Под чужими небесами

Однажды в Эквестрии очередные заигрывания с порталом-зеркалом пошли не по плану. Дискорд попытался всё исправить, но... это же Дискорд, в конце концов! В результате Шестёрке, Спайку, принцессам Луне и Селестии пришлось узнать на собственной шкуре, каково это - быть попаданцами! Всем досталось по своему миру, и лишь спасательная команда в составе Сансет Шиммер, Старлайт Глиммер и Санбёрста сможет выручить попавших в переплёт друзей и вернуть их обратно в Эквестрию. Так. Вы же не поверили, будто Дискорд это всё случайно устроил? Не поверили же?

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Спайк Принцесса Селестия Принцесса Луна Дискорд Человеки Старлайт Глиммер Санбёрст Сансет Шиммер

Проект "Амнезия"

История о том, как вроде бы обычный пони пытается вернуть себе память всеми возможными и невозможными способами.

Другие пони ОС - пони

Ласковый дождь

Действие происходит во временной ветке войны с Кристальной Империей. История ведется от лица Рэинбоу Дэш, которая после войны приезжает жить в Понивиль.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Эплблум Скуталу Свити Белл Спайк Принцесса Селестия Принцесса Луна Спитфайр Сорен Другие пони ОС - пони Бабс Сид

Дружба

Несколько пони играют рок за своего друга.

Другие пони ОС - пони

Когда опускается ночь

Разговоры о том, о сём, о девчачьем и другом...

Принцесса Селестия Принцесса Луна Принцесса Миаморе Каденца

Гардениан

Незадолго до начала полномасштабной войны в небольшом городе объявляется таинственный южанин. Цепь последующих событий приведёт главного героя рассказа к пугающему финалу.

Другие пони ОС - пони

Симфония

Очерки из жизни одной серой земной пони по имени Октавия. Воспоминания. Немного философии.

Октавия

Непонятое

Во время путешествия со своей наставницей в небольшой южной деревеньке Кейденс сталкивается с чем-то, что не до конца понимает.

Принцесса Селестия Принцесса Миаморе Каденца

Вопросы и пути

Свити Белль, Скуталу и Эпплблум отправляются в Мэйнхеттен. Но поездка в гости к подруге может стать приключением, а реальность — сном. И кем же тогда станут сами Метконосцы?

Эплблум Скуталу Свити Белл Принцесса Луна

Вторые шансы

Не всегда поступки что мы совершаем дают повод для гордости. Не всегда уверенность в собственной правоте означает то что мы правы по умолчанию. И не всегда ошибки что мы творим можно исправить. Зачем тогда они нужны? Затем что память об этом может сделать нас лучше, сильнее и мудрее. Урок преподанный собственными ошибками ценен тем что не забывается. Старлайт Глиммер хотелось думать об этом в таком ключе. Так её жизнь до ученичества имела хоть какой-то смысл.

Твайлайт Спаркл Принцесса Селестия Трикси, Великая и Могучая Другие пони

Автор рисунка: Devinian

Игра без счета

Глава 14. Тактика, стратегия и немножко логистики

Что бывает с несговорчивыми пленниками, какие языки знают грифоны и как живут солдаты в гостях.

Глава 14
Тактика, стратегия и немножко логистики

Мы сидели у небольшого костра, разведенного Фристайлом. Рядом стояла успешно десантированная машина, а темно-зеленый купол парашюта был пущен на маскировку вертолета от любопытных глаз – ведь, все ящики пришлось бы бросить, когда мы двинули бы отсюда. Пленный грифон с иссиня-черным цветом перьев и белым цветом шерсти, сидел, повязанный по ногам и… ногам. Только треск костра разрезал ночную тишину. Патрик был в расстроенных чувствах – его опять лишили неба. Хотя, пони чувствовали себя не лучше, о чем красноречиво говорили понуренные головы и кислые мины, особенно неловко мне было видеть подобные выражения лиц у принцесс – кажется, что до этого момента, покушений на них не совершали. Да и я чувствовала себя не лучше – я впервые убила, собственноручно нажав на гашетку. Да, это была самозащита, но… А, к черту! Чертовы грифоны хотели убить меня, убить Пакки, убить Фристайла, Даркстара и принцесс, хрена с два я поступила бы иначе! Тогда, откуда такое поганое чувство?..

