Автор рисунка: BonesWolbach
2

3

Эрли сомневалась, что поступила правильно. Конечно, у нее были все основания злиться на Дикси, но могла ли она вот так просто наплевать на давнюю подругу? Да, да, не такая уж она и подруга, но все равно. А если Дикси начнет искать ее по всему кораблю, и пока будет искать, с ней что-нибудь случится? А ведь обязательно случится. «Я не прощу себе этого! – терзалась Эрли. – Но может… я преувеличиваю? Будет ли Дикси в самом деле искать меня? Нужна ли я ей? Почему она вообще появилась здесь спустя столько лет?».

Услышав чавканье под ногами, она отвлеклась от мыслей и обнаружила себя посреди небольшого помещения. Она так глубоко задумалась, что даже не обращала внимания, куда идет, безвольно следуя за Шилдом.

В помещении было мало света и много бардового, на секунду Эрли даже подумала, что попала в комнату, где проявляют фотографии – но тут же вспомнила, что это медицинская палуба «Соляриса» и проявлять фотографии тут некому и незачем. Что касается бардовых оттенков, преобладающих в картине перед глазами, то до Эрли уже дошло, что это кровь. И не только кровь: внутренности висели на полках, словно серпантин, конечности валялись тут и там, отдельно от тел. Эрли стало плохо, взгляд то и дело натыкался на чьи-то части тел, будь то оторванное ухо или раздробленное копыто. Спасение было только одно – закрыть глаза. Вонь, стоявшая в помещении, стала последней каплей. Однако Эрли не вырвало – желудок был пуст. Прокашлялась, она утерла слезящиеся глаза и постаралась взять себя в копыта.

С кислым видом Шилд ковырялся в ящиках и обыскивал полки. Мешавшие поискам конечности он магией брезгливо отшвыривал в сторону. Шлеп, шлеп – слышалось то и дело. Пересилив себя, Эрли тоже занялась поисками. Она нашла покрытый кровью баллончик медицинского геля – увидела его только благодаря выскочившему перед ее носом голографическому уведомлению. Спрятав баллончик в карман халата, она обратила внимание на хирургический столик, на котором блестел кристалл. Видя, что Шилд все роется в ящиках, она решила потешить любопытство. ИКС распознал кристалл и высветил перед ней текст.

Это была история болезни пони по имени Сандерхуф, который из-за несчастного случая во время обработки руды лишился передних ног. Рядом никого не оказалось, чтобы помочь, а сам он потерял сознание. Отсеченные конечности были заморожены стазисом и доставлены вместе с пострадавшим сюда, на медицинскую палубу, но слишком поздно, чтобы их можно было пришить на место. Несмотря на большую потерю крови, Сандерхуф выжил, о чем, правда, вскоре начал жалеть. Впрочем, о его депрессии стало известно только после того, как он попытался свести счеты с жизнью, наглотавшись обезболивающих. Как он получил доступ к таблеткам – так и не выяснили. На этом история его болезни заканчивалась. И она была странной, потому что Эрли не слышала о ней, хотя несчастный случай произошел аж месяц назад. Почему никто не известил ее? Она могла бы помочь несчастному…

– Нашла что-нибудь? – раздался голос Шилда за спиной.

– Да, немного медицинского геля.

– Хотя бы так.

Следуя за нитью-навигатором, утопающей в кровавых лужицах, пони вышли из помещения. Эрли чувствовала себя так, будто искупалась в ванне из чужих внутренностей. И это было и не так уж далеко от правды.

Спустя некоторое время пони остановились: дорогу преграждала сломанная железная дверь, у которой отсутствовал голографический замок. Шилд попытался приподнять ее магией, но не смог.

– Мне уже начинают надоедать эти двери, через которые нельзя пройти, – ворчал Шилд. – Знаю, корабль старый и все такое, но это был единственный путь. – Он в сердцах топнул ногой. – Все, нет никаких обходных дорожек! Мы застряли.

– Попробуем еще раз, – сказала Эрли. – Я помогу.

Они изо всех сил силились поднять дверь, Шилд вдобавок воздействовал на нее магией, но бесполезно. Единственное, в чем они преуспели, – так это в напрасной растрате сил.

– Говорю же, – вздохнул Шилд.

– Нужно попытаться еще раз, – твердо сказала Эрли.

– Это так не работает. Хоть ты тысячу раз пытайся, дверь не поддастся. – Он выставил копыто перед собой как раз в тот момент, когда Эрли хотела возразить. – И я не ною. Дай подумать минутку.

К слову, Эрли не собиралась обвинять охранника в нытье. Она терпеливо выждала минуту, наблюдая, как Шилд нарезает круги перед дверью и что-то бормочет. Затем он резко остановился и посмотрел на Эрли.

– Что? – спросила она.

Шилд показал на вентиляционную решетку чуть дальше по коридору.

– Нет, плохая затея, – запротестовала Эрли, – это самоубийство! Ты что, не видел, откуда вылезают чудовища?

Шилд пожал плечами.

– Я не вижу других вариантов. Может, ты видишь?

Ничего кроме молчания в ответ Эрли не смогла предложить.

– Я сам не в восторге, – сказал охранник. – С радостью бы выбрал другой путь, если бы он существовал. – Его пробрала дрожь, но он выглядел решительным.

Пони подошли к вентиляции. С помощью магии Шилд снял защелки и аккуратно поставил решетку на пол, не издав ни звука. Эрли вглядывалась в черноту шахты, и ей становилось все больше не по себе.

