Найтмерквестрия: под пологом вечной ночи

Твайлайт Спаркл под стук колёс поезда провожала взглядом удаляющийся вокзал Эвернайта и никак не могла понять: зачем наставница отправила её в Понивилль в компании дневной пони? Это же очень страшные создания, от которых лучше держаться подальше. Короткие уши без кисточек, здоровенные глаза с круглыми расширенными зрачками, отсутствие клыков... Без содрогания и не взглянешь. Но Найтмер Мун - мудрая пони, она защищает Эквестрию вот уже тысячу лет. А значит, этой Рэрити и вправду можно доверять.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Спайк Принцесса Селестия

Воссоединение аниморфов

После нескольких тысяч лет жизни порознь аниморфы объединяются, чтобы дать отпор новым врагам. Нынче на призыв Главного мага и Повелителя Сатурна Z к объединению откликнулась принцесса Селестия Эквестрийская, правительница Эквестрии.

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Спайк Принцесса Селестия Принцесса Луна Зекора Спитфайр DJ PON-3 Другие пони ОС - пони Дискорд

Азгардийские истории (пролог)

Прошлое всегда есть, какое бы оно не было далёкое

Другие пони

Вторая Жизнь, том третий: примирение с настоящим

Дэс оказался тем самым чародеем, что обратил его в лича, после чего некромант вновь объявился в мире пони в виде аликорна на месте своего первого появления в этом мире. На сцене появляются новые фигуры, чьи мотивы весьма загадочны: безумный вивисектор, за спиной которого маячит тень неизвестного интригана, из глубин времен объявился Серый Мастер, ведущий свою собственную игру...

Не всегда

В Эквестрии с жеребёнком не может случиться совершенно ничего плохого. Старлайт Глиммер не просто верила в это. Она знала это, как и многие другие жеребята по всей стране. Она и сейчас помнит, как это было. Раньше. Всегда. И никогда больше.

Твайлайт Спаркл Старлайт Глиммер

Пробуждение

Рассказ был написан к ЭИ-2019)

Другие пони ОС - пони

Спасти Эквестрию!

Тёмные тучи нависли над Кантерлотом. В этот раз, Эквестрии придётся столкнуться с самым опасным врагом, который только может ступить на безмятежные земли этой удивительной страны. Кто же сможет противостоять ему и спасти страну от великого падения?

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Эплблум Скуталу Свити Белл Спайк Принцесса Селестия Принцесса Луна Зекора Другие пони

Орхидуза.

Опять о табунских событиях. Примерно месячной давности.Пересказ вольный :3 Летописец любит приукрасить.

Дорога из желтого кирпича

Рейнбоу Дэш с прим-фамилией Вендар вызывала неоднозначную реакцию как среди читателей, так и среди героев/антигероев мира Гигаполисов. Гладиатор, убийца, пьяница. Но это лишь внешняя оболочка. А какие тайны скрывает нелюдимая пегаска, чье тело и душа покрыты застарелыми шрамами? Перед вами история, которая должна пролить свет на жизнь этого неоднозначного персонажа. История, которая так не похожа на сказку...

Рэйнбоу Дэш Человеки

Любовь не угаснет 2 часть. Продолжение конца.

Вы поняли о чем я

Рэйнбоу Дэш Флаттершай Твайлайт Спаркл Рэрити Пинки Пай Эплджек Спайк Принцесса Селестия Дискорд

S03E05
Часть II Часть 4

Часть 3

— …и ты представь, она назвала меня другом! Другом, черт побери! — стукнул я кулаком, расплескав сидр из бокала.
— И что в этом такого? — продолжил бармен потирать бокалы.
— Да это конец. Все, песенка спета.
— Я правда не вижу ничего такого в том, что она назвала тебя другом.
— Да как ты не понимаешь! В моем мире, когда девушка называет тебя «другом» это значит, что все. Парнем ты для нее никогда не будешь. Френдзона. Знаешь, что такое френдзона?

