С тихим шорохом разноцветная грива заструилась в неосязаемых потоках эфира, белоснежные крылья аккуратно расправились в королевском жесте.
      — Ради будущего я готова подарить тебе сладость прошлого Дэс. Разве не этого ты жаждешь?
      Жалобно хрустнуло кресло, распадаясь в слабую пыль, когда лич вскочил на ноги.
      — КАК ТЫ ПОСМЕЛА?! — голос, полный неизбывной тоски и ярости, прокатился по пещере, однако женщина даже не моргнула, рассеянно проведя ладонью по волосам.
      — Я всего лишь хотела предложить тебе подарок, от которого ты не мог бы отказаться.
      Раздражённо повернувшись к выходу, лич поправил серый плащ на плечах.
      — Прощай, альфа.
      — Тебе этого не избежать, Дэс, — воскликнула женщина, раздражённо отбросив импровизированное одеяние в сторону. — Ты выполнишь свою роль!
      Холодное лезвие удлинённого атама пробило нежную кожу, высунувшись на уровне груди.
      — Ты абсолютно права, альфа, — услышала она голос позади себя. — Я выполню свою роль.
      — Но… как?… — не чувствуя боли, лишь обиду, женщина с трудом повернула голову, ощущая стремительно прокатившуюся по телу слабость. — Ты не смог бы…
      — Я ведь учился у самой Принцессы Ночи, — губы человека исказила печальная усмешка, вполне заметная на живом лице.
      Выдернув клинок из тела, он подхватил покачнувшуюся женщину и осторожно положил на её ложе. Из последних сил она подняла руку и коснулась щеки парня.
      — Такая… теплая… — слабая улыбка появилась на лице, когда она встретилась взглядом со своим убийцей. — Да… здравствует…

* * *

      Стены тоннеля мягко сомкнулись под взглядом вышедшего из пещеры существа. Кивнув своим мыслям, он повернулся спиной к запечатанному входу. Ему нужно было о многом подумать.

Читать дальше

...