– Ладно, я иду первым, – Шилд полез в вентиляцию, держа перед собой резак. Мягкий свет обрисовал хитросплетения многочисленных труб и постепенно стал удаляться.

Поколебавшись, Эрли полезла следом. В шахтах было тесно, ледяные стены давили на плечи и бедра. Она невольно задумалась, как монстры догадались передвигаться по вентиляции. Они вообще в состоянии до чего-либо догадываться? В том смысле, что они ведь умерли, не мог же их мозг сохранить часть мыслительных функций? Или все-таки мог? К слову, монстры очень даже резво передвигались. Нельзя было исключать, что их мозги не омертвели окончательно.

…И это плохая новость.

– Ты знаешь, куда мы движемся? – шепнула Эрли.

– Не имею ни малейшего понятия, – нервно ответил Шилд. – У меня нет карты вентиляционных шахт, да и вряд ли она есть у кого-то, кроме тех, кто обслуживает эти шахты.

– Отлично, – пуще помрачнела Эрли.

– Эй, кто не рискует, тот не пьет сидр, помнишь?

– Не увлекайся. Может, в этот раз нам и повезет, но если тебе еще раз взбредет в голову проверять нашу удачу таким образом – я лучше пойду одна.

– Я знаю. Просто пытаюсь разрядить обстановку. – Едва договорив, Шилд резко остановился и выключил фонарик на резаке. Эрли застыла и насторожилась. Вслушалась. Гудят стены. Гулко бьется сердце. Где-то высоко над головой зазвенели трубы, как будто кто-то ударил по ним чем-то металлическим. Застыв, словно статуи, пони ждали, что грохот повторится вновь. Тишина звенела. Одной Селестии известно, сколько они так простояли.

– Как думаешь, оно ушло? – тихо спросила Эрли.

– Откуда мне знать? – отозвался Шилд.

Осторожными шажками они двинулись дальше. Охранник держал резак наготове и внимательно всматривался вперед. Эрли то и дело оглядывалась, хотя в густой темноте, следовавшей за ними, было невозможно что-либо разглядеть. Тело ныло от усталости и стен, которые как будто становились все ближе и ближе друг к другу. И это было тесно ей – что уж говорить про Шилда.

Однако через пару десятков их мучения метров закончились. Пони поглядели на выломанную решетку. Стараясь не пораниться о торчащее железо, по очереди вылезли из вентиляции.

Они попали в комнату с множеством коек. Пол усеивал пух; подушки, матрасы и простыни лежали в полном беспорядке, многие из них были изорваны в клочья. На стенах алели лепестки крови. Но монстров тут, вроде как, не было. Внимание Эрли привлекла куча одеял в углу комнаты рядом с капельницей. Они выглядели целее остальных и кровь их практически не запачкала. Шилд как раз проходил мимо них, как вдруг они зашевелились.

– Берегись! – воскликнула Эрли, когда из-под кучи одеял выпрыгнула пепельная пегаска со скальпелем в зубах. Она повалила Шилда на пол, лезвие застыло в опасной близости от его горла. Мгновение – и враждебность на мордочке незнакомки сменилась растерянностью, она выронила скальпель из зубов и резко, как ошпаренная, взмыла к потолку, позволяя Шилду подняться.

– Святая Селестия, – проронила она, – ты не один из них.

– И тебе привет, – Шилд потер шею.

Теперь она заметила Эрли.

– Как вы здесь оказались? Я не слышала, чтобы дверь открывалась, – она уставилась на вентиляцию, – неужели вы…

– Ага, – кивнул Шилд.

Пегаска успокоилась и опустилась на землю. Зашипела от боли и поджала правую заднюю ногу. С сожалением поглядела на опухлость чуть ниже колена.

– Мне прищемило ногу дверью, когда я спасалась от чудовищ, – пояснила она.

– Что, Эрли, используешь драгоценный гель на незнакомку? – равнодушно спросил Шилд.

Эрли не успела возразить, потому что это сделала пегаска.

– Боюсь, баллончик геля здесь не поможет. Я чувствую, что кость надломилась. Конечно, гель уберет опухлость, но его будет не достаточно, чтобы срастить перелом. У меня все еще есть крылья, так что не вижу проблемы походить пока что на трех ногах.

– Ты работаешь здесь? – спросила Эрли.

– По крайней мере, работала. Я была медсестрой. Почему ты вдруг спросила?

– Сандерхуф – тебе знакомо это имя?

Пегаска кивнула:

– Да, я слышала про Сандерхуфа и то, что с ним произошло. Бедняга. И дурак. Будет знать, как нарушать технику безопасности. Больше ничего не скажу, ухаживала за ним другая медсестра.

– Не замечала каких-нибудь странностей до того, как все случилось?

– К чему этот допрос? – вопросил Шилд, роясь в рваном белье.

Эрли хотела понять, что творится на корабле. Если охранник думает, что это не поможет им выжить, то он глупец.

– Страннее того, что происходит сейчас, точно ничего не было. – Пегаска вдруг сощурилась, как будто от яркого света. В комнате и вправду было очень светло. – Не пойму, я тебя видела раньше, что ли… – Она протерла глаза, продолжая хмуриться.

– Не знаю, – сказала Эрли. – Я психолог, работаю в отсеке экипажа.

– Значит, это был кто-то похожий на тебя. А может, я что-то путаю. Извини, в голове каша, а не мысли.

– Ну, вы там закончили? – нетерпеливо вопросил охранник, задвинув ящик комода. – Сколько еще вы собираетесь трепаться?