-Ну что, так и будем молчать? – спросила я пленника. Тот, ни сказав ни слова, отвернулся от меня. Я вздохнула.

-Послушай, чудо ты мое в перьях. Тебе повезло, что мы вообще с тобой разговариваем! Здесь не действует Женевская Конвенция и я вполне могу пустить тебе пулю в лоб и прикопать по тихом. Или, — я особо выделила это «или», — Или я могу пытать тебя так жестко, что ты будешь молить меня отпустить твою душу к Создателю, лишь бы я прекратила. Но, мы с тобой просто разговариваем. И я хочу, чтобы мой монолог сопровождался, хотя бы изредка, комментариями с твоей стороны.

-От меня вы ничего не узнаете, — прошептал грифон, явно усомнившись в моем блефе. Ну, это был не совсем блеф – уж к чему-чему, а к жестким методам ведения допроса я приобщилась не только через Голливудские боевики, хреновые, кстати.

Я взяла свой новый Смит&Вессон 44 калибра и прострелила пленнику крыло. Тот вскрикнул от боли, но ничего не сказал. Стойкий парень. Для тех, кто не знает, что такое револьверный патрон Магнум, я поясню на примере сравнения с простым патроном от ПМ. Так вот, если принять 9х18 за молоток, то .44 Магнум – это кувалда. Конечно, это не пятидесятый, но, все же, чуть меньше одиннадцати миллиметров. Я посмотрела на принцесс и, как ни странно, увидела на их лицах молчаливое одобрение. «Действительно, близкая смерть меняет наше мировосприятие…» — с горечью подумала я.

-Все – садитесь в машину. Только, аккуратно – там будет очень мало места. И пернатого не забудьте перебинтовать – а то он всю машину кровью изгадит.

Патрик достал из своей, казалось, безразмерной сумки, бинты и начал аккуратно оказывать пленному первую помощь. Господи, как же это стереотипично – плохой коп и хороший коп. Пуля прошла сквозь тонкое крыло навылет, а потому, работы было минимум. А вот взлететь грифону теперь стало намного проблематичнее. Правда, как оказалось, намного сложнее было всемером уместиться в длинный бронированый внедорожник – он хоть и был аналогом военного лимузина для бездорожья, но явно не был рассчитан на размеры двух принцесс, двух пони и раненого грифона, занимавших VIP места. Так что, получилось, как будто, кто-то запихал пассажиров под пресс и нажал на пуск.

Как сообщила принцесса Селестия, отсюда до Железной Твердыни было около ста километров бездорожья. Чтож, это не было для нас проблемой. Два часа – и мы будем на месте.

-Ну-с, двинули… — сказала я.


«Они торчат под рэйв и чем-то пудрят носы…» — голос Макаревича, раздававшийся из оккупированной мной и моей флешкой звуковой системы «Комбата» хоть как-то способствовал поднятию настроения в этой непростой ситуации. Во всяком случае, мое настроение было на высоте – я бывала и в гораздо худших ситуациях. Вот например, в 17-ом, в Балтиморе… Стоп, что-то я отвлеклась. Надо бы смотреть на дорогу.

А дорога была, одно слово, паскудная. Бездорожье кончилось, как и болотистая местность теперь, нам предстояло с черепашьей скоростью преодолевать дикие серпантины и перевалы. Честное слово, как будто ребенку дали поиграться с редактором карт к какому-нибудь Старкрафту… Высокие заснеженные пики, обледеневшие склоны и гололед на серпантине, снежинки кружатся, влекомые горным ветром, и все это приобретает какой-то, словно, магический окрас под светом полной луны. Кстати, как ни посмотрю, луна все время полная… Может, конечно, это я так смотрю, что попадаю на полнолуние. Надо будет уточнить у принцессы, есть ли тут вообще фазы луны? Если нет, можно и подкинуть идею…

-Да что ты так плетешься? – спросил Патрик.

