Сердцу не прикажешь
Глава 2
– Скажи, ты сегодня ночью вообще спала? – прищурившись, Айрис изучал её осунувшуюся морду больше, чем протягиваемую слегка дрожащим копытом книгу.
– Конечно! – широко улыбнулась Граунд, но единорог прищурился ещё сильнее. Потом он вздохнул и мягко забрал у неё ношу. Снова посмотрел на вымученно улыбающуюся кобылку.
У неё самой мысли витали далеко не безоблачные. Весь вечер и полночи она представляла, как придёт, отдаст ему книгу… и дальше случится что-нибудь приятное. Нечто, благодаря чему их знакомство продолжится. Однако сейчас не могла придумать ни одной фразы и с холодком в хребте ожидала, как после томительного молчания они оба попрощаются… и ей больше не достанет смелости подойти к нему снова.
Мимо них через школьные ворота проходили ученики, и некоторые косились в сторону парочки; Граунд спиной, крупом и затылком чувствовала их любопытство.
– Послушай, – заговорил Айрис. – Если ты доживёшь до конца уроков, то предлагаю снова встретиться в парке.
– Хорошо! – сердце Граунд дрогнуло, спихивая с себя камень. – А чем займемся?
– Да чем угодно, – передёрнул плечами единорог. – Погуляем, поговорим о чём-нибудь… зря, что ль, ты за мной с самой зимы следишь?
Граунд застыла соляным столбом, Айрис же неожиданно озорно ухмыльнулся, показал язык и как ни в чём не бывало пошёл к зданию школы.
– Чего? – выдохнула она несколько секунд спустя, продолжая таращиться перед собой. – Чего-о-о?
– Э, подруга, хорошенько ж он вчера тебя заездил, – хлопнули крылья, и Игнис приземлилась прямо перед ней. Несмотря на сочувствующий тон, губы у неё сложились в паскудной ухмылочке.
– Чего-о-о-о?! – на разъярённый визг обернулись все во дворе и повыглядывали из окон, пока гогочущая пегаска улепётывала от пышущей праведным гневном земной пони.
Как Граунд ни старалась, она так и не смогла цапнуть крылатую паршивку за хвост, и потом до самого обеда дулась на неё и не разговаривала. И обижалась бы дольше, но трудно обижаться на подругу, которая поставила перед тобой на стол пару кексиков и молитвенно сложила передние копытца.
– И всё равно я на тебя сержусь, – заявила Граунд, разом запихнув оба угощения себе за щёки. О чём сразу пожалела.
– Ради Богини, сердись, – Игнис быстро посмотрела по сторонам, затем понизила голос и вкрадчиво спросила:
– Так что у вас было?
Возмущённо запыхтев, Граунд тщетно пыталась прожевать кексы, а пользующаяся этим пегаска продолжала:
– О чём говорили? Вы целовались? Или не только целовались? Ты к нему пошла, или он к себе пригласил?
На каждый вопрос Граунд всё яростнее мотала головой, затем прижала копыто ко рту и с усилием проглотила.
– Да уймись ты! – зло прошептала она, обдав крошками опешившую Игнис. – Мы просто вместе посидели в парке и всё!
– Почему тогда такая невыспавшаяся? – невинно спросила пегаска, и отчаявшаяся Граунд со стоном спрятала морду в копытах. И ощутила ласковое прикосновение к гриве.
– Ну-ну, больше не буду, – присев ближе, Игнис по-дружески пихнула её крылом. – Я рада, что ты набралась смелости.
– Да само как-то получилось, – вздохнув, Граунд устроила мордочку поудобнее. – Он меня сегодня пригласил ещё раз в парке прогуляться… а я не знаю, о чём говорить! – она сама услышала в своём голосе истеричные нотки. – А ещё он сказал… сказал… в общем, он знает, что я на него смотрела! Ох, если мамочка узнает!
– О чём ты? – Игнис слегка озадаченно склонила голову набок, но Граунд отмахнулась.
– Слушай, – робко сказала она. – Неужели было так заметно, что я слежу за ним?
– Ага, – прямодушно ответила пегаска. – И не только мне. Дью-Дью даже ставки принимал поначалу, правда потом дело заглохло, когда выяснилось, что ты отчаянная трусиха.
– А теперь? – сердце Граунд упало куда-то в сторону хвоста.
– А теперь я двадцать битсов выиграла, – с довольной мордой заявила Игнис, распушив шерсть на груди.
