Автор рисунка: Stinkehund
Глава 2 Глава 4

Глава 3

К вящему счастью Граунд, тётушки не оказалось дома; в гостиной сидел только дядюшка Свирл.

– Гулёна вернулась, – добродушно фыркнул пожилой жеребец, откладывая на столик книгу. – Мира ушла в свой клуб вязания, а уж если она там с кем-нибудь языком зацепится, то раньше десяти и не жди её. Ну как там у вас, у кобыл, всё это случается.

– Понятно, – Граунд тщетно пыталась не выглядеть столь преступно счастливой. Если дядюшка Свирл и заметил, то не сказал вслух.

– Там тебе, кстати, от матери письмо пришло, я его на полку возле входа положил, – с кряхтеньем поднявшись и встряхнувшись, он направился на кухню. – Сделать тебе какао?

– Нет, спасибо, – вот теперь Граунд слегка насторожилась; обычно они с мамой обменивались открытками, но письмо – это было что-то новенькое. Неужели что-нибудь случилось дома?

В прихожей в самом деле нашёлся толстый конверт. Даже удивительно, как раньше он не попался ей на глаза; хотя почему же удивительно? Ушки Граунд снова потеплели при воспоминании, что случилось каких-то несколько минут назад.

Прихватив письмо, она сразу поднялась к себе. И перво-наперво кинулась открывать окно: от стоявшей в мансарде духоты у неё перехватило дыхание. Едва она отщёлкнула задвижку, как в створки толкнулся и ворвался внутрь прохладный, пахнущий дождём ветер. Ясное ещё недавно, сейчас небо стремительно застилалось тучами; как говорила тётушка: «Опять у летунов аврал».

Взгляд Граунд опустился на пустынную улочку: вряд ли кому могло прийтись по нраву выйти прогуляться в надвигающуюся непогоду. Только в самом конце дороги маячила одинокая белая фигурка.

Граунд удивлённо прищурилась, а фигурка тем временем торопливо шла вдоль домов, постепенно превращаясь в белого единорога. То и дело Айрис оборачивался и вертел головой, иногда вовсе останавливался и как будто прислушивался. Но никто не следовал за ним, насколько Граунд видела со своего места.

Зато он наконец-то заметил, как она смотрит из окна.

Поначалу Айрис сбился с шага и даже попятился. Но затем мотнул головой и галопом помчался к её дому, остановившись у самого крыльца.

– Эм, привет снова… – тут он замялся и снова оглянулся; Граунд воспользовалась мгновением.

– Что случи…

– Послушай, – они заговорили одновременно, и оба замолчали. Морда Айриса досадливо скривилась.

– Скажи, – всё-таки продолжил он. – Могу я ненадолго зайти к тебе?

– А… но… – к такому повороту Граунд была не готова. – Можно, но дядя дома…

– Ах ты ж, – Айрис прикусил губу. – Он будет возражать, если я зайду? Пожалуйста, я потом тебе объясню.

– Не думаю, – ей в самом деле ещё не доводилось приводить кого-либо в этот дом, и она не была уверена, как отреагирует чета Свирлов на появление у неё жеребчика. А единорог между тем несильно скрёб мостовую копытом, выдавая волнение.

– Хорошо, – наконец кивнула она. – Но не здесь. Обойди дом справа и встань под окном, я сейчас открою тебе.

На долю мгновения его брови приподнялись, но всё же он последовал её указаниям. А Граунд, ещё раз посмотрев на улочку, поторопилась вниз.

Темнело, и дядя зажёг лампу в гостиной. Спустившись в коридорчик, она украдкой убедилась, что он снова увлёкся чтением – только уши дёрнулись на скрип половиц. Затем прошла в ванную и на всякий случай включила воду; чувствуя, как сердце скачет всё быстрее, она распахнула небольшое окошко. И с писком отпрянула: не дожидаясь приглашения, единорог сначала зашвырнул внутрь сумку, а после коротко разбежался и прыгнул, ухватившись передними ногами за подоконник. Засопел и заскрёб задними копытами по стене, силясь забраться.

– Держись! – обхватив единорога за шею, Граунд потянула его на себя. Неуклюже перевалившись внутрь, Айрис упал на пол, и она немедленно закрыла окно.

– Тише! – громко прошептала. – Дядя не должен тебя услышать.

– Ладно, – проворчал он, поднимаясь и подхватывая зубами ремень сумки. – Извини за втор…

– Молчи! Сначала придём ко мне.