Жеребец помотал головой.
— Так это значит то, что ты для нее, как маленькая собачонка, которая никогда не получит косточку, — поиграл я пальцами. — Ты для нее делаешь все: даришь подарки, цветы, уделяешь внимание. Да в общем намекаешь на то, что она тебе нравится. Но та не отвечает взаимностью. Ты для нее никогда не будешь парнем.
— Так это ведь в твоем мире.
— Я был во френдзоне, — стукнул я себя в грудь. — Не было у меня нормальной девушки. Я ведь даже пару книг прочитал, как там, типа, быть крутым, но ничего. Я все это прошел и, бац, меня и здесь называют другом!
— Говоришь так, будто это какое-то достижение.
— Ой, да иди ты, — встал я с места.
— Не, ты постой, — со смешком придержал он меня копытом, усадив на место. — Послушай, ты ведь с ней не был даже на одном свидании.
— Да я все это понимаю. Кстати, подлей мне, — повертел я стаканом, который жеребец перехватил и поставил под раздатчик. — Просто… слово «друг» — это для меня словно триггер. Слышу это слово и сразу в голове клинит так, будто все, шансов нет.
— А теперь послушай меня, — поставил он передо мной полную пинту. — Забудь про все это. Сейчас нужно сделать смелый шаг.
— Это какой? — отпил я.
— Позови ее на свидание.

От услышанного я даже подавился, начиная кашлять в сторону.
— Ты серьезно? — вытер я рукавом рот. — Позвать ее на свидание?
— А что тут такого?
— Да то, что она сто процентов откажет.
— Да откуда ты знаешь?
— Да оттуда. Она назвала меня другом, а моя нелепая попытка позвать ее на свидание ее только отпугнет. Ей станет неловко от моего внимания, а отказать прямо будет неудобно. Поэтому она сошлется на важные дела. Точно, — щелкнул я пальцами. — Она ведь помогает на почте часто. Вот и скажет, что писем невпроворот и, глядя на меня с жалостью, улетит. Мне станет грустно, она это заметит и после ей еще более неловко будет со мной встречаться. Начнет избегать…
— Стоп-стоп-стоп-стоп, — помахал жеребец копытами. — Ты это уже все напридумывал. Я ведь уже говорил, что ты любишь очень драматизировать?
— Я спец в этом. Мне проще будет жить с чувством неразделенной любви, чем с позором от того, что мне отказали.
— Да кто тебе вообще такое сказал? Ты даже не попробовал, а уже придумал сюжет на огромный срок вперед.
— Все будет именно так.
— Нет, не будет. Так, послушай меня, Стив, — нагнулся жеребец ближе. — Сегодня же ты пойдешь к ней и пригласишь выпить по чашке чая.
— Самый банальный и неудобный предлог, — хмыкнул я.
— Нет, ты все сделаешь именно так. Можешь не говорить прямо, что это свидание. Просто скажи что-нибудь из разрадя «давай сходим выпить по чашке чая и пообщаемся».
— Да, но это ведь будет уже похоже на обычную встречу друзей.
— Так, убери из своей головы все эти глупые мысли. Просто иди с чистой головой, а там дальше все пойдет, как по маслу.
— Знаешь, — допив пинту, оставил я на стойке несколько золотых. — Не буду.
— Стив! — крикнул мне вдогонку жеребец.
— Прости, Бак, — приподнял я руки, выходя из заведения. — Но из этого ничего не выйдет.
— Я тебя иначе больше сюда не пущу, если не пригласишь ее! — крикнул он мне в спину, прежде чем я вышел из заведения.

Прошел всего день с тех пор, как я покинул ту прогулку с дракончиком и Гэбби. И я до сих пор не мог выбросить из головы это чувство неловкости. Ее слово «друг» резали мою душу на столько крохотных частей. Обычно я в таких ситуация просто забивал и шел дальше. Не впервой мне слышать подобные отказы. Меня и раньше отшивали, причем даже в более грубых формах. Но здесь ведь дружба-магия, соответственно, и отшивания здесь были в более мягкой форме, чем в моем мире. Так мне казалось.

Но эта пернатая голубка. Ее отпустить мне будет гораздо сложнее. Главное теперь было не попадаться ей на глаза, чтобы не вызывать неловкостей.

В Понивилле было жарко. Даже очень. В такую погоду все обычно плескались где-то на пруду, либо загорали. В самом городе сейчас мало, кого можно было встретить. Лишь редких путников, которые шли либо за покупками в магазин, либо куда-то там еще.
К счастью, у меня была возможность отвлечься. Кажется, неделю назад одна кобылка просила меня помочь на огороде, как появится время. Дом я ее помнил, поэтому сейчас держал путь именно туда. Можно было и самому, конечно, пойти на какую-нибудь речушку, да хорошенько позагорать, но чувство, будто я ненароком могу снова увидеться с Гэбби, прогоняло эти мысли прочь. Лучше уж я сделаю сначала все дела, да немного подзаработаю, а вот вечерком уже схожу отдохну. Когда народу на пляжах будет меньше.

