Завершение работы

Завершение работы

– Ты бы сказала кому-нибудь, если бы знала, что миру вот-вот настанет конец?

Твайлайт Спаркл замерла, поднеся чашку с горячим какао ко рту, и уставилась на Кэррот Топ.

– Миру? Придёт конец?

Кэррот Топ молча кивнула. Её лицо было совершенно лишено выражения.

Твайлайт глотнула немного какао, прежде чем ответить.

– Ну, если говорить гипотетически...

– Нет, – резко перебила её Кэррот Топ и продолжила, смягчив голос: – Нет, не просто гипотетически. Пожалуйста, подумай над этим, прежде чем отвечать.

Твайлайт покачала головой.

– Но я столького не знаю. – Она поднялась на ноги и стала расхаживать взад-вперёд по библиотеке. – Произойдёт ли это мгновенно, как взрыв, или будет несколько минут, или часов, в течение которых все пони будут напуганы?

Кэррот наконец-то слегка улыбнулась.

– Мне следовало этого ожидать. – Улыбка пропала и она ответила: – Всё разом. Примерно через три с половиной часа.

Остановившись, Твайлайт повернулась к Кэррот Топ и уставилась в её зелёные глаза, переводя взгляд с одного зрачка на другой. Чашка с какао неподвижно висела в воздухе рядом с ней, окружённая лиловым магическим нимбом.

– О чём ты говоришь? – наконец спросила единорожка, понизив голос.

Кэррот Топ устало отмахнулась копытом.

– Пожалуйста, ответь на мой вопрос. Ты бы сказала кому-нибудь?

Твайлайт прикусила губу, затем снова села на подушку и устремила взгляд в окно. Она посидела так немного, разглядывая вид снаружи, в то время как Кэррот неотрывно смотрела на неё, затем вздохнула и ответила, уставившись в чашку какао, всё так же парящую рядом.

– Мой первый порыв – рассказать только нескольким самым близким друзьям. Если рассказать всем, то они либо не поверят, либо устроят панику. Пинки хотела бы знать, потому что она захочет провести последние часы, устраивая вечеринку. Рэйнбоу Дэш, наверное, захочет посетить Клаудсдейл перед концом. Эплджек захочет как следует попрощаться с семьёй. Ну а... Флаттершай просто запаникует и будет бояться за животных, потом будет бояться за нас, а потом бояться... – Твайлайт улыбнулась, – обо всём. А Рарити? Я вообще не уверена, как она примет это.

Кэррот Топ подождала, чтобы убедиться, что Твайлайт закончила, и кивнула.

– Значит, в этом мы с тобой схожи.

– Что происходит? – резко спросила её Твайлайт, опустив чашку на стол с такой силой, что какао расплескалось по лежавшему рядом свитку.

Кэррот по привычке бросилась вытирать пятна, но одёрнула себя и взглянула на телескоп наверху, потом оглядела книжные полки, взглянула на окна, на искусные завитки, вырезанные на многих предметах... наконец, снова на Твайлайт.

– Всё это пропадёт, Твайлайт. Я... – Голос Кэррот дрогнул, и ей пришлось проглотить комок, крепко зажмурившись, прежде чем продолжить. – Я не получала разрешения, и теперь они забирают вас всех.

– Я не понимаю, Кэррот Топ, – сказала Твайлайт, смягчая голос, и, обойдя стол, положила копыто на плечо земной пони. – Пожалуйста, объясни.

Кэррот кивнула и, открыв глаза, проморгала их несколько раз, чтобы очистить от подступивших слёз.

– Я знала, что тебе будет так же любопытно, как и страшно.

Твайлайт чуть кивнула.

– Продолжай.

Оранжевая пони глубоко вздохнула и уставилась на своё какао, к которому до сих пор не притронулась. Она подула на него, как будто пытаясь остудить, но так и не шевельнулась, чтобы отпить.

– Представь, что кто-нибудь, например, ты или Принцесса Луна, мог бы создавать сны и делиться ими с другими пони. Один пони, или их группа, выбирали бы параметры – что будет в этом сне, кто там будет, правила вселенной, подобного рода вещи, – а все остальные пони были бы просто гостями, вместе наслаждающимися сном.

Твайлайт приняла слова Кэррот со всей серьёзностью и размышляла над ними с десяток секунд, прежде чем ответить:

– Хорошо. Это будет очень мощная, сложная магия, но я уверена, что когда-нибудь мы сможем сделать это. – Единорожка посмотрела куда-то в незримую даль. – Кому-то придётся затратить много энергии и усилий, чтобы поддерживать такой сон в движении, пока его никто не посещает, или нужен способ хранить его...

Кэррот снова улыбнулась чуть шире, и ткнула Твайлайт носом в плечо:

– Не отвлекайся.

