С той стороны хрустального стекла

С той стороны хрустального стекла

С той стороны хрустального стекла

Автор: just_wolf aka Chayn

Кровь.

Это первое, что я вижу. И лишь затем... белые стены. Разноцветная мозаика. Свет. Солнце.

Кровь.

Она сочится из незримой для меня раны в теле, что лежит в нескольких шагах от меня. Это человек, и я смотрю, как он умирает. Короткие светло-серые волосы, небрежная, практичная, но потрёпанная временем или, быть может, тяготами пути, одежда. Худ, тонок даже. Его глаза закрыты, и я чувствую, как с каждым биением затихающего сердца из него вытекает жизнь.

Конец. Я знаю. Я чувствую. Тяжёлые мгновения, меж хвостом и пастью Оробороса. Конец и начало, иногда неотличимые друг от друга...

Это началось со сна. Я спрашивал. Я выпытывал. Я узнавал. Это всегда начинается со сна. Так кажется... и это ложь.

Не сон. НЕ сон. Явь. Всякое желание зарождается в яви, если считать таковой бездны человеческого сознания и подсознания. Желание? Нет, даже не желание. Устремление. Толчок души в направлении, которое ты можешь даже не осознавать, но, тем не менее, оно есть. Если намерение не пропадёт, человек может свернуть горы просто потому, что мир, миры даже, вслушиваются в человеческие сердца, человеческие души, и это намерение способно перевернуть мир, изменить его к лучшему... или уничтожить. Но куда труднее, и, одновременно, куда проще, изменить себя... но не одно ли это и то же?

В этом сне нет ничего. Почти ничего. Среди этого ничто, среди этой пустоты, есть лишь один вопрос, вопрос не озвученный, даже не записанный, но, тем не менее, заданный. Заданный не разуму, но душе... и душа отвечает, и сон обрывается, чтобы, возможно, вернуться в иной раз.

Это всё начинается в мире. В промозглой серой бездне, в серой клетке из стен домов и иных зданий, из серых перьев птиц и неба, которое всегда смотрит так, словно осуждает... осуждает на жизнь. Жизнь, полную одиночества. Многие проживают её, теша себя старыми мечтами о сбыточном, о новой машине или квартире, об удачной учёбе или карьере... но не мы. Не такие, как я, или...

Не такие. Это ключ. Мы были не такими, что-то в нас отличалось. Эскапизм, свойственный подросткам не угас со временем и желание, стремление уйти становилось день ото дня лишь сильнее, пока не набралась некая критическая масса, и ответом на неё не послужил взрыв, явление. Нечто, чего подсознательно мы все так желали, и в вероятность которого не верили до последнего мгновения.

Во сне легче всего верить. Весь бред и феерия происходящего воспринимаются как само-собой разумеющееся, и поэтому это всего лишь сон. Тёмная бездна, на которой идёт круги, как по воде, маслянистый отблеск, отсутствующий свет, но, тем не менее, здесь видно всё, что должно быть видно. Должно. Нить света под ногами. Бездна вокруг... и свет вдалеке.

Шаг, другой, третий...

Вы знаете легенду о рае? По одной из версий, чтобы попасть туда, верующий должен пройти по нити из верблюжьего волоса... или нечто вроде, увы, я не силён в деталях. Что-то схожее было и у всех нас. Возможность. Шанс. Тропа у всех разная, но пряма, без ответвлений, и одна, но только лишь от нас выглядело, как именно широка она, эта тропа.

Ты знаешь. Я знаю. Мы знаем. Мы инстинктивно ощущаем, уверены, что есть лишь один шанс, и нет права на ошибку. Каждый шаг может стать последним. Шаг на тёмную поверхность, подобную зеркалу, всего лишь один шаг, и всё.

Конец. Провал. Крах.

С каждым шагом проявляется картина. Из пятна света выступает ОНА. Возможно, не ОНА во плоти, или ОН, у всех по-разному, но это тот или та пони, с которой ты жаждешь быть отныне, присно... и во веки веков.

Устремление. Цель. Фокус.

Четвёртый, пятый, шестой...

С каждым шагом боязнь ошибиться лишь нарастает, не даёт вздохнуть, и именно тогда, едва не оступившись, ты опускаешь взгляд на это тёмное зеркало, и видишь... его. Её. Отражение. Королеву. Она смотрит с той стороны, молча и пристально, с лёгкой улыбкой, как всегда, и, кажется, почти слышен смех... почти. Не слышен. Путь продолжается.