Погрузился я в мысли настолько сильно, что только сейчас обратил внимание на то, что вышел прямо на ту улицу, где находилось почтовое отделение. Дом той садоводчицы находился чуть дальше, поэтому пройти надо было совсем уж незаметно. Я боялся того, что пернатая могла быть по счастливой случайности где-то рядом, ибо часто по работе заходила на почту. Поэтому с этого момента я начал идти, как самый настоящий шпион. Добежал до соседнего здания и ползком вдоль стены начал красться дальше до угла, чтобы меня никто не заметил. Выглядело это, наверное, забавно, но для меня сейчас было главное не попасться ей на глаза, если она вдруг здесь. Так я в полуприседе дополз до угла дома.
— От кого прячешься? — шепотом услышал я из-за спины.
— Да так… задание у меня, — также тихо ответил я.
— А какое?
— Пройти незаметно, — еще тише ответил я.
— А зачем?
— Да затем, что…

Развернувшись, я тут же столкнулся своим носом с клювиком… той самой пернатой, с которой больше всего боялся сейчас увидеться. Она в похожей позе, в приседе ползла вдоль стены, повторяя все мои движения с самого начала.

И как только я осознал, что меня действительно спалили, все коммуникативные навыки упали в отрицательной число.
— Хэ… — глупо улыбнулся я.
— Привет-привет-привет, Стив! — улыбнулась она, немного отстранившись. — Так от кого ты тут прячешься? Ты за кем-то следишь? — подобно шпиону выглянула она из-за угла, задев мой нос своим мягким хвостиком.
— Я не прячусь, — тут же встал я, отряхнувшись. — Просто на солнце жарко, вот я и решил пойти под теньком. Уф, жара, — вытер я со лба пот.
— Идея со шпионом была интересней. Это ведь так классно за кем-то наблюдать. Между прочим, на днях мы с меткоискателями так следили за кондитерской кейков и наблюдали, как они готовят. Было так интересно! — слишком уж бодро и очень мило начала она скакать на месте. — Так, о чем это я. А! Почему ты вчера ушел? Я тебя потом по всему городу искала, но нигде не нашла. Мы столько хотели еще посмотреть, а потом сходить в киношку.
— Уверен, вы со Спаком хорошо повеселились, — ощутил я внутри совестливый укол.
— Да в том-то и дело, — начала она стукать указательными коготками друг о друга. — Мы еще немного пообщались, да и… разошлись. Ты ведь ушел.
— Прости, просто я… забыл кое-что важное, — начал я оглядываться по сторонам, ища пути к отступлению.
— Ну вот я тебя и нашла! А это значит, что сегодня мы сможем нормально повеселиться, — обошла она меня со спины, начиная подталкивать сзади.
— Гэбби, правда, я сейчас… не очень готов…
— Да брось, — звонко смеясь, продолжала она меня подталкивать. — Ты видел, какая погода? Сейчас ведь все купаются, загорают. Точно! — изумленно воскликнула она.

Развернувшись, я увидел, как она присела и прислонила лапки к своим пушистым щечкам.
— Мы пойдем на пляж! Я минут за десять успею слетать до Академии, позвать Спайка, потом слетать до дома, собрать вещи, всяких вкусностей и все вместе пойти на пляж! Это ведь так здорово!
— Не выйдет. Спайк сегодня занят, расставляет какие-то книги в библиотеке, которые прислали из Кантерлота. Утром с ним виделся по пути в бар, — на последнем слове я молниеносно прислонил ладонь к своим губам, немного пожалев о таких подробностях.
— В бар? — забавно выгнула бровь пернатая.
— Ну да, в бар, — пожал я плечами.

Я уже сто раз пожалел, что уж слишком сильно разоткровенничался с ней. Ну а как по-другому. Когда перед тобой стоит объект твоего обожания, строка диктора перед глазами не успевает до конца прогрузиться, поэтому в разговоре приходится уж слишком стараться, чтобы правильно подобрать слова и при этом не потерять смысловую нить. Уверен, сейчас начнутся расспросы про мою уже затасканную печень, про причины и прочее. А что я ей смогу ответить? Что хожу туда, чтобы вылить все свои любовные проблемы знакомому бармену. Нет, не пойдет. Надо как-то выкручиваться.
— Гэбби, а как у тебя дела? — попытался я перевести тему.
— Стив, зачем ты ходишь в бар? — очень мило спросила она, взлетев на уровень моих глаз.