Выглянув из ванной, она выждала несколько секунд и осторожно двинулась обратно к лестнице и наверх. Айрис шёл за ней, послушно стараясь не шуметь. Но всё равно Граунд вздрагивала даже если он дышал чуть громче, чем следовало.

Лишь запершись в мансарде, она облегчённо выдохнула и уже несмело улыбнулась единорогу.

– Довольно неожиданно… не мог дождаться до завтра? – пошутила она. Но единорог вновь повёл себя странно: быстро пересёк комнату и встал у окна, аккуратно выглянул из-за края. Несколько секунд он не двигался, затем протяжно выдохнул и уселся на зад там, где стоял.

– Показалось, наверное, – пробормотал вполголоса и поднял уже смущённый взгляд на Граунд. – Извини, что так вышло… и рад видеть тебя снова.

– Уже соскучиться успел? – со смешком она присел рядом с ним и положила копыто ему на плечо, а единорог слабо боднул её шею. – Так что произошло?

– Сам не понимаю, – голос единорога казался спокойным, с капелькой удивления, но Граунд почувствовала его беспокойство. – Вроде бы меня кто-то преследовал. Я уже почти дошёл до остановки, когда ощутил… ну как ты за мной чуть ли не из каждого угла подглядывала.

– Вовсе не из-за каждого! – вспыхнула Граунд, мотнув хвостом, но вместе с тем провела копытом по спине Айриса. – Только когда замечала тебя.

– Смею надеяться, – он усмехнулся. – В общем, я повернулся и заметил какого-то пони… может, видела: вроде бы цвета горчицы, с красной гривой?

– М-м-м, нет, не припоминаю такого, – Граунд покачала головой, сообразив, что до сих пор не знает многих соседей, разве что кроме тех, которые порой захаживали к Свирлам.

– Ну неважно. Сначала я решил, что ему тоже надо на остановку, но по пути он свернул куда-то. Я прождал омнибус пару минут, потом увидел магазинчик и решил зайти, купить чего-нибудь пожевать. Уже внутри через витрину глянул – снова тот пони, уже стоит на остановке и смотрит по сторонам. Потом за угол шасть – и нет его. Выхожу – и опять он, только с другой стороны подходит. И главное, вроде бы смотрит и не смотрит на меня. А омнибуса всё нет. В общем… – тут единорог опустил морду, – я слегка струхнул и решил пойти обратно к тебе. И слышу, как за мной тихонько так шаги цокают!

Тут его голос дрогнул, а Граунд копытом ощутила, как напрягся его загривок.

– Может, показалось? – спросила она, поглаживая Айриса по спине.

– Не знаю. У меня потом так и не вышло увидеть его снова, только шаги слышал. Поворачивался – никого, – единорог снова выдохнул и наконец-то стал расслабляться. – Встречаются же странные пони.

– И не говори, – Граунд не знала, что сказать. Айрис не придумывал, но у него вполне могло разыграться воображение. Например, тот пони просто ходил и никак не мог найти дорогу куда-нибудь. В самом деле, ради чего следить за школьником-жеребчиком?

Потом эти мысли были плавно вытеснены другими, когда она поняла, что Айрис сидит, прислонившись к ней, полуприкрыв глаза и тихонько урча от прикосновений. Затем он повернулся и ущипнул губами шёрстку на её шее; от горячего дыхания она зашуршала хвостом по полу.

– Если хочешь, – сказала, – можешь подождать у меня, пока…

На улице заворчало и загудело в отдалении, о крышу застучали первые капли.

– …пока дождь не кончится, – закончила упавшим голосом; судя по тому, что наворотили пегасы с погодой, это «скоро» могло растянуться надолго. – Надеюсь, твои родители не рассердятся на тебя?

– Влетит, скорее всего, – подтвердил её опасения Айрис. – Обычно я предупреждаю, если собираюсь у друзей заночевать. Мама ещё ладно, а отец за хвост оттаскает и запретит на неделю пользоваться магией.

– Это как? – Граунд недоверчиво навострила уши.

– Ну… – поморщился жеребчик, повернув голову и уставившись в угол. – Он вырос в деревне и до сих пор считает, что единороги сплошь лентяи. Даже те, кто ничего кроме телекинеза не освоил толком.

Шум дождя заглушил его последние слова.

Такая откровенность ошеломила Граунд. Собственный вчерашний вопрос про телекинез теперь показался ей бестактным. А ещё признание яснее ясного говорило, что Айрис доверяет ей.

Приподнявшись, она обеими передними копытами несильно сжала ему плечи и улыбнулась, когда он повернулся обратно к ней.

