Дом Восходящего Солнца
Глава 15. Нечто новое
Редактор: Fogel
Тёплое дыхание, коснувшееся моего уха, выдернуло меня из дрёмы. Вокруг было тихо, мирно и сонно, и я покрепче прижал Долл к груди. Похоже, она тоже почти проснулась, но была не против полежать ещё немножко. Стараясь не совершать лишних движений, я поцеловал её в кончик носа.
В ответ она счастливо вздохнула и провела копытом по моей ключице, а затем подняла голову и поцеловала меня в шею.
— Привет, — сказала кобыла, открыв заспанные глаза.
Мы снова поцеловались, и на этот раз её мягкие губы не спешили покидать мою кожу. Копыта и руки нежно скользили по нашим телам. Медленные поцелуи слились в один долгий поцелуй, который всё длился и длился. Не взрыв необузданной страсти, а непрерывные прикосновения в попытке изучить друг друга.
Скользнув рукой ей за голову, я перекатился на бок, прижав пони к подушке поцелуем. Кобыла крепко обняла меня передними ногами и развела задние, словно приглашая меня улечься между ними.
Инстинкты взяли верх, и я решил последовать её примеру. Прервав поцелуй, я обнаружил слегка удивлённый взгляд Долл, направленный на мои руки, блуждающие по её груди. Вовремя вспомнив особенности кобыльей анатомии, я опустил одну руку туда, где были соски, а другой стал ласкать ей шею и ухо.
Мурлыкая от счастья, она начала покусывать мои плечи, продвигаясь к шее, и у меня покраснели уши. Ноги Долл сомкнулись вокруг моих, прижимая мои бёдра к её. Моя животная часть была за то, чтобы взять её не медля ни секунды, но я сопротивлялся. Пока я решил сосредоточиться на разгорающемся у неё между ног пожаре. Проведя пальцем по гриве, я поцеловал кобылу в подбородок, а затем в губы. Словно повторяя за мной, она крепко прижала меня к себе и страстно поцеловала в ответ.
Извиваясь в объятиях друг друга, мы играли и ласкались; наконец моё сердце не выдержало её робких намёков — она отчаянно хотела, чтобы я поскорее оказался в ней. Скользнув рукой по пояснице Долл, я немного приподнял её бёдра, что позволило мне войти в кобылу до самого конца одним медленным плавным движением.
У неё вырвался долгий шипящий звук, исполненный дикого удовольствия, и она выгнула спину, улыбаясь до ушей. Снова позволив нашим глазам встретиться, я наполовину вышел из неё, а затем позволил ей надавить на мою поясницу копытами, чтобы вернуть мой член обратно. Я слегка расслабился, чтобы она сильнее почувствовала мой вес, и наши губы снова встретились в озорном поцелуе; в это время наши бёдра успели найти свой собственный неспешный ритм.
Наши сладострастные забавы растянулись почти на час, но вот стоны и всхлипывания Долл подсказали мне, что её оргазм совсем близко. Я и сам уже держался с трудом — чтобы кончить, мне было достаточно просто перестать себя контролировать.
Неторопливо входя в неё как можно глубже и выходя обратно, я приподнялся и наблюдал, как кобыла подо мной извивается и стонет. Когда её лицо исказила гримаса, а ноги напряглись, я ускорил темп, что тут же толкнуло меня за грань.
Мы содрогнулись от оргазма, но когда Долл дёрнулась и прижалась ко мне, её шёрстку охватило зелёное пламя. Когда оно погасло, под ним обнаружилось что-то чёрное и блестящее. Спустя миг до меня дошло, что я только что по самые яйца засадил насекомому.
Страсть какому милому, но, как ни крути, насекомому.
— Эээ… — Слов у меня не осталось, одни эмоции.
Долл в замешательстве взглянула на меня, потом на себя. Её новое лицо не отличалось особой выразительностью, но я почувствовал, как её захлестнул ужас.
— О нет… — всхлипнула она.
Отодвинувшись от неё, я сел рядом на кровать. По-моему, больше всего на свете ей сейчас хотелось убежать и спрятаться, стыдясь того, что я увидел её такой. Положив руку ей на бок, я погладил её лоснящуюся, хотя и довольно твёрдую кожу.
— Ты в порядке?
Она уставилась на меня и пару секунд не отводила взгляда, а затем сделала несколько долгих, ровных вдохов.