-Ну, есть множество факторов, — зло ответила я, — Скользкая дорога, новая машина, мощный двигатель, длинная база… Но если ты заткнешься, то мне станет намного легче.

Пилот замолчал, а я продолжала с опаской плестись по горной дороге. За очередным поворотом, меня ждало избавление. На следующем пике располагался город, в полтора раза больше, чем Кантерлот. А к этому городу вел большой мост. У которого стояли пяток мирно беседовавших стражников и пушка, тридцатьседьмая, как мне показалось.

Увидев нас, стражники всполошились, опустили шлагбаум и остановили нас.

-Halt! Wer bist du? Warum bist du hier?

-Please, excuse me, but I am not speak griffin, just equestrian, — ответила я стражнику. Тот понимающе кивнул и позвал другого, видимо, знающего эквестрийский.

-Who are du and what re you need in Eisen Hochburg?

-Блин, на немецком я и то больше поняла, чем в этой каше… — прошептала я по-русски.

-О, ви говорить по-сталлионградски, ja? – воскликнул стражник, — Я говорить по-сталлионградски много лучше, чем на эквестрийски, ja, ja! Кто ви и какая ваша дела в Айзен Хотчбург?

-Bucking hay, do someone know griffin language, huh? – обратилась я к пассажирам. Через минуту, Дарк Стар объяснил стражнику и кто мы, и зачем приехали. После чего нас, чуть-ли не с почетным экскортом проводили до места расположения нашей части. И, как оказалось, не только нашей.

Грифоны, участвовавшие в учениях, были расквартированы в самом городе. Наши тоже были расквартированы в городе, но в другом квартале – если солдаты грифоны жили в верхнем городе (а как вы думали, король собрал только лучших своих солдат), то нас расквартировали в нижнем городе, где жили грифоны с достатком ниже среднего. И расквартировали там не только нас.

-Так вот, зачем вам понадобилось лететь сюда, — сказала я, когда мимо меня, дымя выхлопными трубами, проехал Т-34 со сталлионградской символикой. Как его сюда доставили, я даже не представляла, хотя догадывалась, что у пони тоже есть, подобные грифоньим, летучие корабли. Хотя, мы тоже были хороши, чего только стоит перевезенные для нас грифонами два Т-90 и несколько БМП-3. Как я помнила, севернее Железной Твердыни была Аваларская равнина, на которой и планировалось проводить большую часть учений с наземной техникой. Хотя, я слабо понимала, в чем практический смысл подобных учений – наша техника все-равно была неуязвима для любой техники грифонов или пони. Ну, может у сталлионградцев и был какой-то козырь в рукаве, да и у грифонов наверняка найдется, чем нас удивить, но это, скорее, будет исключением из правил.

Тем временем, мы приехали – на дорогах стали намного чаще попадаться земнопони и люди. А вот и наш, совместный со Сталлионградом, штаб – флаг ГРУ и флаг Сталлионграда мирно соседствовали на флагштоках, вбитых перед каким-то зданием. Откуда здесь вообще взялось столько пустого места, чтобы разместить два немаленьких подразделения, мне оставалось только гадать. Я вышла из машины и попросила Фристайла сдать пленника на попечение наших медиков – им чаще приходилось иметь дело с пулевыми ранениями, чем сталлионградцам. Хотя, все равно, привлечь кого-нибудь из грифоньих медиков в качестве консультанта по анатомии пернатых не помешало бы. Пони выгрузились и уставшие принцессы пошли к своим подданным. Даркстар где-то угробился, а Патрик побежал докладывать своему начальству. Я же пошла к своему.