– Давай поедим? – предложила, поводя носом по его щеке. – Раз уж застрял у меня.

– Ммм… не откажусь, – застенчиво признался Айрис.

– Ну, а завтра, если хочешь, схожу с тобой к твоим родителям и объясню всё, чтобы не ругали тебя.

– Ой, не стоит, – замотал головой единорог. – Ты не подумай, у меня мировой отец, просто иногда ему колючка под хвост попадает насчёт магии. К тому же, если зайдёшь со мной, то обратно тебя не выпустят…

Граунд непонятливо склонила голову набок.

– …пока свадебную накидку на тебя не наденут, – с хитрой улыбкой закончил Айрис.

Уши Граунд запылали двумя факелами. Вскочив и бросив: «Я сейчас вернусь!», она выбежала из комнаты, чуть не снеся дверь, оставив единорога сдавленно посмеиваться.

На первом этаже ничего не изменилось, и она смогла похозяйничать на кухне, стараясь вести себя как можно тише. Ей не запрещали есть когда и сколько захочется, но всё же дядюшка Свирл мог удивиться при виде размеров миски, которую она спустя несколько минут унесла к себе. Зато забурчавший по её возвращении живот Айриса явно был готов уместить всё в себя.

Не совсем так Граунд представляла первый ужин с жеребчиком: на полу собственной комнаты, поедая едва тёплое рагу из одной посуды. Хотя Айрис выглядел весьма довольным, а под конец вовсе дочиста вылизал все капли соуса. Между тем непогода и не думала стихать, наоборот, судя по звукам и видневшимся в окно проблескам, дождь плавно перерастал в настоящую бурю. Но в мансарде было тепло и спокойно; мысленно вздохнув, Граунд решила, что не всё так уж плохо.

– Знаешь, – сказал Айрис, наконец-то дотянувшись языком до попавшей на морду капли. – Я кажется, понял, почему ты стала ходить за мной.

– Почему же? – удивилась Граунд.

В ответ единорог ничего не сказал, только кивнул в сторону книжного шкафа. Она посмотрела туда же, пытаясь сообразить, чем его внимание привлекли полки, плотно забитые романами, как привезёнными с собой, так и купленными здесь.

Потом в её голове щёлкнуло, и она моментально захотела провалиться сквозь пол.

– Ну я просто почитываю их, – промямлила, отворачиваясь. – Изредка.

– Мгм, – глубокомысленно хмыкнул Айрис и неторопливо прогарцевал к шкафу. – Так… «Белленуэль», «Муки сердца», «Замок из стекла»… что посоветуешь, чтоб вечер скоротать?

– Прекрати, – пискнула Граунд, зажмурившись и закрыв мордочку копытами. Превращение жеребчика мечты во вторую Игнис стало неожиданностью; знай она, что уже сегодня он придёт к ней домой, то книги оказались бы в подвале!

А через миг он встал рядом и мягко отвёл копыта от её морды.

– Извини, – виновато улыбнулся. Граунд поморгала, смотря прямо ему в глаза и раздумывая, простить ли, обидеться или…

Как сегодня днём, она приблизилась мордочкой и крепко поцеловала его. Ткнулась языком ему в зубы и требовательно заурчала. И опять же, как днём, растерявшийся жеребчик ответил не сразу – хотя теперь отмер гораздо быстрее: раскрыл рот и ловко прижал её язык собственным, не собираясь отпускать. Даже привстал на дыбы и обхватил Граунд за спину передними ногами, давая понять, что решительно не намеревается куда-либо отпускать её.

В этом было единственное отличие от того, что они делали днём: теперь их никто не мог увидеть, и они могли не стесняться.

«Хорошо, что он пришёл ко мне», – подумала Граунд лениво и довольно, позволяя языку единорога проникнуть в свой рот.

На самой границе разума её беспокоило, как стремительно развиваются их отношения. Слишком стремительно, ведь они не так уж хорошо знали друг друга. Пригляделись, да, но не знали. Айрис казался – и оказался – славным жеребчиком, но что же будет дальше?

А дальше они целовались; пока Айрис обнимал её, она гладила его по вздымающимся бокам, взъерошивая шёрстку, и тихонько постанывала в рот. Затем почувствовала, как по щеке потекла нитка слюны, и слабо замычала, желая отстраниться.

Он позволил – и сам отодвинулся, тяжело вдохнув. Ноздри его раздувались, взгляд бегал по её мордочке, и Граунд не без резона подумала, что выглядит так же.

– Тебе нравится? – спросил он обеспокоенно.

– Да… – её сердце пропустило удар, когда она почувствовала его тревогу. – Всё хорошо, милый.