— Ты меня не боишься? Не считаешь, что я мерзкая?
Я заставил себя рассмеяться:
— Нет. — Придвинувшись ближе, я подхватил её на руки и усадил себе на колени. Раньше она была маленькой, но теперь показалась мне просто крошечной. — Грифоны — вот те да, страшные. А ты очаровательная.
— Ты ведь не знаешь, кто я такая, верно? — спросила она, устраиваясь в моих объятиях.
— Просто какая-то пони-оборотень. Летучие пони, морские пони, бэтпони… — Я на секунду умолк, чтобы мысленно хихикнуть. Строберри терпеть не мог, когда его так называли. — Вас, пони, каких только не бывает. Я почитаю о твоих сородичах завтра.
Долл вздрогнула.
— Нет! — Она соскочила с моих колен, её снова охватил зелёный огонь, и она опять стала похожа на худенькую земную пони. Помолчав секунду-другую, она собралась с мыслями. — Я имею в виду, тебе не стоит никому об этом рассказывать. Чейнджлинги… В Кантерлоте нам не рады.
— Не рады? — То, что пони чураются целого народа, буквально переворачивало все мои представления, полученные здесь. Опустив голову, Долл кивнула.
— Если обо мне узнают, мне придётся переехать и создать себе совершенно новую личность.
— Но почему?
— Большинство из нашего народа живёт в Улье, которым правит королева. Это далеко не лучшая кобыла на свете. Она принесла пони много бед.
— И поэтому ты живёшь отдельно?
Долл грустно кивнула.
— И не я одна. Сбежавших из улья довольно много.
Проведя рукой по её щеке, я приподнял пони за подбородок, чтобы заглянуть ей в глаза.
— Тогда твоя тайна умрёт вместе со мной.
— Правда? — Она подняла на меня сияющие глаза. — Обещаешь?
— Обещаю.
Маленькая кобыла бросилась вперёд и обняла меня изо всех сил.
— Спасибо!
— Но…
Разорвав объятия, она слегка нахмурилась.
— Что?
— Мне нужно, чтобы ты честно мне кое о чём рассказала. — Положив руку кобыле на плечи, я посмотрел ей в глаза.
— Ладно, — сказала она с серьёзным кивком.
— Тебя кто-то обидел?
— Обидел? — переспросила Долл, и её лицо в замешательстве сморщилось. — С чего ты взял?
Опустив взгляд на её копыто, я указал на одну из язв.
— Ой. — Долл хихикнула и, почему-то смутившись, немного поёрзала на месте. — А я-то думала, с чего это ты так взялся обо мне заботиться, стоило мне прийти. — С зелёной вспышкой она снова превратилась в насекомоподобную пони. — Таков наш настоящий облик, — сказала она, поднимая дырявую ногу.
Взяв её копыто в руку, я осмотрел его. Как ни странно, оно и правда выглядело здоровым.
Когда я отпустил её, зелёное пламя вернуло Долл облик земной пони, но на сей раз это заняло чуть больше времени. Думаю, потому что она сосредоточилась на своей магии, контролируя процесс.
— Я не всегда могу наесться досыта, поэтому обычно мои превращения получаются так себе, — сказала она, протягивая мне безупречно здоровое копыто. Спустившись с кровати на пол, она глубоко вздохнула. — Я… Я уже давно не чувствовал себя так хорошо, но мне, наверное, пора. Спасибо тебе.
— Для этого я здесь и нужен, — сказал я и встал. Взглянув на часы, я увидел, что вообще-то её сеанс уже час как закончился. — Если хочешь, ты можешь ненадолго задержаться и съесть ещё супа.
На полпути к двери Долл весело рассмеялась:
— Я уже несколько месяцев так не наедалась! В меня просто ничего уже не лезет.
Я почесал в затылке: она ведь, по правде говоря, почти ничего и не съела.
— Ну, ты можешь записаться ко мне когда захочешь, — сказал я, придерживая для неё дверь.
Она улыбнулась и кивнула.
— Тогда до встречи.
С этими словами кобыла повернулась и пошла обратно к своей повседневной жизни, какой бы та ни была.
Слегка ошарашенный, я постоял в дверях. Я был измотан, как физически, так и морально, но меня не покидало то тёплое чувство, которое остаётся после хорошей тренировки или сделанного доброго дела. Так что, несмотря ни на что я улыбался. Повернувшись, чтобы вернуться в комнату, я заметил на своей двери записку.