– Он прав, – согласилась пегаска. – Недалеко от медицинской палубы есть спасательные капсулы. Я знаю, как к ним попасть.

– Я тоже знаю, – фыркнул Шилд, – но в наши планы постоянно вмешивается фактор неожиданности.

И как будто в подтверждение его словам, свет ламп померк. Или вернее сказать, его застелила огромная летучая мышь, нависшая над кобылами. В следующий миг голова пегаски треснула, будто переспелый арбуз, оросив Эрли мерзким содержимым. Затем она услышала, как бахнул резак, и, сообразив, что дела плохи, стрелой вылетела комнаты. Обернувшись через секунду, она увидела чуть позади перепуганного Шилда, сжимающего резак в зубах, и монстра, гонящегося за ними. Что самое ужасное, монстр не забыл, что пару мгновений назад был пегасом и с помощью крыльев быстро сокращал дистанцию.

Охранник догнал и обогнал Эрли. В тот же момент в ее голове созрел план: замедлить монстра стазисом, срезать крылья резаком. Вот только, сориентируется ли Шилд?

– Помоги! – закричала она во все горло, не придумав ничего лучше.

Охранник услышал ее, затормозил всеми копытами и развернулся, приготовив резак для стрельбы. Но монстр ни с того, ни с сего ускорился: проигнорировав ближайшую цель, он молнией рванул к Шилду. Эрли никак не ожидала, что монстр провернет такой трюк, и на секунду опешила. Этой секунды оказалось достаточно, чтобы монстр отдалился на дистанцию, с которой в него нельзя было попасть стазисом. Но Эрли не желала признавать, что ее обхитрило мертвое и безмозглое – в буквальном смысле – существо.

Шилд и монстр уже были далеко. Охранник отстреливался на бегу, и так получилось, что плазма угодила в металлическую подпорку, что удерживала громоздкий ящик под потолком, и расплавила ее. Эрли среагировала и выстрелила, но опоздала на секунду. Заряд стазиса угодил в ящик, который плавно, без грохота опустился на пол и перекрыл собой коридор.

Упершись в преграду, Эрли слышала, как Шилд убегает прочь. Она безвольно глядела на ящик, пока звон копыт не стих вдалеке. Разум переполняла паника. Что же теперь делать? Прежде всего, надо уходить отсюда – на шум могут сбежаться монстры. Она попыталась успокоить себя тем, что у нее остался еще один заряд стазиса, но помогло это слабо. Она была как на иголках и вся дрожала.

Эрли даже не смотрела куда идет, просто в один момент почувствовала, что должна найти укромный уголок и хотя бы на несколько минут почувствовать себя в безопасности, иначе никогда не успокоится. Так она оказалась в кабинете главврача.

Первым делом Эрли осмотрелась. К большому облегчению, она не обнаружила на стенах вентиляционных решеток, вход сюда был только один – через дверь. Она стала думать, как закрыть ее. Глаза наткнулись на терминал на офисном столе.

Терминал отказался пускать непрошеную гостью в систему без пароля. Эрли это не остановило. Немного покопавшись в ящиках, она нашла квадратик бумаги с цепочкой символов. Пароль был длиннее, чем день в летнее солнцестояние, и его бы никто никогда не подобрал, если бы только хозяин терминала не оказался альтернативно одаренным и не свел все старания службы безопасности на нет. Впрочем, ей не на что жаловаться.

Поглядывая то на дверь, то на бумажку, Эрли напряженно вводила символы. Терминал проглотил пароль и задумался, как будто смакуя его, а затем пустил в систему. Как закрыть дверь она выяснила быстро – на рабочем столе для этого находился специальный ярлык. Когда на двери загорелась медная голограмма «Закрыто», Эрли, наконец, облегченно вздохнула.

Но чувство легкости тут же улетучилось, когда она подумала о Шилде. Ей стало гадко от того, что он не разделит с ней блаженных минут спокойствия. Она даже не знала, жив ли он еще. А еще она все еще не имела понятия, что делать дальше. То есть да – надо найти капсулы, но как?

– Селестия, смилуйся надо мной, – прошептала Эрли.

Вспомнив, что у нее теперь есть доступ к терминалу не абы кого, а самого главврача, она стала рыться в почте. И да, это оказалась целая кладезь информации, как она и предполагала. Диагноз главврача подтвердился: нужно быть клиническим идиотом, чтобы хранить подобные письма в папке без пароля, да еще с пометкой «Важно». Это все равно, что нарисовать на себе мишень.

Эрли узнала про необычные драгоценные камни, найденные в недрах Эквестрии VII. От обычных они отличались тем, что заставляли клетки стремительно делиться, а ткани – регенерировать на глазах, если использовать их с определенными медицинскими заклинаниями. Напоминает улучшенную версию всем известного медицинского геля. Капитан собирался сообщить об открытии принцессам, но… Но почему-то передумал в последний момент, сославшись на то, что нужно провести больше опытов. Эрли так и не нашла прямых намеков на это решение в письмах.

Следующая пачка писем рассказывала про «передовую терапию» с применением тех самых камней. Начав с братьев меньших и получив удовлетворительные результаты, исследователи вскоре перешли на пони. Стать первым подопытным дал согласие шахтер, не так давно лишившийся передних ног в результате несчастного случая. Попался, Сандерхуф. Увы, но Эрли так не нашла, к чему привели опыты. Похоже, главврачу все же хватило ума держать это в своей голове, а не в терминале. Разочарованная этим фактом, она покопалась в почте еще немного, но ничего интересного больше не нашла.