Седьмой, восьмой, девятый...

Сколько нужно пройти?

В голове плывут образы, картины, мысли, чувства, знаки, слова, действия... ощущение того, что они, и та, что ждёт тебя в конце тропы, и та, что ждёт в отражении, наблюдают и осуждают, становится сильнее шаг от шага, сгибают и распрямляют одновременно. Это молчаливый суд. Осуждение. Но каков вердикт?

Здесь ответы разнятся.

Если тропа широка, можно пройти, можно дойти и коснуться, воспользовавшись шансом, будь то десять шагов или сто, или тысяча, значения нет здесь... и войти в свет. Что потом? Я не знаю. Я не дошёл.

Шанс.

У каждого из нас был шанс, большой или не очень, но шанс стать. Шанс быть. Шанс жить там и так... и лишь немногие доходили до конца. Этот секрет мне приходилось вырывать хитростью и ложью, и Королева знает чем ещё.

Я не дошёл. Я оступился.

В единый миг всё меняется. Пространство пропадает, и вот он я. Я нахожусь в зале Кантерлотского замка, и смотрю, как кровь сочится из незримой раны на человеческом теле и под ним, пятная одежду, расплывается алое пятно. Это мой труп. Моё тело. Я знаю это. Никогда не видел себя со стороны...

Ты выбрал путь, ну так иди вперёд! Отказаться есть лишь один шанс. Ты либо идёшь навстречу мечте, либо нет. Делай или не делай, пробовать не надо, иначе этот шанс, этот единственный шанс не был бы столь ценен. Мы умираем в любом случае, и мы знаем это.

Суд... милосерден, в своём роде. Даже если ты не касаешься света, ты остаёшься жив, просто в ином виде. Этот суд и этот сон это последний сон в жизни. Сон смерти. Предсмертный бред для всех... кроме тебя самого.

Тук-тук. Словно стук в дверь.

Тук-тук. Словно стук колёс.

Тук-тук. Становится всё тише и тише...

Тук... тук. Пока не затихает совсем.

Свет начинает меркнуть. Сияние солнца истаивает за окном, не притягивая за собой ночь и серебряный свет луны, но беззвёздную холодную тьма мрака. Это... конец?

В этом отсутствии света всё ярче и чётче становится заметно зеленоватое свечение в теле, что всё ещё лежит предо мной на полу замка, пятная своей кровью ковёр. Чем тише бьётся сердце, тем ярче свечением, пока, наконец, оно не прорывается хрустом и треском... и не утягивает меня за собой. Лишь в последний миг я осознаю, что у меня всё это время не было тела...

Я открываю глаза. Надо мной странные существа. Вокруг они же. Чёрные с синим панцири, странные конечности, крылья, рога... это то, что я вижу. Но чувствую я гораздо больше. Вверх и вниз, влево и вправо, по диагонали и наискосок уходят туда и сюда ряды рядов коконов, подобных тем, из которых я вылупился. Мои братья и сёстры, ожидающие своего часа, но превыше всего чувство. ЭТО чувство. Если вы не из нашего числа, вы никогда его не поймёте. Это нельзя объяснить, нельзя записать или зарисовать, только ощутить самому. Горе тому, кто никогда не почувствует ЭТО. Единение. Единство. Равенство. Мы все равны друг пред другом, и есть лишь одна превыше всех — наша Королева. Наша мать и богиня, наша покровительница и наставница. Наша единственная... единственная любовь и обожание, чистое и истинное, без ревности и злобы, без сожалений и разочарований. Как я могу ненавидеть своего брата или сестру? Это немыслимо. Нереально...

Вы никогда не поймёте нас. Вы никогда не сможете понять нас. Мы до сих пор помним свои жизни, у тех, у кого они были, но это уже не так важно. Мы не такие, как вы. Мы иные. Те, кто осудили сами себя и признали виновными, в то время как вы были оправданы. Вы несёте в себе то, чего мы жаждем. Любовь. Мы не умеем распространять любовь, лишь поглощать, Наши тела отображение наших сердец, наши панцири отображение наших натур. Пусть мы ущербны для вас, пусть мы не пони, и никогда не будем... но мы не будем кем-то одним. Мы будем всеми. Мы — каждое лицо в толпе, ваш коллега на работе, ваша любовь... нам мало одного, и поэтому мы — многое.

Мы — Рой. Мы — едины. И, поэтому, именно поэтому...

Мы — счастливы.