Твайлайт фыркнула, усмехаясь своей привычке отклоняться от темы, и кивнула:

– Хорошо, продолжай.

Кэррот открыла рот, затем снова закрыла. Она взглянула на своё какао и наконец отпила от него. Посидела секунду, затем отхлебнула побольше, слегка задрожав всем телом. Глубоко и неспешно вдохнула, собираясь с мыслями, и начала говорить:

– В моём мире мы имеем эту возможность, и это всё – сон. – Земная пони снова поглядела в глаза Твайлайт, ожидая реакции. – Так сказать.

Единорожка раскрыла рот, но несколько мгновений ничего не говорила. Наконец, она улыбнулась, протянула копыто и похлопала им Кэррот по плечу.

– Не хочу показаться снисходительной, но я думаю, что нам лучше сходить вместе к Сестре Редхарт. Стресс от уборки урожая моркови...

Внезапно Кэррот произнесла нараспев:

– Дерпивиль, изменить объект “Библиотека Твайлайт”. Прозрачность: сто процентов.

Тут же вся библиотека стала невидимой, и Твайлат оказалась сидящей под открытым небом. Она бессознательно отступила на шаг от Кэррот Топ и огляделась по сторонам. Пролетавшая мимо белая пегаска с двойной молнией на Метке, зависла в воздухе и уставилась сверху на Твайлайт, когда Кэррот сказала:

– Дерпивиль, отмена последней команды.

Библиотека вернулась. Твайлайт подбежала к одному стеллажу с книгами, затем к другому, спешно их осматривая, после чего оглянулась на Кэррот Топ.

– Что... Но ты же не единорог! – воскликнула она. – И я даже не почувствовала магии!

– Это была не магия, Твайлайт, – сказала Кэррот, опустив взгляд на чашку. – И нет, я не единорог. Я вообще не пони.

– Что ты имеешь в виду? Конечно ты пони! – сказала Твайлайт, указывая на земную пони копытом.

Кэррот покачала головой.

– Это то, как я хотела выглядеть здесь. Так же, как Лира и Бон-Бон, и Берри Пунш, и Октавия... Все они – мои друзья из реальн... – Оранжевая пони невольно съёжилась. – Из моего мира. Каждый из нас выбрал сравнительно маловажную пони, чтобы играть её роль.

– Маловажную? Что ты хочешь сказать? Все пони так же важны, как и все другие.

Кэррот снова покачала головой.

– Раньше было не так. Мы выбрали тех пони, которые обычно не играли роли в ваших эскападах, чтобы мы могли завести с вами дружбу с нуля.

Твайлайт снова уселась на подушку и уставилась на стол.

– Значит, ты говоришь, что всё это сон и что некоторые из моих друзей – это твои друзья из “реального” мира, и... – Она умолкла на полуслове, широко раскрыла глаза и резко вскинула голову. – Кто же тогда я?!

Кэррот закрыла глаза.

– Искусственный интеллект.

– Искусственный... – прошептала Твайлайт, так что её едва было слышно на другом конце комнаты. На несколько секунд между ними воцарилась тишина. – Как мне узнать, что это не какой-нибудь трюк?

– Ты бы охотнее поверила тому, что я – вернувшийся Дискорд, чем в то, что я говорю правду, – заметила Кэррот.

Твайлайт кивнула, глядя ей в лицо.

– Да, это так! – Она снова вскочила на ноги. – Так ты признаёшь это?

– Хотелось бы. – Кэррот встала и произнесла: – Дерпивиль, определить Группу А из объектов Твайлайт Спаркл и Кэррот Топ. Перенести Группу А в локацию “Кантерлотский сад скульптур”.

После короткой паузы библиотека исчезла, и две пони оказались перед статуей Дискорда у границы огромного Кантерлотского лабиринта. Твайлайт ахнула и завертелась на месте, озираясь по сторонам. Кэррот указала на статую:

– Он всё ещё здесь. Пит и Мэри хотели переиграть тот эпизод, чтобы мы помогали победить Дискорда, но идею отклонили. В концы концов, это вы, ребята, настоящие Элементы Гармонии, а вовсе не мы.

– Пит и Мэри? – тихо переспросила Твайлайт.

– Лира и Бон-Бон, – ответила Кэррот. – Ну, или их игроки.

– О, – сказала Твайлайт ещё тише. – “Игроки”. Как в игре.

– Не в игре! – Кэррот Топ обернулась к Твайлайт и увидела, что та стоит, повесив голову и уставившись на передние копыта, так что глаза совсем скрылись за чёлкой. – Нет... не просто в игре. – Она подошла и положила копыто Твайлайт на плечо. – Только лишь потому, что вы находитесь внутри... сна, мы все не перестаём считать вас своими друзьями.