Трякшин обеспокоенно воспринял весть о том, что нас атаковали грифоны. Несмотря на свой характер, он, как и все разведчики, был, в какой-то степени, параноиком. Попросив меня поговорить с пленным и обещав сообщить королю об инциденте, он отпустил меня, заодно, показав мне место, где я была расквартирована. Оказалось, что этот квартал, в основном, состоял из гостиниц, таверн и постоялых дворов, за что и был выбран королем, как место жительства для двух сотен наших и трех сотен эквестрийских солдат. Вот только, комнаты были общие – для нас и для сталлионградцев. И если, для наших ребят уже стало нормой общение с пони, то сталлионградцам это было, как минимум, непривычно, особенно, если учесть, что у нас женщин было чуть-ли не половина, в основном, среди пилотов, в то время, как у сталлионградцев военное дело считалось истинно мужской профессией, а кобылы, служившие в Комитете Гражданской Безопасности Сталлионграда (это так их армия называется) негласно считались… лесбиянками. Нетрудно предположить, что все ГРУшницы прекрасного пола тут же удостоились подобного звания со стороны «суровых северных жеребцов». И без разницы, что служили здесь не только южанки с теплых берегов Португалии и Италии, но и не менее суровые сибирские девчонки. Я, к примеру. Полковник также намекнул мне, что, по договоренностям с принцессами, во всем, что касается совместного проживания, все сожители подчиняются старшему по званию в комнате. А мне, так вообще повезло – жребий выпал так, что мне пришлось спать в одной комнате с тремя жеребцами. Один человек. Три пони. Веселье начинается.

Моих «сокамерников», к счастью, здесь не было, так что, я кинула вещи на свободную кровать. К счастью для них. Розеток здесь предусмотрено не было. Не беда – наш добрый интендант давно снабдил меня портативным переходником на 220 вольт, работавшим на магических конденсаторах. Так что, без ноутбука я не останусь. Ах, да, еще надо сказать отдельное спасибо нашим технарям, которые устроили нам линию связи с базой и раздавали файлы с нашей файлопомойки (на которой, к слову, можно было найти все, от книжек и фильмов, до образов последних компьютерных игр) по вай-фаю на весь район. Скорее всего, делали они это чисто для себя, так как, мало у кого из спецназовцев был с собой персональный компьютер, а с сотового или коммуникатора, зайти на сервер было несколько проблематично.

Разложив вещи по шкафчикам и полочкам, я переоделась и прилегла на кровать, оказавшуюся достаточно мягкой для своего вида. Правда, отдохнуть мне не дали. За дверью послышались мужские голоса, явно говорившие на русском языке.

«Приготовились…» — сказала я про себя и включила ребятам сюрприз, состоявший из отборных композиций Lumen’а. Спасибо Патрику, который настоял, чтобы я купила себе ноутбук с нормальным звуком… Голоса затихли, явно услышав посторонние звуки из своей комнаты. Дверь открылась… Прямо под идеально подошедший припев…

Мы с тобой одной крови!

Мы с тобой одного цвета!

Надо было видеть выражение их лиц, когда они увидели нагло развалившуюся на кровати девушку человеческой расы. В дверях стояли трое: все в шапках и отороченных мехом куртках (Флаттрешай не одобряет), со знаками различия имени РККА 1940 года.

-Привет, мальчики, — как можно ласковее сказала я. Жеребцы, как по команде, сглотнули и с опаской посмотрели на меня. Быстро же они достигли нужной кондиции. А теперь…

Я вытянулась по струнке и четко отрапортовала:

-Капитан ГРУ, Корнишенко Елена Дмитриевна! Прибыла в ваше распоряжение.

Я знала, что среди моих сожителей был майор, поэтому не стала нагнетать обстановку показным пофигизмом и бойкотом противоположному полу, под которым, по слухам, подписались все наши пилотессы.

-Еще одна такая на нашу голову, — сделал фейсхуф темно-серый с красной гривой.

-Да как вы вообще размножаетесь-то? – с укоризной сказал красный с золотой гривой..

Иссиня черный же предпочел отмолчаться, пристально разглядывая меня и кровать, на которой я мирно устроилась.

-Все сказали? – спросила я.

-Слезь с моей кровати, — сказал последний, мягко показав мне на соседнюю. Я пожала плечами и пересела на соседнюю кровать. А что, мне не сложно…

Пони все еще стояли на пороге, как истуканы. Я вздохнула.

