Архетипист

Глава 14

Я сидела перед огромной раковиной в своей гигантской ванной комнате. Несмотря на закрытую дверь и выключенное освещение, я прекрасно всё видела: аметистовые кристальные стены пропускали достаточно солнечного света, наполнявшего помещение мягким фиолетовым свечением. Я сидела и смотрела в зеркало, размышляя об Эпплджек.

С ней я была не настолько близка, как с Рарити или Старлайт: слишком уж сильно отличались наши характеры и происхождение. Она с пренебрежением относилась к чтению, а я не представляла себе жизни без книг. Семья для неё была превыше всего, я же виделась со своей очень редко.

Семья. Если и существует слово, которым можно описать Эпплджек, то это оно. Она была такой кобылой, которая на всё пойдёт ради своей семьи. Это стало самым первым, что я узнала о ней тогда, несколько лет назад, когда впервые приехала в Понивилль.

И теперь случилось это. Свобода, говорила она. Как долго она грезила об этом — о том, чтобы быть свободной от всех уз, что связывают наши смертные оболочки? Представляла ли она, как отрезает собственную ветвь от своего генеалогического древа, уходящего корнями в далёкое прошлое?

Я поняла, что плачу — тихо, неосознанно. У меня из глаз бежали слёзы, увлажняя тонкую шерсть на щеках. Я наклонилась над громадной раковиной, силясь достать до кранов. Наконец, после нескольких тщетных попыток, я повернула их магией, дождалась, пока в раковину не нальётся достаточно воды, затем копытами плеснула её себе на лицо.

«Мы всё ещё можем это исправить, мы всё ещё можем это исправить», — мантрой повторяла я эти слова снова и снова. Однако постепенно чудовищность случившегося с семьёй Эпплджек стала укладываться у меня в голове. Моё дыхание участилось. Я пыталась как-то его успокоить, но лёгкие уже действовали на автомате. Я начала задыхаться.

Всё трещало по швам. Эпплджек, Флаттершай, Старлайт, Трикси. Мир менялся слишком быстро, и на сей раз я знала, кто был в этом виноват. Дискорд, где бы он сейчас ни прятался, наверняка дико хохочет от всего этого хаоса. Ему наконец-то удалось нас одурачить. Самый, чтоб его, лучший день в его нескончаемой жизни. Испустив громкий надтреснутый всхлип, я зависла над раковиной. Грудь сотряслась от вырвавшегося у меня истерического, судорожного смеха.

Из переполненной раковины на пол хлынула вода. Я отчаянно махала ногами в попытках достать краны, но бесполезно. Принцесса королевства, одна из величайших магов за последние несколько тысяч лет, неоднократная спасительница мира — и не могу дотянуться до грёбаного крана своей Селестией проклятой раковины, потому что она слишком большая. Мои копыта шлёпали по воде, расплёскивая её повсюду.

Тут во мне что-то оборвалось. Я закричала так громко, что зазвенели кристальные стены, — громче, чем мог кто-либо из смертных пони. Слепая ярость вспыхнула у меня в сердце, огнём прошлась по жилам и раскалила мой разум. Я снова закричала и обрушила копыта на кристальную раковину, с лёгкостью пробив алмазно-твёрдый материал и пройдя до самого пола. Во все стороны брызнули осколки. Зеркало разбилось. Пол треснул. Я топала по обломкам раковины, пока не остались лишь мелкие кусочки и струя воды, хлещущая из покорёженной трубы подобно крови из открытой раны.

Тяжело дыша, я стояла посреди обломков. Моя насквозь промокшая шерсть окрасилась розовым от маленьких порезов, оставленных острыми осколками. Я ощущала, как они уже затягиваются, исцеляясь в считанные секунды.

Дверь с грохотом распахнулась. В ванную проник свет, ослепив меня. Я прикрыла глаза крылом, с трудом сумев разглядеть силуэт Старлайт с горящим магией рогом. Выражение страха на её лице привело меня в чувство.

Она несколько долгих секунд глазела на меня. Я съёжилась, закрывшись крыльями. Наконец Старлайт заговорила:

— Ты в порядке?

— Ага. — Я облизнула губы. — Раковина не понравилась.

Неопределённо хмыкнув, она пнула в сторону кусок кристалла, что валялся рядом с дверью.

— Ну, можно, наверное, и другую установить.

— Хорошо бы.

Её рог снова осветился. Я крепко зажмурилась от слепящей яркости. Чуть погодя раздался скрежет металла, когда Старлайт запечатала трубу.

— И... что теперь будем делать?

— Отыщем Луну.

Кантерлот... изменился. Несмотря на середину дня, небо было усыпано звёздами. Вместо мучительного летнего зноя, как в Понивилле, нас встретила приятная свежесть чуть прохладного горного воздуха. Небольшой перебор, на мой взгляд, но, пока солнце светит, я могла с этим смириться. 

Пони бродили по улицам будто в оцепенении. Грезящие, которые грезили, что бодрствуют. Вестибюль замка занимало гигантское лавровое дерево, чьи раскидистые ветви ежечасно звенели. Пригнувшись под густой кроной, мы отправились к покоям Луны. Спустя несколько минут блужданий по извилистым коридорам нас нашёл привратник и проводил до нужного места. Я хотела было его поблагодарить, но он растворился в воздухе подобно туману.

— В какой-то момент, — проговорила Старлайт, вместе со мной наблюдая за исчезающим жеребцом, — страх того, что сны проникают в реальный мир, сменился страхом, что мы попросту до сих пор не проснулись.