– Откуда мне знать, что это не просто сон? Что я не проснусь через десять секунд и не забуду о нём десятью минутами позже? – Твайлайт посмотрела в лицо Кэррот, на глазах у неё навернулись слёзы. – Как мне узнать, что сон, а что реальность? И есть ли правда среди того, что я знаю?

– Ох, Твайлайт, прости меня! – Земная пони подошла ближе и заключила Твайлайт в объятия. Единорожка сначала напряглась, вырываясь, но потом крепко обняла её в ответ.

– Все те трудности, которые мы преодолели, – прошептала Твайлайт, – все походы, в которые ходили, все друзья, которых нашли... Всё это было ненастоящим?

– Для меня ты настоящая, Твайлайт Спаркл. Только лишь потому, что я могу взаимодействовать с тобой только здесь, ты не перестаёшь быть полноценной личностью.

Твайлайт задрожала и ещё крепче сжала Кэррот, потом повалилась на задние ноги и поглядела на статую Дискорда. На её щеках блестели слёзы.

– Я всё ещё не уверена, что всё вполне понимаю.

– Я знаю. Прости. Может быть, мне стоит... – Кэррот уставилась на пушистое белое облачко.

– Стоит... что? – спросила Твайлайт, не сводя глаз со статуи.

Кэррот покачала головой и снова положила копыто Твайлайт на плечо.

– Ну, полагаю, ты хочешь узнать больше, да?

– Да, прошу тебя, – ответила Твайлайт, посмотрев ей в глаза. – Помоги мне во всём этом разобраться.

– Я постараюсь.

---

– Ты рассказала им о мультфильме? – спросила Бон-Бон, понизив голос. Гомон в главном зале Сахарного Уголка был достаточно громким, так что их разговор оставался приватным.

– Да, – ответила Кэррот Топ. – И об игрушках, и о фильме. Но не о прошлых поколениях пони, конечно. И не о пятом.

Лира поморщилась.

– Оно и к лучшему.

Кэррот посмотрела на двух пони, сидевших перед ней.

– Никто больше не смог успеть вовремя?

– Полагаю, что нет, – сказала Бон-Бон и вздохнула. – Надо будет забрать их с собой на машине?

– Похоже на то, – ответила Кэррот.

Все долго молчали, пока Лира наконец не спросила:

– Ты потеряешь должность?

Кэррот улыбнулась и пожала плечами.

– Не знаю. Я даже не знаю ещё, будут ли они подавать на меня в суд за злоупотребление университетской собственностью и не сообщат ли к тому же о нарушении авторских прав. Так или иначе, у нас ещё примерно полтора часа.

– Спасибо тебе, – сказала вдруг Бон-Бон, – спасибо, что дала этот шанс попрощаться.

– Конечно, – сказала Кэррот, потрепав Бон-Бон по плечу. – Дружба же.

Лира топнула копытом в пол.

– Я всё равно не могу поверить, что они просто возьмут и выключат их вот так!

Бон-Бон придвинулась к ней и прижалась к щекой к её плечу.

– Я знаю.

– У них нет прав, – покачала головой Кэррот Топ. – Из-за того, что они основаны на персонажах мультика, декана было ещё труднее убедить не выключать их сразу. В глазах большинства людей – они просто кучка файлов. – Лира открыла было рот, но Кэррот продолжила, не дав ей сказать: – А если бы мы попытались их скопировать, то нам было бы гарантировано вмешательство полиции и адвокатов.

– Я понимаю! Но... Но... Аргх!

Лира снова топнула, и Бон-Бон со слезами поцеловала её в щёку.

– Может быть, нам лучше потратить это время, проведя его вместе с друзьями? – спросила Кэррот.

– Это хорошая идея, – сказала Бон-Бон, шмыгнув носом, и подтолкнула Лиру плечом. – Ты готова?

Лира сделала медленный глубокий вдох и резко выдохнула.

– Да. Идёмте.

Кэррот Топ подошла к двери и раскрыла её головой. Толпа пони, собравшаяся снаружи, взорвалась ликующими возгласами. Транспарант, натянутый над их головами, гласил:

“ДО СВИДАНЬЯ, ДОРОГИЕ ДРУЗЬЯ! ВСЕГО НАИЛУЧШЕГО И СЧАСТЛИВОГО ПУТИ!”

---

– Значит, ты спросила каждую из них, что бы она сделала, если бы миру вот-вот должен был настать конец, – спросила Лира, когда они втроём шли на север от Понивиля, – но потом стёрла у них память обо всём разговоре?

– Правда слишком горька, – сказала Кэррот Топ и слегка вздохнула. – Или это мне было слишком горько от того, что они знают правду?

