Зимняя пора

Пролог

Было чертовски холодно. Растирая промерзшие от холода ладони, хрипя горлом, я продолжал дуть на руки, уже не обращая внимания на то, что пар по температуре уже не столько грел, сколько обжигал покрытую тонкой кромкой инея кожу. Следуя по заснеженному склону, меня не покидало чувство, как белые хлопья шквалом продолжали осыпать и жалить открытые участки тела; ноги, преодолевая изнемогающую боль, резали глубокие туннели сквозь густую пелену снега. И не было ни малейшего утешения в возникшем. Непроглядная тьма, открывающаяся за горным уступом, отдавала гулом снежной метели, и с каждым моментом тот становился все тише и тише. Не от стихающей погоды, не от отдаления от горного хребта, а от замерзающих ушей, подрагивающих в такт холодным порывам ветра. Становилось темнее, и отнюдь не из-за непо­годы или плотных, тяжёлых туч, зат­мивших лу­ну в тём­ном зас­не­жен­ном не­бе… Темнело в глазах. Прислонившись спиной к твердой горной породе, я опустился на колени, обхватив свои плечи и бока. Тяжело дыша, ощущая ледяной пар, я опустил голову и решил подумать.

Вид со склона был завораживающий: виднеющиеся сквозь густую пелену бури верхушки стоящих в десятках километрах отсюда гор блестели на фоне открывающейся на горизонте луны. В этом великолепии осветилось невообразимое: летящие вдоль склона в толстой роговой оправе зимних очков три пегаса наворачивали круги, совершая в такт ветру грациозный танец: ловко уворачиваясь от порывов ветра, те огибали густые кромки снега, летящие навстречу. Будто что-то разглядывая, в свете луны те озирались по сторонам, пока не обратили свой взор на сидящего, прижатого на уступе горы к заснеженной каменной стене сжавшегося и еще еле-еле подрагивающего от холода человека. Спикировав на край уступа, три пегаса оглянулись, изучая невиданное ранее существо. Стоящий по центру стройного телосложения пегас с голубоватой, похожей на море шерсткой своими большими изумрудными глазами изучающе смотрел на двуногое сжавшееся от холода существо. Стоящие поодаль две кобылки, вздрагивая заостренными ушками с долей сожаления переглядывались между собой.

— Девочки, летите в город. Подготовьте воздушную колесницу и ждите нас в конце хребта.
— Нет, я останусь, — отозвалась кобылка аквамаринового окраса со светлой, приподнятой гривой. — Ты не донесешь его один!
— Сюр, — откупоривая лямку на поясе, обратился пегас к стоявшей по другую сторону кобылке. — Слетаешь в город?

Выполнив жест, напоминающий воинское приветствие, та вспорхнула и через несколько секунд скрылась в метельном облаке.

Протянув небольшую флягу с едким на запах содержимым, пегас чуть улыбнувшись обратился:
— Отпей. Поверь, станет лучше.

Стоявшая до этого в беззвучном молчании пегаска, прильнула своим тельцем к подрагивающему всеми конечностями человеку и накрыла того крылом. Тело пегаса идеально аккумулировало тепло. В повседневных условиях по температуре оно ничем не отличалось от других видов, но в период суровых климатических условий срабатывал механизм, схожий с воткнутой в розетку печкой, что позволяло им хорошо переносить холода. Ощутив прижавшееся к боку мягкое тельце, слегка щекотавшее своей шерсткой от притупленных в холоде чувств, мне стало теплее.

— Он совсем холодный, — сказала та, накрывая человека своим крылом. — Поднеси флягу.
— Ничего, — начало, ранее молчавшее, тихим и подрагивающим от холода голосом двуногое существо. — Все в порядке.

В нерешительном жесте вытянув руку, тот, взяв в охапку металлическую флягу, подрагивая трескавшейся кромкой инея рукой, отпил предложенного напитка. Разлившееся по горлу тепло отдало переливающимся по телу жаром и схожей с действием кофе чуть легкой бодростью.

— Ботум, — заметив вопросительный взгляд человека ответил пегас. — Обязательный в арсенале любого пегаса настой; помогает поддерживать температуру тела и оставаться в тонусе.
— Я уже заметил… — еле улыбнувшись тот взглянул на пегаску, прижимающуюся к нему всем тельцем.- Ты очень горячая.
— Не обольщайся, — улыбнулась та, высунув язычок. — Стандартная процедура спасения замерзшего.

Вглядываясь в снежный склон, перекрикивая метель, стоявший пегас сказал:
— Пора двигаться. Флит, помоги его поднять.

Оперевшись на два маленьких, но, как оказалось, довольно крепких тельца, неведомые ранее человеку существа помогли ему подняться и аккуратно, вдоль снежного уступа, пройти до подножия горы, где уже ждала миниатюрная колесница, запряженная в два, одетых в золотые доспехи, пони-пегаса. Как оказалось, именно отсюда открывался вид на располагающиеся в далеке чуть проглядывающие сквозь метель огни города. Пройдя тогда еще чуть немного, тот бы понял куда идти, тем не менее, дойти до него без помощи вовремя подоспевших пони, ему бы не удалось.

— Садись, — обратился к человеку, обдуваемый метелью пегас с голубой шерсткой. — Я за тобой.

Убедившись, что человек уселся, тот немного переговорив с кобылками по команде, отдал честь и, сев рядом, отдал приказ взлетать.

Встречный ветер обдувал уставшее, переливающееся вселенскими страданиями лицо, вопросов возникало все больше…