С округлившимися глазами он навострил уши, а Граунд прерывисто вздохнула.

– Можно называть тебя так?

– К этому надо будет привыкнуть, – со смутившейся мордой признался Айрис.

Отпустив её, он переступил задними ногами, пытаясь снова встать на свои четыре. Замер и наклонился, посмотрев вниз; Граунд проследила за его взглядом. После этого оба стыдливо посмотрели глаза в глаза.

– Я так хорошо целуюсь? – еле слышно спросила она, и единорог торопливо заслонился передними ногами, уставившись в пол. В комнате стало заметно жарче.

– Прости, я… не знал, – он вскинул голову, его взгляд метнулся к окну, за которым ветер швырял дождевые капли. Мысль оказаться снаружи уже не казалась ему непривлекательной.

Граунд боялась пошевелиться. «Мамочка, я же сейчас всё испорчу, – мысли носились в голове испуганным табуном. – Я же хочу этого… а он хочет? Ну хочет же, я чувствую. А если я испугаю его? Мы и так сделали за день столько, на что у других недели, месяцы уходят!»

Морда единорога снова поникла.

«Наверняка он думает, что мне противно, – сглотнула Граунд. – Может, просто поговорить с ним, успокоить? Или… А, провались всё в Тартар! – взвыла она. – Он нравится мне, нравится! Кто вообще решил, что и в каком порядке надо делать, если влюбляешься?! Сердцу не прикажешь!»

– Айрис, – сказала Граунд негромко, и уши единорога дёрнулись. – Милый, посмотри на меня.

Несколько секунд он колебался, но всё-таки поднял голову. Смотря на него, она крайне медленно протянула копыто и погладила его по ноге.

– Т-ш-ш, тише-тише, – прошептала Граунд, когда жеребчик дёрнулся. – Давай попробуем?

Оглоушенный её предложением единорог замер, открывая и разевая рот. Хлестанул хвостом по полу, заёрзал. Однако не сдвинулся с места, что внушило Граунд надежду. Она продолжала гладить его, затем надавила, попробовав отодвинуть ногу.

– Подожди… – дар речи вернулся к нему в виде лепета. – Подож… – его слова заглушил ласковый поцелуй кобылки; она оставалась всё той же робкой пони, с которой он заговорил только вчера, но теперь действовала с необычной настойчивостью.

В какой-то момент Айрис поддался – тогда Граунд, преодолев преграду, аккуратно дотронулась до его естества.

Шумно вздохнув, единорог зажмурился, а она, тепло дыша на его губы и щёку, стала водить мягкой подошвой копыта по члену, стараясь не прикасаться кромкой. Медленно, вверх-вниз. Поначалу единорог дрожал от каждого движения, но понемногу успокаивался – и вместе с тем его плоть становилась твёрже, вырастая в размерах.

Приоткрыв глаза, он встретился с тёплым взглядом Граунд.

– Тебе нравится? – спросила она, и узнав собственный вопрос, он не сдержался от слабой улыбки.

– Да… всё хорошо, милая.

Граунд лёгонько пихнула его свободным ногой.

– Поговори мне.

У неё щемило в груди от нежности к жеребчику, и больше не сдерживаясь, она поцеловала его – хотя теперь их губы самую малость соприкасались. Она любила Айриса и старалась сделать ему приятное. Прильнув к нему вплотную, грудью к груди, Граунд продолжала ласкать член; когда он ткнулся ей в живот, её дыхание сбилось, а единорог тихонько всхрапнул.

Из бархатистой плоть становилась скользкой, и копыто Граунд двигалось быстрее. Айрис сжимал зубы, постанывал в губы кобылки и пытался толкать крупом.

– М-х-х… сей… н-х-х

Единорог дёрнулся сильнее. Граунд едва успела заглушить его стон очередным поцелуем, а член плотно прижала к себе, буквально в последний миг вспомнив о половике, на котором они и сидели.

Ахнув, Айрис толкнулся – и выплеснувшаяся тёплая струя потекла по её животу.

Они оба замерли, не шевелясь, не дыша. Граунд осознавала, что теперь им не повернуть, но это – потом, а сейчас её переполняла любовь и нежность. Прервав поцелуй, она толкнула носом нос жеребчика – и получила в награду полный смущения и восторга взгляд бирюзовых глаз.

– Ох… это…

Внизу хлопнула дверь и раздался хорошо знакомый голос: «Я дома!»

– …тётушка пришла, – охрипшим голосом закончила Граунд за единорога.

Читать дальше

...