Как же прекрасны были ее глазки. По мере того, как она продолжала на меня смотреть, я все больше и больше заливался краской. Хотя на этот случай у меня уже была логичная отговорка. Жара в конце концов, да и стояли мы сейчас под палящим солнцем.
— Да я это… просто пообщаться.
— Это как-то связано с твоей проблемой?
— Проблемой? — незаметно сглотнул я.
— Да. Вы, когда со Спайком сидели в Академии, говорили, что у тебя там какая-то проблема.

Что б тебя. Эта пернатая была уж слишком внимательной. Ее превосходная чуйка отлично работала в ситуациях, когда кому-то нужна была помощь. Конечно, она ведь теперь состоит в команде меткоискателей. Нет, тут определенно надо как-то выкручиваться.
— Нет, это никак не связано, — выставил я ладонь вперед. — У меня все в полном порядке, и я очень счастлив и уж точно не страдаю от каких-либо там проблем, ситуаций и прочего.
— Значит не хочешь говорить, — игриво улыбнулась она. — Значит нам пора пообщаться по душам, — схватила она меня под руку, начиная направлять куда-то вдоль улицы.
— Эй, куда мы идем? — сдерживаясь изо всех сил, спросил я.
— Если Спайк сегодня занят и мы остались вдвоем, значим и будем веселиться вместе.
— То есть… веселиться? — ощущая рукой ее мягкие пушистые перышки, спросил я.
— Начнем с кафешки, потом пойдем в парк. Потом в кино, а после на пляж купаться, — веселым тоном ответила она, забавно дергая в воздухе бедрами.
— За*бис… — почти шепотом выдохнул я. — Я имею в виду, что у меня как бы были дела…
— Что ты говоришь? — повернула она голову в мою сторону.
— Я говорю, что хотел поработать. В огороде были дела у одной…
— Стив, сегодня выходной. А в выходной отдыхают. Мы столько успеем сегодня сделать, ты даже не представляешь! И ты даже не поверишь, я ведь этим летом еще даже не купалась. А ты купался? — еще сильнее вжалась она в мою руку, отчего я прямо сейчас готов был провалиться сквозь землю.
— Не-а, — медленно повертел я головой.
— Так это ведь еще веселей. Покушаем, погуляем, искупаемся. Ты даже не представляешь, насколько насыщенный у нас сегодня будет день.
— Точно, — ответил я, ощутив легкую грусть. — Отличная дружеская прогулка. Я рад.

Взглянув на меня с милой улыбкой, она еще шустрее начала меня подгонять вдоль улицы, направляя куда-то… а, честно, фиг знает куда…

Скоро мы с ней вышли к окраине города, где стояло заведение под названием «Лье Густафо». К счастью на улице располагалась довольно симпатичная летняя терраса, украшенная цветами, а обставленная, что удивительно, не стульями, а самыми настоящими диванами в несколько рядов. В основном все гости находились внутри, а оно и неудивительно, ведь там были работающие кондиционеры. Но вот пернатая настояла на том, чтобы мы заняли места на улице. Как раз с краю, откуда открывался вид на красивые склоны гор и водопад.
— Чур я здесь! — резко приземлилась она на диван.
— А я уж тогда здесь, — присел я напротив, прежде чем к нам из заведения вышел высокий статный грифон с длинными дворянскими усами.
— Привет-привет, Густаф! — помахала ему Гэбби.
— Гэбби, рад вас видеть, — изящно поклонился он, подойдя к нашему столику. — О, еще один че-ло-век, — с улыбкой протянул он мне свою лапу, которую я на автомате пожал.
— Еще один? — недоуменно спросил я.
— Видал я как-то одного несколько месяцев назад в компании Вондерболта, как ее… — задумался он, начиная оттягивать ус. — Или приснилось… да, конечно же приснилось, вот же глупость — весело пожал он плечами.
— Он же шутит? — взглянул я на пернатую, ощутив странный укол в виске.
— Вы здесь устраивайтесь, я к вам подзову официанта. Очень рад был вас видеть, — помахал он нам лапой, прежде чем скрыться обратно в заведении.
— Он раньше владел небольшой пекарней в Грифонстоуне, но там как-то не сложилось. Сам знаешь, грифоны бывают… не очень дружелюбными, — отвела пернатая взгляд. — Перебрался сюда и я очень удивилась, узнав, что теперь у него своя сеть заведений.
— Недружелюбными? — быстро отвлекся я от предыдущего вопроса. — А как тогда вышло, что ты такая… дружелюбная?

