Автор рисунка: Stinkehund
8. Не все пони - пони

9. Конец?

Ложиться спать я не решился, ведь день только начался и я мог проспать всё это время, а идти к тем постройкам ночью — плохая идея. Сейчас я просто лежал в кровати капитанского кабинета и ждал, пока подействует лечебное зелье. И, конечно же, не смог отказаться от прелести прослушивание ещё одной пластинки.

Меня снова посетило одно из воспоминаний, что мне на пользу, было оно как раз о недавно найденной мною части базы. Там была лаборатория, собственно из-за которой на этом настолько далёком от материка острове и была построена база. Подробностей не знали даже офицеры находящиеся здесь, только научные сотрудники во втором комплексе.

Да, там не одно здание, а целое подземное сооружение! И кто знает, сколько этих тварей там, а если одна добралась сюда, то рано или поздно придут остальные. А я всё ещё надеюсь на спасение, хоть надежда с каждым днём гаснет всё сильнее. Не знаю, сколько бы я ещё ждал отклика на мой сигнал, если бы у меня было больше еды.

Медикаменты действовали и я чувствовал себя очень расслабленным. Закрою глаза ненадолго, ничего же не случиться…

***

«Кто бы мог подумать?»

Я спешно раскрыл глаза и вскочил с кровати. Солнце лишь недавно перешло за полдень, значит я проспал всего пару часов. Я вытер со лба несуществующий пот в знак облегчения и выключил проигрыватель, который уже просто шипел из-за закончившейся пластинки.

Чувствовал я себя уже намного лучше, а рана затянулась и теперь я мог снять бинты. Немного подкрепившись я проверил рацию, которая всё также молчала и спустился на первый этаж, чтобы приступить к выполнению задуманного мною плана.

Я повесил на ремень снайперскую винтовку и первым делом дошёл до арсенала, предварительно захватив два лечебных зелья. Обычная куртка не спасёт, если оживших пони там окажется достаточно много, чтобы окружить меня. Стоит хотя бы одному из них повалить меня, можно сказать, что я погибну.

Я надел на себя полностью защищающий голову шлем с армейскими защитными очками. А на тело броню с прочной тканью, которая выдерживает колющее оружие и поверх неё бронежилет. А на ногах теперь были чёрные сапоги.

Я собирался надеть на себя то боевое седло с пулемётом, но оказалось, что оно не подходит к надетой на меня броне, а защита мне была важнее огневой мощи, так что пришлось его оставить. Хотя не скрою, мне очень хотелось из него пострелять.

Снайперская винтовка теперь крепилась на спине, а на ремни я повесил штурмовую с парой дополнительных магазинов, ну и, конечно же, я взял свой пистолет.

Следом я дошёл до ангара, в котором стоял починенный мной когда-то джип.

«Не зря время на тебя потратил», — думал я, заливая в него бензин.

Двигатель, также как было с грузовиком, завёлся не с первого раза, но вскоре заработал и я выехал с базы в сторону комплекса.

Я ехал быстро, так что мне хватило наверное пятнадцати минут, чтобы впереди стал виднеться забор объекта. Остановив машину недалеко от холма, с которого хорошо было видно внутренний двор, я поднялся на него.

Оказавшись наверху, я лёг на землю и достал снайперскую винтовку.

«Сначала отстреляю тех кто на улице»

Осмотрев весь двор я обнаружил троих пони, двое из которых не подавали признаков жизни… Хотя, можно ли их вообще считать живыми?

Вот в перекрестии прицела оказалась голова первого из них и…

БАХ!

Раздался грохот выстрела и цель упала лицом вниз. Двое лежащих до этого поднялись и явно оживились после моего выстрела.

Из ствола вылетело ещё две пули. Теперь и они не должны были больше встать.

Ещё немного осмотрев внутренний двор через прицел, я убедился, что больше никого нет, и вернулся к машине.

Теперь вторая часть моего плана — проникновение!

Я разогнался и ехал прямо в закрытые ворота. Когда до них оставалось пара десятков метров, я пригнулся и сгруппировался, ожидая удара.

Ворота не были толстыми, в отличии от каменных стен базы. Это был обычный металлический забор из клетчатых прутьев отъезжающий в сторону, так что машине не составляло больших трудностей пробить его.

Джип столкнулся с препятствием и резко потерял скорость, отчего меня ударило боком о корпус, и я убрал копыто с газа.

Поднявшись, я увидел через лобовое стекло, что мне удалось снести ворота и проход на базу теперь был открыт. На машине даже почти не было повреждений, лишь слегка помялся перед.

Снайпа в здании не слишком эффективна, поэтому я решил оставить её в машине и осторожно двинулся к главному двухэтажному зданию.

Левитируя штурмовую винтовку перед собой, я прошёл через открытые стеклянные двери и оказался в немаленьком коридоре из светло-жёлтых и белых цветов.

Вход был посередине, поэтому коридор уходил в обе стороны от меня, а это значит, что мне придётся постоянно следить за спиной.

Повернув налево, я стал проверять каждую комнату. Их было довольно много с обоих сторон и, похоже, в основном, это были личные комнаты работающих тут учёных.

Зайдя в очередную комнату, я наткнулся на лежащего перед столом пони, на котором висела похожая винтовка.

«Похоже они не знают, что я здесь. Лучше не будить их и сделать всё тихо.»

Нож, до этого висевший на левом ремне, поднялся в воздух и полетел в сторону солдата. Внезапно из-за стола стал подниматься ещё один, который, в отличии от остальных, оказался единорогом!