Несколько секунд Граунд тупо смотрела на неё, разевая рот, затем надулась и резко отвернулась.
– С тебя ещё два кекса, – буркнула, пока пегаска позади неё беззвучно покатывалась со смеху.
Пускай сегодня припекало не хуже вчерашнего, но промозглый ветер заставлял Граунд ёжиться и прятаться за раскидистым деревом. Отсюда она одинаково хорошо видела и школьный двор, и вход в парк, где с минуты на минуту должен был появиться Айрис.
И он появился.
– Привет, ты… – дальнейшие слова единорога заглушил пронзительный взвизг; подпрыгнув и крутанувшись с перепугу, Граунд рухнула на спину, ударившись головой о выступающий корень. В глазах вспыхнуло, от боли она заскулила и обхватила голову, позабыв обо всём на свете.
Сквозь звон в ушах она услышала возглас над собой, потом копыта подхватили её под передние ноги и помогли подняться.
– Ох… ты как? Не сильно ушиблась? Прости, не хотел напугать, – те же самые копыта принялись аккуратно отряхивать её от приставшего сора. Сморгнув слёзы, Граунд увидела беспокойно перетаптывающегося рядом Айриса и почти без перехода смутилась до потеплевших ушей.
– Всё в порядке, – она попыталась улыбнуться и отстраниться, на что единорог только покачал головой, а после встал бок о бок с ней и повел к ближайшей скамейке. По иронии, той же самой, на которой они сидели вчера.
– Мама говорит мне, что я сногшибательный жеребец – как я погляжу, буквально, – сказал он, наклонившись над ней; Граунд ощутила, как шевельнулись шерстинки на ухе от его тёплого дыхания. – Вроде бы заметных ушибов не вижу.
– Ну правда же, всё в порядке.
– Раз ты так говоришь, – он помедлил, прежде чем отстраниться. – Хочешь перекусить? Конечно, я твой вчерашний подвиг не повторю, – тут Граунд пристально уставилась на камни дорожки, – просто прихватил больше, чем могу съесть один.
Щёлкнула застёжка сумки, и на скамью между пони опустилась пара свёртков.
– Выбирай, какой хочешь, – Айрис подвинул их ближе к Граунд, и она, почти не глядя, взяла первый попавшийся. Но разворачивать не стала.
– Спасибо, – пробормотала еле слышно. – Так… ты книгу сдал?
– Ага.
– Всё нормально?
– Конечно, что такого может быть?
– Ну хорошо тогда.
Повисло молчание. Со двора неподалёку доносились голоса расходившихся с уроков жеребят, шумел ветер в листве, единорог шуршал своим свёртком, так и сяк переворачивая его в ауре. А Граунд никак не могла придумать, о чём говорить дальше.
– Так, – отважилась наконец-то она. – Насчёт того, что ты сказал утром.
– М, о чём ты? – пробормотал Айрис, пытаясь справиться с неподатливой обёрткой.
– Ну о том… что я… ну… с зимы за тобой… ну…
– А, об этом, – хохотнул Айрис, и она вжала голову в плечи, пряча мордочку за гривой. – Заметил я, точно. Ты ж в это время как раз к нам перевелась?
– Вроде того.
– Было дело. Наверное, я в первый же день тебя и увидел. Мне ещё стало интересно, откуда новенькая взялась. А дальше понял, что куда бы ни пошёл, повсюду твои копыта цок-цок за мной.
– Извини, – пролепетала Граунд, завернув и прижав подрагивающий хвост к ноге. – Я не знала, что могу быть такой… назойливой.
– Ой, брось ты! Да, сначала я твой взгляд аж крупом чувствовал… потом ничего, привык. Даже приятно стало, – с жеребячьей непосредственностью Айрис задрал заднюю ногу и поскрёб себя за ухом. – Ну… ты не назойливая, вот. Мне даже любопытно стало, подойдёшь или нет.
– Я… мне было неловко, – она словно пыталась спрятать голос за ветром. – Потом страшно.
– Мне тоже.
Прекратив выискивать несуществующие соринки в хвосте, Граунд повернулась и уставилась в бирюзовые глаза, чей хозяин спустя мгновение смущённо отвел взгляд.
– Вернее, – поправился он. – Мне было просто неудобно. Не мог же я просто подойти и сказать вроде: «Хватит за мной следить, давай встречаться».
«Дубина! – мысленно прорычала Граунд. – Я бы тебе сто раз «да» сказала!»
