Ксенофилия: Shotglass оneshots
18. Зуд
Большие амбарные двери с громким лязгом закрылись. Поднявшийся из-за этого клуб пыли наводнил пронизанное оранжевыми лучами заходящего солнца полутемное помещение.
С тяжелым вздохом, Леро поставил на пол последнюю на сегодня корзинку яблок. Одновременно с ним свою намного тяжелее ношу сбросил массивный ярко-красный жеребец.
Биг Макинтош застонал и вытянул шею:
— Эти яблочки последние на сегодня. Конечно, если ты не подумываешь провести сегодняшнюю ночь здесь, — смотря на человека произнес он с ухмылкой. Впрочем, тот ответил в той же манере:
— Кусни меня, — игриво сказал Леро, опустив руку на холку друга, и тут же резко остановился, когда увидел, как изменилось до хмурого выражение лица Биг Макинтоша.
— Я не совсем понимаю, как заведено в вашем табуне, но здесь, на ферме, мы просим об этом очень вежливо. Мы не требуем, — его хмурость испарилась. — Но ты мой друг и я пойму, если тебе потребуется помощь. Я кусну тебя, если ты также окажешь мне эту услугу. Где у тебя зудит?
Сбитый с толку Леро моргнул. Потом его память услужливо напомнила о традиции пони чистить друг—друга1:
— Подожди, что ты … Оу. Нет-нет, я не имел в виду буквально куснуть меня. Это такой оборот речи! Я могу и сам себя почесать. Люди используют для этого пальцы, так что нам не нужна помощь, — демонстрируя сказанное, он запустил руку через голову вниз к пояснице и пошевелил ладонью между лопатками.
— Это очень удобно. Как если бы у меня была несколько ртов на нескольких гибких шеях. Но мой зуд не стихает и мне нужна помощь. Ты бы не мог своими чудесными пальчиками мне помочь? Вот здесь, над кьютимаркой.
— Что ж, думаю, я смогу тебе помочь. Честно сказать, там, откуда я пришел, чесать зад другого парня было бы неловко, — с этими словами Леро начал энергично скрести ногтями слегка влажную от пота шерсть. — Хотя мне кажется, что покусывание зада другого человека имело бы несколько другой подтекст, чем в случае с пони.
Ответом Биг Макинтоша был едва слышный стон и закатанные глаза. Его тело слегка наклонилось, прижимаясь к усердно работающим пальцам.
— Вот здесь. Ох, как же тут зудело. Теперь двигайся чуть выше. Вот тут. Чуть-чуть вперед. И еще вперед.
Леро не смог сдержать улыбку, видя как могучий жеребец буквально растаял под его руками. Выполняя просьбу, он постепенно вытягивал руки вперед вдоль боков его массивного тела. По мере продвижения вперед Леро все больше и больше ложился на спину жеребца.
— Леро, ты лучше целого табуна чесальщиков. Я ненавижу просить, но не мог бы ты своими пальчиками почесать у меня под ярмом? Зуд там просто невыносимый.
Человек усмехнулся и опустил локти на спину друга, приподнял ярмо и запустил под него свои очень грязные пальцы. Ответом ему был очень глубокий и протяжный выдох.
— О да, друзья Эпплджек не врали о твоих пальцах.
[СКРИП]
— Туда! Туда! Наклонись вот так! Да!
Леро остановился. То, что он услышал не было голосом его друга. Повернув голову, он глаз-к-глазу встретился с… довольно ошеломленной Эпплджек, которая выглядывала из-за полуоткрытой амбарной двери. Выйдя из ступора, Леро четко осознал, на что это все похоже для фермерши: он, лежащий на спине Биг Макинтоша, руки, запущенные под его ярмо, и его пах, плотно упирающийся под хвост жеребца…
— Это не то, на что похоже!
Эпплджек уставилась на него. Биг Макинтош отвернулся с еще более красной мордой.
— Биг Макинтош попросил почесать его!
Эпплджек сглотнула, тихонечко вошла внутрь, и чуть погодя, наконец-то, спросила:
— Можно я… посмотрю?