— Я не засыпала, — сказала я.

— Как и я, — вздохнула она. — Но я никогда не засыпаю во снах. Идём.

Старлайт пару раз постучала в дверь и вошла, не дожидаясь приглашения.

Огня в камине не было, в помещении царила настоящая зима. Возле стен грудились наносы снега. Я распушила крылья, чтобы сохранить тепло, Старлайт же оставалось только дрожать от холода.

— Луна! — позвала я. Комната казалась пустой, но в случае принцессы ночи это впечатление могло быть обманчивым. — Нам нужно поговорить!

Пол чуть заметно вздрогнул, как если бы кто-то уронил нечто тяжёлое на другом этаже, а вибрации прошли через каменные колонны, выложенные плиткой полы и наши ноги прямиком к костям. Очередная дрожь, и снег вокруг нас посерел от осыпавшейся со стропил пыли.

О чём может грезить аликорн ночи? Комната вновь сотряслась. Вместе с ней задребезжал стоявший на столике возле камина фарфоровый чайный сервиз.

Дальняя стена вдруг стала искривляться, растягиваясь и чернея, пока не превратилась в ширящийся иссиня-чёрный пузырь. Его поверхность обрела рельеф, натянувшись вокруг некой фигуры, — и в следующий миг, заставив моё сердце ёкнуть от неожиданности, в комнате возникла Луна. 

Она была огромной. Едва-едва даже помещалась здесь. Её необъятные крылья задевали потолок и чертили перьями замысловатые узоры на занесённом снегом полу. Обсидиановый спиральный рог в метр длиной запутался в хрустальной люстре и сорвал её на пол с мелодичным звоном. Луна насмешливо фыркнула, затем наклонилась и воззрилась на нас.

— Так говори, — гулко завибрировал у меня в груди её голос.

Да, точно. Говорить. Я дрожала, но отнюдь не из-за холода. Справившись со страхом — передо мной была Луна, моя подруга, — я решительно начала:

— Проклятие Дискорда усиливается. Он меняет нас всех. Вскоре от нас может не остаться ничего, что...

— Это не работа Дискорда, — прервала меня Луна. Она подогнула под себя свои древоподобные ноги и легла, но даже в таком положении была гораздо выше меня. — Все эти ночи я тщательно искала следы его влияния в наших снах, однако не обнаружила ничего. Ответственность за все эти изменения лежит не на нём.

— Получается, это вышло из-под его контроля?

Луна пожала плечами. Комнату наполнил громкий шорох трущихся друг об друга перьев.

— Или же это никогда и не было под его контролем. Не в его природе контролировать что-либо.

— А он может это остановить? — спросила Старлайт. — Вернуть всё, как было прежде? Если, э-э, пони захотят.

— Возможно. В его могуществе сомневаться не приходится. Тем не менее, если эти изменения не его лап дело, тогда вполне вероятно, что он не сможет обратить их вспять. Боюсь, вам придётся продолжать его поиски.

— Мы стараемся, — сказала я. — Флаттершай может помочь, но её невозможно застать дома, хотя пони говорили, что видели её в городе. Мне кажется, она в Вечнодиком — ищет какое-то животное.

Луна кивнула:

— Не могу сказать, где она проводит дни, Твайлайт Спаркл, но я видела её сны. Ты пробовала навестить её ночью?

— Я... нет. — Я покраснела, осознав, насколько банальную допустила ошибку. — Думаешь, она будет дома?

— Предсказывать будущее я не умею, однако, как мне кажется, вероятность этого достаточно велика. Только будь осторожнее, дабы не потревожить её сны слишком сильно.

— Вас разве всё это не беспокоит? — спросила Старлайт. — Сны же являются вашим царством, а Дискорд лезет в них. 

Луна замолчала. Она смотрела на Старлайт так долго, что та принялась неловко переминаться с ноги на ногу, а я занервничала. Когда я уже начала продумывать пути отхода, Луна заговорила:

— Нет, нисколько. У Дискорда нет власти над нашими снами. Как я уже говорила, изменения, которые вы видите в своих друзьях, — не его работа.

Я нахмурилась:

— Тогда... чья это работа? Твоя?

— Нет, Твайлайт Спаркл, — рассмеялась Луна. — Я всего лишь свидетельница сему грандиозному представлению. Но если ты найдёшь ответственного — сообщи, будь добра. Подобное великолепие не должно остаться без похвалы.

Она встала, после чего пригнулась, напружинив ноги, и прыгнула вверх. Я с криком бросилась на пол и закрыла голову передними ногами, ожидая, что на нас вот-вот обрушится потолок, однако ощутила лишь лёгкое касание снега. Подняв взгляд, я увидела, что Луна исчезла.

— И ради этого мы явились в Кантерлот? — проговорила дрожащая Старлайт. Я смахнула крылом собравшийся на её холке снег.

— Кое-что новое мы всё же узнали. — Правда, не слишком много. И не тот простой ответ, на который я надеялась. Как бы то ни было, у нас появилась возможность найти Флаттершай. Найдём её — найдём и Дискорда, а потом... ну, не знаю, что будет потом. Возможно, сумеем убедить его всё исправить, если он, конечно, сможет.

Однако это было проблемой будущей Твайлайт. Спешка лишь навредит. Мы побрели по растущим сугробам из покоев Луны обратно в коридор. Стражники не особо удивились двум мокрым, продрогшим кобылам, вслед за которыми тянулось дыхание зимы.

Не исключено, что они попросту уже привыкли к такому.