-Да вашу мать растак, что вы встали, как ледяные скульптуры? Отморозили себе копыта или что-то еще? Сколько у вас там? Двадцать? Тридцать мороза?

-Вообще-то, тридцать пять, — сказал первый, — Сомневаюсь, что ты знаешь, что это такое…

-Сомневаюсь, что ты знаешь, что такое минус семьдесят… — прошептала я так, чтобы все услышали, -Минус семьдесят в течении трех дней, пока тебя ищут спасатели, а у тебя ничего, кроме драной палатки, которую продувает насквозь… И воздух режет легкие, как будто ты дышишь ледяным пламенем. Дыхание заерзает в воздухе ледяными кристаллами.

Ха, чуток приукрасить мои приключения на севере Канады, и ты уже центр внимания и почти свой человек. Ах, да, еще и на сталлионградском.

-Ты на нашем говоришь? – удивленно спросил третий.

-А почему, собственно, мне не поговорить с вами на моем родном языке, товарищи красноармейцы.

Пони заулыбались, видимо, я первая из наших вспомнил историю ЕАС и наложил ее на этот мир.

-А теперь, не пора-ли и вам представиться, товарищи солдаты?

-Старший лейтенант Моркин! – представился первый.

-Сержант государственной безопасности Резнов! – отчеканил второй.

-Майор Нокиа, — сказал третий. Я чуть не прыснула с его имени. «Интересно, его наши за глаза «кирпичом» не называют?» — подумала я, сдерживая себя. Майор нахмурился, а я решила не таить источник моей истерики и достала свой сотовый.

-Это устройство называется Нокиа… — я не выдержала и рассмеялась, — Господи, миллионы людей используют Нокию каждый день, — истерика набирала обороты…

Поддержка пришла оттуда, откуда я ее не ждала. От самого Нокии. Пара секунд – и он сам, пораженный глупостью ситуации дрыгает копытами в дикой истерике. Вскоре, к нам присоединились и двое оставшихся солдат и наша комната наполнилась искренним смехом, тем самым, который, как говорят, продлевает жизнь. Да, похоже скучно нам вместе точно не будет.


Отсмеявшись, мы потихоньку разговорились. Нокиа, не смотря на звание, был самым младшим из всей троицы. Вот только, он был боевым офицером, в то время, как Резнов был политическим офицером, а Моркин – связистом в штабе. И все трое знали друг друга еще со школы.

-Помню, Резнов всегда вступался за нас с Ноика, — сказал Моркин, — И в школе, и в училище. Потом, армия…

-И как у вас в армии?

-Кормят, поят, одевают… — пожал плечами Резнов, — Раз в неделю – в город, хотя, на наше жалование, много не погулять…

«Погулять? И это я слышу из уст политофицера?» — изумилась я.

-Вообще, я хотела бы узнать о техническом оснащении…

-Ну, это лучше один раз увидеть, — сказал Нокиа, — Так как мы работаем вместе, то, думаю, показать вам гордость отечественной оборонной промышленности не станет проблемой.

-Думаю, у нас тоже найдется то, чем можно вас удивить…

Я поведала им о наших злоключениях по пути сюда. И если для Резнова это стало поводом задуматься, то Нокиа выглядел так, словно подобное не было для него новостью.

-Ты что-то знаешь об этом, не так-ли? – спросила я его напрямую. Майор вздохнул.

-Это уже не первый подобный случай и я сомневаюсь, что он чем-то отличается от прошлых. Если вкратце, то кому-то выгодна дестабилизация отношений между грифонами и пони, а теперь, еще и с людьми. Другое дело, что подобные акты всегда заканчивались победой грифонов, а теперь…

-То есть, это просто наемники?

Майор кивнул. Я задумалась.

-Если этот кто-то пользуется услугами наемников, может, нам тоже стоит?

-Стоит, но у нас уже есть пленник. Надо его допросить. Кстати, может сделаем это сейчас?