Я резко воткнул нож в голову лежащему и собирался сделать тоже со вторым, как он закричал и с его рога слетел короткий серый луч магии, сбивая телекинетическое поле с ножа.

Единорог перепрыгнул через стол и я еле успел навести на него винтовку, нажав на курок. Из ствола вылетело около семи пуль, пролетая насквозь и забирая с собой частички ещё оставшейся плоти.

Единорог упал на пробитых пулями ногах, но продолжил ползти ко мне. Тогда я пустил ещё одну ему в голову, и он замер.

Позади я услышал перестук копыт. По коридору ко мне бежал ещё один солдат. Мне пришлось быстро сориентироваться, чтобы успеть навести на него ствол и пустить очередь.

Пули вновь пробили череп и бежавший на меня военный кувырнулся вперёд, проехав ещё несколько метров по полу.

Я замер прислушиваясь, но, похоже, больше никого поблизости не было.

— Фух — выдохнул я, проверяя сколько осталось патрон в магазине, — это было неожиданно.

«Так значит они ещё и могут использовать магию. Надеюсь мне не встретится толпа таких единорогов, иначе я вряд ли легко отделаюсь.»

В конце коридора оказался небольшой спуск вниз. Закручивающаяся лестница привела меня к массивной стальной двери, рядом с которой на стене висел терминал.

Я включил его и на экране появилась надпись — «В лаборатории обнаружено неизвестно заражение. Активирован протокол автоматической изоляции. Управление доступно только с главного терминала.»

«Неужели эти пони — плод лабораторных экспериментов? Кем нужно быть, чтобы сотворить такое?» — меня так сильно разозлил этот факт, что я подумал, попадись мне тот, кто это допустил — пристрелил бы на месте.

«Ладно, вероятнее всего он погиб больше века назад, а может и вовсе бродит среди остальных.»

Левая часть здания разведана, так что нужно приступать к правой.

«Интересно, о каком терминале шла речь. И вообще, стоит ли лезть в эту лабораторию? Но какой-нибудь защитный костюм мне точно пригодится» — размышлял я, двигаясь по коридору правой части здания.

Комнаты в правом коридоре ничем не отличались от других. Везде было по одной-двум кроватям со столом и шкафом. За редким исключением в них стояли неработающие терминалы. Ничего полезного в них не находилось, кроме личных вещей, документов и сто лет назад протухшей еды.

Больше меня волновало то, что каждый мой шаг сопровождался скрипом деревянного покрытия пола. Я старался двигаться тихо, так что теперь мне приходилось останавливаться после каждого шага, чтобы проверить, не услышал ли меня кто.

Лестница наверх была уже рядом, так что мне осталось проверить только две комнаты на первом этаже и можно будет искать офицерский кабинет. Скорее всего, там и будет главный терминал.

Я открыл очередную дверь, как из комнаты позади меня послышался звук падения чего-то. Я обернулся назад, но в этот же момент из только что открытой мною комнаты на меня прыгнул солдат.

— ААА! — лишь успел вскрикнуть я.

Пони ударил меня о стену, а винтовка упала куда-то под ноги. Он раскрыл свою пасть и попытался отгрызть кусок шлема на моей голове. Я со всей силы ударил его левым копытом, сбивая с себя и быстро вытащил пистолет, выпуская одну точную пулю в голову трупа.

Передохнуть мне не дали. За спиной послышался жуткий вопль и я почувствовал, как что-то впивается мне в левый бок. Я обернулся и увидел очередной оживший труп атаковавший меня.

Я попытался лягнуть его задними ногами, но они лишь прорезали воздух, а пони не стал терять времени и вырвал довольно большой клок волос из моего хвоста, заставляя меня зашипеть от боли. Пистолет левитировал где-то рядом и я сделал пару неприцельных выстрелов. Две пули слегка задели спину бойца, разрезая камуфляжную ткань, а третья попала в шею.

Для живого пони такие раны стали бы смертельными, но солдат снова набросился на меня. Я отчаянно выпустил ещё несколько пуль в него, уже оказываясь накрыт телом.

Я невольно вдохнул полными лёгкими запах разлагающегося тела, отчего меня начало слегка мутить. Скинув голову убитого солдата с себя, я поднялся и немного прокашлялся. Нужно было немного подышать свежим воздухом, поэтому я открыл окно в одной из комнат и, забрав упавшую винтовку, смотрел в единственный вход внутрь.

Больше никто не прибежал на звуки выстрелов, поэтому, переведя дух, я наконец смог подняться на второй этаж.

Здесь было лишь четыре деревянных двери, в отличии от первого этажа. А посреди коридора стояли металлические двойные, за которыми было неизвестно что.

Зайдя в первую левую, сразу было понятно, что это было один из офицерских кабинетов. Это помещение было намного больше комнат первого этажа и имело два выходящих во двор окна. Посреди комнаты стоял стол с терминалом и разными принадлежностями, а вдоль левой стены деревянный шкафы.

Терминал, к сожалению, оказался нерабочим. Напротив кабинета же была личная комната примерно таких же размеров, но уже с более удобной на вид кроватью и даже диваном.

Вторая комната была очень похожа на предыдущую. Вот только на кровати лежало два обнявшихся пони, уже превратившихся за долгое время в скелеты.

«Похоже перед смертью им не оставалось ничего, кроме как обнять любимого пони.» — подумал я.