Похоже, в офисе меня ждала посылка.
Закрыв дверь, я надел брюки и сандалии. Сегодня мне нужно провести некоторое время в гимназиуме, как для тренировки, так и для привлечения клиенток, поэтому я не стал надевать рубашку, отправляясь за своей посылкой. Надеюсь, это была та шляпа, которую я заказал.
В офисе я увидел Руби, заполняющую какую-то отчётность.
— Как прошёл твой сеанс? — спросила она, отрываясь от работы. — Ты выглядишь так, будто на тебе пахали.
— Разнообразно, но неплохо.
На лице Руби появилось озабоченное выражение.
— Знаешь, все твои клиентки в восторге от того, что ты отдаёшь им себя целиком и без остатка. Я ценю, что ты такой жеребец, но, может быть, тебе стоит иногда и отдыхать? Если хочешь, можно сократить твоё рабочее время до трёх сеансов в неделю. Скорее всего, ты даже в деньгах особо не потеряешь.
Чтобы успокоить её, мне пришлось улыбнуться. Подойдя к столу, я почесал где ей всегда нравилось — между ушками.
— Я очень ценю твою заботу, но всё в порядке. Чашечка кофе и пробежка, и я буду как новенький.
Позволив своим ушам безвольно повиснуть, Руби ткнулась головой навстречу моей ладони.
— Хорошо, но дай мне знать, если захочешь изменить своё расписание.
— Буду иметь в виду. — Убрав руку, я обошёл конторку, чтобы глянуть входящую почту.
— Ты видела моё добро? — спросил я, перебирая стопку конвертов.
— А как же, — с готовностью отозвалась Руби. Я поднял глаза как раз вовремя, чтобы увидеть улыбку, озарившую её лицо. — Длина слегка подкачала, но толщина что надо, и ты хорошо с ним управляешься.
Я покачал головой, не способный даже на стон.
Кобыла хихикнула, как будто только что лично придумала шутку про член, а затем указала на не замеченную мною корзину. — Оно вон там.
Что бы это ни было, это определённо была не шляпа. А ещё эта штука весила целую тонну: попытавшись вытащить из корзины, я её чуть не уронил. Марок на ней не было, только записка, что посылку из дворца нужно доставить прямо в Дом.
— Да, один вопрос, надеюсь, гипотетический, — сказал я, кладя бандероль на угол стола. Прекратив писать, Руби навострила уши:
— Да?
— Если когда-нибудь мне покажется, что моя клиентка стала жертвой домашнего насилия, что нужно будет сделать?
Руби заёрзала на стуле и с беспокойством посмотрела на меня.
— Ты думаешь, что твоя клиентка подверглась жестокому обращению?
— Нет-нет, — сказал я, протестующе подняв руку. — Просто кое-что из того, что она сказала, навело меня на мысль, что я не знаю, как нужно поступать в таких случаях.
Не совсем правда, но и не ложь.
— Даже если это будут лишь подозрения, ты должен подать отчёт после сеанса. Так бывает очень редко, но мы иногда замечаем больше, чем большинство пони. Два, максимум, три раза в год. — Руби закрыла глаза, печально покачав головой. — Пони приходят сюда, чтобы сбежать от жизни: стать центром чьего-то мира, хотя бы на несколько часов.
— А что будет после того, как я подам отчёт?
— Настанет черёд Стражи и Эквестрийской службы душевного здоровья. — Руби вздохнула, позволяя грусти немного отступить. — Сначала проводится негласное расследование, а затем при необходимости принимаются меры. Это очень эффективная программа, она здорово помогла многим жеребцам, кобылам и жеребятам.
Забрав свою таинственную посылку, я шагнул к двери.
— Рад это слышать. Что ж, пойду выпью кофе, а потом загляну в гимназиум.
Уходя, я подумал, что здорово испортил Руби настроение. Надо бы завтра сделать для неё что-нибудь приятное. Может быть, приготовить ей немного овсяного печенья с шоколадной крошкой? На ходу я распаковал бандероль и обнаружил в ней три тщательно завёрнутых здоровенных талмуда. На мгновение я растерялся, но потом прочитал названия.
“Введение в теорию магии”.
“Как зачаровывать предметы не будучи единорогом”.
“Големы: теория и практика”.