-Вчетвером? Мы еще не так близко знакомы…

-Очень смешно, — проворчал Резнов. Нокиа захихикал. Веселый мужик, жизнерадостный.

-Так куда его доставили? – спросил Нокиа.

-Его отвезли в больницу. Кстати, где она располагается?

-В Верхнем Городе, — сказал Моркин, и, увидев мой недоуменный взгляд, дополнил, — В нижней части Железной Твердыни, все ходят к местным лекарям – они и простуду вылечат, и вывих вправят, и рану зашьют.

-Весело тут у вас… — прошептала я, вставая с кровати, — Ладно, пошли в больницу…

-Не так быстро… — сказал майор и рассказал мне о некоторых законах грифоньей столицы. Как оказалось, в Верхний Город могли попасть только те, кто умел летать, дословно, об этом написано было так: «И пусть те, кто не имеет крыл и чести, никогда не ступит на вершину Твердыни», как заповедовал легендарный строитель этого города, Цвайфейер Великий. И поэтому, Верхний Город был недоступен по земле, и именно поэтому, нас и разместили в Нижнем Городе.

-Ну, как поется в одной из песен моего народа: «Нам Сталин дал стальные руки-крылья», так что, время искать того, кто этими крыльями умеет махать…

Патрик оказался на улице. В виду отсутствия вертолета, он проводил время, бесцельно шляясь по ночным улицам красивого города. Ну, еще он успел нормально поесть, в отличие от некоторых, в том числе и меня – биты были свободно конвертируемой валютой и принимались в Королевстве Грифонов наравне с их валютой, которая я даже не знала, как называется. И поел этот чревоугодник на славу и, что бесило меня больше всего, он поел МЯСА! Нормального, не консервированного, не сублимированного, того, которое даже я, со своей немаленькой зарплатой не могла себе позволить! А здесь, оно стоило копейки – в среднем, за месяц, я получала четыре тысячи евро, что равнялось двум десяткам тысяч битов, если получать зарплату в местной валюте. Как все это высчитывалось – это отдельный разговор. Так вот, комплексный ужин у грифонов стоил всего 12 битов. 12 битов!

Но вернемся к Патрику. Этот сытый шельмец сидел на скамейке возле городского рынка и гладил по голове…

-Твайлайт? – воскликнула я, — А ты-то что тут забыла?

-Мы здесь по поручению принцессы Селестии.

-Мы? В вообще, как сюда добрались?

-Нас отвез граф Блау, — сказала фиолетовая… Ладно, фиолетовая аликорн.

Я вздохнула.

-Пакки, ты мне нужен, точнее, твои пилотские навыки.

-Зачем это?

-Попасть в Верхний Город.

Тот покрутил пальцем у виска и рассказал о собрании пилотов, на котором он был с утра. В числе прочего, земным пилотам категорически запрещалось летать над Верхним Городом.

-Типа, это создаст политический прецедент. Можно подумать, посла Эквестрии это остановило – он ведь живет в Верхнем Городе.

-Вообще-то, — встряла Твайлайт, — Посол Эквестрии – пегас, и принцессы ему доверяют, к тому же, он – один из немногих аристократов Клаудсдейла, занятый в политике всей Эквестрии. Так что, он вполне попадает под заветы Цвайфаера о жителях Верхнего Города.

-И откуда ты все это помнишь? – пораженно сказал Патрик.

-Ну, я думаю, что тебе никто ничего не посмеет сказать, — сказала я, — Особенно, если ты прилетишь туда на винтокрыле. К тому же, у тебя же дед был лордом Ее Величества королевы Великобритании Елизаветы Второй? Да и тебе, Твайлайт, тоже стоит пойти с нами.

-Знаешь, — задумчиво сказал Патрик, — Твоя версия с лордом притянута за уши. Более того, полковник дал четкий приказ – ни одного нашего вертолета не должно быть над Верхним Городом.

-А кто сказал про наш вертолет?

Патрик непонимающе посмотрел на меня. Я просто указала наверх. Над нами пролетал летучий корабль грифонов, заходивший в воздушный порт города.