Не знаю. Можно смириться с тем, что, вероятнее всего, все кто жил в то время погибли, но когда начинаешь думать об этом… А ведь всего этого можно было избежать.

Как принцессы допустили это? Как вообще хоть кто-то допустил?!

И опять я чувствовал себя слегка подавленно. Когда на войне видишь много смертей, думаешь, что привык, но каждый раз всё как будто по новой. А ведь те солдаты внизу тоже были живыми…

«Сейчас не время для этого, — оборвал я себя и вышел из комнаты. — У меня будет ещё много времени на философию и самокопание. Надеюсь. Нужно только сначала разобраться во всём этом»

Второй кабинет немного отличался. Он был больше, а на задней стене висело знамя Эквестрийской армии. На столе также стоял терминал, только этот, к счастью, работал. А ещё, рядом с ним лежала голозапись.

В терминале оказались какие-то записи, подписанные, как «день 1, день 2» И, собственно, отсюда можно было разблокировать лабораторию, но сначала лучше прочитать их.

***

День первый, после поднятия на поверхность.

Запись ведёт старший научный сотрудник Сенсфорт, по совместительству глава лабораторного комплекса.

Надеюсь не слишком официально. Это скорее личный дневник, чем что-то публичное. Десятилетняя программа консервации лабораторного бункера прошла и настал день, когда мы можем открыть бронедверь! Наконец-то.

Эти записи будут вестись с первого дня, как знак нового начала. Уровень радиации должен был уже упасть до достаточного уровня, чтобы мы смогли эффективно очищать землю от неё.

Как старший в этом комплексе, сегодня я приказал открыть дверь и пустить туда двух разведчиков.

Системы лаборатории сработали отлично и заново перешли в стандартный режим, после вскрытия бункера.

Через десять минут разведчики вернулись и сообщили, что главный коридор заполнен густой голубоватой дымкой, которой они успели надышаться перед возвращением сюда. У меня нет никаких представлений, что это может быть, поэтому я приказал поместить их на временный карантин, а выход в главный коридор перекрыть.

-

День второй.

Группа из шести единорогов при поддержке двух военных экипирована защитными костюмами и отправилась на поверхность.

Через несколько часов они вернулись с докладом, что радиация в верхнем комплексе выведена на восемьдесят процентов. Отлично, такими темпами мы сможем очистить основную часть базы всего за несколько дней, а там мы сможем связаться с материком.

Разведчики пожаловались на странное самочувствие. Был отдан приказ провести анализы, на предмет заражения.

-

День третий.

Анализы показали странную активность в крови разведчиков, а утром жители нижнего уровня бункера также начали жаловаться на странное самочувствие. Я лично спустился и проверил.

Если бы не моя зоркая помощница пегаска, я бы и не заметил слабой голубоватой дымки под потолком, которую из-за схожего света ламп было не распознать.

Оказалось, что после открытия бункера, он включился ещё и в общую систему вентиляции и эти два дня странное вещество, летающее в воздухе, заполняло нижний уровень.

Пришлось приказать всем оставаться в личных комнатах, а уровень закрыть. Единорогам из отдела бионауки был передан образец заражённого воздуха.

Мне нужно знать, на какие риски мы идём.

-

День четвёртый.

К сожалению, сегодня утром оба разведчика скончались, но когда их перевозили в морг, они напали на двух солдат сопровождения, тяжело ранив одного из них.

Я экстренно отправил группу заканчивать вывод радиации из здания на поверхности и приказал досконально изучить тела разведчиков. Во всём бункере введён карантин, а система вентиляции давно разделена, но, боюсь, на нижних уровнях уже успела скопиться эта дымка.

Биологи до сих пор не знают что это, но считают, что эта смесь веществ, вступившая в реакцию под действием радиации. Предположительный очаг заражения — лаборатория номер семь.

-

День пятый.

Катастрофа! Весь третий блок вымер в миг! Пока солдаты переносили тела в мешки, пони ожили и стали пробиваться в другие блоки. Похоже это какая-то болезнь, которой заразились все на нижнем уровне.

Я немедленно собрал всех, кто слабо или вообще не контактировал с неизвестным газом, и мы с боем стали пробиваться на поверхность.

Бункер охватила паника. Солдаты стали стрелять по всему, что движется, а горстка собранных мною учёных умерла первой.

Как же глупо всё происходит.

Добравшись до выхода, я заблокировал лабораторию. Больше никого не спасти, кроме тех, кто успел выбраться со мной. Нас осталось всего двенадцать. Из учёных только я и моя дочь, остальные же — солдаты охранения.

Единственным нашим шансом будет только добраться до основной базы, но у нас на пути стоит радиация.

***

Больше записей не было, но у меня оставалась голозапись, которую я и поспешно вставил.

— Я — старший научный сотрудник Сенсфорт. Рядом с голозаписью стоит терминал, прошу, прочтите сначала записи на нём. Мне с трудом удалось объединить его с моим терминалом в бункере и это должно помочь вам понять общую картину.

Мы обосновались в бывшем здании комнат для сотрудников. Среди нас не осталось единорогов, кроме меня и одного из солдат, а значит на вывод радиации хотя бы с территории базы уйдут дни, а в лаборатории карантин. Получается, что мы оказались в западне и без еды.

Мы успели прихватить лишь немного медикаментов, несколько защитных костюмов, так что долго мы не протянем, и звать на помощь некого. На всякий случай, код разблокировки бронедверей: тридцать пять, семьдесят восемь.

