Автор рисунка: Stinkehund
Бледный лунный свет Честная работа

Задания для чейнджлинга

Рано утром рыжее солнце озолотило горизонт своим светом, и Пич Блоссом прошмыгнула в амбар с тарелкой нарезанных персиков и тостом на спине, стаканом сока в копытах и твёрдой целью в голове. Пройдя в здание, она увидела, как Хэйбеас зевал, просыпаясь на своей подстилке из сена.

Улыбнувшись, Пич подошла к нему и положила тарелку с едой перед ним. Хэйбеас спросил, поделилась ли сама кобылочка с ним своим завтраком, на что та ответила, что эту порцию её мама приготовила специально для него. Без дальнейших разговоров Хэйбеас приступил к еде, чтобы утолить свой голод. Не без удивления он почувствовал, что и в этой порции тоже была любовь.

— Так значит, это твоя мама? — спросил он, закончив с персиками.

— Ага. — вздохнула Пич, грустно катая камешек по земле. — Она может быть, эм.. строгой, но лучше мамы и пожелать нельзя.

— Она меня вилами пыталась заколоть. — заметил Хэйбеас, сделав акцент на второй половине предложения. Сказав это, он торопливо откусил кусочек тоста, обронив несколько крошек. — Полагаю, пройдёт немало времени, прежде чем она изменит своё отношение ко мне.

— И ещё раз, мне очень, очень жаль, что всё так получилось. — произнесла она, глядя на его раны. — Надеюсь, твоя нога выздоравливает.

— Ну, я обновил покрытие. — сказал он, поднимая копыто и показывая слизистую субстанцию, отвердевшую вокруг перелома. — Так что если она не будет пытаться снова меня убить, всё будет в порядке.

Пич Блоссом усмехнулась над такой формулировкой, но тут же затихла. Чейнджлинг закончил с завтраком, и она собрала посуди направилась к дверям.

— Ну, мне в школу пора. Позже увидимся, мистер Бриттл. Всего доброго!

— И тебе. — ответил он. Блоссом улыбнулась и покинула амбар с мыслью, что теперь её друг точно будет в безопасности.

Когда двери со скрипом закрылись, Хэйбеас глубоко вдохнул и устроился поудобнее. Он не рассказал кобылке о том, что это её мать довела его до такого состояния. Он сомневался насчёт того, как она воспримет эту новость, и уж тем более не хотел расстраивать кобылицу, с которой были и без того напряжённые отношения.

Выдохнув, он положил голову на землю и попытался уснуть.

* * *

Персика проводила дочь в школу в Кантерлот и вернулась домой. Тихонько, словно мышка, она проскользнула в амбар и увидела Хэйбеаса, мирно дремавшего на импровизированной постели из сена. Судя по счастливому выражению его мордочки, снилось ему что-то очень хорошее. Сказать, чтобы она пожалела о том, чтобы позволить этому существу остаться в её доме — ничего не сказать.

Нервно фыркнув, она подошла к нему и дважды постучала копытом по его рогатой голове. Простонав, Хэйбеас раскрыл глаза и приподнялся. Когда его взгляд упал на силуэт кобылы в широкополой шляпе и шрамом на глазу, нависшей над ним, он испуганно вскрикнул.

— В-вы пришли... убить меня? — смог он выговорить дрожащим голосом. Персика закатила глаза.

— Не собираюсь я тебя убивать. — ответила она спокойным тоном. — Так что хватит ныть. — он подчинился, но беспокойство всё ещё не покидало его.

— Тогда зачем вы пришли сюда? — спросил он спустя секундную паузу, которая ощущалась часовым молчанием.

— Нагрузить тебя работой, чейнджлинг. Раз уж ты залечиваешь раны в моём доме, то и подчиняться будешь моим правилам.

— Не знаю, смогу ли. — грустно ответил он, опустив взгляд на сломанную ногу. — Она всё ещё болит.

— Знаю, что болит. Зато всё остальное в порядке. — ответила Персика. — У тебя ещё три здоровые ноги, да и магия вашего вида. Я не смогу присматривать за тобой весь день, так что ты, тварёныш, будешь делать свою работу хочешь ты того или нет.

— Меня зовут Хэйбеас Бриттл. — повторил он вчерашний ответ. Персику это не смутило.

— Мне всё ещё плевать.

Снова наступила тишина, прерванная вопросом, возникшем в голове чейнджлинга.

— А как вас зовут? — спросил он. — Пич Блоссом упоминала только то, что вы — её мама.

Персика немного обдумала, стоит ли давать ему эту информацию, но в конце концов пожала плечами, решив, что ничего плохого в этом нет.

— Прунус Персика. Зови меня просто Персикой.

— Х-хорошо, мисс Персика.

Хэйбеас начал подниматься на три своих здоровых ноги. Персика ждала его, указав взглядом на дверь. Боясь, что она может оказаться не из терпеливых, он поспешил подчиниться её молчаливому приказу. Персика отправилась за хромающим Хэйбеасом наружу, а там они пошли к персиковому саду. Ветер трепетал листву на деревьях, что привлекло любопытство Хэйбеаса.