Потом до неё окончательно дошло.
– А ты… хотел со мной… встречаться? – она наклонилась, пытаясь снова поймать его взгляд.
– Ага. Ты… симпатичная…
Первые дни в новой школе стали для Граунд настоящим испытанием. Множество новых пони, запахов, звуков – вообще всё разительно отличалось от того места, где она училась раньше. Настоящей спасительницей для неё стала рыжая пегаска, которая самостоятельно напросилась ей в друзья – но именно сейчас она больше казалась помехой.
– Скажи наконец, что ты ищешь? – в который раз спросила Игнис, уже пофыркивая от нетерпения. – Может я подскажу, в самом деле.
– Подожди, – стоя в ведущем к спортзалу коридорчике, Граунд вытягивала шею и растерянно осматривалась. Ей показалось, что белый силуэт промелькнул как раз возле того поворота, где они стояли сейчас.
Сзади пегаска всхрапнула, но Граунд шагнула вперёд и навострила уши. Ей мерещился слабый, едва различимый дробный звук. Внезапно он на долю секунды стал громче, следом что-то стукнуло, и зацокали копыта. Из-за угла вышел тёмно-синий земной пони – и почти нос к носу столкнулся с не успевшей отойти кобылкой; на миг замер под её пристальным взглядом и, мотнув ещё влажной гривой, прошёл мимо.
Сама Граунд отмерла секундой позже и медленно повернулась, чувствуя, как наливается жаром мордочка. И увидела во весь рот улыбающуюся Игнис.
– Так-так, – довольно протянула она. – Да ты просто молодец: в школу едва пришла, а уже хочешь жеребчиком обзавестись! Аж в душевую к ним полезла!
– Н-нет! – осев на задние ноги, Граунд в отчаянии замахала передними. – Я просто ошиблась!
– Так ты кого-то другого себе присмотрела?
Ответа пегаска не дождалась: в эту секунду Граунд краем глаза заметила, как совсем с другой стороны коридора вышел тот самый белый единорог, которого она приметила ещё у школьных ворот. Тут же в её голове завертелся самый настоящий вихрь, а тело превратилось в кусок желе, по недоразумению ещё сохраняющий форму пони.
«Он! Точно он!» – появилась ликующая мысль.
– Эй, – все волосы на загривке Граунд встали дыбом, когда перед ней внезапно появилась мордочка Игнис. – Признавайся давай, кого себе присмотрела.
Чудом она сумела не подать вида – и ещё большим чудом отвернуться от единорога.
– Никого, – нарочито буркнула она. – Не присмотрелась толком.
– Давай, не робей, – игриво подпихнула её крылом пегаска. – Ты у нас симпатичная кобылка.
«Он назвал меня симпатичной. Он правда так думает».
Ветер растрепал гриву Граунд, но она не обратила внимания, продолжая смотреть на отвернувшегося и опустившего голову единорога. Она задрожала, но уже не от прохлады, а еле сдерживаемого восторга.
«Он правда так думает!»
Айрис не шелохнулся, пока Граунд сама аккуратно придвинулась к нему. В этот миг она позавидовала пегасам – как ей хотелось сейчас обнять единорога крыльями, как у них. А так лишь протянула и положила копыто ему на плечо; тут-то он дёрнулся и слегка изумлённо уставился на неё.
– Я… – она открыла и закрыла рот.
Как же давно Граунд хотела услышать это: с тех самых пор, как впервые увидела его, и весь мир для неё перевернулся вверх тормашками. Сама она не понимала, что с ней происходит; новеллы говорили про любовь с первого взгляда, Ингис – что её подруга попросту течёт по нему. А мама… мама была слишком далеко, чтобы спросить у неё совета.
Граунд должна была решить самостоятельно, сделать шаг вперёд, отступить или остаться топтаться на месте.
– Я… ты тоже… красивый, – ветер едва не заглушил её слова, но Айрис услышал их и прикусил губу, его хвост беспокойно заметался по скамейке. А сидевшая близко-близко кобылка положила уже оба копыта ему на плечи и, приподнявшись, потянулась мордочкой навстречу.
На вкус его губы оказались как ромашка. «И когда он успел откусить бутерброд?» – пронеслась непрошенная мысль, пока Граунд лёгонько прижималась ртом к его рту и тёрлась о его морду. Томительные мгновения Айрис не шевелился; несмотря на обуревавшие её чувства, сердце Граунд успело болезненно сжаться… чтобы расслабиться и застучать в следующий миг, когда он наклонил голову и ласково прижал губами её губы.