Как я и писал, очаг оказался в седьмой лаборатории. У меня был план взять защитные костюмы, спуститься туда и сделать небольшой взрыв с помощью хранящихся на складе газовых баллонов и проходящей в стене второго уровня газовой трубы. Огонь должен развалить соединение, летающее в воздухе, а взрыв окончательно уничтожит лабораторию, но будет недостаточно сильным, чтобы сделать обвал.

Но я не смогу это сделать. У меня уже прошли первые признаки заражения, как и у всех из нашей команды. Мы обречены…

Среди медикаментов оказалось две дозы препарата, который теоретически может быть применим, как яд.

Я… не хочу превращаться в одну из этих тварей. Просто не могу этого допустить. Сержант сразу отрезал, что обе дозы должны остаться мне и дочери. Было тяжело принимать это решение, но у меня нет другого выхода.

Я поговорил с ней и она согласна. Как только я закончу запись, мы примем препарат. Да хранят нас принцессы…

***

Запись уже закончилась, но я продолжал стоять на месте. Я чувствовал себя… опустошённо. Те двое, в соседней комнате. Это ведь был он со своей дочерью. Он знал, что умрёт и всё равно пытался помочь хоть чем-то.

— Я верю, что твоя душа нашла покой на небесных лугах, — тихо сказал я, из-за, почему-то, пересохшего горла.

Я… не мог оставить всё как есть. Ведь тогда тот учёный умер зря! Он прав, нельзя допустить, чтобы этот вирус вышел наружу. Как будто мало было смертей, а тут ещё и это.

Костюмы лежали в этой же комнате и я решил следовать плану Сенсфорта. Представлял он из себя полностью обволакивающую тело одежду оранжевого цвета, с стеклом на головном шлеме и двумя кислородными баллонами на спине.

«Больше на водолазный костюм похож.»

Пришлось снять броню, но ремни винтовки и кобуру я смог перевесить на костюм. Код открытия я ввёл в терминал и теперь осталось лишь открыть двери, так что можно отправляться.

Вскрыть же металлическую дверь на втором этаже мне не удалось, как бы я не пытался, но и не ради неё я здесь.

Пока что можно было не бояться оживших солдат, ведь учёный назвал точное количество выбравшихся — двенадцать. Мне встретилось десять и ещё двое были сам учёный с дочерью.

А вот что будет в лаборатории, я даже не знаю. Похоже там внизу весь персонал базы и подземной лаборатории, которые смогли избежать Зебренского оружия, а если судить по количеству комнат в этом здании, то пони здесь было больше нескольких десятков точно.

Спустившись в комнату с стальной дверью, я активировал процесс открытия с разблокированного терминала. С тихим щелчком, замок двери открылся, и я прошёл внутрь.

Встретил меня широкий коридор светло-серых и синих цветов, а под потолком, голубым цветом светили лампы.

Вскоре я дошёл до небольшого зала, полностью заполненного голубым газом, из которого вело четыре коридора: один из которого я пришёл; левый, с пометкой «лаборатории 1-4»; правый, с пометкой «второй уровень» и тот, что вёл прямо.

Скорее всего склад был где-то впереди, поэтому я решил сначала проверить, есть ли там нужные мне газовые баллоны, а потом и вернутся к лабораториям.

Пройдя прямо, я сразу же наткнулся на открытую дверь слева, за которой была комнатка с диванами, парой столов и прочими мелочами.

На столе были разбросаны карты, а на полу валялись осколки разбитого стеклянного стакана.

«Похоже это было что-то типа комнаты отдыха.»

Продолжая осматриваться, я заметил в дальнем углу висящую на потолке камеру видеонаблюдения.

«Где-то должен быть пост наблюдения. Если повезёт, я смогу увидеть всё необходимое через камеры!»

Я вышел из комнаты и дальше пошёл по коридору. Чуть впереди он заканчивался двумя дверьми. Первая вела в складское помещение, а вторая была комнатой охраны, закрытой на электронный замок.

Я провёл капитанской карточкой по панели и понадеялся, что она примет её. Лампочка стала зелёной и дверь открылась.

«Без этого кусочка пластика, я бы умер в первые два дня.» — подумал я и вошёл внутрь.

Слева был закрытый на решётчатую дверь арсенал с несколькими ружьями и бронежилетами. Справа стоял стол с несколькими экранами и терминал управления видеонаблюдением.

Тут же стояло ещё парочка столов, с откинутыми стульями и разбросанными бумагами. Было видно, что и они уходили в спешке.

Недолго думая, я подошёл к экранам. Камеры были подписаны и я видел, что первый уровень, на котором я нахожусь, пуст. А вот на втором, куда мне и надо, лежало несколько пони. Кто в коридоре, кто в лабораториях, но было понятно, что мертвы они лишь с виду.

Спуск в бункер тоже был на втором уровне и больше всего пони оказалось там. Подключиться к камерам в бункере с этого терминала я, к сожалению, не мог.

«Я могу попробовать пройти к двери не издавая шума и закрыть её. Мне в любом случае придётся сделать это, а если я запру большую часть потенциальных врагов, это значительно увеличит мои шансы на успех!»

Я постарался запомнить местонахождение всех лежащих в коридоре тел и пути их обхода. Я мог пройти через одну из пустых лабораторий почти к двери, но дальше мне нужно будет минут троих в коридоре и ещё пять около самой двери.

Выйдя из комнаты сначала я зашёл на склад. Он был довольно большим для подземного помещения и здесь лежало множество разнообразных приборов и деталей, что я не мог даже ничего из этого назвать. Обнаружив красные баллоны, я открыл кран на одном из них. Из шланга пошёл газ, значит баллоны всё ещё заполнены.