Улыбнувшись, Гэбби открыла меню, начиная что-то там высматривать.
— Я была совсем маленькая, когда отец отвел нас с мамой на выставку, посвященную королям Грифонстоуна. Нам тогда рассказывали про четырнадцатого правителя Гьюто и… я так испугалась, когда нам рассказывали про все эти страшные войны в его эпоху.
— Страшные войны? — увлекся я ее голосом.
— Их было три во время его правления, но сама эпоха его была очень жестокой. Говорят, на те времена пришелся расцвет, но такой ценой.
— Поэтому ты и решила быть доброй?
— Я просто никак не могла смириться с тем, что многие мои сородичи навсегда останутся вредными и… грубыми. Вот я и начала подрабатывать в местном почтовом отделении. Хотелось узнать, все ли такие или есть те, кто живет в мире. И тогда я и встретила Рэйнбоу с Пинки. Они были у нас в Грифонстоуне, помогали Гильде.
— Но это уже совсем другая история, а именно о твоем помешательстве с тату на попе, — расслабился я, начиная говорить все, что было в голове.
— Тату на попе? — мило повторила Гэбби, продемонстрировав свой пушистый бочок. — У меня, как видишь, нет тату на попе.
— Зато есть эмблема на твоей сумочке. От меткоискателей.
— Точно, — улыбнулась она. — Я им очень за это благодарна. И во многом благодаря ним я и приняла решение переселиться в Понивилль. Я, конечно, летаю в Грифонстоун по работе, но я чувствую, что мой дом теперь здесь, — добро улыбнулась она, взглянув в мои глаза.
— Это хорошо, — улыбнулся я в ответ.
— Так, давай мы с тобой решим, что будем кушать.
— А выбор большой?
— О-о-ч-е-нь! — закатила она глазки, приземлившись справа от меня. — Вот, смотри. Нам обязательно потребуются холодные напитки, но и без сладкого мы не останемся, а значит нужно будет заказать еще напитков. Но сначала это будут…

С меню мы с ней определялись где-то минут пятнадцать. При чем большую часть времени мы с ней потратили не на выбор каких-то блюд, а на подколки и споры, что из этого будет вкуснее. Не знаю, каким образом и что так сильно на меня повлияло, но я, что-ли… стал немного спокойнее и раскованней. С Гэбби, конечно, было очень просто общаться. Она относилась к тому типу личности, с которым всегда рядом ощущаешь легкость и полную свободу. Мне это хоть и показалось странным, я постарался не сильно об этом думать. Уж слишком веселой складывалась атмосфера для столь конспирологических мыслей.
— Значит свежевыжатый сок, потом тройной каштен под взбитыми сливками. Следом молочный коктейль и довершающий штрих пирожки со сгущённым молоком и хрустящей глазурью. Все верно?

Гэбби с улыбкой кивнула.
— А ты не боишься, что у тебя крылья слипнутся? — легонько ущипнул я ее за мягкий бочок, только в последний момент удивившись своей уж слишком сильной раскованности.
— Не боюсь, — показала она мне язычок, улыбнувшись. — Я между прочим каждый день летаю столько, сколько тебе и не снилось.
— С этим я даже не буду спорить. Э-х-х, хотелось бы мне научиться летать, — облокотился я о стол.
— И куда бы ты сначала полетел? — спросила она, закинув голову набок. — Или стой! У вас ведь в вашем мире нет магии.
— Да, но есть технологии. Люди научились создавать сложные машины на двигателях. Вот кстати и самолеты, — раскрыл я ладонь. — Устройство, которое помогает нам передвигаться по воздуху.
— Значит ты все-таки летал? — выгнула она бровь.
— Нет-нет, это не совсем то, — обратил я внимание на то, что официант уже начал ставить нам на стол заказанные нами блюда. — Это не одно и тоже.
— Почему?
— Просто потому что люди обычно находятся внутри этого устройства. Это как ехать в закрытой повозке. Нет чего-то такого. Я имел в виду летать самому и ощущать эти порывы ветра, лучи солнца и… полную свободу, — развел я руки в разные стороны. — Вот, взять, к примеру, тебя. Ты летаешь, и тебе ведь это нравится? Пегасы летают. Да кто только не летает?
— Земные пони не летают, — отпила она немного сока.
— Так с помощью магии единорогов и они смогут летать.
— Так и ты тоже тогда сможешь, — мило улыбнулась она.
— Да уж… ситуация патовая, — почесал я за затылком, следом тоже сделав пару глотков.
— А чего ты еще хочешь? — спросила Гэбби. — Я, когда была маленькая очень мечтала найти Аримаспи с идолом, который был затерян в бездонной бездне в Грифонстоуне.
— Даже не знаю… — посмотрел я на пернатую, которую очень хотел обнять. — Не помню. Разучился я мечтать.
— Ну расскажи! — легонько пихнула она меня в живот, вызвав у меня смешок.
— Ладно, только никому не рассказывай.