Отойдя от терминала, она снова осмотрелась, на этот раз внимательнее. С дверью не случилось ничего неожиданного, и на ней все еще горела медная надпись. На стене справа бледнели крупные буквы «СЛР», а в дальнем углу, как будто не к месту, стоял горшок с молодой пальмочкой. Кондиционер молчал, здесь было на удивление душно – хотя то, наверно, Эрли еще не до конца остыла после беготни. Взгляд скользнул дальше. Она увидела диван, обитый тканью, и сидящую на нем кобылу.

– Наконец-то, – произнесла Дикси, – ты заметила меня. – Она глянула на часы над дверью. – Понадобилось-то всего полчаса, хотя я сижу практически перед твоим носом.

Когда удивление выпустило Эрли из цепких объятий, она спросила:

– Как ты сюда попала? Дверь закрыта!

– О, это просто. Я уже была здесь, – с мягкой усмешкой ответила Дикси. – Ты была слишком рассеяна, чтобы заметить меня.

– И все это время ты молчала? – выгнула бровь Эрли.

– Не хотела мешать тебе копаться в чужих тайнах, – развела копытами Дикси. – В конце концов, мы не виделись Селестия знает сколько лет. Подумаешь, еще полчаса.

Эрли неотрывно глядела на Дикси, которая, в свою очередь делала вид, что с интересом рассматривает обстановку кабинета. Как будто за прошедшие тридцать минут она не насмотрела вдоволь. Обида, злость и радость от воссоединения смешались в сердце Эрли, забурлили и выплеснулись наружу вместе со словами:

– Где ты пропадала, Дикси? Почему ты исчезла, ничего мне не сказав, а теперь появилась вновь? – она хотела сказать это громче, гораздо громче, но кричать было чревато.

– Да, об этом, – Дикси виновато потерла шею. – Я была за пару лямов световых лет отсюда, на другом потрошителе. Меня перевели сюда совсем недавно. Буквально за неделю до этой… эпидемии. Я и не знала, что ты тоже здесь!

– За столько лет ты ни разу со мной не связалась, – Эрли пыталась увидеть глаза Дикси, но та их спрятала, понурив голову. – Не очень-то и хотелось, да? Перевели на «Солярис» неделю назад – думаешь, я в это поверю? Бред сивой кобылы.

– Но я здесь, прямо перед тобой! – Дикси спрыгнула с дивана и посмотрела на Эрли блестящими глазами. – Я плохая подруга. Ты права. Но прошу, отложи обиды на потом, сейчас есть дело поважнее!

Эрли презрительно фыркнула.

– Ты запоздала с извинениями, дорогуша. Лет так на пять. Ты прекрасно знала, что я почувствую, если снова останусь одна. Но это тебя не остановило. Я даже не хочу спрашивать, почему ты так поступила. Ты все равно солжешь.

Дикси это вывело из себя.

– Значит, для тебя дружба – это постоянное напоминание о себе, присутствие рядом, как у слуг, да? Какая же ты все-таки эгоистка, и годы тебя совсем не изменили. Тебя не посещала мысля, что твои проблемы были из-за тебя самой?

– Да ты просто оправдываешься! – задохнулась Эрли от возмущения.

– Я уже признала свою вину, – спокойно ответила Дикси. – А вот ты вдолбила себе в голову, что являешься жертвой судьбы-злодейки, которая постоянно оставляет тебя одинокой. – Она вздохнула: – Я жалею, что не сказала тебе это раньше. Жеребец, который с тобой… Шилд, верно?

– Откуда ты знаешь, как его зовут?

– Пересеклись разок, – тут же ответила Дикси. – Он, наверно, меня и не запомнил даже. Неважно. Вы разминулись, но ты собираешься найти его, так? – она была слишком проницательна, и Эрли это начинало пугать. – По твоим глазам видно, что да. Брось эту затею. Предположим, что он еще жив – думаешь, он станет искать тебя? Нет. Он побежит к спасательным капсулам.

– Шилд не станет… – попыталась возразить Эрли, но ее перебили.

– О да? – резко спросила Дикси. – Хочешь сказать, что знаешь его лучше меня?

Она была права. Эрли не знала Шилда и могла только надеяться, что он окажется порядочным пони. Но о какой порядочности речь, когда вокруг творится ад?

– Ну а ты? – выпалила Эрли. – Я думала, что знаю тебя.

– Слуш, давай закончим препираться? Смотри, мы уже десять минут потратили на это!

– Так не стоило появляться, – бросила Эрли. – И не было бы этого разговора.

– Я хочу помочь тебе, коза ты твердолобая! – Дикси раздраженно топнула ногой. – Ты в опасности. Большой опасности!

– Прямо открыла глаза, – Эрли вернулась к терминалу.

– Ты не можешь уйти одна, – Дикси старательно подбирала все новые и новые аргументы. – Я знаю медицинскую палубу, как свои четыре копыта.

Эрли посмотрела на нее укоризненно.

– Неделю здесь, и уже все знаешь?

– У меня хорошая память, – нашлась Дикси. – Почему этот Шилд тебя так заботит?

– Он не предавал меня, в отличие от некоторых. И он был единственным, кто прибежал ко мне на помощь, когда я была одна. – Эрли нажала на ярлык. Голограмма на двери побелела, замок был снят.

– Как еще мне тебя убедить? – В голосе Дикси, кажется, послышались нотки отчаяния. Возможно, она все-таки не врала, когда говорила, что хочет помочь.