Ну ни хрена себе! Кто-то прислал мне книги по магии! Ободрав оставшуюся упаковку, я нашёл записку с личной печатью Луны:
“В этих книгах ты отыщешь знания, необходимые, чтобы поднять твой самолёт в небо”.
Прижимая книги к груди, я огляделся вокруг, словно ожидая, что кто-то вот-вот выхватит их у меня из рук. Глупость, конечно. Наверное, эти тома были прямо из публичной библиотеки. Открыв один, я посмотрел на обратную сторону обложки: конечно же, к ней был приклеен кармашек для учётных карточек. Надпись на штампе гласила: “Королевская библиотека Кантерлота".
Стало быть, это из библиотеки при колледже. Его территория была довольно внушительной, и я всегда чувствовал себя там не в своей тарелке. Мне уже доводилось доставлять почту в деканат, но у меня никогда не хватало смелости исследовать весь кампус.
Мне очень хотелось запереться в своей комнате и читать всю ночь напролёт, но мне действительно нужно было заняться упражнениями. Мне не заплатят, если меня не увидят. Направляясь к тренажёрам, я заметил одного из жеребцов Дома, флиртующего с кобылой в кафе, выходящем окнами на гимназиум. И такой жеребец был не один. Они брали не внешностью, а обхождением, и знали, как использовать свои сильные стороны.
Я взглянул на книги у себя в руках, и меня осенила блестящая идея. Зайдя в кафе, я занял самое бросающееся в глаза место, какое только сумел найти.
— Что тебе принести, Шейн? — спросил бариста.
— Чашку кофе и тот салат, который мне так понравился, — ответил я, дружески помахав Стоун Гринду. Двадцать лет назад он работал жеребцом, но занял место управляющего в кафе, как только оно открылось; с тех пор он здесь.
Отложив остальные книги в сторону, я открыл “Введение в теорию магии”.
Спустя две чашки кофе, салат и немного сладкой выпечки я начал понимать о чём написано в первой главе. Вернувшись назад на несколько страниц, я в четвёртый раз уставился в раздел о гибком приложении воли.
— Над чем корпишь? — спросила кобыла рядом со мной.
— Да вот, пытаюсь научиться магии.
Подняв глаза, я увидел высокую длинноногую единорожку, изучающую мою мини библиотеку. Её белые, цвета слоновой кости, шёрстка и грива, казалось, светились в лучах вечернего солнца. От голубых с белыми крапинками глаз было не отвести взгляд, впрочем, как и от её ног.
Всё-таки, я пробыл здесь слишком долго…
— Ты можешь пользоваться магией? — спросила она.
Откинувшись назад, я жестом пригласил её сесть рядом с собой.
— В моём мире вообще нет магии. Но так как я теперь здесь, я хотел бы немного подучиться.
Она приняла моё предложение сесть рядом, и на её лице появилась удивлённая улыбка.
— Так ты учишься самостоятельно?
— Скорее, пытаюсь. Хотя этот материал довольно объёмистый.
— И всё равно это впечатляет, — сказала она, подвинув к себе магией книгу, чтобы прочитать страницу, на которой я застрял. — Кстати, я Сильвер Лайт.
— Я Шейн. — Вновь опустив глаза, я заметил, что её кьютимаркой была открытая книга с лежащим на ней кусочком мела. — Ты учитель?
— В начальной школе, — с улыбкой кивнула кобыла. Перевернув страницу, она придвинула том немного ближе. — Сколько же лет этой книге? — Раскрыв обложку, единорожка пару секунд изучала её, а затем присвистнула. — С тех пор было уже восемь переизданий.
Она отложила книгу с озадаченным выражением на лице, и я рассмеялся:
— Вряд ли я заметил бы между ними разницу, — сказал я, возвращаясь к странице, на которой остановился. — Для меня всё это в новинку. Я пока так и не понял, о чём тут написано, — сказал я, указывая на один абзац.
— Хм… — Сильвер на мгновение уткнулась в страницу. — Это всего лишь расплывчатые представления о том, как массовое сознание может влиять на способность индивида изменять окружающий мир. Это не так важно, пока ты не доберёшься до продвинутых вещей. В последнем издании “Закон стадного разума” даже не упоминается.
— Как ни странно, в этом есть смысл. — Придвинувшись ближе к Сильвер, я перевернул страницу обратно на то место, где закончил. — Ты можешь рассказать вот про это? — Сильвер улыбнулась:
— Извлечение тонкого тела? Это просто. Вот как я обычно учу этому на уроках.