Гэбби в ответ с серьезным выражением мордочки отдала мне воинское приветствие. А позже не сдержалась и мило рассмеялась.
— Когда я сам был маленьким я очень мечтал познакомиться с инопланетянами с других планет. Я тогда любую фантастику воспринимал за чистую монету и все верил в то, что однажды другие более развитые цивилизации прилетят к нам на Землю и мы наконец-то научимся покорять бескрайние просторы космоса.
— И они прилетели? — с искренним любопытством спросила голубка.

В ответ я лишь грустно улыбнулся.
— Не знаю, считается ли все это, но выходит, что я встретил таких инопланетян.
— Где?
— Да вот, бегают тут по кругу. Разноцветные, милые. С длинными хвостами, да тату на попе.
— Я серьезно, Стив! — наигранно обидевшись, сказала она.
— Нет, не прилетели. В обозримой для нас вселенной нет жизни. Ну, по крайней мере такой, как наша. Мы одни и очень одиноки. Вас я в счет не беру, — сделал я еще пару глотков. — Не уверен, что все это попадает под очередную научную теорию.
— А почему одиноки? Вас ведь же много должно быть.
— Так и есть. Десять миллиардов человек, но от этого легче не становится, — покивал я. — Поверь, то, через что прошел Грифонстоун еще цветочки. Не хочу говорить, что вам было просто, но мой мир… очень жесток.

Гэбби продолжила с любопытством слушать,
— У нас мораль — не мораль, а всегда находится повод для конфликтов. Бесконечные войны как за ресурсы, так и просто так от скуки; политические интриги, убийства, предательства. Это не очень хорошее место, — посмотрел я в ее глазки. — И мне неслыханно повезло, что я попал именно сюда. Не хочу, чтобы об этом еще кто-то знал.
— Ты из-за этого так волнуешься? — заботливо обняла она меня крылом.

Немного подумав, я ответил:
— Не-а. Я ничего не помню, да и не хочу вспоминать. Крохотные отрывки из прошлого уже ничего значат, да и думаю я, что и ни к чему это не приведет, — повернулся я, заметив, что прямо у моего рта висит вилка с кусочком булочки.
— Открой ротик, — улыбаясь, сказала Гэбби, держа вилку у моего рта.
— Нет, ну это слишком, — засмущался я. — Давай я лучше сам, — попытался я перехватить прибор, но та убрала мою руку своим крылом.
— Не-а, — покривлялась она. — Сейчас мы с этими серьезными разговорами совсем забудем, для чего вообще выбрались.
— Нет, правда, это слишком, — попытался я придать своему лицу серьезный вид, но тщетно. — Веселье или нет…
— Давай, открывай ротик, — шире улыбнулась она…
— Гэбби, я тебя потом покусаю…

Надеясь, что этого никто больше не видит, я мигом цапнул с вилки содержимое и начал с удовольствием жевать, наслаждаясь гаммой сладких вкусовых оргазмов. Настолько вкусной здесь была кухня.
— И ничего страшного, — деловито пропела голубка, отрезая следующий кусочек.
— Даже не смей, — посмотрел я на приближающуюся к моему рту следующую порцию.

Гэбби ничего не ответила. Лишь начала еще шире улыбаться, наблюдая за моей реакцией.
— Не-а… нет, — уставился я на вилку с еще одной порцией. — Не-а.
— Это ведь весело, — наигранным наивным голосом ответила пернатая.
— Я тебе сейчас покажу, что такое весело, — улыбнулся я, начиная ее нагло щекотать во всех местах, до которых только мог теперь дотянуться.