«Отлично, треть плана готова.»

Следующим пунктом было закрыть бункер. Я вернулся в зал с коридорами и спустился по лестнице вниз, на второй уровень.

Коридор был таким же, только впереди виднелся лежащий солдат. Копыта слегка цокали, когда я ходил по металлическому полу, поэтому сейчас я двигался как можно медленней и аккуратней, стараясь не издавать звуков.

Пройдя мимо, я быстро юркнул в дверь пятой лаборатории и остановился, чтобы прислушаться.

Нож всё время был наготове, но левитировать я его не рисковал, ведь магия всё же издаёт тихий звук, а в моей ситуации даже он может стать смертельным.

Из коридора не было никаких звуков. Я мысленно выдохнул и стал продвигаться мимо столов с приборами и стеклянными пробирками.

Как я и надеялся, лаборатория оказалась пустой, поэтому я скоро вышел прямо к коридору рядом с бункером.

Снаружи на моём пути лежало трое пони, двое из которых были в обрывках белых лабораторных халатов, а третий в военной форме, и на ремнях у него висело ружьё. Учёные лежали у краёв, а вот через солдата мне придётся перешагнуть. Я остановился перед ним и даже задержал дыхание от напряжения.

Вот одно копыто, второе, теперь задние. Главное про хвост не забыть!

Винтовка предательски соскочила с крепления, когда мне оставалось переставить одну ногу и начала съезжать стволом по ремню внизу.

Я отчаянно хватанул её телекинезом и наконец переставил последнюю ногу, попутно разворачиваясь и готовясь бить ножом по ожившему солдату. Но он продолжал лежать.

«Как же мне сейчас повезло!»

Продолжая смотреть на военного, я сделал несколько шагов задом, на всякий случай. Пони всё лежал, так что я развернулся и дошёл до двери бункера.

Там была огромная круглая дыра, которая должна была плотно закрываться не менее огромной стальной шестернёй. Похожие двери были и в стойлах. Видимо всерьёз рассматривался вариант прямого удара по нашему острову.

В небольшой комнате перед дверью лежало семеро пони с разбросанным оружием и несколькими стоящими у входа ящиками. Если бы не костюм, думаю я бы почувствовал, насколько здесь ужасный воздух от разлагающихся тел. Минуя их, я приблизился к панели, с помощью которой можно было запереть дверь.

Не думаю, что она закроется тихо, так что я заранее приготовил винтовку и нажал на кнопку закрытия.

Под потолком закрутилась оранжевая лампочка, а из бункера стал доноситься звук характерной сирены. С грохотом шестерня провернулась и встала напротив прохода. Ужасный скрежет раздался по всей лаборатории и, конечно же, он разбудил всех… зомби. Да, пожалуй их можно так назвать.

Я не стал дожидаться, пока они поднимутся и пустил несколько одиночных пуль в головы находящихся со мной пони. Двое успело подняться до конца, так что в них пришлось пустить уже очередь из пуль. Дверь закрылась, а из коридора послышался вопль. В зале бежало ещё трое видимых мной по пути.

Я прицелился и нажал на курок. Из ствола вырвалось всего две пули и он замолчал.

«Как же не вовремя!»

Пустой магазин упал на пол, а бегущие на меня пони уже пересекли большую часть зала в мою сторону. Я отпрыгнул назад, попутно вставляя новый магазин. Послышался щелчок, но дёрнуть затвор я не успевал и со всей силы ударил правым копытом в уже собиравшегося повалить меня солдата.

В ногу ударило болью, но адреналин глушил это чувство. Пони отлетел и я выиграл этим пару секунд. Отдёрнув затвор, я загнал патрон в патронник и нажал на курок. Винтовка ожила и я непрерывной очередью расстрелял половину магазина в тела лаборантов.

Выждав немного, я убедился, что больше никто не бежит сюда и проверил количество патрон в магазине. Семнадцать в вставленном и ещё тридцать на поясе.

«Как же неудобно в этом костюме», — Выходя из зала, подумал я. В защитном костюме было и так жарко, а из-за напряжения я стал потеть ещё больше, отчего становилось только противнее.

Коридор оказался пуст, но вот в лаборатории точно есть ещё пони. Я продолжал двигаться медленно, только уже в обратную сторону, к складу. Мои действия наверняка разбудили и тех, кто был в лабораториях, поэтому винтовка всегда была наготове.

Снова пройдя через пятую лабораторию, я вышел к подъёму на первый уровень. С прошлого раза я помнил, что в коридоре был ещё один пони, поэтому сначала я выглянул в коридор через щель приоткрытой двери.

Солдат стоял лицом к лестнице, немного накренившись вправо из-за отсутствия части передней ноги. Перевесив винтовку, я подкрался сзади и ударил ножом ему в шею. Из горла пони послышался странный хрип и он упал.

Сзади никого не было, поэтому я просто поднялся наверх и дошёл до складского помещения. Всего я отыскал восемь баллонов и встал вопрос о их транспортировки. Я мог взвалить на себя один, ну максимум два, а значит пришлось бы проходить туда-сюда целых четыре раза!

Склад, как я и отметил в первый раз, был небольшим, поэтому я быстро отыскал тележку, на которую ухитрился поместить шесть из них и ещё два привязал к уже стоящим.

