Любимая пони Трикси

Трикси лукаво улыбнулась сидящей напротив симпатичной кобылке. Затем, махнув хвостом, приподняла бокал.

— Трикси не думала, что когда-нибудь повстречает такую очаровательную пони, — произнесла она и состроила губки домиком. В ответ на это симпатичная кобылка тоже подняла бокал.

Трикси чокнулась с отражением в зеркале, которое было водружено на стул с другого края столика.

— Трикси, о Трикси! — проворковала она. — Зачем же я так долго ждала!

Она покрылась румянцем — как и отражение. Более изумительного свидания у неё не бывало ещё никогда.

Порывистым взмахом копыта она смела столик и бросилась к своему отражению. То рвануло ей навстречу. Вот это ей-то всегда в себе и нравилось: никогда не стесняется поступать так, как велит ей сердце!

— Возьми же меня, Трикси!

Она принялась целовать отражение. Зеркальные уста оказались несколько твёрже, глаже и холоднее, чем ей изначально казалось, но всё же приятными. Она обвила зеркало передними ногами и прижала его к телу.

— Ах, Трикси! — воскликнула она. — Стоило мне впервые увидеть тебя, как я влюбилась без оглядки!

Отражение с любовью воззрилось в ответ. Да, она разделяла её чувства!

— Ни о чём замечательнее я не смела и мечтать, любовь моя! — ласково промурлыкала она зеркалу.

Рог единорожки охватило неяркое свечение, и вдруг кто-то похлопал её по плечу.

— Да неужели? — Позади Трикси с улыбкой на лице стояла Трикси. Трикси невольно отпрянула. Отражение повторило.

Вторая Трикси одарила её хитрой ухмылкой.

— О, моя Трикси. Я твой волшебный клон, и это твоя любовь породила меня, любовь к лучшей единорожке на всём белом свете — Трикси!

Трикси прильнула телом к Трикси, та ответила ей страстным поцелуем, и обе прижались к зеркалу, отражение в котором ничтоже сумняшеся поспешило разделить коллективные объятия.

— Воистину лучшее на свете свидание! — восклицала Трикси. — Я и две похитительницы моего сердца: я и я!

В это же мгновение дверь в фургончик громко распахнулась:

— Нет, Трикси, не делай этого! Я прилетела из будущего: ты случайно убьёшь свою мать, этого нельзя допустить! — В дверях тоже стояла Трикси, но выглядела она старше, грива её стала заметно длинней и потеряла цвет, а лицо было изрезано морщинами.

Она растерянно уставилась на троих целующихся Трикси.

— Прощу прощения… Меня, кажется, не туда занесло. Я должна была отправиться…

Трикси, зарывшаяся носом в гриву Трикси-Клона, вскинула голову и поманила Трикси-Из-Будущего:

— Как говорит Трикси, всё может подождать. Заходи, о прекрасная единорожка!

Прорысив к Трикси, Трикси-Из-Будущего горячо прижалась лбом к её боку, рогом проведя вдоль спины. Трикси-Клон принялась лобызать Трикси-Отражение, а та в свою очередь тереться шёрсткой о Трикси-Из-Будущего.

Рандеву четырёх Трикси было в самом разгаре, когда в проходе показалась ещё одна фигура. Внешне она напоминала голубую серебряногривую единорожку в фиолетовой шляпе, но там, где должны были быть глаза, горели красные огоньки сенсоров.

— ВЫХОЖУ ИЗ РЕЖИМА НАДМЕННОСТЬ! — громко огласила Робо-Трикси, устремившись к свалившимся в кучу Трикси. — ПРИСТУПИТЬ К ВЫПОЛНЕНИЮ ОПЕРАЦИИ НАРЦИССИЗМ!

Теперь в фургончике было пять Трикси, и каждая ласкала другую в самой неописуемо грациозной позе, какую только можно вообразить.

— Да! — простонала Трикси, чью гриву целовали Роботрикси и Трикси-Из-Будущего. — Лучше не может быть даже в самых смелых мечтах!

— Попридержите коней, дамочки! — вдруг пробасил кто-то.

В дверях стоял высокий, хорошо сложенный голубой единорог, с серебристой бородкой и в фиолетовом цилиндре, и с плохо скрываемой улыбкой на лице наблюдал за происходящим.

— Потому что сейчас, — заявил Трикси-Из-Параллельной-Вселенной, — дела примут совершенно иной оборот!