Вилка, конечно тут же упала на пол, но та уже волновала меня не столько, сколько необходимость преподать пернатой урок этакого веселья. Сгруппировалась она, конечно, быстро, но этого явно было недостаточно, ведь мои руки были гораздо ловчее, нежели ее задние лапки. Звонко смеясь, она постоянно то и дело пыталась подпирать ими мою грудь, дабы я руками не достал до ее мягкого животика. Но те все равно удачно попадали в цель, вызывая у голубки громкие приступы веселого смеха. Касаться ее было просто блаженством. Я вроде и старался задержаться на ее тельце, а вроде и нет, чтобы ситуация не перетекала во что-то двусмысленное. Хотя она и уже могла давно перетечь.

Постоянно ущипывая ее за бока, я и сам радовался ее счастливой улыбке и ангельскому голосу. Она так ловко извивалась под всеми этими движениями, что я даже начал немного заводиться. Не в том смысле, в котором можно подумать. Но мне это очень нравилось.

Я даже в шутку пару раз куснул ее животик, создавая на пустой улице звонкий романтический ипподром. Были даже те, кто решили выглянуть из окон своих домиков, чтобы поинтересоваться, что же такое происходит на улице, но как только те замечали, что мы с пернатой просто играемся в щекотку, так большинство просто с румянцем на мордочке, возвращались к своим делам.

Увлеклись мы с ней настолько, что у меня даже началось сбиваться дыхание, так и Гэбби сама даже немного вспотела. Осознание этого окончательно выбило меня из колеи. Ощущать ее приятный аромат, мягкий животик и то, как быстро вздымается и опускается ее грудь было уже не просто по-дружески приятно… а чертовски романтично.

Волновало меня теперь уже то, воспринимала ли она это, как обычную дружескую перепалку или же она тоже чувствует то, что между нами проскочило нечто большее. Окончилась эта мысль ровно в тот момент, когда она резко взлетела и повалила меня на спину, прижав мои руки к земле своими лапками.
— Сдаешься? — переводя дух, игриво смотрела та на меня.
— Не-а, — также улыбаясь, смотрел я ей в глаза.
— Ну сдавайся, — присела она мне на живот. — А-то я, честно, вымоталась. Ты очень сильный.
— А как же твои длительные перелеты? — попытался я освободить руки, но тщетно.
— Да, но речь идет о самой подлой игре, которую только можно было придумать, — поправила она перышки на голове.

Я тут же воспользовался этой возможностью и сцепил свои руки за ее спиной так, чтобы у нее не было возможности хоть как-нибудь взмахнуть крыльями. Сразу прижав ее к своей к груди, я начал слышать в свой адрес комично-гневные возгласы.
— Эй, так не честно! — начала она брыкаться, но в итоге сдалась и положила свою мордочку мне на плечо. — Так не честно.
— Сдаешься? — как бы случайно прислонил я нос к ее темечку, вдохнув приятный аромат ее перышек.
— Ну это не честно, — жалостным голосом сказала она, тяжело дыша.
— Сочту это за безоговорочную капитуляцию, — легонько ущипнул я ее за бочок, из-за чего она со смешком дернулась.

Какое-то время мы просто продолжали лежать в обнимку и чувствовал я себя настолько счастливым, что в голове уже начал вырисовывать сентиментальный сюжет нашей будущей совместной жизни: как мы с ней гуляем, как она сидит у меня на плечах, как обнимаемся и я нежно целую ее в клювик. Как мы занимаемся совместной готовкой, как я ее провожаю на работу, а она все не может выпустить меня из объятий. Я даже на секунду уверовал, что все будет именно так. Но все это оборвалось на том мгновении, когда пернатая прервала тишину.

— Я так рада, что у меня есть такой друг, как ты, — обняла она меня в ответ.

В эту секунду я ощутил очень сильное головокружение и даже услышал в голове тихий закадровый голос, шептавший «Уважаемые пассажиры, пристигните ваши ремни безопасности». Хорошее настроение со скоростью света тут же улетучилось и на его место пришла даже не обида, сколько разочарование и… грусть.

Я был зол не на нее, а скорее на себя. За короткое мгновение в голове успело пролететь столько мыслей. Неужели я слишком рано расслабился? Неужели я так и останусь неудачником на всю жизнь и у меня никогда ничего не выйдет. Свой талант все изрядно драматизировать был тем, что я уже никогда не смогу отпустить. В любом случае настроение от этой ее слова «друг» упало в такую бездну, что я даже не знал, как теперь быть. Мне хотелось просто уйти.
— Ладно, я понял, прости — постарался я сохранить веселое выражение лица, привстав.