Спустившись на второй уровень вместе с тележкой, я оставил её рядом с пятой лабораторией, а сам пошёл вперёд, к седьмой. Чем дальше я уходил вперёд по коридору, тем гуще становился голубой дым, пока не дошло до того, что за ним я мог видеть всего на несколько метров вперёд.

«Неудивительно, что я не смог разглядеть, что было в седьмой лаборатории. Этот дым повсюду!»

Вот показалась дверь шестой. В стене были окна, через которые я мог заглянуть внутрь лаборатории, но там был тот же дым. На всякий случай я всё же решил зайти внутрь. Лучше обезопасить себя от неожиданного удара в спину.

Вот я уже не видел двери, через которую вошёл и единственным ориентиром были встречающиеся иногда столы и монотонный металлический пол с разбросанными по нему бумагами и приборами.

Вдруг, впереди, что-то, со звуком разбивающегося стекла, грохнулось на пол. Я впился взглядом в голубое марево перед собой. Ушки, несмотря на то, что были полностью закрыты в шлеме, непроизвольно навострились в сторону шума. Я слышал собственное дыхание, прицеливаясь винтовкой куда-то вперёд.

Справа от меня послышалось цоканье копыт о металлический пол, и я мигом развернулся в сторону шума, случайно задевая крупом стоящий рядом стол.

«Вот сено!»

Цоканье превратилось в вопль и из дыма на меня уставилось обезображенное лицо солдата. Я рефлекторно сделал выстрел, и только потом понял, что натворил.

«Они же теперь услышали, что я здесь!»

Со стороны, где до этого что-то разбилось, также послышался перестук копыт и я выпустил очередь в никуда, надеясь на удачу, после чего перепрыгнул через задетый ранее стол и побежал в сторону выхода из лаборатории.

Я лавировал между столами, в последний миг уворачиваясь от вырастающих перед глазами препятствий, постоянно слыша перестук копыт с разных сторон от себя.

«Да где же эта дверь?!» — уже второй раз натыкаясь на сплошную стену, мысленно кричал я.

Пока я бегал в дыму, мне встретился ещё один восставший солдат, с которым я разобрался ножом, чтобы не выдать своё новое местоположение. В конце концов я юркнул под один из столов и стал ждать, пока шум бегающих по лаборатории мертвецов не прекратиться.

«Лишь бы они не видели меня через этот дым», — надеялся я.

Шаги то приближались, то удалялись, но спустя минут десять наконец прекратились. Я выглянул из-под стола и, к счастью, рядом со мной никого не оказалось.

«К Дискорду эту лабораторию, просто найду чем запереть дверь и доберусь до седьмой», — размышлял я, пока искал ближайшую стенку. Рано или поздно, если я буду идти вдоль стены, я должен буду выйти к двери. Так и получилось.

Чем запереть дверь я так и не придумал, но вот понял, что в седьмой лаборатории будет такая же проблема с этим голубым дымом, если не хуже. Остаётся лишь надеяться на удачу… опять.

Я отправился дальше по коридору, но, похоже, концентрация вещества в воздухе достигла своего максимума и обзора меньше не становилось, а ещё в коридорах не было желающих напасть на меня пони, что не могло не радовать!

Седьмая лаборатория, само собой, была также полностью заполнена голубым газом. Я немного прошёлся по её помещению, пока не нашёл две больших стеклянных конструкций, заполненных синей жидкостью и несколько столов с полупустыми пробирками.

Вернувшись к тележке, я перевёз баллоны к этим конструкциям, а один оставил у входа, и открыл половину из них, надеясь заполнить помещение газом, а потом, с помощью выстрела, пробить стоящий у входа, вызвав искру, что поможет подорвать газ. Но я только сейчас обратил внимание на тихий гул где-то над головой.

«Это же вентиляция!» — осенило меня. Мой план неожиданно стал невозможным. Вентиляционная система выкачает весь газ из помещения быстрее, чем я доберусь до безопасного места и подорву баллон, и тогда толку от него вообще не будет!

Как же мне тогда поджечь газ? Делать это вручную — самоубийство. Можно попробовать заткнуть вентиляцию, но она тут точно не одна, да и чем? Я в тупике! Фитиль? Точно, фитиль!

Я стал обыскивать всю лабораторию, чтобы найти что-нибудь, что могло бы послужить мне фитилём. Найдя небольшой моток верёвки, я соединил его с той, которой обвязал баллоны и у меня получился довольно небольшой кусок. Как только я его подожгу, мне придётся убегать отсюда как можно быстрее. Я должен буду добраться до бронедвери в момент взрыва и, по идее, огонь не должен дойти до неё. Но я всё равно очень сильно рискую.

В одном из столов нашёлся прибор, сделанный из двух кристаллов, катушки и раскручиваемого механизма. С помощью такой штуковины можно было высечь искру, так что вопрос о том, чем поджечь, тоже был решён.

Среди пробирок я нашёл ту, в которой была жидкость с маркировкой, заканчивающейся гидроксильной группой или же спиртовой. За всё свою жизнь, это было наверное единственное, что я заполнил из химии. Скорее всего, эта жидкость должна хорошо гореть, так что я облил ей верёвку.

Соединив фитиль с четырьмя открытыми баллонами, я вставил полный магазин в винтовку и крепко зафиксировал её, после чего оттянул фитиль на максимальное расстояние и, раскрутив катушку с кристаллами, поджёг его.

— Принцессы, прошу, помогите мне!

Верёвка загорелась и огонь стал быстро идти по ней, так что я подскочил и галопом кинулся в коридор. Теперь мне оставалось только бежать!