Бон-Бон всхлипнула, её глаза были красными и припухшими.

– Может быть, оно и к лучшему.

Лира покачала головой.

– Ты забрала у них право выбора, – сказала она резким тоном. – Это несправедливо.

– У всех, кроме одной, – ответила Кэррот, кивнув в ту сторону, куда они шли, где в отдалении стояла розовая пони.

– Пинки Пай? – спросила Бон-Бон.

– Она приняла это лучше всех, – сказала Кэррот. – Казалось даже, что она всё это время подозревала, что мы отличаемся от остальных. Когда я спросила её, она ответила, что они с друзьями больше всего на свете захотели бы провести это время с нами.

– Значит, мы позволили самой чокнутой решать за всех? – спросила Лира угрюмо.

– И она выбрала самую большую вечеринку, какую пони только видели, – ответила Кэррот Топ. – Можно ли её за это упрекнуть?

Лира тихо пробурчала что-то в ответ. Бон-Бон прижалась к ней бочком, и мятно-зелёная единорожка затихла.

Пинки Пай ждала их на дороге, пока они не оказались на расстоянии оклика, после чего попрыгала навстречу.

– Привет, девочки! – сказала Пинки, остановившись, затем склонила голову набок. – Или “пока, девочки”?

Кэррот Топ улыбнулась и протянула ей копыто.

– Прощай, Пинки Пай. Спасибо за потрясающие проводы.

– Нет проблем! – сказала Пинки, энергично тряся Кэррот за копыто. – Мне было в радость! – Она повернулась к Лире: – Вы двое ведите себя хорошо и устройте пару вечеринок за меня.

– Обязательно, – сказал Лира и тяжело сглотнула. – Ага.

Бон-Бон низко опустила голову, на земле у её копыт стали появляться тёмные пятна от слёз. Лира бросилась к ней, но Пинки её опередила и заключила Бон-Бон в сердечные объятия.

– Не плач, Бонни! У тебя всё равно есть Кэррот, и Лира, и Дерпи, и все остальные, верно?

– Да, – пробормотала Бон-Бон, крепко вцепившись в Пинки. Казалось, что она её уже не отпустит, но некоторое время спустя всё же выпустила и отступила назад, громко всхлипывая.

Пинки обвела их взглядом и широко улыбнулась.

– Вы одни из моих самых лучших друзей. Я так буду по вам скучать!

– Нет, не будешь! – вскрикнула Лира, давясь слезами, и, отвернувшись, в конце концов разрыдалась. Бон-Бон подошла к ней и положила голову ей на плечо.

Кэррот сделала Пинки знак копытом и повела её дальше по дороге.

– Сколько ещё осталось? – спросила та сдержанным тоном, который Кэррот крайне редко доводилось слышать от неё.

– Уже всего минута.

– Я думала очень-очень сильно и кажется поняла. Ваш первый день здесь был в тот раз, когда вы втроём помогали нам справиться с пикси, да?

Кэррот Топ кивнула.

– Это было здорово. У вас троих отличная команда. У вас ведь всё будет хорошо, так?

Кэррот Топ посмотрела на горизонт.

– Да, конечно всё будет хорошо.

– Славно! – Пинки запрыгала на месте с каждым словом: – Славно, славно, славно!

Кэррот оглянулась через плечо на Лиру и Бон-Бон, стоявших на вершине холма, глядя с возвышения на Понивиль на фоне заходящего солнца.

– Мне стоило бы навестить Селестию и Луну, пока не стало слишком поздно, – сказала она.

– Уверена, если ты напишешь им очень хорошее письмо, они тебя простят!

Кэррот усмехнулась и снова посмотрела на Пинки.

– Да, простили бы, конечно.

Пинки Пай подошла ближе – так близко, что они могли чувствовать тепло друг друга – и постояла так несколько мгновений, прежде чем спросить:

– Кэррот?

– Да?

– Больно будет?

Это было не только в словах, но и в тоне голоса – то, что захватило её внимание. Кэррот Топ легко могла бы представить, что снова видит ту маленькую пони с каменной фермы, которая тревожится, что родным может не понравиться её вечеринка.

Кэррот затрясло и она с силой помотала головой, не отрывая взгляда от глаз другой пони.

– Нет, Пинки. Они могут забрать вас, но я ни за что не позволю им причинить вам боль.

– Спасибо, – ответила Пинки и вытянула голову вперёд, чтобы тронуть её мордочкой в знак благодарности.

Её нос стал прозрачным и прошёл сквозь Кэррот Топ, так её и не коснувшись. Пинки отпрянула и схватилась копытом за кончик носа.

– Ой, – сказала она, широко раскрыв глаза.

СИМУЛЯЦИЯ ПРЕРВАНА