– Никак, – отрезала Эрли. – Я иду искать Шилда, согласна ты с этим или нет. Ты неплохо справлялась без меня все эти годы, так что не пропадешь и сейчас. – Она думала, что после этих слов Дикси наконец-таки сдастся и согласится пойти с ней, однако та оставалась неподвижна и молчалива.

Эрли ощутила укол вины под сердцем. Возможно, ей стоило извиниться, но она не стала ничего говорить. Когда она дошла до середины кабинета, ее остановил меланхоличный голос Дикси:

– Возьми хотя бы это. Мне будет чуть спокойнее. – Она указала на полку подле горшка с пальмой. Встав на дыбы и опершись передними ногами на стену, Эрли подхватила зубами небольшой предмет. Это был кинезис-модуль. Немного повозившись, она закрепила его на той же ноге, что и стазис-модуль, только чуть повыше. Взглянула на грустную Дикси.

– Спасибо, – промолвила Эрли. Ну вот, теперь она чувствует себя злопамятной дурой. Потому что так и есть. – Мы могли бы найти Шилда, а потом вместе отправиться к капсулам.

– Я не хочу так рисковать, – едва слышно ответила Дикси. Она выглядела опустошенной. – И еще… Ай, неважно. Все равно ты не послушаешь. Или вообще не поверишь.

Так и есть. Раньше бы Эрли безоговорочно доверилась Дикси, но не сейчас. Дикси, которую она знала, не попросила бы бросить другого пони в беде. Эрли молча вышла из кабинета. Дверь за спиной опустилась. Она мгновенно ощутила, как возвращается холод, напряжение змеей обвивает тело. Тишина заложила уши. Она сделала глубокий вдох и медленно выдохнула. Это ни капельки не помогло.

***

Эрли вернулась к тому месту, где она разминулась с Шилдом. С помощью кинезиса подняла ящик и поставила его позади себя, ненадолго почувствовав себя всемогущей. Оказывается, чтобы передвинуть стокилограммовый предмет, необязательно быть мускулистым жеребцом или единорогом.

Открывшийся взору коридор усеивали пегасьи перья и чешуйки остывшей крови. «Надеюсь, с тобой все в порядке, Шилд», – подумала Эрли и пошагала по кровавому следу. Через несколько сотен метров она попала в просторный зал, в котором царил полный беспорядок: столы и стулья были перевернуты, на полу валялись хирургические инструменты, помятые стоматологические лотки и раздавленные шприцы – точно здесь в панике пробежал целый табун. На стене, рядом с изорванным флагом Эквестрии, она обнаружила ровную черную линию. Не иначе как плазма, прожегшая металл. И хотя эта находка еще ничего не значила, Эрли воодушевилась. Она была на верном пути.

Бусинки крови блестели в свете ламп. Теперь они были совсем свежие. На двери, ведущей в лабораторию, алел чей-то отпечаток копыта. Поблизости не было окон, чтобы проверить, что внутри лаборатории, а значит, Эрли предстояло рискнуть. Она не знала, отличается ли внешне кровь монстров от крови пони – за дверью мог оказаться кто угодно. Или вообще никто.

Набравшись смелости, она нажала на голограмму. Дверь открылась, и Эрли увидела небольшое чистое помещение, заставленное разнообразными приборами непонятного назначения. По ледяному полу тянулись кровавые следы и заворачивали за стол, на котором выстроились ровные ряды пустых пробирок. Осторожными шажками она прошла по следу, заглянула за стол и ахнула.

Шилд выглядел паршиво. Полоска здоровья ИКС’а на его спине опустилась до одной трети нормальной длины и горела оранжевым. Он побледнел; не похоже, что он видел или слышал Эрли, но, видимо, почувствовал ее приближение: ослабшим копытом он потянулся к резаку с пустым боезапасом, но никак не мог пододвинуть его к себе. Другим копытом он зажал кровоточащую рану на боку.

Эрли не теряла ни секунды. Она открыла баллончик и вылила медицинский гель на рваную рану Шилда, предварительно убрав его копыто. Охранник поморщился от боли.

– Это я, – сказала она негромко, – не бойся.

Шилд больше не тянулся к резаку. Прошло несколько минут, и его рана практически затянулась. К нему вернулась ясность сознания, но он все еще был слаб.

– Я уже не надеялся, что выживу, – промолвил охранник. – Монстр здорово цапнул меня… Если бы кто-то не отвлек его стрельбой, загрыз бы меня еще там. Неужто это была ты?

Эрли помотала головой и рассказала, что случилось с ней, но умолчала про Дикси. Все равно их отношения не касались его.

– Я пытался найти гель или бинты, но… ты видишь, не успел. Я не рискнул вызывать тебя через ИКС… потому что, кто знает, возможно в тот момент ты пряталась от монстров, а я… Видеть бы мне вечные сны, если бы не ты. – Шилд потрогал рубец. – Круто, что ты раздобыла кинезис-модуль. Ты теперь практически как единорог. Мне, к счастью, не надо обвешивать себя железками, чтобы творить магию, хе-хе.

Эрли закатила глаза.

– Ну и много заклинаний ты знаешь? Я пока видела только левитацию. И ты… – она хотела припомнить, что он, будучи единорогом, работает охранником, но вовремя остановилась, поняв, что это будет слишком. Прочистила горло. – Раз ты в состоянии шутить, значит тебе уже лучше.

– Дай минутку отдохнуть. – Полоска здоровья Шилда поднялась выше по спине и стала синей.

Пока охранник восстанавливал силы, Эрли обыскивала лабораторию.