Дышать в костюме было неудобно, а я и без того быстро выдыхался. Дым уже был не такой густой, когда я услышал, что за мной кто-бежит. Я умолял, чтобы никого не было сзади и осмелился обернуться. За мной бежал один из солдат, широко раскрыв пасть, что не оставляло сомнений в его намерениях.

Пистолет вылетел из кобуры и я несколько раз выстрелил за спину, пока в магазине не кончились патроны. Лестница была уже передо мной, а времени всё меньше. Я запрыгнул на первые ступеньки и только на повороте взглянул на своего преследователя, который лежал с простреленными ногами посреди коридора.

Я запнулся об верхнюю ступеньку — как глупо — и чуть не упал носом вперёд, но уже видел впереди зал первого уровня, как внизу раздался взрыв, ужасно громким эхом прошедший по коридорам комплекса.

«Я не успел», — пронеслась в голове мысль, когда я заворачивал в левый коридор и почувствовал сильнейший жар, прошедшийся по спине всему левому боку.

Я вскрикнул от боли и опрокинулся на пол, проехав ещё пару метров лицом вниз. Было ощущение, как будто меня окунули в кипящее масло, но не полностью. Я не чувствовал задних ног, а в глазах была темнота, хоть они и были открыты.

Похоже мозг догадался отключить некоторые чувства, иначе я бы умер на месте от болевого шока. Думал, что потеряю сознание, но этого не происходило… А мне так хотелось бы.

Я перевернулся лицом вверх и уставился в серый потолок. Боль ушла куда-то на грань сознания, но я отчётливо понимал, что это ненадолго и скоро я почувствую её с новой силой.

Я бы так и лежал, если бы со стороны зала не послышалось чьё-то рычание. Я пустил все силы, чтобы приподнять голову и увидел, как в мою сторону плетётся обгорелое тело. Винтовка всё ещё была на правом ремне, но я не мог использовать магию. Правым копытом я кое как дотянулся до курка и из ствола стали вылетать пули, пока не послышались лишь щелчки и глухой звук падения.

Я перевёл взгляд на левый бок. Защитный костюм не выдержал температуру и расплавился, оставив громадную дыру, да и короткая шёрстка на теле почти полностью сгорела, как и часть хвоста. Ноги вроде были в порядке, но ныли от постоянных забегов.

Как и сказал Сенсфорт, соединение распалось из-за огня, и сейчас я дышал чистым воздухом. Ну, на сколько это возможно чистым, ведь если бы не вентиляция, я бы уже давно задохнулся.

Я опёрся на стену и попытался подняться. Задние ноги тоже слегка задело, но они продолжали держать меня.

«Мне лишь нужно добраться до офицерского кабинета и будет легче.»

Я медленно переставлял ноги, одной постоянно опираясь о стену. Ожог практически заставлял меня кричать с каждым новым шагом, но я стиснул зубы и продолжал идти. Винтовка волочилась где-то внизу, на сорванном ремне, а пистолет был пуст. Обрывки костюма лишь мешались, но я пока что не мог его снять, ведь края дыры вплавились в шёрстку и без боли этого не сделать.

Наконец я вышел к терминалу входа в лабораторию. Нужно было запереть с его помощью двери, чтобы никому не пришло в голову лезть сюда снова.

Почему я не догадался взять с собой какую-нибудь сумку для медикаментов, ну или хотя бы оставить что-нибудь около спуска в лабораторный комплекс? Добравшись до второго этажа, я уже почти полз до оставленной мною на кровати броне и вытащил из её крепления одно зелье, после чего поспешно выпил его.

Я добрался, но заглушённая боль уже снова возвращалась и мне хватило сил только на то, чтобы запереть дверь кабинета и опрокинуться на кровать, рядом с разложенной бронёй.

***

На улице была ночь и только свет терминала освещал кабинет, в котором я находился. Я приподнялся с кровати. Мышцы болели, но это была не такая боль, а… естественная. Сначала я хотел снять защитный костюм, но когда попытался сделать это, то почувствовал, как вместе с ним оттягивается и кожа. Тогда я вспомнил, почему не сделал этого раньше, ведь его края вплавились в кожу у шёрстку вокруг протянувшейся во весь левый бок дыры.

Мне всё равно нужно было избавиться от него, иначе я не смогу надеть на себя броню, а тащить её за собой, вместе с остальными вещами я не мог. Оставить тем более. Найдя глазами прикреплённый к ремню нож, я поднял его телекинезом и стал аккуратно разрезать защитную ткань по линии ожога.

Оплавленная ткань не должна сильно мешать, поэтому я выбрался из костюма и стал надевать на себя броню. Плотная одежда задевала бывшую часть костюма, слегка оттягивая её, но это было терпимо.

Лучше вернуться на базу, а причин оставаться здесь у меня не было. Накинув сорванный ремень с винтовкой и кобуру с ножом, я захватил карточку и стал медленно спускаться вниз.

Оказавшись на улице, я подошёл к сорванным воротам и стоящему рядом с ними джипу. Идти пешком я не собирался, так что я завёл его и сдал назад. Сбитые ворота упали вперёд, на то место, где раньше была машина. Свет луны хоть и освещал дорогу, но я всё же включил фары и поехал в сторону базы.

Через всё те же пятнадцать минут впереди показались огни наружного освещения базы. Я открыл ворота и завёз машину в ангар, после чего дошёл до капитанской комнаты, где скинул с себя броню и всё, что было у меня с собой.