На ветвях висело великое множество персиков. Какие-то из них были побольше, какие-то — поменьше, а некоторые и вовсе были ещё зелёными — очевидно, недоспелые. Потратив минуту на осмотр этой картины, Хэйбеас услышал, что Персика положила что-то на землю за его спиной. Повернувшись, он увидел огромную, размером с саму пони, корзину.

Персика поправила шляпу и скомандовала чейнджлингу:

— Сначала собери персики с деревьев. — взмахом копыта она показала ему фронт работ. — И собирай только зрелые. Наполнишь корзину — и хватит.

Хэйбеас положил здоровое копыто на корзину и осмотрелся в поисках лестницы или ещё чего-нибудь в этом духе, но не увидел ничего.

— А как мне это сделать? — спросил он. Ответом послужил раздражённый взгляд кобылы.

— Магией.

— А. точно! — Хэйбеас посмеялся над собственной забывчивостью, но кобылица этой радости не разделила. Наступила неловкая тишина, и спустя несколько секунд чейнджлинг заковылял к дереву. Пока тот подготавливался, Персика уселась на деревянный стул, который принесла с собой. Подняв стакан с чем-то вроде сока, она потянула через трубочку немного напитка, наблюдая за Хэйбеасом.

Его рог засветился бледно-зелёным светом, и аура подобного цвета появилась вокруг одного из персиков. Приложив немного усилий, он сорвал плод и аккуратно переместил его в корзину под лёгкий шелест листвы. Затем он снова посмотрел на дерево, и принялся за другой фрукт, а затем ещё и ещё отправлялось в корзину.

— Как я справляюсь? — радостным тоном спросил он, срывая очередной персик.

— Да так. Продолжай. — ответила Персика с безразличием.

Не обратив внимания на явную насмешку, она продолжал собирать урожай. В корзине было около двадцати персиков, когда спелые плоды на дереве закончились.

— С этим деревом всё! — произнёс он с счастливой улыбкой на мордочке. Напевая что-то под нос, он повернулся и увидел, что Персика поднялась со своего места и стояла прямо перед ним. Отвращение в её взгляде резало по чувствам чейнджлинга что нож по горлу.

— М-мисс Персика, я... я пониманию, что я вам не нравлюсь, но может не будете это выражать, ну... так явно? — спросил он.

— Не волнуйся насчёт этого. Просто глядя на эту ухмылочку на твоей моське, мне захотелось предупредить тебя о том, что будет, если ты вдруг захочешь предать гостеприимство моё и моей дочери. — она зарычала, сильно толкнув копытом чейнджлинга в его грудь, да так, что тот почти оступился от неожиданности. — Только подумать посмей навредить моей дочери, и пожалеешь, что на этот свет появился. И я не убью тебя сразу, о нет. Твоя смерть будет медленной и мучительной, это я тебе обещаю...

— Я... я не такой. Я никогда не буду таким. — твёрдым голосом ответил он, поднимаясь на ноги. — Именно по этой причине я покинул свой улей. Мне плевать на то, что они считают меня предателем. Мне до крысиного хвоста, если они пошлют какого-нибудь "ассассина" прикончить меня! Я просто хочу, чтобы вы мне поверили.

— Ха. Я почти что тебе верю. — сказала Персика. — Но опять же, ты ведь чейнджлинг. Не думай, что я не знаю о вашей лживости и умении манипулировать...

Хэйбеас кашлем прочистил горло.

— Мисс Персика, я хочу задать вам один вопрос. Я точно знаю, что вы были тем рыцарем, что напали на меня тогда, на дороге. Почему вы это сделали? Почему вы напали, когда я просто проходил мимо? Я бы просто прошёл мимо этого дома, и на этом бы всё и закончилось. Я бы не встретил вашу дочь, если бы вы не покалечили меня так сильно.

Персика прикрыла глаза и принялась что-то бормотать себе под нос, возвращаясь к своему стулу.

— Я могла бы сказать тебе. И я хочу рассказать. Но не буду. — взяв стакан, она снова отхлебнула из него. — А теперь назад, за работу. Ещё кучу персиков надо сорвать.

— Как прикажете, мон капитан. — ответил Хэйбеас, саркастически отдав честь, хоть и пришлось ему при этом опереться телом о дерево. С уверенностью в хромой походке он добрался до корзины и взял её в свои клыки, неся к следующему дереву. Он начал радостно собирать плоды точно так же, как и с предыдущего. Персика пристально наблюдала за ним из-под полы своей шляпы; за тем, как он с противнейшим оптимизмом выполняет её приказ по сбору урожая.

Чейнджлинги были коварными тварями, которым чужая боль доставляла лишь радость. Однако с этим было явно что-то не так. Он был жизнерадостным, помогал, да и тот факт, что он не навредил до сих пор её дочери, тупым лезвием скрёбся о её мозг. Она поверить в это не могла, но то, что она увидела за последние сутки, заставило её задуматься: а что, если он и впрямь не такой злобный, как и остальные? Что же, только время покажет.

...