Их поцелуй продлился совсем немного, но когда они отодвинулись, то дышали как после долгой пробежки и таращились друг на друга.
– Ого… ух… – он облизнулся и вздрогнул. – Это… уфф… так разве можно… на второй встрече?
– У нас полгода предыстории, – Граунд с силой стиснула передние ноги задними, чтобы не наброситься и не задушить единорога невзначай. – Наверное, можно.
Потом она соскочила со скамьи, не в силах дальше оставаться на одном месте.
– Мы же хотели погулять?
– Ага, пройтись не помешает, – торопливо согласился Айрис. – Знаешь, нам точно надо поговорить.
И они действительно поговорили. Пока неспешно гуляли по паутине дорожек, пока сидели на берегу пруда. Все страхи Граунд исчезли. Оказалось, беседовать легко и просто – друг о друге, о своих друзьях, увлечениях; смеяться над шутками и делиться чем-то сокровенным, уютно прижавшись боками. А когда говорить не хочется, то можно снова поцеловаться.
И они целовались, уже капельку по-взрослому, потираясь языками и прижимаясь грудью к груди. Отстраняясь же, они глупо посмеивались; Граунд подозревала, что у неё самой такая же одуревшая от счастья морда, как у Айриса.
Ещё она мельком подумала, что сегодня точно загуляется.
– Далеко же ты живёшь.
Сегодня Айрис всё-таки настоял проводить её, и сейчас шёл, с любопытством посматривая на пригородные домики. Хотя его взгляд постоянно возвращался на шедшую рядом Граунд.
– Зато здесь хорошо, – улыбнулась она, словно бы невзначай потираясь о него боком, а хвостом задевая его ноги. – Тихо и спокойно.
– Ты не кажешься уставшей от городского шума, – сказал он. – Или ты жила раньше в шумном месте?
– Не то чтобы в шумном. Просто у нас дома редко когда молчат… а иногда хочется именно покоя.
– Странная у тебя семья.
– Зато любящая, – вздохнула Граунд, внезапно ощутив, что не прочь снова увидеть родные морды. – Мама отправила меня сюда, чтобы я поправила здоровье и отдохнула, набралась сил.
– Ты больна? – в голосе единорога послышалась тревога, и Граунд потёрлась щекой о его шею, успокаивая.
– Нет, ничуточки. Просто устаю быстро и… мне впрямь нужно больше покоя. Вот так я и очутилась здесь, у тетушки.
– И когда же ты вернёшься домой? – Айрис старался говорить обычным голосом, но она почти сразу поняла, к чему он клонит.
– Наверное, летом. Может, сразу после школы… или немного позже, я не знаю, – тут она смущённо улыбнулась. – Во всяком случае, у меня появилась причина… задержаться.
– Неужели? – единорог приосанился.
– Ага, столько читать задали по литературе на лето…
– Эй!
Единорог надулся одновременно с тем, как Граунд захихикала в копыто. А после тихонько взвизгнула, когда он внезапно куснул её за ухо.
– Мы можем почитать вместе, – поспешно внесла предложение, пряча глаза за свесившейся гривой.
– М-м, надо подумать, – носом Айрис отодвинул ей гриву и снова поцеловал. И Граунд не удержалась, чтобы не вернуть поцелуй. Она уже сбилась со счёта, сколько их сегодня было; но в любом случае – ровно настолько же больше, чем за всю предыдущую жизнь. Если не считать тренировки на яблоках; тогда она слопала, наверное, целую телегу, прежде чем научилась не кусаться.
Сейчас же она, не прекращая увлекательного занятия, быстро глянула по сторонам. Вроде бы ни одного прохожего, и из окон приютившего её дома никто не выглядывает. Вот и хорошо, можно продолжать.
– Пора, – с сожалением сказала Граунд минутой позже.
– Ага, – в тон ей отозвался Айрис.
– Завтра мы… тоже?
– С радостью.
Граунд чувствовала, что виляет не только хвостом, но и всем крупом, и ничего не могла с собой поделать. Напоследок Айрис чмокнул её в щёку и потрусил обратно – путь до ближайшей остановки был неблизкий. Стараясь не смотреть ему вслед, Граунд отвернулась и пошла к своему дому; уже поднимаясь на крыльцо, она поняла, что не идёт, а летит.