В комнате я зажёг свет и наконец смог хорошо осмотреть себя. Почти вся шёрстка на левой стороне тела опалилась, а в местах, где костюм не выдержал, оставалась потемневшая от ожогов кожа. Грива тоже опалилась, а от хвоста осталось меньше половины волос. А финалом стала полоска оранжевого материала, вплавившаяся в кожу.

Ожоги были не магические, так что со временем они должны исчезнуть, под действием зелий, а с остатками костюма нужно разобраться немедленно.

К сожалению, был лишь один способ это сделать — отодрать его вместе с кожей. Меня дёрнуло от этой мысли, но вариантов не было и я, взяв нож, спустился в медкабинет.

Обработав нож раствором с медицинского склада, я приготовил бинты и начал избавляться от ткани костюма.

Сначала мне пришлось проковырять небольшую ранку, чтобы подцепить край. Возможно я привык к боли, но я почти не чувствовал, как надрезал собственную кожу. Нож полностью прошёл под небольшим участком ткани и я стал слегка её поднимать, после чего обрезал край и стал тянуть его вверх, используя нож только тогда, когда попадались слишком сильно вплавленные участки, отчего приходилось практически срезать небольшой кусочек кожного покрова.

На половине я не удержался я выпил обезболивающие таблетки. Сначала я думал, что они не понадобятся, но когда я видел остающееся после отрыва ткани голое мясо и заливающую всё вокруг кровь, то поменял своё решение.

Раны я старался обрабатывать сразу, по ходу движения, чтобы не умереть от кровопотери прямо здесь. Я продвигался медленно, периодически перевязывая готовые участки, но спустя чуть больше часа я избавился от остатков костюма и был полностью закручен в бинтах, некоторая часть из которых уже приобрела красноватый оттенок крови.

Уходить отсюда я не спешил и сделал пару глотков зелья, которое поможет ускорить заживление, а пока я ждал, когда кровотечение станет достаточно слабым, чтобы я мог оставить эти бинты на ночь.

Спустя некоторое время я наконец смог вернуться в капитанскую комнаты. Теперь я мог лечь спать, но, сначала, пора бы сделать новую запись в дневнике и она явно будет немаленькой.

***

День двадцать шестой.

Раны затянулись, хоть и не полностью, а опять отправился на грузовика ко второй части базы.

Нужно было последний раз проверить лабораторный комплекс, да и я не мог оставить просто так тела пони. Хоть они и нападали на меня, а мне приходилось стрелять в них, они не виноваты в этом и тоже заслуживают быть похороненными.

Ещё я решил объехать весь остров по прибрежной дороге, на случай, если моя память снова решила не предупреждать меня о ещё каких-то находящихся под боком секретных комплексах, но кроме ещё двух дозорных вышек, я ничего не нашёл.

-

День тридцать третий.

Сегодня я съел последнюю банку консервов, а два дня назад из строя вышла очищающая установка, так что воды мне осталось в лучшем случае на несколько дней. Жаль, что не вышло починить трубу складу с бочками, ведь я мог заполнить пресной водой, а я решил отложить это на потом.

-

День тридцать четвёртый.

Я всё же решился наесться травой и листьями, которые я забраковал с первого взгляда, но теперь это был единственный источник пропитания, хоть и очень противный.

Через час мне стало ужасно плохо и стошнило несколько раз. Тут и дураку понятно, в чём проблема, так что смысла в этой траве нет, если потом она всё равно уходит наружу ещё и вместе с дефицитной жидкостью.

Во второй половине дня съездил к лабораторному комплексу в поисках еды, но там оказался лишь небольшой склад с протухшими век назад продуктами. В бункере учёных точно нашлось бы что-нибудь, но я своими же копытами взорвал единственный путь туда.

Как же меня достало шипение рации… Пожалуйста, хоть кто-нибудь, заберите меня…

Единственной радостью остался лишь починенный мною проигрыватель. Я подключил его к системе оповещения и теперь мог в любом уголке базы слушать красивые песни, напоминавшие мне о днях до катастрофы.

-

День сороковой.

От обезвоживания болит всё тело и даже слюна стала редкостью в горле. Организм требует подпитки и пожирает сам себя…

Мне уже трудно даже использовать телекинез, чтобы писать эти строки, а о слабости в ногах нет смысла упоминать.

Меня не спасут. С каждой новой провальной идеей, надежды становилось всё меньше, а теперь я дошёл до края и только страдаю.

Я… не знаю что мне делать.

***

Я дописал последние слова в дневнике и отложил его обратно на стол. День подходил к концу и я не уверен, что дотяну до следующего. А если и дотяну, то какой в этом смысл?

Я повесил на себя кобуру с заряженным пистолетом и спустился к стоящему у дверей штаба джипу.

Не стоит тратить последние силы на пустую ходьбу.

Двигатель завёлся и я поехал вперёд, в сторону порта, к месту, где когда-то лежал рядом с любимой пони.

Я остановил машину на дороге, вышел и поднялся на небольшой холм. Отсюда был замечательный вид на раскинувшийся впереди океан, а дорожка света от закатного солнца только украшала его.

Я смотрел вперёд и где-то вдалеке виднелась бледная радуга!

— Как символично, — сказал я вслух, и пистолет подлетел в воздух, повинуясь сходящей с моего рога магии.

Похоже это конец…

***

Пони так и стоял на холме, а пистолет левитировал рядом с ним, но он уже не слышал, как бесконечное шипение рации прекратилось и сменилось тишиной пойманного сигнала…