Гэбби тут же слетела с моей груди, помогая встать, но я на автомате отказался от помощи, встав и отряхнувшись в одиночку.
— Не знаю, как ты, а я даже очень проголодалась, — с улыбкой села она на диван.
— Да, я тоже, — начал я бороться с сильным внутренним давлением, из-за которого моего лицо начало терять былую беззаботность.
— Что-то случилось? — обратила она на это внимание.
— Нет-нет, все в порядке, — начал я рыскать в карманах в поисках мелочи. — Ладно, пернатая. Было весело, но мне пора. Держи, я все оплачиваю.

На этой фразе я выложил на стол горсть монет.
— Стив, что такое? — обеспокоенно спросила Гэбби.
— Я должен сделать кое-что очень важное. Мне пора, прости, — развернулся я в сторону выхода из террасы, как вдруг она схватила меня за руку.
— Что случилось? Я сделала тебе больно? — теперь уж слишком обеспокоенно спросила она.
— Нет, пожалуйста, не спрашивай. Еще увидимся, — вырвал я руку из ее лап, быстро направившись вдоль улицы куда-нибудь прочь.

Я старался как можно скорее уйти отсюда. Глупой была затея надеяться хоть на что-то. Видимо судьба у меня такая. Навсегда остаться одиноким, а для девушек быть просто хорошим другом и ничем большим. В глазах из-за всех этих мыслей начал образовываться предательский ком. Как бы теперь сделать так, чтобы никто этого не заметил.
— Стив!!! — начала вровень со мной лететь Гэбби. — Расскажи, что случилось. Я… я не понимаю.
— Да все ты, черт возьми, понимаешь! — предательски дрогнувшим голосом сказал я, развернувшись в ее сторону. — Я блин… я блин…

Было чертовски больно все это говорить. Эмоции начинали брать верх и с одной стороны я не хотел выставлять себя слабаком, а с другой хотелось и выговориться. Все эта нагнетающая гамма эмоций даже вынудила меня начать немного дрожать. Ведь я впервые в своей жизнь собираюсь выплеснуть все то, что накопилось во мне за столь долгое время.
— Ты хочешь знать, что за проблема? — вытер я один глаз. — Проблема в том, что мне очень нравится одна девушка, но она совсем не воспринимает меня всерьез.

Подойдя вплотную ко мне, пернатая присела, с изумленным выражением мордашки продолжая меня слушать.
— Я так долго хотел высказать свои чувства, но мне не хватает смелости на это.
— Кто это? Я готова помочь, — глубоко дыша, тихо сказала та.
— Ты! — взглянул я на голубку, глаза которой от услышанного моментально расширились.

Клювик немного приоткрылся, да и сама она выглядела теперь уж слишком шокированной, особенно после услышанного. Я знал, что теперь уж точно ничего не сложится. Но я хотя бы буду хоть немного честен.
— Гэбби, я люблю тебя! — окончательно расчувствовавшись, выкрикнул я. — Я очень люблю тебя!

Гэбби шокировано смотрела мне в глаза, и я совсем ничего не мог прочитать в них. В них не было симпатии и уж тем более радости. Скорее удивление и… наверное жалость к моей слабой личности. Это было полное фиаско. Впервые в жизни признавшись к кому-то в любви, я чувствовал себя полностью эмоционально разбитым.

Да, это была страна дружбы-мира и гармонии. Сейчас она наверняка немного отойдет от шока, скажет что-нибудь нейтральное из разряда «я все понимаю, но мы с тобой слишком разные. Однажды тебе повезет, и ты встретишь кого-нибудь подходящего». Нет, уже никогда не встречу.

Даже здесь я стал самым никчемным неудачником. Голова от негатива начала раскалываться и теперь мне нужно было сохранить хоть каплю оставшейся гордости и просто уйти, но просто так сделать я этого уже не мог.
— Да, я знаю, что я для вас страшная лысая обезьяна, — расставил я руки в стороны. — Я и в своем мире таким был. Знаешь, какого это? Что даже здесь тебя отшивают, как какого-то доброго песика. Давай только ты не будешь меня жалеть, и мы просто останемся друзьями. Будем ходить гулять, купаться, веселиться и больше никогда этого не вспоминать!
— Стив, я… — растерянно начала Гэбби.
— А, впрочем… — махнул я рукой, — пошло она все нах*й.

После сказанного я просто развернулся и пошел, куда глаза глядят. Гэбби уже не полетела следом. И это было хорошо. Я просто хотел уйти куда-нибудь подальше. Я просто хотел теперь побыть один.