– У меня вопрос, Эрли, – кашлянув, сказал Шилд.

– Угу, – она выдвинула ящик. В нем оказалась упаковка бинтов. Вскрытая и пустая. А она уже было обрадовалась.

– Если бы я был на волосок от смерти, гель бы мне не помог, правильно?

– Правильно.

– В таком случае, мне повезло, что ты пришла до того, как я истек кровью.

– Баллончик с гелем, который спасет тебя от неминуемой смерти, помечен красной этикеткой. Если найдешь, хватай не думая. Концентрация лекарства в нем выше, чем в обычном баллончике с зеленой этикеткой.

Шилд хмыкнул:

– То есть, если я буду похож на бесформенную, но еще живую массу, гель соберет меня заново?

– Большую часть тебя, – в очередном ящике Эрли наткнулась на батарею для резака и сказала Шилду. Тот подхватил батарею магией и зарядил инструмент. Нахмурился: «Мда, энергии на один выстрел». Затем поднялся с пола, сказав, что готов идти. Он использовал навигатор, и пони последовали за светящейся нитью.

– Ты сказал, тебя кто-то спас? – негромко спросила Эрли, когда они вышли из лаборатории.

– Типа того. Если это можно назвать спасением. Кто-то выстрелил в монстра, и он отвлекся.

– Выходит, здесь есть еще один пони помимо нас троих, – осознав, что проболталась, Эрли почему-то похолодела и занервничала.

– Прости? – охранник недоуменно взглянул на нее. – Ты встретила кого-то еще?

– На самом деле, да, – призналась Эрли. – Но это не имеет значения. Мы пошли разными путями. – Опять укол вины под сердцем. Все же она грубо обошлась с Дикси.

– Как скажешь.

Нить, змеясь по коридорам, привела пони к двери, за которой, если верить табличке под потолком, находился отсек ноль-гравитационной терапии. Дверь была закрыта, но прежде чем Шилд успел снова посетовать на это, Эрли сказала:

– Нужно восстановить гравитацию, и дверь откроется автоматически.

– Я знаю, но переключатель-то там, – Шилд указал на окно, в котором виднелась комната с парящими в невесомости телом и пузырьками крови. – Прямо-таки закрытая комната, как в детективах.

– Ну же, Шилд, – устало вздохнула Эрли, – ты думаешь гравитацию можно восстановить только изнутри?

– Нет, это глупо.

– Тогда заканчивай молоть чепуху и начинай искать другой переключатель.

Поиски, впрочем, заняли не больше минуты. Рядом с заляпанным кровью переключателем лежало три обезглавленных трупа. К счастью, Эрли не пришлось к ним приближаться – это сделал Шилд. Он потянул рычаг, из комнаты с трупом раздался глухой грохот. Путь был свободен.

***

Отсек ноль-гравитационной терапии был позади. Нить-навигатор все петляла и петляла, а гробовая тишина, охватившая палубу, понемногу сводила с ума. Места, по которым они с Шилдом шли, казались Эрли смутно знакомыми. Она не знала почему, ведь была здесь впервые. Не это ли называют чувством дежавю? Пожалуй, эти коридоры чем-то напоминали коридоры клиники, в которой она когда-то работала.

Но затем это чувство стало совсем невыносимым. Эрли резко остановилась.

– Что случилось? – тут же спросил Шилд и тоже остановился.

Эрли сама не знала. Она поглядела на дыру в стене, которая, по всей видимости, не так давно была дверным проемом, а теперь выглядела так, будто нечто огромное и ужасно сильное вырвалось отсюда, снесся полстены. Эрли ступила в небольшую комнатку; копыта не ощутили привычной твердости, наоборот – пол здесь был мягкий. И не только пол, стены и потолок тоже.

– Эрли, ты опять отвлекаешься…

– Цыц.

Она заприметила кругленький записывающий кристалл в углу комнаты. Она хотела его подобрать, но кристалл вдруг засветился – то охранник охватил его магией и левитировал к себе.

– Шилд, отдай, – сказала Эрли недовольно.

– У нас нет времени на эту фигню, я устал твердить тебе об этом.

– Знаю. Обещаю, это последний раз.

Шилд недоверчиво сощурился, но все же опустил кристалл на копыто Эрли.

– Только быстро.

Она включила аудиозапись.

– Не стоило доверять им, – полился густой голос из кристалла. – Эти пони, не знаю, кто они такие, но у них точно с крышей не все в порядке. Постоянно твердят о каком-то единстве, и о том, что они ведут наш вид к эволюции. Не похоже, что про опыты кто-то в курсе. Зато я выяснил, что в этом замешан главврач, и он как раз прикрывает этих пони… Да вот только для кого я это выяснил? – Тяжелый вздох. – Они знали, что я соглашусь стать подопытным. Как будто у меня был выбор. Не согласись я, заставили бы силком… И все же стоит отдать им должное, мои культи стали заметно длиннее, чем были пару недель назад. Селестия милосердная, как же они болят по ночам!

Наступила долгая пауза, Эрли даже подумала, что запись закончилась, как вновь послышался голос.

– У меня плохое предчувствие. Прямо как весь день перед тем, как я остался без ног. Меня уже не отпустят, я уверен. Сколько бы я не кричал в этих стенах, меня никто не слышит. Видимо, звукоизоляция. Либо меня просто считают за безумца и не принимают всерьез… – Голос ослаб. – А еще я видел плоды неудачных опытов. Зверюшки превратились в безжизненные горки плоти. И меня ждет нечто похожее. Как же, блин, в один миг моя жизнь превратилась в ад? – Нервный смешок. – И эта кобыла еще заверяет, что мне нечего бояться. Что скоро мы все станем единым организмом, и все мои невзгоды обратятся в прах. Я говорил, что эти пони сбрендели?

На этом запись закончилась.

– Вот за это я ненавижу юнитологов, – сказал Шилд. – Они не видят границ. Ради какого-то вшивого единства готовы на все.

– Не смотри на меня так, я не собираюсь их защищать, – ответила Эрли. Она впервые слышала, чтобы юнитологи творили такие бесчинства. Да, в Эквестрии далеко не все их любили, но последователей у них хватало. И юнитологи не были фанатиками, коими их называл Шилд, только лишь навязчивыми теистами с заманчивой идеологией.

– Просто… давай уже свалим отсюда, – сказал охранник. И ведь как будто знал, что произойдет дальше.

Пол сотрясли грузные шаги. Что-то приближалось. Что-то огромное и адски злое. Пони долго не раздумывали и галопом рванули прочь. Не желая упускать добычу, нечто, бросилось в погоню. Оно было быстрым, несмотря на свои более чем внушительные габариты.

– Сделаем, как в прошлый раз! – выкрикнул Шилд.

В том-то и дело – в прошлый раз ничего не вышло! Но Эрли не пришлось просить дважды. Собравшись с силами, она развернулась и взглянула страху в его мерзкую искаженную морду. Селестия, это чудовище было больше Шилда в два раза, а его передние ноги были как будто сшиты из разных кусков мяса! Она выстрелила стазисом. Несшееся, как локомотив, чудовище практически застыло. Прицелившись, Шилд отсек ему левую переднюю ногу. Не оглядываясь, пони побежали дальше, не жалея легких и забивая за собой коридор попадающимися на глаза предметами, в надежде, что это хоть немного замедлит преследователя.

Но силы были не бесконечные. Пони остановились и жадно дышали, как неподалеку вновь послышались тяжелые шаги. Не зная, куда деваться, они спрятались под кушеткой и затаились.

Сердце грозилось выпрыгнуть наружу. Шаги приближались. Громадная тень покрывалом накрыла Эрли. Она вжалась в содрогающийся пол и задержала дыхание. Тень соскользнула, и показались четыре массивных копыта. Четыре? Но Шилд же… Неужели монстров двое? От этой мысли она едва не упала в обморок, но все же, каким-то чудом, осталась в сознании. Что же делать? Из оружия остались только магия и кинезис, но не похоже, что монстра это остановит!

Недовольно зарычав, чудовище отошло от кушетки, но уходить, судя по всему, не собиралось. Видимо, Эрли немного успокоилась, поскольку только сейчас она заметила в паре метров от себя отсеченное копыто с длинным, как у меча, лезвием. Шилд тоже его заметил. Пони не рискнули обсуждать план вслух и просто переглянулись. Взгляд охранника был ясен, и Эрли тоже знала, что надо сделать.

Выбравшись из-под кушетки, она подхватила лезвие кинезисом и запустила его в чудовище, словно копье. В полете лезвие объяло свечение – это Шилд магией придал ему еще большее ускорение. Подобно разряду молнии, оно пролетело через весь коридор и вонзилось чудовищу прямо в шею, пригвоздив его к стене.

Но надолго ли? Пони могли только надеяться, что их задумка сработает. Они рванули прочь. Шилд на бегу открыл карту и поставил на ней точку.

– Неподалеку криокамера! – воскликнул он, задыхаясь. – Мы заморозим его!

Пот застилал глаза. Эрли едва замечала нить, ведущую их к спасительной возможности.

Они влетели в криогенную лабораторию. Подскочили к огромному пульту, с которого управлялась криокамера, стали напряженно разбираться, что да как работает, но не успели.

Чудовище уже было здесь. Из шеи не торчало лезвия, как и не было раны от него. Но почему? Эрли не успела подумать.

– Не поминай лихом, – Шилд унял дрожь в коленях и побежал навстречу чудовищу. Это было настолько храбро и самоотверженно, что Эрли обомлела на секунду, но затем опустила глаза на пульт. Как же запустить криокамеру? Где тут нужная кнопка? Она лихорадочно искала путь к спасению. С каждым ударом сердца времени становилось все меньше, меньше и меньше…

Все бесполезно. План был не продуман и изначально обречен на провал. Эрли опустила копыта. Даже охранник, отчаянно борющийся с материализованной смертью, не поднял ее духа. Они и так долго оттягивали неизбежное.

Внезапно воздух разорвал гром выстрелов. Эрли ахнула, увидев, что чудовище неподвижно лежит на полу в огромной луже крови, лишенное всех конечностей, которые разметало по помещению. «Оно мертво?» – допустила она робкую мысль.

Как бы не так.

Уши заложил оглушительный рев. С треском ломаемых костей на месте отсеченных ног у чудовища росли новые. Оно регенерирует?! Но… конечно, как она сразу не догадалась!

Эрли, наконец, заметила, что в лаборатории, находится незнакомый пони в инженерном костюме. Объятый серым свечением рядом с ним парил здоровенный лазерный пистолет. Вот кто стрелял.

Незнакомец и Шилд подбежали к криокамере. Чудовище к этому моменту уже отрастило новые конечности и, сотрясая пол, бросилось догонять обидчиков. Эрли по-новому стала искать, как включить заморозку. Охраннику и незнакомцу, тем временем, удалось загнать чудовище в камеру и в очередной раз лишить его конечностей. Незнакомец использовал на нем последний заряд стазиса, затем грубо отпихнул Эрли от пульта и сразу нашел нужную кнопку. Ставни криокамеры опустились, и она зашумела. Эрли почувствовала, как леденеет горячий воздух.

Шилд выдохнул и поглядел на пони в инженерном костюме. Его морду скрывала железная маска, так что было видно только серый рог.

– Спасибо, – сказал охранник, утерев пот со лба. – Твое вмешательство было очень кстати.

Незнакомец молчал.

– Ты мог бы пойти с нами, – предложила Эрли, успокаиваясь понемногу. – Ты хорошо обращаешься с оружием.

Незнакомец не ответил. Он ровно и шумно дышал, поглядывая то на охранника, то на Эрли. Затем он открыл дисплей ИКС’а, что-то посмотрел, развернулся на сто восемьдесят градусов и порысил прочь из лаборатории.

– Эй, капсулы в другой стороне, – бросил вдогонку Шилд, но незнакомец проигнорировал его. Вскоре звон его копыт стих. – Странный он. Спас меня второй раз за день, но так и не проронил ни слова.

– Хочешь сказать, это он…

– Да, – не дал договорить Шилд. – Я слышал те же выстрелы.

Эрли глодало неприятное чувство.

– Шилд, я должна извиниться. Я сдалась раньше времени и чуть не похоронила твои старания.

– Раз мы еще живы, думаю, я это переживу, – ответил охранник. – Не парься. Я тоже тупил, когда ты спасла нас от стаи монстров. Так что теперь мы квиты.

***

До цели их путешествия оставалось совсем немного. Пони понимали, что еще ничего не закончено, и потому были предельно осторожны. Но, похоже, самое страшное уже было позади, и в какой-то момент они все-таки немного расслабились.

– Слушай, – сказал Шилд, – мне нужен твой психологический совет.

– Я слушаю, – отозвалась Эрли. Внешне она этого не выдала, но она немного заволновалась от того, что Шилд решил открыться.

– Дело в моей метке, – говорил он. – Меня давно не покидает ощущение, что она досталась мне по ошибке. То есть… это глупость, у пони не может быть не своей метки, но все равно.

Он потер шею. Эрли украдкой взглянул на его круп, но ничего не увидела, поскольку метку скрывала форма.

– И почему ты считаешь, что твоя метка тебе не подходит?

– Потому что… потому что я трус. И всегда им был. Я уже говорил тебе, что справляюсь со страхом только потому, что рядом есть ты.

– Но ты так бесстрашно бросился отвлекать монстра! – возразила Эрли. – Я бы на такое не решилась.

– У меня не осталось выбора, – понурил голову Шилд. – Я испугался, что монстр убьет тебя. Что я останусь один. В тот момент я не пылал желанием геройствовать или кого-то защищать. Я мог умереть, я это прекрасно понимал, но это была возможность умереть не в одиночестве. И я был согласен с этим.

Это была весьма… необычная, даже странная мотивация. Эрли попыталась еще раз напомнить ему, что он не трус, каким себя считает:

– Ты пришел за мной в медицинское крыло. Один!

– То же самое. У меня не было выбора.

– Тебя пугает смерть в одиночестве.

– Да, – согласился Шилд. – Не сами монстры или просто смерть, а именно смерть в одиночестве. Я просто теряю голову… Я не надоел ныть?

Эрли помотала головой.

– Так как выглядит твоя метка?

– Она в виде щита. Неожиданно, да? – угрюмо усмехнулся Шилд. – Значит ли это, что я должен быть прочен, как щит? Или защищать что-то?

– Не что-то, а кого-то. И ты хорошо справляешься. Ты не трус, Шилд, трус бы не стал защищать кого-то, кроме себя.

– В том и дело, – угрюмел Шилд. – В первую очередь я делаю это для себя. Из-за страха.

– Пусть даже так, пусть во вторую очередь, но ты защищаешь меня. И это факт.

Губы Шилда, наконец, озарила мягкая улыбка.

– Я запомню эти слова. Не уверен, что они прогонят мою фобию, но все равно спасибо. И да, чтобы не краснеть в одиночестве, – ты тоже пару раз круто огородила мой круп от опасности.

На спине Эрли как будто выросли крылья – так можно было описать это светлое чувство, заставившее ее сердце биться чаще. Она надеялась, что ее слова помогут охраннику вылечиться.

…Но увы, очень скоро им предстояло глубоко разочароваться. Спасательных капсул, ради которых они проделали большой, полный опасностей путь, не было.

– Как же… – задрожала Эрли и осела, не в силах оторвать взгляда от пустых ячеек. Единственный путь домой был отрезан. В животе образовалась пустота. Это конец. Безысходность. Как долго они еще смогут бежать от неминуемой смерти? А есть ли смысл бежать?

К ее копытам подкатился кристалл. Она поглядела влево, откуда он прикатился, и увидела охранника.

– Опять юнитологи. Это они выпустили все капсулы в космос. Сначала челноки, потом капсулы… Для чего они это делают? Я не понимаю! Что значит их единство? Они хотят, чтобы мы стали монстрами? Но какой в этом смысл? – Он смолк, пытаясь успокоиться. – Есть еще один вариант, Эрли. Последний вариант. Капитанский мостик. Возможно, мы сможем отправить сигнал бедствия.

– И уповать на то, что кто-нибудь услышит нас в бесконечном космосе, – пролепетала Эрли упавшим голосом.

Продолжение следует...

...